Текст книги "Свихнуться без тебя"

Автор книги: Карина Микиртумова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 19 страниц)

Глава 16
БУДЬ МОИМ И МОЛЧИ

В снятом на неделю доме было очень шумно. Тут в целом никто не замолкал ни на минуту, но гул мужских голосов теребил мне нервы.

– Как слышно?! – закричали со второго этажа.

Зак втянул в себя воздух и проорал:

– А меня?

– Идиоты, – прошипела я. – Народ, а нельзя пособранней?

– По сравнению с границей тут у вас развлекаловка. Воришек поймать да в темницу заключить.

– Эти циркачи, – рявкнул Гейб, – едва нас не подорвали! Они работают на заговорщиков, которые хотят провести ритуал. Темный, наверное, и очень страшный.

Заккари фыркнул:

– Прямо ужасный. Что, так и не узнали какой?

Вопрос остался без ответа.

– Как слышно?! – снова прокричал Эден.

– Да нормально! – рыкнула я. – Уже все проверили сто раз, пора уходить. Нас здесь не будет, потому что…

– Да поняли уже все, – протянул Дрейк. – Все устали. Валите отсюда, а мы по местам и охранять Рока и его побрякушку.

– Сам ты! – огрызнулся друг. – Если с этой «побрякушкой» что-то случится, меня можно будет хоронить.

– Это легко устроить, – заверил маг смерти.

Иво взял меня за руку, взглядом просканировал комнату.

– Домой?

– В департамент.

– Хочешь поработать? – спросил жених.

– Хочу проверить кое-что. Мне кажется, я упустила какие-то детали.

– Это ты просто на Эдена насмотрелась, – закивал со знанием дела Гейб. – Вы как знаете, а я в таверну.

– Размечтался, – отрезала я. – Я передумала. Останешься тут и будешь за порядком следить.

– Чтобы вы дом своей романтикой разгромили? – возмутился Гейб.

Все захохотали, а я прикрыла веки и сосчитала до десяти.

– Габриэль, остаешься за главного. Не попадаться на глаза, попытаться схватить и задержать, допросить, если меня не будет рядом.

– Детка, тут целый дом спецов, не переживай. Ну а жрать-то что мы будем? Святой воздух?

– Растущий организм… – Зак развел руки в стороны, а потом погладил живот. – Неплохо было бы перекусить.

– Зак, Крис и Марк с нами. Зайдем в таверну, закажете еду и принесете, – неплохо разрулил назревающий спор Иворд. – Сегодня вряд ли кто-то придет, поэтому отдыхайте, но будьте начеку. А вот завтра – боевая готовность.

– В бордель бы сходить, – вздохнул Зак. – А что? У меня бабы знаете сколько не было?

В его голосе сквозила обида.

– Пять лет, пять месяцев, пять дней, пять часов и пять минут! – Эден схватил какую-то тряпку, натянул на голову и изобразил рыдающую женщину.

Тут уже я закатилась от смеха:

– Ох, мужики, я по вам скучала! Отметим встречу, как только свалим из Лиссарда, а пока не гневите, а то подложу в труселя блох.

– Я прослежу за ними, Эри, не беспокойся. Только Гейба забери, а то я его прикопаю, – попросил Дрейк.

– Нет, – покачала головой. – Он останется. Скорость у него выше, чем у всех нас.

– Обидно, да? – подковырнул напарник.

– Первый претендент на блох, – показала на него пальцем.

Меня утащили силой, потому что я стояла бы и препиралась до последнего. Зак, Крис и Марк вышли с нами.

Путь от дома до таверны был… Слава богам, коротким. Я все-таки отвыкла от этого шума, от скабрезных шуток, от пошлости в каждом предложении. Мне не нравилось, что мои спутники называли женщин бабами. Не нравилось, что Зак ведет себя как пещерный человек и свистит всем проходящим дамам. Марк ворчал всю дорогу, а Крис комментировал все и вся.

Мы с Ивордом держались за руки, стиснув зубы, прижав ими языки.

Не понимаю, как нас преподаватели-то терпели? Да никак. Есть слово «надо». Есть приказ короля. Есть волшебный пендель от ректора.

В таверне парни набрали себе пакетов с едой и в шесть рук потащили все домой. Мы с Иво наспех поужинали и завалились в еле освещенное здание департамента. Там дежурили трое ребят.

Они встали, поприветствовали нас и сели дальше играть в карты.

– Вопиющее поведение, – прошипел Иворд.

– Мне все равно, – пожала плечами. – Если бы эта работа касалась меня, то большую часть народу выгнала бы и все тут изменила. А для временного пристанища, да еще и не сильно любимого, равнодушие – лучший вариант.

Поднялись в кабинет, я зажгла магические светильники. Все, что были.

Комната разом стала рабочей. Достала все бумаги, которые касались принца, принцессы, дворца в целом. Они у нас лежали отдельной стопочкой, отсортированные. Иворд постарался.

Я села на пол и разложила все папки.

– Что ты хочешь найти?

– Ответы. Нет, насчет воров тут все сложнее. Но убийство виконта не дает мне покоя. Должен быть мотив. И, скорее всего, он не связан с заговором.

Иворд потер переносицу:

– Я об этом и говорил.

– Только мы не учли один коэффициент, – облизала губы.

– Какой?

– Виконта считали ловеласом. Он светился во дворце с завидным постоянством. Жене было плевать на похождения мужа. И у нее есть истинная пара. Также у виконта была официальная любовница, которая была не прочь погреть постель принца. Тот, в свою очередь, спит с сестрой, но это уже другое… Мне кажется, я добралась до сути. Что, если все его похождения – ширма? Что вереница женщин – блеф?

– Что ты имеешь в виду? Я пока не улавливаю связи.

– А что, если наш любитель женщин был поклонником мужчин?

– Это скандал. – Иворд едва не сплюнул. – У нас с мужеложцами закон суров, а тут их чуть ли не на виселицу. И откуда такие выводы?

– Это объясняется холодностью жены, изменами любовницы, множеством слухов.

– Слухов?

– Смотри. – Я открыла дело мертвой служанки, которую подбросили в департамент. – Она спала со многими. Не только с принцем. Со всеми, кто заплатит. Но ее же не могли убить просто за распущенность? Это нормальное явление, тем более девушка – из малообеспеченной семьи.

– Только если она не знала нечто столь постыдное, что ее убрали.

– Именно. Моя версия такова, что виконт – мужеложец, а его любовник живет во дворце. До этого он плодил слухи о любвеобильности партнера и подчищал за ним, если кто-то их видел. Служанку убрали из дворца и отправили прочь от столицы. А потом решили нас испугать, заставив молчать. Вероятно, голубок думал, что мы дошли до сути, испугался и решил перестраховаться.

– Нестыковка, любимая. Зачем убивать Церинга, Роксану и служанку? Вряд ли информацию о предпочтениях…

– Тут я считаю, что виконт не мог больше скрывать свою порочность. Возможно, даже винил себя за нее или же планировал предложить на рассмотрение закон… – Я цокнула языком. – Даже не знаю, как его обозвать-то можно. Но, согласись, идея верная.

– Странная идея, – медленно проговорил Иво. – Малышка, ты серьезно? Ну давай посмотрим, кто у нас в Совете.

Я открыла папку и стала листать карточки каждого представителя.

– Этот в паре, а этот вдовец…

– Я и так могу сказать, что только двое из них подходят под данный критерий. Это архимагистр Рейджинальд и твой гад Патрик.

– Из первого уже песок сыплется, он в этом году дорабатывает в академии и уходит на покой. Остается Патрик. Не зря он мне не понравился, – мстительно заметила. – Надо допросить. И как это сделать, когда этот паразит является мозгами императора? А также его руками и остальными частями тела?

– Эри, вот куда ты лезешь? – Иворд поднялся с пола и сел на диван. – Тебя вообще не за этим послали в Лиссард.

– Как обычно, началось с одного, а закончилось…

Махнула рукой. У меня всегда по жизни так было.

– Да не могу я свалить, пока все дела не завершу. А эти три висели, как энтов меч над головой. С одним разобрались, второе в процессе. Третье… С ним завтра разберусь.

– Во-первых, действовать нужно аккуратно. Если бы советник не был другом императора, то разговор с ним был бы коротким. Во-вторых, нельзя злить его величество.

Почесала подбородок:

– А что, если Гейба отправить соблазнить змея?

Иворд захохотал:

– Вижу, он тебя достал от души!

– Хочется закрыть уши, выколоть глаза и желательно забраться куда-нибудь в норку.

– Сдохнуть тихо не получится, не надейся.

– Да я вроде и не горю желанием. Замуж так и не вышла, повышение не получила.

Поднялась с пола, отряхнула штаны и зевнула:

– Я – спать, а то буду думать, как Патрик с виконтом по углам жались, а женушка веером их обмахивала, причитая: «Потише-потише, не дай боги, кто-то узрит!» Хоть она не в курсе этой связи, но и на мужа ей плевать. Совсем уже запуталась… – Я улыбнулась. – Ты со мной?

Иво покачал головой;

– Задержусь. Не жди, ложись.

Кивнула и, развернувшись, отправилась домой.

Иворд

Дверь захлопнулась, в сердце что-то екнуло. Как же Эри любила докапываться до сути. Вцеплялась, как настоящая волчица, и грызла, грызла, грызла.

И в этот раз оказалась права, только Иво не хотел, чтобы девушка влезала в этот тугой комок интриг, где все связаны тонкой нитью.

О том, что Патрик любит «мальчиков», он убедился на ужине во дворце. Взгляды, улыбки, жесты… Он касался руки Иворда будто невзначай, прощупывал почву, хотя и знал, что ректор почти женат.

Тогда-то Иворд и начал копать. Не только под советника, а вообще.

Во дворце лишь император не знал, что камердинер спит с поваренком, что конюх развлекается на сене со стражем… На фоне всего этого связь Патрика с Церингом не представлялась такой уже ужасной. Роксане неплохо платили за роль, как и тем, кто подтверждал различные слухи. Гейб выяснил, что Патрик был против обнародования информации. Ни император, ни Лиссард не готовы к такому общественному повороту.

Натаниэлла, любовница барса, хохотала, когда выкладывала всю подноготную. Советника она не любила, но опасалась. А потому, заручившись поддержкой Иворда, поделилась тем, что знала. Виконт Церинг собирал всех причастных к пороку и уговаривал открыться. Естественно, что некоторым, особенно его высокопоставленному любовнику, не нравилась подобная прыть. Это сказалось бы на его положении советника, если бы стало достоянием общественности. А может, развратников и вовсе показательно казнили бы…

Эри несколько запустила допрос дворцовых развратников, но зато сразу узрела в корень. И в письме том было написано буквально следующее:

«Будь моим и молчи, или же, любимый, закрою рот навек».

Натаниэлла оказалась на редкость любопытной особой. Это сыграло на руку. Она вспомнила не так давно подслушанный разговор между виконтом и его «любовницей» Роксаной. Девушка пыталась отговорить его от всеобщего бунта, но Церинг хотел наконец-то перестать прятаться, как и все его друзья. Быть смелым и бороться за свои права. Подвыпивший виконт был крайне красноречив и письмо прочитал пафосно, громко, не таясь. Словно не верил, что его любовник может ему ухрожать. Но тот слов на ветер не бросал. Роксана умоляла спрятать злополучное письмо и немного сбавить обороты в достижении цели, умерить пыл и дать всем остыть. Виконт не послушал и теперь гниет в земле.

Но и тут возник вопрос. Дом виконтессы обокрали циркачи, как с ними связан Патрик, предстояло еще узнать.

Иворд не стал все это рассказывать Эри. Он сам пока толком не разобрался, а девушка и так постоянно находится в напряжении. Он-то видит, как она борется с волчицей, как сдерживает ее, не бегает… Как переживает из-за дела с ворами и заговором, как мечется из одной стороны в сторону, как устала. Огонь в глазах потускнел.

Ашемту лишило ее нормального сна.

Тэри всегда привлекала опасность, а не дворцовая возня.

Вот если бы была нежить, то Тэри ринулась бы в бой и кромсала ее на части, ни о чем не думая. Ей даже проблемы стаи брата больше по душе, нежели эти воришки и ритуал. И Иворду была по душе фон Эрох. Со своей упертостью, непрошибаемостью и желанием идти к цели, минуя препятствия. И не важно, что порой их лучше обойти, а лучше подождать, пока исчезнут.

Завтра он возьмет все в свои руки и решит вопрос так, как считает нужным. Тихо, без огласки, без прелюдий. А потом расскажет девушке, надеясь, что она его поймет.

Что в жизни самое главное?

Семья. Любимая женщина. Друзья. Жизненные устои.

И ради этого зачастую идешь на жертвы, поступаешься принципами, делаешь невозможное.

Если бы только Патрик знал, чем обернется для него завтрашняя встреча…

Иворд жестко улыбнулся.

Он не позволит этой змее приблизиться к Эри.

Ар’риан

Оборотень сидел на полу на мягком ковре, его рыжие волосы были стянуты в низкий хвост, а глаза – устремлены на полыхающий в камине огонь. Перья пламени тщательно жевали поленья. До хруста, до треска. В голове Ар’риана клубились безрадостные думы. Самоедство, казалось, испепелит его.

Тишина на землях герцога стояла звенящая. Такая, от которой становится жутко. Словно разом вымерло все. И скот и жители. В дом альфы никто не заходил, кроме приближенных. Боялись. Волк и сам бы себя боялся после тех решений, которые пришлось принять и реализовать.

Ар’риан сам внутри словно сдох. Будто бы в его сердце воткнули нож и крутили, пока кровь полностью не оставила его тело. Апатия мертвым грузом легла на плечи, а доверие к собственной стае пошатнулось и исчезло.

Предательство невозможно так просто выжечь и стереть из памяти.

Бутылка виски, стоящая рядом с волком, опрокинулась. Риан поднял ее и перевернул.

Пустая.

Как и его душа. Да и предыдущие два кувшина с медовым элем тоже быстро опустели. Сегодня на редкость хорошо шло все пойло.

Столько лет его водили за нос, а он только выслушивал оправдания. От Ульи, которую знал еще маленькой, да и от остальных… Защищал же их, до последнего верил, что его стая ни при чем, что не могут его волки так поступить. Бесчестно. Гадко. Лицемерно.

Тяжелый в итоге выдался день. Очень.

Ловили гаденышей… Пришлось убить зачинщика. Приволокли его голову альфе и бете, и часа три они пили и думали, как быть. И снова пили.

Пришли к мнению, что все должны быть казнены, даже женщины. По мнению Виттора, озлобленная волчица хуже мужчины. Нужно срезать гнилой куст, чтобы он не разросся, а его почки не стали выпускать ядовитые запахи.

Виттор и еще несколько волков помогли сковать предателей. Портал доставил их ко дворцу. Император долго не церемонился и просто согласился с обвинением. Улья и остальные даже слова не могли сказать, лишь слезы катились по их щекам.

Риану хотелось стать милосерднее и просить за них. Но Виттор был прав…

Никто не собирается меняться, и лучше обезопасить стаю сейчас, чем снова потом страдать от рук предателей. Это не воровство, не детская забава, а нарушение законов. Причинение вреда своим же… Неизвестно, оправятся ли земли и жители после случившегося.

– Ты уже долго сидишь. – Виттор прислонился к двери.

Под глазами друга залегли тени. Он сам давно уже нормально не спал. Не мог.

– Я их знал маленькими. И сейчас собственноручно отправил на казнь. Осталось разобраться с ишвиу, и можно будет сделать одну вещь, о которой я давно мечтал.

– Не поделишься?

Ар’риан покачал головой:

– Пока не время, Виттор. Позже.

Но лицо у Риана было таким, что Виттор забеспокоился. Его друг редко что-то утаивал. В основном важные для него вещи. Например, что встретил пару и ею оказалась Тэри. А сейчас что?

– Принеси мне лимонной настойки, пора ее распить.

– Уверен, что стоит?

– Поганый день, безрадостное будущее, разруха в стае, потеря скота и чертов развод, который мне подпишут завтра. Представляешь, официально стану свободным мужчиной, хотя император и так сказал, что уже все решено. Только я не хочу быть свободным, понимаешь?

Схватил бутылку и кинул в огонь. Она накалилась и со звоном треснула.

– Может, стоит побороться за счастье?

Риан не успел ответить, да и что уже мусолить эту тему?

В комнату вошел Кайрэн и нервно облизал губы.

– Альфа… – начал он. – Виттор, – кивнул бете. – Мне кажется, что Эри нужна помощь.

Оборотни напряглись. Рыжий поднялся, выпрямился и приказал:

– Говори.

– Я не думаю, что вам следует мчаться помогать сгоряча, но считаю – лишние зубы и когти не помешают.

– Не томи, Кай! – не выдержал Вит.

Кайрэн посмотрел прямо в глаза Риана:

– Они собираются ловить воров. Завтра ночью. Вызвали для этого своих друзей.

– Но ты хочешь, чтобы была…

– Поддержка извне. Я буду дежурить напротив дома, изображать пьянчугу.

Риан кивнул:

– Мы поняли. Спасибо.

– Почему ты решил сказать? – спросил Вит, подозрительно щурясь.

Хотя Кай и не был рожден в их стае, но стал частью семьи. Правда, именно Виттор так до конца ему и не доверял.

– Потому что хочу, чтобы дело было завершено, никто не пострадал, и место фон Эрох стало моим.

– Хм, амбиции, – понятливо кивнул Риан.

– Девушка мне симпатична. Она очень самостоятельна и резка. Она была бы хорошей альфа-самкой.

Кайрэн ухмыльнулся. Он действительно считал графиню Сеймур парой Риана. Нет ничего глупее, чем идти против природы.

– Не наступай на больную мозоль! – рыкнул Виттор и посмотрел так, что Кай невольно отвел взгляд.

– Я говорю только то, что вижу. И у нашего альфы есть шанс вернуть ее. Стоит только заклеймить, и инстинкты сами сделают свое дело. И чувства придут в итоге. У всех так.

– Иди вон. – Риан снова сел на ковер, снова посмотрел на огонь.

– Если нужна будет помощь, я всегда готов. – Кай кивнул и вышел из кабинета.

Виттор громко сглотнул:

– Знаешь, а он прав. Если бы это была моя пара…

– Ты хотел бы ее любить, и взаимно. Закрыли тему. Двадцать лет назад я сделал выбор, сейчас ее право жить так, как она хочет.

– На любую женщину должна найтись узда. Но не на мою сестру! – Виттор хмыкнул. – Дознаватель.

– Именно. Она за это время выросла, а я так и топчусь на месте. Вит, оставь меня. Завтра слишком много дел. Только принеси настойку.

Кабинет опустел, Риан смотрел на огонь и чувствовал себя тряпкой. Бывает ли так, что в один миг ты ощущаешь себя королем мира, а в другой – подземным червем, роющим себе могилу?

Альфа думал, что не может быть еще поганей. Он ошибался.

Глава 17
ГОРЯЧКА

Тэриэнн

– Эрох, вставай! – Гейб тряс меня за плечо и громко дышал в ухо.

Стоп!

– Гейб? – Голос хрипел после сна. – Какого энта ты тут делаешь?

– Ночь была длинной и холодной. Во дворец бегал, кустики окучивать.

– Даже представить боюсь, что у тебя там за кустики.

– Знаешь, целый день сидеть в засаде – не вариант. Особенно для меня.

– Мне спокойнее. – Села в постели и зевнула. – Который час?

– Обед. Иворд приказал не беспокоить, пока ты сама не проснешься. Но эту информацию ты должна узнать первой.

Напарник был и впрямь взбудоражен. Глаза лихорадочно блестели.

– В общем, по дворцу ходит слушок, что советник – по мальчикам мастер. И это еще не всё.

– Что есть еще более эпичное, чем личная жизнь первого советника? И да, я догадалась, хотя это было не подтверждено.

– Коэль крутил роман с фрейлиной императрицы втрое старше его, и Одетта застала принца в пикантной ситуации. И знаешь, что?

– Что? – Снова зевнула. Я не была любителем сплетен.

– Соперницу нашли мертвой в оранжерее. Дворцовый целитель сказал, что ее отравили.

Пожала плечами.

– О том, что императорская семья – то еще осиное гнездо, мы и так знали. Только какого энта ты меня разбудил и заполнил голову подобной ерундой?

Друг цокнул языком:

– Не догадываешься? Я думал, ты умнее.

– Не беси.

– Раз Патрик – по другую сторону баррикад, то и виконт, скорее всего, был тоже. А значит, Патрик избавился от любовничка, чтобы сохранить инкогнито. А сейчас кто-то его раскрыл, и советнику сейчас пришлось туго.

– Так вот чем занимался Иво и почему приказал не будить!

– Я же сначала в департамент заглянул, а он там довольный, как сто зомби, сидит! – Гейб рассмеялся.

Усмехнулась и встала с постели.

– Осталось доказать, что Патрик – убийца.

– Уже, детка. – Гейб послал мне воздушный поцелуй. – Мы немножко его допросили. Помнишь, я говорил про кустики? Пасли его в императорском саду, завлекая волосатыми ножками барона Энрюса.

Скривилась:

– Это тот, который, когда садится, исподнее демонстрирует?

– Причем не первой свежести, – кивнул напарник.

– Ты можешь все рассказать по-нормальному? – не выдержала я и стукнула Гейба по плечу. – Я же лопну от любопытства и негодования!

– А я – от наслаждения. У тебя очень красивая фигура, Эри. И если бы не злыдень ректор, то, может, повилял бы перед тобой хвостом.

– А потом злыдень пришел бы и откусил его под самый корень. – Иворд с букетом полевых цветов и корзиночкой с выпечкой зашел в спальню.

Корзину поставил на пол, цветы вручил мне и сладко поцеловал.

– Ты ничего мне не сказал! – Я не знала, обижаться или благодарить.

– Иногда стоит доверить некоторые дела ближнему кругу, а не тащить все на своих плечах. Гейб, возвращайся к парням.

– Что там с фрейлиной? – спросил напарник.

– Ничего. Дело замяли, как и стоило ожидать. Но император в бешенстве. Мы ему показали запись допроса при всем честном Совете. И Патрик просто так не отмажется.

– Какой ректор молодец! – театрально восхитился Гейб.

– Заткнись! – Иво и я простонали в унисон.

– И вали отсюда. Ты не захочешь увидеть, как я скучал по своей невесте.

Я инстинктивно потянулась к обручальному кольцу и коснулась его.

– А может, хочу? Знаешь, бывало, что так припрет…

Я закрыла уши рукой.

– Даже когда тебя «припирало», – передразнила друга, – я имела совесть отворачиваться и накидывать на тебя полог тишины. А вот остальные смотрели. Фу.

– Сама ты «фу»! – Гейб уже направлялся к выходу из спальни. – У меня прекрасное тело, крепкие зубы и упругий зад.

– Ага, пора на рынок. За такого жеребца много дадут!

Иво прикрыл мне рот рукой и посмотрел на Гейба… Тот быстро убежал, захлопнув дверь.

– Отпусти, – промычала в руку, которую тут же заменили теплые жесткие губы.

Страсть разгорелась в теле, из горла вырвался стон. Наши пальцы сплелись, как и тела…

В лучах солнца, под пение птиц, под притягательный запах корицы, ванили и цедры апельсина мы любили друг друга.

Несколько раз в фантазиях мелькала физиономия Риана, но я выталкивала ее и отдавалась эмоциям полностью.

Волчица же бунтовала. Ей претила мысль о том, чтобы быть не с парой. Ей удалось прорваться и полоснуть Иворда когтями по спине.

– Прости, – прошептала я, целуя его глаза, нос, щеки, губы… – Ей просто больно. Заставь меня забыть…

Про все случившееся в Лиссарде. Как двадцать лет назад, так и сейчас.

Через некоторое время мы лежали в постели. Одеяло сбилось к ногам, одежда жениха валялась по всей комнате. Что-то было разодрано мной, что-то – заброшено на светильник над кроватью. Цветы под нами помялись.

– С добрым уже обедом, – усмехнулся Иво. – Я надеялся, что Гейб последует моим рекомендациям и не станет тебя будить. Но это же барс.

– Ага, – кивнула, закрывая глаза от блаженства. – Спасибо тебе. Одной проблемой стало меньше.

– Сомневаюсь. Эдгард очень привязан к советнику.

– Тот им управляет, – согласилась я. – Но зато дело об убийстве виконта закрыто.

– И осталось лишь поймать воров, не дать свершиться ритуалу…

– Еще бы знать какому, – мрачно фыркнула я и перевернулась на бок.

Иво обнял меня сзади:

– Не важно, какому, главное, уже быстрее со всем покончить.

– По должностным обязанностям соскучился? – поддела его.

– Хочу увезти тебя отсюда и сделать своей.

– Я и так твоя. Пора вставать.

– Не уверен, что хочу это делать, но нужно размяться.

Скривилась:

– Я сейчас похожа на желе, чтобы тренироваться.

– И это говорит королевский дознаватель? – теперь поддели меня.

После такого неявного вызова пришлось приводить себя в порядок, наспех завтракать и доказывать господину ректору, что навыки ближнего боя никогда не будут забыты.

Весь оставшийся день я себя чувствовала странно.

Возбуждение, граничащее с паникой. Я не понимала, какого энта мой организм взбунтовался. Особенно после сладкого утра с Иво.

Тренировка лишь усилила ненужное желание. Иворд сейчас общался по кристаллу с проректором и решал архиважные дела.

Я же, чтобы прийти в себя, ополоснула лицо холодной водой, сто раз присела, отработала приемы, отжалась.

– Не помогает. – Жар прилил к щекам.

Была идея потревожить Иво, но тело требовало другого: оборота.

Топнула ногой. Кожа покрылась мурашками, и перед глазами заиграли светлячки. Моя волчица завыла и полностью взяла надо мной контроль…

В особняке

Вечер обещал быть незабываемым.

Кайрэн готовился к нему с большим энтузиазмом. Обливался низкосортным пойлом, отращивал за счет магии бороду, рисовал красками фингал под глазом и превращал одежду в лохмотья.

Актером он был заурядным, но вести дело под прикрытием ему нравилось. Было в этом что-то творческое.

Кай отправился на свое место напротив дома. Постелил себе коврик, поставил рядом пустые бутылки от бражки, раскидал окурки от сигар.

– Эх, мне бы такую роль, – со знанием дела заметил Гейб, наблюдая за преобразившимся следователем, поджав губы.

Барса-то нарядили принцессой и заставили обжиматься с Ко-Ко. Габриэль вообще считал себя незаменимым напарником. На все странное он первый в очереди стоит.

Сейчас же друзья и коллеги готовились к важному событию. К поимке воришки. Эден считал, что придет кто-то один или парой. И в его словах было зерно истины.

Зак занял позицию на улице. Гора сена, в котором он сидел в засаде, прекрасно вписывалась в историю. Все же особняк хоть и «купленный», но не переделанный под нужды хозяина.

Остальные тихо сидели в доме. Рок в спальне лежал на постели и читал страшные сказки, от которых всегда тащился. Словно в жизни не хватает ужасов и кошмаров. Кристоф дежурил у черного входа, Эден – в подвале, Марк был за дворецкого и предпочел оставаться в парадной форме, чтобы встретить гостей как полагается.

Гейб и парни согласились, что ворье по достоинству оценит коллекционный кинжал Маркуса.

– Эх, народ! – Дрейк расхохотался. – Как в старые добрые времена!

– Ты всех перепьешь и преступников будешь сам ловить, – крикнул Рок из спальни.

Дознаватели весь день убили на то, чтобы сделать слышимость в доме максимальной.

– Да что их там ловить? – отмахнулся маг смерти. – Потянуть за нити жизни да отпустить.

– Они нам живые нужны! – рявкнул Гейб. – Поэтому пить будем в последний день в Лэнхоме. Отмечать все то дерьмо, которое успешно закопали.

– Вот и грязные словечки пошли! – хохотнул Маркус. – Хорошо, что Эри не слышит.

Все промолчали, потому что знали, как фон Эрох относится к ругательствам. Нет, она не высказывалась, не запрещала, но смотрела так… Что лучше бы стукнула. Причем ей ругаться можно всегда, а вот при ней… Нежелательно.

– Надеюсь, они заняли позиции, – пробормотал барс.

– Рано еще. На улице народ есть. Через несколько часов надо будет делать перекличку и уже однозначно дежурить. А если не придут?

– Придут. Я напряг все свои связи во дворце. – Гейб сидел в столовой и рисовал узоры на столе. – Все знатные дома и все подворотни в курсе, кто такой «хозяин дома» и какая прелесть у него есть.

– Не люблю засады, – вздохнул Дрейк. – Скучно.

– Сиди и следи за фоном, живчик.

– Слышите? – закопошился Рок.

Парни тоже навострили уши. Гейб размашистым шагом вышел на улицу и пнул гору сена.

– Хватит храпеть, Зак! Всю операцию нам запорешь.

– Здесь скучно.

– Я же говорил! – словно назло крикнул Дрейк.

Оборотень хлопнул себя по лбу:

– Сиди, следи и не рыпайся. – Потом добавил: – Я – в образ.

Габриэль перекинулся в барса и побежал на крышу дома. Ему всегда нравилось за всеми наблюдать сверху. Особенно за женщинами…

Оборотень облизался. Ему не хватало северных красоток. Они все же темпераментней южанок. Холодны снаружи, а внутри ураган.

Все фигуры расставлены, свет везде потух, полог тишины с дома снят. Накладывали специально, чтобы во время контрольной подготовки извне ничего не заподозрили.

Осталось ждать и надеяться.

Что не придется и завтра сидеть в сене, лазать по крышам, читать сказки и мечтать упокоить чью-то душу.

Территория стаи Лиссарда

– Брат, выпьем за свободу? – Риан не прекращал пить со вчерашнего дня, хотя и делал перерывы для решения дел.

К примеру, забрал свидетельство о расторжении брака между ним и Арьей и уведомление о полном уничтожении ишвиу в его землях.

Скота нет, урожая – почти тоже, земля засохла, и этот год будет голодным. Ар’риан уже думал, что придется продать ценные вещи и отправить членов стаи на заработки. Пока не будет стабильного достатка – не будет и хорошей прежней жизни.

За час до отбытия в город Виттор принес вкусный эль. Медовый. С кислинкой. Такой изготавливали лишь в одном месте. Очень дорогом.

– Откуда взял?

– Не поверишь, купил на улице у маленькой девочки. Она слезно просила дать денег взамен эля. Одета была бедно, сама худенькая очень. Высыпал ей в руки все, что было в карманах. Ушла счастливая донельзя, словно я герой. Вероятно, стащила откуда-то…

Эль и правда оказался безумно вкусным. Лимонная нотка оседала на языке, а медовая сладость грела горло.

– Надо идти. – Бета осушил стакан и поставил на пол.

Кристалл Риана загорелся.

– Слушаю.

– Будь дома, я скоро приеду! – Голос Арьи звенел от гнева.

– У меня дела, – отчеканил альфа.

– Зато у меня теперь их нет. Благодаря одной рыжей псине. Не волнуйся, много времени не займу, но решить надо все сегодня.

– Вот же стерва! – Риан ругнулся. – Ты иди и сообщи новости. Я прибегу, как только бывшая перестанет цедить яд.

– Мог бы и послать ее, – проворчал Виттор. – В конце-то концов!

– Мог. Но до начала операции, задуманной Тэри, еще есть время. Воры, скорее всего, придут поздно ночью или рано утром. А Арья не отцепится.

– Делай, как сам знаешь.

Бета вышел и хлопнул дверью. Риан вздрогнул. Ничего. Побесится и поймет.

Его волк еще чувствует связь с Ари. Как с членом стаи. И в ее голосе, помимо гнева, слышался еще и страх. Оборотень не мог игнорировать это. Разговор займет немного времени и сохранит ему позже немало нервов.

Тэриэнн

Лапы мчали к родным землям.

Я не могла остановиться. В голове оседали рваные мысли, перед глазами стоял Риан.

Волчица неслась к нему. Я знала это жуткое чувство власти. Горячка. Гон.

Когда животная сущность берет верх и нужно удовлетворить инстинкты, чтобы мыслить ясно.

Мне хотелось выть. Не получалось связаться с Ивордом, с ребятами. Я была запечатана в теле волка, и стучаться бесполезно.

Меня пропустили без всяких проблем, лишь недовольно фыркнули.

Забежала в дом, перекинулась в человека и ногой выбила дверь.

«Прекрати! – рычала я волчице. – Не делай глупостей!»

Чувствовала, как возбуждение охватывает тело, как ноздри ласкает запах пары, как ноги бегут к нему…

Альфа не успел удивиться. Я запрыгнула на него и впилась в губы долгожданным для волчицы поцелуем. Руки сомкнулись в волосах мужчины и не давали ему пошевелить головой.

Вкус Риана ударил по языку, и я уже едва понимала, что происходит.

Тело сводило судорогой, дыхание кончалось, а руки оборотня крепко держали за ягодицы, прижимая ближе и ближе.

Он целовал…

Поглощал…

Клеймил…

Волчице это нравилось.

Мне же – не очень. Я не хотела наслаждаться процессом. Билась об стенки разума, призывая свое «я» прийти в себя и прекратить безумство.

Волчица начала сдирать с Риана рубаху, целовать шею и спускаться ниже.