Текст книги "Руины из роз"

Автор книги: К. Брин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 17 страниц)

Глава 15

Два часа спустя я сидела на кровати Сейбл, вся в бинтах, и смотрела на Найфейна, который извивался и бился в конвульсиях. Его кулаки сжимались и разжимались, голова моталась из стороны в сторону. Он стонал, его лоб и спина были покрыты потом.

Я рассказала родным всю историю от момента, как вышла из дома, и до того недавнего времени, когда вернулась, опустив лишь несколько деталей. Они узнали, что Найфейн играл важную роль в судьбе королевства, но я не сказала им, что он – принц. Мои родные думали, что он был дворянином, который выжил, и на его плечах теперь лежала судьба королевства. Я надеялась, что они поверят в эту историю так же легко, как и я в свое время. И хотя они знали о замке, полном ужасов, я, ясное дело, не вдавалась в подробности о том, что же это за ужасы. В конце концов, мой рассказ слушали дети. Но они получили общее представление. Я не сомневалась, что Хэннон обо всем догадался, учитывая его познания о демонах, наводнивших нашу деревню.

– Но почему он весь охвачен болью? – спросила Сейбл, когда я закончила свой рассказ.

Этот вопрос застал меня врасплох.

– Потому что он считает, что убил свою мать и не смог защитить свое королевство.

– Да ну, – скривилась она, – история со смертью его матери звучит просто глупо. Женщины не умирают от разбитого сердца. Так принято говорить, чтобы скрыть пренебрежение и жестокое обращение, от которого на самом деле умерли женщины. Но ты сказала, что его мама считала себя розовым кустом. Что ж, розовые кусты никому не уступают. Ты можешь вырубить их под корень и думать, что с ними покончено, а они отрастят новый побег и воскреснут из мертвых. Розовые кусты умирают от того, что их душат и лишают вещей, которые они любят, таких как вода и солнечный свет. Держу пари, это вина отца. Отец убил ее, чтобы вернуть сына, а затем заманил его в ловушку. Скажи мне, если я ошибаюсь.

– Ты читала слишком много детективов, – пробормотал Хэннон.

– Уж лучше их, чем, как Дэш, читать дурацкие романы с картинками, – парировала сестра, и Дэш бросил в нее подушкой. – В любом случае, нет, я не говорила о том, что его отец сделал с ним. Это очевидно. Ну, то есть, почему он весь покрыт этими шрамами и прочим? Так всегда выглядят воины?

Время ползло медленно, как улитка, Сейбл задремала на кушетке, а я все сидела и наблюдала за Найфейном. Он снова пошевелился в постели и лег лицом вниз, а я поймала себя на том, что рассматриваю грубые рубцы, бегущие по его спине. Зигзаги, рассекающие его плоть.

– Почему ты на самом деле патрулируешь Запретный Лес? – тихо спросила я и наклонилась, чтобы провести пальцем по одному из этих широких шрамов. Найфейн вздрогнул и слегка застонал, успокаиваясь.

Я встала на колени рядом с кроватью, провела пальцем до конца шрама и снова начала сверху. Найфейн глубоко вздохнул и повернул ко мне лицо, его веки затрепетали. По какой-то причине это, казалось, успокоило его.

– Это потому, что ты защищаешь всех нас, не так ли? Это твой долг. – Я осмотрела черные полосы от яда, которые постепенно исчезали с его кожи. Выращенный в тесноте эверласс помог. Если бы через полтора часа после приема лекарства эти полосы практически не исчезли, я бы дала Найфейну еще немного эликсира.

Я вспоминала прошедшие годы. Тогда в нашу деревню захаживали гости более жестокие, чем инкубы. Эти существа терроризировали город и убивали всех, кого могли. Я запомнила страх и панику. Мои родители заставляли нас прятаться под кроватью, пока угроза не исчезнет, на случай если твари ворвутся в дом. Мы неуклонно запирали двери и закрывали ставни.

Однако со временем эта угроза уменьшилась. Я не могла вспомнить, когда в последний раз в деревню приходили те существа.

Теперь я поняла, что они исчезли благодаря Найфейну. Он явно быстро всему учился и теперь каждую ночь патрулировал лес, убивая жестоких существ до того, как они пробирались в деревни.

– Король демонов играет с тобой, верно? – спросила я, убирая его взъерошенные волосы с высокого лба. – Он сделал так, чтобы ты не мог заходить в деревни, а его творения могли. По крайней мере, так было в начале. Игра заключается в том, что тебе нужно найти и убить тварей, прежде чем они доберутся до деревень и начнут охотиться на людей. На твоих людей.

Вот же скользкая змея! Хотя нет, называть короля демонов змеей означало оскорбить всех змей.

– Хотела бы я тебе помочь. – Я провела пальцем по изгибу мощной челюсти Найфейна, а затем вниз по шраму вдоль края его полных, красивых губ. – Жаль, что я не могу превратиться в зверя и помочь тебе. Я знаю, что самка была бы только за.

Его веки затрепетали и поднялись. Глаза припухли и выглядели заспанными, но зато открылись!

Волна возбуждения пробежала по мне. Я придвинулась немного ближе к голове Найфейна.

– Привет, – прошептала я, слезы жгли мои глаза. – Как ты себя чувствуешь?

Он раскрыл ту ладонь, которая лежала ближе ко мне, и немного подвинул ее в мою сторону. Я взяла ее и погладила большим пальцем тыльную сторону кисти.

– Не ослабит ли действие эверласса обезболивающий эликсир? – спросила я, кладя другую руку Найфейну на голову и нежно поглаживая его лоб. – Возможно, я могу кое-что узнать из книг, но остальное – методом проб и ошибок. Я бы предпочла сейчас ничего на тебе не пробовать, чтобы все не испортить.

– Пожалуйста. – Его голос звучал едва громче шепота и более хрипло, чем обычно.

– Воды, да? Ты хочешь воды? – Я хотела встать, но рука Найфейна удержала меня на месте, все еще невероятно сильная.

– Побудь со мной, – прохрипел он.

Я накрыла его руку ладонью.

– Конечно, побуду. Я наблюдаю за тобой, чтобы понять, не нужно ли дать тебе еще лекарства. Мы вылечим тебя, хорошо? Ты будешь жить и продолжишь сражаться.

– Пожалуйста. Продолжай говорить. Это помогает мне понять, что… я все еще часть этого мира. Смерть манит меня к себе. Мне хочется сдаться. Если бы не ты, я бы уже это сделал. Последние шестнадцать лет… были сплошным страданием. Каждый день был хуже предыдущего. Я так устал, Финли. Я так устал от этого кошмара.

Страх пронзил мое сердце. Я стиснула руку Найфейна в ладонях.

– Может, дать тебе еще эверласса? Тебе нужно еще? Я знаю, ты обещал своей матери не разглашать семейную тайну, и мы обязательно поссоримся из-за этого, когда ты поправишься, но сейчас ты должен помочь мне помочь тебе, хорошо? Твоя мама бы не хотела, чтобы ты умер таким молодым. Я знаю, ты считаешь себя виноватым в ее смерти, но Сейбл кое-что сказала, и я думала над этим. Твоя мать любила тебя. Она бы хотела, чтобы ты был счастлив. Она скучала по своему дому… – Я пришла к такому выводу, исходя из слов Найфейна. – …И не стала бы обижаться на тебя за то, что ты уехал. Она жила в браке без любви с сумасшедшим мужем, ей не разрешали говорить на языке ее предков. С чего бы ей желать тебе такой же судьбы? Я имею в виду, посмотри на меня. Я не такая, как другие женщины в этой деревне. Я – дикарка, и я охочусь, и я рискую, и я прихожу домой вся в крови. Меня не волнуют красивые платья с оборками или то, хочет ли первый красавец на деревне жениться на мне…

Рука Найфейна сжала мою, и его тело напряглось. Я медленно выдохнула и снова посмотрела на черные полосы на его спине. Они по-прежнему медленно таяли. Возможно, при этом Найфейн испытывал болезненные ощущения.

Я продолжила говорить.

– Я была такой с детства. Люди часто говорили моей маме, что она не должна позволять мне проводить столько времени с Хэнноном. Что я плохо влияю на него, потому что он нежный, добрый и милый. Но она могла быть упрямой, как скала. Она правила этим домом. Она никому не позволила бы запугивать меня. Она позволяла мне носить все, что я захочу. Позволяла мне делать все, что мне заблагорассудится, при условии, что я веду себя вежливо. Доверяла мне самой принимать решения. Так поступают матери – они направляют. Они дарят веру в себя. Они поддерживают и никогда не перестают любить своих детей. Никогда. Я сомневаюсь, что розовый куст стал бы обижаться на сына за его дикий нрав.

Слезы наполнили мои глаза.

– Я так скучаю по маме, – призналась я, наклоняясь вперед и прижимаясь щекой к подушке у головы Найфейна. – Я не смогла спасти ее. Тогда я еще не усовершенствовала рецепт целебного эликсира. Мне не хватило времени. Но знаешь что? Я должна помнить, что в конечном счете это была не моя вина. Маму убили проклятие и болезнь. В то время я не могла победить их, но успею сделать это вовремя для отца. Я это сделаю. Я не потеряю еще одного родителя.

Я погладила Найфейна по щеке, продолжая другой рукой обнимать его.

– Знаешь, люди были правы насчет того, что Хэннон лучше меня. Моя мама всегда утверждала, что без него я бы пропала. Он ненавидит охоту, рыбалку и распитие пинты пива в пабе с парнями. Он думает, что все они – тупоголовые обезьяны. Очевидно, он прав. Ему бы очень понравился выбор хобби в замке. Вероятно, он мог бы нарисовать очень красивую картину. Он очень хорош в шитье и рукоделии. И ты видел, как он умеет ухаживать за больными. Мы с ним настолько противоположны, насколько могут быть противоположности. Вот почему из нас получилась отличная команда. У меня хорошо получается все, что он ненавидит, а у него хорошо получается все, что ненавижу я.

– Ему нужна сильная пара, – прохрипел Найфейн.

Я вздрогнула. Затем покраснела от смущения. Найфейн просил меня говорить, это правда, но я и не предполагала, что он будет внимательно слушать каждое слово.

– Да. Но в нашей деревне таких нет. То есть это, конечно, не так. Я уверена, что сильные женщины есть, они просто не пойдут против общественности. Никто не обращался ко мне, например, чтобы научиться охотиться. Кроме Сейбл. До встречи с тобой я учила ее ставить ловушки и охотиться на мелкую дичь. Но в то же время она любит платья с оборками и прихорашиваться, так что умеет скрывать свои странности немного лучше, чем я.

– Мне нравятся твои странности.

– Я не думала, что тебе вообще что-то во мне нравится.

– Воды, пожалуйста.

– Ах, да. Да, конечно. – Я оттолкнулась, чтобы встать, но одна из моих ног затекла. Она не выдержала нагрузки, и я с грохотом упала на пол, как подкошенная, ударившись о край кровати Сейбл. – Черт подери!

Найфейн дернулся, а затем застонал и приоткрыл глаза, чтобы посмотреть, что случилось.

– Я в порядке. – Я показала ему большой палец и забралась на кровать. – Все хорошо.

Дверь спальни открылась, и в проеме показалось заспанное лицо Хэннона.

– Что стряслось?!

– Мне нужна вода для него. У меня затекла нога, и я упала на пол.

Брат закатил глаза и пересек комнату, направляясь к кувшину с водой. Поднял его и наполнил жестяную кружку. Когда Хэннон наклонился, чтобы передать кружку Найфейну, я устроилась на кровати и принялась растирать онемевшую ногу.

– Ты можешь сесть или нам помочь тебе? – спросил Хэннон.

Найфейн попытался приподняться, но его руки подкосились, и он снова упал на матрас.

– Эта кровать твердая, как камень.

– Значит, она ничем не отличается от твоей головы, – не подумав, выпалила я.

Найфейн ухмыльнулся, а Хэннон передвинулся на другой край и стал ждать меня.

– После смерти ты сядешь по правую руку от богини, Хэннон, – сказал Найфейн, когда я встала, чтобы помочь. Невидимые булавки и иглы пронзали мою ногу. – На небесах тебе воздастся за то, что ты всю жизнь терпел такую сестру.

– Очевидно, тебе уже лучше, – проворчала я, когда мы с Хэнноном перевернули его и приподняли.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил Хэннон, вновь превращаясь в сиделку. – Боль прошла?

– Немного. Она впивается глубоко в мои кости, но больше не пульсирует. Это маленькое чудо.

– Тебе дать еще эликсира? – спросила я, забирая кружку у Хэннона. Найфейн неуклюже приподнял руку, чтобы взять кружку, но я отмахнулась от него. – В итоге ты все прольешь. Ты больной – веди себя соответственно.

– Да, мэм. – Его губы изогнулись в улыбке.

Он выпил содержимое, и на последнем глотке капелька жидкости потекла из уголка его рта.

– Пока достаточно, – мягко сказал Хэннон.

Я поставила кружку на пол, и мы перевернули Найфейна обратно. Он прерывисто закашлялся и вцепился в подушку, но успокоился, продолжая смотреть на меня.

– Я в соседней комнате, если вдруг вам понадоблюсь, – сообщил Хэннон, протягивая руку.

Я вручила ему кружку. Брат кивнул и направился к двери.

– Что он будет с ней делать? – спросил Найфейн. Он покашлял еще немного, а затем застонал.

– С чем, с кружкой?

Он слабо кивнул.

– Вымоет ее. Тут есть еще одна. Потом он их поменяет. Он действительно помешан на чистоте, когда дело касается ухода за больными.

– И правильно. Из вас двоих действительно получилась отличная команда.

– Ага. Мы росли в трудные времена, когда в основном приходилось полагаться на самих себя.

– Нет, пока больше никакого эликсира. Хотя я мог бы использовать часть твоей силы.

Я пробудила самку, и волна силы хлынула через меня в Найфейна. Когда поток хлынул обратно, мы поймали его в замешательстве, и сила заполнила мое тело и ушла глубоко внутрь. Я испуганно втянула воздух. Похоже, я все еще была связана с Найфейном через силу или, возможно, магию. Или, может, были связаны только наши внутренние звери, я не знала. И хотя я не могла конкретно почувствовать его, я ощущала его сущность. Его внушительный самец запустил щупальца силы глубоко внутрь меня. Наверное, мне следовало бы разозлиться или, возможно, забеспокоиться из-за этого, но прямо сейчас я просто хотела, чтобы Найфейн излечился. Королевство нуждалось в нем. Я разберусь с последствиями, когда он поправится.

Я вздохнула и присела рядом с ним.

– Тебе нужно подстричься, – заметила я, на этот раз положив одну руку под голову, а другой накручивая волосы Найфейна на палец.

– Я очень долгое время не заботился о своей внешности. Не было никого, на кого можно было бы произвести впечатление. Во всяком случае, никого, на кого мне хотелось бы произвести впечатление.

– Ну, спасибо. – Я тихо рассмеялась. – Когда-то у меня был парень, и пару раз я пыталась принарядиться. Я хотела почувствовать себя сексуальной и возбудить его.

– И что случилось?

– Он отреагировал очень странно. Сказал, что не хочет показываться на улице со мной в таком виде. При этом я не была полураздетой, ничего подобного. Я не понимала, что именно ему не нравится. Он признался во всем, когда бросил меня. Похоже, решил, что я принарядилась, чтобы он на моем фоне выглядел хуже. Словно я хотела показать, что он меня не заслуживает. Я думаю, ему бы понравилось, если бы я встала на колени, чтобы он мог казаться выше. В тот момент у меня разбилось сердце, поэтому я не врезала парню за это, хотя следовало бы…

– Почему он считал, что будет выглядеть хуже из-за того, что встречается с кем-то более привлекательным, чем он? Я бы скорее подумал, что другие мужчины хлопали бы его по спине в качестве поздравления.

– Не знаю. Могу только предположить, что это как-то связано с Джедреком, первым придурком на деревне. По-моему, он хочет составить со мной пару в основном из-за моей внешности. Вероятно, он уже некоторое время думал об этом. Бьюсь об заклад, он распускал слухи или издевался над моим бывшим. Мужское эго такое хрупкое. Без обид.

– Я бы далеко не ушел, если бы обижался каждый раз, когда кто-то говорит правду.

Я рассмеялась, проводя пальцами по его щеке.

– Вся эта «красота» меня раздражает. Любые комплименты в мой адрес всегда касались моей внешности. Это все, за что меня ценят.

– Что это значит?

– Я достойна большего не только из-за внешности. Это можно сказать про любого из нас. Я настолько начитана, насколько это возможно в нашей деревне. Я умная, сильная и умею решать проблемы. Я проявляю смелость… в основном. Я создала различные целебные средства, которые используют люди, не говоря уже о том эликсире, который поддерживает жизнь членов их семей. Но меня хвалят только за то, что я хорошенькая. Такое чувство, что в нашей деревне, если ты красива, ты достигла наивысшего уровня достижений для женщины – но ведь это не зависит от меня. Я такой родилась и не приложила никаких усилий для этого, у меня даже не было никакого выбора в этом вопросе. А если тебя не считают красивой, или если ты не подчеркиваешь свою красоту, то тебе постоянно говорят, как привести себя в порядок, чтобы выглядеть лучше: прическа, макияж, одежда, что угодно. Словно мы почему-то нуждаемся в исправлении, так как не нравимся кому-то такими, какие мы есть. Как будто нас должно волновать, что подумают другие, а не то, что мы думаем о себе. Это чушь собачья.

Найфейн ничего не сказал, и я тяжело вздохнула.

– Я хочу, чтобы меня ценили за поступки, а не за внешность. Хочу, чтобы меня хвалили за мои реальные достижения. Но в нашей деревне я чувствую себя просто красавицей, полной недостатков. Я просто… Наверное, я просто хочу чего-то большего.

– И ты это получишь, – прошептал Найфейн. Я заметила, что силы покидают его. Ему нужно было поспать. – Ты родилась для великих свершений, Финли. Для того, что наше королевство не может тебе предоставить. Однажды твоя клетка распахнется, и ты полетишь.

Глава 16

Широко распахнув глаза, я не сразу сообразила, где нахожусь. Солнце высвечивало пылинки, лениво плавающие в воздухе. Я ощутила знакомые запахи и испытала прилив счастья от того, что вернулась домой, снова увидела родных.

Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что глаза Найфейна открыты и смотрят на меня.

Поначалу мне показалось, что это безжизненный взгляд, что Найфейн умер, пока я спала на кровати Сейбл. В приступе паники я судорожно вдохнула и дернулась. Однако он моргнул и снова уставился на меня.

В облегчении я откинулась набок, лежа лицом к нему.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила я, ощущая смертельную усталость и боль в конечностях. Мне требовались швы, мази, бинты и отдых, и я получила все, кроме последнего.

– А ты как себя чувствуешь?

– Отлично. Хотя я чуть не умерла. Но ты же спас меня.

– Начнем с того, что, если бы не я, ты бы не убежала из замка. Если бы не я, тебе бы даже не пришлось ниоткуда убегать. Если бы не я, ты бы не оказалась в ловушке в этом королевстве… Мне продолжать? Я никого не спас.

– Твоя угрюмость вернулась. Должно быть, ты чувствуешь себя лучше. – Я зевнула и потянулась, перевернувшись на спину.

– Сколько этих тварей ты убила до того, как я появился?

Я напрягла память.

– По-моему, только одну. Остальных я просто поранила перочинным ножом. Похоже, это не сильно их замедлило.

– И ты сама в то время была ранена?

– Ага. Меня поранил адский пес с плавником. Это было неприятно. Будь моя воля, я бы предпочла сразиться с кабанами. По крайней мере, на кабанов можно упасть сверху, не беспокоясь о том, что тебя проткнут плавником.

– А до этого кто на тебя нападал?

– Диббук. Это была пустяковая угроза.

Я повернула голову набок и встретилась с этим прекрасным взглядом. Солнечный свет, проникающий в комнату, сделал золотистые полосы в глазах Найфейна еще светлее. Его растрепанные волосы и выбившиеся отдельные пряди лишь подчеркивали его острые скулы.

– Это проклятие изменило цвет чешуи твоего дракона? – спросила я.

– Да.

– Твои глаза всегда были золотистыми?

– Нет. Хотя их цвет был почти похож. Ореховый. Но из-за неправильно проведенного превращения мои радужки словно выжгло. Или, возможно, их выжгло проклятием, заставляющим меня помнить то, что было потеряно. Мне достаточно лишь взглянуть в зеркало.

Я кивнула, а затем рывком села и снова невольно потянулась.

– Тебе следует еще поспать, – заметил Найфейн. – Ты выглядишь ужасно.

Я свесила ноги с края кровати и встала. Мои чистые пижамные штаны, которые я надела после вчерашней перевязки, скользнули до лодыжек. Я склонилась над Найфейном, проводя пальцами по его спине. Чернота от яда почти исчезла. Я приподняла несколько повязок, прикрывающих следы от когтей. Лишь несколько почерневших полосок виднелись на припухших розово-красных ранах.

– Обычный эверласс плохо помогает против яда, – сообщила я, прикусив губу. – Возможно, нам придется рискнуть и позже дать тебе еще чуть-чуть выращенного в тесноте. Может, половину листа или четверть. Я посмотрю через несколько часов. Тебе в любом случае нужно отдохнуть.

– Мне нужно вернуться в замок. – Найфейн попытался встать.

Я положила ладонь ему между лопаток, удерживая на месте.

– Ага, ведь это фантастическая идея – показываться демонам на глаза в таком виде. Тебя будет легко прикончить, Найфейн. Ты не можешь так поступить со своим королевством. Отдохнешь день или два, а там посмотрим. Раны еще болят?

– Я не нуждаюсь в том, чтобы со мной нянчились, принцесса. Я могу сам о себе позаботиться.

Я отступила назад, чтобы Найфейн, лежавший ничком на кровати, мог меня видеть, и подняла руки в растерянном жесте.

– С кем ты сейчас разговариваешь? – Я демонстративно огляделась вокруг. – Неужели ты решил, что кто-то в этой комнате поверит в твою чушь?

Его губы изогнулись в слабой улыбке.

– Один человек точно поверит.

– И кто же?

Его улыбка стала шире.

– Так я и думала. – Я снова расправила его повязки и села в ногах кровати. – Я спрошу снова, и давай будем сотрудничать на этот раз, хорошо? Я знаю твои слабости.

– Все знают мою слабость – это напористые, упрямые женщины.

Я скептически поджала губы, хотя Найфейн и не мог этого видеть.

– Не совсем.

Я приложила палец к одному из его шрамов, оставшихся после потери крыльев, и легонько провела вниз. Найфейн вздрогнул, и по его телу побежали мурашки. Он сжал подушку в кулаках и уткнулся в нее лицом. Тихий стон зародился глубоко в его груди.

– Нет, принцесса, – приглушенным голосом взмолился он.

Я почувствовала, как мои губы растянулись в злорадной усмешке.

– Раны еще болят? – повторила я вопрос, снова перемещая палец наверх и легонько проводя им вниз.

Мышцы на его спине напряглись. Бедра дернулись, вдавливаясь в матрас.

Неужели его возбуждало это простое прикосновение?!

Все внутри меня сжалось. Я-то точно возбудилась от одной этой мысли.

Я оглянулась, чтобы убедиться, что дверь закрыта, хотя и понимала, что мне лучше оставить Найфейна в покое. Ему требовался отдых.

Но этот парень был чертовски сексуален, покрыт шрамами и все такое, и он мучил меня несколько дней. Он заслужил небольшую расплату. На данный момент действие яда ослабло, а повязки впитали бы кровь, если бы раны Найфейна оказались растревожены. К тому же у него был целый день на отдых.

Я не могла противостоять нашему притяжению. Он не мог противостоять нашему притяжению, хоть и пытался вести себя грубо и угрюмо. По крайней мере, самка гордилась бы мной, хотя я и не пробуждала ее, потому что не хотела, чтобы она перехватила у меня контроль.

Я откинула одеяло, обнажив мускулистый зад Найфейна.

– У драконов есть крылья, когда они в человеческом обличье? – Я слегка погладила его. Найфейн застонал, и я различила в этом звуке смесь удовольствия и боли, когда его плечи и ягодицы изогнулись, а бедра толкнулись в простыни. – Я не читала такого в книгах.

– Нет, у них нет крыльев, – прорычал он. – Однако у них есть полоски чешуи там, где должны быть крылья. Они были сорваны с моего тела, когда дракону оторвали крылья.

Я прижала ладонь к шраму, расположив ее над бинтами.

– И эта полоска чешуи…

– Это невероятно эротично и запрещено.

– Почему это запрещено? – Мой голос стал хриплым. Я скользнула рукой вверх и коснулась верхней части шрама большим пальцем.

Найфейн снова вздрогнул.

– Это привилегия истинной пары.

Уголки моих губ приподнялись чуть выше.

– Какие еще запреты для принцев ты готов нарушить?

– Никто никогда не касался моей чешуи.

– Упс. Это уже второй вопрос, на который ты не ответил. Нарочно? Думаю, да. – Я снова провела по шраму большим пальцем. Затем прошлась им вниз, легко, как перышком, едва касаясь.

– О богиня… Финли, пожалуйста… тебе не следует…

Но он не мог никого одурачить.

Вспомнив, как его большой палец скользил вокруг моей задней дырочки, я тут же быстро сообразила, что к чему.

– Король демонов отправил инкубов и суккубов в замок – и в деревни, – потому что многие из этих сексуальных извращений были запрещены, так?

Я погладила шрам. Найфейн с силой втянул носом воздух, его позвоночник изогнулся, а бедра дернулись вперед, вдавливая твердый член в мою кровать.

– Никакого анала, никаких оргий, никакой… порки, само собой, верно? Никаких связываний? Должна признаться, я всегда опасалась быть связанной – не люблю терять контроль, – но, когда прошлой ночью ты скрутил мне руки, я была в восторге. Я бы позволила тебе связать меня, завязать мне глаза и овладеть мной. – Его бедра дернулись вперед, явно от нарисованной мной в воображении картины. – А что насчет салонов красоты? Ты когда-нибудь посещал такой? Ты пробовал что-нибудь из этого до проклятия? Не думаю, что король мог полностью отслеживать всех подданных в королевстве, но он, безусловно, знал, что происходит в замке. Или, по крайней мере, пытался быть в курсе. Следовал ли покорный, связанный честью сын законам страны?

Когда Найфейн не ответил, я воплотила свои воспоминания в жизнь и провела пальцем по его анальному отверстию.

– Моему бывшему нравилось, когда ему во время минета немного пощекочут заднее отверстие, а иногда и сунут туда палец. Ты когда-нибудь пробовал такое? Есть очень чувствительное место, в которое я знаю, как попасть…

– Не говори со мной о других мужчинах! – прорычал Найфейн, и волна тепла скользнула по моей спине. Я почувствовала, как самка выгнулась дугой и замурлыкала внутри меня. Она обожала, когда в Найфейне просыпался альфа.

– Ты когда-нибудь пробовал такое? – повторила я хриплым голосом, снова проводя пальцем вверх по шраму и по-прежнему касаясь легко, как перышком.

– Нет… – Найфейн качнул бедрами вперед. – Финли, пожалуйста!

– Хм-м, ты умоляешь, Найфейн. Я уверена, что мистер Большой Страшный Альфа никогда не должен умолять.

Повинуясь импульсу, я наклонилась вперед и лизнула верхнюю часть шрама.

Бедра Найфейна дернулись. Он издал долгий, мучительный стон.

– Когда мне станет лучше, я прижму тебя к стене и заставлю заплатить за все это. Я возьму тебя так сильно, что ты не сможешь вспомнить свое имя. Ты никогда не захочешь другого мужчину до конца своих дней.

Мы затеяли опасную игру. В конце концов, его дракон хотел заявить на меня права. Если я проиграю, то проиграю по-крупному.

Но иногда нужно просто рискнуть.

– Громкие слова для больного. – Я снова лизнула, затем нежно поцеловала, потирая рукой другой его шрам.

– Финли, – выдохнул Найфейн, лихорадочно дергая бедрами и вдавливая член в мой матрас. – Раздвинь ноги передо мной. Позволь мне попробовать тебя на вкус.

– Не-а. Я буду удовлетворять себя пальцем, пока ты кончаешь на моей кровати.

– Я представляю себе, что беру твою киску.

– Представляй себе, что хочешь, но, когда мы закончим, ты навсегда запомнишь, как простолюдинка довела тебя до оргазма самым неловким образом, который только можно вообразить.

В стоне Найфейна вновь звучали наслаждение и мука, и я рассмеялась, опустив свободную руку ниже талии. Я коснулась своей скользкой влаги, а затем погрузила в нее палец и лизнула спину Найфейна, мягко потирая его шрамы другой рукой.

– М-м-м… – Он повернул голову и поискал взглядом мою руку, опущенную ниже поля его зрения.

Приподнявшись, я встала одним коленом на край кровати и засунула пальцы в себя, дергая рукой с каждым толчком. Я вытащила пальцы и поднесла к губам Найфейна. Он принялся жадно сосать их.

На самом деле мне очень хотелось встать перед ним, позволить ему дотронуться до меня, утолить свой голод. Но это было бы слишком волнующе и больно для его ран, и, кроме того, в прошлом Найфейн не позволял мне прикасаться к его телу, и я намеревалась отплатить ему той же монетой.

Я засунула руку обратно в штаны и снова наклонилась к его спине, облизывая и посасывая, потирая другой его шрам. Найфейн приподнял бедра и попытался дотянуться до члена, дрожа от усилия. Я шлепнула его по руке.

– Мне нужно поправить член, чтобы я мог излиться на твои простыни.

Я злорадно ухмыльнулась, просунула руку под него и схватила его огромный красивый член. У меня потекли слюнки от желания взять его в рот, продвинуть в горло до упора, а затем протолкнуть еще глубже. Но не в этот раз.

Крепко сжав член в руке, я дважды двинула кулаком вверх-вниз, заставив Найфейна застонать, а потом направила член головкой в сторону груди. Найфейн опустился обратно на кровать и тут же задвигал бедрами. Я ненадолго отвлеклась, чтобы запереть дверь, затем вернулась и спустила штаны. Что тут скажешь? Я никогда не была сильна в самоконтроле. Я вернулась в исходное положение, потирая двумя пальцами скользкие складки и погружая их в свою киску.

– Черт возьми, Финли!

Я продолжила наш разговор с того, на чем мы остановились.

– Ты пробовал такое раньше, Найфейн? – Я чуть сильнее провела пальцем по его шраму. – Ты когда-нибудь наблюдал, как женщина сама доводит себя до оргазма?

– Нет, – прохрипел он, наблюдая за движениями моих пальцев и толкаясь бедрами в мою кровать. – Мне нужно взять тебя, Финли. Мне так сильно нужно взять тебя.

– Ты когда-нибудь погружал свой член глубоко в женскую попку?

– Черт… – Найфейн зажмурился, и на его лице отразилось чистое удовольствие. Он двигал бедрами, как бешеный… широкие, сильные движения, которые притягивали мой взгляд и гипнотизировали меня. Его тело, даже испытывая боль, двигалось с грациозной плавностью. Он был настоящим самцом. Мощным. Грубым. Таким чертовски сексуальным, что это превосходило все мыслимые границы.

Я погладила его разгоряченную кожу. Погрузила пальцы в себя. Жаль, что у меня не было третьей руки, чтобы поиграть с соском.

– Ты мечтал обо мне, Найфейн? – спросила я, едва ли не теряя рассудок. Почему-то было так эротично удерживать контроль над собой прямо сейчас. Дразнить Найфейна. Играть с ним. Я знала, что смена ролей сводит его с ума от желания. Я знала, что ему хочется подняться и вернуть себе этот контроль. Подмять меня под себя и погрузиться глубоко в мои влажные складки. Овладеть мной, пока мы оба не упадем без сил, усталые и счастливые.

– Ты мечтал о том, чтобы взять меня? – прошептала я, вновь проводя языком по его шраму.

– Ты снилась мне по ночам, я мечтал о тебе целыми днями, удовлетворял себя рукой, представляя, как ты выгибаешься подо мной, пытаясь засунуть свою грудь немного глубже в мой рот. Или двигаешь бедрами навстречу моим пальцам, пока я прижимаю тебя к дереву. Умоляешь вонзить в тебя член.

Его ягодицы расслаблялись, а затем напрягались. Кровать тряслась от силы его толчков. Мое тело завелось, и я вонзала в себя пальцы в такт движениям Найфейна, пока он наблюдал за мной, не отрывая золотистого взгляда от моей руки, мокрой от соков.