Текст книги "Уголовное право США. Успехи и проблемы реформирования"

Автор книги: Иван Козочкин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 32 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

Еще прецедентом 1845 г., созданным в штате Вермонт, было установлено, что лицо, которое являлось пособником до факта совершения преступления, может быть также пособником «после факта».[650]650
  State V. Butler, 17 Vt. 145 (1845).


[Закрыть] Однако если лицо не оказывало помощи или содействия до или во время совершения преступления, хотя и присутствовало тогда, но оказывало помощь позже, то оно несет ответственность как пособник после факта совершения преступления.

По общему праву жена, оказывающая помощь своему мужу, не могла быть признана пособником после факта совершения преступления.[651]651
  По общему праву жена находится под властью мужа, и оказание ему помощи – ее высшая обязанность.


[Закрыть] Однако со временем под это исключение стали подпадать и другие родственники.

Отличие традиционного уголовного права стран англосаксонской системы права по рассматриваемому вопросу от права стран континентальной системы состоит в том, что в последнем соучастие ограничивается действиями, совершенными до момента окончания преступления.

Соучастие возможно лишь в оконченном преступлении. Однако это не означает, что если преступление не было совершено, то соучастники освобождаются от уголовной ответственности. Так, например, пособник до факта совершения преступления может быть наказан за подстрекательство как за самостоятельное преступление.

Характерная для континентальной системы права акцессорная природа соучастия[652]652
  Уголовное право зарубежных государств. Вып. III. С. 105.


[Закрыть] лежала в основе этого института и по общему праву. Наиболее четко она проявлялась в процессуальных ограничениях относительно уголовного преследования пособника.[653]653
  Изложенные далее ограничения касались как пособника до, так и после факта совершения преступления.


[Закрыть] Он не мог быть отдан под суд раньше исполнителя, причем даже тогда, когда последний не мог предстать перед судом, например, по причине смерти или потому, что не был пойман. И хотя, как видно из одного очень старого прецедента,[654]654
  State V. Duncan, 28 N.C. 98 (1845).


[Закрыть] исполнитель и пособник могли быть вместе привлечены к ответственности (обвинены в совершении преступления) и вместе предстали перед судом, прежде всего, должна была быть установлена вина исполнителя преступления. Пособник не мог быть осужден, если не была установлена вина исполнителя, и не мог быть осужден за более тяжкое деяние (более высокой степени), чем исполнитель. Если же приговор исполнителя был в дальнейшем отменен, или он был помилован, то осуждение пособника считалось не имевшим места.[655]655
  LaFave W., Scott A. Op. cit. P. 573. – Эти ограничения позволяли избежать смертной казни многим пособникам, так как все фелонии карались этим наказанием, а пособники могли быть наказаны как исполнители.


[Закрыть] Однако указанные ограничения не распространялись на исполнителей II степени.

«Прикосновенность к преступлению», по терминологии российского уголовного права, помимо пособничества «после факта», которое таковым по существу может быть,[656]656
  Это, как будет показано далее, подтверждается и соответствующими нормами законодательства федерального и некоторых штатов.


[Закрыть] по общему праву представлена двумя мисдиминорами: “misprision of felony” и “compounding a crime”. Однозначный перевод первого, исходя из его дефиниций в американской юридической литературе, представляется весьма затруднительным. Одни авторы (Кларк, Маршалл и Бишоп) определяют это деяние как «невоспрепятствование»;[657]657
  Clark W. and Marshall W. A treatise on the law of crimes. Mundelein (Ill.), 1967. P. 618; Bishop J. Criminallaw. 1923. § 717. – Определение, данное Кларком и Маршаллом, см. в книге: Уголовное право зарубежных государств. Общая часть. М., 2001. С. 195–196.


[Закрыть] другие – Лафейв, Скотт и Дикс – как «недонесение» или «сокрытие» фелонии.[658]658
  LaFave W., Scott A. Op. cit. P. 596, 600; Dix G. Criminal law. Harcourt Brace legal and professional publications, Inc. Chicago, 1997. P. 210–211. – Эти авторы, кроме того, пишут, что указанное преступление составляет и «непреследование» за фелонию.


[Закрыть] Однако разногласия по данному вопросу представляются скорее теоретическими, нежели имеющими сколько-нибудь существенное практическое значение, так как определение или упоминание преступления общего права под названием “misprision of felony” в законодательстве и судебной практике встречается крайне редко. Оно содержится в Своде законов США (ст. 4 раздела 18), где сказано следующее: «Тот, кто, зная о фактически совершенной фелонии… скрывает это и не сообщает о том, что ему известно, в возможно короткие сроки какому-либо судье или другому лицу из числа гражданских или военных властей Соединенных Штатов, карается штрафом или тюремным заключением на срок до трех лет или обоими наказаниями». В решении суда штата Мэриленд отмечается, что для осуждения за указанное преступление необходимо установить, что обвиняемый: 1) знал о совершенной фелонии; 2) имел «разумную» возможность, без опасности для себя, раскрыть информацию об этом и 3) скрыл факт (обстоятельства) совершения фелонии.[659]659
  PopeV. State 38 Md. App. 520, 382 A. 2d 880 (1978); 284 Md. 309. 396 A.2d 1054(1979). – Это преступление сохранилось в штате Южная Каролина (Statev.Carson,274S.C.316, 282 S.E. 2d 918 (1980)).


[Закрыть]

По общему праву частным случаем рассматриваемого преступления считалось укрывательство заведомо для субъекта похищенного имущества (receiving stolen property). В решениях отдельных судов это посягательство квалифицировалось как самостоятельное преступление общего права, что вызывало возражения по поводу правильности такой позиции.[660]660
  Уголовное право зарубежных государств. Вып. III. С. 123.


[Закрыть] Но они стали беспочвенными, когда укрывательство похищенного стало статутным преступлением.[661]661
  См. § 8 главы 3 Особенной части данной работы.


[Закрыть]

Второй мисдиминор из указанных выше – воздержание (отказ) от уголовного преследования за преступление, подчеркнем, по общему праву – не только за фелонию. Лицо, причем не только потерпевший, виновно в совершении этого посягательства, если оно по договоренности, за вознаграждение соглашается не возбуждать уголовное преследование (или не давать информацию для этого) в отношении того, кто, как ему известно, совершил преступление. Возложение ответственности вытекает из правила общего права, что уголовное преследование лица, совершившего преступление, – это не только право, но и обязанность каждого дееспособного человека. Согласие (договоренность) о непреследовании – существенный элемент данного посягательства. Поэтому оно, например, не считается совершенным, если обвиняемый оказывает какую-либо помощь другому или воздерживается от содействия в осуществлении преследования его, надеясь на получение вознаграждения от него.[662]662
  Fidelity & Deposit Co. V. Grand National Bank, 69 F. 2d 177 (8-th Cir. 1934).


[Закрыть] Другой важный элемент – получение вознаграждения в соответствии с договоренностью. Это могут быть деньги, что-то ценное вообще или какая-либо другая выгода. Таким образом, виновным в совершении рассматриваемого преступления признается только тот, кто получает вознаграждение. От ответственности за него могут быть освобождены лица, воздержавшиеся от преследования по мотивам жалости или сострадания.

Поскольку деление соучастников по общему праву на исполнителей (I и II степени) и пособников «до факта» в силу присущих ему ограничений в отношении уголовного преследования последних значительно сдерживало борьбу с преступностью и с учетом того, что многие фелонии перестали караться смертной казнью, такое деление законодательством если не всех, то, во всяком случае, подавляющего большинства штатов, а также федеральным – отменено. Об этом, например, прямо говорится в п. “с” ст. 7.01 УК Техаса и в ст. 971 УК Калифорнии.

На реформирование института соучастия в США в значительной степени повлиял Примерный УК (ст. 2.06). В п. 2 этой статьи сказано, что лицо является ответственным за поведение другого, когда:

a) действуя с формой виновности, достаточной для совершения конкретного посягательства, оно делает так, что невиновное или безответственное лицо осуществляет соответствующее поведение;

b) оно признается ответственным за поведение такого другого лица кодексом или законом, определяющим это посягательство, или

c) оно является соучастником такого другого лица в совершении этого посягательства.

Далее, в п. 3 перечисляются случаи, когда лицо может быть соучастником другого в совершении посягательства, а именно – если, не имея цель[663]663
  В первоначальном проекте 1953 г. была указана такая форма виновности, как «осознание» (Model Penal Code – п. 3(b) ст.2.04). Нередко в уголовных кодексах штатов указывается не «цель», а «намерение», что, в общем-то, означает одно и то же.


[Закрыть] содействовать совершению посягательства или облегчить его совершение, оно: 1) подстрекает такое другое лицо к его совершению; 2) помогает, соглашается или пытается помочь такому другому лицу в его планировании или совершении либо 3) будучи юридически обязанным предупредить совершение данного посягательства, не прилагает для этого надлежащих усилий.

Рекомендации Примерного УК, в том числе касающиеся определения соучастника, были восприняты в своей основе законодательством многих штатов и нашли отражение в проекте нового Федерального УК (ст. 401).[664]664
  National Commission on reform of Federal criminal laws. Final report-proposed new Federal criminal code. Wash. (D.C.), 1971.


[Закрыть]

По самому определению соучастника можно сказать следующее. Во-первых, оно отказалось от терминологии общего права, которая еще встречается в уголовных кодексах отдельных штатов. Во-вторых, объективная сторона соучастия по Примерному УК и уголовным кодексам соответствующих штатов несколько отличается от ее трактовки по общему праву, по которому ответственность за соучастие ограничивается оказанием помощи исполнителю преступления или готовностью предоставить ее, даже если она не потребовалась или была незначительной. По Примерному УК и уголовным кодексам некоторых штатов лицо признается соучастником и в случае, когда оно «соглашается или пытается помочь» исполнителю. Причем согласие, как пишет П. Робинсон, может быть и «односторонним»,[665]665
  Robinson P. Criminal law. Aspen law & business. N. Y., 1997. P. 322–323.


[Закрыть] т. е. не обязательно означающим явную договоренность с исполнителем об оказании ему помощи.[666]666
  Это же обстоятельство признает и Дж. Дресслер, отмечая, что ответственность за соучастие наступает и в случае косвенного участия в преступлении, и никакого соглашения (договоренности) об этом не нужно (см.: Dressier J. Op. cit. P. 487).


[Закрыть] Попытка же оказать помощь, по его мнению, должна устанавливаться исходя из определения покушения как неоконченного посягательства, т. е. в зависимости от того, был ли сделан «существенный шаг» в направлении предоставления помощи.[667]667
  Этот критерий для установления покушения, предложенный Примерным УК (п. 1 (с) ст. 5.01), был «взят на вооружение» уголовными кодексами таких штатов, как Пенсильвания и Джорджия. А, например, УК Алабамы (ст. 13А-4-2) вслед за УК Мичигана (п. 1 ст. 1001) используется критерий «любого явного действия».


[Закрыть]

Различия в объективной стороне породили в американской уголовно-правовой доктрине мнение о том, что оно является отражением более широких и глубоких различий в концепции соучастия по общему праву и действующему статутному праву. По общему праву ответственность за соучастие в преступлении является производной от ответственности исполнителя, и она распространяется на тех, кто оказывает помощь исполнителю. Требование оказания действительной помощи, даже незначительной, служит в общем праве нитью, привязывающей соучастника к исполнителю и его деянию. В соответствии же с законодательством ответственность соучастника рассматривается как персональная, основанная на его поведении, на его вине. Отсюда делается следующий вывод: не является определяющим то обстоятельство, что исполнитель знал соучастника или что последний действительно оказывал помощь исполнителю. Основной вопрос в этом случае звучит так: намеревалось ли лицо оказывать помощь исполнителю, и проявило ли оно желание реализовать свое намерение? Если да, то оно может быть признано соучастником преступления. Различие между «производной» и «персональной» теориями соучастия проявляется и в так называемых «защитах» от уголовного преследования за соучастие. Согласно первой, если по той или иной причине не установлена ответственность исполнителя, если он не осужден, то не подлежит преследованию и соучастник (пособник), так как это – одно из основных положений об ответственности за соучастие по общему праву.[668]668
  Это так называемые «процессуальные ограничения», которые рассматривались выше.


[Закрыть] «Персональная» теория такой подход отвергает,[669]669
  Robinson P. Op. cit. P. 322–324.


[Закрыть] как отвергается он Примерным УК и уголовными кодексами многих штатов: соучастник может быть осужден, даже если исполнитель по какой-либо причине не подвергался преследованию, не был осужден, имеет иммунитет против преследования или осуждения, был оправдан или был осужден за другое посягательство или посягательство другой степени.[670]670
  См., например, ст.20.05 УК штата Нью-Йорк или ст. 7.03 УК штата Техас.


[Закрыть] В уголовных кодексах некоторых штатов специально отмечается: не является препятствием для осуждения соучастника то обстоятельство, что исполнителю не было предъявлено обвинение или что он не может быть судим (не подлежит правосудию).

Вышеизложенное позволяет сделать вывод о том, что в уголовном законодательстве многих штатов наблюдается отход или даже отказ от акцессорной природы соучастия.

Однако в американской уголовно-правовой доктрине по этому вопросу высказывается и другая точка зрения. Так, Дж. Дресслер пишет: «Ответственность соучастника является производной по своей природе… Он заимствует ее у исполнителя, с которым ассоциирует себя. Действия исполнителя становятся его действиями».[671]671
  Dressier J. Op. cit. P. 460–461.


[Закрыть] Более того, этот автор полагает, что, намеренно помогая исполнителю, соучастник утрачивает свою «персональную идентичность», становится «не более чем тенью исполнителя».[672]672
  Dressier J. Understanding criminal law. Matthew Bender. N.Y., 1994. P. 411.


[Закрыть] По поводу этих высказываний можно отметить, что по своей природе, если иметь в виду истоки уголовной ответственности соучастников (пособников), т. е. по общему праву, она действительно производна от ответственности исполнителя. И свое сравнение с «тенью» он позаимствовал у Дж. Бишопа, который писал еще в середине XIX в.,[673]673
  Bishop J. Commentaries on the criminal law 501 (2d. ed), 1858.


[Закрыть] когда соучастника можно было считать «тенью» исполнителя. Правда, далее Дж. Дресслер высказывает мысль, с которой нельзя не согласиться: непреследование предполагаемого исполнителя по какой-либо причине (смерть, бегство от правосудия, иммунитет и др.) или его оправдание не означает, что преступление не было совершено.[674]674
  Dressier J. Understanding criminal law. Lexis Publishing Cos., 2001. P. 479.


[Закрыть] По существу, хотя и не прямо, но косвенно он признает, что важнейшим условием ответственности соучастников является совершение оконченного преступления, на что указывается и в Примерном УК, и в уголовных кодексах штатов.[675]675
  Так, например, в УК штата Пенсильвания (п. “g” ст. 306), где воспроизводится п. 7 ст. 2.06 Примерного УК, сказано, что «соучастник может быть осужден при доказанности совершения посягательства и его в нем соучастия».


[Закрыть] То обстоятельство, что ответственность соучастника может и не быть связана с ответственностью исполнителя, подтверждается достаточно новой судебной практикой. Так, в 1990 г. суд в штате Мичиган отметил, что «представленные доказательства не обязательно должны подтверждать (показывать), что какое-то конкретно названное лицо было виновным исполнителем» преступления.[676]676
  People V. Vaughn, 465 N.W. 2d 369 (Mich. Ct. App. 1990).


[Закрыть] По общему правилу считается, что если не было совершено оконченное преступление, то не было и соучастия. Однако это не значит, что соучастники неоконченного преступления вообще не подлежат уголовной ответственности. Они могут быть привлечены к ответственности по другим основаниям – за совершение так называемых неоконченных посягательств, которые рассмотрены в § 4 данного раздела, а именно – за подстрекательство или сговор. Если же, как пишет Дж. Дикс, ссылаясь на калифорнийский прецедент 1955 г.,[677]677
  People V. Berger, 131 Cal. App. 2d 127, 280 P. 2d 136 (1955).


[Закрыть] исполнитель продвинулся настолько далеко в направлении совершения преступления, что он может быть признан виновным в покушении на него, то и лицо, оказывающее ему помощь в этом, может быть признано соучастником покушения.[678]678
  DixG. Op. cit. P.53. – Непонятно, почему У. Лафейв и О. Скотт, ссылаясь на этот же прецедент, пишут, что «теоретически лицо может быть соучастником покушения» на преступление (LaFave W., Scott A. Op. cit. P. 592).


[Закрыть]

Как отмечалось выше, Примерный УК предложил привлекать к уголовной ответственности, т. е. считать соучастником преступления, лицо за любую попытку оказать помощь исполнителю,[679]679
  Здесь следует иметь в виду, что помощь может быть предложена, но исполнитель ею не воспользовался. Например, в случае, когда обвиняемый подстрекал (ободрял) исполнителя совершить убийство, пообещав предоставить машину для этой цели, которая ему не понадобилась (State V. Doody, 434 A. 2d 523 (Me. 1981)).


[Закрыть] в том числе не доведенную до его сознания, поскольку, как пишут его комментаторы, «представляется ненужным разграничивать покушение на соучастие от имевшего место соучастия, если преступление совершено»[680]680
  American Law Institute (ALI). Model penal code and commentaries. Part I: General provisions (1985), Comment at 314.


[Закрыть].

Поскольку эта теоретическая новация была воспринята уголовными кодексами ряда штатов, в результате чего значительно расширены пределы действия института соучастия и, соответственно, уголовной репрессии, возникает вопрос об ее обоснованности с точки зрения причинной связи. Как известно, наличие этой связи между поведением лица и наступившим или угрожаемым вредом – основополагающее требование уголовной ответственности. И ее отсутствие в отношении ответственности за соучастие в соответствующих случаях, по мнению Дж. Дресслера, – «тревожный» факт.[681]681
  Dressier J. Op. cit. 2001. P. 470.


[Закрыть] Причинность выполняет две важные функции в уголовном праве. Во-первых, она гарантирует персональный, а не, например, субститутивный характер уголовной ответственности.[682]682
  Подробнее об этом виде ответственности см.: Козочкин И. Д. Строгая ответственность в уголовном праве Англии и США // Правоведение. 2000. № 1. С. 136.


[Закрыть] Во-вторых, она служит своего рода инструментом, позволяющим определять соразмерный уровень наказания правонарушителя. Этот принцип в области института соучастия не всегда выдерживается, так как американское уголовное законодательство предусматривает одинаковую с исполнителем ответственность и для тех, кто оказал существенную помощь в совершении преступления (без которой оно, возможно, не могло быть совершено), и для тех, чье поведение не находится или находится весьма отдаленно в причинной связи с совершенным преступлением. Иногда суды корректируют этот недостаток законодательства. Так, по делу Дэвиса, рассмотренному в штате Сев. Каролина, было установлено: поскольку женщина в разговоре с исполнителем преступления высказала только пожелание, чтобы ее муж был убит, что он, вероятно, сделал бы в любом случае, она не могла быть осуждена как соучастник, если не вызвала или не способствовала осуществлению поведения исполнителя; можно предположить, что она «способствовала бы», если бы ее слова оказали поддержку (вызвали решимость, подтолкнули) совершить преступление.[683]683
  State V. Davis, 356 S.E. 2d 340 (N.C. 1987).


[Закрыть]

Содержащиеся в уголовных кодексах общие положения о соучастии можно подразделить, конечно, условно на те, которые испытали значительное влияние ст. 2.06 Примерного УК (см., например, ст. 306 УК штата Пенсильвания), и на те, которые такого влияния не испытали. Последние – на: 1) краткие и четко сформулированные и 2) казуистичные, имеющие описательный характер. Примером из первой группы является положение, содержащееся в УК штата Нью-Йорк: «Если одно лицо осуществляет поведение, которое представляет собой посягательство, то другое лицо несет уголовную ответственность за такое поведение, если, действуя с психической виновностью, требуемой для его совершения, оно просит, требует, приказывает, домогается (подстрекает) или намеренно содействует (помогает) этому лицу осуществить такое поведение» (ст. 20.00).[684]684
  В скобках уточняющие слова автора. – И. К.


[Закрыть]Примером из второй группы может быть положение, содержащееся в ст. 31 УК штата Калифорния.[685]685
  Указанная статья («Определение исполнителей») гласит: «Все лица, связанные с совершением преступления, будь то фелония или мисдиминор, независимо от того, непосредственно они совершают действие или оказывают помощь и содействие в его совершении, или, не присутствуя на месте его совершения, давали советы и вызывали решимость (подталкивали. – И. К.) его совершить, и все лица, дающие советы, консультирующие или подталкивающие детей в возрасте до 14 лет, душевнобольных или слабоумных совершить какое-либо преступление, или те, кто путем обмана, ухищрений или насилия, используя состояние опьянения другого, вызывает совершение им какого-либо преступления, или те, кто угрозами, запугиванием, приказом или принуждением заставляет другого совершить какое-либо преступление, являются исполнителями какого-либо преступления, таким образом совершенного».


[Закрыть]

Из приведенных законоположений видно, что в штатах все соучастники, за исключением тех, которые по общему праву являются пособниками после факта совершения преступления, несут такую же ответственность, как исполнители. Принцип равной ответственности закреплен и в федеральном уголовном законодательстве (§ 2 раздела 18 Свода законов США):

«а) Тот, кто совершает посягательство против Соединенных Штатов или помогает его совершению, подстрекает, дает советы, руководит, побуждает или обеспечивает его совершение, подлежит наказанию как исполнитель данного посягательства.

b) Тот, кто умышленно вызывает совершение действия, которое, будь оно совершено непосредственно им или другим лицом, считалось бы посягательством против Соединенных Штатов, наказывается как его исполнитель».

Помощь (содействие) в совершении преступления может быть оказана путем: 1) осуществления физического поведения; 2) оказания психологического влияния (воздействия) или 3) бездействия.

Как правило, установление соучастия, если было осуществлено физическое поведение, т. е. совершено какое-то действие, в судебной практике особых трудностей не вызывает. Помимо таких классических примеров оказания помощи, как обеспечение исполнителя орудиями и средствами (в том числе материальными) для совершения преступления, это, как видно из судебной практики, могут быть подыскание заранее места совершения преступления, запирание двери, чтобы потерпевший не мог убежать, или оказание транспортных услуг для доставки к месту совершения преступления и (или) бегства оттуда. Более сложными оказываются случаи содействия в форме психологического воздействия (подстрекательства) путем оказания психологической поддержки (encouragement), когда лицо как бы «подталкивают» или вызывают у него решимость совершить преступление, если оно, например, колеблется. Следует подчеркнуть, что в настоящее время «психологическая поддержка» иногда судами трактуется весьма широко. Так, соучастником был признан прохожий, который дал понять исполнителю, что он не будет вмешиваться в его планы.[686]686
  State V. Doody, 434 A. 2d 523, 530 (Me. 1981).


[Закрыть] Вообще же, мягко говоря, практика по таким делам не отличается единообразием. Например, в одном случае, имевшем место в штате Миннесота, когда потерпевший дал двум лицам, которые были знакомы друг с другом, проехать на машине, и один из них избил и ограбил потерпевшего-водителя, другой (обвиняемый), также находившийся в машине, но который не выразил никакого неодобрения по поводу происходившего в ней, был осужден за соучастие в преступлении.[687]687
  State V. Parker, 282 Minn. 343, 164 N.W. 2d 633 (1969). Pace V.


[Закрыть] В другом случае, произошедшем в штате Индиана, когда обвиняемый, будучи водителем машины, на заднем сиденье которой находился его друг, ограбивший автостоповца, также не выразил никакого неодобрения по поводу случившегося и не был осужден.[688]688
  State, 248 Ind. 146, 224 N.E. 2d 312 (1967).


[Закрыть]Здесь следует отметить, что ни в одном из этих случаев согласие или договоренность действовать сообща установлены не были.

Случаи соучастия посредством бездействия в американской судебной практике встречаются сравнительно редко. По общему правилу бездействие в нарушение легальной обязанности действовать соответствующим образом является основанием для признания лица соучастником. Таковым может быть признан имеющий соответствующий mens rea полицейский или проводник поезда, знавший, что в подконтрольном ему вагоне перевозится спиртное,[689]689
  Powell V. United States, 2 F. 2d 47 (4-th Cir. 1924).


[Закрыть] и не принявший надлежащих мер для предупреждения или пресечения преступления. Примерный УК рекомендует предусмотреть в законодательстве ответственность таких лиц: соучастником преступления является тот, кто «будучи юридически обязанным предупредить совершение какого-то посягательства, не предпринимает для этого надлежащих усилий» (п. 3 (3) ст. 2.06). Эта рекомендация была воспринята уголовными кодексами ряда штатов, например Техаса (п. а (3) ст. 7.02) и Кентукки (п. 2 (с) ст. 502.020). Но это не значит, что в других штатах такое поведение не преследуется в уголовном порядке. Оно там может быть наказуемо по специальным нормам статутного или общего права.

Весьма сложным и, по признанию многих американских ученых, запутанным в уголовном праве является вопрос субъективной стороны соучастия, а именно – при наличии какой формы вины (виновности) лицо может быть признано соучастником преступления. Сложившееся положение в значительной степени обусловлено различиями в языке, терминологии, которую используют судьи[690]690
  В одних случаях суды считают лицо соучастником, если оно знает или имеет разумное основание знать психическое состояние исполнителя, в других – если оно «разделяет» его преступное намерение, в третьих – если оно имеет намерение оказать помощь или вызвать решимость, подтолкнуть к совершению преступления.


[Закрыть] и законодатели. Так, например, в одних статутах говорится о том, что соучастником является лицо, которое «намеренно»[691]691
  См., например, ст. 26-801 УК штата Джорджия или ст. 21-3205 УК штата Канзас.


[Закрыть] или «осознанно»[692]692
  См., например, ст. 35-41-2-4 УК штата Индиана илист. 6-1-201 УК штата Вайоминг.


[Закрыть] помогает или вызывает решимость (побуждает) совершить преступление, в других – лицо, оказывающее помощь или поддержку «с намерением содействовать совершению преступления или облегчить его совершение»,[693]693
  Такое требование содержится в уголовных кодексах многих штатов (см., например, ст. 13А-2-23 УК Алабамы, ст. 11.16.110 УК Аляски и ст. 18-1-603 УК Колорадо).


[Закрыть] в третьих – о том, что помощь и поддержка должны быть оказаны лицом, «действующим в психическом состоянии (состоянии психической виновности), требуемом для совершения посягательства».[694]694
  См., например, ст. 53а-8 УК штата Коннектикут или ст. 2923.03УК штата Огайо.


[Закрыть] Здесь следует отметить, что в некоторых статутах, например в УК Калифорнии (ст. 31) и в так называемом Федеральном УК (ч. 1 ст. 2), формы виновности вообще не указаны. По-видимому, учитывая сложность вопроса, законодатели этих юрисдикций отдали его решение «на откуп» судьям.

Нередко суды, рассматривая соответствующие дела, отмечают, что лицо может быть признано соучастником преступления, если оно намеренно или с целью[695]695
  Этот термин, как было показано выше, используется в Примерном УК и кодексах некоторых штатов. По существу он является синонимом «намерения».


[Закрыть] помогает исполнителю его совершить. Но «намерение» или «цель» в рамках данного института, по мнению американских ученых, следует рассматривать в двух аспектах. Во-первых, как mens rea в отношении оказания помощи (содействия) исполнителю осуществить поведение, которое составило преступление, а во-вторых, как mens rea, требуемое для совершения преступления. Если эти два аспекта налицо, то обвиняемый признается соучастником преступления. В одном судебном решении, вынесенном в штате Нью-Джерси в 1968 г., отмечалось: чтобы быть соучастником, лицо «не только должно иметь цель, чтобы кто-то еще осуществил поведение, которое представляет собой конкретное инкриминируемое преступление, но соучастник должен также разделять (иметь единое. – И. К.) намерение, которое требуется для совершения основного посягательства».[696]696
  State V. Williams, 718 A. 2d 721, 723 (N.J. Super. 1998).


[Закрыть] Такое или подобное высказывание – не редкость в судебной практике, но там же встречаются случаи (дела), когда трудно установить это единство или общность намерения. Вывод о наличии второго mens rea может быть сделан, исходя из доказанности первого.[697]697
  Dressier J. Op. cit. 2001. P. 472.


[Закрыть] Однако так бывает далеко не всегда, поскольку встречаются довольно сложные ситуации, например, дело Эцвейлера, рассмотренное в 1984 г. в штате Нью-Гэмпшир.

Суть его такова: обвиняемый дал ключи от своей машины приятелю по работе, который, как ему было известно, находился «под градусом»; через 10 минут после начала езды тот столкнулся с другой машиной, в результате чего погибли два человека, за что ему было предъявлено обвинение в совершении простого убийства.[698]698
  State V. Etzweiler, 125 N.H. 57, 480 A.2d 870 (1984).


[Закрыть] Исходя из фактических обстоятельств дела, можно сказать, что обвиняемый, дав ключи от своей машины приятелю, действовал с целью (намеренно) в отношении содействия в осуществлении поведения, составляющего посягательство – вождение машины в нетрезвом состоянии. Но он мог быть признан действовавшим только по небрежности в отношении содействия приятелю в причинении смерти людей, так как он должен был понимать, предвидеть, что его «услуга» чревата серьезными последствиями.

Вопрос о том, может ли лицо быть признано соучастником преступления, если оно имело два разных mens rea (две разные формы виновности), вызвал серьезные разногласия между судьями, которые большинством голосов, сославшись на ст. 626:8 УК Нью-Гэмпшира,[699]699
  В указанной статье воспроизводится положение Примерного УК (ст. 2.06) о том, что соучастником может быть признано лицо, которое действует с целью содействовать совершению преступления или облегчить его совершение.


[Закрыть]дали отрицательный ответ, и учеными. Так, П. Робинсон считает, что их мнение, согласно которому лицо может быть признано соучастником, если оно действовало с целью не только в отношении содействия поведению исполнителя, но и совершению преступления (реализации всех его элементов), означает повышение требований к установлению ответственности за соучастие, и, как следствие, – уменьшение возможностей возложения ответственности за соучастие в преступлении.[700]700
  Robinson P. Op. cit. P. 330.


[Закрыть] Требование «цели», далее пишет он, может служить препятствием для привлечения к ответственности за соучастие даже в таком преступлении, как тяжкое убийство.[701]701
  П. Робинсон приводит такой пример. Если террорист взрывает здание посольства, зная, что там находится ночной сторож, возможно, даже надеясь, что тот не пострадает, но который погибает, то он будет признан виновным в тяжком убийстве. А лицо, которое было соучастником этого террориста, также знавшее, что взрывом может быть причинена смерть ночному сторожу, не обязательно желавшее ее, согласно решению по делу Эцвейлера, избежит уголовной ответственности за соучастие в убийстве.


[Закрыть]

По-видимому, чтобы не допустить практики «ухода» от ответственности за соучастие в преступлениях, составители Примерного УК исключили применимость требования «цели» к элементу результата преступления: для признания лица соучастником необходимо, чтобы оно имело «форму виновности, если таковая у него имеется, в отношении результата, которой достаточно для совершения конкретного посягательства» (п. 4 ст. 2.06). Таким образом, для признания обвиняемого по делу Эцвейлера соучастником в убийстве по небрежности по Примерному УК достаточно было бы доказать, что он допустил небрежность в отношении причинения смерти, когда он дал ключи от своей машины приятелю.[702]702
  Такова была позиция судей, не согласных с мнением большинства, которые ссылались на УК Нью-Гэмпшира параллельно с Примерным УК, в частности на приведенную выше выдержку из него.


[Закрыть]

Вышеприведенное положение Примерного УК нашло отражение в уголовных кодексах других штатов, испытавших его влияние в области института соучастия, например в УК Пенсильвании (п. “d” ст. 306), где оно воспроизводится дословно, или в УК Кентукки (п. 2 ст. 502.020), где имеет сходство с ним.

По существу такой же эффект, т. е. возможность наказуемости за соучастие с любой формой виновности, был достигнут в штатах, в уголовных кодексах которых в определении соучастника сказано, что таковым является лицо, которое действует в психическом состоянии (состоянии виновности), требуемом для совершения преступления, например в УК Огайо (ст. 2923.03).

По уголовным кодексам немногих штатов для признания лица соучастником достаточно установления факта осознания им того, что его поведение содействовало совершению преступления. Эта форма виновности, как будет показано далее, вызвала и в судебной практике, и в доктрине разное, нередко прямо противоположное к ней отношение. Если говорить коротко, то одни считают, что сознательная помощь, во всяком случае для совершения опасного посягательства, может служить основанием для установления соучастия, другие – наоборот. Особенно рельефно эти различия проявились в практике федеральных судов. Выступая по делу Пеони, судья Хэнд сказал: чтобы лицо было признано соучастником, оно должно «так или иначе ассоциировать себя с рискованным предприятием… участвовать в нем как в чем-то таком, осуществления чего оно желает. добиваться своими действиями его успеха». И далее, у него должно быть «целенаправленное отношение к нему».[703]703
  United States V. Peoni, 100 F.2d 401, 402 (2-nd Cir. 1938).


[Закрыть] Контрастом выглядит заявление, сделанное два года спустя судьей Паркером по делу Бэкана: осознанная помощь (поддержка) является адекватной для ответственности за соучастие, «вина соучастника зависит не от. ставки, которую он сделал на результат преступления. а от той помощи или поддержки, которую он оказал исполнителям.». [704]704
  Backun V. United States, 112 F.2d 635, 637 (4-th Cir. 1940).


[Закрыть]

Двойственную позицию по этому вопросу заняли разработчики Примерного УК, который, как известно, является концентрированным выражением американской уголовно-правовой доктрины, а в известном смысле – и практики.[705]705
  Напомним, что в числе лиц, участвовавших в подготовке этого документа, были не только известные ученые (криминалисты, криминологи и психиатры), но и практики – судьи, адвокаты и представители пенитенциарной системы. Как пишет Б. С. Никифоров, «он выражает точку зрения не какой-либо одной группы юристов, а, насколько это возможно, всего «юридического сословия» страны или, по крайней мере, преобладающей его части» (Примерный уголовный кодекс (США). М., 1969. С. 6).


[Закрыть] Так вот, как отмечалось выше, в его первоначальном проекте они предлагали считать формой виновности «осознание», а в окончательном – «цель». В Комментарии же к нему они пишут следующее: «. часто, если не обычно, помощь, оказываемая с виновным осознанием, означает цель, поскольку это не имеет другой мотивации».[706]706
  ALI. Model penal code and commentaries. Part I. Comment at 316 (ст. 2.06).


[Закрыть]

Естественно, что и современная судебная практика по данному вопросу весьма разноречива. У. Лафейв и О. Скотт полагают, что одним из компромиссных вариантов решения проблемы может быть учет опасности посягательства, совершению которого оказывается содействие[707]707
  LaFave W., Scott A. Op. cit. P. 583.


[Закрыть].

По-видимому, имея в виду ее сложность, а также учитывая ее серьезность в смысле последствий признания лица соучастником преступления, законодатели одних штатов повысили требования к «осознанию», указав в уголовных кодексах, что помощь должна быть «существенной» или подобной (ст. 9А.08.020 УК штата Вашингтон, а также ст. 22-110 (а) (1) УК Округа Колумбия), а законодатели других штатов включили в уголовные кодексы специальные статьи, позволяющие понижать ответственность за осознанное оказание помощи исполнителю. Так, УК штата Нью-Йорк предусматривает ответственность за уголовно наказуемое пособничество четырех степеней, максимальное наказание за которое не может превышать 25 лет (ст. 115.00—115.08).[708]708
  Подробнее см.: Уголовное законодательство зарубежных стран (Англии, США, Франции, Германии, Японии). Сборник законодательных материалов / Под ред. И. Д. Козочкина. М., 2002, С. 103. – Но здесь следует отметить, что mens rea в указанных статьях выражен словами «считая вероятным», что лицо оказывает помощь.


[Закрыть]

Из изложенного можно сделать несколько выводов. Во-первых, в американском уголовном праве произошел отказ от одного из основных требований общего права в области института соучастия – теперь соучастником преступления может быть признано лицо, которое оказывает помощь, содействие исполнителю не только намеренно, но и по неосторожности или даже по небрежности,[709]709
  О формах виновности по американскому уголовному праву см. § 1 главы 2 данной работы.


[Закрыть] что повлекло значительное расширение сферы применения уголовной репрессии. Во-вторых, в отношении форм виновности в американском уголовном праве царит хаос и неразбериха, что было показано на примере «осознанности». В-третьих, поскольку даже в современных, т. е. реформированных, уголовных кодексах не проведено различия между двумя указанными аспектами mens rea, то подчас трудно получить ответ на вопрос, является ли цель (намерение) необходимой формой виновности для ответственности соучастника за оказание помощи (содействия) поведению исполнителя либо совершению преступления или и в том, и в другом случаях.[710]710
  Robinson P. Op. cit. P. 329.


[Закрыть]

Довольно важным является вопрос ответственности соучастника за «эксцесс исполнителя». Это понятие было известно общему праву, и оттуда оно «перекочевало» в американское право. Но там (в законодательстве и судебной практике) встречаются различные варианты определения основания ответственности за «эксцесс исполнителя».

Так, в УК штата Канзас (п. 2 ст. 21-3205) и УК штата Миннесота (п. 2 ст. 609.05) сказано, что лицо, ответственное за преступление другого, «также несет ответственность за любое другое преступление, совершенное в ходе исполнения задуманного преступления, если оно было разумно предвидимо им как вероятное последствие совершения или попытки совершения задуманного преступления». А по УК штата Висконсин (ст. 939.05) лицо также считается соучастником «любого другого преступления, которое совершено в ходе исполнения задуманного преступления и которое при соответствующих обстоятельствах является естественным и вероятным следствием такого задуманного преступления». Из приведенных законодательных определений видно, что в них используются неодинаковые критерии установления ответственности за «эксцесс исполнителя».[711]711
  Иногда, в силу отсутствия четких законодательных положений по данному вопросу, в одном и том же штате используются оба эти критерия. Так, в Калифорнии в деле People V. Luporello (187 Cal. App. 3d 410, 231 Cal. Rptz. 832, 850 (1986)) был применен критерий «разумного предвидения», а в более позднем деле People V. Prettyman (926 P. 2d 1013, 1019 (Cal. 1996) – критерий «естественного и вероятного следствия». То есть в первом случае использовался субъективный, а во втором – объективный критерий.


[Закрыть] Однако, несмотря на это, оба они позволяют наказывать как «полноценного» соучастника лицо, которое допустило лишь небрежность в отношении совершения исполнителем другого (неосновного) посягательства.