Текст книги "Аделина, мать бастарда (СИ)"

Автор книги: Ирина Богословская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 8 страниц)

Аделина, мать бастарда Ирина Богословская

Глава 1

Какая невыносимая боль! Я вся покрыта холодным потом, мое тело рвется на части, боль все нарастает, спазм за спазмом, у меня уже нет сил. Я слышу скрипучий голос повитухи:

– Тужься, сильнее, еще сильнее!

Я стараюсь из всех сил, старая повитуха Ларра предупредила меня, что будут множественные разрывы, так как у меня узкий таз, а ребенок крупный. Я согласна на все, лишь бы родить здорового малыша. По форме живота и по размеру Ларра определила, что у меня будет сын, здоровый и крепкий малыш.

Перед глазами плывет низкий деревянный потолок старой лачуги, стены увешанные пучками сушеных трав. В котелке над очагом варится какая – то трава с отвратительным запахом. Он меня душит, делая мое состояние еще более невыносимым. Мне кажется я не выживу, не выдержу этой муки. Но я должна жить, жить ради него. Если меня не будет, он останется круглым сиротой и вырастет в приюте для сирот. А еще хуже если моего малыша найдут родственники его отца, тогда они просто убьют его и все. Я должна жить.

– Еще, еше немного, еще…

– Ма-ма…. ррр…

Что это? Это первый крик моего сына? Почему он напоминает рычание львенка? Тут я вспоминаю кто его отец. Ну да, как же может быть иначе. Это рык новорожденного дракона.

Откинувшись головой на подушку я вижу краем глаза как Ларра пристально смотрит на моего сына, держа его вниз животом и внимательно разглядывает его лопатки. Что с ним не так?

– От кого нагуляла девица? – спрашивает она меня.

– Ни от кого, это законный ребенок, я вдова.

– Если бы ты была вдова, то рожала бы ЭТОГО ребенка в замке, под присмотром какого – нибудь именитого доктора, а не у меня в избушке среди леса.

– Что с ним, что ты увидела?

– Ничего, лопаточки у него немного выдаются, но скоро это пройдет. Не беспокойся сынок твой крепенький дракончик.

– Никакой он не дракон, его отец обычный человек и я обычная женщина, не говори ерунды – кричу я из последних сил.

Тут Ларра кладет сыночка мне на грудь и я вся растворяюсь в нежности. Маленькое тепленькое, причмокивающее – смысл моей жизни, смысл всего, что со мной происходило и будет происходить. ОН – главное, а все остальное не имеет значения.

Потом повитуха с помощницей зашивали мое тело, приводя в порядок то, что разорвал мой сын выходя на белый свет.

Еще пару недель мы с ребенком провели в ее домике, я щедро заплатила ей и еще дала денег сверху, чтобы она никогда никому не говорила, что мой сын дракон. Надеюсь сдержит свое обещание.

Когда я окрепла и смогла передвигаться помощница Ларры проводила меня в поселок неподалеку, там я наняла экипаж и вместе с сыном уехала в маленький городишко, подальше от столицы и поселилась там.

Я сняла небольшой домик с садом, по моим расчетом денег мне должно хватить на год скромной жизни. А там надо будет искать работу или организовать свое дело. Всем, с кем я сталкивалась на новом месте, я представлялась как вдова, рассказывала, что мой муж умер незадолго до рождения ребенка. Я не могла оставаться в нашем доме из-за тяжелых воспоминаний и поэтому переехала.

У меня были документы на имя Адели Смит, тогда как на самом деле я леди Аделина Старр, дочь лорда Джеймса Старра. Наша семья очень родовитая, но бедная. Когда я еще была маленькой, каким-то странным образом наши поместья отошли к новому владельцу, приехавшему издалека богатею.

Отец получил за все загородные имения, плодородные земли и фермы, сумму во много раз меньше чем полагалось. Объяснить толком он этого не мог, говорил что подписал документы находясь под мороком. Видимо это было сильное магическое воздействие.

Он обращался к адвокатам, в суды, к сильнейшему магу в нашей местности. Но никто не смог ему помочь.

У нас остался только дом в столице и деньги от продажи, которых хватало на скромную жизнь. Тем не менее я получила хорошее образование.

Благодаря благородному происхождению меня взяли в элитную школу для девочек, которую я закончила с отличием.

Кроме этого, я могла посещать светские мероприятия – приемы и балы. Мое имя открывало мне двери богатейших домов столицы. Проблема была только в покупке нарядов. Но благодаря безупречному вкусу моей матери и умению ее портнихи, я всегда была хорошо одета без особых затрат.

На одном из балов в богатом доме я и познакомилась с Роном – отцом моего ребенка.

Он увидел меня в толпе девушек, пригласил на танец и не отходил от меня весь вечер. Потом встретил меня у ворот нашего дома и пригласил на свидание.

Я, как это принято у нас, ответила, что без разрешения родителей не могу встречаться с молодым человеком. Тогда Рон нанес визит моему отцу и попросил разрешения ухаживать за мной. Дело шло к помолвке, но произошли некие обстоятельства разрушившие все в моей жизни. В результате я вынуждена была бежать из города спасая себя и дитя, которое уже билось под сердцем.

Глава 2

И вот прошло три года как я живу в небольшом тихом городке у подножия гор. Большой тракт, ведущий в столицу, находится от нас на расстоянии двух миль, поэтому к нам редко кто заезжает. Это меня радует. Я боюсь посторонних людей, особенно жителей столицы. Если меня узнают, то…

Но к счастью столичные франты, скорее всего, не имеют понятия о существовании нашего города, а простые люди из Бестфорта, если и заезжают, то очень редко, и вряд ли кто из них знает меня в лицо.

Но тем не менее, когда на дороге появляется повозка, едущая в наш город, я прячусь в доме. Он стоит на окраине городка и дорогу мне хорошо видно как из окна, так и с крыльца дома.

Благодаря моему образованию я зарабатываю давая уроки музыки, литературы, и каллиграфии. В городке есть зажиточные семьи с детьми и мои знания пригодились.

По хозяйству мене помогает поденщица, которая приходит на несколько часов. Она же сидит с моим сыном, когда я даю уроки. Нанять служанку на весь день я себе позволить не могу. Нужно все время экономить. Но в принципе такая жизнь меня устраивает. Все бы хорошо, если бы не постоянная тревога за ребенка.

Он растет не по дням а по часам и все больше становится похож на представителя рода Рэнгвальдов, и я понимаю, что через десять, двенадцать лет он станет точной копией герцога Рона Рэнгвальда, его отца.

Что с ним будет, если он попадется на глаза его родне?

Я пытаюсь отложить хоть какие-то деньги, на случай если нам придется срочно уехать.

Поэтому я экономлю почти на всем, даже не могу купить сыну игрушку подороже, не говоря уж о нарядах для себя.

Я все время переделываю старые платья, отпарываю износившуюся тесьму, оборку или воротничок и пришиваю новый. Поскольку я даю уроки в хороших домах, то всегда стараюсь выглядеть аккуратно.

Сегодня с утра день не задался. У меня подгорел пирог, который я пекла к завтраку, и разлился кофе на плите. Пока я возилась на кухне и мыла плиту в дверь постучали. Я осторожно выглянула в окошко из которого было видно крыльцо.

Там стоял наш почтальон Томас с коричневым конвертом в руке. Я открыла дверь, почтальон вручил мне письмо и попросил расписаться в тетради, подтверждая доставку почтового отправления. Я поблагодарила его и пошла в дом, чтобы прочитать послание.

Письмо было от моего арендодателя, он сообщал, что собирается продать дом и согласно договора аренды предупреждает меня об этом за месяц. Так же он сообщал, что если я не хочу переезжать, то могу выкупить у него дом за десять золотых луидоров.

Это была непомерная сумма для меня. Даже если я потрачу все свои крохотные накопления, мне не хватит даже на десятую часть этой суммы.

Письмо выпало из рук и у меня не было даже сил поднять его. Я села на пол и заплакала.

– Мама, мама, ти плячешь? Ни плячь – залепетал мой сынок и подбежал ко мне.

– Да Марк, я немного поплачу ладно?

Я обняла его и уткнулась носом в его мягкие волосики.

– Тебя дядя почтальвон обидел? Я его стукну!

Ребенок вырвался из моих объятий и принес из детской деревянную саблю.

– Я тебя защитю!

– Нет, дядя почтальон тут ни причем, не надо его стукать, защитник ты мой.

Я вытерла слезы, встала с пола и повела ребенка завтракать.

Я должна что – то придумать. Десять луидоров мне не найти, и думать об этом нечего. Надо искать другое жилье, то, которое я смогу оплатить.

Весь месяц я искала варианты, снять дом даже самый маленький у меня не получилось. По какой – то причине в нашем городке поднялась арендная плата за жилье. Я стала рассматривать отдельные комнаты, хотя бы пару крохотных комнат – гостиную и детскую. Но все предпочитали сдавать или половину дома с несколькими большими комнатами или целый дом.

Я думала о том, чтобы взять еще учеников, но тогда мне бы пришлось платить поденщице за дополнительные часы, проведенные с моим сыном. Как говорится – овчинка не стоила выделки.

Месяц, отпущенный мне арендодателем подходил к концу. Я была в отчаянии. Единственный выход это пожить у соседей в сарае. Если бы я была одна, меня бы это не смутило, но с маленьким ребенком это невозможно.

Я сложила всю нашу небольшую поклажу в кофры, села рядом и опустила голову. Отчаяние охватило меня.

Вдруг кто-то опять постучал в дверь. Наверное это работники хозяина дома, будут меня выселять. Я подошла к двери, вздохнула и взялась за ручку. На пороге стоял сынишка хозяина местного постоялого двора.

– Здравствуйте госпожа Адель.

– Здравствуй Ян, что случилось?

– Вот возьмите, вам велели передать.

Он вынул из кармана красный бархатный кошелек и протянул его мне.

– Что это?

– Не знаю – пожал плечами мальчик.

Я внимательно рассмотрела кошелек – это был небольшой мешочек из очень нежного бархата, пахнущий лавандой. В серединке красовалась вышитая золотой нитью монограмма Э. М.

Я открыла его и мне на ладонь высыпались золотые луидоры – ровно десять монет.

– Ян! Кто дал тебе это? Ты уверен, что кошелек предназначается мне?

– Да, тетенька благоварительница передала.

– Благотворительница?

– Да точно, благотворительница – я неправильно выговорил.

– А почему мне?

– Сегодня утром она остановилась у нас на постоялом дворе покормить лошадей, и спросила у отца есть ли у нас в городе сироты или вдовы, которые нуждаются в деньгах. Она хочет сделать пожертвование. Отец знает вашу историю с домом и рассказал ей о вас. Она спросила ваше имя и попросила передать это.

– А потом?

– А потом села в карету и уехала. У нее такая красивая карета и сама тетя красивая и богатая, в шляпе с пером и бархатной накидке.

Я поблагодарила мальчика, дала ему несколько яблок из нашего сада и пошла в дом обдумать все произошедшее.

Глава 3

Первое чувство, которое я испытала была радость – вот они желанные золотые луидоры, надо срочно бежать к стряпчему оформлять сделку. Но в то же время появились и тревожные ощущения.

Кто эта женщина? Почему она передала эти деньги мне? Никто не знает где я нахожусь, Никто, даже мои родители. Я представляю как они за эти три года измучились, не зная где я, и что со мной. Я много раз подавляла в себе желание отправить им весточку, понимая, что нельзя этого делать, если за ними следят, то меня найдут в два счета.

В то же время в наших краях не редкость, когда богатые дамы, накуралесив в молодости, пытаются оправдаться перед небесами за содеянное и начинают заниматься благотворительностью. Может быть это одна из таких женщин.

Я в раздумье стояла посреди комнаты, держа в руках кошелек, пока не услышала плачь Марка, он пытался перетащить кофр с вещами из одного угла в другой, упал и заплакал. Это решило все. Я быстро нашла письмо моего арендодателя с предложением продать дом, схватила на руки ребенка и побежала в нотариальную контору.

Наш стряпчий Говард, был расположен ко мне, сочувствовал как вдове и часто помогал советом, особенно когда я искала жилье.

Выслушав меня, он отложил все дела, написал письмо арендодателю и попросил его срочно прибыть в контору.

Через полчаса в дверях появился мистер Криспи. Он был взволнован, запыхался, то и дело вытирал свое большое красное лицо носовым платком.

Говард сказал ему, что я принимаю предложение купить дом и готова сей же час расплатиться за него. Это известие Криспи не сильно обрадовало. Он еще больше напрягся, запыхтел и с удивлением спросил:

– Вы получили наследство госпожа Смит?

– Нет, эти деньги мне пожертвовали, зная о моем бедственном положении – ответила я.

– Ну…я рад за вас… господин Говард, я бы… я бы хотел… поднять немного цену за дом. Вы наверное слышали, что сейчас недвижимость очень подорожала…

– Нет господин Криспи, вы дали госпоже Смит месяц на размышления покупать ваш дом или нет. И пока этот срок не закончился, вы не имеете права поднимать цену. Так гласит закон.

До окончания срока еще полдня, госпожа Смит приняла ваше предложение во время. Вы не можете ни поднять цену, ни отказаться от продажи дома.

Криспи окончательно загрустил, опустил голову и обреченно произнес:

– Ну раз так…ладно, оформляйте сделку.

Говард быстро справился со всеми делами, оформил документы и мы с Марком радостно побежали по направлению к теперь уже к законно принадлежащему нам дому. Надежно спрятанная за корсажем купчая грела мне душу.

– " —

Семейство Рэнгвальд редко посещает принадлежащий им древний замок, стоящий на вершине горы. Хотя места вокруг него очень красивые – внизу течет извилистая речушка, заросшая с обоих берегов кустарником, далее расстилаются зелено – изумрудные поля и видна небольшая деревенька с маленькими желтыми домиками, покрытыми красной черепицей.

Но замок находится далеко от столицы, от светской жизни, да и охотничьих угодий здесь нет. Так что герцогам бывать здесь нет резона.

Но сегодня вечером в одном из окон появился свет, видимо зажгли свечи. А это значит, что кто-то из хозяев все-таки приехал в Снежный замок. В зимние месяцы иногда шел снег, он покрывал крыши башенок замка, поэтому его так и называли – Снежный.

По дорожке к замку ехала повозка, в которой восседал тучный мужчина, в его руке то и дело мелькал белый носовой платок, мужчина постоянно вытирал им лицо.

Повозка въехала в ворота и остановилась у входа. Мужчина кряхтя слез и направился внутрь.

В зале, обставленном старой мебелью, видимо еще оставшейся с рыцарских времен, его ждала женщина в темно – зеленом бархатном платье расшитом золотой тесьмой.

На голове у нее была черная шляпка с вуалью, наполовину прикрывавшей лицо. Из под шляпы на плечи спускались тщательно завитые белокурые волосы. Женщина была неспокойна. Она стояла у огромного дубового стола и нервно стучала ногтем по спинке массивного стула.

– Как же вы долго, Криспи! Я вся извелась. Докладывайте. Вы выселили ее из дома?

– Ммм… нет, уважаемая госпожа. Я не смог этого сделать…

– Как так не смогли! Что вам помешало?

– Она нашла деньги, чтобы заплатить за дом.

– Не может быть! Десять луидоров! Откуда у этой нищенки такие деньги?

– Она сказала, что это пожертвование, кто-то узнал о ее бедственном положении и дал ей денег.

– Кто? Кто это сделал? Отвечайте!!!

– Не знаю уважаемая госпожа, я не… я не догадался спросить, да возможно она бы и не ответила…

Толстяк Криспи трясся от волнения и страха, пот лил по его пухлому лицу рекой, платок уже не спасал. Бедолага стоял низко опустив голову, боясь взглянуть на разгневанную собеседницу.

– Идиот, за что я вам только плачу! Почему вы не подняли цену за дом, назвали бы сумму в двадцать луидоров, вряд ли у нее они бы нашлись.

– Я пытался, но этот стряпчий Говард, сказал, что по закону я не имею на это права, пока не прошел месяц со дня, как она получила мое письмо о продаже дома. Я даже не имею права отказаться от сделки. Такие законы в нашем государстве уважаемая госпожа, что я могу поделать! Она вовремя нашла деньги. Еще полдня и я выполнил бы ваше задание.

– Пошел вон! – громко крикнула женщина – видеть тебя не могу!

Криспи быстро поклонился ей, пулей вылетел из замка, сел в свою повозку, ткнул в спину кучера и скрипучий драндулет помчался прочь.

Оставшись одна, женщина начала ходить туда – сюда по залу, периодически сжимая в кулаки свои руки унизанные золотыми перстнями.

– Что делать? Что же мне делать! Я должна избавиться от нее навсегда, от нее и ее ублюдка!

Немного подумав, она схватил колокольчик и позвонила. На пороге появилась девушка в белом переднике и низко поклонилась.

– Слушаю вас госпожа.

– Садись.

– Куда садиться госпожа?

– За стол! Что за идиоты меня окружают, сначала один, потом другая.

Служанка отодвинула стул и покорно присела на краешек. Хозяйка села напротив.

– Гледис, – сказала она уже более спокойным тоном – мне нужны услуги очень сильного мага. Не знаешь ли ты кого в округе?

– Поблизости нет, но если ехать от нашей деревни на север, вдоль речки, где-то в двадцати милях начинается лес, почти не проходимая чаща. Там живет очень сильный маг, его зовут Барр.

Рядом с лесом есть деревня и местные знают как пройти к нему. Могут отвести за небольшие деньги. Но только госпожа, я бы не советовала вам с ним связываться, про него такие страхи рассказывают, кровь в жилах стынет – прошептала служанка.

– Связываться мне с ним или нет это не твое дело, на вот возьми, и никому не говори о чем я тебя спрашивала.

Женщина кинула служанке мелкую монету, та спрятала ее в карман и вышла из зала.

– Ну что же дорогая Аделина, не получилось лишить тебя жилья, получится лишить чего либо другого, гораздо более важного – злобно прошипела блондинка – ты сгинешь и Рон никогда не узнает где ты, не увидит тебя, а вскоре забудет совсем.

Глава 4

На город надвигалась гроза, темные тучи закрывали небо, где-то вдалеке гремел гром. В комнате стало темно и неуютно. Однако, высокий молодой человек, стоявший у окна, не торопился зажечь свечи. Он пристально смотрел на едва видневшуюся крышу особняка, находящегося на соседней улице.

Трехэтажный дом, покрытый штукатуркой кремового цвета, когда-то выглядел очень богато и респектабельно. Но сейчас сильно обтрепался, штукатурка кое-где облупилась, колонны у входа давно не белили и они стали серого цвета, разрушались каменные ступени крыльца.

Конечно, всего этого мужчина не мог видеть из своего окна, но он очень хорошо знал этот дом, знал как он выглядит и что с ним происходит. Сколько раз он стоял у ворот дома, поджидая свою возлюбленную. Сколько раз сердце его радостно екало, когда она выходила к нему навстречу.

Он помнит, какие чувства испытывал, когда брал ее за руку, помнит ее узкие ладони и длинные пальцы. А момент их первого поцелуя не забудет никогда.

Куда все это делось? Где она сейчас? Ему сказали, что ее больше нет. Он долго горевал, потом сделал вид, что смирился, чтобы успокоить своих родственников. Но в глубине души нет-нет да появлялась надежда, что она жива, она где-то рядом и они скоро увидятся. В задумчивости мужчина что-то написал на запотевшем стекле и забыл стереть.

Послышался шум открывающейся двери и в комнату вошла молодая блондинка в ярком желто – зеленом платье.

– Что у нее за пристрастие к зеленому цвету, да еще такому ядовитому – подумал мужчина. Он с детства занимался живописью и был придирчив к цвету и форме, так как имел хороший художественный вкус.

– Дорогой, уже стемнело, почему ты не прикажешь зажечь свечи?

Блондинка позвонила в колокольчик, в комнату вошел слуга, она указала ему рукой на канделябры, и вскоре комнату озарил теплый вечерний свет.

Женщина подошла к стоящему у окна мужчине и обняла его. Он вымученно улыбнулся ей. Она посмотрела в окно и заметила на стекле заглавную букву «А».

– Рон, дорогой! Опять ты мучаешь себя воспоминаниями? Ну сколько можно! Да, она погибла, а перед этим сбежала от тебя и натворила кучу всяких дел, опозорив свою семью. Обещай мне, что прекратишь о ней думать.

– Нет дорогая, этого я обещать тебе не могу – твердо сказал мужчина и вышел из комнаты.

Блондинка, нецензурно выругалась, и с о злостью стерла написанное на стекле, чуть не разбив окно.

– ' —

Мой дом! Теперь у меня есть свой дом! И никто не пришлет мне письмо с указанием освободить его. Я хозяйка!

Первые дни после покупки дома, я просто летала, испытывая эйфорию от этих мыслей. Потом бурные чувства поутихли и жизнь продолжалась своим чередом.

Конечно, учитывая мои обстоятельства, я понимала что возможно мне придется внезапно покинуть город и опять бежать и прятаться. Но пока все спокойно. Теперь мне не надо платить за аренду, к тому же, Говард сказал, что я как вдова с малолетним ребенком, до его совершеннолетия освобождена от оплаты налога. Так, что теперь я смогу немного больше откладывать на черный день, да и куплю что-нибудь малышу на радостях.

В воскресенье в центре города открылась ярмарка. Мы с Марком пришли туда с утра, накатались на каруселях, купили разноцветных леденцов и отправились вдоль рядов с различными изделиями выбирать ребенку игрушку.

Ему понравилась деревянная лошадка, серая в яблоках, запряженная в красного цвета карету, расписанную золотыми и серебряными красками. Игрушка была дорогая, но я решилась на покупку. Отпразнуем таким образом приобретение дома.

– ' —

– Мама! Мама! Он опять думает о ней, пишет на стекле ее инициалы. Ты не представляешь как я зла! И как мне тяжело сдерживаться. Я столько времени старалась быть милой, нежной, понимающей. Но я больше не могу. Злоба душит меня!

– Доченька, ну я же говорила тебе, зачем с ним связываться. С твоим приданым найти жениха было легче легкого, не менее богатого и знатного.

– Нет, мне нужен только он, я люблю его и не оставлю. Он все равно женится на мне по всем правилам, с совершением обряда. Я заставлю его это сделать!

– Конечно женится, но со временем, потерпи. Никто не знает, что ваш брак не настоящий, а лишь зарегистрированный в мэрии. Все думают, что ты его законная жена и над вами совершен брачный обряд.

– Я и так уже терплю три года. Сколько можно. Я бы, конечно еще подождала, но эта змея, его мать, она ненавидит меня. А если узнает, что нищенка жива – то я вылечу с треском из их дома.

– Не вылетишь, не беспокойся. Твой отец позаботился о том, чтобы старший Рэнгвальд зависел от нашего капитала.

– Да что там капитал если мы не принадлежим к их драконовской знати. Мне не раз давали понять это на балах и приемах. Если бы его мать не была кузиной самой королевы, то возможно незнатное происхождение сошло бы мне с рук. Вот нищенка, ходила в обносках, но из – за знатности ее рода родители Рона были согласны на их свадьбу. Вот если бы папа еще лет двадцать назад купил дворянство… тогда…

– Он купил поместья и земли, причем очень не дорого. И благодаря этому ты и живешь в доме королевских родственников. Если бы не наши деньги, ты бы точно туда не попала. Хватит ныть, мы что нибудь придумаем.

– Мама, я уже придумала. Ты слышала что – нибудь о колдуне по имени Барр?

– Что! Только не это! Не вздумай к нему обращаться, это страшный человек.

– Да слышала уже, что страшный. Такой мне и нужен. Слабый тут не справится.

– Дочь, что ты задумала ⁈

– Не скажу, потом узнаешь.

– ' —

На площади играл деревенский оркестр, неподалеку работала карусель и слышался детский смех. А чуть подальше клоун давал представление, собрав около себя зрителей.

Двое мужчин вертелись туда сюда, выглядывая кого-то в шумной толкотне.

– Где же она, я только что ее видел – досадовал один из них, пожилой человек с тросточкой.

Второй, молодой парень в черном берете и широкой блузе, стоял рядом и ждал указания первого.

– Она с ребенком, возможно они игрушки пошли смотреть, пойдем в торговые ряды.

Мужчины двинулись сквозь толпу к ярким прилавкам.

– Стой – скомандовал старший – вон она, смотри внимательно. Ты должен написать ее портрет. И чтобы все в точности было, как в жизни.

– Помилуйте, как же я напишу похожий портрет, если вижу ее только издалека. Мне надо подойти ближе и разглядеть ее внимательно.

– Подойди, только не разговаривай с ней, Она не должна ничего заподозрить.

– Дядя, что за тайны такие? Почему женщина не знает, что я должен написать ее портрет?

– Не твоего ума дело племянничек, выполняй что тебе говорят, получишь хорошее вознаграждение и не только за портрет, но и за молчание. Ты сколько уже не платил за учебу в колледже?

– Два месяца, мне дали отсрочку еще на месяц, если не заплачу, то отчислят.

– Так давай действуй а не рассуждай, если не хочешь остаться неучем.

Молодой человек, подошел к прилавку с игрушками и стал их рассматривать, искоса поглядывая на молодую даму, держащую в руках серую лошадку, запряженную в ярко красную карету.