Текст книги "Бывшие. Ловушка из прошлого (СИ)"
Автор книги: Ирина Ярова
Соавторы: Мика Моник
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 6 страниц)
Глава 13
Глеб Никитин остановился у маленького бара. Дверца холодильника приоткрылась со звонким щелчком. В его плане всё было отточено до мелочи. Он должен был уйти с чистыми руками, тщательно стереть все следы. Считал, что все сработает безупречно.
Глеб моргнул. Тяжёлая капля пота скатилась по виску. Он явно делал это впервые. Руки дрожали от нервов, превращая и без того безумную сцену в опасный фарс.
Никитин хищно усмехнулся, плотно сжав губы. Лицо покрылось холодным потом.
– Это всё моё! Мои миллионы!
– Успокойтесь! – тихо, но твёрдо перебила Анна, пытаясь заглушить нарастающую панику в голосе.
– Нет! – выдохнул он. – Я должен получил всё! Все до последней копейки! Компании Михаила конец!
Палец Глеба плотнее вдавился в металл. Щёлкнул предохранитель.
Анна инстинктивно дернулась и замерла от рёва Никитина.
– Ни с места!
Анна не отступила. К её удивлению ей не было страшно. Наоборот, она ощущала твердую решимость.
– Ты не получишь ни копейки из того, что принадлежит Михаилу, – спокойно произнесла она. – Всё тайное всегда становится явным.
– Ещё как получу! – зло прошипел он, прицеливаясь.
Дверной косяк в ванной дёрнулся, щепки полетели в лицо Никитину. Дверь сорвалась с петель и с грохотом рухнула на пол. Глеб на секунду потерял равновесие и нажал на курок. Промах. Выстрел выдался глухим, словно треснула спичка. Злоумышленник заранее позаботился о глушителе. Он подготовился отлично.
Только не всё предусмотрел.
Михаил выскочил из ванной. В его глазах не было ни паники, ни ярости – лишь редкое, ледяное спокойствие, рождённое на грани последнего удара.
Анна схватила с комода вазу и кинула ее в голову афериста. Звук разбитого стекла разлетелся по номеру и вырвался в открытое окно. На улице послышались встревоженные голоса.
Потеряв ориентир на секунду, Никитин обернулся. Но Михаил уже несся на него.
Сражаться с человеком, вооружённым огнестрельным оружием, им пришлось вместе. Михаил попытался выбить пистолет, но Никитин был не из робкого десятка. Палец снова лёг на спусковой крючок. Анна, не раздумывая, кинула в него полный стакан воды. Им приходилось действовать инстинктивно, больше ничего не оставалось.
Михаил пытался схватить его. Задержать. Врезался плечом ему в грудь. Раздался хруст, гневный выдох и глухой удар. Пистолет отлетел и покатился по полу, остановившись у мини-бара.
Никитин отключился.
Всё в его плане было почти идеальным. Но он просчитался.
Анна и Михаил действовали сообща. Словно между ними никогда не пролегала ледяная стена. Словно они не расходились и всю жизнь были вместе.
– Вызывай полицию, – скомандовал Михаил, дергая Анну за плечо. – Я за ним присмотрю. – И скорую. Мне кажется, он не дышит.
Анна подошла к Глебу и склонилась над ним. Приложив два пальца к его шее, она нащупала пульс и облегченно выдохнула.
– С ним всё в порядке. Он просто выключился.
Михаил провёл тыльной стороной ладони по подбородку, ощущая щетину и саднящую кожу. Мышцы плеч горели, будто он тащил на себе что-то непомерно тяжёлое, и дыхание всё ещё вырывалось короткими, неровными рывками – никак не хотело успокоиться.
Анна вызвала полицию и скорую. Голос у неё не дрожал, она говорила чётко, называла адрес, отвечала на вопросы диспетчера. Михаил смотрел на неё и молчал.
Полиция приехала через десять минут. Все эти десять минут Михаил держал Анну на руках, и она просто тихо дышала, уткнувшись носом в его футболку. Он не издавал ни звука. Не спрашивал, как она. Не говорил, что всё позади. Просто держал. Анна слышала, как ровно стучит его сердце – спокойно и уверенно, будто мир вокруг них не рассыпался на мелкие осколки.
– Я думал ты оставишь меня одного, – произнёс он едва слышно. – А ты была готова платить моему информатору, чтобы тот помог мне выбраться из западни.
– Брось, – Анна улыбнулась уголком губ. Михаил этого не видел, но почувствовал тепло её выдоха на шее. – Разве я могла тебя оставить?
– Из нас получилась хорошая команда, – произнёс он наконец, и в голосе промелькнула неуверенная усмешка – как будто он и сам не знал, имеет ли право говорить это вслух. Анна отозвалась коротким, сухим смешком. Она тоже радовалась, что точка в их ссоре наконец поставлена.
Звук полицейских мигалок оглушил улицу. Синие отсветы забегали по стенам. В коридоре раздалось раздражённое бормотание – тяжёлые шаги, лязг снаряжения, – и к номеру неторопливо приближался участковый. Дверь распахнулась, и бледное лицо полицейского вытянулось в тот же миг, как его взгляд упал на Никитина.
– Ты? – протянул он, почти с обидой в голосе, и тут же поспешил выхватить наручники. – Аферист проклятый. Это же мой пистолет!
Он не стал ждать, пока Никитин придёт в себя. Опустился рядом, привычным движением завёл руки за спину. Металлические звенья щёлкнули резко и неприятно.
– У меня к тебе ещё много вопросов, – произнёс участковый ровно, без угрозы – просто как факт.
Никитин, хрипло выдохнул и сдался. В злых глазах уже не было хищного блеска, только серая и усталая пустота.
Дав показания молодому сотруднику полиции Анна и Михаил спустились с защитниками правопорядка на первый этаж. Из полиции их выпустили почти сразу: свидетели, не замешанные в преступной схеме, не стоили их внимания.
Солнце стремительно клонилось к закату. На улице воздух всё ещё пах морем, солью и горячим асфальтом. Внизу, на набережной, их ждала группа встревоженных людей. Посреди площадки, размахивая руками и крича, стоял инструктор по сёрфингу. Рядом грустный спасатель.
– Анна! – закричал Игнат, увидев пару. – Вы не поверите! Пока на вас покушался Никитин, Ольга куда-то поспешно собралась и сбежала! Она не заплатила мне за две недели занятий! Ушла и всё! Даже не сдала номер администратору.
Игнат размахивал телефоном, показывая записанное видео. На экране Ольга спустилась по лестнице отеля. Затем пролетела мимо стойки администратора с большим чёрным мужским чемоданом. Она бежала быстро. Никто не успел ей помешать.
Анна и Михаил переглянулись. К ним подошёл участковый. Его напарник брал показания у постояльцев отеля.
– Это его жена? – уточнил полицейский.
– Да, какая она ему жена, – хмыкнула Анна. – Аферистка со стажем. Сбежала, бросив своего подельника одного.
– Это Ольга. Она сбежала с уликами, пока вы занимались Никитиным. Видно, они привезли эти документы сюда, чтобы меня шантажировать, – заключил Михаил.
Анна кивнула. Сердце стучало ровно, но в груди что-то сжалось. Холодное, тяжёлое. Анна не думала, что бизнесу Михаила пришел конец и ему придется начинать всё с чистого лица.
– Мы будем искать её вместе с вами, – тихо сказала она полицейскому. – У меня с ней личные счёты.
– Да, – Михаил был в себе уверен. – Это она подстроила всё ради мести. Никитин был ей нужен только для того чтобы подобраться ко мне поближе.
– И где нам теперь её искать? – Анна грустно вздохнула.
– Она не могла далеко уйти. Зная Ольгу, я могу точно предположить, что она где-то недалеко спряталась.
– Мы запросим данные с камер наблюдений, – ответил участковый, внимательно из выслушав.
Полицейские выдвинулись быстро, почти без слов – участковый коротко бросил команду, и люди рассредоточились, охватывая периметр плавной дугой. С моря тянул лёгкий ветер, солёный и прохладный, трепал края курток. Они шли молча, фонари в руках раскраивали вечерний сумрак на узкие полосы света, и в этих полосах мелькали гравий, деревянные сваи, пена у кромки воды. Всё было тихо – та особая, напряжённая тишина, которая стоит перед чем-то неизбежным.
Но тишину внезапно разорвал шум мобильного. Кто-то неподалеку говорил по телефону и случайно нажал громкую связь.
– Я их покупаю… – произнёс мужчина – нехотя, будто уступая в споре с самим собой.
– Проклятье! – донеслось из смотровой будки спасателя, приглушённо, но достаточно ясно.
Полицейские рванули туда почти одновременно – топот ног по настилу, лязг снаряжения. Анна невольно шагнула вперёд, но Михаил придержал её за локоть, и они остались стоять внизу вместе с толпой, которая затаила дыхание и вытянула шеи. Прошла минута – долгая, тягучая. Потом из будки вывели Ольгу. Руки за спиной, на запястьях металл наручников.
– Сделка отменяется, – сказал молодой напарник, не повышая голоса, почти буднично – и это прозвучало холоднее, чем если бы он кричал.
Ольга дёрнулась, ударив участкового плечем, чемодан выскользнул из его пальцев, ударился о мокрый морской камень и распахнулся настежь. Содержимое рассыпалось по гравию: листы документов, потрёпанные папки с копиями бизнес-проектов, несколько флэшек, диктофонные записи переговоров. Ветер тронул бумаги, приподнял края. Ольга смотрела на это секунду, потом подняла голову и встретилась взглядом с Михаилом. Что-то в её лице сломалось – резко, как надламывается ветка. Из глаз брызнули слёзы. Она, кажется, хотела что-то сказать – губы шевельнулись – но вместо слов вырвалось только сдавленное, горькое рыдание.
Анна почувствовала, как напряжение отпускает её – разом, с головы до пят. Она обернулась к Михаилу и обняла его, крепко, уткнувшись лбом в плечо. Он прижал её к себе, положил руку ей на затылок. Они стояли так, пока вокруг них шумели голоса, шуршали бумаги и плескалось море. Всё закончилось.
Глава 14
Гроза, нависшая над ними, наконец миновала, и Анна с Михаилом, в объятиях друг друга, отправились в свой номер. В коридоре отеля пахло далёким озоном, но за дверью их апартаментов воздух уже согревался, словно дышал в унисон с их учащёнными сердцами. Кто из них мог подумать, что ловушка, из которой, казалось, не было выхода, смогла соединить их одинокие сердца.
Анна прижалась к Михаилу, чувствуя тепло его тела, его сильное, успокаивающее сердцебиение. Михаил нежно поцеловал её в висок, ощущая, как уходят последние тени страха и недоверия. Их перемирие было таким тихим и одновременно таким громким.
– Кому ты звонишь по вечерам? – Михаил решил развеять последние сомнения.
Анна понимающе улыбнулась.
– Маме. Соня сейчас у неё. Я звоню, чтобы поговорить с дочкой перед сном. Каждый вечер. Это как ритуал. Без этого она не засыпает. Я планировала приехать в Сочи с ней вдвоём, но дочка заболела, и мама отправила меня сюда одну, оставив Сонечку у себя.
– Я думал, у тебя кто-то есть, – признался Михаил, и Анна поцеловала его в щёку.
– У меня есть только Соня.
Он закрыл глаза.
– Покажи мне ее ещё раз, – тихо попросил он, не отрывая взгляда.
Анна не поняла сначала. Потом догадалась, достала из сумочки цветную фотографию и протянула ее Михаилу. Ту самую. Любимую. Он повернул её к себе и не мог отвести взгляда. Смотрел долго. Изучая каждую черту.
– У неё мой подбородок, – неожиданно хмыкнул он.
– И складочка на лбу – твоя, – с улыбкой заметила Анна.
– Я думал – твоя.
– Нет, – Анна отрицательно покачала головой. – Она вообще на тебя больше похожа.
Он засмеялся. Коротко, неожиданно для самого себя – и сразу же глаза у него заблестели. Он быстро провёл по ним тыльной стороной ладони.
– Анна.
– Что? – с придыханием в голосе спросила она.
– Расскажи мне о ней. Какая она?
Услышав вопрос Михаила, Анна расплакалась. Слёзы потекли сами собой, и она не стала их останавливать. Не смогла бы, даже если бы захотела. Груз собственной вины обрушился на неё стеной. Дочь и отец не знают друг друга лишь из-за её обиды, которую она столько лет берегла в себе, как что-то ценное, не понимая, во что эта обида в итоге превратится. Вина камнем давила в душе, не давая дышать. Ни один из них не заслужил того, через что им теперь приходится проходить. Ни он. Ни она. Никто из них.
– О… она очень серьёзная. Такая маленькая, а уже всё знает. Любит, чтобы все лежало на своих местах. Обожает, когда ей читают книжки. Просит об этом бабушку каждый вечер. А еще она боится темноты. Часто поёт песенки, которые сама придумывает, без слов. Она… она очень добрый и светлый ребёнок.
Он слушал. Не перебивал. И с каждым её словом что-то сжималось в его груди. Анна заметила, как едва дрожит его нижняя губа, и впервые увидела в нём не бывшего, а человека, который долго и мучительно шёл к этому моменту.
– Я хочу её увидеть, – Михаил посмотрел Анне прямо в глаза.
– Михаил, – начала было она, но слова застряли в горле под его обжигающим взглядом.
– Я хочу её увидеть, Анна, – с нажимом добавил он. – Как можно скорее.
Сердце Анны забилось быстрее от страха.
– Михаил, подожди. Это не так просто. У неё четыре года не было отца. Она не знает, кто ты. Нельзя просто прийти и сказать: «Привет, я твой папа». Это сломает её.
Но Михаил был неумолим.
– Я не собираюсь причинять ей вред. Я просто хочу её увидеть. Сначала – просто увидеть. Понаблюдать хотя бы со стороны. А дальше – как ты скажешь. Ты её мать. Тебе решать, что лучше для неё.
Анна посмотрела на него и прислушалась к своему сердцу. Она больше не имела права стоять между ними.
– Хорошо, – согласилась она. – Я тебя с ней познакомлю.
– Когда? – Михаил не смог сдержать своих рвущихся наружу эмоций.
Анна, задумалась на долю секунды, а потом ответила уверенным тоном:
– Когда мы вернёмся. Мне нужно её подготовить. Я ей буду рассказывать о тебе понемногу. Пусть свыкнется с мыслью что у неё есть отец.
Михаил подскочил к ней и прижал её крепко к своей груди. Он с надрывом прошептал ей в волосы:
– Что ты ей рассказывала про отца?
Анна молчала, не зная, как подобрать слова. Ей было трудно чувствовать каждой клеточкой его боль.
– Что папа далеко. Что он хороший. Что он нас очень любит, но так получилось – мы пока не вместе.
Михаил понимающе кивнул, продолжая прижимать к себе ее хрупкое тело.
– Она спрашивает об отце?
– Спрашивает. Часто.
Он снова закрыл глаза. Анна видела, как у него ходит кадык.
Он отстранился. Медленно, неловко подошёл к кровати. Сел, тяжело вздохнул. Положил фотографию на стол перед собой и устало закрыл лицо руками. Ему было тяжело, Анна это видела.
– Михаил, – прошептала она. – Скажи мне что-нибудь. Скажи, что ты злишься. Скажи, что ты не простишь. Только не молчи.
– Я не злюсь, – усмехнулся он горько, слегка приоткрыв глаза.
– Не верю.
Анна сделала шаг к нему на встречу, но он остановил её взмахом руки.
– Точнее я злюсь. Но не на тебя.
– А на кого? – ахнула Анна.
– На себя и свою мать. На годы, которые я упустил, не зная, что у меня есть дочь. На то, что я не был рядом, когда она родилась. На то, что я не видел, как она училась ходить. Что я не знаю, какое было её первое слово…
– Ее первое слово было «Мама», – Анна сделала еще один шаг к нему и в этот раз он не стал её останавливать.
– Конечно, – он улыбнулся – криво, через силу.
Анна подошла к нему и села рядом с ним взяв его за руку.
Они сидели молча. На столе, перед ними, лежала маленькая фотография их дочери.
– Анна, – Михаил вновь произнес её имя.
– Что?
– Можно я посмотрю на неё. Сегодня. Когда ты будешь с ней разговаривать перед сном.
– Михаил, она тебя не знает. Она испугается.
– Я не буду с ней разговаривать. Я просто хочу услышать её голос. Хотя бы издалека. Анна долго смотрела на него. Потом кивнула.
– Хорошо. Я буду звонить ей вечером в девять.
– Я буду молчать. Обещаю.
В девять вечера Анна вышла на балкон. Михаил сидел, тихо, как договорились. Сел на кресло в углу, и стал нетерпеливо ждать. Анна включила видеозвонок. На экране сначала высветилась мама, и через секунду появилась маленькое лицо, лохматое после купания, в розовой пижаме с зайчиками.
– Мама! – радостно крикнула девочка.
– Привет, солнышко, – голос Анны мгновенно потеплел.
– Мама, ты когда приедешь? – в тоне Сонечки слышалось нетерпение.
– Очень скоро.
– Мы с бабулей ужасно соскучились, – сообщила она, пыхтя, пытаясь достать что-то со стола.
– Милая, я тоже, – Анна почувствовала ком в горле. Пережитые события дали о себе знать, и Анна тяжело вздохнула, думая о том, что могла больше никогда не увидеть лица своей дочери если бы план Никитина осуществился. – Что ты сегодня делала?
– Я рисовала. Нарисовала море. Хочешь покажу?
– Покажи, – Анна смахнула предательскую слезу, чувствуя спиной как застыл Михаил, слушая их разговор с дочерью сидя в углу.
Девочка скрылась из вида, было слышно, как она шуршит бумагами. Михаил почти не дышал.
Соня вернулась, подняла к камере лист – синие волны, оранжевое солнце, а в углу – маленький домик и какие-то человечки.
– Видишь? Это море. А это – наш дом.
– Очень красиво, Сонечка. А кто это рядом с домиком?
– Это я, ты и… – она запнулась. Подумала. – И папа. Я его придумала.
Михаил беззвучно вздохнул. Анна крепче сжала телефон, чтобы голос не дрогнул.
– Это очень хорошая картинка, солнышко.
Анна сидела с побелевшим лицом, представляя, что сейчас творится в душе Михаила.
– Ну ладно тогда. Спокойной ночи, мам.
– Спокойной ночи, родная. Я тебя люблю, – Анна отправила дочери воздушный поцелуй.
– И я тебя. Скажи бабушке, я ей позже перезвоню.
– Хорошо, – помахала рукой Соня и звонок оборвался.
Анна долго сидела с телефоном в руках. Потом обернулась.
Михаил сидел в углу, сжимая пальцами подлокотники. Она медленно подошла к нему. Опустилась на корточки и положила голову ему на колени.
– Спасибо, – прошептал он.
– За что?
– За то, что дала мне возможность услышать ее голос. Мы обязательно встретимся, и я наверстаю каждую пропущенную секунду. У моей дочери будет самый лучший в мире отец. Обещаю.
Глава 15
Утром следующего дня они проснулись поздно – впервые за всю поездку без необходимости куда-то идти. Солнце уже стояло высоко, и сквозь шторы пробивалась золотая полоска, пересекавшая кровать ровно по диагонали. Анна лежала с открытыми глазами. Михаил рядом – на боку, лицом к ней.
– Доброе утро, – сказал он с улыбкой.
– Доброе, – улыбнулась она в ответ.
Прошлая ночь принесла Анне массу откровений. Она и не знала, что Михаил мог быть таким нежным и ласковым с ней. Что попросит позвонить дочери. Что правда обрадуется.
Он в корни изменился – стал чутким и внимательным. И самое главное он обещал быть хорошим отцом.
Анна верила в него.
– Знаешь, о чём я думаю? – неожиданно спросил он.
– О чём?
– О том, что мы с тобой всё время живём прошлым. Я думаю, нам пора начать думать о будущем. Забыть обо всем и начать жить с чистого листа.
Анна помолчала. Провела пальцем по его щеке – там, где синяк от удара Глеба уже начал желтеть.
– Хорошо, – сказала она. – Я подумаю.
– Подумаешь? – Михаил нахмурил брови. Он рассчитывал на положительный ответ, а не на неопределенность, прозвучавшую из её уст.
– Но с одним условием, – вдруг добавила Анна.
– С каким?
– Если когда-нибудь что-то снова пойдёт не так… мы не уходим в себя. А просто разговариваем друг с другом.
– Договорились, – не раздумывая согласился он.
– И ещё, – она чуть нахмурилась. – Твоя мама…
– С ней я разберусь сам. Обещаю, она больше никогда не встанет между нами.
Анна кивнула. Ей очень хотелось верить, что теперь в их жизни наступила светлая полоса и все недомолвки сказаны.
Чуть позже Михаилу сообщили, что все его счета разблокировали и он теперь полностью мог распоряжаться своими деньгами. Это стало отличной новостью и они решили не сидеть весь день в номере, а провести время с пользой.
Этот день они провели вдвоём. Купались в море, обедали на террасе, гуляли по набережной, грелись под ласковым солнцем. Весь мир принадлежал им, а люди вокруг улыбались словно догадывались, что случилось что-то хорошее. Михаил держал её за руку и часто обнимал. Анна впервые с момента развода чувствовала себя абсолютно счастливой. Мысленно представляя, что вскоре они заживут полноценной семьей. В её глазах стоял смех Сони, её радость от того, что папа перестанет быть выдуманным персонажем с рисунка.
Пока Анна загорала на пляже, Михаил отлучился ненадолго, он решил сходить в ювелирный салон и сделать для Анны сюрприз.
Ближе к вечеру Михаил вдруг сказал:
– У меня к тебе просьба.
– Какая? – Анна удивленно вскинула брови.
Было видно, что Михаил что-то задумал. Она видела его лукавый взгляд, игривую улыбку и не знала, что и думать. В конце концов она решила, что Михаил хотел ей приготовить какой-то сюрприз и была заинтригована.
– Поужинаем сегодня вдвоём? В том маленьком ресторане с террасой над морем?
– Том самом месте, где мы спасли ребенка? Но вечером там нет свободных мест, бронировать нужно заранее, – Анна прикусила губу от досады. Она была не прочь куда-то выйти. Ведь ее отпуск вскоре подходил к концу.
– Я заранее все забронировал, – Михаил притянул Анну к себе и поцеловал в кончик носа.
– Когда успел? – удивилась она.
Михаил прикусил ей мочку уха и тихонько шепнул:
– Утром, пока ты была в душе.
Анна засмеялась. Представив, как суетился Михаил.
– И что мы празднуем? – Анна пыталась выведать у мужчины все подробности, но он лишь загадочно улыбался.
– Скоро узнаешь.
Анну охватило лёгкое волнение, которое она тщательно пыталась замаскировать. Она чувствовала, что вечер обещал быть особенным, решила принарядиться.
Она надела второе приличное платье, которое взяла с собой – тёмно-синее, простое, с открытыми плечами. Уложила волосы. Подкрасилась – чуть-чуть, без излишеств. Посмотрела в зеркало и не узнала себя. У женщины в зеркале глаза светились от счастья.
Это, наверное, и есть любовь, – подумала она, облизав пересохшие губы.
Михаил ждал её в холле – в светлой рубашке, чисто выбритый. В правом кармане пиджака что-то едва заметно оттопыривалось. Анна не придала этому особое значение.
– Ты прекрасна, – сказал Михаил, когда она подошла к нему.
– Спасибо, – от комплимента Михаила она слегка покраснела.
Они поехали в ресторан на такси. Михаил всю дорогу молчал. Один раз положил руку ей на колено – и быстро убрал, как будто сам себя одёрнул.
Ресторан был маленький, на пятнадцать столиков, на открытой террасе. Внизу плескалось черное море, на горизонте догорал закат. Их посадили у самого края – над морем, под гирляндой тёплых лампочек. Принесли вино, хлеб, оливки. Анна смотрела на море и улыбалась.
Михаил что-то говорил. О предстоящих планах. О том, что, когда вернутся домой, надо купить квартиру побольше – чтобы у Сони была своя комната. О том, что он завтра позвонит матери и обо всем с ней поговорит. Анна слушала, кивала, чувствовала, как у неё в груди становится все теплее и теплее.
И в этот момент у неё зазвонил телефон. На экране высветился незнакомый номер. Она нахмурилась, встала из-за стола. Отошла к краю террасы и ответила на входящий вызов.
– Алло?
– Анечка…
Сердце у Анны провалилось куда-то в желудок. Она узнала этот голос сразу – целых пять лет не слышала, и вот услышала вновь.
– Светлана Аркадьевна, – в словах Анны был лёд.
– Узнала, – горько усмехнулась бывшая свекровь. – Хорошо. Слушай меня, девочка. Я надолго не задержу.
– Откуда у вас мой номер? – Анна подозрительно сузила глаза.
– Это не важно. Я знаю, что вы с Мишей снова… близки. Я знаю всё. И я хочу с тобой встретиться. Сегодня. Прямо сейчас.
Волна страха прошлась по всему телу Анны холодной волной.
– Сегодня? – испуганно прошептала она. – Светлана Аркадьевна, но я сейчас в Сочи, я…
– Я знаю, где ты! – перебила её свекровь. – Я в гостинице «Прибрежная» через дорогу от вашего отеля. Спустись вниз. Это займёт пятнадцать минут. И я обещаю – больше я в вашу жизнь лезть не буду. Никогда. Если ты придёшь сейчас.
Анна молчала. Внутри у нее всё похолодело.
– Анечка, – голос бывшей свекрови смягчился. – Я не для того прилетела в Сочи, чтобы причинять тебе зло. Я хочу просто поговорить.
– Откуда вы знаете, где я нахожусь? – Анна с трудом приходила в себя от шока.
– Не важно. Ты придёшь?
Анна обернулась через плечо. Михаил сидел за столиком – спиной к ней, в свете гирлянды, и аккуратно поправлял что-то у себя в кармане.
«Если я ему об этом скажу, – мелькнуло у неё в голове, – он встанет и поедет со мной. Я должна справиться с этим сама».
– Я приду, – сказала она уверенным тоном. – Но мне нужно будет чуть больше времени.
– Хорошо. Я жду.
Анна вернулась к столику. Михаил поднял на неё глаза и заметил, что что-то изменилось в её лице.
– Кто это был? – обеспокоенно спросил он.
– Ошиблись номером, – уклончиво ответила Анна.
Ей не хотелось обманывать Михаила, но с этой проблемой она хотела справиться сама.
– Точно?
– Михаил, – она через силу улыбнулась, – я отойду на минутку. Подкрашусь, причешусь. Сделай заказ без меня.
– Хорошо, – нехотя согласился он.
Он чувствовал, что всё идет не по плану и очень переживал на этот счет.
Анна встала. Подошла к нему сзади, наклонилась, поцеловала в щеку.
– Я люблю тебя, – тихо сказала она.
– И я тебя.
Она ушла в сторону уборной. А оттуда – мимо неё, по узкому коридорчику, через служебный выход, выбежала на парковку. У выхода стояли два таксиста. Один поднял глаза.
– Куда едем красавица?
– Гостиница «Прибрежная». Быстро.
Она села в машину. Достала из сумочки блокнотик и ручку. Написала несколько строк. Ее руки дрожали от волнения. Сложила записку вчетверо. Сунула её другому таксисту:
– Передайте, пожалуйста, записку в ресторан. Мужчине за крайним столиком. У него светлая рубашка. Просто отдайте. Хорошо?
Таксист пожал плечами, взял купюру и кивнул.
– Хорошо. Передам.
– Спасибо. Поехали, – Анна откинулась на заднее сиденье машины и та, дернувшись стремительно понесла её вперед.
Михаил сидел за столиком уже десять минут. Официант приходил дважды. Анны не было. Он начал поглядывать на дверь – сначала спокойно, потом с тревогой. Достал телефон, набрал её номер, но абонент был не в сети.
Он встал, прошёл к уборной. Постучал. Тишина. Постучал ещё раз. Вышла какая-то женщина, удивлённо посмотрела на него – внутри больше не было никого.
И в этот момент к нему подошёл официант – с маленькой сложенной запиской в руке.
– Извините, это для вас. Только что передали.
Михаил взял её. Развернул. И сразу узнал почерк Анны.
«Михаил. Прости меня. Мне только что позвонила твоя мама. Она здесь. Она попросила меня о встрече. Я должна была пойти к ней одна – иначе я никогда не разберусь со своими страхами. Жди меня в номере. Анна».
Он сел обратно за столик. Перечитал. Потом ещё раз.
Внутри у него поднялось что-то очень холодное. Не злость. Страх. Что она снова уйдёт. Что всё снова повторится – мама наговорит гадостей, а Анна, как всегда, примет это близко к сердцу. Но теперь он терял не только Анну, но ещё и вновь обретенную дочь.
Михаил автоматически нащупал в кармане маленькую бархатную коробочку. Кольцо. Он купил его сегодня днем, в маленьком ювелирном магазине на набережной, пока Анна загорала на пляже. Простое розовое золото и бриллиант.
Он встал. Бросил на стол купюры – больше, чем нужно. Вышел из ресторана почти бегом.
Вызвал такси и отправился на поиски Анны. Он больше не мог себе позволить её потерять.
