Текст книги "Пламя и лёд"

Автор книги: Иван Беров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 38 страниц) [доступный отрывок для чтения: 16 страниц]

Старый маг пожал протянутую ему руку и поклонился в ответ:

– Я – Ариниус – глава Ложи Магов Природы, представитель Первой Волшебницы королевства.

– Чем я могу быть полезен, уважаемый? – поинтересовался Летаврус, но Ариниус небрежным жестом отмахнулся от обходительного обращения. Но все же в зорких глазах промелькнуло изрядное любопытство. Старый маг не зря считался лучшим наставником в области магии. Заклинание, примененное наемником, относилось к магии духа – волшебник использовал силу своего сердца, чтобы войти в соприкосновение с силами природы и на краткий миг подчинить себе их волю. Для такого магического трюка от волшебника требовалось одновременно открыться четырем элементалям – духовным существам, олицетворяющим собой основные силы природы. Силы воздуха и земли отогнали от старого мага, пребывавшего в образе старика, холодное дыхание осени, а сила воды живо справилась с болезнью. Ариниус за свою долгую жизнь не пробовал вот так по-простому поводу ради первого встречного применять такие сложные сплетения сил. Старый маг видел перед собой человека, чьи магические познания конечно еще не достигли уровня мастера, но наемник был явно сильнее самого талантливого адепта магии. Старый маг молча посмотрел в изумрудные глаза Летавруса.

В больших ярких светящихся искренней добротой глазах не было ни намека на слащавую лесть. Уважение, настоящее уважение – вот что прочитал во взгляде Стража Леса маг. Уважение, которое молодость испытывает перед мудрой старостью при эпохальной встрече поколений.

– Я знаю о событиях в Хатке. – На это замечание Летаврус испустил вздох сожаления:

– Я не мог просто так взять ребенка под мышку и перемахнуть через городскую стену в окружавший город овраг. – Летаврус на секунду отвернулся от смотревшего на него мага и немного прошелся взад-вперед. – Хейли была напугана, я не мог позволить этим гадам взять ее душу. – Наёмник громко хлопнул руками. – Ты не знаешь, каково это, когда тот, кого ты считаешь потерянным, вдруг возвращается к тебе. Я сам освободился вместе с ней. Понимаешь?

– Да, – старый маг действительно разделял чувства наемника. В зеркале судьбы Ариниус видел все события в жизни наемника за последние несколько месяцев. – Ты был послан, чтобы спасти невинную душу из лап ужаса и кошмара, и ты сделал это. Тебе пришлось столкнуться с определенными трудностями, а у кого их не бывает, и ты преодолел их. Тебе пришлось обнажить свой меч против живой плоти, а не против безжизненных каменных плит, но твой меч и твоя рука с доблестью справились со своей задачей.

– Это был первый и, надеюсь, последний раз, когда я выполнял не свойственную себе работу.

– А какая у тебя работа, Никсалорд Летаврус?

Наемник, давно ожидавший этого вопроса, вплотную подошёл к старику и откровенно ответил:

– Я изучаю жизнь, а не отнимаю ее. Можете вы это понять? – Летаврус повернул голову так, что его глаза смотрели прямо в глаза старого мага. Изумрудная твердь столкнулась с блестящей водной гладью. – Я – не убийца.

– Никто тебя этого делать и не просит, Никс Летаврус. – Ариниус слегка покачал своим посохом, отчего золотые листки засмеялись звонким переливистым смехом. – Ты сам сказал, что изучаешь жизнь, значит, знаешь, где находится грань между жизнью и смертью. – Маг заметил на лице наемника интерес и продолжил: – В Мудрахане сейчас царит леденящий страх, сковывающий душу его обитателей. Жители этого процветающего города пытались побороть напасть, но им это не удалось. Они нуждаются в ответах на многие вопросы, разгадать которые им не под силу. Мое поколение старо для такого рода авантюр, а ты – молод и умен. Твои странствия по древним полуразрушенным городам сделали тебя хранителем многих тайн. Возможно, ты сможешь найти ключ к свободе жителей Мудрахана.

– Вы, из Ложи Магов, такие смешные, – Летаврус даже не стал скрывать накатившую на него волну смеха, – Мудрахан находится в шестидесяти днях пути отсюда. Даже на самом быстром скакуне понадобится много дней, чтобы туда добраться.

– Полетишь с утренними зеппелинами. Вот пропуск на борт воздушного судна, – маг достал из складок мантии перевязанный золотистой ленточкой свиток, – предъявишь их начальнику караула и тебя пропустят на борт. Первый корабль отходит утром третьего дня. Вот твой аванс, – Ариниус стукнул посохом и под ласковый шелест золотых листков прямо в руки наемника упал тяжелый мешочек золота.

– И можешь успокоить своего старосту, – добавил маг, – школа Стражей Леса в Майри тоже получит свою часть твоего гонорара. А в Гильдию Воинов Лаударума мы отправим официальное письмо, где укажем все твои регалии при выполнении этого задания.

– Не слишком ли вы могущественны?

Ариниус гордо выпятил грудь.

– Мы – маги, – ответил он. – На нас лежит вся ответственность за безопасность этого мира и его обитателей. Поэтому верь нам – мы не подведем.

Летаврус подбросил подарок мага в руке, оценивая возможную стоимость содержимого. Плата была подходящей, да и путешествовать на воздушных кораблях Летаврусу еще не доводилось.

– По рукам, Ариниус, глава Ложи Магов Природы, представитель Первой Волшебницы королевства, я принимаю предложение помочь попавшим в беду людям, – наемник протянул магу руку открытой ладонью.

– Не принимай меня за деревенского простака, – Ариниус недовольно фыркнул и молча пошел в сторону магической двери, тайно ведущей за стены города. – Я в эти трюки не играю, а если захочешь встретиться еще раз, то приходи после того как вернешься обратно. Я жду тебя!

Летаврус молча проводил взглядом одинокую фигурку пожилого мага до того места, где могучие ветви вековых деревьев, хранивших в своих крепких стволах память о первых камнях, заложенных в основания городских стен, скрыли в своих тенях одинокого старика.

Пожилой маг, избравший столь странные время и место встречи, в целом произвел на наемника приятное впечатление, хотя даже сам Летаврус не до конца осознавал причину возникшей симпатии. С одной стороны, маг был мудр и искренне верил в добро. Человек с таким чистым сердцем не мог быть злым. Конечно, Ариниус многого не договаривал, словно чего-то опасался, но наемник сам обожал вести разговор в подобной манере и ни в чем не упрекал старика, особенно после того как тот честно отказался от купеческого обычая скрепления заключенного договора рукобитием, а это означало, что путешествие в далекий Мудрахан обещает быть намного интереснее, чем заурядная прогулка на летающем корабле.

– Интересно, – задавая этот вопрос самому себе, Страж Леса ненадолго задумался, – а почему старый маг назвал меня наивным глупцом?

Догадка пришла в голову сама собой, как только Летаврус вспомнил про Ложи Магов, но было слишком поздно – мощная волна ветра с силой нанесла удар прямо в грудь, сбив наемника с ног. Все произошло так быстро, что Летаврус не успел опомниться, как оказался глубоко вдавлен в твердую землю. Что-то с силой припечатывало Летавруса к земле. Он слышал, как под действием неведомых сил трещат его кости. Наемник поплотнее сжал зубы от накатившей боли.

Пыль и глинистая почва забили рот и нос наемника, перекрывая доступ кислорода в организм. Очевидно, нападавший волшебник решил попросту задушить нарушителя магического щита, окружавшего город, но Летаврус не спешил так просто продавать свою жизнь. Наемник хорошо знал, как натаскивают магов из Ложи Боевой Магии. Летаврус даже чуть не засмеялся, когда вспомнил о своем давнем желании помериться силой с одним из адептов Боевой Магии. Теперь у наемника появилась отличная возможность.

Собрав волю в кулак, Никсалорд обратился к силам природы. В своем прошении он общался с воином воздушной стихии – ветром. Теплый и приветливый, обогревавший холодную землю ранней весной и остужающий горячие камни после жарких лучей солнца, этот же ветер мог запросто валить с толстых длинных ног многовековые деревья, поднимать вверх целые дома, чтобы потом их разбить, и мог также вызвать на огромной морской глади ураганный шторм. Сейчас наемник как раз нуждался в гневе ветра, в самом его мощном ударе. Наемник просил стихию собрать свои тоненькие воздушные потоки в один мощный и плотный воздушный столб. Летаврус своим сердцем видел, как едва заметные струйки воздуха сливаются вместе, трансформируясь в некое подобие человеческой руки; вот пальцы природной длани сжимаются в кулак. Наемник творил ответ на заклинание мага, имя этого ответа звучало «Кулак Ветра».

Когда природная стихия набрала достаточно мощи, наемник отпустил рвущийся гнев ветра на волю.

От звонкого удара у наемника аж зазвенело в ушах. Ветер завывал и грохотал так, будто собирался нагнать самый страшный из ураганов, какой бушевал в Лаударуме за всю его историю.

Противоборствующие магические потоки бушевали с такой силой, что наемник даже обрадовался тому, что противостоящий ему боевой маг вбил его тело на добрых полроста в землю.

По тому, как давление неведомой силы неожиданно стало ослабевать, а вскоре и совсем прекратилось, Летаврус догадался, что его магия в этот раз оказалась сильнее.

Перед тем, как покинуть своё земляное укрытие, наемник применил заклинание «Внутреннего Ока», чтобы осмотреть повреждения в своем теле. К счастью Летавруса, его тело отделалось всего-лишь парой значительных ссадин и множеством мелких ушибов.

Когда наемник вновь оказался на дороге, а не внутри нее, его глазам открылась довольно спокойная картина обыденной жизни, только на некоторых кустах, росших наиболее близко к эпицентру противодействующих сил, были поломаны ветки.

На небе не было ни облачка – воздушная стихия откликнулась на просьбу наемника и, выполнив свое дело, вновь вернулась к мирному существованию. Летаврус подумал, что если бы его учитель видел сейчас результаты его творения, то обязательно остался бы доволен своим учеником.

Картина в целом была приемлемой, и Летаврус уже собирался поскорее убраться подальше от городских стен Мейриярда до того момента, как Белые Грифоны вступят в спор двух магов.

– Защищайся!

Голова наемника в последний момент успела избежать встречи со светящимся оружием высокого рыцаря, на панцире которого красовалось изображение магического существа с телом льва и головой и крыльями орла. Грифон – существо, защищающее силы света в битвах добра и зла. Летаврус также узнал оружие – магический меч, созданный в кузницах Бастиона Духов. Острее и опаснее оружия наемнику встречать еще не приходилось. Из обрывочных знаний древних летописей наемник знал, что против этого оружия практически не существует защиты, его лезвие режет многовековой горный камень точно бумагу.

Противник сделал мощный выпад мечом, метя точно в сердце наемника. Летаврусу снова пришлось уклониться.

– Напасть на безоружного каждый может, – слова наемника ничуть не замедлили действия Белого Грифона, как надеялся Летаврус, а даже наоборот – движения рыцаря стали более частыми, его руки порхали в воздухе, словно мотыльки на фоне двух лун. Однако, рыцарь Белых Грифонов лишь демонстрировал свои возможности, точно примеряясь для последнего точного удара.

Никсу с трудом удавалось уследить за движениями рыцаря. Тот словно растворился в воздухе. Когда то тут, то там появлялось острие смертоносного меча, казалось, что это сам воздух пытается пронзить воина.

Летаврус понимал, что так просто ему от схватки уйти не удастся. Смертоносное оружие рано или поздно найдет его сердце, и тогда все будет кончено.

Неожиданно перед глазами наемника промелькнуло лицо. Обычное человеческое лицо, только слегка размытое из-за быстроты движений. Летаврус громко засмеялся – ему это лицо было очень хорошо знакомо.

– Нехорошо обманывать, принц Киринейл.

Противник, представший сначала как рыцарь Белых Грифонов, потерял свой морок и теперь получил свое истинное обличие назад. Никс не удивился тому, кого он увидел. Его больше удивляло то, почему принц Киринейл, один, в своем будничном королевском камзоле оказался глубокой ночью за пределами городских ворот Мейриярда.

Воспользовавшийся заклинанием ускорения, принц просто бегал вокруг наемника по кругу и периодически совершал короткие атаки своим любимым обоюдоострым мечом.

Летаврус давно понял, что принц любит поиграть со своим противником перед настоящим боем, и наемник решил принять правила игры.

Принц прекратил свои обходные маневры и резко двинулся прямо навстречу Никсу. Киринейл, как только мог, напряг все свои мышцы, чтобы одним ударом разрубить наемника пополам. Обоюдоострый клинок едва не коснулся лба Летавруса, когда его острие со звоном было встречено тонкой адамантиевой гладью меча Стража Леса. Напор Киринейла был резко остановлен, но принц не упал на землю, хотя и допустил секундную заминку, и это стоило ему крепкого удара пяткой сапога в колено. Затрещали хрящи сустава, кости, не прикрытые броней, выдержали натиск, но Киринейл не мог поддерживать равновесие; задетое колено подогнулось, и принц начал падать на землю. Киринейл падал, но оружия не отпускал. Каблук наемника успел ударить принца в лицо как раз до того, как быстрым движением командир Белых Грифонов вытащил из скрытого кармана кинжал.

– Твоя иллюзия не работает, – Летаврус не пользовался слабостью противника и четко дал принцу понять, что теперь есть только они вдвоем и их оружие – мечи.

– Сын ведьмы, – вытирая кровь с разбитой губы, Киринейл смачно плюнул в Летавруса и тут же снова кинулся в атаку.

Никсалорд молча увернулся от плевка, но последовавшая затем атака принца с кувырком вперед и колющим ударом в живот заставила наёмника подпрыгнуть над мечом принца и через эффектное сальто снова приземлиться на ноги прямо перед глазами принца.

Киринейл на этот раз был проворнее и сумел поддеть наемника плечом после того, как тот прямо из воздуха возник перед принцем. Летаврус упал, и его плечо пронзила жалящая боль от раны, полученной от меча принца в момент падения. Белый Грифон, опрокинув Стража Леса на землю, сделал мощный замах и провел рубящий удар мечом сверху вниз. Литаврус сделал кувырок назад и подставил адамантиевое лезвие над своим затылком за долю секунды до того, как принц завершил атаку.

– Тебе запретили показываться в здешних окрестностях, – грозно возвышаясь над оппонентом и покачиваясь от боли в ноге, Киринейл смотрел на наемника сверху, точно лиса на кролика. Нога принца болела, а крепкий удар сапогом разбил губу так, что рот Киринейла наполнялся кровью, отчего ему часто приходилось плеваться кровавой слюной. Парадный камзол, который обычно принц надевал для дворцовых аудиенций, теперь был весь в пыли, а один из рукавных швов начал расползаться, оголяя мускулистое плечо. – Я как смотрящий за порядком в городе и покоем горожан должен наказать тебя. Думаю, если я лишу тебя твоих ушей – это тебе послужит хорошим уроком.

Принц коротко замахнулся, но Летаврус ожидал этого действия и, слегка подтолкнув оружие принца своим мечом, ловко на коленях повернулся вокруг себя и провел адамантиевым острием по бедрам Киринейла.

– Не думаю, что сможешь наказать меня, Белый Грифон.

Принц от жгучей боли поплотнее сжал зубы и закусил уголок ворота у камзола. Рана, нанесенная Никсом, не была смертельной, просто оставленный мечом порез был тонкий и длинный, и из него засочилась кровь.

Видя, что победа ускользает, раненый принц решил, что настало самое время вспомнить о магии. Последнюю атаку Киринейл не смог парировать, поскольку Летаврус двигался очень точно и быстро, но вот хватит ли у него сил справиться с атакой Мстителя – это принц собирался проверить.

Зачарованное волшебное оружие спикировало прямо в шею наемника. Никс в последний момент увидел летящий в его горло предмет, но ранение в плечо и приличная потеря крови помешали Стражу Леса быстро и точно отбить удар. Лезвие волшебного метательного ножа – Мстителя – прошло точно по краю шеи, едва не задев артерию.

Никс зарычал от обиды, когда его пальцы сжали рукоять предательского орудия. Из пореза на шее наемника теплой струйкой бил небольшой фонтанчик крови.

– Надо же, она у тебя красная, – Киринейл только теперь более внимательно посмотрел на своего врага. Обычная одежда лесного путешественника из добротной кожаной куртки и крепких суконных штанов нисколько не пострадала в ходе драки, даже цвет измазавшей ее земли придавал одежде еще более естественный вид; яркое алое пятно слева на груди и руке были результатом атаки принца. Располагавшийся чуть выше порез окроплял кровью пыльную гладь дороги, но в больших изумрудных глазах ясно горело чувство азарта – для наемника битва еще только начиналась.

Сжав Мстителя в кулаке, Летаврус резко бросил его в хозяина, но снаряд пролетел над головой принца, не причинив тому вреда.

– Мститель никогда не нападает на того, кто владеет им, – Киринейл спокойно вытер лезвие своего обоюдоострого меча кружевным рукавом и снова принялся ходить вокруг стоявшего на коленях Никса. – Что ты делаешь в городе? – принц фигурно покрутил в воздухе своим мечом, обходя Летавруса сзади.

– Это ты называешь честным поединком? – сквозь покидавшие его силы Никс еще пытался сохранить спокойствие.

Обрушившийся на него сверху град ударов мог запросто лишить наемника головы. Вращая над головой меч с такой же быстротой, что и принц свое оружие, Летаврусу удавалось парировать атаки Киринейла. Неожиданный прямой пронзающий удар в лицо Никсу удалось отбить резким контрударом снизу вверх; при этом ему удалось слегка отвести меч Киринейла подальше вверх и за плечо вправо. Когда в защите принца открылась брешь, наемник резко прыгнул вверх, а когда его колени находились на уровне груди принца, наемник произвел головокружительный двойной переворот в воздухе и ударил Киринейла сначала ногами в подбородок, а затем тяжелой рукоятью в солнечное сплетение.

От таких ударов принц отлетел на несколько шагов назад, и упал на землю, но рукоятка оружия по-прежнему была зажата в его сильной руке.

– Ты хотел знать, почему у меня красная кровь, не так ли? – На лице наемника промелькнула тень улыбки – ему уже надоело рассказывать шутки про то, какого цвета кровь у неуспокоенных зомби. – Я отвечу тебе: я – человек, такой же человек, как и ты.

– Арр! – Принц с ревом поднялся на ноги и набросился на Никса Летавруса. Вооруженный своим любимым обоюдоострым мечом и магическим Мстителем, Киринейл обрушил на Никса всю свою силу и ярость.

Наемнику удавалось отражать резкие выпады и сложные удары принца, сопровождаемые обманными движениями. Адамантиевый меч порхал в руках Летавруса, точно бабочка. Защитные движения типа мельницы долгое время удачно встречали атаки Киринейла.

Неожиданно Летаврусу удалось опередить движения принца – слившийся в одну серую ленту адамантиевый меч точно отбил удары меча и Мстителя, отклонив каждое из оружий принца в разные стороны. Завершающим движением наёмник приставил адамантиевое острие прямо к горлу принца.

– Сдавайся, принц Киринейл, главнокомандующий Белых Грифонов. – Летаврус старался говорить спокойно и ровно, несмотря на удушающие его тело боль и усталость.

Поединок был закончен. Киринейл проиграл.

– Сдаюсь. – Капающая изо рта кровь мешала принцу точно и аккуратно произносить слова, но он все равно старался говорить четко и размеренно, чтобы его противник смог услышать его.

– Меня позвали сюда маги, принц. Они мне дали разрешение на вход внутрь Мейриярда. И это многие могут подтвердить, а вот зачем ты нападаешь на почти безоружного человека ночью, да еще и за пределами городской черты – на этот вопрос, кажется, ты задержался с ответом. Так что пока ты свободен, принц Киринейл, – странный поток слов, объединивший в себе обязательную фразу в конце поединка и ответ на тот вопрос, который принц никак не решался спросить. Из-за густевшего невдалеке леса поднимались первые лучи солнца. Летаврус посмотрел на восходящее светило. Его меч аккуратно опустился вниз, чиркнув острием по твердой пыльной дороге. Ни принц, ни он даже не обратили внимания на продолжительность боя.

– Почему ты готов убить меня?

– В этот раз, Никс Летаврус, тебе просто повезло, – Киринейл спокойно поправил манжеты и ворот своего камзола, приводя свой костюм в более-менее приличный вид. – В следующий раз я основательно подготовлюсь к нашей встрече, наемник, – принц холодно посмотрел в лицо Никса Летавруса, – у меня будет оружие намного мощнее, и я теперь знаю твой трюк. – Главнокомандующий Белых Грифонов бесшумно повернулся и направился в сторону городской стены.

– Я назвал этот прием «маска» – два быстрых, но плавных движения в стороны и вверх, а затем резко вниз, вверх и прямо. – Летаврус молча убрал свое оружие в ножны за спиной и молча зашагал в сторону вековых сосен на опушке леса.

– Удачи тебе, принц, – слова прощания Киринейл уже не слышал – заклинание магического портала к тому моменту уже доставило королевского сына в его личные покои во дворце.

Удаляющаяся фигура одинокого путника утопала в густой зелени душистых елей старого леса.

Легкий ветерок гонял по пыльной дороге небольшие комочки земли, кое-где окрашенные в темно-красные и буро-коричневые цвета.

– А ты был прав, Никс Летаврус, сдай я тебя толпе городских стражей, это не сделало бы меня единственной свидетельницей такого интересного боя. – Архатра сняла с себя магическую защиту невидимки и, не спеша, прогулялась по дороге.

Арена битвы одного из лучших мечников Лаударума и одного из самых таинственных людей в королевстве привела Первую Волшебницу в полный восторг. Тут было все, чего так хотело пламенеющее сердце одинокой женщины: кровь, боль, пропитанная ненавистью атмсофера и так обожаемые Архатрой следы магии. Необузданной, дикой и прекрасной магии, такой, к какой привыкла она – Первая Волшебница королевства.

– В ходе битвы при двух лунах победила тайна, – Архатра произнесла эти слова почти шепотом. Волшебница пригладила свои яркие пышные волосы, аккуратно поправив прическу. – Мужчины… Вы всегда были, есть и остаетесь драчливыми мальчишками, готовыми подраться из-за любого пустяка.

Волшебница небрежно поддела ногой небольшой серый камень, окрашенный сбоку в темно-красный цвет.– А вот это уже интересно, – Архатра подняла с дороги камень со следами крови недавно сражавшихся бойцов. В ее профессии любая мелочь, пусть даже самая незначительная, могла сыграть важнейшую роль в очередном плане.

Глава седьмая Ариниус и Архатра

– Ариниус!

Пожилой маг неторопливо обернулся на окликнувший его голос.

Первая Волшебница королевства, шелестя кружевным подолом своей юбки, спешила в сторону главы Ложи Магов Природы. Старый маг аккуратно кивнул волшебнице в вежливом знаке приветствия, в ответ на что Архатра слегка качнула своей головой, отчего ее пышная грива ярко-красных волос волнующе всколыхнулась.

– Вы хотели поговорить со мной, могущественная Архатра? – Старый маг неторопливо протянул женщине руку, приглашая ее провести беседу в процессе прогулки по красивым коридорам Гильдии Магов.

– Благодарю, – Архатра игриво улыбнулась пожилому кавалеру и положила свою руку в раскрытую ладонь старика.

– Так о чем вы хотели поговорить? – Ариниус неспешно повел волшебницу по залам, посвященным Магии Природы.

– Как здесь красиво, – Архатра была очень впечатлена пейзажами и барельефами, написанными магическими красками. Персонажи картин точно чувствовали наступившую за окном осень: птицы с кряканьем улетали за край холста; лесные обитатели готовились к долгой зимней спячке и проверяли запасы еды; а многовековые деревья – истинные хозяева леса – на свои листья набрасывали золотисто-красный платок из отцветших листьев. – Скажите, вы знаете что-нибудь о некоем Никсе Летаврусе?

– Это тот молодой человек, который приносит в хранилища нашей библиотеки давно забытые магические фолианты, – Ариниус на секунду замолчал. – Думаю, что видел его несколько раз, а что?

– Кто же он такой?

– Простой искатель древних сокровищ, на чьей стороне выступает госпожа удача.

– Значит, Никсалорд Летаврус обогащает не только архивы моей библиотеки, но также верно служит представителям других Лож?

– Это верно, – старый маг был сама спокойность. – Он принадлежит Гильдии Воинов и гордо носит титул Стража Леса. А мы лишь пользуемся тем обстоятельством, что школы по подготовке воинов нужно содержать, а для этого требуются реальные деньги. Эльфы и орки также понимают это, поэтому выпускникам боевых школ разрешается называться наемными солдатами и за определенные гонорары предоставлять свои меч и силу нуждающимся в помощи просителям.

– Я когда-нибудь внесу в королевский совет предложение по сокращению подобных заведений. – На лице Первой Волшебницы отразилось истинное наслаждение собственным величием.

– Но зачем?

– Затем, что мы можем из-за этих глупых идей о мнимом благородстве потерять потенциально интересных нам людей, а мне как Первой Волшебнице королевства этого бы не хотелось.

– Великолепный Эверхард Акмальди никогда не пойдет на это, – спокойно заметил Ариниус.

– Как вы скромны в своих суждениях, – Архатра подошла к одному из магических пейзажей: – Какая красота. А вот мне никак не удается создать подобный шедевр из естества магии и красоты природы.

– Скромность украшает человека, – Ариниус многозначительно посмотрел в зеленые глаза волшебницы. – Вы терпите неудачи в своих экспериментах, поскольку пытаетесь приказывать неподвластным вам силам, – старый маг поучительно приподнял левый указательный палец вверх. – Сила творения и смерти подчиняется только мольбам и искренним просьбам, но никак не приказам, особенно если вы демонстрируете природе свою магическую силу. Не противопоставляйте свою волю растениям, а старайтесь объединиться с ними.

– Давайте перестанем играть в глупые игры, – нежный тон Архатры испарился, уступив место холодной приказной манере ведения беседы.

– Почему вы осмеливаетесь разговаривать в таком тоне с самим главой Ложи Магов Природы?! – Ариниус грозно посмотрел на свою спутницу – ему тоже не нравилась их беседа, особенно мага беспокоило то обстоятельство, что Архатра заинтересовалась наемником. Старый маг не имел ни малейшего понятия о том, что Первая Волшебница королевства тайно присутствовала на его встрече с Летаврусом, однако маг Ложи Природы имел достаточно информации о самой Архатре, чтобы не выдавать интересующие ее секреты.

Когда старый маг резко погрозил волшебнице пальцем, та только рассмеялась.

– Дорогой Ариниус, я осмелилась разговаривать с вами в очень лестной манере только благодаря тому, что знаю о ваших тайных планах.

– Это не тайна, леди, это всеобщее горе, – тоненькие брови волшебницы вопросительно выгнулись, – нападение темных сил в Мудрахане каждую ночь уносит чьи-то жизни. Моя миссия как главы Ложи Магов Природы заключается в поиске скорейшего решения этой проблемы.

– А почему бездействует твой коллега Дирк?

– Потому что Ложа Боевой Магии своими слишком импульсивными действиями может принести гораздо больше вреда и разрушений, чем один Никсалорд Летаврус.

– Похоже, – Архатра улыбнулась, – вы, дорогой Ариниус, мало уделяли внимания последним новостям о событиях, произошедших в окружающем мире.

Густые брови мага опасно сомкнулись.

– Инцидент в Хатке не является из ряда вон выходящим.

– Неужели? – теперь настала очередь волшебницы изумляться.

– Представьте себе, группа Дирка разнесла бы не только полгорода, но также и скалу, на которой он стоит. Риск в данном случае вполне оправдан, да и действия Летавруса вполне логичны. Кстати, – Ариниус лукаво мигнул правым глазом, – это именно я запретил на королевском совете посылать в Мудрахан группу Дирка, и совет магов и нобелей не сильно этому противился. Тем более что для обычного молодого мага из Ложи Боевой Магии злодей Мудрахана может быть слишком силен, а жертвовать целым городом, посылая туда толпу Дирка, Совет не захотел.

– Именно для этого ты послал туда своего подопечного.

– Летаврус – это всего лишь наемник, груда мышц с неплохими навыками владения холодным и стрелковым оружием. – Ариниус стукнул своим волшебным посохом об пол, призывая магию иллюзии для показа изображения Никса. – В старых городах и древних катакомбах удачливому охотнику за наградой удалось раздобыть неплохие экземпляры древних магических оружий минувших эпох. Я также владею информацией о том, что Никсалорд Летаврус, вооруженный одним акинаком лесного проводника, в одиночку справился с черным троллем. – Архатра впервые за недолгую беседу удостоила старого мага уважительным взором. – В разрушенном городе Хатке Летаврус в одиночку справился с толпой головорезов и убийц. Можно даже сказать, что он освободил древний город заново. Вы, достопочтенная, смогли бы предложить кого-нибудь другого для битвы со зверем Мудрахана?

– Киринейл, предводитель отрядов Белых Грифонов, главный блюститель безопасности Мейриярда и страж спокойствия всего королевства.

– Мы не можем и не хотим рисковать жизнью принца.

– Мы? – в голосе волшебницы впервые появилась дрожь. Мысль о том, что Ариниус действует не в одиночку, казалось, приводила Архатру в ужас.

– Мы – маги Природы, – Ариниус почтительно посмотрел на окружавшие волшебников магические картины. Словно вторя словам своего старшего друга, все изображенные на холстах представители природы одобрительно подали свои голоса, подтверждая слова мага. От деревьев, нарисованных силой магии, шел четкий звук шелестящих листьев и исходил запах древесной коры, а красовавшиеся в их кронах птицы и звери испускали тихие рычащие и поющие звуки.

– Удивительно, – Архатра никогда не задумывалась над тем, что у вымышленных персонажей, пусть даже олицетворяющих саму мать-природу, может проснуться такая сила духа.

– Мы как истинные дети природы всегда чисты в своих побуждениях.

Сказанное старым магом вызвало мину разочарования на лице Первой Волшебницы.

– И вы также были чисты, когда скрыли важную информацию от королевского двора?

– Да как вы смеете? – Лицо Ариниуса приняло бледно-голубой оттенок, а глаза испуганно моргнули. Проницательная Архатра сразу заметила нервозность в поведении старика – он явно старался обвести ее вокруг пальца, однако волшебница и безо всяких намеков давно знала правду и не побоялась озвучить ее:

– Скажите, а вы ничего не знаете о судьбе королевского охотника Рутгера? – Архатра произнесла имя лучшего охотника и следопыта нарочно медленно.

– Я слышал, что несколько недель назад он внезапно исчез, – Ариниус спешно оправил свою мантию и, как будто залюбовавшись зимним магическим пейзажем, поспешил отвести взгляд в сторону.

– А я слышала, что именно вы послали Рутгера в этот злосчастный Мудрахан, где прославленный воин пал жертвой невиданного зверя.