Текст книги "Собаки и мы. Записки дрессировщика"

Автор книги: Иван Затевахин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

И снова к делу…

Честно скажу, ни мы, ни венгерские ученые во время описываемых мной событий с результатами исследований знакомы не были, поскольку их проведение на тот момент было, как говорится, в среднесрочной перспективе, однако дрессировочный опыт и общие знания о механизмах поведения собак подсказали мне, что одним «простым» общением проводник – собака в нашем случае дело ограничиться не может. Поэтому игра с псом была включена в обязательную программу общения Баррика с его проводником.

Со временем игра была включена в процесс дрессировки, в том числе со временем на фоне «шумов». Баррик стал получать дополнительный эмоциональный бонус в виде игры с любимым хозяином.

Таким образом, в описанном выше случае мы, так сказать, эксплуатировали три механизма.

Первый – переключения внимания – заключался в том, что собака во время занятий была сфокусирована на выполнении своей задачи, она была полностью сконцентрирована на борьбе с помощником и поэтому не слишком обращала внимание на посторонние звуки.

Второй – положительного подкрепления: каждый раз, одерживая победу, собака получала заряд положительных эмоций, поэтому громкий шум постепенно стал ассоциироваться у нее с приятными событиями.

По сути, точно такие же механизмы работали во время занятий по общему послушанию. Но с той лишь разницей, что собака была сконцентрирована на выполнении требований проводника, так как только в их рамках можно было реализовать сформированную у нее пищевую мотивацию. То есть поведение собаки представляло собой форму пищедобывательной деятельности, конечной целью которой было получение кусочка лакомства. Другими словами, выполнение команд вело к положительному подкреплению правильных действий – в виде кусочков корма и похвалы.

Ну и третий – игра, которая на то и игра, чтобы доставлять удовольствие.

Тут кто-то, возможно, увидит некий парадокс. С детства нам внушали: не играй во время еды! Но это правило имеет исключение! Во время дрессировки с собакой с едой можно и нужно играть!

Игра снимает стресс и поднимает настроение. В этом ее суть!

Таким образом, шум стал не более чем приятным фоном за стенами вольера – потому что всякий раз, когда он раздавался, собака делала какую-то приятную для нее работу или играла.

Итак, несмотря на тяжелый анамнез, Баррика из СОБРА удалось полностью восстановить, он со своим проводником вместе с более старшими «товарищами» участвовал в чеченской кампании. Более того, работу Баррика неоднократно демонстрировали коллегам по антитеррористическим спецслужбам из разных стран.

Общие соображения

Однако использовать описанный мной метод в полном объеме могут лишь профессионалы. А что «рядовые» любители собак? Им вовсе не обязательно убирать отрицательные поведенческие реакции с помощью занятий по защитной службе, да еще в такой экстремальной форме. Можно попробовать что-нибудь попроще, базируясь на формировании у собаки положительных эмоций – так, как это делали спецназовцы в перерывах между занятиями с нами по «защите».

Давайте поговорим об этом подробнее.

Но прежде вынужден повторить: первое, что следует сделать, – это пройти тщательное ветобследование. Если оно показало, что собака здорова, можно попробовать исправить ее поведение.

Кстати говоря, существует достаточно странное, если не пользоваться более сильными выражениями, заблуждение, что паникующую собаку нельзя успокаивать, гладить. Подобные взгляды, к сожалению, тиражируются после прочтения разнообразных переводов и цитат из этих переводов некоторых зарубежных, главным образом англоязычных, кинологов.

Однако для специалиста с биологическим образованием очевидно, что зачастую такого рода «советы» просто безграмотны и непонятно на чем основаны. Их абсурдность наглядно продемонстрирована в приведенных выше экспериментах. Объяснить невежество этих дрессировщиков может тот факт, что они не имеют никакого специального биологического образования, зато имеют характерный для дилетантов «мессианский» подход к пропагандированию своих взглядов. В этом отношении они мало отличаются от наших многочисленных «корректоров психики». Основную массу первооткрывателей «магических» подходов в дрессировке на Западе составляют бывшие и действующие домохозяйки. Эти «специалисты» точно так же цитируют друг друга и множат заблуждения, как и наши доморощенные «гуру».

А ведь даже простая житейская логика опровергает их «методы», запрещающие успокаивать испуганную собаку.

Поэтому никогда не пренебрегайте возможностью успокоить собаку во время стресса! Иногда это может спасти ее жизнь!

Действия хозяина во время паники

Вернемся, однако, к действиям хозяина во время паники его собаки. Как он должен вести себя?

Первое правило: робкую собаку или собаку, не прошедшую проверку на отношение к громким звукам, обязательно выгуливайте только на поводке! Никаких «ему надо побегать»! Отпускайте «непроверенную» собаку только в тех местах, из которых она не сможет убежать.

Далее. Как же следует вести себя, если собака испугалась грозы, салюта или взрыва петарды? Не вдаваясь в повторное объяснение физиологических причин, используем пример. Как будет вести себя мать, если ее ребенок чего-то сильно испугается? Куда и в каких выражениях «пошлет» она специалиста, который посоветует ей не успокаивать плачущее испуганное дитя?

Собака с хозяином и без него – это, как говорится, две большие разницы. В присутствии хозяина собака, в силу своей биологической природы, эволюционного развития, ищет у него защиты, которую при малейшей возможности, конечно же, необходимо ей дать.

Во время сильной грозы или салюта, заметив у собаки признаки паники, успокойте ее, погладьте, поговорите с ней, если есть лакомство – дайте его.

Поэтому во время сильной грозы или салюта, заметив у собаки признаки паники, успокойте ее, погладьте, поговорите с ней, если есть лакомство – дайте его. Корректировать поведение будете после – сейчас самое главное успокоить собаку, не допустить развития стресса!

Поборем боязнь громких звуков! Предварительные соображения

Существует множество способов «излечения» собаки от боязни громких звуков. Дело хозяина – выбрать тот, который максимально исключит роль случайных факторов и будет самым гибким.

Общие соображения на этот счет таковы: страх – сильнейшая отрицательная эмоция, сопровождающаяся соответствующими физиологическими реакциями (гормональными, вегетативными и т. д.), которые, действуя по системе обратной связи, усиливают страх, превращая его в панику. Следовательно, задача тренера – убрать отрицательный эмоциональный фон. И паника может застать собаку как в присутствии хозяина, так и в его отсутствие.

Один из эффективных способов – переключить внимание собаки, сконцентрированное на звуках, на другой объект, а лучше – на другую деятельность, которая завершается положительным для собаки результатом и, следовательно, на положительном эмоциональном фоне.

Менять поведение собаки следует постепенно, и начинать делать это следует в присутствии хозяина. Задача – объяснить, что звук – это не страшно. Один из эффективных способов – переключить внимание собаки, сконцентрированное на звуках, на другой объект, а лучше – на другую деятельность, которая завершается положительным для собаки результатом и, следовательно, на положительном эмоциональном фоне.

Эффективный способ переключения внимания, как вы уже знаете, выполнение собакой каких-либо приемов послушания по команде. Естественно, для этого собака должна пройти некоторое предварительное обучение в условиях, близких к идеальным, где отвлекающих факторов: звуков, запахов, визуальных объектов – в идеале совсем не будет.

Заметное преимущество в этом плане имеют те собаки, которые ранее обучались по методике, использующей условные подкрепления (например, с применением кликера).

Магический «бридж-сигнал». Небольшое отступление

В настоящее время в собаководстве все большей популярностью пользуется методика с условным подкреплением, когда в качестве инструмента, подающего условный сигнал (или «бридж-сигнал» – сигнал-мостик), используется щелчок, издаваемый прибором под названием кликер. Однако некоторые тренеры относятся к использованию условных подкреплений вообще и кликера как механизма, подающего этот самый сигнал, в частности, с непонятным предубеждением: дескать, зачем это нужно, нельзя ли просто вовремя хвалить собаку и т. д.

Описание этого метода применительно к дрессировке собак я вместе с доктором биологических наук Александром Кузнецовым публиковал еще в старом «Друге»[2]2
  Иван Затевахин, Александр Кузнецов. «Чуть проще, чем генетика (Азы теории обучения)», «Друг», № 6, 2000.


[Закрыть] в начале 2000-х, еще до проникновения собственно кликера в нашу страну. Но, возможно, та статья слегка опередила свое время, поэтому особого отклика в сердцах практиков она не получила, ибо нет пророков в своем отечестве – надо было дождаться визита в Россию английских домохозяек, увлекшихся дрессировкой, чтобы этот метод овладел умами сограждан. Еще более удивительно, что примерно с 1988 года у нас в стране все же была группа энтузиастов, использующая в дрессировке «бридж-сигнал», а именно В.С. Варлаков и его последователи.

На самом деле подробнейшее описание дрессировки с использованием «бридж-сигнала» в нашей стране стало доступно самой широкой публике, когда в 1981 году вышел перевод замечательной книги Карен Прайор, выдающейся дрессировщицы дельфинов в частности и животных вообще, – «Несущие ветер». Тогда-то я впервые и узнал о существовании этой методики. Дело в том, что мой учитель и научный руководитель Всеволод Михайлович Белькович писал предисловие к этой книге – он же и подарил мне один из экземпляров.

Стоит напомнить, что тренеры дельфинов использовали так называемый оперантный метод обучения. В их исполнении ОПЕРАНТНЫЙ МЕТОД – это метод обучения, при котором из НЕЦЕЛЕНАПРАВЛЛЕННОГО (ОПЕРАНТНОГО), но высоко мотивированного поведения животного тренер при помощи условных подкреплений – то есть «бридж-сигналов», поданных в нужный момент, буквально выуживает необходимые элементы поведения, из которых формируется навык, под выполнение которого далее «подводится» команда. Подробнее об этом чуть позже.

Замечу, что тогда, в 80-е годы, дрессировка с «бридж-сигналом» буквально воспламенила умы крайне немногочисленных «посвященных». Остромодно было, используя оперантный метод, пытаться «дрессировать» своих знакомых и друзей. К примеру, я, заразившись этой игрой после прочтения книги Карен Прайор, в свою очередь «заразил» ею своих товарищей по Институту океанологии: играя в дрессировщиков со свистком, мы таким образом в свободное от вахт время развлекались во время довольно утомительной Антарктической экспедиции на НИС «Дмитрий Менделеев». Забавно было путем серии условных подкреплений, о которых мы договаривались заранее, заставить человека выполнить какое-нибудь дурацкое действие – забраться на лабораторный стол и топнуть ногой, снять с соседа ботинок и т. д.) Эта практика впоследствии пригодилась мне, когда пришлось работать с дельфинами (эпизодически), другими морскими млекопитающими и (регулярно) с собаками, используя «бридж-сигнал».

Тут следует заметить, что единственной (подчеркнем это слово) и господствующей идеологией дрессировки в нашей стране вплоть до 1980-х была дрессировка по методу выработки условных рефлексов, выражением которой был контрастный метод. Суть его заключалась в том, что с помощью механических воздействий собака выполняла прием, который затем подкреплялся лакомством. Например, для того чтобы объяснить собаке, что нужно делать по команде «Сидеть», ей подавали команду, затем дергали поводком вертикально наверх, другой рукой давили на круп и сразу давали лакомство. Считалось, что таким образом у собаки вырабатывается условный рефлекс на команду, подобно тому как у «собаки Павлова» вырабатывался условный рефлекс – слюноотделение – в тот момент, когда в лаборатории загоралась лампочка, потому что после того, как загоралась лампочка, собаку кормили.

Вы будете смеяться, но на самом деле контрастный метод – это один из вариантов оперантного научения, потому как тут не происходит в чистом виде замена безусловного рефлекса на условный, как того требует павловская методика, а формируются новые формы поведения! Но это к слову, и не об этом сейчас речь…

В результате довольно схематичных, «механистических» представлений о поведении собак вся дрессировка иногда выливалась в скрашиваемую лакомством, довольно жесткую систему принуждений. Вы удивитесь, дорогие читатели, но этот подход в практически девственном виде сохранился у ринговых и КНПВшных тренеров Западной Европы.

Таким образом, до 80-х большинство наших дрессировщиков не предпринимали никаких попыток гибкого решения проблемы, не допускали никакого отступления от методики. Нет, конечно, были среди них самородки, особенно среди любителей трюковой дрессировки, по наитию использовавшие многое из того, что потом шагнуло в массы, но в целом картина была такая: как я описал.

Пока поголовье собак позволяло работать таким образом (в качестве служебных, а о них в основном идет речь) – подобно тому как позволяет использовать такие методы современным западноевропейским ринговым тренерам, – все было нормально. Как только качество поголовья собак резко понизилось – как раз к 1980-м, – то «простые» методы обучения вдруг перестали работать.

О том, что поведение собак, да и вообще животных, гибко, пластично, многообразно и порой вполне осмысленно, а в чистом виде условный рефлекс – это скорее понятие физиологическое, знали лишь профессиональные биологи и в их числе только-только появившиеся в нашей стране этологи. И это несмотря на то, что в СССР работала и совершала интереснейшие открытия группа исследователей под руководством Л.В. Крушинского, пожалуй, впервые в мире, предложившего для описания поведения животных, решающих сложные задачи, термин «элементарная рассудочная деятельность».

Однако пока биологи спорили о том, как и в каких терминах правильно описывать поведение животных, пребывающая с начала XX века в «замороженном» методическом плане и, главное, чувствующая там себя весьма комфортно основная масса участников дрессировочного процесса при малейших попытках отступления от канонов крутила вслед новаторам пальцем у виска (в лучшем случае) или писала доносы в советскую прессу об отступлениях от «отечественных традиций» с легко читаемой между строк просьбой принять меры.

Молодому поколению тренеров наверняка странно будет это читать, они вовсю пользуются и «бридж-сигналами», и другими дрессировочными новациями как чем-то само собой разумеющимся, однако даже в начале 2000-го ситуация была иная.

…Одним осенним днем в конце 80-х годов в старом московском дворе одного из домов на Оружейном переулке я и В.С. Варлаков обсуждали прошедшее дрессировочное занятие. Вокруг нас крутилась юлой миттельшнауцер Санька, любимая собака Валеры, которую мы недавно водили на выставку. К слову, посещение этого мероприятия окончательно закрепило мою устойчивую неприязнь к подобного рода действам.

– Валер, угомони ее, поговорить не дает, – взмолился я.

– Да, шустрая собачонка, – с фирменным прищуром улыбнулся Варлаков.

– Чего-то делать с ней надо, на выставке меня в конец умотала, ни минуты покоя, – сказал я. На выставке я помогал Варлакову водить Саньку по кругу. Термина «хендлинг» тогда в лексиконе отечественных дрессировщиков и представителей шоу-кинологии еще не было. Вот я и водил.

– Ну да, надо, конечно, а то неудобно перед народом, – задумчиво сказал Валера.

– Сапожник без сапог, классика, – резюмировал я. При этих словах Санька оперлась передними лапами о ногу хозяина и, заложив назад уши, уставилась из-под челочки преданным взглядом в глаза Варлакову, энергично виляя при этом обрубком хвоста.

– Вот зараза, – добродушно сказал Валера, – вот что с ней делать?

– Может, просто взяться посистематичнее как-то, время выделить…

– Не, я с ней одну штуку пробовать начал, – сказал Варлаков, – думаю продолжить, посмотрю, что выйдет.

– Какую? – спросил я заинтересованно. Варлаков, к слову, был не только мэтром дрессировки, но и неплохим знатоком человеческой психологии. Он знал, что настоящий мастер должен быть загадочен. Рассказывать о придумках он не спешил, любил заинтриговать слушателя. Во время и после правильной подготовки аудитории продемонстрированный трюк способен увлечь последователей куда сильнее, нежели детальный и будничный разбор полетов.

Надо сказать, что искусством объяснять своим адептам, что только им доступна сокровенная истина и знание чудодейственных дрессировочных трюков Валерий Степанович владел в совершенстве. В поздние годы за ним постоянно ходила чуть ли не с блокнотиками небольшая толпа почитателей, записывающих откровения мэтра. Некоторые, впрочем, переросли этот этап и стали неплохими специалистами. Но в тот момент аудиторию Варлакова составлял только я, тогда еще аспирант, изучавший поведение животных профессионально и хорошо знакомый к тому времени со всеми особенностями фирменного подхода наставника к трансляции знаний. Как мне казалось, со мной играть в эти игры особого смысла не было, наоборот, учитывая мой извечный скепсис, продуктивнее было «размять» ситуацию. Может быть, поэтому, немного помявшись, Варлаков произнес:

– Буду дрессировать Саньку с условным подкреплением! – И деловито продолжил: – Немного начал пробовать.

– Валер, – нетерпеливо сказал я, – неужто ты, как Соловей-разбойник, будешь «дудеть» в милицейский свисток? А команды тогда как подавать? – напомню читателю, что издающий щелчки прибор под названием кликер тогда еще не был изобретен, и я очень сильно сомневаюсь, что кто-либо, кроме, может быть, самой Карен Прайор, использовал метод «бридж-сигнала» для дрессировки собак.

– Как буду, говоришь? – спросил Варлаков и хитро улыбнулся. Нет, так просто сдаваться он не собирался, поэтому решил подержать паузу.

– Да, интересно просто, каким, извиняюсь, местом, ты будешь издавать условный сигнал? – максимально ехидно спросил я.

– Ртом! – сдался Варлаков. – Вот так, – сказал он и незамедлительно издал языком щелкающий звук, тут же дав Саньке кусочек лакомства.

Все понятно. Это был небольшой, блистательно разыгранный спектакль маэстро. Типичный пример демонстрации использования оперантного метода в варианте дельфиньих тренеров. Крутившаяся вокруг нас Санька просто соображала, за что может получить подкрепление, предлагала тренеру (Варлакову) и «то» поведение, и «это», и когда наконец она села, то получила подкрепление – «бридж-сигнал» – щелчок и потом подкрепление лакомством.

– Ух ты, – сказал я. – Работает!

– Еще как, – довольно сказал Варлаков. – В субботу в Пушкино поеду, там группа юных дрессировщиков собралась. Попробую с группой новым методом поработать. Поедешь? Поможешь там, если что.

– Щелкать будете? – опять съехидничал я.

– Будем, – сказал Варлаков, – так ты едешь?

– А то, – ответил я.

Так, благодаря «озарению» В.С. Варлакова, у нас в стране появились первые «адепты» дрессировки с «бридж-сигналом», намного опередившие свое время.

Стоит подчеркнуть еще один момент: использование условного подкрепления, «бридж-сигнала» – щелчка кликера, или щелчка языком, кому как удобнее, – кроме всего прочего эффективно концентрирует внимание животного на тренере, от которого исходят эти сигналы и собственно подкрепление, а само обучение протекает на высоко положительном эмоциональном фоне. Высокая концентрация на тренере и выполнении его команд на положительном эмоциональном фоне – главные плюсы дрессировки с «бридж-сигналом»!

Однако очевидно, что использование этого метода для коррекции поведения (ведь вы не забыли, все эти рассуждения у нас крутятся вокруг темы «Как отучить собаку бояться громких звуков»), так вот, использование «бридж-сигнала» в коррекционной дрессировке требует предварительного обучения.

Думаю, тут стоит чуть подробнее описать «дельфинологический» вариант метода – тот, который использует Карен Прайор.

Этап первый. Сначала у собаки в «стерильных» условиях – то есть в тихом, укромном месте, где ничто не отвлекает от занятий, – вырабатывается так называемая положительная условная связь с «бридж-сигналом». Каждый раз давая собаке кусочек еды, тренер издает щелчок. Вырабатывается условная связь: щелчок – это хорошо, будет еда.

Этап второй. В классическом случае, опять же в тихом, знакомом собаке месте, – начинается этап формирования у собаки простейших навыков послушания. Тренер терпеливо ждет, когда собака выполнит то, что он от нее требует. Например, сядет. После того как собака садится, следуют щелчок и лакомство. После нескольких успешных повторений под разучиваемый навык «подводится» команда, которая подается непосредственно во время выполнения собакой навыка. Чуть позже, когда между командой, выполнением навыка и «бридж-сигналом» вырабатывается условная связь, команда подается непосредственно перед выполнением навыка. То есть в этом варианте собака «механически» не «наводится» на выполнение того или иного приема, тренер ждет, что ему «предложит» животное.

Высокая концентрация на тренере и выполнении его команд на положительном эмоциональном фоне – главные плюсы дрессировки с «бридж-сигналом»!

Для нас очень важно отметить, что «бридж-сигнал» обязательно раздается непосредственно в тот момент, когда собака выполняет то, что от нее потребовал тренер. Не мгновением раньше, не секундой позже. Именно в момент.

Таким образом, когда собака выполняет то, что от нее ждет тренер (садится, ложится, встает, идет рядом), непосредственно в момент правильного выполнения команды (не раньше и не позже) раздается щелчок. С этим щелчком на первом этапе была выработана условная связь. (Вот где работает павловский условный рефлекс!) То есть щелчок всегда на уровне условного рефлекса означает, что все правильно, все хорошо, сейчас будет еда и похвала. Это и есть «бридж-сигнал» (сигнал-мостик). В этом случае он вызывает – так уж устроена физиология живых организмов – положительную эмоцию.

Важно отметить еще один момент. Когда условная связь щелчок – еда выработана, навык (допустим, по команде «Сидеть») сформирован, кусочек лакомства собаке можно давать чуть позже – это, кстати, удержит ее в нужном положении, если сильно не тянуть, конечно.

Этап третий. Когда собака начинает уверенно выполнять команды, подкрепление дается не каждый раз, а в так называемом варьируемом, случайном режиме – так поддерживается и стимулируется желание собаки выполнять действия тренера. И вот когда собака начнет стабильно и уверенно выполнять команды тренера, можно начинать работать в условиях отвлекающих факторов. Отвлекающих, но НЕ СЛИШКОМ! Во всем нужна мера и последовательность.

Этап четвертый. Работа на фоне отвлекающих сигналов (стимулов) выполняться должна следующим образом. На всякий случай, во избежание непредвиденных вариантов развития ситуации, занятия нужно начинать так, как будто ваш пес вообще незнаком с условными подкреплениями. То есть, обратив внимание собаки на то, что в руках у вас лакомство, щелкните (кликером или языком) и дайте его питомцу. Когда собака «поймет», так сказать, правила игры, можно переходить к другим этапам.

Гениальная дрессировщица дельфинов и прочих живых существ Карен Прайор, открывшая для широкой общественности метод обучения с «бридж-сигналом», называла этот прием «возвращением в первый класс».

В результате «кликерные» собаки зачастую после двух-трех уроков прекращают обращать внимание на отвлекающие факторы, даже очень сильные. Впрочем, если правильно заниматься с собакой (как – я описал выше), то тот же эффект будет получен и при традиционной дрессировке.