![](/files/books/160/oblozhka-knigi-frant-4-si-376814.jpg)
Текст книги "Франт 4 (СИ)"
Автор книги: Иван Солин
Жанр:
Боевая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц)
Глава 4
Спустя час, где-то Севернее.
Пето́р строго глянул на сержанта Шустрэ́ из Туготыльских[2]2
Напомню, у Дарцев, пусть и говорящих на одном с Ардцами языке, но ударения в большинстве слов, особенно в именах, делается на последний слог. Ну и пусть будет с прононсом. Всякие же «-ские» – это лишь перевод, поэтому звучат привычно.
[Закрыть] и неодобрительно покачал головой, хотя так ничего и не сказал своему отлучавшемуся и едва не опоздавшему к началу всего коллеге по их 1-му плутонгу гвардейской компании ее сиятельства графини Туготыльской. Примчавший из кустов 3-й сержант с нетипичной для себя наглой рожей занял место в построении, и лишь с вызовом глянув на командира плутонга – главную рыцаря Неважнэ́, нахально подмигнул той, изрядно смутившейся от такого, ну и не ставшей наказывать нарушителя дисциплины, как видно, подобравшего ключик к этой обычно строгой служаке и недотроге.
Именно этому элитному подразделению предстояло совершить обходной маневр и сопроводить на исходную позицию магистра Туготыльскую, недавно прибывшую на фронт из столицы вместе со своей вскоре куда-то отбывшей подругой – графиней Тугогротской. С данной позиции в условленный час ее сиятельство начнет заливать огнем спешно строящиеся на поле для отражения внезапной атаки Большегорского полка баталии Ардцев, прошляпивших обход гвардейцев по лесу мимо своих дозоров, разъездов и всевозможных сигналок, и тем самым пропустивших в труднодоступное для контратаки место столь могучие магические силы противника, для ответного огня и подавления коих у имперцев попросту нет нужного числа магов, которые еще и будут изрядно заняты атакующими Большегорцами.
Место разведкой Туготыльцев было выбрано идеальное. Ведь его неприступность обеспечивали не какие-нибудь всего-то рукотворные рвы или рогатины с засеками, что могли бы лишь на время сдержать сильных магов, отвлекая тех на засыпание ям или сметание всевозможных нагромождений на пути у штурмующих колонн мечников, жаждущих добраться под куполами своих плутонговых и при огневой поддержке командиров компаний и баталий до обороняющихся на таких вот подготовленных позициях и поскорей ворваться в их ряды.
Как можно понять, именно поэтому в данном мире фортификация, в том числе и полевая, не особо развита. Даже на бетонные ДОТы, чего уж говорить о бастионах и флешах каких-нибудь, нашлась бы управа, и упомянутые замкнутые коробки, которые пусть и нереально развалять без бетонобойных фугасов, но вполне себе возможно залить, вместе со всем их содержимым, вполне себе жидким огнем хоть того же жезлового Извержения, что может выдать любой магистр или даже сильный командор.
Но возвращаясь к конкретной ситуации, избранное для размещения Дарской магистра со всей её компанией место, с целью последующего магообстрела Ардских баталий, имело природный рельеф вполне себе сравнимый с полевой фортификацией по назначению, но на порядки превосходящий ту по качеству, ведь на его выравнивание с последующим преодолением, даже с использованием самых могучих жезловых чар, потребовалось бы серьезно потратиться, а у Чернопольцев с усиливающими их с недавних пор Желтоборцами и Белореченцами – ни одного магистра, посему силы им стоит поберечь, расходуя лишь на бой. Именно поэтому так важен данный успешный обход утративших всякую бдительность имперцев, понадеявшихся лишь на магический инструментарий оповещения и разведки, а в итоге пропустивших в столь неудобное для себя и исключающее контратаку место, откуда будет так удобно вести губительный огонь. Такой, который и должен будет предрешить результат этой битвы, когда Большегорский полк, пусть и понеся большие потери, но сомнет своим тупо бо́льшим числом эти три лишенные возможности маневрировать и огрызаться баталии Ардцев, скованных мощью магистра Туготыльской.
Странной, к слову, битвы, так как противоречащей мнению Петора, основывающемуся на не раз уже слышанных им ещё в столице разговорах о почти решенном в верхах и таком долгожданном завершении войны, а тут, внезапно, активные боевые действия и якобы удар возмездия. Но сержант не знал кого, кому и за что, да и не его это дело обсуждать приказы. Раз прибыл со своей сюзереном из спокойной столицы с тамошними красавицами и удовольствиями сюда, на фронт, в грязь, кровь и… страх, то нужно соответствовать своему почетному званию гвардейца крупной вельможи одного из кланов правящего Дома королевства!
Но вот, гвардейская компания, повинуясь приказам своих сейчас собранных и готовых к бою магичек, разом вышла из леска. Того, где до этого укрывалась и накапливала силы, пока шел сбор всех её плутонгов, которые небольшими отрядами пробирались через заросли и заболоченные участки по предварительно наведенным гатям и переправам, чтобы к назначенному сроку быть полностью готовыми выступить на рубеж для нанесения их магистром магического удара. Прежде же чем оказаться на небольшой возвышенности перед оврагом с одной стороны и отделяющей от имперцев стоялой, не очень приятно пахнущей некогда запрудой, а теперь едва ли не болотом – с другой, как и положенно выстроившаяся, с развевающимся флагами, под бой барабанов и звуки флейты компания миновала живописную полянку, всю поросшую красивыми яркими мухоморами. Да еще и такими, проходя мимо которых трудно было удержаться и не пнуть ногой роскошную красную шляпку, как известно, не пригодного в пищу лесного красавца.
2-й сержант 1-го плутонга досадовал, что не удержал в себе мальчишеский порыв, особенно когда от этой красноголовой в крапинку пакости при ударе поднялись клубы какой-то пыльцы, сразу же осевшей на его натертые перед боем и до этого момента блестевшие сапоги с красными кистями и даже замарала гордость подразделения – лазоревые шаровары с их золотистыми лампасами и сплетением красных шнуров от пояса до середины бедра спереди, так называемой шифровкой. Бурча себе под нос проклятия, Петор не сбавляя темп пару раз отряхнул въевшуюся и почему-то жгучую пакость с одежды, да и продолжил маршировать, поражаясь тому, как он мог ранее не обращать внимания на ощутимую гладкость и просматривающуюся сквозь красноватый лак и полировку изумительную фактуру древесных волокон древка своего, сейчас зажатого в руке и лежащего на плече протазана с его сержантским пёстрым бунчуком.
Сглотнув и утерев со лба вдруг возникшую испарину, от чего его пурпурного цвета кепи с золотой кокардой и красным сплетением шнуров сверху едва не слетело, изнемогающий от внезапного приступа духоты сержант судорожно рванул свой обшитый золотым галуном высокий малиновый ворот, отчего верхняя золоченая пуговица его пурпурного мундира улетела куда-то под ноги, но дышать легче не стало. Ослабив атласный шейный галстук, едва при этом не порвав цепь своего серебряного сержантского горжета с золоченым малым гербом Туготыльских, Петор словно заворожённый всё это время продолжал смотреть на изумительной красоты древко своего оружия. Он даже проверил свои новые ощущения, погладив теплую и словно бы ласково, податливо завибрировавшую от нежного прикосновения крепкой руки древесину древка. Никогда еще в своей жизни Петор не ощущал столько тепла и отзывчивой податливости от столь желанного объекта приложения своего мужского внимания. Это словно любовь с первого взгляда, химия, страсть… Безумие – попытался было привести себя в чувства сержант Глиномэ́, но тут его взгляд поднялся на не менее лазоревый зад впереди шагающего своего десятника, и он понял: это судьба!
Поэтому, когда столь лелеемые лазоревые шаровары 2-го сержанта 1-го плутонга Петора Глиномэ из Туготыльских, но теперь не факт, упали к его чуть припыленным проклятыми грибными спорами и уже не столь блестящим сапогам, то ему, сгорающему в данный момент от переполняющей его страсти, уже некогда было наблюдать за тем, как сержант Шустрэ, сплюнув и что-то пробурчав о бездуховности, целеустремлённо прошел рядом. Миновав же и главрыцаршу Неважнэ, как видно, пользующуюся особой популярностью у раз, два, три… двенадцати гвардейцев разом, и при этом ловко переступая через пыхтящие тела, этот беспардонный тип стремительно направился к хоть и чуть замешкавшейся, но решительно скидывавшей свои одежды магистру Туготыльской, очевидно, дабы не дать и той начать противоречить своей, пока еще говорящей фамилии. Мда.
В итоге, этот нахальный, а также, как видно, и впрямь шустрый 3-й сержант успел-таки к графине, которая наконец разоблачившись из своих дорогих одеяний, теперь с обезумевшим взглядом искала: к чему бы приложить свой вскипевший темперамент, но в отличие от своих подчиненных, из-за трудностей с одеждой пока ещё не приступила к воплощению сего. Шустрэ подскочил к ней и перекинув через плечо, всю обмякшую и будто бы заснувшую, ну и теперь, очевидно, так и оставшуюся без «сладкого» магистра, а затем решительно направился куда-то в лес со своей поклажей, заботливо удерживаемой за голый зад, исключительно для удобства переноски, разумеется. И при всём при этом, он словно постоянно находился в ореоле непривлекательности для тех, кто сейчас умудрялся находить таковую даже вон, в норке суслика.
К тому же моменту, когда мало кто уже обращал внимания на бесцеремонного похитителя сейчас не просто высокопоставленной магички, а явно дефицитного в сложившихся обстоятельствах объекта приложения, так сказать, мужского внимания, вокруг уже творилось что-то невообразимое. Зюскинд со своим Парфюмером нервно грызет ногти.
Но любвеобильным гвардейцам похоже было хорошо, поэтому им никто не мешал. Даже замершие на поле ещё не начавшегося боя в паре сотне метров от них, пребывающие сейчас в близком к шоковому состоянию, как баталии имперцев, так и королевский полк. Все они, вдруг позабывшие, что тут, как бы, война, и раз уж пришли, то не на оргию на холме за болотом нужно пялиться с открытыми ртами, а за Родину, за Жаропещерскую, ну или Серогорскую, в атаку маршировать. Однако, как видно, две противоборствующие стороны были излишне морально подавлены тем зрелищем, что им открылось, и видимо испугавшись заразности сего действа, спешно ретировались восвояси, без единого выстрела, так сказать. Мда.
* * *
– С кем воюем, с кем воюем? – вечером того же дня меланхолично выдал я, когда оторвался от бутылки какого-то поганого местного шнапса, хоть и не пьянея по известным причинам, но всё же «напиваясь» в кабаке. Как, впрочем, и почти все участники, пусть и каждый на своей стороне, той так и не состоявшейся битвы на поле. – Вот ты что думаешь, Кнут? Они для чего нас завоевать хотят? А я тебе скажу. Только тсссс! Никому(икнув)! Они ж нас всех потом… того. Ну как те, на холме которые. Без разбору(сделав страшные глаза). А я, знаешь ли, очень трепетно отношусь к… эм, тугости своих тылов, так сказать. Поэтому, мой юный барабанщик… Чё говоришь? А, ты флейтист? Неважно(подлив пацану). В общем, я буду биться до конца(вскочив и дав кулаком по столу)!!! Не сдадим наши… тылы проклятым бездуховным Дарцам, для которых боевое братство, как видно, определяется не крепостью плеча рядом стоящего с тобой в строю, а…
– Верно говоришь, Франт! Срамота! – не дал мне окончить своё сумбурное, но вполне понятное и главное типичное для конкретной обстановки выступление, какой-то выскочивший с собственного места и опрокинувший в себя кружку своего пойла сержант из Желтоборцев, которых тут, как и Чернопольцев с Белореченцами, собралось немало.
– Да!
– Нет!
– Никогда!
– Не сдамся(истерично)!
– Только через мой труп!
– Хрен им мой, а не мою жопу!
– Лучше смерть!
– На Дар! – разноголосо заорали со всех сторон, хоть и разными словами, но в целом соглашаясь с моим посылом, эти уже изрядно выпившие слушатели разных полов и даже возрастов, что постепенно скучковались вокруг поддатого оратора в моем лице.
– Правильно, други мои! – продолжил я вброс и работу с общественным мнением. – Эти проклятые Дарцы, как не укокошат своего командира, а потом чуть ли не месяц власть делят, так спьяну в атаку идут. А что теперь? Каких мухоморов они там нанюхались, что свою традиционную ритуальную оргию устроили не как обычно: темной ночью и среди своих, а показательно! У всех на виду, понимаешь! Мол, трепещите, унтерменши, вот что вас ждет! Так что ли? Но пусть знают: Ардцы не сдаются! Империя навсегда! Империя от моря до моря! Пусть солнце не заходит над Ардом! Слава святой императрице! Смерть мо… морально неустойчивым агрессорам! Империя превыше всего! Ура, товарищи!
– УРА-А-А-А!!! – взорвался весь кабак.
Чёт я похоже с феромонами переборщил, походу. Не, сейчас на штурм Дарской столицы мы не пойдем. Может и возьмем спьяну, но однозначно не удержим.
– Братья и сестры, – завопил я перекрикивая уже начавшуюся перекличку наличных сил для решительного удара малыми силами и на чужой территории. – Империя опасносте!
И тишина. То что надо.
– Империя, говорю, в опасности, – чуть тише и более разборчиво повторил я. – Да, родные мои, вы полюбуйтесь: какая эпидемиологическая обстановка в стране! Сначала эта обезьянья зараза, потом ее ослиный(сплюнув) штам. А теперь вот… недержание какое-то! – устроив мхатовскую паузу с болью за будущее Родины в глазах, пронзительно вглядывался я в широко открытые уже не столь осоловевшие очи людей вокруг меня, притихших и уже, похоже, начавших остро ощущать вину, пусть и еще не поняв за что конкретно, но выпитое чуть притупило критическое мышление. Ну а у меня, паникующего и судорожно ищущего, тем временем, как бы разрулить этот затеянный не пойми зачем фарс, в голове метались мысли в поисках подходящих речей. Но плюнув, я решил взять экспрессией и гневно заорал. – Доколе?!! А? Я вас спрашиваю! Молчите? А я вам скажу… Налей.
Взал я передышку, пока промачивал осипшее от бодрого ора горло, и усиленно думал, чего бы еще ляпнуть по теме, досадуя на то, что как на зло ничего дельного ни в какую не шло на ум.
– И скажу! Да. Нас не заткнешь! Вот, – отставив кружку продолжил я этот стыдный треп, но похоже, сквозь спиртные пары достигший-таки цели, ибо народ уже не рвался покорять Дарское королевство с последующим выжиганием скверны, а стремился соблюсти социальную дистанцию, с подозрением поглядывая на соседа, ведь каждый точно знал, что до жалования еще далеко, а ночь проведенная им с… да хоть той же дешевкой Давон из «Обширной Ма», мало чем уступающей по внешности обезьяне, однозначно должна была неблагоприятно сказаться на здоровье подразделения, если не всей части. Но всё же, я продолжил словами незабвенного Свирида Петровича Голохвастова, славного своим ораторским искусством. – Зачем же(с надрывом)? Всё. На этом завершим наше собрание и… умоляю вас, мойте руки перед едой и не ешьте на ночь сырых помидоров. Ох, задержался я тут у вас, мне пора.
Тишина.
– Трактирщик, всё угощение за мой счет! – нашел я удачный способ закончить свой спич под радостный рев и «ура» всех окружающих.
Фух. Надо поработать над ораторским искусством и не сильно увлекаться химией, а то и сам слегка отупел от распыленной в кабаке дряни.
Что ж, пора и к моей пленной Туготыльской, за бессознательным телом которой я поручил следить Лу, пока Ло развлекает Лузин.
Хм. Или всё же сначала закончить с Крольц? А то Ло, насколько я успел обратить внимание, гораздо более… эм, всеядна, так сказать, пусть и держит себя в штана… в руках, не смотря на то, что шутки у нее дурацкие. Поэтому стоит поторопиться, а то как бы там салатововолосая раньше времени не поседела от этой хохмачки с ее провокационными, на грани фола выходками. Всё-таки надо было задержаться и усыпить Лузин, когда передавал двойняшкам Дарскую магистра.
И да, как можно понять, я не стал доводить до полноценной битвы и допускать перемалывания, уже где-то даже ставших мне близкими, Чернопольцев в лице их Четвертой баталии под командыванием Чернохолмской. Да и Желтоборцы с Белореченцами, и те же Большегорцы, как мне кажется, не заслужили смерти за интересы скользких тварей из Синдиката. Точнее их марионеток в лице почившей Тугогротской и теперь вот плененной Туготыльской. Полагаю, эти обе из Тугичей – были заодно. Но после допроса выясню точно.
А вот то, что постигло гвардейцев графини Туготыльской, ох и имечко ж – поделом! Не жалко. Пусть знают. Эти столичные шаркуны и щеголи, что всю войну отсиживались по тылам, пока оппозицию перемалывали, станут примером всем интриганам. Надо еще позаботиться, чтобы и Жаропещерская свое получила, а Мягкохолмская трона так и не увидела. Но это всё после.
Итак, как только с помощью дрона я обнаружил Севернее нас накапливающиеся в зарослях среди заболоченной местности Дарских гвардейцев, то решил внедриться к ним и устроить диверсию, а заодно и испытать моё новое грибное оружие, хоть и массового поражения, но тактическое.
Короче говоря, заражать всех жителей планеты я не решился. Зачем? Неинтересно будет тогда тут властвовать над всеми этими чудаками. Скучно. А так, глядишь, еще кто убивать меня припрется(с ухмылкой).
Вжух отнес мой грибочек, быстренько подготовленный по проверенной в мире Сакуры схеме, с оперативно заданными параметрами под конкретную ситуацию, разумеется, ну и распылил его споры над той самой полянкой, которую Туготыльцам предстояло преодолеть для выхода на огневой рубеж. Споры, созданные из образцов Кисигавы и улучшенные Биоконструированием, благодаря чему обзавелись и магической составляющей, буквально за считанные минуты проросли красавцами мухоморами, уже к тому моменту, когда компания выдвинулась из своего укрытия.
Грибы создавались мало того что крупными, чтобы маршируя мимо и не задеть их, нужно было постараться, так еще и такими провокационно притягательными, что не буцнуть ногой хоть один, и тем самым вызвать цепную реакцию всей грибницы, было практически невозможно. Что последующие события, к слову, и подтвердили.
А когда вся компания окуталась клубами выпущенных мухоморами уже иных спор, которые попав в тело моментально проросли там грибницами, аналогичными легочному паразиту из мира Сакуры, только без последствий погибшими спустя несколько часов, то в телах их носителей начали вырабатываться такие забористые коктейли гормонов, что там не то что борода и волосатая жопа товарища по строю покажется привлекательной, но и ножны меча не оставят равнодушным военных, истосковавшихся по большой и… в данном случае не то что бы чистой, но всё-таки любви. По себе знаю, ведь были использованы механизмы, да еще и доработанные магией, из образцов той проказницы «дриады», что едва не довела меня до непотребства с дуплом магнолии в данже. Бррр.
Ну а заодно я разработал и нейтрализующий гриб-симбиот для себя, который пророс у меня в волосах и источал то, что не позволяло мне стать привлекательным объектом для совсем поехавших от похоти гвардейцев, пока я преобразившись в одного из отошедших в кустики сержантов, Бистро или Бистрэ, как-то так, выкрадывал усыпленную магистра этой их гвардейской компании.
Ох и насмотрелся ж я там… всякого. Потом, когда в кабаке уже сидел, подумывал и впрямь нажраться, отключив нейросеть и ослабив прочие защитные механизмы улучшенного организма. Удержался. Много дел еще на сегодня.
Вот такую операцию я осуществил, а теперь вот, как можно понять, и информационное ее сопровождение обеспечил. Да, бухая в кабаке. Лучше места не придумать.
Изначально-то я планировал ограничиться разговором с тем мальчишкой-сплетником по имени Кнут, но вышло даже лучше, так как и все остальные посетители, заливающие спиртным стресс от пережитого, подгребли к нашей шумной беседе, да еще и будучи привлечены пущенными для эксперимента в замкнутом пространстве кабака моими феромонами, вызывающими приязнь и доверие, без намека на сексуальность. Как видно, чересчур дурманящие получились. Критическое мышление притупляют не только у окружающих, но и меня как-то отупляют. Но вещь нужная и перспективная.
Так, почти пришел.
Что ж. Теперь у меня есть свой магистр, и поработав с ее лояльностью, я смогу заполучить того, кто обучит меня не только Оку, но и другим магистрским приколам.
Да, кстати, из тех 4 ОХ на счету я 2 потратил подняв Разум с Духом до 8, и став хоть и на нижней планке силы, но полноценным магистром.
Может показаться странным: зачем всё это, если есть уже Системный Джвах. Но тут дело не только лишь в росте объема резерва, а еще и в улучшении энергетики тела. Каналы не просто становятся шире, позволяя пропускать достаточные потоки энергии для запитки могучих жезловых чар, а у меня ведь, к слову, жезл теперь Системный и работающий в любом мире, но еще и увеличивается длина, эластичность с гибкостью этих моих «усиков» из ладоней.
Именно так. Длина их позволяет меньше шевелить руками, держа те хоть по швам когда магичишь, разве что обращая ладонь к цели, а не театрально выставлять свои «клешни» словно персонаж зрелищного экшна. А всё более гибкие да шустрые мои тоненькие «усики», что очень важно для создания сложных плетений, становятся способны растягиваться, точнее расширяться, для пропуска поступающих из широких энергоканалов крупных порций магии при энергозатратных чарах. Короче, качая упомянутые статы дальше, я не просто буду увеличивать свою «батарейку» и сечение «проводов», но и однажды смогу наконец воссоздать качественно улучшенными «усиками» не только лишь что-то уровня простяцкого огнешара, пусть и с приделанным модулем самонаведения, но и что-то наподобие сложного, накрученного Метеорита, Авады той же, Биоконструирования без помощи Системы, в конце концов.
Хотя о последнем – не уверен, так как там всё страшно мелкое, и я тупо не способен рассмотреть столь тонюсенькие нити плетения, не то что воссоздать. Всё Системное – жутко сложное.
Может быть, конечно, после того как я достигну предела Маговзора, то буду в состоянии всё качественно разглядеть, а после 10-ки в статах отвечающих за энергетику – сумею и плетения творить такими же тонюсенькими и сложнючими, орудуя этими своими, тогда уже мега «усищами». Мда.
Вот только к тому моменту, когда я до этого вот всего додумался, уже успел и другие 2 ОХ потратить на Координацию, ныне равную 2. Это та самая, которая после Ловкости 5 открылась. Так что теперь я не просто быстр, но и невероятно изворотлив. Я не только успеваю обдумывать всё творящееся вокруг, когда ухожу в своего рода ускорение, теперь всё более и более таковое ставшее напоминать, но и умудряюсь чуть ли не от пуль уворачиваться.
Ну хорошо, не от пуль, а от стрел – точно. Ну и огнешаров, летящих с той же скоростью, понятное дело. Для проверки Лу в меня их кидала, пока Ло сзади шарахала молнией. Весело было. Молния, как ни уворачивайся, но всё-таки цепляет, будто притягиваясь, хотя там от расстояния до цели во многом всё зависит. А вот огнешары – пролетают мимо.
И это я еще не до конца разобрался с суперспособностями Либертимена, образец тканей которого, к слову, уволок-таки из мира Сакуры, не став полагаться лишь на память, пусть и подкрепленную регистратором нейросети. Так вот, там хоть скорости не прибавится, но вот временная прочность организма весьма поспособствует её развитию, защищая тело от взрывных нагрузок, и позволяя обойтись без необходимости тратить ОХ на прокачку Системной Прочности. А чего только стоит возможность голым рукам рвать броню! Это, я вам скажу, не баран начхал.
– Ло, слезь с нее и верни ей штаны. Я вижу, что ты лишь дурачилась, но нужно же и головой думать. Ты посмотри на ребенка, на ней же лица нет. Лу, а ты чего там под деревом примолкла? А, книжку читаешь? А за сестрой кто следить будет? Видишь же, что она от безделья дурью мается, – добравшись до рощицы, где оставлял двойняшек и обеих пленниц, я сразу же принялся строго наводить порядок, пресекая оправдания двойняшек. Хоть и прекрасно видел благодаря Вжуху, что Лу, только когда я пересек ее сигналку в сотне метрах отсюда, устроила сие провокационное действо, ничем не чреватое, к слову, ни для самой Крольц, ни для ее чести, так сказать. Вот только самой салатововолосой бедняжке от этого не легче. Лежала себе, лежала, а тут с тебя давай штаны стягивать и с пугающим выражением лица имитировать безумную страсть. Дурдом. – Как ты Лузин? Чего? Ло, что она там хрипит? Дай ей воды, а то совсем девочка голос сорвала из-за твоих глупостей. Не слышно же ничего.
– Она говорит, мой милосердный Герд: Ты, отродие, мерзкий дракон, исчадие, чтоб ты сдох! Пусть не от моей руки, но Пророчество рано или поздно восторжествует! Всё.
– Шо, опять? Да сколько можно? И тут какое-то пророчество.