Текст книги "Аделина, мать бастарда (СИ)"

Автор книги: Ирина Богословская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 8 страниц)

Глава 12

Госпожа Дэлия Рэнгвальд не пошла ни в какие модные лавки. Она, как сумасшедшая, неслась к дому, где находилась контора детектива Кросса.

Пулей влетев в его кабинет, она закричала:

– Кросс, вы обманщик! Где ваше обещание молчать ⁈

В кабинете кроме его хозяина находились еще два человека, на которых разъяренная фурия не обращала никакого внимания.

Кросс сделал им знак, и они быстро вышли из помещения.

– Уважаемая, что случилось? Что вы так кричите?

– Как что случилось? Вы обещали мне молчать по поводу портрета, который я заказывала через ваше посредничество, это должен был быть один маленький портрет – миниатюра и все! Слышите, все! Никаких копий и так далее! А сегодня, когда мы с мужем пришли в Академию на выставку, что я там увидела?

– Что? – спросил заинтригованный Кросс.

– Огромный портрет этой особы в нарядной одежде и драгоценностях. Откуда этот портрет? Откуда такие наряды? И кто художник? И я догадываюсь кто! Этот тот же мазила, которому вы поручили написать миниатюру!

– Ну во-первых не мазила, – обиделся за своего племянника Кросс, – миниатюра вам понравилась, вы остались довольны.

– Я сейчас не о миниатюре говорю. Откуда на выставке портрет этой Стар? Ваш художник написал его и выставил на всеобщее обозрение. А мы с вами говорили о молчании господин детектив! Это значит, что портрет должен был быть в одном экземпляре и про него никто ничего не должен был знать.

– Про то, что вы заказывали миниатюру не знает никто. Художнику ее заказывал я в одном экземпляре. А портрет… так видимо, он так впечатлился дамой, что написал портрет и выставил его в Академии. Ну что я могу поделать. Мальчик талантлив и влюбчив.

– Я сейчас вас задушу Кросс! Прекратите нести чушь! Вы прекрасно понимаете, о чем я говорю. Быстро едем в Академию, вы находите там этого вашего влюбчивого мальчика и требуете, чтобы он немедленно убрал портрет из экспозиции.

Кросс ни слова ни говоря открыл дверь кабинета, пропустил вперед даму и вышел вслед за ней. На улице они поймали фиакр и отправились в Академию искусств.

В холле уже не было такого количества посетителей, поскольку торжественная часть закончилась, никто не встречал вновь прибывших гостей.

Кросс и Дэлия поднялись на второй этаж, вошли в зал и Дэлия с удивлением увидела вместо картины, висевшей здесь всего час назад, голую стену.

– Ну, госпожа, где же портрет? – Насмешливо спросил Кросс.

– Клянусь, он здесь был совсем недавно – растеряно ответила женщина.

– Ладно, подождите немного я выясню куда он делся – буркнул Кросс и стал оглядывать зал.

Недалеко от входа сидел пожилой смотритель. Кросс подошел к нему и спросил, где можно найти художников, выставлявших сегодня свои картины.

– Некоторые из них здесь или в зале на первом этаже, беседуют с посетителями, а некоторые в буфете – ответил смотритель.

– Этот щенок, скорее всего в буфете – подумал Кросс и не ошибся.

В помещении буфета, рядом с большими окнами, наполовину прикрытыми кремовыми шторами – маркизами, стояли два сдвинутых сервированных столика. За ними сидела группа молодых ребят, старшекурсников художественного колледжа. Они отмечали свой первый коммерческий успех – продажу картин на выставке.

Племянник Кросса Сэм, стоял в центре с бокалом шампанского в руках и принимал поздравления от своих однокашников. Его картина была продана по очень хорошей цене и разгоряченный вином парень, видимо, испытывал самые счастливые мгновения своей жизни.

Кросс подошел поближе и поманил племянника указательным пальцем. Сэм увидев его удивился:

– Дядя, вот не ожидал! Вы пришли на выставку посмотреть наши картины! А я уже продал свою. Да вы ее видели – это портрет той красивой молодой дамы, которую мы с вами встретили на… – Сэм осекся, увидев выражение лица дяди. Он поставил бокал на стол и подошел к Кроссу. Дядя сделал ему знак следовать за ним, отвел его в угол буфета и спросил:

– Отвечай Сэм, зачем ты выставил портрет здесь в Академии? У тебя, что других картин нет? Я же тебя предупреждал, что ты должен молчать. Я детектив, ко мне обращаются люди с деликатными поручениями, я за тридцать лет никого ни разу не подвел. А теперь, ты почти поставил крест на моей репутации. Если я лишусь клиентов, кто вас с матерью будет кормить? Кто будет платить за твое обучение? Отвечай щенок!

– Дядя, но это моя лучшая работа! Мне дали за не кучу денег, и еще ко мне обратились люди, которые хотят, чтобы я написал портреты их жен и дочерей в том же стиле, что и портрет незнакомки. Я наконец – то буду зарабатывать.

– Будешь зарабатывать и тратить на гулянки. Я тебя знаю. Кто купил портрет?

– Мужчина инкогнито. Ко мне подошел агент, который перепродает картины и оформил продажу. Но мужчину я тоже видел, он сидел ко мне спиной и спрашивал где и когда я видел эту женщину.

Я сказал что случайно встретил ее на улице в городишке Грейтаун. Она произвела на меня такое впечатление, что я сразу сделал несколько набросков а потом написал ее портрет.

Про вас и про миниатюру я ему ничего не сказал, не беспокойтесь. Он еще спросил с кем она была, я сказал, что с маленьким сыном, они покупали игрушки. Он подробно расспросил про мальчика. Я ответил, что мальчик как мальчик, лет трех наверное. Вот и все.

– Где деньги, полученные за картину?

– Вот – Сэм протянул дяде увесистый мешочек с деньгами – только я уже немного потратил на шампанское, мы с ребятами в складчину заказали столик, здесь очень дорогой буфет, только для богатых людей.

– Ладно, вот тебе еще пара монет, а это я отнесу твоей матери, чтобы убрала подальше, а еще лучше положу их на счет в банке, получишь, когда тебе исполнится двадцать один год.

– А сейчас я как…

– Так же как и раньше. Мы с сестрой будем платить за учебу. Ну а на развлечения, или как ты говоришь «холсты и краски» – сам заработаешь. У тебя же теперь есть заказчики.

Дядя повернулся к парню спиной и вернулся в зал, где его ждала нервная госпожа.

– Портрет куплен, уважаемая.

– Кем?

– Человеком, пожелавшим остаться инкогнито. Сделка осуществлялась через агента. Если хотите я могу узнать точно, кто этот незнакомец.

– Не надо, я догадываюсь кто это.

Дэлия резко отвернулась от детектива и пошла к выходу.

Кросс, остался стоять на месте, потом медленно пошел по залу, разглядывая картины.

– Хм, щенок, конечно виноват. Но с другой стороны, портрет помог ему сделать старт в карьере. И если он не будет лениться из него выйдет толк. Надо за этим проследить.

Тут он вспомнил про какие – то наряды и драгоценности, которые нарисовал художник на портрете. Что за чушь? Когда они встретили Аделину на ярмарке, она была в простом сером платье и соломенной шляпе. Никаких драгоценностей на ней не было.

Он стал вспоминать портрет, который он видел у Сэма в мастерской и миниатюру. И вспомнил. Да, была разница. На миниатюре на женщине было что-то серое невзрачное, а на портрете яркое платье. Он опять спустился в буфет и позвал Сэма.

– Ответь мне племянничек еще на один вопрос: зачем ты на портрете нарисовал красивое платье и драгоценности? Ведь дама была весьма скромно одета, когда мы с тобой ее видели.

– Понимаете дядя, я сразу понял, что она дама благородных кровей, и писать ее потрет в старом сером платье мне не хотелось. Он бы не получился таким удачным, скромный наряд диссонировал бы с ее статью и достоинством.

Поэтому я принял решение написать ее в образе богатой и знатной дамы, что невероятно подходит к ней. Нас так учили в колледже – художник должен передать не только портретное сходство, но и раскрыть суть человека, его личность.

Кросс, выслушал племянника, улыбнулся и дал ему еще несколько монет.

– Сегодня веселись, а завтра давай делом занимайся. Эти деньги тебе не на гулянки, а на материалы. Раз у тебя теперь есть заказчики, купи все, что нужно для работы. Я вижу у тебя есть талант, не трать время попусту, учись и работай.

– Спасибо дядя, я вам очень благодарен.

– Ладно, иди к друзьям.

Кросс вышел на улицу в хорошем настроении. Его радовал успех юноши. Своих детей у него не было, и хотя он часто ругал парня, они с женой любили племянника, как собственного сына.

Глава 13

Дэлия вышла на улицу, прошла несколько метров пешком, потом наняв фиакр приехала в особняк Рэнгвальдов. Рона не было дома. Пользуясь этим, она обыскала его кабинет, спальню, библиотеку, гостиную – нигде не было злосчастного портрета этой нищенки.

Но Дэлия не сомневалась, что Рон купил его, она хотела найти картину и уничтожить.

–'-

Вернувшись в Академию Рон Рэнгвальд, нашел там своего агента, через которого покупал картины и дал ему задание: во что бы то ни стало приобрести портрет дамы в малиновом, висевший в зале на втором этаже здания. Агент выяснил кто художник, оговорил с ним цену и оформил покупку.

Рону не терпелось самому поговорить с автором портрета своей любимой и узнать, где и когда он видел эту женщину и кто заказал ему портрет. Причем Рону не хотелось, чтобы молодой человек узнал его. Он был хорошо известен в художественной среде, так как часто покупал картины. Поэтому разговаривал сидя спиной к собеседнику.

Молодого живописца звали Сэм Гордон, он сообщил Рону о случайной встрече с Аделиной на ярмарке в маленьком городе Грейтауне. Рон несколько раз уточнил дату, когда Сэм видел ее. Оказалось, что совсем недавно. Сэм рассказал, как он случайно наступил ей на подол платья, и какое она произвела на него впечатление. Юноша был так вдохновлен красотой и благородством незнакомки, что приехав домой тут же взялся за ее портрет.

Рон спросил про наряд и драгоценности. Правда ли они были на женщине? Сэм честно сознался, как все это сам придумал и изобразил. На самом деле девушка была в простом платье и соломенной шляпке. Так же он рассказал, что она была с ребенком приблизительно трех лет.

Рон поблагодарил художника за рассказ и пожелал ему успехов в творчестве. Затем решил, что делать с портретом и где его спрятать, чтобы никто его не нашел до тех пор, пока Рон не узнает всю правду об Аделине.

Завернутый в плотную бумагу холст Рон загрузил в карету и отправился прочь из города. Он решил спрятать портрет возлюбленной в Снежном замке. Он полагал, что там давно никто из его семьи не был. И не рассчитывал, что слуги приготовят покои для господ.

Но к его удивлению комнаты были убраны и натоплены. Болтливая служанка Глэдис рассказала ему, что госпожа Дэлия Рэнгвальд не раз уже приезжала в замок и возможно еще приедет, поэтому они всегда готовы к ее визиту. Рон спросил, с какой целью госпожа бывала здесь, ему она о своих поездках не говорила.

– Один раз она ждала здесь господина Криспи, а другой раз куда – то ездила верхом на лошади и отсутствовала почти целый день.

– Кто такой Криспи?

– Владелец нескольких домов в Грейтауне, вы наверное знаете, ваше высочество, про небольшой городок неподалеку. Криспи сдает дома в аренду, тем и живет.

– А куда она ездила во второй раз?

– Не знаю ваше высочество, но я думаю…

– Что ты думаешь Глэдис?

– Я догадываюсь, что госпожа Делия…

– Что, Глэдис, продолжай, пожалуйста.

– Хорошо, только прошу вас не говорите ничего госпоже Дэлии, ведь может быть я ошибаюсь.

– Хорошо, обещаю, я ей не скажу. Так куда она ездила?

– Она спрашивала про страшного мага Барра! – сделав большие глаза сказала служанка.

– Вы слышали про такого ваше высочество? Это страшный и злобный маг. Про него такое говорят!!!

– Да, я слышал про него… задумчиво сказал Рон. Но возможно она не к нему ездила?

Глэдис молчала, поглядывая на Рона.

– У тебя есть еще какие-то сведения? Скажи мне.

– Только под честное слово вашего высочества. Дайте мне слово самое честное – пречестное что вы не выдадите меня госпоже Дэлии.

– Честное-пречестное, Глэдис – не выдам.

– Она была у Барра. Моя родственница живет в деревне рядом с лесом, где стоит избушка Барра. Ее сын, за небольшие деньги, провожает в чащу желающих навестить колдуна. Она мне говорила, что приезжала какая-то странная дама верхом на лошади, вся закутанная в черное, сын провожал ее к Барру.

И они там видно что-то не поделили, она выскочила со двора как ошпаренная, бегом бежала через лес в деревню. Там вскочила на свою лошадь и мигом умчалась. Так вот это была госпожа Дэлия. Я сама подавала ей этот старый черный плащ, который уже давно никто не носит. Она завернулась в него, низко накинула капюшон, чтобы не было видно лица, села на лошадь и ускакала.

– Благодарю тебя, Глэдис. Возьми вот это, и обещаю, что ничего не скажу госпоже Делии.

Рон вынул из кармана несколько серебряных монет и отдал служанке. Взяв деньги Глэдис сделала реверанс и вышла из зала.

А Рон остался сидеть за огромным рыцарским столом в полной задумчивости. Теперь он знал, что его возлюбленная жива. И он очень опасался, что ей грозит опасность именно со стороны Делии Элистер, называющейся его женой, согласно документам, оформленным в мэрии.

Глава 14

– Мама, он купил ее портрет на выставке. Представляешь нищенка попалась на глаза какому то молодому идиоту, вообразившему себя художником и он написал ее портрет.

Видела бы ты эту мазню! На картине она стоит вся увешанная драгоценностями, в дорогом платье. Можно подумать она когда – нибудь все это носила. И где только взяла такие вещи? Я предполагаю драгоценности – это фальшивка, а платье куплено у старьевщика на распродаже.

– Конечно дочка, откуда ей взять. Их семья как жила в нищете так и до сих пор живет.

– Мама, ты не представляешь как я ее ненавижу. Как подумаю, что Рон где-то в укромном месте любуется на этот мерзкий портрет, так задыхаюсь от злости. Скорее бы заговор начал действовать. А если этот Барр меня обманул?

– Дэлия, какой заговор, какой Барр? Этот страшный маг что ли? Ты к нему ездила? Отвечай!

– Да, я заказала темный обряд и заплатила за это кучу денег.

– Что ты наделала Дэлия! Не надо было к нему ездить. Я боюсь за тебя.

– Не бойся мама. Я все равно своего добьюсь! Какие муки я испытывала, когда видела их вдвоем на улицах города, на балах, в гостях. А ведь это я его первая заметила.

На том самом приеме, где они познакомились. Он стоял рядом с другими молодыми людьми – герцогами и принцами крови. И был самый красивый из них, самый высокий и самый родовитый. Я в ту же минуту захотела выйти за него замуж.

И, о чудо – он направился в нашу сторону. Я была на сто процентов уверена, что он подойдет ко мне и пригласит меня на танец. Ведь это я была самая нарядная, самая красивая и одна из самых богатых девушек в этом зале. Но он подошел к нищенке в ее, так называемом, «элегантном» платье и пригласил ее.

После танца она познакомила меня с ним, он только холодно кивнул мне и весь вечер увивался за этой…

Как я ее возненавидела! А ведь мы были подругами. И я притворялась, что мы и остаемся ими. Но что творилось в моей душе! Я видела как он на нее смотрел. Как брал за руку, оказывал знаки внимания… Как я хотела быть на ее месте.

– Бедная девочка! Почему ты ничего не сказала мне?

– А что говорить, чем ты могла бы мне помочь тогда? Я решила сама бороться за свое счастье. Мне повезло в том, что Хьюго Мортон и королева высказались против брака Рона с нищенкой.

Разумные люди, не то что Элоиза и ее муженек Дональд. Те были согласны на брак. Высокое происхождение нищенки ударило им в нос. И тогда я все рассказала папе.

– Как это? Все рассказала отцу… а мне не доверяешь что – ли?

– Доверяю мама, но ты бы начала охать и ахать. А папа сразу понял, что надо делать и мы с ним составили план. Я запугала нищенку гневом королевы и Хьюго, и предложила ей бежать. Она послушалась меня, только сбежала на день раньше, чем я планировала. Если бы она села в карету, которую ей предлагала я, то ее давно бы не было… и никто не помешал бы нашему с Роном счастью.

– Дэлия не пугай меня. Что ты хотела сделать с Аделиной?

– Ну вот, я же говорила, что ты начнешь охать и ахать… Больше ничего тебе не скажу.

Спасибо папе, что он умеет хорошо управляться с финансами и Рону пришлось жениться на мне. Я добилась своего. Она пропала, я думала, что навсегда. Но нет! Объявилась… И пусть не думает, что вернет себе Рона. У нее это не получится.

– ' —

Господин Кэрри, поверенный герцогини Элоизы Рэнгвальд, двигался бодрым шагом в сомнительный район столицы, где располагались игорные дома, рестораны, гостиницы с плохой репутацией и заведения, где работали дамы легкого поведения. Там же можно было снять недорого квартиру или комнату, если съемщика не смущало такое соседство.

В один из таких домов и держал свой путь господин Кэрри. Он подошел к трехэтажному дому, покрашенному голубой краской, облупившейся во многих местах. Вошел в темный вонючий коридор и стал рассматривать номера квартир. Найдя нужную постучал.

Дверь открыл плотный неопрятный мужчина лет пятидесяти.

– Вы господин Батиста Горсэм?

– Да, что вам нужно? – с тревогой в голосе спросил мужчина.

– Не волнуйтесь господин Горсэм, ничего особенного. Я пришел спросить вас, не давали ли вы года три назад, рекомендации одному молодому человеку по имени Тони Гор?

– А вам зачем?

– У директора банка к нему вопросы, и если вы не хотите общаться со мной, то мистер Томсон будет вынужден обратиться в полицию.

– Что он такого натворил?

– Можно я пройду господин Горсэм. Неудобно разговаривать на пороге.

– Проходите – недружелюбно ответил Горсэм.

Кэрри вошел в маленькую темную прихожую, затем в гостиную обставленную старой грязной мебелью. Хозяин пригласил его сесть за стол, предварительно сдвинув в сторону пустые бутылки из под вина.

Поверенный вынул из папки рекомендательное письмо и показал его Горсэму.

– Это вы писали?

– Да, я.

– Тут написано, что Тони работал у вас на фабрике учетчиком и проявил себя с хорошей стороны. Это так?

– Так – помолчав ответил Батиста.

– А вы не знаете где его можно найти. Я бы хотел поговорить с ним.

Хозяин квартиры молчал, наклонив голову. Потом произнес:

– Что он натворил? Вы можете мне сказать? И где он?

Кэрри внимательно посмотрел на него и задал вопрос:

– Простите господин Горсэм, кем вам приходится Тони? Это ваш родственник?

– Сын. Еле слышно произнес мужчина. Я не видел его уже давно, и у меня никаких сведений о нем нет. Я даже не знаю жив ли он.

– Когда он пропал, господин Горсэм?

– Давно уже, после того как он уволился из банка, сказал мне, что хочет вернуться на нашу родину. Мы приехали сюда много лет назад из Кингана – знаете такую страну, на берегу теплого моря.

– Конечно знаю, господин Горсэм.

– Он уехал и пропал, я неоднократно писал своим тамошним родственникам, чтобы они поискали его. Но никаких сведений о нем нет.

– Сочувствую вам господин Горсэм, а сюда вы приехали, чтобы открыть свое дело? Я знаю многие жители Кингана так поступают.

– Ну да, что – то вроде того. У меня даже была своя табачная фабрика. Но потом я разорился.

– Благодарю вас за откровенность, а вы не припомните где еще работал ваш сын?

– Да в какой – то шляпной мастерской или в магазинчике. Не помню точно. Он всегда производил на дам впечатление, смазливый парень. Только он называл себя не Горсэм а Гор. Ему так больше нравилось.

– До свидания господин Горсэм. Благодарю вас.

Кэрри попрощался, вышел из квартиры и направился к площади, где его ждал фиакр.

Приехав в свою контору, он запер дверь и велел секретарю никого не пускать.

Вынув из ящика стола блокнот, аккуратно записал все, что услышал от Батисты Горсэма.

Глава 15

Прошло уже две недели со дня нашей встречи с Элоизой Рэнгвальд. Я еще не получала от нее известий. Меня это очень расстраивает. Невыносимо думать о том, что меня все считают мошенницей, обокравшей своих родителей. Но что я могу поделать? Появляться в столице опасно, я даже боюсь послать записку родителям. Очень боюсь Хьюго Мортона. Но пока все спокойно, значит Элоиза ему ничего обо мне не сказала.

Я посмотрела на часы – время готовить обед, накормить сына и уложить его спать.

Малыш сидел со мной на диване и играл в деревянные кубики, покрашенные разноцветными красками.

– Марк, поиграешь один? Мне надо приготовить еду.

– Ладно – согласился он – поиглаю один.

– Вот и хорошо, только садись на пол, в прошлый раз ты чуть не упал с дивана.

– Ладно – опять согласился мой покладистый ребенок.

Я положила на ковер несколько подушек и игрушки Марка, сняла его с дивана и усадила играть. Сама пошла на кухню. Разожгла плиту, поставила на огонь кастрюлю с водой и

занялась чисткой овощей. Трещали горящие поленья в плите, шумела в кастрюле вода, и я не услышала как открылась входная дверь. Только внезапно послышался голосок Марка:

– Мама на кухне, сюп валит.

С кем это он? Я в тревоге бросилась в комнату и не поверила своим глазам.

Посредине гостиной стоял Рон и держал на руках сына, нашего сына Марка…

Я несколько минут не могла вымолвить ни слова. Только отчаянно пыталась сообразить как он вошел в дом. Я ведь всегда запираю дверь. Но в этот раз забыла, да забыла. Марк захотел пить и я, войдя в дом, пошла на кухню за водой. Пока поила малыша забыла про дверь.

– Здравствуй Аделина – голос Рона вернул меня в реальность. Он смотрел на меня так же как когда-то давно, в той забытой благополучной жизни, где мы были молоды и беззаботны.

– Здравствуй Рон. Как ты нас нашел? Элоиза тебе сказала где я живу?

– Нет, другой человек сказал, некий Криспи, который продал тебе дом. А что, моя мать знает где ты живешь?

– Да знает. Она тебе ничего не говорила?

– Нет Аделина, ничего.

В это время на кухне послышался шум убегающего супа. Я быстро вернулась туда, чтобы снять тяжелую кастрюлю с плиты.

– Подожди, я помогу – раздался за спиной голос Рона. Он выхватил у меня из рук кухонное полотенце, снял кастрюлю и поставил ее на стол. Как будто всю жизнь на кухне возился. Не замечала таких навыков за герцогом Ронгвальдом.

– Спасибо Рон, кастрюля очень тяжелая, я всегда с ней мучаюсь.

Мы вернулись в комнату, Рон сел на диван и взял на руки Марка. Я удивилась тому, что малыш спокойно пошел к нему и не капризничал. Я всегда опасалась чужих людей, и эта тревога передалась сыну.

Мы сидели молча. Рон гладил Марка по головке и задумчиво смотрел на меня, потом произнес:

– Как я долго ждал этой встречи. И верил и не верил, что она произойдет. Но всегда ждал.

И вот наконец – то.

– А как ты жил все это время Рон? Я слышала, что ты женился. Как Дэлия?

– Это мама тебе рассказала о ней?

– Да, твоя мама.

– Расскажи мне как она тебя нашла?

– Увидела случайно, когда заехала сюда в Грейтаун. Проследила за мной, узнала как меня теперь называют и где я живу.

– Когда это было?

– Уже больше двух месяцев назад.

– Я поговорю с ней. Почему она мне ничего не сказала?

– Рон, ты наверное слышал про все эти нелепости, которые про меня болтают.

– Слышал, но мне было все равно, убежала ли ты с приказчиком, украла ли какие-то деньги. Я бы все тебе простил. Но мне сказали, что тебя больше нет. И все эти годы боль мучила мою душу. Иногда возникала надежда, что ты жива и боль становилась меньше, но потом надежда исчезала и муки начинались опять.

– Твоя мама хочет проверить все слухи обо мне и выяснить правду. Я не убегала ни с каким приказчиком, я не карала никаких денег. И я очень надеюсь, что Элоизе удастся восстановить справедливость и очистить мое имя от грязных сплетен.

– Но почему она мне ничего не сказала?

– Сначала она хотела узнать правду.

В это время Марк начал хныкать и тереть кулачком глаза.

– Он хочет спать, подожди я уложу его.

– Я хочу сам уложить спать своего сына – ответил Рон. Я и так столько лет был лишен радости общения с собственным ребенком.

– Рон! Я не говорила тебе, что это твой сын.

– Аделина, а тебе не надо ничего говорить. Если ты войдешь в спальню моей матери, то увидишь там мой детский портрет – и все станет ясно. Я как только увидел Марка ни на минуту не сомневался, что это мой сын.

Он ласково взял малыша на руки и прошел за мной в спальню. Мы вместе переодели ребенка и уложили его в кроватку. А сами склонились над ней и смотрели как он засыпает. Потом Рон обнял меня и уткнулся лицом мне в шею. Не знаю сколько времени мы так стояли, только я вспомнила, что надо готовить обед. Марк проснется, надо будет его покормить.

Я пошла на кухню, продолжать свои хозяйственные хлопоты, Рон мне помогал.

– Мне нравится в этом доме – сказал он. Так живут простые люди, без прислуги и камердинеров. Все делают сами.

– Этот дом мне подарила Элоиза. Передала деньги, когда узнала, что мне предложили съехать.

– Мама? Она удивляет меня все больше и больше.

– Да, она тоже как и ты, сразу поняла, что Марк твой сын. И с казала, что не может допустить, чтобы нас с ним выкинули на улицу.

– А теперь Рон ответь мне, как получилось, что ты женился на Дэлии? Ты влюбился в нее?

– Нет. Я никогда никого не любил кроме тебя.

– Тогда что тебя толкнуло на этот брак? Я понимаю, ты не знал, что я жива и рано или поздно должен был создать семью. Но почему именно Дэлия? Насколько я помню, она тебе не нравилась.

– Это финансовый вопрос дорогая. Отец запутался в долгах. А отец Дэлии пообещал ему помощь, но с одним условием, что я женюсь на его дочери. И я бы никогда не согласился, но однажды вечером отец пришел в мою комнату и просто встал на колени.

Он говорил, что очень виноват, в том, что пустил финансовые дела на самотек. Но у него просто нет выхода, если я не женюсь на Дэлии, ему придется отвечать в суде за растрату.

Это позор для всего нашего рода, тем более, мы являемся родственниками королевской семьи. Что бы ты сделала Аделина, если бы твой отец встал перед тобой на колени?

Я долго молчала. Слов не было. Потом обняла Рона и сказала:

– Любимый, ну почему все это с нами происходит? Чем мы провинились?

– Не знаю, моя хорошая. Я во многом себя виню. Надо было вникать в дела, не допустить финансовых провалов. Надо было отстоять перед теткой и Хьюго мое право на брак с тобой.

Единственное, что я правильно сделал – я не согласился на свадебный обряд с Дэлией. Не смог согласиться. Поставил условие, что женюсь только формально. Рафал Элистер долго сердился, но потом дал согласие и брачная сделка состоялась. Честное имя отца и репутация семьи были спасены.

– Аделина, настала твоя очередь рассказать мне почему ты исчезла? Что заставило тебя принять такое решение?

И мне пришлось все рассказать Рону, начиная с того вечера, когда Дэлия уговорила меня бежать.