Текст книги "Никогда не говори "Никогда" (СИ)"

Автор книги: Ирина Гранч

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 32 страниц)

Часть 46. НИКОЛЬ

Я знаю, что не нравлюсь Громову, поэтому мне незачем держать марку, строя из себя мисс безупречность. Но признаюсь, это приятно, что мне удалось рассмешить обычно сдержанного в выражении чувств рокера. Кстати, у него очень приятный глубокий, гортанный смех, как и сам голос. Не могу припомнить, обращала ли я раньше на это внимание.

Мы продолжаем сидеть на трибуне, и наблюдать за соревнованиями.

– А твоя подруга неплохая спортсменка, – озвучивает свои наблюдения Ник.

– Ага, её с раннего детства братья приобщали к спорту.

– А у тебя есть брат или сестра? – интересуется парень.

– Нет, я одна в семье, – вздыхаю. – Всегда мечтала о младшей сестре, но мама и так достаточно поздно меня родила, потому что делала карьеру балерины. На второго ребёнка она уже не решилась.

– Понятно, откуда брелок с балериной…

– Угу.

– Но в том, чтобы быть единственным ребёнком в семье есть свои плюсы.

– Это да, ни с кем не приходится делить любовь и внимание родственников. Но я всегда очень хотела заботиться о младшей сестричке. Однажды, когда мне было лет одиннадцать, даже учудила: забрала из детского сада пятилетнюю дочку маминой подруги, представившись воспитательнице её сестрой. Могу вообразить реакцию тёти Тани, когда та вечером пришла забирать ребёнка, а воспитатель сообщила, что девочку уже забрала старшая сестра, которой в принципе в природе не существует, – начинаю смеяться, вспоминая ту историю. Никита тоже улыбается, и я продолжаю. – Ох, и получала же я тогда от мамы. Но в итоге, взрослые надо мной сжалились и разрешили два раза в неделю забирать малышку из сада на официальной основе.

– Прикольно, а я никогда не ходил в детский сад. Со мной нянчилась мама, – Никита пытается придать голосу небрежность, но в нём слышны грустные нотки. – А Дашке повезло меньше, ей папа нанял нянек.

– Даша – очень классная, – пытаюсь подбодрить его я. – Тебе с ней, наверное, никогда не приходилось скучать.

– Угу, и до сих пор не приходится, – улыбается брюнет, откидывая рукой упавшую на лицо чёлку.

– Хочешь ещё один кекс? – спрашиваю его я.

– Не откажусь.

И мы вместе доедаем оставшиеся в пакетике два шоколадных кекса, наблюдая, как завершаются отборочные забеги и на линию старта выходят парни финалисты, чтобы сразиться за первое место в стометровке. Среди них и Артём. Лицо Никиты становится серьёзным, видно, что он волнуется за друга. Раздаётся свисток и забег начинается. Сначала Артём вырывается вперёд, но его сразу же опережает какой-то парень в синей жилетке. Громов вскакивает со своего места.

– Ну же, Тёма, давай! – кричит он.

Артём прилагает максимум усилий, ускоряется и прямо перед финишем обгоняет своего главного соперника, добравшись до красной черты первым. Я, радуясь его победе, хлопаю в ладоши. Ник тоже рад.

– Дай пять! – говорит он мне.

С энтузиазмом даю ему «пять», вспоминая то время, как я точно так же болела за своих друзей на соревнованиях по танцам. Замечаю, как Никита задерживает взгляд на моём радостном лице, и смущённо отворачиваюсь.

***

Раскрасневшийся после забега Артём с довольной улыбкой направляется к своей пассии, которая, скрестив руки на груди, уже ожидает его неподалёку от стартовой линии. Майя рада за своего коллегу по команде, но в то же время злится, что проиграла спор.

– Ну что, детка, ты проспорила. Когда собираешься отдавать должок? – самодовольно улыбаясь, шепчет девушке на ухо Артём.

– Уж точно не сейчас, когда ты весь мокрый от пота, – раздраженно фыркает Майя, демонстративно морща нос, хотя от парня совсем не воняет.

Девушка отходит в сторону, пытаясь дистанцироваться от назойливого ухажера. Ей нужно готовиться к финальному забегу.

– Удачи, крошка! Я в тебя верю! – подбадривает её Артём, пропуская мимо ушей колкое замечание.

– А что будет, если я тоже пробегу первой? – вдруг решает спросить Майя. – Твой выигрыш в споре аннулируется?

– Хитренькая. Неужели ты настолько сильно не хочешь меня целовать?

– А ты не думал, что меня может отталкивать твоя настойчивость?

– Никогда в это не поверю, – хмыкает парень и только шире улыбается.

– Ладно. Мне сейчас бежать, а ты меня отвлекаешь, – вздыхает девушка.

– Я нем как рыба! Буду молча держать за тебя кулаки.

Майя отворачивается от Артёма, пытаясь скрыть появившуюся на её лице улыбку.

НИКОЛЬ

Следующими к забегу на четыреста метров готовятся девушки, в числе которых Майя. Во время квалификации подруга пришла к финишу второй, так что сейчас я очень волнуюсь. На нервах начинаю наматывать волосы на палец.

– Есть шанс, что Майя обгонит девочку, которая пришла первой в отборочном забеге? – спрашиваю своего спутника в надежде, что он меня успокоит.

– Если она бежала не на максимуме в прошлый раз, то шанс есть, – отвечает тот. – Иногда спортсмены нарочно выбирают такую тактику.

Надеюсь, Ник окажется прав. Я вскакиваю на ноги, не в силах, усидеть на одном месте. Раздаётся свисток, сообщая о начале забега, и спортсменки начинают бежать. Сначала Майя немного отстаёт, но на второй половине круга она резко прибавляет скорости и начинает обгонять соперниц. Теперь уже и Никита вскакивает со своего места, вместе со мной переживая напряженный момент соревнований.

– Майя, давай! – что есть мочи кричу я, в то время как подруга, делая последний рывок, финиширует первой. Не описать словами моего восторга.

На радостях, не контролируя себя, бросаюсь обнимать единственного, находящегося рядом со мной болельщика. Громов с энтузиазмом отвечает на мой импульсивный жест, плотно прижимая меня к себе и поднимая над землей. Его, как и меня захлёстывают эмоции. Но через секунду, когда эмоциональное возбуждение начинает отступать, я начинаю испытывать неловкость, и, потупивши взгляд, отстраняюсь от парня.

– Ой, извини, немного перенервничала, – сконфуженно оправдываюсь я.

– Всё ок. Я тоже рад за Майю, – сдержанно улыбается Ник.

На стадионе в громкоговоритель объявляют пятнадцатиминутный перерыв.

– Я ненадолго отлучусь, – говорю я, поспешно направляясь к выходу с трибун.

Захожу в здание стадиона, ища туалет, и лишь оказавшись там, соображаю, что в спешке забыла на трибуне свой рюкзак. Что со мной происходит? Подхожу к умывальнику, включаю воду и мою руки, глядя на себя в зеркало.

– Ника, что ты творишь? Неужели так сложно контролировать свои эмоции? Вы только вчера были врагами, а сегодня ты бросаешься ему на шею! – тяжело вздыхаю и мотаю головой, пытаясь таким образом привести себя в чувства. – Как можно быть такой отходчивой? Сама же говорила, что никогда бы не связалась с таким парнем. А теперь что делаешь?

Прикладываю влажные руки к щекам, пытаясь их остудить, но как-то не особо выходит, поэтому я снова включаю холодную воду и умываюсь, радуясь, что не успела сегодня накраситься. Так-то лучше! Когда предательский румянец сходит с лица, а сердцебиение выравнивается, я наконец-то успокаиваюсь, поправляю волосы и выхожу из уборной.

Возвращаюсь на трибуну, а там меня ожидает сюрприз, – к нам присоединились трое болельщиков, среди которых сразу же выделяю Костю, и радуюсь, что он тоже приехал поддержать друзей, но потом замечаю вместе с ним пренеприятнейшую мне особу Ксению с подругой, и настроение моё моментально ухудшается. Как их сюда занесло? Проскакивает мысль сбежать или хотя бы пересесть на другую трибуну. И я бы, наверное, именно так и поступила, если бы не рюкзак.

– А чей это рюкзак? Ты тут, что, не один? – как раз интересуется у Никиты блондиночка, указывая на забытую мной вещь.

– Он мой, – говорю я, подходя ближе. – Передай сюда.

Ксюша поворачивается, и по её выражению лица понимаю, что она рада меня видеть так же, как и я её.

– Держи. Не ожидала тут тебя встретить, – язвительно цедит блондинка сквозь зубы, передавая мне сумку.

– Взаимно, – отвечаю я.

– Ника, рад встрече! – здоровается Костя. – Не знаю, нужно ли знакомить тебя с Ксюшей и Ликой, – продолжает он, явно испытывая неловкость, – вы уже друг друга знаете…

– Знаем, знаем, Костик, всё окей, расслабься, – деланно улыбается блондинка, усаживаясь рядом с Никитой в кресло, где до этого сидела я. – Ник, расскажи лучше, что мы пропустили?

Громов бросает на меня короткий взгляд, в котором читается лёгкое разочарование от того, что нашу маленькую идиллию нарушили посторонние. Но видя, как я присаживаюсь рядом с Костей, и тот начинает задавать мне вопросы, Никита отворачивается и переключает своё внимание на Ксюшу.

Впереди последний этап соревнований – эстафета. И хотя болельщиков экономического университета прибавилось, мои эмоции почему-то утихают, и желание активно болеть пропадает. Веду себя достаточно сдержанно, наблюдая за тем, как переживают и радуются за наших ребят остальные. Нас с Ником теперь разделяют три человека, и к концу соревнований мне уже сложно поверить в то, что минут двадцать назад мы весело проводили время вдвоём.

Команда парней нашего университета в эстафете финиширует второй, а команда девушек – первой, чем приводит всю нашу компанию в восторг. Остаётся дождаться подведения общих итогов и оглашения результатов.

Студенты выстраиваются на поле группами, ожидая, что скажет главный судья. Наконец-то он выходит на центр поля, держа в руках микрофон.

– Хочу всех поздравить с окончанием наших соревнований! – провозглашает он. – Вы все большие молодцы! Я рад, что за лето вы, ребята, не растеряли спортивную форму. Так что вы все победители!

Мы, затаив дыхание, ждём, что он скажет дальше.

– Третье место в командном зачёте разделили две команды! Это команда Университета культуры и искусств и команда Политехнического университета! Поздравляю вас!

На центр поля выходят студенты в салатовых и розовых жилетках. Помощники судьи выдают им дипломы и надевают на шеи спортсменов медали.

– Команды двух университетов сегодня, можно сказать, дышали друг другу в спину, – продолжает судья. – Это лидеры наших соревнований. Отрыв между ними совсем небольшой, но всё же, я могу объявить команду, которая заняла почётное второе место! Итак…

Напряжение нарастает, я обхватываю руками лицо, пытаясь унять волнение. Боковым взглядом вижу, как Ксюша хватает Никиту за руку и крепко её сжимает.

– …Это команда Университета физкультуры! Прошу ребята, выходите за своими дипломами, – наконец-то заканчивает фразу судья.

– Мы первые? Мы первые?! – радостно скачет на месте Ксюша, пока огорчённые студенты в синих жилетках выходят получать награды.

– Ну и наш сегодняшний победитель. Я бы сказал, что это был прорыв! – улыбается мужчина у микрофона, растягивая момент. – Итак, первое место в командном зачёте получает команда Экономического университета! Ребята, вы большие молодцы! Так держать!

Наши спортсмены радуются, бросаются обнимать кто физрука, кто соседа по команде, и на нашей трибуне тоже воцаряется не менее радостное настроение. Мы все вскакиваем. Ксюша на радостях обнимает свою подружку, а потом бросается на шею к Никите. Мне же достаются объятия взволнованного победой нашей команды Кости. С улыбкой отвечаю на его объятия, и в этот момент мой взгляд встречается с таким же радостным взглядом Громова, на шее которого повисла блондинка. Я отвожу взгляд, не желая наблюдать за этой парочкой.

Когда суета утихает, мы спускаемся с трибуны и ждём на выходе Артёма с Майей. Появление наших героев вызывает новую волну восторга, поздравлений и аплодисментов.

– Спасибо, ребятки, так приятно, что вы приехали нас поддержать! – выражает благодарность Артём, обращаясь к новоприбывшим болельщикам. – Не ожидал вас увидеть.

– Мы бы приехали раньше, просто вовремя не сообразили прогулять пары, – оправдывается Ксюша. – Зато хорошо, что Костя сегодня на машине. Мы с Ликой встретили его в столовке и подбили отвезти нас сюда.

– Спасибо, бро, – Артём похлопывает Костю по плечу.

– Предлагаю отпраздновать вашу победу, – вклинивается в разговор Никита. – Давайте поедем к нам в гараж и там отметим это дело.

– Я только за! – расплывается в улыбке Артём. – Майя, ты как?

– Я даже не знаю… Можно, наверное, – отвечает моя подруга.

– Предложение касается всех, – говорит Никита, обводя взглядом присутствующих и на секунду его зелёные глаза встречаются с моими. – Так что, кто едет?

– Никусь, ты же поедешь? – спрашивает меня Майя, пока мы идём к парковке.

– Если ты хочешь, то поеду, – отвечаю я, переводя взгляд на Ксюшу. Меня не особо прельщает возможность провести вечер в одной компании с ней, но и Майю оставлять одну тоже не хочется. – Только ненадолго, – добавляю после паузы.

– Супер, – комментируют Костя с Майей одновременно.

– Отлично, значит, все едут, – радуется Артём. – Только, стоп, давайте решим, как едем, а то нас сюда привезли автобусом.

– Ник, ты, на байке, – размышляет вслух Костя, задерживая взгляд на шлеме в руках Громова. – На машине только я, в неё поместится пять человек, а нас семеро.

– Не вижу проблемы, – улыбается Ксюша. – Я поеду с Никитой на мотоцикле. А все остальные сядут к тебе в машину. Ник, ты же не против?

– Даже не знаю… – мнётся Никита.

– Ниииик, ну пожалуйста! – умоляет блондиночка. – Я знаю, что ты никого на нём не катаешь, но можно же разочек изменить своим правилам… Я так давно мечтала прокатиться на мотоцикле!

Хм, значит, он любит ездить один, и точно не собирается рассказывать друзьям, что подвозил сегодня меня.

– Ну ладно… – отвечает он.

– Класс! Класс! Класс! – радуется Ксюша.

– А спросить разрешение у старшего брата ты не хочешь? – строго осведомляется Артём.

– Тёмочка, я уже взрослая девочка и без тебя могу принимать решения, – язвительно отвечает девушка, а затем добавляет более мягким тоном. – Тем более, Ник будет аккуратно ехать. Разве ты не доверяешь своему другу?

На это Артёму нечего возразить, и ему приходится согласиться с доводами сестры.

Договариваемся встретиться в гараже и расходимся, я, Майя, Костя, Артём и Лика – к машине, а Никита с Ксюшей – к мотоциклу. К вечеру холодает, и я сквозь окно машины наблюдаю, как пассажирка Громова демонстративно сутулится и скрещивает руки на груди, намекая тем самым Никите, что ей холодно. Парень отдаёт ей свою чёрную кожаную куртку, и девушка, сияя от радости, её надевает, потом залазит на мотоцикл и, крепко обхватив парня руками вокруг корпуса, прижимается к нему всем телом. Не знаю почему, но мне становится ужасно неприятно наблюдать за этим. Отворачиваюсь от окна и начинаю копошиться в рюкзаке, ища телефон, чтобы предупредить тётю Олю, что задержусь. Майя придвигается ближе ко мне, потому что Артём решил сесть сзади рядом с ней, уступив место рядом с водителем Лике.

– Ох, и влетит же Ксюхе, если родаки узнают, что она каталась на мотоцикле, – говорит Артём.

– А как они должны об этом узнать? – интересуется Костя, проворачивая ключ в замке зажигания. – Ты же не собираешься им рассказывать?

– Не собираюсь. Но…

– Тёма, расслабься, сестра столько раз тебя прикрывала. Можешь и ты разок сделать то же самое.

– Я смотрю, у вас с Ксенией очень тёплые отношения, – отпускает сарказм Майя.

– Она моя сестра, – пожимает плечами барабанщик.

– И как это – быть братом такой вредины? – снова острит Майя.

Лика оборачивается с переднего сидения и осуждающе смотрит на мою подругу.

– Что я такого сказала? – пожимает плечами та. – Это общеизвестный факт.

– Родственников не выбирают. Я привык. Да и я тоже не подарок, – с улыбкой произносит Артём.

– Слушайте, а нам не надо заехать в супермаркет? – решаю сменить тему я. – Для празднования, наверное, не помешало бы каких-то продуктов купить.

– Не волнуйся, в нашем гараже есть холодильник с запасами, которые постоянно пополняются, – подмигивает мне блондинчик, плотнее прижимаясь к Майе, сидящей посредине.

– Артём, ты бы немного подвинулся. Как-то тесновато, – возмущается она.

– В тесноте, да не в обиде, – многозначительно улыбается парень, даже не думая двигаться с места.

Часть 47. НИКОЛЬ

Сказать по правде, когда парни говорили о своём гараже для репетиций, я представляла небольшой гараж в частном секторе, либо один из сотни однообразных гаражей на стоянке. Но Костя привозит нас в охраняемый промышленный район и останавливается возле огромных ворот кирпичного здания, которое больше напоминает часть старого завода, чем обычный гараж. Рядом с воротами припаркован мотоцикл Никиты, так что сомнений нет, мы приехали по верному адресу.

Выхожу из машины, удивлённо оглядываясь по сторонам, и теперь замечаю в воротах здания кованную металлическую дверь, выкрашенную в чёрный цвет. Артём берётся за её ручку выполненную в форме черепа и открывает дверь, галантно пропуская меня, Майю и Лику внутрь.

– Добро пожаловать! – с улыбкой говорит он.

Мы переступаем порог и тут же замираем на месте от удивления. Причин тому несколько. Одна из них – то, что прямо по центру помещения, обнявшись, стоят Никита с Ксюшей. Артём, вошедший за нами, прокашливается, обращая внимание пары на наше присутствие, и Ник тут же отстраняется от блондинки.

– Ребята, может, нам уйти? – в шутку интересуется у парочки Костя.

– Мы просто… – начинает Ник.

– Вы нас не смущаете, – самоуверенно улыбается Ксюша.

– Смотри, какая она шустрая, – шепчет мне на ухо Майя.

– Ты ж сама говорила, что между ними, наверняка, что-то есть. Так чего удивляться? – пожимаю плечами, делая вид, что меня мало волнует эта тема.

– Эй, чего вы там застряли? Проходите, – обращается к нам Ник, видя, что мы застопорились на входе.

– Девочки, рад вам представить наше скромное логово! – торжественно произносит Артём.

– Оно такое же скромное, как и ты! – поддевает его Майя, оглядывая огромный зал, больше походящий на ангар для самолёта, нежели на автомобильный гараж.

Пока все смеются над удачной шуткой моей подруги, я удивляюсь тому, насколько круто парни тут всё обустроили. Огромные ворота на входе теперь мне не кажутся такими уж большими. Они вполне пропорциональны площади помещения. Никогда бы не подумала, что за стенами такого непримечательного здания может скрываться нечто подобное. Зал оформлен в стиле лофт, и я уверенна, к нему приложил руку дизайнер. Помещение разделено на несколько зон – по центру стоит огромный коричневый кожаный диван и деревянный стол, вокруг которого разбросаны кресла-мешки. Чуть дальше, напротив дивана у стены, располагается импровизированная сцена, застеленная коврами. На ней стоят музыкальные инструменты – барабанная установка, синтезатор, нечто напоминающее диджейскую установку, разного размера музыкальные колонки, подставка с гитарами и стойка с микрофоном по центру сцены. Справа от зоны релакса (так я про себя назвала зону с диваном) расположились несколько полок с дисками и пластинками, а стена рядом с ними увешана фотками, и разнообразным мерчем с логотипами «The wild hearts». Потолок в здании достаточно высокий и по всей площади помещения с него свисают низкие лампы на шнурах разной длины, наполняя ангар мягким желтым светом. Единственная ярче освещённая зона находится слева у стены, вдоль которой практически под потолком находятся окна. Эту часть зала оборудовали под кухню, установив в ней чёрного цвета холодильник, кое-какую мебель, умывальник, кофе-машину и даже посудомойку.

– Проходите, не стесняйтесь, – подбадривает Никита по большей части меня и Майю, так как только мы с ней находимся тут впервые. – Кто что будет пить? – интересуется он, открывая холодильник.

Артём, Ксюша и Лика берут пиво, Костя тоже, но безалкогольное.

– Ещё есть кола, вода и сок. Апельсиновый, яблочный, томатный, – перечисляет Громов.

– Можно мне яблочный, спасибо, – робко отвечаю я, поражаясь ассортименту напитков.

– А мне давай такое же пиво, как у Кости, безалкогольное, – говорит Майя.

– Мой тебе совет: пей алкоголь, тогда не придётся бояться подмены, – язвит Ксюша.

– Твоего совета никто не просил, – рычит в ответ Майя.

– Девочки, прошу вас, сделайте мне подарок – не ссорьтесь, – умоляет Артём.

– Я просто хотела, как лучше, – фыркает Ксюша, пожимая плечами.

Майя закатывает глаза, а Никита достаёт из холодильника стеклянную бутылочку с соком для меня и жестяную банку с пивом для Майи.

– Угощайтесь, – подмигивает он нам, протягивая напитки.

– Ой, а есть не холодный? – спрашиваю я, как только беру бутылку в руки. Она ледяная, а у меня совсем недавно болело горло, не хотелось бы снова заболеть.

– Секундочку, – говорит Никита, закрывая холодильник.

– Как на счёт музычки? – предлагает Артём. – Майя, поможешь выбрать?

– Почему бы и нет? А то ещё врубишь какой-нить отстой, – подтрунивает она над парнем, а я улыбаюсь от того, что не смотря на все колкости в адрес барабанщика, подруга однозначно ему симпатизирует.

Артём направляется в сторону музыкального центра, Майя следует за ним. Ксюша, Лика и Костя занимают места на диване и в креслах, а я остаюсь наедине с лидером этой тусовки. Он достаёт из одного из шкафчиков пакетированный сок, взбалтывает его и наливает в стакан. Я бы и сама справилась, но ладно, раз уж он решил проявить инициативу…

– Спасибо, – благодарю я и тянусь к стакану. Но Никита ещё не забрал свою руку, и наши пальцы случайно соприкасаются. По моему телу, будто проходит разряд электрического тока, а кожу в том месте, где Ник до меня дотронулся, начинает приятно покалывать. Секунду мы смотрим друг на друга, а затем из динамиков раздаётся голос Артёма.

– Ребятки, как на счёт того, чтоб заказать пиццу?! – выкрикивает он в микрофон, возвращая меня к реальности. Никита убирает руку от стакана, и я коротко улыбнувшись, разворачиваюсь и направляюсь к дивану.

Присутствующие встречают идею Артёма согласными возгласами, и барабанщик продолжает вещать:

– Пока я буду делать заказ, вас будет развлекать ди-джей Майя! Майя, врубай музон! – командует он.

Майя жмёт "плэй" и ангар наполняется музыкой. Я успеваю отметить, что над акустикой тут тоже неплохо поработали.

Пока мы ждём пиццу, к микрофону подходит Никита.

– Друзья, минутку внимания, – обращается он ко всем. – Давайте поднимем наши, хмм, бокалы, – улыбается, глядя на бутылку с колой в своей руке, – за двух присутствующих здесь людей. Майя, Тёма, подойдите ко мне.

Майя, присевшая рядом со мной на диван всего минуту назад, пожимает плечами, поднимается и идёт к Никите. А её место занимает Костя.

– Ребятки, сегодня вы отстояли честь нашего университета! – продолжает говорить в микрофон Громов, когда Артём с Майей оказываются рядом с ним. – Ни для кого не секрет, что я терпеть не могу наш универ, но, тем не менее, я горд, что мы не остались в лузерах! И всё это благодаря вам! Так держать!

Ник обнимает друга, пожимает руку Майе, потом чокается с ними бутылками и делает глоток колы. Мы аплодируем победителям и тоже чокаемся.

– Как ты? Тебе тут нравится? – спрашивает Костя.

– Тут прикольно, – отвечаю я. – Никогда раньше не была в подобных местах.

– Пойдём, кое-что покажу, – предлагает парень, поднимаясь с дивана и протягивая мне руку, чтоб помочь встать.

Мы направляемся к стене с фотографиями. Они в хаотичном порядке прикреплены кнопками к большой прямоугольной доске из пробкового дерева. Фотографий так много, что просто глаза разбегаются. На них запечатлены парни во время концертов и не только. Есть фотки со знаменитостями, и даже несколько детских фотографий. Мой взгляд невольно останавливается на одном из снимков. Его автор подловил момент во время концерта, – Никита голый по пояс стоит посреди сцены, и чуть наклонившись вперёд к микрофону, который держит двумя руками, поёт. Каждая мышца его тела напряжена и блестит от пота, подчёркивая рельеф красивого мужского тела. А татуировки, покрывающие руки, часть груди и низ живота, придают образу парня какой-то дерзкий, первобытный шарм. Быстро отвожу глаза, пока Костя не заметил, на что я пялюсь.

– Так много фотографий! – продолжаю рассматривать коллаж.

– Посмотри на эту, – Костя указывает на снимок по центру. – Это первый концерт нашей группы. После него я понял, что лучше мне быть менеджером.

– Но на фотке ты с гитарой, – удивляюсь я.

– Ага, пробовал играть. Это было моё первое и последнее выступление, во время которого оказалось, что у меня жуткая боязнь сцены. После этого концерта я сказал парням: "Лучше вам подыскать другого бас-гитариста!". Так в "The wild hearts" появился Жека. Сразу же и звучание стало лучше… Так что быть участником рок-группы – классный опыт, но это не моё.

Я поворачиваю лицо к Косте, разглядывая его, как всегда элегантный внешний вид.

– Кость, только не обижайся. Но мне тоже кажется, что это не твоё, – говорю мягко, стараясь не обидеть.

Он удивлённо приподнимает брови, задавая немой вопрос "почему?".

– Как же лучше объяснить? – начинаю я. – Ты такой воспитанный, добрый… Короче, не похож на рок-музыканта. Они обычно безбашенные и агрессивные, как и их музыка. А ты, скорее, напоминаешь исполнителя романтической лирики.

– Спасибо, что ты такого хорошего мнения обо мне, – смеётся парень. – Но вот что я тебе скажу по поводу рок-музыкантов: не думала ли ты, что они куда более романтичные, тонко чувствующие натуры, чем остальные?

Приходит моя очередь удивляться, и я с недоверием смотрю на Костю.

– Ты судишь по музыке, – продолжает он. – Тебе кажется, что музыка агрессивна, поэтому те, кто её исполняют – такие же. Но не задумывалась ли ты над тем, что эти ребята настолько романтичны и ранимы, что им хочется кричать о своих чувствах, о своей боли? Они слишком остро и ярко умеют чувствовать… Потому и музыка такой получается.

– Я никогда не смотрела на этот вопрос под таким углом… – растерянно отвечаю я. – Это интересная теория.

– Это не теория, это правда. Так что не стоит судить о книге по обложке, – многозначительно подмигивает мне Костя.

Неловко улыбаюсь в ответ и продолжаю разглядывать фото.

– Это что, вы с Никитой? – не сдержав улыбки, спрашиваю, указывая на фотографию размером десять на пятнадцать. На ней два мальчика подростка сидят в комнате на кровати. У одного из них гитара в руках, а второй завороженно наблюдает за другом. Видно, что фото не постановочное и было сделано незаметно для мальчишек.

Костя кивает в ответ на мой вопрос.

– Какие же вы маленькие и смешные! – смеюсь я.

– Эй, нам тут по 13! Не такие уж и маленькие, – отшучивается парень. – Это у меня дома. Мама тихонько зашла и сфотографировала нас. Ник с раннего детства увлекался музыкой, сам научился играть на гитаре. Ну а я подражал ему. Правда, нормального гитариста из меня так и не вышло.

– Значит, вы с Никитой дружите с детства?

– Ага, при том с раннего. Наши родители когда-то тоже дружили.

– И как же ты столько лет уживаешься с таким импульсивным другом? – улыбаюсь я.

– Ну, он не всегда был таким. Да и я не был раньше таким занудой, как сейчас, – пожимает плечами Костя.

– Что?! Ты совсем не зануда! – возмущаюсь я. – С тобой очень интересно и ты хороший человек!

– Спасибо, – парень немного расслабляется.

– А почему ты сказал, что родители когда-то дружили? Уже не дружат?

– Ну… Просто, у Никиты родители расстались, а чуть позже умер мой папа.

– Сочувствую… – неловко мямлю я.

– Да ничего. Этого стоило ожидать. Он был алкоголиком.

На этот раз я не нахожу, что ответить Косте, потому что не знаю даже, как реагировать на такую информацию. Поэтому просто сочувственно дотрагиваюсь до плеча парня.

– Но я тебе это рассказал не для того, чтоб ты меня жалела или сочувствовала, – добавляет он, – а для того, чтоб понимала, почему мы с Ником такие, какие есть и почему наша дружба такая крепкая. Да и Никите пришлось хуже. Я хотя бы потерял больного отца, а он лишился хорошей, любящей матери, хотя она жива.

Мне хочется продолжить наш разговор и задать ещё пару вопросов, но к нам присоединяется тот, о ком мы только что говорили.

– Эй, что за кислые лица? – бодрым голосом спрашивает Ник. – Я думал, мы пришли сюда веселиться. Тёма пошёл забирать пиццу, камон, хавать!

– Говорил же, что я зануда, – шепчет мне Костя, как бы высмеивая самого себя, но его реплику слышит Никита.

– Кто тут зануда? Братик, ты что ли? – негодует он. – А-ну иди сюда!

Ник хватает Костю за шею, проводя удушающий приём. Костя смеётся, начинает бороться с Никитой. Тут же, обратив внимание на суматоху, подтягиваются Ксюша с Ликой, а следом за ними и Майя.

– Ну, началось! – наигранно смеётся Ксюша, добавляя игривым тоном, – Ник, и чего ж ты не участвовал в соревнованиях с таким-то количеством тестостерона?!

– Меня сейчас стошнит от её неприкрытой лести, – шепчет мне на ухо Майя.

– Вот бы и с остальными она была такой же милой, – улыбаюсь в ответ я.

– Несбыточные мечты…

– Ребятки, пицца прибыла! – раздаётся голос Артёма.

Закрыв дверь ногой, парень направляется к зоне релакса, держа в руках пять огромных коробок. Кладёт их на стол, открывает одну, и ангар наполняется ароматом свежей горячей пиццы. Костя с Никитой сразу же прекращают свою возню, и спешат к столу, зазывая нас следовать за ними. Мы с Майей занимаем дальние от Ксюши с её подругой места на диване, а парни усаживаются в кресла-мешки. Перекусив и подняв ещё несколько тостов за наших победителей, мы все, как ленивые тюлени, просто релаксируем и болтаем ни о чём. В основном говорит Артём, в красках описывая перипетии сегодняшних соревнований. Ксюша отправляется к холодильнику за очередной порцией пива для себя и Лики, а когда возвращается, то не спешит садиться на место, а стоя делает несколько глотков из бутылки, без особого интереса выслушивая очередную тираду своего брата, и, дождавшись момента, когда тот сделает паузу, берёт внимание на себя.

– Тёма, мы уже всё поняли. Вы – крутые. Но вам не кажется, что раз уж мы собрались тут такой большой компанией, то можно было бы как-то интересней проводить время, чем просто болтать? – девушка наблюдает за реакцией присутствующих на её слова, а затем останавливает взгляд на Никите. – Ник, – сладким мурлыкающим голосом тянет она, – как на счёт того, чтоб сыграть нам на гитаре?

– Пожалуйста, пожалуйста, сыграй, – щебечет в поддержку Ксении её подружка.

Громов, по всей видимости, привык к подобным просьбам, он потирает рукой подбородок, будто раздумывает соглашаться или нет. Затем уголки его пухлых губ приподнимаются в улыбке.

– Вы хотите, чтоб я просто сыграл, или спел? – ухмыляется он.

В этот момент я уже сама готова поддержать настырную блондинку и выкрикнуть «спел!», потому что мне вдруг чего-то очень захотелось услышать, как он поёт. Но я сдерживаю себя, и лишь мои глаза выдают заинтересованность и надежду, что рокер не откажет. Он перехватывает мой взгляд, считывая немую просьбу.

– Если ты в форме, то, конечно же спой, – упрашивает Ксения.

– Ты же знаешь, что я всегда в форме, – ухмыляется Ник, встаёт со своего кресла и направляется к импровизированной сцене, в то время как блондиночка визжит от радости. Как же она меня раздражает! Интересно, это всё потому, что она мерзко со мной поступила, облив колой в туалете, или есть другие причины?