Текст книги "Раскоп у Волчьей сопки"

Автор книги: Катерина Алешина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 13 страниц)

– Надо поговорить, – уверенно сказала она. – Отойдём.

Тот пожал плечами и пошёл в сторону палаток. Вера направилась за ним.

– Что? – спросил он.

– Слушай, не выходи ночью из палатки, – попросила Вера. – Как сядет солнце. Не выходи. Не приглашай никого внутрь.

У неё не было сил на объяснения. Она говорила жёстко, будто приказывала.

Саша смотрел недоумённо. Он явно ожидал другого разговора.

– Спятила? Что за тупая шутка?

– Думай что хочешь. Просто послушай. Не выходи ночью.

Саша молчал ошарашенно. Потом заговорил:

– Ну вы с Коноваловым спелись. Ты у него приколы берёшь?

– Не было у меня ничего с Артёмом, – отрезала Вера. – Я думала, ты мне будешь верить, а не Алкиным сплетням. Что, я похожа на такую? Противно, что ты так думаешь.

– Я своим глазам верю, – заявил Саша.

– Теперь не важно. Сделай, как я говорю. Не выходи ночью. А если…

– Почему это я должен тебя слушать? – перебил Саша.

Его светлые волосы трепал ветер. На красивом лице читалась обида. Он поджал губы и смотрел разочарованно на Веру. А та закатила глаза и выдала:

– Если Виталя пригласит внутрь Алку или Зубра, беги! Не веришь – тебе же хуже.

Вера не могла больше выносить этого взгляда. У неё внутри бушевало пламя. Ей хотелось ударить этого болвана, прокричать о том, какой он идиот, сказать: «Жалею, что открылась тебе, что сказала “люблю”».

Вера развернулась и зашагала не оборачиваясь.

Глава 7

Когда шли на раскоп, Вера специально отстала, чтобы поговорить с Артёмом. Тот угрюмо плёлся в хвосте.

– Ну? – спросил он насмешливо. – Узнала больше?

Вера неуверенно кивнула.

Они отстали ещё немного, дабы никто не услышал их разговор.

– Эй, чего там плетётесь? – поинтересовался Лёва, шедший спереди.

– Да иди уже, – махнул ему Артём, – не видишь, мне с дамой поговорить надо?

– О! Ну Тёмик, молоток… – многозначительно бросил Лёва и зашагал вперёд.

Вера закатила глаза. Её раздражали эти намёки.

– С Аллой что-то случилось на раскопе, – начала рассуждать Вера, когда Лёва отошёл достаточно далеко, – почему с тобой ничего?

– Говорил же, бог уберёг, – ответил Артём и достал из-под футболки маленький крестик, сжал его пальцами. – Мамка заставила, – пояснил он.

Вера кивнула, хотя сильно сомневалась, что крестик как-то защитил Артёма. Скорее, это было дело случая.

– Я сначала подумала, что это связано с местом. Помнишь, мы в деревню пошли? – зашептала она.

– К тёте Рае? – перебил Артём.

Вера снова кивнула и очень кратко пересказала историю хозяйки дома о червлёном волке.

– Фигня это всё. Не в раскопе дело, – опять перебил Артём.

– Да. И я об этом, – горячо заговорила Вера. – Мы дежурили на раскопе, и ничего. Всё началось с Аллы в ту ночь, когда приехал…

– Профессор, – закончили они в один голос и переглянулись.

– Думаешь, это он? – тихо спросила Вера.

Артём пожал плечами и уточнил:

– Что он?

– Ну не знаю. Аллу укусил и Зубра.

– А Алла укусила Виталика, причём два раза, но он вампиром не стал. Как тогда это работает?

– Мне откуда знать? Я только издалека видела. Может, они не вампиры вообще, – с глупой надеждой в голосе сказала Вера.

– Ага. Именно поэтому Алка в твою палатку перемазанная в крови лезла. Сама так сказала. А Виталика мы после видели. Вот и подумай, кем она до этого перекусила? – с раздражением проговорил Артём. – Вер, в лагерь кто угодно может прийти. Мы же не за забором живём. Вон этот, ну псих сутулый, например.

– Не-ет, – произнесла Вера, а сама задумалась.

Дорога до раскопа подходила к концу, нужно было догонять отряд.

Артём торопливо произнёс:

– Ладно. Тоже думаю: Профессор – мутный тип. Но мы на самом деле ничего не знаем.

– Ты видел, как Алка в галстук вцепилась? Может, это что-то значит? На фига ей дурацкий галстук?

– Может, – согласился Артём. – Давай, пока не поздно, на станцию рванём, прямо сейчас. Мы отстали, не сразу заметят.

– Представляешь, что с Натальей Борисовной будет? – зло прошептала Вера.

Артём тяжело вздохнул.

– Тогда давай догонять, – пробормотал он и добавил саркастично: – Глядишь, завтра трое в галстуках будут сидеть.

На раскопе всё пошло по заведённому порядку. Вера изредка ловила на себе Сашин взгляд.

«Наверное, думает, что я сошла с ума. Ну и ладно, главное, чтобы послушался, – размышляла она и попутно старалась как можно точнее восстановить в памяти слова Раисы Ивановны. – Кровавый волк вроде оборотня. Он днём притворяется человеком. А ночью превращается в зверя и пьёт кровь. Чтобы самому не кусать людей, заводит слуг – пиявцев. По смыслу вроде как пиявка. А та присасывается и раздувается от крови, – Вера продолжала рассуждать, механически выполняя работу. – Почему червлёный волк не кусает сам? Или кусает? Как человек становится пиявцем?»

В лицо дул тёплый ветер, выбивая прядки из стянутых на затылке волос. Воздушные потоки поднимали сухие травинки с земли. Высокие сосны гнули свои ветви под натиском ветра. А Вера вдруг поняла: предание о Волчьей сопке не просто фольклор. Она мысленно перебирала факты: «Оба вампира, Алла и Коля, днём притворяются людьми. Ночью пьют кровь. Жертва вампиром не становится и утром ничего не помнит».

Вера никогда не верила в случайные совпадения.

«Артём сказал: “Фигня”. Но он там не был, не слышал интонаций, не видел выражения лица хозяйки дома. Она дала мне крестик. Зачем? Нынче не положено верить», – продолжала размышления Вера. Что-то важное ускользало от неё, и она никак не могла нащупать единую логическую нить.

Вера тайком присматривалась к Артуру Владимировичу. С теперешними Аллой и Колей его объединяли безупречная опрятность, очень ровная спина, безжизненность жестов и отсутствие эмоций на лице. Вера выделила и ещё одну общую деталь – привязанность к символике Советского Союза.

Несмотря на сильный ветер, работа на раскопе шла споро. План Парамонова вполне мог бы осуществиться, плиту расчистили на треть. Но вдруг Профессор громким уверенным голосом произнёс, будто приказал:

– Игорь Поликарпович, предлагаю закончить завтра. Слишком ветрено.

Вера глянула на часы: начало шестого. Дежурные ещё только собирались идти в лагерь.

Лёва, услышав такое предложение, одобрительно заулыбался. Ему лишь бы отлынивать от работы.

– Так ужин ещё не готов, – недоумённо сказал Виталя.

Артём округлил глаза. А Наталья Борисовна высказалась:

– Артур Владимирович, не думаю, что ветер – помеха работе.

– Отдых для студентов будет не лишним, – ответил Профессор так, словно он тут главный.

– Артур Владимирович правильно говорит, – встрял Игорь Белуда.

У Веры челюсть отвисла от удивления. От Белуды она не ожидала такой позиции.

Наталья Борисовна ошарашенно посмотрела на Парамонова. А тот как ни в чём не бывало кивнул.

– Согласен. Можно и завтра закончить, – будто зачарованный, одобрил Игорь Поликарпович.

Артём выразительно смотрел на Веру, пытаясь взглядом что-то ей сказать.

– Игорь Поликарпович, мы что, правда, до завтра это бросим? – удивлённо спросил Саша, указывая на плиту.

А Вера вспомнила, как Парамонов до последнего держал их на раскопе под проливным дождём.

– Да. Собирайтесь, идём в лагерь, – беззаботно решил Игорь Поликарпович.

Виталя бухтел себе под нос, видно, тоже вспомнил ливень. Вера краем уха услышала, как Алла произносит:

– Виталий, перестань. Иди инструменты собери.

К ужасу Веры, Виталя не послал Аллу куда подальше, а в самом деле пошёл.

Ребята собрали инвентарь и двинулись к лагерю. Наталья Борисовна выглядела плохо. Похоже, она спорила больше от удивления, чем из желания остаться на раскопе. У Веры всю дорогу было ощущение, будто она барашек, идущий на заклание.

– Всё, Вер, крандец. Надо было уходить, – шепнул Артём.

У них не получалось поговорить. То Зубр, то Алла шли позади, словно караулили.

В лагере Лёва принялся суетиться у костра. Игорь же выполнял работу дежурного чётко и обстоятельно, без лишних движений. Наталья Борисовна ушла в палатку, и Вера последовала за ней.

– Наталья Борисовна, вам помочь чем-нибудь? – задала вопрос Вера, делано спокойным голосом.

– Верочка, да. Намочи вот, пожалуйста, – послышался голос научного руководителя.

Вера протиснулась в палатку, приняла из рук Натальи Борисовны маленькое полотенце, сходила к умывальнику и вернулась. Она не торопилась уходить.

– Голова болит ужасно, – тихо пожаловалась Наталья Борисовна, положив полотенце на лоб и прикрыв глаза. – Вера, ты что-то хотела? – спросила она, заметив, что та не уходит.

Вера никак не могла подобрать слова, с которых лучше начать.

– Наталья Борисовна, вам не кажется, что Игорь Поликарпович странно себя повёл? В прошлый раз он нас в ливень на раскопе держал, говорил, что погода работе не мешает.

Наталья Борисовна вздохнула устало и ответила:

– Вера, ты совсем молодая ещё. А мужчины они такие: сегодня одно, завтра другое. Ну и хорошо, что так им в голову взбрело. Меня мигрень замучила.

– В лагере происходит нечто ужасное, – выпалила Вера.

– Что? – Наталья Борисовна открыла глаза, приподнялась.

– Алла и Зубарев, они… Они больше не они. Я точно знаю. Алла – моя лучшая подруга. И ночью она хотела пробраться в палатку. На лице у неё была кровь. Алла укусила Виталю. Они вампиры! – сбивчиво затараторила Вера, запоздало понимая, как бредово это звучит.

Наталья Борисовна жестом оборвала её, повалилась на спальный мешок.

– Всё! Хватит! И без этого голова болит. Шутки как в детском саду, – недовольно сказала она, массируя висок. – От Коновалова набралась? Вер, ну ты же приличная девушка. Не связывайся ты с ним.

Наталья Борисовна поправила съехавшее со лба полотенце.

Вера, вся красная, не говоря больше ни слова, выскочила наружу.

На поляне Веру перехватил Артём.

– Чего случилось? – спросил он, увидев выражение её лица.

– Не поверила, – пробормотала Вера, ругая себя за глупость и бессвязную речь.

«Нужно было подготовиться, привести факты, говорить чётко», – отчитывала она саму себя.

– Кхы, понятное дело. Я так и сказал. Давай, пошли. Притворяемся, что всё отлично, и до темноты в палатку, да? – тихо проговорил Артём.

Вера кивнула, соглашаясь.

– Там решим, – добавил шёпотом Артём.

Вера мысленно задала себе вопрос: «Поверила бы Наталья Борисовна, если бы я пришла к ней вместе с Сашей?»

Ужин получился ранним. Ветер раскачивал сосны. Навес над столом колыхался, как парус. Саша угрюмо смотрел на Веру. Все молчали, будто на званом обеде. Лёва пытался завести разговор, но никто его не поддержал. Из-за серых облаков небо казалось низким и давящим.

После ужина Наталье Борисовне стало хуже.

– Давайте в аптеку поедем или в больницу сразу, – предложил Игорь Поликарпович.

– Что скажете, Наталья Борисовна? – поинтересовался Артур Владимирович.

Та согласилась:

– В больницу.

Парамонов засобирался.

Вера подметила, что Профессор не предложил отвезти научного руководителя.

– Не лучшая идея оставлять студентов без начальника, – произнёс Артур Владимирович, когда Наталью Борисовну усадили в «буханку».

Практиканты окружили машину.

– Кто-то из студентов может отвезти, – встрял Белуда.

Наталья Борисовна обмякла на сиденье и выглядела очень бледной.

– И то верно, – согласился Парамонов.

Веру шокировала нелогичность поведения начальника раскопа. Профессор мог бы отвезти Наталью Борисовну на нормальной машине, без тряски и запаха бензина в салоне. Остальные будто ничего не замечали. Леденящий ужас мурашками расползался по телу Веры. Она наконец поняла: Парамонову будто отдавали приказ, которого тот не мог ослушаться. Так же, как Алла приказала Витале собрать инструменты.

– Артём умеет водить, – сказал Зубарев.

– Не, не умею, – открещивался Артём. – Ты чего-то попутал.

– Я могу, – громко предложил Саша.

– Вот и молодец. – Парамонов хлопнул Сашу по плечу и отдал ему ключи.

– Только я дорогу не знаю, – неуверенно заметил Саша. Он смотрел недоумённо то на Парамонова, то на Профессора.

Артур Владимирович спокойным голосом и без интонаций стал объяснять Саше, как доехать. Артём потянул Веру за руку. Они чуть отошли от столпившихся студентов.

– Пошли, нечего тут стоять. Чую, дело пахнет керосином, – тихо сообщил Артём, продолжая тянуть Веру.

– Подожди, – шёпотом ответила она. – Иди в палатку, я сейчас.

Артём заупрямился и принялся спорить.

Между студентами протиснулся Парамонов и зашагал мимо Веры и Артёма.

Вера проводила его взглядом, посмотрела на растерянное лицо Саши.

– Иди, я за тобой. Чтобы не вместе, – бросила Вера Артёму.

Тот наконец пошёл к палатке.

Вера увидела, как Алла залезла в машину и заботливо положила на лоб Натальи Борисовны мокрое полотенце. Всё внимание ребят было занято экстренным отъездом научного руководителя. Саша что-то переспрашивал у Профессора. Тот спокойным, ровным голосом отвечал. Вера поискала глазами Парамонова. Он обнаружился в «Лавке древностей». В раскрытых створках палатки мелькали его спортивные штаны. Вера уже ничему не удивлялась, все чувства будто отмерли. Возникло ощущение нереальности происходящего. Девушка на ватных ногах побрела к «Лавке древностей», то и дело оглядываясь на толпу возле «буханки». Никто не обращал на неё внимания.

В палатке, приспособленной под полевую камералку, Парамонов рвал в клочья документы, выдёргивал листы из журналов, срывал ярлыки с артефактов. Вера замерла у входа, глядя на творящийся хаос.

– Игорь Поликарпович, что вы делаете? – выдавила она вопрос тихим дрожащим голосом.

– Навожу порядок в документации. Елисеева, что ты хотела? – заговорил Парамонов, как заколдованный, будто не понимал, что делает.

Раздался щелчок, а после звук заведённого мотора. Вера обернулась. Коля и Игорь вперились в неё. Алла захлопнула дверь «буханки», и та тронулась задним ходом. Веру пробрал озноб. Она, как могла быстро, зашагала прочь от камеральной палатки.

Вера забралась в свою палатку, где её уже ждал Артём. Девушку трясло. Тучи слегка разошлись, и алые закатные лучи пробивались сквозь ткань палатки, озаряя всё внутри тёплым светом. Ветер не стихал. Стенки палатки чуть подрагивали под его напором.

– Что там? – спросил Артём.

– Белуда тоже, – дрожащим голосом вымолвила Вера.

– Понял уже. Ты видела? Нет, ну ты видела? – возмутился Артём. – Парамонов как зомби. Что ему ни скажут, он всё делает. Какого чёрта?

– Видела, – выдавила Вера.

Она ничего не чувствовала, когда наблюдала за начальником раскопа, а теперь её словно накрыло адреналином, руки тряслись, и голос не слушался. Стало невыносимо жутко.

– Что с тобой? – задал вопрос Артём, заметив Верино состояние.

Он обнял Веру, потом стал растирать её плечи.

– Нормально. Не надо. – Вера оттолкнула его.

Вера тихим сбивчивым шёпотом пересказала Артёму всё, что видела. Тот округлил глаза.

– На фига он это делал?

Она пожала плечами. Ей снова казалось, что все события связаны, у всего есть один мотив. Но она не могла понять какой.

– Значит, кому-то не нужно, чтобы вскрылось, что именно мы тут нашли, – после паузы произнёс Артём.

Вера молчала, лихорадочно соображая.

– Сведения о практикантах находятся в деканате, – тихо проговорила она, будто самой себе. – А информация о раскопе есть в открытом листе. Ты прав. Значит, дело в том, что мы нашли.

– Не знаю. В голове не укладывается. А упыри здесь откуда? – Артём нервным жестом взъерошил волосы.

– Да. Не бывает таких совпадений, – вздохнула Вера.

– Давай всё-таки свалим отсюда, – предложил Артём.

Вера задумалась, а затем выдала:

– Не дадут уйти. Они так смотрели. Зубр и Белуда. Думаю, поняли, что мы знаем.

– Да что мы знаем? Мы ничего не знаем! – психанул Артём.

– Мы знаем, что от укуса пиявца вампиром не становятся, – начала рассуждать Вера.

– Чего? Пиявца?

– Ну да. Помнишь историю Раисы Ивановны? Предание о Волчьей сопке.

– Ты не говорила, что оно о Волчьей сопке, – удивлённо заметил Артём.

– Не говорила? Неважно, главное, что есть сходство, – отмахнулась Вера. – Назовём их пиявцами, – продолжала она. – Есть тот, кто их заразил. И почти наверняка это Профессор.

– Слушай, Вер, надо попробовать, пока светло. С самого обеда чёрт знает что творится. А самое странное – что Парамонов каким-то образом им подконтролен. Сама посуди, Наталья Борисовна и Литвинов уехали. Я думаю, это единственные, кроме нас, кто не был укушен, – уговаривал Артём. – Мы тут сидим, а время уходит.

Вера чувствовала некоторое облегчение от того, что Саша убрался подальше, хоть и на время.

– Ладно, – согласилась Вера.

Артём осторожно выглянул из палатки.

– Ну что? – прошептала Вера.

– Тихо, – также шёпотом ответил Артём и полез наружу.

Вера осторожно выбралась следом.

Ветер гнул вековые сосны. В разрыве облаков низко над сопкой висело солнце, укрытое наполовину серой хмарью. Его последние закатные лучи яркими всполохами ложились на поляну. За столом полевой кухни сидели пятеро, неподвижные, словно статуи. Парамонова и Профессора там не было. От вида неестественных поз сокурсников Веру пробирала жуть. Она прижалась низко к земле, стараясь остаться незамеченной. Просвет меж серых туч стремительно уменьшался. Ветер гнал облака.

«Не успеем, – думала Вера. – Разве что до деревни дойти, и то может не получиться».

– Слишком рано темнеет, – прошептал Артём над ухом Веры.

Никто не разводил огня. Пустое кострище чёрной дырой зияло в центре поляны. Погода изменилась, стало прохладно. По рукам Веры бежали мурашки то ли от холода, то ли от вида неподвижных фигур за столом.

Артём, похоже, думал о том же.

– Где Профессор? Ты его видишь? – прошептал он вопрос.

Вера помотала головой.

Артём колебался.

– Переждём ночь в палатке, – произнёс он.

Вера кивнула. Солнце почти скрылось в облаках. Яркое пятно, затянутое серыми тучами, висело низко между сосновых стволов.

Артём и Вера забрались обратно в палатку. Внутри им стало спокойнее. Снаружи все звуки смолкли, только шелестел ветер, как в затишье перед бурей. Вера устала, нервное напряжение давало о себе знать. Она развернула спальник так, чтобы хватило места Артёму, накрылась курткой и легла. Артём опустился рядом. Они лежали какое-то время, глядя друг другу в глаза, и молчали. Было ещё светло. Вера хорошо видела каждую чёрточку лица Артёма. Сейчас он выглядел другим человеком, серьёзным и взрослым. Мальчишеская ухмылка, привычная для Веры, исчезла с его лица. Вечный шут, паяц и заводила переменился. Длинная, взъерошенная чёлка русых волос торчала во все стороны, зелёные глаза смотрели внимательно. Картину портил распухший нос. Вера вдруг вспомнила Аллины слова: «Коновалов дурак, конечно, но симпатичный».

«Так и есть», – подумала Вера. Ей нестерпимо захотелось вернуться в тот день, когда Саша подарил ей кофейные зёрна, и чтобы ничего этого не было, чтобы Алла была прежней, а Артём всё так же паясничал. Теперь всё изменилось: Саша её презирает, Алла ей больше не подруга, и Вера ночует в палатке с Артёмом.

Ветер создавал монотонный убаюкивающий шум. Вера убедила себя, что в заговорённой палатке безопасно, и потому прикрыла глаза.

– Вер, – нарушил тишину Артём.

Его лицо было близко, он всё так же смотрел на Веру. Та перекинула за спину волосы, разметавшиеся вокруг, и недовольно пробормотала:

– Что?

– Вер, я тебя люблю, – проговорил Артём.

Повисла тишина.

– Ты дурак? – серьёзно спросила Вера после паузы. – У нас тут вампиры, а ты…

– А что? – перебил Артём. – Решил сказать. Вдруг больше возможности не представится.

Вера не знала, что ответить. Она не хотела обижать Артёма, но и ответить взаимностью не могла.

– Ладно. Ничего не говори. Я просто сообщил, вдруг ты не знала, – произнёс Артём и добавил задумчиво: – Я и сам не знал, пока Литвинов не нарисовался.

Вере захотелось треснуть Артёма по лбу, такими неуместными ей показались его признания.

– Слушай, – начала она. – Давай потом. Сейчас надо думать, что делать.

– Чё тут думать? С рассветом уматываем отсюда, и всё, – ответил Артём.

– Угу, – пробормотала Вера, перевернулась на другой бок спиной к Артёму. – Давай попробуем уснуть, – предложила она.

После нескольких минут тишины Вера повернулась обратно и спросила:

– Может, это тот горбатый псих?

– Что горбатый псих?

– Ну главный вампир. Может, в ту ночь, когда мы с Сашей дежурили, он не приходил. А в следующую ночь пришёл на раскоп и наткнулся на Аллу.

– Не знаю, – выдал Артём. – И знать не хочу. Просто надо валить отсюда.

– Может, это не Профессор.

– Зубр днём пропал. Вер, думаешь, деревенский дурак такой умный, чтобы караулить нас по одному? Это надо тут быть, чтобы знать, кто куда пошёл.

– Может, Зубр, правда, в сельпо ушёл и там на вампира наткнулся? – не унималась Вера.

– Нет. Зубр со стороны раскопа вышел, – уверенно заключил Артём. – Мы с Виталей по тропе ходили. Там были только ваши следы в грязи.

Вера и сама не верила в то, что говорила, но очень хотела надеяться, что это не Профессор.

– Зачем тогда приказывать Парамонову уничтожить документы? – рассуждал Артём. – Я теперь уверен, что Профессор – вампир.

– А что ему надо? – спросила Вера в большей степени у себя, чем у Артёма.

– Не знаю, – сказал тот.

Вера снова перевернулась на другой бок. Какое-то время они лежали в тишине, думая каждый о своём.

Неожиданно снаружи раздался еле слышный звук включения стартера. Хлопнула дверь, зашуршали колёса. Вера приподнялась, прислушиваясь. Артём приложил палец к губам. В шуме ветра явственно выделялись звуки отъезжающего автомобиля.

Всё смолкло. Артём опасливо высунулся наружу, потом вылез из палатки и исчез на пару секунд.

– Машины профессора нет. Уехал, – доложил он, вернувшись.

– А остальные где? – задала вопрос Вера.

– Не знаю, не видел. Я особо не светился. На поляне пусто, вообще жуть, – рассказал Артём.

Вера нахмурилась.

– Ладно, сидим и не отсвечиваем. Темнеет уже, – добавил Артём.

– Думаешь, он уехал? – переспросила Вера.

Артём пожал плечами.

– Может, он сделал своё грязное дело, и здесь ему делать больше нечего, – предположил он.

– Сомневаюсь, – задумчиво проговорила Вера. – Мы не знаем, чего он вообще хотел.

– А чего хотят упыри? Кровью полакомиться, – зло бросил Артём.

– Не знаю. Странно это всё. Зачем документы уничтожать?

– Согласен, не вяжется. Я тебе так скажу, то, что Алка, Зубр и Белуда – вампиры, уже за гранью… Это даже в кошмаре не представить, – подытожил Артём.

Вера обняла колени и слегка раскачивалась на месте. Она чувствовала, что упускает важную мысль.

– Вер, всё, хватит. – Артём слегка обнял её. – Ты права, надо попробовать уснуть. Если Профессор свалил, нам же лучше, ночь пройдёт спокойней.

– Тебе не кажется странным, что стало так тихо? Парамонова тоже не видно и не слышно, – высказала опасения Вера.

– Кажется, – озвучил свои мысли Артём, сидя рядом и обнимая Веру за плечи. – Мне всё кажется странным. Я только одному рад… Что ты со мной.

– Блин! Ты опять за своё. – Вера скинула его руку.

– Да ладно, чё ты? Я же честно сказал, как чувствую.

– Давай посидим в тишине, – попросила Вера.

– Угу, – отозвался Артём.

Вера растянулась на спальнике и стала смотреть в брезентовый потолок. В палатке стало темно, и Вера вглядывалась в эту темноту, думая обо всём сразу: о необъяснимых событиях на раскопе, о том, что делает сейчас Саша, и о Наталье Борисовне. Артём ворочался рядом.

– Как думаешь, у Натальи Борисовны всё нормально? – спросила она у Артёма, сама нарушая тишину.

– Да уж получше, чем у нас, – со смешком ответил Артём.

– Прости, – прошептала Вера.

– За что? – удивился Артём.

– Не хотела тебя обижать, – произнесла Вера, не поворачивая головы, всё так же глядя в потолок. – Ты мне открылся, а я тебя дураком обозвала. Извини, в общем.

– Ладно, проехали, – бросил Артём.

– Как твой нос? – поинтересовалась Вера, чтобы прервать неловкую паузу.

– Болит, – недовольным голосом сообщил Артём, а потом надолго замолчал.

Вера лежала в темноте, прислушиваясь к звукам снаружи. Только дыхание Артёма и лёгкий шелест ветра нарушали тишину.

Она повернулась к Артёму и тихо-тихо спросила:

– Знаешь, что я думаю?

– Что?

– Думаю, Профессор кусает людей и делает их таким образом пиявцами. А пиявцы вроде как промежуточный пункт доставки крови вампиру.

– Ого. С чего такие выводы?

– Из предания. Ну которое Раиса Ивановна рассказала, – пояснила Вера. – Других объяснений всё равно нет.

– Какая-то сложная схема. Проще вампиру просто кусать людей, и всё, – сказал Артём.

– Если бы вампир инфицировал жертву, а жертва могла инфицировать следующую жертву, представляешь, каких масштабов достигла бы инфекция даже за месяц, – рассуждала Вера. – Мы не знаем, как давно они существуют, сколько их и как часто им требуется кровь. При любом раскладе человечество было бы обречено при таком способе распространения вампиризма…

– Давай не будем об этом. Противно, – перебил Артём.

Вера не стала продолжать вслух.

Через пару минут Артём спросил:

– Тебе страшно?

– Да, – робко ответила Вера.

– Мне тоже, если честно. Можно я тебя за руку возьму? Мне так спокойней, – попросил Артём. – Без всяких там намёков. Просто, – добавил он.

– Угу, – выдавила Вера.

Артём нащупал Верину ладонь, сжал её пальцы и через некоторое время засопел разбитым носом. Вера лежала неподвижно, боясь пошевелиться. Её тревожила тишина снаружи.

«Неужели они так и сидят неподвижно за столом? – думала она. – Вероятно, троица вампиров – да. А остальные?»

На Веру медленно наваливалась усталость. За круговоротом мыслей незаметно пришёл сон.