Текст книги "Девочка Дикого (СИ)"
Автор книги: Ира Дейл
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц)
Глава 17
– Я вроде бы ясно выразился, – Дикий подходит к лестнице, начинает быстро спускаться.
– Но… зачем? – голос дрожит не только из-за волнения, которое охватило меня после слов мужчины, но и из-за страха.
Приходится вцепиться в перила, чтобы не навернуться со ступеней. Лестница и высокие каблуки не сочетаются. Тем более, я не помню, когда последний раз на них ходила.
Видимо, Дикий чувствует задержку, поэтому оглядывается через плечо. Щурится. Сначала останавливается взглядом на моей руке, крепко держащей деревянную перекладину, после чего соскальзывает к ногам. Тяжело вздыхает и снижает скорость.
Медленно, аккуратно спускаюсь за ним. Расслабиться получается, только когда наступаю на покрытый белой плиткой пол холла. Вот только облегчение длится недолго – перед глазами тут же возникает образ волосатого, распластанного у лестницы. В голове тут же начинает крутиться вполне резонный вопрос: “А что если он умер бы? Что бы было?”.
“Ничего”, – подсказывает внутренний голос. – “Ничего не было бы. Вряд ли бы о волосатом даже услышали”.
Крупная дрожь проходит по телу. Я почему-то постоянно забываю, с кем связалась. У мужчины, вроде Дикого, нет ни души, не сердца. Он не знает пощады. Только видит цель и идет к ней.
Помню, как мама говорила мне, держаться подальше от мужчин, у которых слишком много власти в руках. Теперь, кажется, я понимаю почему. Ведь от меня не скрывается, что мой вопрос Дикий оставил без ответа.
Мы пересекаем холл, выходим на улицу.
Меня тут же окутывает ледяной ветер, забирается под тонкую ткань платья, заставляет дрожать.
Дикий быстро спускается к джипу. Меня сразу окунает в воспоминания о сегодняшнем утре, когда я сидела в этой же машине в простыне и тряслась от страха. Вот только Дикому плевать на мои чувства. Не только по поводу его автомобиля, а вообще – я же всего лишь рабыня, как он сказал. В груди начинает больно жечь.
Мужчина открывает дверцу, помогает мне забраться в салон. Только после того, как я устраиваюсь и пристегиваюсь, Дикий захлопывает дверцу, огибает машину, забирается на водительское место.
Стоит нам отъехать от особняка, как замечаю несколько машин, следующих за нами. Хмурюсь, но через мгновение расслабляюсь, понимая, что это всего лишь охрана. Странно, что я не видела их, когда мы ездили в торговый центр. Но скорее всего, просто пропустила все, окунувшись в свои переживания.
Тишина в машине угнетает. С каждой секундой напряжение становится все ощутимее, оно проходится электрическими зарядами по коже, заставляет меня ерзать на сиденье.
– Куда мы едем? – набираюсь сил, чтобы спросить, впиваюсь пальцами в платье. Но с силой разжимаю их, как только понимаю, что мну его.
Дикий долго молчит, глядя на дорогу. Я уже решаю, что он не ответит. Поэтому отворачиваюсь к окну, когда слышу тихий, хрипловатый голос:
– Сегодня закрытая встреча “только для своих” с моими партнерами. Мы собираемся в узком кругу, чтобы обсудить дела в неформальной обстановке, – произносит спокойно.
Дикий ведет машину одной рукой, вторая – лежит на бедре. Мужчина выглядит уверенно, словно его ничего в этой жизни не волнует. Но всё-таки то, что Дикий настороже выдает суженые глаза и напряженные плечи.
– А зачем говорить, что я ваша… – тяжело сглатываю, – невеста? – пробую еще раз получить ответ на свой вопрос.
Дикий бросает на меня искомый взгляд, посылая волну ледяных мурашек по позвоночнику. Зажимаю руки между бедер, пытаясь согреть похолодевшие пальцы.
Мужчина переводит взгляд на дорогу.
– Я тебя защищаю, – просто произносит Дикий.
Челюсть едва не падает мне на колени. Что? Защищает?
Вот только задать вопрос не успеваю, как Дикий на него отвечает:
– Девочка, мой мир не похож на твой, – рокочущий, хрипловатый голос отдается в моем теле спазмами в животе. – На такие встречи мужчины приходят либо одни, либо с женами, либо с… – делает короткую паузу, – эскортницами, – хмыкает. – Последние обычно ходят по рукам. Какая роль тебе больше нравится? – Дикий криво усмехается, а я задерживаю дыхание.
Смотрю на мужчину, хлопая глазками, и до сих пор не могу поверить в услышанное. В каком мире он живет, если, чтобы защитить девушку, нужно назвать ее своей невестой?
Невестой… точно!
– А как же Лола? – выпаливаю быстрее, чем успеваю себя остановить.
Дикий поджимает губы.
– При чем здесь она? – в голосе мужчины проскальзывают рычащие нотки.
Прохожусь языком по пересохшим губам. Сердце грохочет в груди. Отдается в ушах, в висках стучит. Сглатываю ком, образовавшейся в горле.
– Разве ваши партнеры не знают, что твоя невеста Лола, а не я, – бормочу, опуская взгляд на руки, которые еще сильнее зажимаю между бедер.
Понимаю, что вопрос переходит все границы, но не могу его не задать.
Дикий молчит, а меня еще сильнее накрывает нервозность. Жую губу, пытаясь дышать спокойно, размеренно. Не понимаю, почему так переживаю из-за ответа.
– А кто тебе сказал, что она моя невеста? Случайно, не сама ли Лола? – в словах Дикого проскальзывает нечто странное, и я вздергиваю голову.
– Эм… да. Лола сказала, – прикусываю губу.
Дикий всего мгновение молчит, после чего хмыкает и качает головой.
– Можешь, не переживать на этот счет. Лола мне не невеста, – бросает на меня лукавый взгляд.
На его лице растягивается понимающая ухмылка.
Сердце пропускает удар.
Мысли превращаются в кашу. Если Лола не невеста, тогда получается, она мне соврала. Но зачем ей это?
Или, может быть, Дикий не совсем честен?
Нет! Мужчина не похож на того, кто пытается усидеть на двух стульях. Уверена, он не сомневается, что может получить любую женщину или сразу двух.
В груди резко колет. Судорожно вздыхаю, чтобы облегчить болевые ощущения. Не понимаю, откуда они берутся. И если честно, разбираться не хочу.
Отворачиваюсь к окну, стараясь избавиться от навязчивых мыслей о Диком. Но не тут-то было – одно осознание накрывает меня.
Резко поворачиваю голову, смотрю на жесткий профиль мужчины, на мгновение прикрываю глаза и тихо спрашиваю:
– Простите, а как вас зовут?
Глава 18
Мы останавливаемся у четырехэтажного особняка из серого кирпича, состоящего словно из нескольких маленьких замковых сооружений с острыми пиками на крышах, дымовыми квадратными трубами и балконами на разных этажах больше похожих на террасы.
Сам особняк находится на хорошо охраняемой огороженной территории. Чтобы проехать внутрь, нам пришлось остановиться у кованых ворот. Дикий предъявил документы, хотя, не сомневаюсь, что мужчину и так все прекрасно знают. Но правила – есть правила. А вот его охрану, которая ехала за нами почти все дорогу, как я поняла, не пропустили. Вот только, похоже, Дикого это мало волнует. Судя по тому, что он даже не попытался связаться со своими людьми.
До сих пор не могу привыкнуть называть мужчину по имени. “Виктор”... Ему идет, но как-то не натурально звучит. “Дикий” подходит ему больше. Это прозвище лучше отражает необузданную натуру мужчины. Словно создано для него.
Даже сейчас, глядя на то, как мужчина ведет машину по дороге, огражденной массивами из деревьев – уверенно, жестко, резко поворачивая, четко указывает на то, что энергия бурлит под кожей у мужчины.
Поэтому я совсем не удивляюсь, что как только мы останавливаемся у входа в дом, где собралось немало автомобилей, Дикий сразу же выпрыгивает из джипа. Пока он огибает машину, я спокойно отстегиваю ремень безопасности и стараюсь лучше осмотреть дом. На первом этаже почти везде включен свет, а в окнах мелькают тени, которые то и дело сменяют друг друга.
“Сколько же там народу?” – проносится в голове, и я тяжело сглатываю.
Как представлю, что предстану перед невероятным количеством людей, становится не по себе. Становится еще хуже, когда я вспоминаю, что нужно сыграть невесту Дикого. Вроде бы ничего такого, но из-за этого мужчины, у меня и так поджилки трясутся, страшно даже подумать, какими будут его партнеры.
Жаль, что отказывается идти на мероприятие уже поздно, тем более дикий открывает мою дверцу, протягивает руку и ждет, пока я соберусь с силами и решусь выйти из безопасного салона автомобиля.
Еще раз бросаю взгляд на особняк, после чего набираю в легкие побольше воздуха и вкладываю похолодевшие пальцы в горячую ладонь. Дикий тут же сжимает мою руку, помогает мне выбраться из машины. Стоит мне поровняться с ним, мужчина окидывает меня нечитаемым взглядом. Не знаю, видит ли, как я нервничаю, но в следующий момент обнимает за талию одной рукой и буквально вдавливает в себя.
От неожиданности хватаю ртом воздух. Мне сразу же передается жар мужского тела, даже сквозь плотную ткань костюма. Я чувствую твердые мышцы Дикого, он сильный, действительно сильный. Это понимание заставляет меня внутренне дрожать. В глубине сознания мелькает мысль, что такой, как он, может меня защитить, но я сразу же отбрасываю ее, стараясь не думать, откуда она взялась.
Хорошо, что Дикий не умеет читать мысли, иначе я бы сгорела со стыда.
Хотя я уже начинаю в этом сомневаться, потому что, мужчина заглядывает мне в глаза, пару мгновений пристально смотрит, после чего подмигивает и ведет меня к зданию. Пока мы поднимаемся по большой бетонной лестнице с железными перилами, замечаю двух охранников у входа. Желудок болезненно сжимается, когда мы проходим мимо них, но, видимо, я зря волновалась, ведь нас никто даже не пытается остановить.
Мы спокойно пересекаем порог и оказываемся в залитом светом помещении. Мне даже приходится зажмуриться, чтобы дать глазам привыкнуть к яркости. Зато, как только я медленно распахиваю веки, едва не роняю челюсть. Огромный холл с расписанными золотом стенами, колоннами и зеркалами, выложенными мозаикой, на потолке – последнее, что я ожидала увидеть. Не говоря уже о люстре в виде застывших в воздухе, поблескивающих капель, свисающей с высокого потолка. У дальней стены невозможно не заметить широкую лестницу, разделяющуюся, в итоге, на две и ведущую на второй этаж.
Больше ничего толком рассмотреть не успеваю, так как сосредотачиваюсь на направляющимся к нам худощавом мужчине с зачесанными назад русыми волосами и во фраке, под которым выглядывает белая рубашка. Он останавливается напротив нас, склоняет голову, прежде чем снова посмотреть на Дикого.
– Виктор Юрьевич, рад вас видеть, – он заводит руки за спину. – Альберт Юрьевич уже заждался, не против, если я вас провожу?
Дикий коротко приветственно кивает.
– Да, конечно, я как раз хотел его найти, – чеканит.
Мужчина напротив бросает косой взгляд на меня, щурится.
– А ваша спутница? – снова смотрит на Дикого.
– Идет со мной, – жестко отвечает последний, крепче прижимая меня к себе.
Мужчина-провожатый лишь коротко кивает, после чего разворачивается и направляется к одной из колонн, за которой находится дверь. Мы следуем за ним. Стук моих каблуков об отполированную белую плитку разносится по огромному пространству холла и приглушается лишь тогда, когда мы оказываемся в широком коридоре с красной ковровой дорожкой. Освещение в коридоре чуть приглушенно, но золотая роспись на стенах все равно поблескивает. Тихая музыка начинает просачиваться сквозь плотно закрытые двери. Она прерывается лишь приглушенными голосами и каким-то шумом, напоминающим звуки ударов обо что-то твердое.
Мне становится жутко не по себе. Дрожь прокатывается по телу, холодный пот выступает на позвоночнике. Сжимаю кулаки, впиваюсь ногтями в ладони. Бросаю короткий взгляд на профиль Дикого. Он, наверное, чувствует мое волнение, потому что, даже не глядя на меня, начинает поглаживать пальцами мой бок. Но это просто движение не помогает мне успокоиться, наоборот, распаляет сильнее. К нервозности прибавляется еще и жар, который начинает зарождаться внизу живота и разносится по венам.
Кусаю нижнюю губу, чтобы утихомирить свою реакцию, заодно восстановить сбившееся дыхание. Вот только ничего у меня не выходит. Хрупкое равновесие, которое вернулось ко мне, резко схлопывается, когда достигаем двери в конце коридора.
Мужчина-провожатый аккуратно открывает ее, после чего отходит в сторону, давая нам возможности войти.
Из комнаты льется громкая музыка, но я улавливаю в ней что-то еще, но не успеваю разобрать, что именно, потому что Дикий резко становится передо мной, полностью завладевая моим вниманием.
Его стальные глаза впиваются в мои, отнимая дыхание, после чего мужчина резко сокращает небольшое расстояние, разделяющее нас.
– Чтобы ты там не увидела, помни – ты моя, и никто, кроме меня, не имеет права к тебе прикасаться, – шепчет на ухо Дикий, после чего снова заглядывает в глаза, показывая всю серьезность своих слов. – Ты меня поняла? – произносит уже громче.
Горло от страха перехватывает, поэтому мне удается лишь кивнуть. Но, видимо, Дикому этого достаточно, потому что он отступает на шаг назад, берет меня за руку, после чего заводит в темное помещение.
Вот только стоит мне сделать шаг, как я застываю на пороге с открытым ртом.
Глава 19
Тьма окутывает меня. Запах алкоголя и сигарет бьет в нос. Уши закладывает из-за музыки, смешанной со… стонами.
Тело словно немеет. Мышцы наполняет слабость, мысли превращаются в кашу. Стою на пороге небольшой комнаты, напоминающий кабинет, и не могу пошевелиться. Хочу убежать отсюда, скрыться, но даже не могу глаз отвести в сторону.
Вроде бы ничего необычного. У дальней стены находится большой дубовый стол с тремя креслами: одним для хозяина и двумя для гостей. Недалеко от входа кожаный диванчик с журнальным столиком, а напротив него – шкаф с завешенным тяжелыми шторами окно. Освещение приглушенно и раздается только их торшеров, стоящих по обеим сторонам от дивана стола.
Все бы ничего – если бы не люди.
За столом хозяина, откинувшись на спинку кресла, полубоком сидит мужчина: большой, накаченный, лысый. Пиджак от его костюма висит на спинке кресла. Верхние пуговицы на рубашки расстегнуты. Его глаза прикрыты, а губы плотно сжаты. Но не это привлекает мое внимание, а светловолосая макушка, то и дело выглядывающая из-за стола. Мне не нужно много времени, чтобы сложить два и два. Тем более, когда на диванчике для гостей замечаю сразу две пары. Одна темноволосая женщина оседлала мужчину и пропихивает язык ему в рот, зарывшись руками в волосы. А вторая – стянув с плеч тонкие лямки платья и оголив груди, позволят сидящему рядом сопровождающему сосать ее соски, при этом стонет так, что перекрикивает музыку.
Куда, черт побери, привел меня Дикий?
– Испугалась? – тихий, рокочущий шепот проникает в затуманенные мысли.
Вздрагиваю.
Бросаю взгляд в сторону, натыкаюсь на пытливые глаза Дикого. Даже в полутьме замечаю в них смешинки и что-то еще отдаленно напоминающее… вызов.
По коже проходятся электрические разряды, оживляя застывшее тело. Дыхание становится частым, прерывистым, неконтролируемым. Мышцы наполняет сталь.
Сжимаю кулаки, стискиваю челюсти.
Сужая глаза смотрю на Дикого.
Он решил испытать меня? Или поиздеваться?
А может, застыдить?
Конечно, судя по моим пылающим щекам, его миссия выполнена, но это не значит, что я позволю Дикому узнать, как на меня влияет все происходящее вокруг!
– Нет, – шиплю, за что зарабатываю плутовскую улыбку.
Дикий какое-то время пристально смотрит мне прямо в глаза, словно пытается понять, что же на самом деле находится у меня в голове. Не говорит ни слова. Не двигается, но всего секунду. В следующую – начинает наклоняться. Приближается ко мне, все приближается, пока между нашими лицами не остаётся даже пары миллиметров расстояния. Чувствую горячее дыхание Дикого на своих губах. Вижу его стальные глаза, в которых пылает холодное пламя.
Задерживаю дыхание. Жду. Не знаю, чего именно. Просто жду. Поэтому не удивляюсь, когда слышу:
– Ну, раз ты такая смелая девочка, пошли.
Дикий так резко берет меня за руку, с силой разжимая мой кулак и переплетая наши пальцы, что я не успеваю сориентироваться. Секунда, и Дикий тянет меня прямо к лысому мужчине, сидящему за столом.
Тот резко распахивает глаза, поворачивает голову. Смотрит прямо на нас Щурится. А в следующее мгновение расплывается в широкой улыбке.
– Я ждал тебя, ты опоздал, – хриплый голос мужчины заставляет холодный пот выступить на позвоночнике.
– Всего на пару минут. Давно не виделись Молот, – Дикий подводит нас к одному из кресел для гостей. Сначала садится сам, а потом тянет меня к себе на колени.
Начинаю сопротивляться, но быстро понимаю, как это может выглядеть со стороны. Я же должна играть роль девушки Дикого, поэтому подчиняюсь. Сажусь полубоком на одну из широко расставленных ног мужчины. Стараюсь держаться от него подальше, но жар, исходящий от Дикого, все равно достигает меня, проникает под кожу, заставляет сгорать изнутри.
Молот переводит взгляд на меня.
– Я вижу, что тебя задержало, – хмыкает он, а потом резко хмурится.
Его губы поджимаются, на лице появляется жесткое выражение.
Теряюсь от такой резкой перемены настроения. Конечно, мужчину вряд ли можно назвать добродушным, но всего пару секунд назад он был доволен.
Недолго мне приходится теряться в догадках. Осознание горящей лампочкой вспыхивает в голове, когда блондинка выныривает из-под стола. Она с любопытством смотрит на нас, особенно тщательно исследуя меня.
– Я тебе разрешал останавливаться? – утробный рык молота заставляет мой желудок сжаться.
– Простите, – лопочет и снова “приступает к делу”.
Я настолько шокирована происходящим, что пошевелиться не могу. Горло сжимается, воздух застревает в груди. Не получающие кислорода легкие начинают жечь, а глаза слезиться.
Дикий, видимо, чувствует мое изменившееся состояние. Обхватывает меня одной рукой за талию, притягивает к себе, вдавливает в твердую грудь. Тяжелое дыхание мужчины колышет мои волосы, щекоча кожу. Грубые пальцы сначала впиваются в нежную кожу живота, а потом начинают поглаживать. Шумно выдыхаю.
Вроде бы это простое действие должно меня успокоить, но, наоборот, вызывает бурю внутри. Кровь в венах постепенно разгоняется и скоро начнет бурлить. Мурашки бегут по коже. Нервные окончания звенят.
Я напоминаю себе тетиву, которая все натягивается и натягивается. Почти доходит до предела. “Лучнику” нужно сделать всего несколько движений, чтобы она лопнула.
– Ты привел ее, чтобы дать попробовать?
Глава 20
Разум затягивает очередная пелена, поэтому не сразу разбираю слова Молота, но, когда осознание приходит ко мне, едва не вскакиваю на ноги. Но Дикий так сильно прижимает меня к себе, чтобы получается только дернуться.
– Нет, она моя, – рычащие нотки проскальзывают в голосе мужчины, на коленях которого я сижу, отчего по моей коже пробегает волна мурашек.
Молот расплывается в хищной ухмылке.
– Даже так? – приподнимает бровь.
– Да, – однозначный ответ Дикого вызывает истинное облегчение.
– Не думал, что это когда-нибудь произойдет, – качает лысой головой мужчина. – Но ты же покажешь ее мне? – вопросительную интонацию я сама себе дорисовываю.
Они говорят какими-то загадками, которые то и дело приходится разгадывать.
– Посмотрим… Девочка немного дикая, – хмыкает Дикий за моей спиной, развивая волосы.
Молот взрывается в громогласном хохоте, вот только через пару мгновений также быстро замолкает.
Он переводит взгляд на меня, смотрит пристально, жестко, словно пытается проникнуть мне в голову.
У меня все внутри скручивается, но вместо того, чтобы спрятаться в груди Дикого, я вздергиваю подбородок и встречаю тяжелый мужской взгляд.
Наши гляделки дляться всего пару секунд, но за это время мое сердце успевает пропустить пару ударов. Дыхание сбивается. Стискиваю челюсти. Вцепляюсь пальцами в свои бедра. Глаз не отвожу.
– Под стать тебе, – Молот прерывает зрительный контакт, а я могу, наконец, выдохнуть.
Дикий только сильнее вдавливает меня в себя. Такое чувство, что ему самому не нравится, что он привел меня сюда, хотя… судя по выпуклости, касающейся моего бедра, и пальцам, поглаживающим мой живот, ему очень многое нравится.
Я же всеми силами пытаюсь игнорировать стоны, которые становятся все громче, и белобрысую макушку, выглядывающую из-под стола. Вот только не могу не чувствовать жар, зарождающийся внизу живота. Все внутри словно в другой узел стягивается, на коже выступает пот, дыхание становится рваным.
Реакция тела пугает меня, но я не могу с ней ничего поделать. Остается только сдерживаться и убеждать себя, что происходящее вокруг меня мало волнует.
– У тебя все готово? – Дикий переходит на профессиональный тон.
Такое резкое изменение заставляет волоски на затылке встать дыбом. Тем более, Молот тоже меняется в лице. Становится серьезным, будто ему под столом не…
Кровь приливает к щекам, отвожу взгляд от мужчины. Смотрю в стену. Думаю, что так смогу абстрагироваться, но краем глаза замечаю движение со стороны дивана для гостей. Не проходит много времени, как я понимаю, что это такое – девушка прыгает на мужчине.
Теперь горят не только щеки, но и шея.
Резко опускаю взгляд в пол.
– Да, – словно сквозь пелену до меня доносится голос Молота. – Теперь дело за тобой. С людьми в погонах договорился?
– Пару дней назад. Мероприятие будут объезжать стороной, даже если поступит звонок, – Дикий скользит одной рукой к моему бедру. Задерживаю дыхание, пока мужчина медленно исследует каждую частичку моего тела, будто хочет запомнить все изгибы.
Останавливается, только когда достигает края платья. Начинает кружить на месте. Жар волнами разносится по телу. Впиваюсь зубами в нижнюю губу. Дышу через раз.
– Отли-и-ично, – тянет Молот, откидываясь на спинку кресла. – Безопасность?
– Остались последние штрихи, – Дикий забирается под тонкую ткань платья.
Сжимаюсь. Судорожно вздыхаю, чувствуя, как грубые мужские пальцы скользят по нежной коже, пока не касаются резинки трусиков.
Дрожу.
– Тогда можем расслабиться, – Молот тянет блондинку за волосы наверх.
Та послушно встает.
Молот ее отпускает, и девушка выпрямляться. С поволокой в глазах смотрит мужчину перед ней. Тушь потекла, красная помада размазалась вокруг губ. Волосы разлохматились. Темно-синее платье задралось.
Но, кажется, девушке плевать на собственный внешний вид. Ее интересует только Молот, который приподнимает бровь. Видимо, девушка понимает его без слов, потому что моментально подчиняется. Задирает платье еще выше, оголяя бедра. На белой коже отчетливо виднеется красная ткань стрингов, за которую девушка цепляется и медленно тянет вниз.
Тяжело сглатываю, когда она наклоняется, выставляя напоказ полностью голую попу, перешагивает через трусики, выпрямляться и бросает их Молоту.
Тот даже не шевелится, когда красные стринги падают ему на грудь и соскальзывают на колени.
Мужчина лишь сужает глаза, после чего опускает взгляд на свои колени. Хотя… скорее всего, не на колени.
Не знаю, как реагировать, когда девушка в один шаг преодолевает расстояние до мужчины, перекидывает ногу и…
– Повернись, – храпит Молот, останавливая ее.
Девушка на секунду замирает, после чего ставит ногу обратно и разворачивается спиной к мужчине.
Молот, недолго думая, хватает блондинку за бедра и резко насаживает на себя.
Стон, напоминающий визг разносится по комнате.
Распахиваю глаза, дергаюсь вверх, пытаюсь встать, но Дикий сильнее обхватывает меня одной рукой.
Собираюсь повторить попытку подняться, как слышу его хриплый шепот у своего уха:
– Посмотри, – дотрагивается до внутренней стороны бедра, – тебе понравится, – касается тонкой ткани трусиков, – не сомневаюсь, – проникает под нее.
