Текст книги "Мир островов. Рождение."

Автор книги: Иван Киричатый

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Владимир не выдержал боль и закричал. Владимир кричал, как никогда в жизни. Что было силы. Новые пришедшие ощущение пугали его. Чувство обреченности, опустошения и неизбежности. Еще миг и они наполнят его полностью. Второе Я, подсказывало, что новая боль по силе, намного превзойдет предыдущую боль. Всем своим естеством Владимир понимал, что-то происходит не так. Так не должно быть. Второе Я просто кричало об этом. Все кончено. Ни одна из пяти основополагающих сил так и не смогла победить. Они в нем были недостаточно сильны или произошел тот случай, когда силы равны. На место победителя пришла другая сила. Абсолютно чуждая Владимиру. Чтобы ее перебороть не хватало ни сил, ни времени, ни опыта. Еще несколько мгновений и он будет повержен. В эти мгновенья он поступил, как любой верующий человек – попросил помощи у богов. Но не у всех, он обратился к единственному, уже единожды помогшему богу. Божеству, помогающему людям в заклинаниях, колдовству и врачеванию. Спасителю от злых духов, богу Асалдухи.

– Асалдухи, – прохрипел-прошептал Владимир, – помоги, единственная надежда на тебя справедливого и милосердного и всесильного. Спаси меня.

Асалдухи не подвел, он понял и пришел в виде чистого белого луча света. Просто с небес луч света необычайно большой силы ударил во Владимира. Вторая сила попыталась воспротивиться. Но тщетно, сегодня победа была за Владимиром. С мальчика вырвался звериный рык, который быстро стих. Луч света просто выжигал все чуждое Владимиру. Для других он был настолько яркий и сильный, что их заслепило. На мгновенье окружающие прижмурились. Когда они открыли глаза, все закончилось. Мальчик без чувств лежал на постаменте. И лишь Жан Дао успел заметить, что сфера Владимира вспыхнула белым цветом – стихией света. В мир вошел адепт света и великий целитель. Целитель не от таланта, как Элеонор, а от бога. Он сможет повелевать телами и душами даже после серого предела. Реализовывать самое сокровенное желание всех живущих – возвращать к жизни. Настоящей, полноценной жизни, не в виде скелетов или зомби, как некромансеры, а к возрождению с живым телом и душой. Редкий дар. Только это уже стоило столько возни с мальчиком и предстоящий конфликт из Элеонором. Ничего, Элеонор поступиться своими амбициями и потерпит на время обучения второго великого целителя. А там время покажет, кто победит.

* * *

Артему брожение по джунглям надоело по самое «не могу» и «не хочу». Магидов с самого начала возненавидел эти непроходимые заросли всеми фибрами своей души, естественно, что джунгли ответили ему тем же. Третьи сутки сплошного кошмара. Мало того, что от укусов комаров и других пакостных насекомых – вспухло, зудело и чесалось все тело. И главное нельзя ничего поделать, более того, своим постоянным чесанием Магидов делал себе только хуже – расчесал кожу до крови и занес ногтями какую-то заразу, да еще так неосмотрительно, что в некоторых местах появился гной. Герасим на почесывания Артема возмущенно фыркал, но ничего поделать не мог – опасаясь гнева посланника. Обещал лишь, когда увидит нужные ингредиенты, улучшит сложившуюся ситуацию. Оно и не удивительно полуорк не был шаманом, он был воином. Артему уже стали надоедать его постоянные извинения за его несостоятельность во врачевании. Но самое опасное было не это, а распухшее запястье на правой руке.

К утру, они вышли к небольшому озеру. Артем выбился из сил, и однозначно решил сделать здесь привал. К его удивлению, Герасим не стал возражать, похоже джунгли измотали до предела не только Магидова. Сейчас можно было не опасаться погони и быть обнаруженным, так что они решили развести костер. Четвертые сутки без еды было невыносимо тяжело. Тяжело Артему, но не полуорку, тот находил еду везде. Все что бегало, прыгало или ползало, или как-то по-другому двигалось однозначно подходило в пищевой рацион полуорка. Мучаясь от голода, Артем решился попробовать, по словам Герасима, наивкуснейший деликатес – термитов. По вкусу они оказались не противные – с кислинкой, как у лимонной карамели, но это была явно не та еда, которую требовал скрутившийся в трубочку желудок Магидова. Артем ошибся, полагая, что термиты живут как муравьи – в муравейниках. Их жилища были на деревьях и представляли собой большие наросты. В похожих наростах для Артема, но не Герасима жили далеко не съедобные насекомые – гигантские пауки-тарантулы. На опасения Магидова, полуорк заверил – если не трогать, не кусаются. От этого утверждения Артему не стало легче, он стороной обходил подобные жилища, так, на всякий случай.

Хорошо хоть Герасим запасся кокосовой водой, Магидов по крайней мере не испытывал жажды. Правда, от кисловато-сладкого привкуса потребляемой жидкости Артема уже мутило, хотелось простой воды и озеро пришлось как нельзя кстати. Магидов попил воды с помощью скорлупы от кокоса и с облегчением упал на песок. Блаженство. Для полного счастья еще не хватало вкусно покушать. Начинающие зарождаться мечты о еде прервал радостный вскрик Герасима. Полуорк нашел коку, точнее листья коки. Это для нас, людей этот зелененький листок, похожий на лавровый лист – воплощение зла, сырье для производства кокаина. Для местных он – часть культуры и традиций. Оказывается гоблины жуют листья коки, как жвачку, это придает им силы, притупляет голод. Чем незамедлительно воспользовался Магидов. Боль и голод действительно ослабели и Артем вздремнул.

Проснулся Артем от восхитительного запаха, самого приятного и желаемого запаха – запаха жареного мяса. Пока Магидов дрых без задних ног, полуорк сходил на охоту и принес какую-то живность, возможно кролика, если судить по форме. Во избежание потери аппетита, Артем для себя решил не уточнять действительно ли это кролик или что-то другое. Тайну обеда развеял Герасим, с гордостью объяснив это живность – вкуснейший деликатес и раньше бегала и звалась «суем» – местной морской свинкой. Похоже, этого милого зверька, – про себя подумал Магидов, – в этих местах не балуют, а жарят или тушат и подают к столу, что на данный момент его полностью устраивало. Не вдаваясь в подробности рассказа полуорка, Артем с жадностью накинулся на жареную тушку морской свинки. По вкусу суй был похож на цыпленка табака, только очень старенького и тощенького.

После небольшого и вкусного обеда Магидов вспомнил и о чистоте тела – решил искупнуться. Он так бы и поступил, если бы намерение искупнуться не испортил полуорк, его фраза, намек о крокодилах, что водятся в здешних водах, быстро охладила желание Артема. Помявшись несколько минут возле берега, Артем решился лишь сполоснуться у самой кромки воды. Вода не принесла желаемого облегчения. Раны, ранки и все что могло воспалиться – воспалилось. Боль стала невыносимой, Магидов в очередной раз потерял сознание.

Артем летел, низко над самими верхушками пальм иногда задевая их. Но к удивлению Магидова верхушки не мешали полету, он проходил сквозь них как приведение. Это, наверное, сон, – подумал Артем. Да сон, сон, – ответили эхом издалека. Голос неизвестного ответившего не удивил Магидова, похоже, он летел к нему. Зачем и куда, – эти вопросы не волновали его в этот момент. Он летел, и чувство полета полностью захватило его. Что будет потом – это будет потом.

– Бррр, – выдохнул Артем, – полуорк облил его холодной водой.

– Зачем? – возмутился Магидов, – такой сон испортил, такой сон.

– Непа, спать, непа, – ответил, пролаял Герасим.

– Непа, непа, чего непа? – не понял Тема.

– Спаз, спаз не борге провать, – ответил Герасим.

– Если буду спать, больше не проснусь, – больше догадался, чем понял Артем.

Запястье жгло, его цвет и форма уже напоминали баклажан, если его обмотать вокруг руки.

– Режвв, наке сроввау режвв, – еще более непонятно пролаял Герасим.

– Резать, я тебе дам резать! – возмутился Артем, и сердито показал полуорку кулак. Теперь точно спать нельзя, только он уснет – этот живодер, быстро оттяпает ему запястье его же ржавым кинжалом. Запястье болело, словно его опустили в кипяток и, держа в нем, каждую секунду рвали плоть сотнями плоскогубцев.

– Ггг, – простонал Артем.

– Баворвгы гыавау, – уже совсем непонятно пролаял полуорк.

Ну все, заряд сел, – сквозь боль понял Артем, – похоже, придется загнуться прямо здесь, возле этого озера. Все-таки лучше, – съязвил он про себя, – чем в сырых и темных джунглях. Хоть место красивое, да и вода рядом, правда, зачем мертвому вода? Эту мысль Артем так и не понял.

– Умру, но кромсать себя не дам, – угрожающе сказал он полуорку, – и потянулся к кинжалу. Оружия не было на месте, он его сам возле пальм отдал полуорку.

То, что слова Артема Герасим точно не поймет, Тема понимал, но понадеялся, что полуорк догадается по тону. Но на всякий случай указал на свое запястье, потом на Герасима и сделал выразительный жест по своему горлу. Полуорк утвердительно кивнул.

– Вот и хорошо, – прошептал Артем.

Артем снова летел, но уже не над джунглями, а над водой. Сон, тот же сон. Несмотря на свою бестелесность, чувство полета приносило наслаждение – солнечные лучи согревали, теплый ветерок слегка щекотал, а брызги от воды приятно охлаждали. И все то же чувство безразличия, куда он летит и зачем, что будет – то и будет.

Чувство резкой боли привело в сознание Артема.

– Все проспал, этот зеленокожий гад начал кромсать руку, – была первая мысль Магидова. К счастью Артема, он ошибся, зеленокожий гад не только не кромсал его запястье, его даже не было рядом. Но зато рядом был кинжал, выданный ему еще вождем гоблинов. Тема быстро его схватил и прижал к груди. Никчемный ржавый кусок металла придал уверенности. Острый приступ боли волной накрыл Магидова. Скрепя зубами Артем выдержал приступ, не потеряв сознание. Острая боль ушла, но от этого Магидову не стало намного лучше, постоянная боль никуда не делась, выматывая его. Вытерпев еще с несколько десятков приступов, Артем стал сдаваться, и мысль о потери руки уже не казалась ему кощунством. Покрутив головой по сторонам, он стал искать полуорка. Герасима нигде не было.

– И где его носит? – вслух выругался Артем.

Недолго думая, и стараясь не допускать в голову мысли о последствиях своих действий, Магидов резким и быстрым движением резанул кинжалом по воспалившемуся запястью. К своему удивлению, резкой боли Артем не почувствовал, лишь с образовавшейся раны потекла темная кровь. Возможно из-за своего состояния или по другой причине, цвет крови почему-то показался Теме синюшным.

– Что за чертовщина? – снова выругался Артем.

Нанесенная рана не только не принесла новой боли, а скорее притупила прежнюю.

– Чудеса, – подумал Артем, – возможно, Герасим хотел сделать надрез, а я по своей глупости не дал. Да если бы я знал, не сопротивлялся бы.

Солнце стало в зените. Ранее воплощенная в жизнь мысль полежать у воды, на открытом пространстве, уже не казалась приятной. Лучи солнца жгли, и правое запястье острой болью снова напомнило о себе.

– Не получается тихо помереть, – про себя подумал Магидов, – что ж, придется побороться за жизнь, пусть и ценой руки. Артем снова схватился за кинжал. Выполнить очередной порез не удалось, сознание не выдержало очередного приступа боли.

Артем снова летел. Или не летел, а падал, или все-таки летел. Понять он не успел, его бесцеремонно привели в чувства. Пока Тема «отдыхал» у озера, Герасим сделал разведку местности на предмет лекарственных растений. И сейчас Магидов пожинал плоды находок полуорка – все тело жгло от мазей, которыми его натер Герасим. Сам полуорк склонился над ним с каким-то дурманящим, как потом понял Артем, горячим напитком. Как не хотелось Магидову испытывать на себе местные лечебные зелья, но пришлось.

– Может, поможет, – решил он про себя, не сам ли он пару мгновений назад собирался оттяпать себе без анестезии запястье, а тут какое-то зелье. Напиток, не смотря на ожидания пациента, горьким не был, а ведь в понимании Темы самые целебные средства должны быть обязательно горькие. Этот же имел кисловато-сладковатый привкус.

– Наверное, – про себя подумал Артем, – полуорк просто добавил в кокосовую воду необходимые травки.

Зелье оказалось действенным. Спустя короткое время боль притупилась, сознание замутилось, Артем почувствовал себя легко и непринужденно, как при употреблении изрядной доли спиртного, невыносимо захотелось пожрать. Тема диким зверем набросился на приготовленную Герасимом еду. Доев все, Магидов почувствовал что настроение поднялось. Жизнь налаживалась: тело больше не зудело и не чесалось, благодаря мази, наложенной полуорком, вся мелкая живность джунглей обходила-облетала человека десятой дорогой. Живот был полон, а боль спала и практически не беспокоила. Да что боль, даже опухоль на руке стала заметно меньше.

Утром они снова двинулись в путь. Как и во сне Магидов не стал спрашивать, куда они направляются, да и как он поймет ответ, ведь ни языка, ни местности он не знал. За ночь от опухоли практически ничего не осталось лишь синева запястья, и дальше напоминала о пережитых страданиях. Попытки понять речь полуорка ни к чему не приводили. Вот так молча, изредка общаясь с помощью жестов, они шли все оставшееся время пока не вышли к побережью.

Радоваться или огорчаться новому обстоятельству Магидов не знал. За недели, проведенные в джунглях, он свыкся с ними, они приносили защиту, питье и еду. Что принесет ему побережье, Артем боялся даже предположить. У Герасима идеи насчет того, куда им двигаться дальше, похоже, тоже закончились. Полуорк молча опустился на песок. Рядом с ним сел и Артем, так они и просидели в тишине около часа, вглядываясь в бесконечные глубины океана и думая каждый о своем. О чем думал Герасим, Тема не знал. Мог лишь предположить, что о потерянных близких, о дальнейших планах относительно того, что делать с посланником Темного Повелителя. У Артема мысли крутились в его прошлом и возможном будущем, кем он был и что делать дальше. Как там без него поживает Маринка, простила ли его, или уже давно забыла и завела нового воздыхателя. Что бы он сделал со старой ведьмой, которая его сюда отправила, если бы смог вернуться назад.

Мысли о сладкой мести нарушил внезапно откуда-то взявшийся ливень. Небо чрезвычайно быстро затянули синюшные тучи, и дождь полил как из ведра. Такой подлости от природы Магидов не ожидал, от настроения не осталось ни малейшего следа. Они еле успели добежать под защиту деревьев: Герасим быстро, а Магидов с одышкой на несколько минут позже. Но и этих пары минут хватило, чтобы промочить Артема насквозь, да еще он, как назло, споткнулся на ровном месте и упал. Не столько больно, как неприятно. Так что к тому, что Артем промок до последней нитки, он еще вымазался в грязи как настоящая свинья. Не прошло и получаса, как ливень прекратился, так же внезапно, как и начался. Солнце, будто возвращая утерянные позиции, жарило с удвоенной силой.

Остаток дня Артем под предводительством Герасима сооружали подобие жилья. Результат не удовлетворил обоих, полуорк и Магидов строителями оказались никудышными. Артем за все время строительства жилья, возмущался про себя, зачем им понадобилась эта недоделанная халупа, ведь раньше даже в джунглях они прекрасно без нее обходились. Но уже вечером Артем, молча, про себя, благодарил Герасима, сидя у небольшого костра и наблюдая за холодным ливнем снаружи.

Магидову все надоело до чертиков, жалкая халупа, однообразная еда. Да и он просто устал от ничего неделанья, да еще Герасим куда-то запропастился. Еще пару недель назад его все всецело устраивало, и он наслаждался полным бездельем. Золотые деньки, лежи у костра, а полуорк все делает вместо тебя и для тебя: приносит еду, воду и дрова. Остается лишь лежать на лежанке и вздыхать о своей нечастной судьбе, что бы как-то оправдать, в первую очередь перед собой, свою несостоятельность в критических ситуациях. В первые дни Магидов попытался даже как-то помочь Герасиму, вначале как охотник – но лишь мешал, распугивая и предупреждая о своем присутствии дичь за километр, в тот день и последующий они остались голодными. Так что на третий день Герасим просто наотрез отказался брать Магидова с собой на охоту. Второй попыткой Магидова было собирание трав. Получив образцы трав от полуорка, он отправился на поиски. Результатом стало то, что он попросту потерялся. Герасим нашел его под утро, в бессознательном состоянии – Магидов от голода попытался продегустировать часть своих находок, и, как назло, самых несъедобных. Хорошо, что на вкус они оказались противными, и Артем съел самую малость. Скушай он больше собранных травок – окочурился бы. Третьим, совсем простым занятием, было простое собирание дров для костра. Но и здесь Тема сумел проявить себя – он вывихнул ногу. Если бы не полуорк, он, наверное, там бы и умер. Больше Герасим ему ничего не поручал – опасаясь за жизнь посланника Темного Повелителя. Ничего неделанье принесло и полезное – опухоль на руке исчезла совсем, порез зажил, лишь напоминая небольшим шрамом.

Время шло, а полуорк не возвращался. Когда стало темнеть, Магидов заволновался – за все время пребывания Герасим всегда возвращался до наступления темноты. Что-то случилось. Окончательно стемнело. Артему по-настоящему стало страшно. Не то, что он раньше не боялся – боялся. Но умереть голодной смертью его не прельщало. То, что он самостоятельно не прокормит себя и погибнет – Магидов уже уяснил для себя. Но что делать, идти на поиски и окончательно потеряться или ждать и загнуться от голода, если действительно что-то случилось. Возможно, где-то в джунглях Герасим страдает и проклинает Артема за его нерешительность. Еще немного подумав Магидов решился на поиски, но лишь с утра.

Вот уже и утро, а полуорк так и не появился. Артем зевнул, за ночь так и не удалось сомкнуть глаза, он узнал чувство ранее не посещавшее его – переживания за судьбу другого человека. Хоть Герасим и не являлся по крови человеком, просто Магидову так было проще, он еще окончательно не свыкся с мыслью, что гегемония людей нарушена.

Чтобы не заблудиться в лесу, как в прошлый раз с собиранием трав, Артем решил помечать надрезами на деревьях свой путь. После десятого дерева от этой мысли пришлось отказаться – чтобы сделать нормальный надрез, уходило много времени. Драгоценного времени, которое тратилось не на поиски, а на обозначение пути. Хорошо в современном мире, когда есть карта, компас или наконец, GPS навигатор – задал маршрут и вперед. А еще лучше как в играх, закрытая территория – темная, открытая – светлая, на карте обозначена точка, к которой необходимо прийти. Пришел – миссия выполнена. В жизни все иначе: карты нет, кодов нет, даже элементарных подсказок нет, одни разочарования. Следующим разочарованием стало то, что вместо того, чтобы выйти к побережью, Артем набрел на их с Герасимом жилье.

– Опа! – вырвалось у Артема. Спустя минуту, у него уже вырвалось другое слово: «Жопа».

– Главное, не сдаваться. – Настраивал себя Магидов. Оставленной еды хватит еще на сутки, к этому времени полуорк просто обязан вернуться. Но спустя сутки Герасим так и не объявился.

– Ждать больше нельзя, – подумал про себя Артем, и отправился на возможно последние в своей жизни поиски.

Глава 6

Доволен ли я своей судьбою?

Брожу один я в поисках ответа,

Брожу и не нахожу покоя,

Брожу и не нахожу ответа!

Доволен ли я своей судьбою?..

Владимир очнулся в своей келье спустя трое суток. Все это время с ним был Жан Дао. Все произошедшее с ним мальчик практически не помнил. Возможно это даже и к лучшему. Поскольку обрывки из пережитого приносили лишь неприятные воспоминания: чуткую боль, чувство обреченности, опустошения и неизбежности. Потом яркий свет и избавление от боли с приходом Асалдухи. Бог уже дважды ему помог, не требуя за это вознаграждения. Странные поступки как для бога: Владимира с детства учили, что без подношений боги не помогают. «Но не в случае с Асалдухи», – молча подумал мальчик, и так же молча вознес молитву благодарности к своему бессмертному спасителю. Более того, после инициации он стал чувствовал тонкую нить, что накрепко соединяла его с Асалдухи. Через нее он мог в критический момент просить о помощи, и что-то внутри ему подсказывало, что в этой помощи ему не откажут. Но нить была еще настолько тонкая, что от любого неправильного воздействия могла оборваться. Ему еще предстоит научиться правильно ею пользоваться. И со временем усилить и укрепить ее. Но это потом. Главное что он в этом мире не один, с ним его божественный отец, спаситель и учитель. Правда, Учитель у него Жан Дао или уже нет? То же внутреннее чувство вновь подсказало, что быть учителем Жан Дао остается не долго. Окончательно выяснять этот вопрос Владимир не решился. Прямо спросить у наставника о возникших подозрениях не стоит, а злоупотреблять силой и внимаем бога, даже столь щедрого и милостивого пока нет веских оснований. Сейчас ему нужно восстановить силы потерянные за время инициации. Инициация, что она собой принесла? – задал себе вопрос Владимир. Все вроде осталось на своих местах, но в то же время что-то сильно в нем изменилось. До ритуала Владимир всегда чувствовал себя ущербным, будто в нем отсутствовало что-то важное. Что отсутствовало, он не знал. Даже наставник не смог бы ответить на этот вопрос. После инициации чувство неполноценности ушло, сменившись ощущением целостности и счастья.

Прошла неделя, а Владимира никто не беспокоил, даже учитель. Пользуясь отсутствием внимания, мальчик попросту бездельничал. Проводил время на свое усмотрение, как ему хотелось. За эту неделю он успел обойти практически весь монастырь, даже в планах замахнулся на окрестности, но потом передумал. Особое внимание Владимир уделил колокольне: рассмотрел ее со всех сторон, изучил надписи на самом колоколе. Понять надписи не получилось, так как ни одной знакомой буквы или цифры он не обнаружил. Если это были действительно надписи, а не стилистические украшения, то они были выполнены на неизвестном языке. Зато Владимиру удалось, выяснить для себя, что долго возле колокола находиться нельзя. Чем ближе к колоколу, тем сильнее от него шла сила. Сила настолько огромной мощи, что Владимир мог в ней всецело раствориться и утонуть, как в горной речке. Утонуть в шумной, глубокой и быстрой реке, которая на своем пути не останавливается ни перед чем, смывая или ломая любое препятствие. Мальчик в мыслях предположил, что возможно по этой причине пространство возле колокола всегда пустовало. У Владимира возникла мысль дотронуться рукой до колокола, но практически дотянувшись, юноша не на шутку испугался. У него возникло ощущение, что при касании колокол может его сжечь. В тот же день Владимир попросил учителя рассказать о колоколе. К удивлению мальчика Жан Дао практически ничего о нем не знал или решил утаить от него это знание. Все, что удалось выяснить у наставника, что это древний мало изученный артефакт, частично идентичный порталу. Но более функциональный. Например, если Владимир мысленно представит местность, куда он хотел бы перенестись, то, дернув за веревку колокола, можно мгновенно туда отправиться. Посвященным давно известно это свойства подобных колоколов. Поистине колокол является сердцем любого монастыря Пути. Поэтому монастыри строят вокруг таких колоколов. После слов Владимира, что он хотел прикоснуться к артефакту, но побоялся мощи, идущей от колокола, у наставника резко изменилось настроение в худшую сторону, и мастер грустно посмотрел на него.

Шло время и после последнего разговора наставник словно стал игнорировал мальчика или был очень занят. Владимир в душе надеялся на второе.

Одним утром Владимир проснулся рано, сегодня ему не спалось. Сегодня должно случиться что-то важное, решил про себя мальчик. Быстро одевшись, он направился посмотреть тренировки Мин Дао. Все остальное, в том числе исследования тайных закоулков монастыря, отходили на второй план, когда имелась возможность хоть одним глазком взглянуть на то, что вытворяет зеленый мастер. Когда он прибежал на свое любимое место для наблюдений, оно уже было занято – неизвестный мальчик сидел на нем.

– Доброе утро, – решил познакомиться с новым юным обитателем Владимир.

– И тебе доброе, – развернулся незнакомец.

Незнакомцем оказался Вален. Просто Владимир со спины не узнал его.

– Я давно хотел с тобой познакомиться, – произнес Вален, – еще с момента инициации, но никак не получалось. В прошлую нашу встречу мне едва сил хватило, чтобы дойти до места проведения твоей инициации.

– Тогда, продолжил Вален, – я бы, наверное, упал, если бы не рука Мастера. Все так быстро произошло, да еще настолько интересно, что я даже забыл поблагодарить Мин Дао за поддержку. Мастер Элеонор рассказал, что Мин Дао занимается каждое утро с восходом солнца и до обеда. Вот, пришел исправить ошибку.

– Я тоже хотел с тобой познакомиться, – признался Владимир.

– Вот и хорошо, – ответил Вален. И рассказал, как он пришел в себя в храме Элеонора. Как к нему холодно отнесся целитель, а на попытки поблагодарить лишь прошипел, что не нуждается в благодарностях. Лишь на второе утро, даже находясь в хорошем настроении, холодным голосом сказал Валену, что если он хочет кого-то благодарить за свое спасение, то нужно в первую очередь благодарить Владимира. От этих слов, даже сказанных в таком контексте, Владимиру стало приятно, и он покраснел.

Минуту помолчав, юнга встал на одно колено и на одном дыхании, словно клятву, выпалил: «С этой минуты, я Вален, сын Омара, обязан тебе, Владимир, жизнью»! Тем самым заставив Владимира второй раз зардеться.

– Не расстраивайся из-за целителя, он и со мной грубо обошелся, – все что мог сказать Владимир. Но потом добавил, – а на счет спасения, ты мне ничего не должен, каждый уважающий себя человек поступил бы так же.

Вален на его слова ничего не ответил, но судя брошенному взгляду, Владимир понял, что не каждый мог поступить так же.

С тех пор каждое утро они встречались на тренировках зеленого мастера. За эти встречи Владимир сильно сдружился с Валеном. Бывший юнга к этому времени уже достаточно окреп. Владимиру было интересно с Валеном. Юнга, несмотря на свой юный возраст, много знал, во многих местах побывал, и, главное, рассказывал много интересных историй из свой прошлой жизни. В одном из многочисленных рассказов юнга с грустью поделился, что в ученики его никто из старцев не захотел брать. В нем не было даже искры, как у Владимира, даже малейшего намека на то, из чего можно было бы попытаться вырастить пламя.

Вален наблюдая за движениями зеленого мастера, манеру подобным образом называть Мин Дао и других посвященных, он перенял у Владимира. Эти уверенные и быстрые движения заставляли его забывать обо всем. Забывал о мыслях, что ему делать дальше. Куда ему направиться после полного выздоровления. По большому счету ему идти некуда – «Растиц» разрушен, Омар Сальвиц, усыновивший его, погиб. Пока он не полностью выздоровел, заикнуться о дальнейшем присутствие бывшего юнги в монастыре никто из монахов, если их можно было так назвать, не решался. Но не все вечно, рано или поздно этого разговора не избежать. Радовали лишь две вещи – общение с Владимиром и тренировки Мин Дао. Он мог сутками наблюдать за движениями Мастера. Вспоминался капитан Омар, тот тоже был замечательным бойцом. Благодаря ему Вален уже мог отличить настоящее искусство боя от дилетантства. Омар больше напирал на приемы и тактику. У Мин Дао был похожий и в тоже время другой стиль. Более свободный, подвижный и, главное, разнообразный. Утро за наблюдениями проходило очень быстро. Уходя назад к Элеонору или общаясь с Владимиром, Вален подсознательно с нетерпением ожидал следующей тренировки. И к его радости все повторялось изо дня в день. Приходил, общался с Владимиром, возвращался назад к Элеонору. Целитель не проявлял к нему никакого интереса. Давая лишь ночлег да еду. Возможно, так продолжалось бы и дальше, если бы Мин Дао не сжалился над юнгой. В то утро Вален как всегда внимательно вместе с Владимиром подсматривали за мастером. Мин Дао, как и каждое утро до этого начал тренировку с медитации. После медитации шла разминка короткими, но быстрыми движениями. Заканчивал разминку зеленый мастер всегда одинаково – поочередными приседаниями на левой и правой ноге. После этого начиналось самое интересное, и каждый раз по своему. Сегодня мастер сделал шаг вперед, условно отразил нападения невидимого противника. Сделал защитное движение. Ушел в сторону от ответного удара. И вдруг метнул шест, с которым занимался, прямо в Валена. Мальчик не успел даже сообразить. Но благодаря тренировкам отца, тело само восприняло угрозу. Мальчик с сидячей позы резко упал на спину. Шест шумно пролетел над ним. Кровь ударила в голову. В глазах потемнело. Вовремя он среагировал. Вален считал себя чрезвычайно ловким, и капитан это всегда говорил, но сейчас, не ожидая такого подвоха от мастера, еле успеть среагировать. Не до такой же степени он быстр. Нападение произошло неожиданно, попытался найти себе оправдание Вален, или ему попросту повезло. Просто такой подлости от Мастера он, как ни крути, не ожидал. Вот Владимир вообще даже не успел понять, что сделал мастер, сидит с потерянным взглядом. Мин Дао улыбнулся и сказал:

– Плохо, но сгодишься. Медленный, как черепаха. Если я бы бросил хоть в пол силы, была бы шишка. Я решил заниматься с тобой, но не обольщайся, дам лишь базовый уровень!

Вален не знал, радоваться ему или расстраиваться. Похоже, ему осталось здесь не долго, раз мастер преподаст лишь базовый уровень. Наверное, – подумал юнга, – мастер пожалел его, чтоб выпускать из монастыря в неподготовленном виде.

С тех пор каждое утро, он, Вален, начинал заниматься вместе с зеленным мастером. Мин Дао подошел к тренировкам с самого начала, как будто юнга совсем зеленый юнец. Проверил его реакцию, силу и еще чего-то, чего Вален так и не понял. Пообещал сделать сносного бойца. Чтобы выжить за стенами монастыря будет достаточно. Если конечно не лесть на рожон. Но на это Вален не обиделся, главное, его учат, а там время покажет.

Вот прошла неделя, с тех пор как Мин Дао обратил внимание на Валена. Эта неделя Владимиру показалась вечностью. Теперь, приходя понаблюдать за тренировками Мин Дао, он не любовался совершенством боевых движений мастера, а попросту завидовал Валену самой настоящей белой завистью, если таковая существует. После того, как юнга стал заниматься, он стал уделять меньше времени Владимиру, из-за того что сильно уставал. За этот короткий период мальчик успел так сильно сдружиться с юнгой, что ему недоставало общения с Валеном. Владимир решил, перепробовать все старые занятия. Но они быстро надоели или уже были неинтересны. Заниматься самообучением учитель строго запретил. Нарушать запрет после пережитого на инициации, Владимир не решился. Еще успеет. Тем более, что наставник намекнул, что пока есть возможность отдыха, надо отдыхать, так как в скором времени отдых больше не предвидится. В ту ночь, перед которой Жан Дао предупредил о начале занятий, Владимир не спал. Ворочался. Ждал наступления утра. Когда наконец придет учитель и они продолжат обучение. Жан Дао оказался точен, как всегда. Только зарябился горизонт, он уже был в келье Владимира.