Текст книги "Тайны портового города (СИ)"

Автор книги: Катерина Крылова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц)

– Что стоило, Настая? Выгнать всех гостей? Запомни, мы несем обязательства перед людьми, которые поселились под нашим кровом. Они платят нам деньги за свое спокойствие, удобство и безопасность! В том числе и за изоляцию от таких вот личностей.

– Изо… что?

– Изоляция, то есть уединение.

– Аааа, ты столько слов знаешь интересных. Хорошо тебе, ты грамотная. А мне бы хоть читать-писать научиться, – вздохнула девушка.

А я подумала, что вот он минус Империи, где образование можно получить только за определенные средства. Бесплатных народных школ в городах нет. Их упразднили, когда пресекли мой род, на средства которого они и содержались. Сейчас учителя достаточно дороги. Даже не все купцы могут позволить себе иметь наставника для детей. Многие учат азам письма и счета сами. Большинство простого люда в Герцогствах абсолютно безграмотны. Если считать на пальцах научатся да свое имя писать вместо крестика – уже достижение.

– Я тебя научу. Это не так сложно, как ты думаешь. Вот прямо сегодня вечером и начнем, – вдруг выдала я. Как-будто мне и без того забот было мало.

– Правда? – просияла девушка. Увидев такое воодушевление, я махнула на свое ворчание рукой. Пусть я научу одну Настаю, а она потом сможет научить своих детей, а они еще кого-то. Пусть так, но на несколько человек умеющих читать и писать в мире станет больше. Главное, чтобы ее воодушевления хватило. Ведь работа у нее выматывающая, дети требующие внимания опять же. Хорошо, что сейчас у нее с деньгами проблем нет. Тларг ей хорошо платит, а Мих помогает и присматривает за малыми.

– Правда-правда! Только одно условие.

– Какое? Я на все согласнутая.

– Я учу тебя, а ты учишь своих ребятишек, как подрастут. Чтобы знания не пропали. Договорились?

– Конечно! – девушка засияла еще ярче, хотя казалось бы, куда уже. – Рина, ты просто не понимаешь, что это такое. За учение большие деньги берут… Умея читать и писать мой Алатай не станет рыбаком или батраком в порту, не пойдет в матросы, он сможет рассчитывать на что-то большее в этой жизни.

– Я думала, что он у тебя кухарем стать хочет. Как Мих.

– А разве кухарю не нужна грамотность? Вон ты сколько рецептов и приспособлений для кухни вычитала! Да и записывать, а потом подсматривать, лучше, чем хранить все в голове. Вдруг что забудешь?

– Конечно, ты права. Я рада буду помочь, – я порывисто обняла подругу. Вот так вот, благодаря ей, у меня разом ушла куда-то вся злость, а вместо нее пришло вдохновение. Я любила учиться и учить. А Настая несмотря на свое самое что ни на есть простецкое происхождение и трудную, я бы сказала, беспросветную жизнь была умной и серьезной девушкой. Ей бы родиться в семье хотя бы купца или барона, была бы идеальной хозяйкой, которую любят и уважают.

– Сегодня у нас все уже приехали, ужин у Миха под контролем, комнаты на завтра тоже готовы, – перейдя на деловой тон сообщила девушка. – Какие у нас еще планы?

– Я хотела сходить в лечебницу, отнести господину Нолу часть заготовленного мха и поблагодарить за травки, что мы брали в дорогу. Потом нужно успеть на рынок. У меня есть идея для Миха. Надо бы с ним помозговать вечером и проработать пару рецептов.

– Оооо, это он всегда за! Пойду его обрадую! А Марк с кем же? – вдруг остановилась Настая.

– Я его с собой возьму, – мне хотелось побыть с сыном побольше. Сходить с ним в храм к Забытому, просто проветриться и прогуляться по городу. Мне было о чем поразмыслить.

В своей комнатушке я переоделась в походное. Штаны, рубаха, жилет, куртка, сапожки. Собрала сына, привычно накинув через плечо холст ткани, в котором удобно его устроила, взяла торбу со мхом и одолженными весами. В таком виде я вышла через заднюю дверь трактира и направилась для начала в храм.

На площади по обыкновению царил гомон маленького рыночка. Я купила несколько простых свечей по количеству богов и зашла внутрь. В этот раз здесь было людно. У статуи Зоряны жрец проводил обряд единения. Молодая пара в сопровождении родителей приносила клятвы любви и верности. У подножия алтаря Йера стояли рыбачки с подношениями. Начинался сезон дождей и гроз. Они просили бога позаботиться об их мужьях. Свива, как обычно, атаковали мужчины самого что ни на есть воинского вида.

Забытый взирал на это все из-под своего капюшона в одиночестве.

– Здравствуй, отец, – поздоровалась я. – Как ты? Мы вот пришли к тебе с благодарностью. Возьми огонь, что горит в наших сердцах.

Я поставила в чашу все свечи, что купила и зажгла их. Пару склянок мы с сыном завороженно смотрели на язычки пламени. Мне стоило труда оторваться от созерцания огня и уйти. Что-то беспокойное чудилось мне в игре пламенеющих лепестков. Что-то надвигается. Что-то сложное, страшное и неправильное. Чувство беспокойства не оставляло меня до самой лекарни.

Здесь было весело. У дверей приемника ругались возницы и лекари двух пролеток, что привезли больных. Ругались на тему, кому первому идти. Тем временем, полная женщина в темном рыбацком как у меня плаще выбралась из одной из пролеток, вытащила оттуда на руках щуплого мужичка и сама понесла его внутрь.

– Помохииитеееее! – заголосила она, едва войдя в дверь.

К ней тут же подскочил лекарь и служительница. Они переложили мужичка на каталку и только после этого последовал вопрос:

– Что с ним?

– Та не знаю! Грохнулся как стоял и не откликается! Я ж ёво и по щеках отходила и водой отливала!

– Пил? – спросила служительница.

– Нет! С работы пришов и тока взвару выпив. Похарчеваться не успев!

Я, проскользнувшая в дверь вслед за женщиной, присмотрелась к мужчине.

«Йошкины коты! Да на нем же порча! Классическая ведьмачья порча!» – я отметила это про себя и принялась быстро действовать.

– Ты, – ткнула пальцем я в лекаря, – Зови Гейба Нола! Быстро, иначе не успеем!

Тот застыл на месте.

– Быстро! – прорезался командный голос герцогов Наварра. Мужчина сорвался с места и унесся куда-то в коридоры. – Вы, возьмите у меня ребенка.

Я передала молчащего Марка служительнице. Она подхватила малыша без вопросов, а я склонилась над мужичком. Его пышнотелая спасительница, на свое счастье притащившая несчастного именно сюда и именно в тот момент, когда я оказалась рядом, стояла застыв столбом. Она словно поняла, что происходит что-то важное. В другое время тетка бы наверняка спорила, требовала лекаря, требовала бы убрать отсюда «непонятную девку». Сейчас она молчала.

Я склонилась над мужчиной, подняла веко и увидела характерное вертикальное сужение зрачка. Словно у кота. Это происходит только в первые несколько наров с того момента как наведена порча. Человек сначала впадает в беспамятство, у него как раз становятся такими вот зрачки. Потом приходит в себя и живет как всегда. Через пару дней он умирает. Кончает с собой по доброй воле. Вычислить этот вид порчи можно только в тот момент, когда человек в беспамятстве. Потом следов не остается. Обряд сложный и многоступенчатый. Требует колоссального количества сил у ведьмака. Если хватает своих, что редкость, то своих, но, чаще всего, заемных. Жертв, зелий и так далее. К несчастью, порчу можно сделать впрок. То есть провести обряд и прикрепить ее к какому либо предмету. Хоть к соломинке. Тот, кто ее сломает – получит прямой путь за Грань к Наве. Сам захочет уйти. Сам выберет путь и сам с радостью уйдет.

Порча, нужно сказать, практически безотказная и не дающая сбоев. Кроме вот такой вот случайности. Если рядом окажется достаточно опытный ведьмак. Или, в этом случае, ведьма. Причем именно в первые нары. К счастью, в этот момент снять ее легче легкого. Это единственный ее уязвимый момент.

– Везем его в свободную комнату! – скомандовал появившийся Гейб. Он одним взглядом оценил обстановку. Решил не разбираться на людях. – Рина, за мной! Поможешь! Кто с ним?

– Я, – тихо ответила пышнотелая.

– Как давно сознание потерял?

– Дак с полнара…

– Хорошо. Ждите здесь. Жамия, – это он к служительнице, – малыша зовут Марк. Отнеси его к вам в комнату и глаз с него не спускай. Пусть тебя подменят пока мы на операции.

Та кивнула и умчалась. Я, впрочем, не волновалась за сына. Он уже трепал Жамию за нос, а, значит, она ему понравилась. К некоторым на руки маленький ведьмак не шел ни в коем случае, устраивая вселенский рев и отчаянно кусаясь. Была у него своя импатия, которой он безошибочно распознавал хороших и плохих для него людей.

Пока мы мчались в свободную комнату, кажется, это была операционная, я успела шепнуть Гейбу с чем мы имеем дело. Если он и удивился, то не показал этого.

– Ты все-таки маг, – прошептал он.

– Ведьма, – поправила я. – Маг у нас ты.

В операционной Гейб сразу же запер дверь и наглухо задернул занавеси на окне.

– Что-то тебе потребуется?

– Не успеем до трактира и обратно. Снимать нужно сейчас, пока он не очнулся, иначе будет поздно. Я попробую на чистой силе.

Как я уже говорила, снималась порча достаточно легко. Был бы у меня можжевельник, я бы просто подожгла скрутку и прочитала заговор над дымом. Вдохнув его, порченый приходил в себя скидывая тенета, окутавшие разум. Сейчас вместо дыма я использовала свою силу, формируя ее в видимость дымка и направляя к мужчине. Речетативом шептала одну лишь фразу: «Паучья луна, вырви из сна». Можно было, конечно, целый спектакль устроить, но сейчас важна была лишь моя сила и речевая привязка. Я могла хоть детский глупый стишок рассказывать, типа: Если взять рога лосенка и приделать их лисице, то рогатый рыжий монстр будет по тайге носиться. Главное тут было сосредоточение и четкое представление с чем ты борешься и какого результата желаешь.

Через пару склянок мужчина застонал и открыл глаза.

– Ууууу, я вроде не напивавси! Башка тещить. Я хде? Я чехо?

Он протянул руку к огромной шишке на голове, которую получил, скорее всего, когда потерял сознание и упал.

– Вы в лечебнице, – ответил Гейб. – Меня зовут господин Нол. Я лекарь. Вы перетрудились и упали без сознания. Вас привезла сюда жена. Очень за вас испугалась. У вас большая гематома на голове. Все будет в порядке. Вам нужно несколько дней отдыха и усиленного питания. Понятно?

– Ахась. А хде она?

– Ждет в приемнике. Сейчас я ее позову и попрошу отправить вас домой. Пока поговорите с моей помощницей и расскажите ей все, что она спросит.

– Аха, – опять кивнул мужичок.

Я была благодарна Гейбу за сообразительность. Просто так такие вещи как порча ниоткуда не берутся. Чем-то был примечателен этот человек, что с ним решили так расправиться. Сам он, скорее всего, ничего не натворил. Подозреваю, что стал свидетелем чего-то, что не стоило видеть. Даже, наверное, сам не понял чего. Не связано ли это с делом Таболы? Там тоже отчетливый след ведьмачества…

– Как вас зовут? – я достала из своей торбы, которую так и не скинула, когда спешила в операционную, скрепленные листы с карандашиком, и принялась делать записи. – Отвечайте, пожалуйста четко на все вопросы. Это важно, чтобы впредь с вами такого не случалось. Падучая может быть опасна.

Я назвала сказочную болезнь, которой в народе обзывали все, что угодно, если человек падал в обморок.

– Мол Молем, госпожа, – ответил тот хриплым голосом. Похоже, что слово «падучая» напугало его больше, чем сам обморок и шишка.

– Сколько лет?

– Да ись, точно не знав. Родивси сразу опосля Большой Воды. Вот как сошла, так мамка меня, значить, и того.

Ага, это у них в Каралате тридцать лет назад наводнение большое по весне было. Половину Раскатов смыло. Я так и отметила: 30 лет, весна после Большой Воды. Решила, что с датами потом разберусь.

– Кем и где работаете?

– Дык, помощник я на сухогрузе. Баржи гоняем отседова да до моря. По седмице туды-сюды ходим.

– Вам в этот рейс давали какую-то вещь в подарок или угощали чем-то? Может купили какой-то подарок детям или жене?

На еду тоже можно было привязать, но долго она не держалась. Грубо говоря, испортился хлеб и все. Порча тоже испортится и не сработает.

– Ой, та неее…. Хотя малышке вот пассажир наш куколку смастерил. Глиняную с соломенными волоссями и платицем. Та я, дурень, возьми да разбей. Да неловко как. Оступился на ровном, значить, месте, да и грохнул ея. А уж почти до дому дошов.

– Какой пассажир?

– Обычный. Мы взяли ниже по течению до Каралату. Парень как парень. На пристани попросивси за денежку малую. Я и возьми. А чохо? Вреда оттого нету. Я его и спрятав от команды за мешками, значить. Он тихо в хороде и сошов на берех.

– Как выглядел?

– Ну, обычно. Патлатый, ухи торчат, сумка как у лекаря.

– Что ж. Спасибо. Скажите мне, где живете и ждите лекаря. Он вам лекарство даст и домой отпустит.

Я записала адрес, который звучал примерно так: Раскаты, Стрелка, первая линия Гивры, красный дом, в палисаде сети. Похоже, появился наш лжелекарь, увезший Элену из дома на пролетке.

Так, планы меняются, и мне срочно нужно увидеть Таби. Насколько я знаю, у него были планы на вечер, а, значит, ужинать дома он не будет. Где его сейчас искать? Скорее всего в Сыске. Прежде чем я забрала Марка и ушла, меня успел перехватить и допросить Гейб. Я заодно вручила ему собранный для лечебницы мох. Надо же, совсем про него забыла!

– Рина, пойдем ко мне в кабинет, – безапелляционно заявил он, поймав меня в коридоре, когда я шла за довольным затисканным сыном к служительницам.

Усевшись на неудобный стул в кабинете лекаря и отхлебнув из чашки горячий малиновый взвар, я начала рассказывать про порчу и про ведьмачий след в деле похищений.

– Понимаешь теперь, почему мне нужно срочно увидеть Таболу?

– Да, я пойду с тобой. Что-то у меня предчувствие нехорошее. Не хочется отпускать вас одних.

– Я не против.

– Подождешь пару склянок? Я оставлю распоряжения и вызову еще одного лекаря.

– Хорошо. Мы как раз взвар допьем, да Марковка?

– Дя! – радостно воскликнул сын, схватив со стола те самые медные весы, что я принесла Гейбу.

Лекарь вернулся достаточно быстро. Открыв шкаф, он достал из него и накинул теплый плащ, потом подал мне руку, чтобы помочь подняться и спросил:

– Может, отдашь мне Марка. Он тяжелый, я понесу.

– Держи, – я спокойно передала сына. Тот устроился у Гейба на руках под плащом и почти мгновенно задремал. – Умутузили его твои служительницы.

– Эти могут, – тепло откликнулся Габриэль.

Осень в Каралате была ясной и солнечной. Город радовал яркими днями и свежестью ночей. Идти по нему и улыбаться пронзительно голубому небу было удовольствием. Я, наверное, даже продлила бы прогулку, если бы не непонятное чувство беспокойства. Мне хотелось не идти, а бежать, словно я не успевала куда-то. Но, как я побегу, если рядом Гейб с моим сыном на руках. Надо сдержать себя.

Не надо! Вопило предчувствие. Поддавшись инстинкту, я сорвалась в бег. Гейб с Марком достаточно быстро отстали, а я неслась по городу в сторону здания Сыска, как сумасшедшая. Мне почему-то было очень важно застать Таболу там. Иначе, «все пропало». Об этом говорило чутье. Нужно было успеть ему рассказать пока он не ушел туда, куда собирался идти вечером.

Тревога билась в груди птицей в силках. Я прибавила скорости и порадовалась, что зачем-то облачилась сегодня в штаны и удобные сапожки. По дороге отстегнула и скинула мешающий движениям тяжелый плащ. Я успела. Успела в последнюю скляночку. Табола уже уходил в даль по улице, направляясь в сторону Высокого квартала от здания Сыска.

– Таби! – закричала я и задохнулась. Остановилась на склянку, чтобы перевести дух и опять заорала, что есть мочи, – Таабиииии!!!!

Он услышал. Остановился и обернулся. Увидел, что я бегу к нему и кинулся навстречу. Я буквально упала в его объятия. И некоторое время просто стояла крепко обнимая его и чувствуя как бьется его сердце.

– Таби, я успела…

– Тихо-тихо, – прошептал он мне в макушку. – Что случилось?

– Уже не случилось! Я успела.

– Что? Рина, давай вернемся в Сыск и ты мне все расскажешь.

– Да, конечно. Сейчас туда Гейб с Марком придет. Пожалуйста, это важно. Я не знаю почему, но я должна была тебя здесь остановить. Куда бы ты ни собирался, как бы это не было важно, ты сначала должен послушать, что я сегодня узнала.

– Хорошо-хорошо. Ты только не волнуйся так. Вот он я. Все со мной хорошо. Я не чувствую опасности. Просто выдохни и пойдем.

Табола крепко обнял меня за талию и повел в Сыск. Мы прошли в его кабинет. Его? Видимо, начальника Сыска. Я отметила накинутый на картину плащ, обилие позолоты на мебели и вскрытый сейф. О, так вот откуда Табола достал ту кипу бумаг, над которой матерился в лесу. Маг усадил меня в кресло и приказал принести нам горячий взвар и табак. И ему все равно, где они его достанут.

– Трубочка же у тебя с собой?

– Конечно, – весь мой табак мы выкурили еще на обратной дороге в Каралат, а на рынок за новыми запасами я попасть еще не успела.

Через несколько склянок нас одарили и тем, и другим. В кабинет все это занес молодой лопоушистый парень, чем-то напоминающий личину Таба Равна.

– Рина, познакомься, это Бенни. Подающий надежды молодой сыскарь, – я поздоровалась.

– Бенни. Это Рина, моя помощница по магическим, лекарским и знахарским консультациям. Советую дружить и дарить ей хороший табак, – парнишка густо покраснев пробормотал что-то на тему, что ему очень приятно, и испарился.

– Мда, и этот умеет… – непонятно к чему пробормотал Таби, а я пока набивала свою трубочку. Раскурив ее и сделав несколько вдохов ароматного дыма, кстати, табак внезапно оказался хороший, я поведала магу случай в лечебнице.

– Что ж. Все гораздо хуже, чем я думал, задумчиво произнес он, облокачиваясь на стол. – Рина, я собирался на ужин к градоначальнику графу Джойзафу Сарагосса.

– Тогда я иду с тобой, – я была уверена, что мне вот просто обязательно нужно там быть. – Таби, это не обсуждается!

Глава 6

Табола дель Наварра

Табола направлялся в сторону «Волков», чтобы ополоснуться и переодеться для ужина у градоправителя, когда услышал истошный вопль. У мага ёкнуло сердце от надрывного, словно на исходе сил, – «Таабиии!» за спиной. Риа! Это кричала его Риа! Как? Откуда она здесь? Он обернулся. Девушка бежала к нему в одной рубашке, мальчишечьей жилетке и драных лесных штанах. Бежала, казалось, вкладывая в это бег все свои силы, всю жизнь. Табола кинулся навстречу и подхватил ее уже падающую. Она обняла его так, как-будто уже не чаяла увидеть живым. Впилась ногтями в спину, прижалась всем телом.

На некоторое время Табола даже выпал из реальности. Он прижимал к себе хрупкую фигурку, вдыхал аромат ее волос и бормотал что-то глупо утешительное. Ему нравилось чувствовать близость гибкого и сильного тела, доверчиво прижимающегося к нему. Пара склянок и пришлось снова включать сознание.

Устроив Риа в кресле и позволив ей выкурить половину табака и успокоиться, дель Наварра все же поинтересовался таким испугом.

– Сегодня мы с Марком пошли к Гейбу в лечебницу, чтобы лекарствами поделиться, ну и узнать как дела. Я оказалась там именно в тот момент, когда туда привезли матроса с баржи, пораженного классической порчей. Той самой, от которой человек сам с собой кончает, – начала она рассказ. – Слышал о такой?

– Да. Насколько я знаю, она не снимается и даже определить ее сложно. Ведьмаки могут, но только после ритуала над самоубийцей.

– Ага. И сложного, кстати, ритуала. Над каждым не напроводишься. Да никто и не станет, особенно, если это простой матрос. Вот над кем-то из императорской семьи – обязательно. Но определить ее можно раньше. В первые нары как она начнет действовать.

– Не знал об этом.

– Ее видно любому ведьмаку в первые нары после наведения, простой человек может еще определить по форме зрачка, они становятся узкими, кошачьими. Но обычно в это время человек лежит без сознания и рассматривать его зрачки никому в голову не приходит. Тебя этому не учили, а вот того, кто ее навел, учили и хорошо. Такая порча требует много сил и, чаще всего, заемных. Поэтому дело мы имеем либо с очень сильным ведьмаком, либо с хорошо обученным и абсолютно беспринципным…

– Либо и то, и другое. Так. Ты, я так понимаю, дождалась, когда матрос придет в чувство и допросила его.

– Я сняла с него порчу и допросила его.

– А разве…?

– Разве да.

– И как?

– Это ее единственное слабое место. Она легко снимается, если ее определить в первые нары и рядом окажется знающий ведьмак. Так что матрос жив и, если и помрет, то не уже от нее. А рассказал он мне достаточно интересное. Похоже, в городе снова появился тот самый ведьмак, которого дочка конфетницы приняла за лекаря. Вот, я все записала. Посмотришь или так пересказать? – она достала из торбы, которую усаживаясь в кресло, бросила рядом на пол, маленькую тетрадку размером с ладонь и протянула Таболе.

– Давай почитаю, и если что, уточню.

Маг проглядел запись опроса. Удивился полноте сведений: где и когда родился, кем работает, как часто ходит в рейсы, когда встретил человека, как тот выглядел, сколько провел на борту и как разговаривал, как выглядела куколка порча и каким образом он ее уронил-сломал, когда пассажир сошел на берег и так далее.

– Мда, из особых примет не то, чтобы сильно много: лопоухость и ведьмачья сумка.

– Хорошо, что хоть это есть. Обрати внимание, что одет человек был хорошо. То есть мог путешествовать и на пассажирнике, а не на барже с зерном и картошкой за мелкую монетку. Просто не хотел лишних глаз. Да и от этих постарался избавиться. Никто больше на барже его не видел. Нам просто повезло, что этот матрос попал в лекарню в тот момент, когда там оказалась я.

В этот момент в кабинет постучались и Бенни, который временно взял на себя обязанности куда-то запропастившегося секретаря Чендаре, доложил, что к господину магу лекарь с ребенком.

– Пропусти.

В кабинет зашел встревоженный Гейб, который нес на руках Марка и плащ Рины.

– О, спасибо, что подобрал плащ. Он мешал бежать, – пояснила она.

Лекарь поздоровался, передал девушке спящего ребенка и сел в предложенное кресло.

– Рина уже успела пересказать? – спросил Гейб и, дождавшись кивка от Таболы, продолжил. – Я ведь правильно понимаю, что это тот самый человек, который участвовал в похищении Элены и, наверное, и других людей?

Опять кивок.

– Я могу чем-то вам помочь?

– Если честно, то я не знаю, – спустя склянку раздумий ответил маг. – Мне почему-то кажется, что ты должен принять участие в развязке этой истории. Просто потому, что ты сталкиваешься с ней уже второй раз. А, значит, столкнешься и еще. Хотелось бы, чтобы и этот раз прошел для тебя без потерь.

– Предчувствие? – вскинула брови Рина.

– Да. Причем настойчивое. Своей чуйке я привык доверять даже больше, чем своей логике.

– Тогда, может быть, мы сегодня отправимся к градоначальнику вместе? Или оставим пока Габриэля в резерве?

– Я встречаюсь с ним завтра, – вмешался Гейб. – Давайте, вы мне вечером в «Волках» расскажете, чем окончилась ваша беседа, а потом сделаем выводы.

– Согласен, – кивнул Табола. – А сейчас нам нужно поторопиться, если не хотим обидеть градоправителя опозданием.

Выйдя из Сыска они разошлись в разные стороны: лекарь направился на рабочее место, а Табола, взявший у Рины тяжеловатого ребенка, и девушка пошли в трактир, чтобы быстро привести себя в порядок и успеть на ужин.

Всю дорогу Риа ворчала, что у нее нет ни одного достаточно приличного для такого ужина платья. Ругала себя за непредусмотрительность и пообещала себе завтра же пойти и купить приличную одежду и обувь, все ведьминские принадлежности, которые приходится одалживать, и даже сумку.

– Хотя сумку покупать уже не хочется. Закажу хорошую кожаную торбу за спину. Вот. – подытожила она свой ворчливый монолог, когда они подошли к дверям трактира.

Внутри Табола передал Марка подскочившей Настае, предупредил, что им нужно по-быстрому воспользоваться мыльней и убегать.

– Мы приглашены к градоправителю на беседу, – услышал Табола уже поднимаясь к себе, как Рина шепнула подруге.

Наверху он взял сменную одежду и поспешил во двор к мыльне. Приведение себя в достойный вид заняло у мужчины буквально пять склянок. Рина возилась куда дольше, но результат Табола оценил. Девушке необычайно шло строгое темно-зеленое платье из плотного полотна. Волосы она заплела в какую-то сложную косу, а в уши вдела маленькие серебряные сережки в виде пузатеньких букашек.

– Ты прекрасно выглядишь, – светски подал он ей руку и обозначил легкий поцелуй на ладони. Щеки Риа чуть порозовели, ей было приятно.

– Спасибо, – просто ответила она. – Ну что? Идем или ждем кого-то?

– Идем. Лудим будет ждать нас на месте. Как мне тебя представить, кстати?

– Скажи правду.

Табола поперхнулся.

– Да не эту! – рассмеялась Риа. – Скажи просто: Рина, ведьма. Этого достаточно. Ведьмачий род же не пользуется фамилиями, у некоторых, кстати, их и правда нет. Называют по месту откуда родом или где живет. Говорят просто Геральт из Ривии, например. Поэтому я – Рина, болотная ведьма.

– А ты решила раскрыть свое инкогнито? Хотя действительно глупо было бы сейчас это скрывать, учитывая ведьмачий след в деле, по которому мы идем к местному начальству.

Они рука об руку шли по городу и разговаривали ни о чем. Городской дом градоправителя, графа Джойзафа Сарагосса, находился не так далеко от того самого дома Фритто Мальтикучино, которому пока удалось избежать наказания за «кухонный шпионаж». Поэтому парочка Наварра не могли о нем не вспомнить.

– А давай я его просто прокляну на пару недель острого поноса? Раз уж вы ничего с ним сделать не можете законно? – предложила Риа.

– Потом проклянешь. Потерпи, – строго ответил Таби. – Мы работаем над этим. Не зря же я вскрыл сейф Чендаре с бухгалтерией. Сегодня его светлости буду рассказывать и сама узнаешь много интересного.

– Я уже вся в нетерпении, – отозвалась та.

В дверях особняка их встретил дворецкий, который принял плащи и объемную сумку Таболы и должен был доложить графу о прибытии гостей.

– Как представить вашу спутницу? – по правилам этикета обратился он к Таболе.

– Рина, болотная ведьма.

Лицо дворецкого не дрогнуло ни единой черточкой, но его реакцию выдал испуганный взгляд. Он поспешил удалиться, оставив гостей в холле, что было ужаснейшим нарушением правил приема званых гостей. Спустя пару склянок в холле появился высокий светловолосый и синеглазый мужчина в дорогом костюме.

– Приветствую вас в своем доме, граф дель Наварра, – произнес он и учтиво поклонился, как это принято среди высоких родов, которые стоят на одной социальной ступени. – Я граф Джойзаф Сарагосса.

Глаза его при этом были прикованы к Рийне. Казалось, что просто выше его сил НЕ смотреть на ведьму. Взгляд горел таким любопытством, словно графу десять и он впервые видит магические фокусы. Ри спокойно и открыто улыбалась мужчине.

– Добрый вечер, – произнес Табола. – Позвольте представить вам мою спутницу. Рина. Она болотная ведьма. Прошу прощения, что не предупредил заранее об еще одной персоне при нашей встрече, но то дело, с которым мы к вам пришли находится больше в ее ведомстве. Поэтому я счел необходимым пригласить госпожу.

– Что вы, что вы! Вы все правильно сделали. Мне очень приятно, госпожа, – Сарагосса склонился над рукой девушки. Затем пригласил гостей следовать за собой в гостиную.

Здесь их ждал капитан Лудим, который сидел в кресле перед камином и потягивал эль. Видно, они с хозяином уже успели увлечься беседой. При виде мага и ведьмы стражник поднялся и поздоровался.

– Как вы себя чувствуете капитан? – спросила Рийна.

– Все хорошо, Ри, спасибо.

– О, вы уже знакомы с милой госпожой! – чуть удивился Сарагосса.

– Да, Рина хороший лекарь, сегодня помогла мне.

– А… О вашем, эммм, статусе… – попытался подобрать правильную формулировку так, чтобы не произносить слово «ведьма», граф.

– О том, что я ведьма? Капитан в курсе, – помогла ему Ри.

– Вот и хорошо, а то было бы несколько неудобно обсуждать кое-какие вещи. Позвольте угостить вас аперитивом, – снова включил заботливого хозяина градоправитель, – что предпочитаете?

– Мне эль, а Рине вишневый ликер. Правильно, дорогая, – с интонацией собственника откликнулся Табола.

– Правильно, дорогой, – поддержала Рина, впрочем, нехорошо сверкнув глазами на мага.

Улучив момент, он все же шепнул девушке, что потом все объяснит и попросил поддержать игру в любовников. Она согласно кивнула и приняла предложенную руку, когда дворецкий позвал компанию к столу.

Несмотря на исключительно деловой ужин, присутствующие обязаны были сначала уделить внимание мастерству кухаря градоправителя. Если Табола и опасался, что девушка растеряется при виде множества столовых приборов, то, перехватив ее насмешливый взгляд, понял, что зря. Даже на болотах ее воспитывали как будущую герцогиню Наварра. При виде поданной рыбы Рина только вздохнула:

– Скажите, ваша светлость, – обратилась она к градоправителю, – как зовут вашего кухаря?

– О, прошу меня простить, но я заказал сегодняшний ужин из трактира «Снежные волки». Мой кухарь приболел и восхищенно советовал попробовать блюда именно там. Я недавно заказывал у них обед себе на работу и остался очень доволен. Прошу, оцените. Уверен, что вам понравится.

После этого заявления Табола извинился перед графом и рассмеялся. Лудим не смог удержаться и тоже разулыбался.

– Я что-то не то сказал? – удивился такому веселью Джой.

– Нет, все то. Позвольте я поясню, – сказал Таби и, получив утвердительный кивок, продолжил, – дело в том, что автор большинства блюд «Снежных волков» сидит перед вами. Что, Ри, в кои-то веки хотела поесть то, что не сама готовила?

– А сегодня я и не готовила. Сегодня на кухне Мих геройствовал в одиночестве!

– О!!! – дошло до графа Сарагосса, и он поддержал веселье. – Вы не только очаровательная девушка, но и мастер-кухарь.

Рийна кивнула, приняв комплимент. Это немного разрядило обстановку и разговор пошел живее и непринужденнее. Тем не менее, каждый из присутствующих помнил, почему он здесь находится. Сейчас они «прощупывали» друг друга как будущих союзников или противников. Граф рассказал о семье и проблемах в городском управлении, Лудим посетовал на недостаточное количество стражи в припортовых районах, а Табола, нахмурившись, поведал градоправителю о делах в Сыске Каралата. Рийна внимательно всех слушала, почти не вступая в разговор, и присматривалась к графу Сарагосса.

– Скажите, граф дель Наварра, в ваших ли полномочиях снимать и назначать главу Сыска в беспечатном городе нашего герцогства? Понимаю, что сейчас вы итак проводите огромную работу, но вы же не останетесь здесь навсегда, а нормально функционирующий Сыск нам нужен.

– Да, я могу и снять, и назначить, но, в любом случае, кандидатуру утверждает либо герцог, либо его наследник, если на то нет специального императорского распоряжения. Я уже отправил отчет своему начальнику. Думаю, что он доложит императору и со дня на день и мне, и вам придут соответствующие бумаги. Конечно, было бы хорошо, если бы их сразу привез новый глава Каралатского сыска, но это, скорее, из разряда фантазий об идеальном мире.