Текст книги "Никогда не говори "Никогда" (СИ)"
Автор книги: Ирина Гранч
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 32 страниц)
Часть 37. НИКИТА
Я, Ника, Майя и Костя, вышедший нас провести, направляемся к моей машине. Мы с другом идём чуть позади, и я имею возможность наблюдать, как Ника, кутаясь от холода в свой тонкий шелковый пиджак, неровной походкой шагает по тротуару. Благо, рядом есть Майя, которая берёт подругу под руку, помогая той безопасно добраться до места назначения. Я открываю двери бэхи, и мы с другом помогаем девчонкам забраться на заднее сиденье.
– Ник, проследи, чтоб они добрались до квартиры, – просит Костя.
– Это только ради тебя, – изображая равнодушие, отвечаю я.
Костян останавливается, с упрёком глядя на меня.
– Шуток не понимаешь? Кто я, по-твоему? – возмущаюсь в ответ на его взгляд. – Что ж я оставлю пьяных девочек ночью одних посреди улицы?
– Ну, мало ли. После всего…
– Костян, харэ мне об этом напоминать. Замяли тему, ок?
– Ладно. Отпишись мне потом, – просит Костя и машет Нике, наблюдающей за нами через окно, «пока».
– Костенька, пока! – доносится её голос сквозь закрытую дверь машины.
Друг широко улыбается, подмигивает девчонке и спешит вернуться назад в клуб. Я стараюсь не обращать внимания на то, как Ника провожает его взглядом. Обхожу тачку, запрыгиваю на водительское сидение и, заводя мотор, поглядываю в зеркало заднего вида.
– Замёрзла? – спрашиваю у Ники, наблюдая, как та всё ещё кутается в пиджак.
– Немного.
– Сейчас врублю печку.
Ставлю обогрев на максималку и выезжаю с парковки.
– Куда вас везти?
– Ко мне, – отзывается Майя. – Я буду подсказывать, как ехать.
– Окей, только ничего не напутай.
– Я не настолько пьяна.
– Странно, что твоя подруга так быстро опьянела.
– Просто у неё в этом деле совсем нет опыта, – оправдывает подружку Майя.
– И я не вижу в этом ничего плохого! – вступает в диалог та самая подружка, пытаясь максимально чётко выговаривать каждое слово, чем только больше подчёркивает высокую степень своего опьянения. – Хорошо, что я ночую у тебя, – уже не так чётко говорит она Майе. – Тёть Оля бы не обрадовалась, увидев меня в таком состоянии. Ой, блин, я же обещала ей написать! – достаёт телефон и сосредоточенно набирает текст.
***
Артём, Ксюша и Лика едут в машине. Парень – за рулём, а его сестра с подругой сидят сзади.
– Вот и хорошо, что ты их не повёз. Они большие девочки, сами могут о себе позаботиться и уехать домой на такси, – комментирует сложившуюся в клубе ситуацию Ксюша.
– Ксю, ты думаешь, я был бы сейчас спокоен, если бы они должны были ехать на такси? А я спокоен. И всё потому, что домой девочек отвезёт Никита, – отвечает брат, повергая сестру в состояние шока.
– Что?! Но он же…
– Мы же не могли оставить Костю одного с этим всем разбираться. Он чувствует свою вину, это же он не заметил подмену коктейлей.
Ксюша с Ликой незаметно переглядываются, в то время как парень следит за дорогой.
– Так что, считай, сестричка, ты сегодня тоже выбрала меня вместо парня своей мечты! – усмехается Артём, а его сестра становится пунцовой от злости. – Думала, я ничего не замечаю?
– Ах, ты ж! – выплёвывает Ксения, готовая вцепиться брату в глотку.
НИКИТА
Квартира Майи находится в том же районе, что и наш универ. Ночью киевские дороги пустые, так что по моим подсчётам нам остаётся ехать не больше пятнадцати минут. В машине стало тепло, и девочек ещё больше расслабило, особенно Нику. Она прилегла на колени к Майе, и та играет с её волосами.
– О, это так приятно, – почти мурлычет Николь. – Помню, как мама в детстве так делала, когда я не могла уснуть. Это так успокаивает. Наверное, в прошлой жизни я была кошкой.
Сначала мне хочется отпустить едкую шутку на этот счёт, но глядя через зеркало на умиротворённое выражение лица девчонки, решаю не портить момент и не нарушать хрупкую идиллию.
– А мне очень нравится массаж ступней, – развивает тему, начатую подругой, Майя. – Хотя мне его делали уж точно намного реже, чем твоя мама гладила тебе волосы. Мне мама массажировала ноги после травм, когда я восстанавливалась.
Николь тихо смеётся, и я тоже не могу сдержать улыбку.
– Обязательно расскажу Тёме о твоей любви к массажу ступней, – подначиваю брюнетку.
Майя готовится ответить, но Ника её перебивает, обращаясь ко мне.
– Ник, а что было для тебя самым приятным из того, что делала в твоём детстве мама?
Этот вопрос застаёт меня врасплох, и, по привычке, первым делом, мне хочется огрызнуться. Но я понимаю, что в вопросе девчонки нет ничего плохого. Она же не в курсе моей ситуации, так что нет смысла на неё сердиться. Выдержав небольшую паузу, я всё-таки решаю ответить.
– Мне нравилось, когда мама читала мне сказки перед сном. У неё был очень нежный, успокаивающий голос… – задумчивым тоном озвучиваю свои воспоминания я.
– Ой, а почему был? Её больше нет? Прости, что спросила об этом, – тушуется Ника.
– Нет, всё нормально, – улыбаюсь, изображая равнодушие. – Она жива и здорова, просто бросила нас с сестрой ещё десять лет назад.
В салоне повисает неловкое молчание, и я начинаю жалеть, что так разоткровенничался.
– Это так грустно, – с тоской в голосе вздыхает моя собеседница. – Разве можно уйти от своих детей?
– Как видишь, можно.
– Наверное, ты поэтому бываешь таким грубым… – неожиданно выдаёт девчонка, вводя меня в состояние смятения. – Никита, я тебя прощаю, – шепчет она.
Внутри меня что-то переворачивается. Я удивлён и растроган. Серьёзно? Я растроган?! Начинаю испытывать дискомфорт. Я всегда так себя чувствую, когда не могу разобраться в чувствах и, соответственно, не знаю, как себя вести. Поэтому сейчас делаю единственное, что кажется правильным – молчу. Девочки тоже молчат. А спустя пару пять раздаётся тихий голос Майи.
– Да уж, Никусю, видно, серьёзно вставило. Она уснула.
Я притормаживаю на светофоре и оглядываюсь через плечо. Ника, сняв туфли и поджав коленки к груди, мирно посапывает, лёжа на коленях у Майи. Какая же она Мышка? Она сейчас скорее напоминает маленького котёнка, свернувшегося клубочком на огромных чёрных сидениях моей машины.
Спустя ещё минут пять, мы прибываем к месту жительства Майи.
– И что будем с ней делать? – спрашиваю брюнетку, указывая на её сладко дрыхнущую подругу.
– Попробую разбудить. Никуся, вставай, мы приехали, – легонько треплет её за плечо, на что та лишь сонно улыбается, видимо, успев глубоко погрузиться в небытие.
– Мам, я ещё минутку посплю… – мямлит она сквозь сон.
– Кажется, это безнадёжно, – прыскает Майя.
– Значит, придётся нести на руках, – вздыхаю я.
– Ты что? Я её не дотащу!
– Это сделаю я, – закатываю глаза, смеясь про себя над нелепым предположением Майи, будто это ей придётся тащить подругу.
– А… – удивлённо выдавливает она.
– Не спать же ей всю ночь в моей машине, – пожимаю плечами, делая вид, будто вынужден предлагать подобное, дабы не осложнять себе жизнь. Хотя, взяв на руки эту крошку и ощутив тепло её тела, я понимаю, что именно после этого в моей жизни прибавится сложностей.
Николь обхватывает руками мою шею и кладёт голову на плечо, отчего мне приходится нервно стиснуть зубы. Она такая маленькая и хрупкая, что кажется, будто я несу на руках ребёнка. Наши тела разделяет плотная ткань моей чёрной котоновой рубашки (её тонкий шелковый пиджак не в счёт), но, могу поклясться, что я чувствую грудью тихое биение её сердца.
Пока мы втроём поднимаемся на восьмой этаж в тесном лифте, я наслаждаюсь приятным ароматом волос моей живой ноши. Они так близко к моему лицу и пахнут, как и она сама, нежностью. Не знаю, как иначе можно назвать этот запах. Лёгкое дыхание девушки щекочет мне шею, и моё тело покрывается мурашками, реагируя на слишком близкий контакт. Так что, когда лифт наконец останавливается, и его двери открываются, я еле сдерживаюсь, чтобы не вылететь из него пулей. Майя замечает моё смятение, но трактует его по-своему. Она считает, что мне неприятно держать Николь на руках, поэтому старается как можно быстрее открыть дверь жилища и впустить нас вовнутрь.
– Неси её сюда, – шепотом командует хозяйка квартиры, раскладывая диван и положив на него подушку. Я подхожу ближе и наклоняюсь, чтоб уложить Нику. Но девочка не спешит отпускать мою шею, поэтому мне приходится стать коленями на диван, иначе мы можем вместе упасть.
– Мам, полежи немножко со мной… – хнычет малышка сквозь сон.
Майя еле сдерживает смех, глядя на моё растерянное выражение лица. Я умоляюще смотрю на неё, прося о помощи, но та поднимает руки вверх в жесте «разбирайся сам» и уходит заниматься своими делами. Решила поиздеваться надо мной? Совсем не смешно. Я всё ещё держу Нику, которая по прежнему даже не думает меня отпускать. Когда мои мышцы сводит спазм от нахождения в неудобном положении, я принимаю свою судьбу и опускаюсь на диван рядом с девчонкой. Она утыкается носом мне в грудь, не спеша выпускать из своих объятий. Уже и не вспомню, был ли в моей жизни хоть один случай, когда девушка так сладко и мирно спала рядом со мной. Обычно я не даю девчонкам спать, мы занимаемся более интересными вещами. А если кто-то из них и остаётся у меня до утра, то я ночую на диване.
Сегодня слишком много нового и непривычного для меня. Ещё вчера я ненавидел эту назойливую малявку, а сегодня… Что сегодня? Мне нужно поскорее уйти, чтоб попытаться переварить всё это. Пытаюсь снять с себя тонкие женские руки, но они не хотят отпускать. Вспоминаю рассказ Ники о том, что ей нравится, когда мама гладит её волосы, и, дождавшись момента, когда Майя выходит на кухню, аккуратно дотрагиваюсь то шелковистых локонов спящей красавицы. Мягко провожу по ним рукой, а потом кончиками пальцев нежно поглаживаю её голову. Николь моментально расслабляется, проваливаясь в более крепкий сон.
По правде сказать, моё желание сбежать отсюда улетучивается с каждой секундой, но я собираю всю свою волю в кулак, и снимаю со своей шеи обмякшие женские руки. Аккуратно встаю с дивана.
– Расскажешь кому-нибудь об этом, убью! – предупреждаю Майю, возникшую в дверном проёме.
Та только смеётся в ответ и провожает меня до двери.
– Спасибо, что помог. Спокойной ночи.
– Ага, и вам того же, – хмыкаю я на выходе и направляюсь к ступенькам, намереваясь спуститься пешком.
***
Оказавшись наконец-то в стенах своей квартиры, я быстро снимаю одежду и отправляюсь в ванную комнату. Врубаю душ и окунаюсь под горячие струи воды. Ну и ночка… Я абсолютно трезв, но чувствую себя бухим. Мне необходимо срочно прийти в себя. Переключаю смеситель на холодную воду, наслаждаясь лёгкой болью от колющих мою кожу ледяных капель. Терапия контрастным душем отлично отвлекает от мыслей о девчонке, думать о которой ещё вчера не входило в мои планы.
Покинув душ, понимаю, что всё ещё не достаточно расслаблен. Плетусь на кухню, чтобы достать бокал и бутылку виски, припрятанного в кухонном шкафчике, выполняющем функцию бара. Наливаю себе треть бокала и залпом его осушаю, ощущая, как янтарная жидкость жжёт нёбо и согревает гортань. С чувством выполненного долга иду в спальню и валюсь на кровать, ожидая, когда алкоголь подействует. Спустя минут пять он берёт надо мной верх, затягивая в тягучие объятия беспокойного сна.
Мне снится, что я сижу за стойкой бара в клубе, отдалённо напоминающем «Индиго». Тут душно и полно народу. Гремит музыка, и повсюду танцуют люди – рядом со мной, на барных стойках, на танцполе. Лишь я один сижу неподвижно, пытаясь отгородиться от всей этой суеты. Внезапно агрессивные басы сменяются нежной, плавной мелодией, и в эту же секунду клуб становится пустым. Оглядываюсь по сторонам, пытаясь понять, что происходит. Мой взгляд привлекает луч софита одиноко направленный в центр танцпола. Присматриваюсь и замечаю там красивый женский силуэт. Девушка танцует, стоя спиной ко мне. Издалека мне сложно разглядеть, как она выглядит, но её плавные, пластичные движения до боли знакомы. Встаю со стула, намереваясь приблизиться к одинокой танцовщице. Оказываюсь рядом с ней и замечаю, что у девушки красивые длинные русые волосы, волнами спадающие на плечи. Не вижу её лица, но точно знаю, что она красива. Незнакомка игриво извивается в танце, будто приглашая меня к ней прикоснуться. Я подчиняюсь этому зову, и кладу руки ей на талию, прижимая девушку спиной к своей груди. Она такая маленькая и такая хрупкая, как Дюймовочка. Дюймовочка… Кажется, недавно я уже кого-то так называл… Двигаюсь с девушкой в одном ритме, мы сливаемся в этом медленном танце, который становится для меня настоящей пыткой. Не могу больше терпеть, хочу её поцеловать. Чуток отстраняюсь, чтоб развернуть красавицу к себе лицом, точно зная, кого перед собой увижу.
– Николь… – зову её я.
Но как только та поворачивается, с досадой обнаруживаю перед собой не русоволосую Нику, а платиновую блондинку с каре. Передо мной стоит Ксюша и злорадно улыбается.
Часть 38. НИКОЛЬ
Просыпаюсь от ужасной головной боли, не сразу соображая, где нахожусь. Но потом замечаю Майю, спящую рядом со мной валетом, и сознание прочищается. Откидываю покрывало, понимая, что спала в одежде. Пытаюсь припомнить, как мы вообще добрались до квартиры, но воспоминания обрываются на поездке в машине Громова. Виски сдавливает от боли, и я тру переносицу, чтобы избавиться от этого ужасного ощущения. Во рту пересохло так, будто провела ночь в пустыне. Понимаю, что это последствия от выпитого мной спиртного. Но неужели его в моём коктейле было так много? Или похмелье является неотъемлемым атрибутом любого употребления алкоголя вне зависимости от его количества? Своего опыта в этих делах у меня нет, так что остаётся лишь гадать. Пытаюсь встать с постели, но голову снова пронзает боль. Однозначно, я ничего не теряла, не пробуя раньше спиртных напитков, и, как мне сейчас кажется, нескоро захочу это делать снова.
Собравшись с силами, наконец-то встаю с кровати, а точнее, с неё сползаю, и, став на ноги, чуть не теряю равновесие от головокружения. Блин, только бы не упасть! Мне просто необходимо добраться до туалета, иначе мой мочевой пузырь взорвётся! Вообще, у меня отличный вестибулярный аппарат, и с координацией движений тоже всё в порядке, поэтому моё теперешнее состояние слегка пугает. Но я собираю всю свою волю в кулак, и аккуратными шагами, согнувшись так, чтобы в случае падения расстояние между моей головой и полом было минимальным, успешно добираюсь до заветной комнаты. Хорошо, что у Майи в квартире санузел соединён с ванной комнатой, это позволяет мне, не делая лишних движений, воспользоваться душем. Задёргиваю шторку, присаживаясь на дно ванной, так как стоять не в силах, и наслаждаюсь тем, как горячие струи воды омывают мои тело и голову. Спустя минут пять мне становится легче, и я даже обретаю способность встать на ноги и выпрямиться во весь рост. Сквозь шум льющейся воды, слышу доносящийся из-за двери голос подруги:
– Ник, ты давно встала?!
– Только что, – кричу ей в ответ, отключая душ. – Майя, какое полотенце можно взять?
– Бери зелёное, оно чистое, – выкрикивает та.
Заматываюсь в полотенце и принимаюсь чистить зубы, радуясь, что позаботилась заранее о том, чтоб захватить с собой в гости зубную щётку.
Через полчаса мы с хозяйкой квартиры усаживаемся на кухне пить кофе. Майя дала мне таблетку от головной боли, и теперь я жду, что с минуты на минуту моё состояние улучшится.
– Боже, почему же мне так нехорошо? – стону я.
– Никуся, это называется похмелье, – сочувствующе улыбается подруга.
– Теперь я ни капли не сожалею, что не попробовала спиртное ещё раньше. Тем более, мне и без него весело.
– Да, алкоголь – это зло. Но было забавно наблюдать за тобой пьяненькой. Прямо раскрепостилась и разговорилась…
– И что же я такого говорила?
– Типа ты сама не помнишь.
– Смотря, какие разговоры ты имеешь в виду, – напрягаюсь я, боясь услышать, что могла вчера невольно опозориться.
– Я имею в виду разговоры в машине Громова о том, что ты была в прошлой жизни кошкой, и что любишь, чтоб тебе гладили волосы.
– Блин, как же стыдно! – вспыхиваю, вспоминая, при каких обстоятельствах это было мной сказано.
– Да ладно, мы все немного пооткровенничали. Даже Ник.
– Я, кажется, помню… Он что-то говорил о своей маме.
– Ага. Она их бросила, – грустно добавляет Майя. – И, кстати, ты его простила. Это ты тоже помнишь?
– Честно говоря, смутно, – задумчиво тяну я, осознавая, что моему великодушию нет предела. – Я что, уснула в машине?
Майя кивает, делая глоток горячего кофе.
– А почему я не помню, как мы шли в квартиру?
– Потому что ты продолжала спать, а Ник нёс тебя на руках. И ты дважды называла его во сне мамой, – прыскает подруга, а у меня округляются глаза.
– О, Боже! Какой позор! – закрываю лицо руками.
– Да ладно тебе. Всё нормально. Не думаю, что Ник воспользуется этим, чтобы тебя унизить.
– Надеюсь. Но всё равно мне ужасно неловко. Никита – последний человек на Земле, на руках у которого я хотела бы находиться.
– Хм, а с виду и не скажешь. Вчера тебе было очень даже удобно у него на руках, – Майя уже откровенно хохочет.
– Ты надо мной издеваешься, да?! – вскипаю я, но та лишь ещё громче смеётся. – Я ж тебя сейчас!
Голова в ту же секунду прекращает болеть, и я тянусь к подруге, чтоб её ущипнуть, но та оказывается проворнее, она вскакивает со стула, продолжая меня дразнить. Я тоже встаю, и мы начинаем гонять по квартире, – я за Майей, а она – от меня. Понимая, что в нынешнем состоянии поймать подругу мне не светит, хватаю с дивана подушку и целюсь в противницу.
– Детка, надеюсь, ты помнишь, что имеешь дело с местной чемпионкой по боям без правил?! – предупреждает Майя, но не успевает договорить, потому что моя подушка находит цель, угодив ей прямо в голову.
– Ах, ты ж! – смеётся подруга, одновременно злясь на себя, что не успела уклониться. Она хватает эту же подушку и запускает в меня.
Вдоволь надурачившись, мы всё-таки допиваем свой остывший кофе и устраиваемся на диване, листая в смартфонах ленты новостей.
– Как-то давно ничего интересного не было в университетском чате, – удивляется Майя.
– Вот и, слава Богу! – отвечаю я.
– Наконец-то люди успокоились и взялись за учёбу… Кстати, ты есть в Инсте?
– Есть, но я не особо активна и страница у меня закрытая.
– Опа! Посмотри, кого мне тут Инстаграм предлагает лайкнуть, – неожиданно восклицает подруга и придвигается ближе, поворачивая ко мне экран своего телефона. Передо мной селфи Ксюши. На фотке она сидит в машине на пассажирском сидении, а рядом с ней, на месте водителя, просматривается знакомый силуэт парня. Это Никита, и он одет в ту же одежду, что и вчера, как, впрочем, и главная героиня фотографии, что наводит на мысль о том, что снимок был сделан тоже вчера.
– Что эта мымра забыла у Громова в машине? – удивляется Майя.
– Эта мымра – сестра Артёма, а Ник – его друг. Наверное, он вчера подвозил Ксюшу в клуб. Что тут странного?
– Ничего странного, если не считать подпись к фотке: "Иногда жизнь преподносит нам неожиданные сюрпризы", – читает вслух Майя, копируя высокомерную манеру разговора блондинки. – Это она Никиту имеет в виду что ли?
– Наверное, – пожимаю плечами. – Мне кажется, они подходят друг другу.
– Серьёзно?! Потому что мне кажется, что эта пергидрольная блонда с её стервозным характером не подходит никому!
– Но Громов тоже не подарок…
– Согласна. Но ты посмотри на его друзей, – они достаточно адекватные люди. Чего не скажешь о подругах Ксюшки. А, как говорится, скажи мне, кто твой друг и я скажу тебе, кто ты.
– Выходит, что я – очень хороший человек, – смеюсь, имея в виду то, что мне повезло с подругами.
– Именно! – улыбается в ответ Майя, поняв мой намёк.
В этот момент телефон у меня в руках начинает звонить, и теперь уже я поворачиваю его экраном к подруге, чтоб показать, кто хочет выйти со мной на связь. Я приятно удивлена, поэтому расплываюсь в широкой улыбке.
– Привет, Костя! – отвечаю на звонок, включая громкую связь.
– Привет! Как твои дела? Ты у Майи? – интересуется собеседник.
– Да, она у меня, – отвечает вместо меня Майя.
– Я включила громкую связь. Ты же не против?
– Нет, конечно! Девочки, как вы себя чувствуете?
– Спасибо, уже замечательно, – улыбаюсь я.
– Нике было не очень хорошо сегодня, – вклинивается Майя.
– Девочки, простите меня! Честно, я сожалею, что так вышло, – извиняется парень.
– Кость, не парься, – успокаиваю его я. – Ничего страшного. В следующий раз мы будем внимательнее. Хотя, стоп. В следующий раз я уже буду в «Индиго» на работе, так что пить коктейли точно не стану.
– А я стану, – снова вставляет свои пять копеек подруга.
– Девочки, я вам как раз поэтому и звоню. Приглашаю вас завтра часика в три в кафе на кофе. Хочу загладить свою вину.
– Я за! – радостно улыбаюсь я, предвкушая то, как мы можем весело провести время.
– Ребятки, я бы с радостью, но у меня завтра тренировка, а потом нужно успеть купить кое-что в квартиру… – оправдывается Майя.
– Жаль. Может, тогда в другой день? – предлагает Костя.
– У меня есть идея получше. Идите с Никой вдвоём, а меня потом в клубе угостишь коктейлем.
– Ну, если Ника не против… Николь, ты не против? – осторожно интересуется парень.
– Я не против, если ты не против, – смеюсь я.
– Так что, тогда до завтра?
– А ты сегодня работаешь?
– Да. Хотите сегодня снова прийти в клуб?
– Нет! Я сегодня точно пас! Просто волнуюсь, успеешь ли ты завтра выспаться.
– Не волнуйся, я всё успею.
– Хорошо. Тогда до завтра!
– До завтра, – в голосе Кости слышу улыбку.
– Пока! – отвечаем мы с Майей в один голос.
– Правда же, он милый? – говорю я подруге, как только нажимаю «отбой».
– Не люблю это слово, – морщится она.
– Ну, хорошо. Правда же, он приятный парень? Такой обходительный, заботливый…
– И симпатичный, – заговорщически улыбается Майя.
– Ага, – тяну до ушей улыбку.
– Ты что, втюрилась в Костю?
– Чего сразу втюрилась? Просто он мне нравится, хороший парень.
– На правах подруги, хочу напомнить, что ты приехала в Киев учиться, – подтрунивает надо мной брюнетка.
– Я об этом и не забывала. Кстати, спасибо, что напомнила, пора мне уже домой, конспекты сами себя не прочитают.
– Ты же не обиделась? – приподнимает бровь подруга.
– Смеёшься? С чего мне обижаться? Просто ты права – нельзя расслаблять булки! Мне следует помнить, зачем я здесь!
***
Вернувшись домой, я около двух часов просиживаю над конспектами, а потом ещё час трачу на то, чтоб подготовить доклад на тему «Теория потребительского поведения и спроса». И теперь, после проделанной мной работы, имею полное право расслабиться, чем именно и занимаюсь, традиционно распивая на кухне с тётей заваренный ею чай, и поедая домашнее овсяное печенье. Мы делимся впечатлениями о том, как каждая из нас провела вчерашний вечер.
– Так что завтра я снова иду на свидание с Федей, ой, то есть, с Фёдором Ивановичем, – заканчивает свой рассказ тётя Оля, изрядно краснея.
– Ничего себе! Вот это вы шустрые! – удивляюсь динамике развития личной жизни родственницы.
– Дорогая моя, в нашем возрасте нет времени на то, чтобы тянуть резину.
– Тёть Олечка, я всё понимаю и очень рада за вас! Просто мне немного неловко. Как мне себя вести с Фёдором Ивановичем, если вдруг встречу его в универе? Делать вид, что я ничего не знаю?
– Веди себя, как обычно, уважительно. Вот и всё. Ты же у нас воспитанная девочка, – тётя приглаживает рукой мои волосы. Я улыбаюсь ей в ответ, откусывая кусочек печенья, и мысленно рисуя картинку нашей встречи с Фёдором Ивановичем в коридоре университета.
– А меня вчера помирили с Никитой, – решаю пооткровенничать.
– Да ты что?! И он теперь лучше себя ведёт?
– Ну, ещё рано об этом говорить. Поживём, увидим, – вздыхаю, делая паузу, а потом продолжаю. – Но зато я теперь понимаю, от чего Громов такой нервный.
– И от чего же?
– Помните старый детский мультик "Простоквашино"?
– Как его можно не помнить?
– Так вот там был почтальон Печкин, и он был вредным. А потом признался, что это всё потому, что у него велосипеда не было.
– А при чём тут Никита? У него что, тоже велосипеда нет? – улыбается тётя, недоверчиво прищуриваясь, видимо, не представляя, как это мальчик мажор может быть чем-то обделён.
– Нет, хуже… У него нет мамы. Вернее, она есть, просто давно бросила семью.
– О, Боже!
– И теперь я понимаю, почему он так рассердился, когда я недавно сказала, что мама ничему его не научила.
– Николь… – осуждающе смотрит на меня тётя Оля.
– Да, я знаю, это мой косяк. Но я же не нарочно. Я же не знала! А если бы знала, то никогда нарочно не стала бы давить на больное место.
– Думаю, он тоже это понимает. Ну, ничего, главное, что вы помирились и, надеюсь, больше никому из вас двоих не придётся бывать в кабинете Фёдора Ивановича. Хотя, детка, ты видишь, всё происходит к лучшему. Благодаря вашим разборкам, я завтра иду на свидание, – на лице женщины снова появляется улыбка. Люблю её за эту лёгкость характера. Тётя Оля старается не держать в себе негативные эмоции дольше пяти минут. Может быть, этой чертой характера я пошла в неё? Недаром же мы родственники.
– Вы мне смотрите, если Вам надоест наш ректор, я не собираюсь снова устраивать разборки только ради того, чтобы Вас снова с кем-то познакомить, – отшучиваюсь я.
Мы дружно смеёмся, но обе прекрасно знаем, что после смерти мужа, тётя Оля впервые так сблизилась с мужчиной, и далось ей это совсем непросто. Именно поэтому моя радость тётиному счастью перевешивает смущение от того, что её избранником является наш ректор.
***
На следующий день я, хорошенько выспавшись и ещё раз перечитав для успокоения совести конспекты, собираюсь на встречу с Костей. Расчёсываю волосы, стоя перед зеркалом в своей комнате. Не могу решить, что делать с причёской – распустить волосы, или собрать, а, может, заплести в косу? Признаюсь честно, я немного волнуюсь, ведь мы с Костей будем только вдвоём. И хотя парень позвал меня просто выпить кофе, чтоб извиниться за пятничное происшествие, мне не хотелось бы упасть в грязь лицом. Внешний вид Кости всегда идеален, и я хочу ему соответствовать, но при этом не выглядеть так, будто потратила целую вечность на наведение красоты. В своём гардеробе я выбрала светлые джинсы мом, надев под них облегающее боди пудрового цвета. Сентябрь радует последними тёплыми солнечными деньками, так что вместо куртки я решила набросить свободный светло-бежевый свитер-кардиган без пуговиц. Над макияжем тоже слегка поработала – накрасила ресницы тёмно-коричневой тушью, а на губы и щёки, следуя советам популярной блогерши с YouTube, нанесла тинт ягодного оттенка, придав тем самым своему лицу здоровый свежий вид. Остался последний штрих – причёска. Решаю, что без совета тёти не обойтись, поэтому отправляюсь к ней в комнату.
– Тёть Олечка, посоветуйте, как лучше: волосы собрать или распустить? – спрашиваю с порога.
– Смотря, куда ты собираешься, – отвечает та, доставая из шкафа вешалки с платьями.
– Меня Костя пригласил в кафе.
– Ишь ты. Это та, которая планировала не отвлекаться от учёбы.
– Мы просто друзья. Он звал нас с Майей, но у неё сегодня тренировка, поэтому я иду одна.
– Ну, раз друзья, значит, собирай волосы в хвост. А вот у меня, в отличие от тебя, свидание. Поэтому я волосы распущу! – дразнится тётя, провоцируя меня на улыбку.
– Ну, простите, что я не такая шустрая, как Вы!
– Детка, в твоём возрасте нужно смаковать каждый миг. Это у нас, старичков, уже нет времени на это всё.
– Рассмешили! Тоже мне старушка нашлась! Да Вас же по дороге на свидание может украсть какой-нибудь другой кавалер!
– Не украдёт, потому что Федор Иванович за мной заедет прямо под подъезд!
– Ишь ты! Ещё и мажорного кавалера нашла!
– Нечего завидовать! Кстати, может, тебя нужно куда-то подвезти? Я могу попросить Федю.
– Нет уж, я как-нибудь сама доберусь. Мне будет слишком неловко с вами двумя в одной машине.
– Ну, как хочешь. Только всё равно держи меня в курсе, где ты. И не гуляй допоздна.
– Договорились. Хотя мне что-то подсказывает, что Вы вернётесь домой намного позже меня.
Помогаю тёте выбрать наряд, собираю волосы в высокий небрежный хвост, и выбегаю из дома, предвкушая приятное времяпровождение в компании парня, которому симпатизирую.
