Текст книги "Весна перемен"

Автор книги: Катарина Херцог

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц)

Глава 8. Сильви

Сильви стояла на балконе и смотрела на Галлоуэйские холмы. Сегодня днем было хорошо и солнечно, но вечером набежали чернильно-черные тучи. Они висели так низко, что Сильви даже захотелось втянуть голову в плечи. Возможно, причиной тому был звонок Шоны.

Вот было бы здорово, если бы девчушка купила коттедж «Бэйвью»! Мысль о том, что там будет жить кто-то чужой, уже несколько ночей мучила Сильви, лишая сна. Может, позвонить Клаудии и попросить немного снизить цену? С учетом дохода от цветочных магазинов – ее дочь явно не обеднеет. Но все равно это плохая идея, ведь Сильви прекрасно знала, что Шона не принимает подачек – эта девушка всегда была ужасно гордой и упрямой. К тому же Сильви боялась просить дочь о такой услуге. Она прекрасно понимала, что Клаудия и так очень щедра. Без Клаудии они обе не попали бы в такой шикарный дом престарелых. Здесь даже был бассейн!

«После всех неприятностей, которые доставила тебе дочь, это самое меньшее, что она может для тебя сделать», – проворчала Айви, но и она прекрасно понимала, как сильно они обязаны Клаудии. Все же сестра не удержалась от еще одного замечания: «В конце концов, мы годами растили ее мальчишку. Сначала потому, что она просто не захотела забирать беднягу после летних каникул. А потом потому, что он сам не захотел с ней оставаться».

Это правда. У Альфи никогда бы не было той свободы, которую он чувствовал с бабушкой и тетей Айви в коттедже «Бэйвью», в Ноттинг-Хилле, где тогда жила и до сих пор живет Клаудия. И он уж точно не получил бы от матери той любви, которую дарила ему Сильви. Для нее забота о внуке никогда не была обязанностью – только привилегией. Мальчик стал даром, потому что он вернул жизнь в коттедж и отвлек ее от забот, которые доставляла ей Клаудия. Кроме того, Сильви видела в этом возможность воспитать внука лучше, чем дочь.

Долгое время все складывалось хорошо. Благодаря друзьям, особенно дружбе с Шоной, Альфи твердо стоял на ногах. Но когда Шона уехала учиться на кондитера в Ньютон-Стюарт, он вышел из-под ее влияния и покатился по наклонной.

Сильви почувствовала жжение в горле. Не надо было Клаудии дарить ему этот мотоцикл! Когда она наконец начала прилично зарабатывать, то стала слишком щедра к парню. Как будто недостаток любви можно компенсировать деньгами!

От долгого стояния у Сильви заныло бедро, и, убрав руки с перил балкона, она вернулась в кресло. Поднялся сильный ветер, но ей пока не хотелось заходить в дом: лучше немного побыть одной, наедине со своими мыслями. Еще минута – и раздастся первый раскат грома, небо пронзят молнии. Айви утверждала, что в феврале гроз не бывает, но Сильви точно знала: что-то назревает. Она натянула шерстяное одеяло на плечи и сложила руки на коленях.

Почему в ту ночь Альфи сел на мотоцикл нетрезвым? Да, этот парень всегда пил без меры! Это он унаследовал от матери. Но обычно в таком состоянии Альфи воздерживался от поездок за рулем. Все же он был благоразумным. Не забывал, как однажды его мать, будучи пьяной, врезалась в опору моста. Клаудии повезло – она выжила. А вот ее сын спустя годы – нет.

Сильви крутила кольцо на среднем пальце. Через несколько недель исполнится десять лет со дня смерти Альфи. Как бы ей хотелось навестить его на кладбище, но теперь с этими поездками покончено. Добираться на машине слишком долго и слишком опасно. Айви почти ничего не видела, и во время их вылазок в деревню, если не считать нескольких вмятин, ничего страшного не случалось только потому, что она знала каждый дюйм пути от холмов к Суинтону. И конечно же, потому, что Сильви блестяще ее направляла.

«Надо было самой получить водительские права», – подумала Сильви. Но сначала она положилась на Уилла – упокой Господь его душу, – а потом на Айви. Может, Клаудия отвезет их на кладбище? Наверняка в этот особенный день она тоже захочет побыть рядом с сыном.

Ее мобильный телефон издал мелодичный звук колокольчика. Последние два десятилетия Сильви, как и Айви, успешно сопротивлялась современным гаджетам. Но теперь, когда Клаудия настояла на покупке мобильного телефона, она прониклась к этой вещице симпатией. С его помощью можно было не только звонить, но и отправлять сообщения. Сильви все еще не разобралась, где точка, но по крайней мере знала, как разделять слова.

Входящее сообщение, о котором возвестил колокольчик, было от Нейтана.

Привет, Сильви! Вчера сюда пришел толстый кот. Рыжий, полосатый, и у него только один глаз. Он ваш? Все время трется о мои ноги. Мне его покормить или прогнать?

О боже, это же Пират! Она совсем о нем забыла. Пройдоха не показывался всю зиму: видимо, нашел себе местечко потеплее. Так было всегда: кот приходил и уходил, когда ему вздумается, часто пропадал месяцами, а однажды его не было больше полугода. Сильви оставалось только надеяться, что он не решил вернуться в коттедж «Бэйвью» насовсем. Новые хозяева точно не обрадуются, если у них будет жить толстый прожорливый одноглазый кот, который постоянно пукает.

Что же ответить Нейтану? Советоваться с Айви не стоит – та, безусловно, выступит за то, чтобы прогнать кота: этот рыжий вонючка вечно был для нее как бельмо на глазу. Сильви опустила телефон и какое-то время нерешительно смотрела на сообщение Нейтана. В самом верху, рядом с именем, была его фотография в кружке. Не слишком-то удачная. Парень выглядел как бродяга. Стоит ли сказать Нейтану, когда выдастся свободная минутка, что ему срочно нужно подстричься, а хорошая бритва способна сотворить чудо? К тому же ему стоит лучше питаться; щеки впали, а темные круги под глазами явно свидетельствовали о недостатке сна.

Похоже, Эдинбург оказался ему не по зубам. Сильви всегда знала, что жизнь в больших городах плохо влияет на молодежь. Такое уже было с Клаудией и Альфи! Теперь Нейтан. Ей действительно жаль его. Он всегда казался таким милым, славным парнем. И добился поистине грандиозного успеха. В одной из нераспакованных коробок для переезда так и лежит экземпляр книги, который Нейтан подписал специально для нее…

Сильви со стоном встала и пошла в спальню. Там, у изножья ее узкой кровати, стояли две коробки, которые еще предстояло распаковать. Сильви неловко наклонилась, открыла первую – и вуаля! С торжествующим видом она выудила книгу. Прежде Сильви не читала написанного Нейтаном и не была уверена, что прочтет. Сильви любила книги с обложками в пастельных тонах и с красивыми людьми, чьи глубокие взгляды обещали счастливый конец. Эта книга вызывала у нее сомнения. Обложка была черной как ночь, с надписью «Соло», выведенной гигантскими неоновыми буквами, а под ней виднелись такие же неоновые силуэты танцующих людей. Удивительно, что роман имел такой успех, несмотря на уродливую обложку и непривлекательное название. Он стал бестселлером во многих странах. Кажется, даже планировалась экранизация? Поистине невероятный успех! Почему Нейтан так и не написал вторую книгу?

Тишину разорвал раскат грома, такой пронзительный, что Сильви вздрогнула.

– Слышишь? – крикнула она в маленькую кухню, где Айви кипятила воду для новой порции чая. – Я так и знала, что-то назревает!

Глава 9. Шона

Наконец-то рабочий день окончен! По понедельникам после обеда «Сладкие штучки» всегда закрывались. С чувством невыразимого облегчения Шона опустилась на один из белых лакированных стульев в кафе. По дороге на работу Айла упала с велосипеда и повредила руку, так что сегодня Шоне пришлось крутиться одной. И она едва справилась! С четырех часов утра Шона трудилась в пекарне, готовя заказ для кафе в Ньютон-Стюарте. Вдобавок ко всему одна из тех модных мамочек, которые занимаются йогой и пьют зеленый смузи – а такие в последнее время все чаще появлялись на пороге ее кафе, – заказала тридцать шесть разноцветных капкейков в виде единорогов на день рождения своей шестилетней дочери. У каждого золотой рог и бело-золотые ушки. Шона передержала первую партию в духовке. Такого с ней не случалось уже давно. Но сегодня она никак не могла сосредоточиться: хоть кровать Нанетт с балдахином в духе Флоры Макдональд и была очень удобной, Шона плохо спала. Потеря коттеджа «Бэйвью» ранила ее гораздо сильнее, чем она думала. Можно ли назвать потерей то, что никогда тебе не принадлежало? Во всяком случае, Шона испытывала похожие чувства.

Ей не хватало всего трех тысяч фунтов! Для некоторых людей эта сумма была просто карманными деньгами. В отчаянии тем вечером Шона даже подумывала зарегистрироваться на конкурс тортов.

Нет! Это исключено. К тому же она не могла придумать, как воплотить в жизнь эту дурацкую тему. «Там, где живет любовь…» Интересно, какой идиот это придумал?

Шона взяла смартфон и в последний раз открыла почту, чтобы проверить, не поступили ли новые заказы. Нет! Она быстро заглянула к Мисс Леттрикс. Какая-то девушка написала письмо покойному дедушке. Накануне смерти он отправил ей сообщение: «Дедушка любит тебя!» – и она ужасно жалела, что не ответила. Такие чувства были слишком хорошо знакомы Шоне.

– Пошли, Бонни! Пойдем домой! – Шона посмотрела на собаку, терпеливо ожидавшую рядом, и тут же вспомнила, что в подвале их дома стоит огромный и ужасно шумный агрегат, а сама она пока живет в милой, но маленькой комнате без балкона. Погода за окном была прекрасная, поэтому Шоне не хотелось сидеть в четырех стенах. Она решила немного прогуляться с Бонни, прежде чем вернуться в Хиллкрест-хаус и вздремнуть.

Она отправилась в путь. Уже чувствовалось приближение весны. Воздух показался Шоне мягче, чем несколько дней назад, и пахло чуть слаще. На ветвях деревьев уже набухали почки, а в саду Миллеров распускались подснежники. При виде нежных белых чашечек Шона почувствовала прилив сил. Весна всегда была ее любимым временем года. Она с нетерпением ждала, когда дни снова станут длиннее, все вокруг наполнится яркими красками и вернутся птицы. Иногда она уже слышала первое робкое щебетание.

Шона планировала прогуляться по дощатой тропинке через маршевые луга. Но, купив в лавке Джо сэндвич с рыбой для себя и Бонни, она развернулась и, как и накануне, направилась к холмам. Хотела в последний раз навестить коттедж «Бэйвью», а заодно опустить ключи в почтовый ящик. Сильви так обрадовалась идее Шоны купить их домик, что практически вложила связку ей в ладонь. Шона вздохнула. Что ж, не судьба.

Хотя в Суинтоне стояла почти весенняя погода, на холмах, как и всегда, дул холодный ветер. Шона застегнула куртку, надела шапку и, миновав пустующую бельевую веревку, направилась к задней части участка, где стоял сарай Альфи. Ей хотелось немного посидеть на скамейке, съесть сэндвич с рыбой и полюбоваться морем. После продажи коттеджа у нее такой возможности больше не будет.

Серая плитка на дорожке, ведущей к сараю, покрылась мхом, расшаталась и частично треснула. Возле покосившегося куста стояла тачка с кучей камней, а рядом с ней во влажной земле торчала лопата. К сараю Альфи были прислонены две сломанные доски. Кто-то, должно быть, заменил их новыми. Сильви упомянула, что перед продажей кое-что нужно подлатать. Пока Бонни отправилась бродить по участку, уткнувшись носом в землю, Шона села на старую деревянную скамейку и развернула сэндвич с рыбой.

Она обвела взглядом вершины холмов. Какой же потрясающий вид! Шона не припоминала ни одного другого места, откуда можно было бы смотреть так далеко. Ей нравилось, что здесь, наверху, всегда дул легкий ветерок. Он нежно играл ее локонами, гладил лицо. Закрыв глаза, она представляла, что это пальцы Альфи. На этой самой скамейке он впервые ее поцеловал. Как же давно это было.

В этом году исполнялось уже десять лет со дня смерти Альфи. У Шоны сжалось горло от воспоминания о том, как папа сообщил ей эту новость. Его лицо было серым, а руки дрожали; он попросил ее сесть, потому что случилось нечто ужасное. Альфи попал в аварию. На мотоцикле. И погиб на месте.

Шона захотела немедленно отправиться к нему. Убедиться, что слова отца – ложь. Но это была правда. Пять дней спустя Шона стояла у открытого гроба Альфи. Он лежал неподвижный и тихий. Но Альфи никогда не был неподвижным и тихим – наоборот, шумным и жаждущим жизни!

Лай Бонни оторвал ее от мыслей. Собака лаяла очень редко, и было довольно непривычно слышать ее голос – низкий глухой «гав». В следующее мгновение Бонни уже неслась к дому. Шона встала, чтобы посмотреть, что же привлекло ее внимание.

Это был Пират, толстый рыжий кот Айви и Сильви! Боже мой, Шона понятия не имела, что он еще жив, поскольку не видела его целую вечность. Бонни Белль радостно завиляла хвостом. Она любила кошек. Так же, как кроликов, оленей, уток и чаек, но эта любовь никогда не была взаимной. Шона улыбнулась. Кот запрыгнул на маленький столик, за которым его хозяйки обедали в теплые дни, и сердито посмотрел на собаку одним глазом. Хвост у него распушился, как туалетный ершик, а шерсть на спине встала дыбом. Бонни забралась передними лапами на стол и принюхалась. Вдруг она взвизгнула – кот зашипел и ударил ее лапой. Он спрыгнул, сбив со стола пепельницу. Та с грохотом упала и раскололась надвое. Пират подбежал к коттеджу и исчез за входной дверью. Только тогда Шона заметила, что она приоткрыта.

Шона хотела последовать за котом – должно быть, человек, которого наняла Клаудия, забыл запереть дверь, а Сильви и Айви явно не желали, чтобы их коттедж превратился в проходной двор, – как вдруг на подъездную дорожку въехал черный внедорожник. Из машины вышли высокий худой мужчина в солнцезащитных очках и рыжеволосая женщина с очень ярким макияжем.

Глава 10. Шона

– Ой! – Женщина замерла, увидев Шону. – Миссис Бирнс вроде бы упомянула, что дом покажет некий ее знакомый. Так что я не ожидала увидеть женщину. Но как бы то ни было… – она выдавила из себя улыбку, – рада, что вы уже здесь! Знаю, мы приехали чуть раньше, но я не могла больше ждать. Этот дом – именно то, что мы ищем! Миссис Бирнс, возможно, уже сказала вам, что мы с мужем из Глазго и в будни ужасно много работаем. Поэтому нам очень хочется хотя бы выходные проводить в более укромном месте, наслаждаясь тишиной и покоем.

Шона на секунду задумалась. Женщина, очевидно, посчитала, что ей поручено показать им коттедж! И вроде нужно как можно скорее прояснить это недоразумение. Но любопытство – весьма пагубное любопытство – ее остановило. Возможно, это будущие владельцы коттеджа «Бэйвью», а знакомый Клаудии еще не приехал. Что плохого в том, чтобы уже сейчас начать показывать потенциальным покупателям дом? В конце концов, мало кто знал коттедж так хорошо, как она.

– Что ж, если здесь и есть что-то в изобилии, так это тишина и покой. – Шона тоже попыталась улыбнуться, но не справилась со сковавшим ее напряжением. – Я Шона Эрскин. Начнем осмотр внутри или снаружи?

– Конечно же, снаружи! Вид просто волшебный. – Пока Шона вела их по саду, женщина представила себя и мужа: Моника и Ник Боуи. Шона также узнала, что Ник – архитектор, а Моника работает инвестиционным банкиром.

– О, у меня уже столько идей для дома! – воскликнула Моника. – Вот здесь, например, просто идеальное место для бассейна, правда, дорогой? – Она указала на сарай Альфи, и муж кивнул.

Они хотят снести сарай Альфи и сделать там бассейн! Шона прикусила нижнюю губу. Наверное, это был лишь вопрос времени, когда лачугу сдует ветром, – настолько она прогнила. Но пока этого не случилось, будьте добры, оставьте все как есть…

Шона посмотрела на Монику:

– Не уверена, что бассейн – хорошая идея. Здесь всегда ветрено, а дни в году, когда температура поднимается выше двадцати пяти градусов, можно пересчитать по пальцам одной руки.

– Ничего страшного! – Моника отмахнулась от ее возражений. – Бассейн, конечно же, будет с подогревом, и мы уже думали о стеклянной крыше с электроприводом. Тогда бассейном можно будет пользоваться и зимой, и летом.

– Возможно, это будет не бассейн, а просто большое джакузи, – сказал Ник. – Мы пока не решили.

– Да, мы еще обсудим это с глазу на глаз. От ванны с гидромассажем я бы тоже не отказалась. Представляю, как здорово сидеть в теплой воде, пить шампанское и смотреть на море. – Моника взяла мужа за руку. – Или на звездное небо… Я читала, что этот район – один из самых темных во всей Шотландии.

– Да, потому что здесь живет мало людей и почти нет светового загрязнения. – На сердце у Шоны стало тяжело. – Лесопарк Галлоуэй даже объявили первым заповедником темного неба в Великобритании в две тысячи девятом году, – продолжила она, хотя внутри все кричало: «Нет, нет, нет!» Ей и так было нелегко представить, что в коттедже «Бэйвью» станут жить не Сильви и Айви, а эта парочка яппи, но их планы снести сарай Альфи и построить на его месте бассейн или джакузи вселяли настоящий ужас.

Шоне оставалось лишь надеяться, что их энтузиазм быстро угаснет, как только они увидят интерьер коттеджа «Бэйвью»: крошечные комнаты, скрипучую потертую деревянную лестницу, осыпающуюся штукатурку. К тому же коттедж был плохо утеплен, окна и входная дверь требовали замены. Она с грустью призналась себе, что на все это у нее самой не было денег.

Однако Монику и Ника состояние коттеджа, похоже, не смущало. Хоть их энтузиазм, с которым они осматривали сад, и правда поубавился, пока Шона показывала им комнаты, они не стали указывать на явные недостатки, чтобы сбить цену. Вместо этого Моника охарактеризовала коттедж как «причудливый», а Ник назвал его «деревенским».

Только когда Моника увидела большую паутину в углу гостиной, она вздрогнула.

– Здесь много пауков? – спросила она. – Я ужасно их боюсь.

Много ли здесь пауков? Шона с трудом сдержалась, чтобы не закатить глаза. О чем только думала эта женщина? Коттедж окружен зеленью – конечно же, здесь много пауков! Особенно в подвале и на чердаке. И очень больших.

– Я пока ни одного не видела, – все же солгала Шона. Сестры Спиннер рассчитывали продать коттедж, который она не могла себе позволить, но оставит ли какой-нибудь другой покупатель ветхий сарайчик Альфи, было под вопросом.

– Точно? – Моника не отрывала взгляда от потолка, словно боялась, что в любой момент оттуда спустится паук и напрыгнет на нее.

– О, дорогая! – усмехнулся Ник. Похоже, он не разделял страха жены перед восьминогими арахнидами, поскольку удобно устроился в кресле-качалке Сильви, покачиваясь взад-вперед. – Даже будь здесь пауки, ты все равно собиралась снести коттедж и построить бунгало. И я обещаю тебе спроектировать его так, чтобы оно было совершенно пауконепроницаемым.

Они хотят снести не только сарай Альфи, но и весь коттедж? Ради какого-то уродливого бездушного бунгало… В горле внезапно пересохло, и Шона сглотнула. Перспективы все хуже и хуже!

Ноги словно налились свинцом, однако Шона повела этих двоих дальше по нижнему этажу дома. Она не знала, как переживет экскурсию по второму этажу, где находились комнаты не только Сильви и Айви, но и Альфи.

– О! А вот и огород! – воскликнула Моника, указывая на окно, когда они добрались до кухни.

Шона устало кивнула. Интересно, почему Моника так обрадовалась, ведь собиралась все здесь снести? Или она никогда не видела капусты, кроме как на овощных полках супермаркета?

– Огород довольно большой. А еще за домом есть маленькая терраса. Сильви и Айви, хозяйки коттеджа, любили сидеть там на садовых качелях, когда на большой террасе спереди было слишком ветрено. Пойдемте, я вам покажу!

Вряд ли терраса убедит Монику и Ника, как здесь красиво даже без серьезных изменений, но Шона не могла не показать ее, раз уж решилась продемонстрировать паре дом… Внезапно Шона пожалела о своей глупой идее поиграть в риелтора. Кстати, куда запропастился знакомый Клаудии? Она уже больше четверти часа водит Ника и Монику по коттеджу!

В замке двери, ведущей в сад, как всегда, торчал ключ, но она была не заперта. Шона толкнула ее, вышла на улицу и в ужасе отпрянула. Потому что на старых садовых качелях кто-то лежал!

Шона несколько раз моргнула, чтобы убедиться, что ей не показалось, но картинка осталась прежней: мужчина, лежащий на качелях, был Нейтом.

Он спал, закинув босые ноги на качели. Рядом на шатком металлическом столике стоял полупустой стакан с прозрачной жидкостью, и что-то подсказывало Шоне, что это не вода.

Какого черта? Неужели он и есть тот самый знакомый Клаудии, который должен показывать дом чете Боуи? Но почему Сильви не сказала ей, что это Нейт? В душе вспыхнула целая смесь эмоций: ужас, растерянность, гнев, тоска…

– Миссис Бирнс не говорила, что здесь кто-то живет. – Моника, которая была выше Шоны на полголовы, разочарованно посмотрела из-за ее плеча.

– Это… э-э-э… Ландшафтный дизайнер. На участке нужно кое-что доработать. Но если вы планируете все сносить, я могу сказать миссис Бирнс, что это необязательно…

В этот момент Нейт проснулся. Он растерянно огляделся и, когда его взгляд остановился на ней и Боуи, округлил глаза:

– Я… э-э-э… Кажется, я уснул. – Он сел.

– Вам не кажется! – возразила Шона и разозлилась на саму себя за то, что ее голос дрожит. – Если бы я знала, что вы спите здесь во время обеденного перерыва, то непременно разбудила бы вас. Но я даже не предполагала, что вы здесь. Думала, у вас сегодня выходной.

Выражение лица Нейта становилось все более растерянным, он было открыл рот, чтобы ответить, но Шона не дала ему и слова сказать:

– Давайте приходите в себя и возвращайтесь к работе, а я продолжу показывать миссис и мистеру Боуи дом. Мы еще даже не осмотрели верхний этаж и подвал. Что бы вы хотели посмотреть дальше?

Шона понятия не имела, как ей удалось выдержать остаток экскурсии, сохраняя хоть какое-то самообладание: мысли носились в голове, как шарики для пинбола. Случайно встретиться лицом к лицу с Нейтом после стольких лет, да еще и при таких обстоятельствах! Его ошеломленный взгляд… Не будь вся эта ситуация такой ужасной, она, возможно, даже посмеялась бы.

– Мы свяжемся с миссис Бирнс! – сказала Моника, когда четверть часа спустя Шона попрощалась с ними, и они умчались на своем внедорожнике.

Измученная, Шона на мгновение замерла, и Бонни Белль, которая всегда хорошо чувствовала настроение хозяйки, прижалась головой к ее колену.

Затем Шона отправилась на поиски Нейта.