Текст книги "Максимальный Апгрейд. Том 1 (СИ)"

Автор книги: Илья Сапунов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)

Глава 7

Щелк… Щелк… Щелк…

Стук механических клавиш кодового замка непрерывно доносился из-за гермодвери. Периодически срабатывал сброс, но неизвестный по ту сторону толстого куска металла не останавливался.

– Он… Как… Он что, код подбирает⁈… – Ричи заметно побледнел и отступил к противоположной стене. – Как это вообще возможно⁈ Это та тварь⁈ Почему она не сдохла⁈

– Успокойся, – рыкнул бородатый охранник, хотя его собственные руки, сжимавшие карбоновый жезл, заметно дрожали. – Даже если этот монстр и выжил, он не должен знать код. Это просто мышечная память. Эээ, да, Миш?

Демьяныч со скрытой надеждой посмотрел на Михаила, самого образованного человека в нашей группе.

– Я не знаю. Правда. – голос инженера казался каким-то глухим. – Я не знаю. Этого не должно быть. Если Искажение убивает человека, от его личности ничего не остается. Ни памяти, ни навыков. Так везде написано. Интеллект монстров недостаточно высокий, чтобы… Иначе коды бы не стали… Это… Так не должно…

Взгляд дяди Миши словно потух. Нервное напряжение все же достало его и он буквально застыл тупо пялясь на лестницу и в неверии качая головой.

– Да какая разница теперь – память, интеллект может, не может⁈ – Ричи неожиданно взбодрился и резко поднял с пола свой жезл. – Мы что будем торчать здесь и надеяться, что дверь не откроется⁈ Валить надо!

– Куда? Наверх? – Демьяныч с трудом сглотнул и перевел взгляд на второй выход.

Волна паники в узкой стальной коробке безопасной комнаты сгустилась до предела.

В этот момент я сделал шаг вперед.

– Наверх. Там не обязательно так же опасно. Но Ричи прав, оставаться здесь нельзя.

ЩЕЛК… ЩЕЛК… ЩЕЛК…

Словно в подтверждение моих слов, щелчки по ту сторону двери стали громче и быстрее, словно неизвестный, подбиравший код, начал терять терпение.

А вообще есть ли у монстров терпение?

Ответа я, естественно, не получил. Вместо этого из блокировочного механизма снизу донеслась очередная серия сухого металлического прокликивания, но затем вместо сбрасывающего щелчка раздался новый звук. Легкий шелест металлических засовов, уходящих в сторону и отпирающих дверь.

Кажется, монстр все же подобрал комбинацию.

– Наверх! Живо! – гаркнул я, окончательно ломая затянувшуюся паузу.

Вместо того чтобы пятиться и сжиматься от страха, я в одну секунду подобрал свободный карбоновый жезл с пола и сделал шаг к узкой лестнице у противоположной стены. Холод близкой смерти, еще недавно сковывавший мои внутренности, полностью рассеялся. Я не собирался умирать в этой дыре.

Моё тело было буквально переполнено энергией. Новое, восхитительно совершенное ядро, словно мощный мотор бодро поглощало Эйдос из воздуха, затем укрощало и преобразовывало его уже для моего личного пользования.

Но главным было не это. Не моя бодрость и восстановившиеся силы. Главным было то, что я и в самом деле чувствовал свой Дар Резонанса.

Я никогда не встречал людей, которые становились Резонаторами сразу же после формирования ядра. В бедных районах Надежды-13 непробужденным не преподавали теорий на эту тему, ведь это было что-то из разряда фантастики.

Весь процесс проходил по одному и тому же шаблону. У человека формировалось ядро. Если оно не было треснувшим, человек его укреплял. Медитации, питательные добавки, специально разработанные для этого медикаменты… Способов хватало. После этого уже можно было говорить о предрасположенности. Как правило, Резонанс случался, когда ядро уже достаточно укреплялось и было готово к переходу на следующий ранг.

Но я пропустил этот шаг. Может быть, такое происходило с каждым приличным ядром? Впрочем, сейчас это было не так уж и важно. На то, чтобы понять, как пользоваться своим даром Резонанса тоже нужно было время. Однако и этот шаг мне не потребовался. По какой-то причине, я знал, что мне нужно делать. Контроль ядра ощущался точно так же легко и естественно, как умение дышать.

Я прислушался к внутреннему источнику и позволил энергии выплеснуться наружу. Из моего тела во все стороны мягко разошлась едва видимая, прозрачная волна с легким серебристым отливом. Я впервые в жизни использовал свою Ауру.

Нет, как я отметил для себя в тот же момент, видимой она была только для меня. Она накрыла пространство в радиусе четырех метров, охватив Ричи, Демьяныча, и застывшего дядю Мишу.

– Чего встали⁈ Бежим!

– Ух… – Демьяныч выпрямился и сжал кулаки не понимая, что произошло.

– Ч-что это? – Ричи от удивления вытаращил глаза.– Что за странное ощущение?

Даже потухший взгляд дяди Миши наполнился энергией. Но отвечать на десятки вопросов моих товарищей было некогда. Гермодверь противно заскрипела.

Мы бросились наверх. И преимущества Ауры сразу стали заметны. Липкая усталость, сковывавшая мышцы после бойни в цеху и длительного ожидания в холодном бункере, отступила. Наше дыхание выровнялось, плечи расправились, а в движениях появилась непривычная легкость. Мы спешили изо всех сил.

Демьяныч первым подскочил к уходящей наверх стальной лестнице, за ним, тяжело дыша, устремился дядя Миша. Ричи пристроился следом. Навалившись на массивный рычаг, охранник с силой толкнул герметичную створку от себя. Сталь с неохотным скрежетом поддалась, открывая темный крутой подъём, уходящий на ярус выше.

Позади послышалась какая-то возня. По неизвестной причине у монстра возникли какие-то проблемы с дверью, несмотря на то что он правильно подобрал код. Но мы не собирались останавливаться и смотреть в чем дело.

– Быстрее! – зарычал Демьяныч, буквально впихивая Михаила на металлическую лестницу.

Мы выскочили в узкий проход один за другим. Я зашел последним, с силой захлопнул тяжелую дверь изнутри и вогнал массивный стальной засов в пазы. Вряд ли это остановило бы монстра, но даже задержка в полминуты могла стать разницей между нашей смертью и выживанием.

Металлические ступени гулко гудели под нашими ботинками. Буквально взлетев наверх по крутому пролету, наша маленькая группа оказалась в незнакомом туннеле верхнего яруса.

– Куда теперь⁈ – задыхаясь на бегу, прокричал Ричи. Несмотря на одышку, благодаря Ауре он бежал значительно быстрее своего обычного темпа. – Демьяныч, куда рулить⁈

– У Мишки планшет! – рявкнул бородатый охранник. – Мих, куда⁈

Сечин на бегу судорожно ткнул пальцем в тусклый экран защищенного планшета, который сжимал в перемазанной сажей ладони.

– Нам… нам нужен старый технический байпас! – сбивающимся голосом отозвался инженер, махнув рукой вправо. – Это ветка утилизации отходов! Она брошена уже лет сорок, там даже аварийного света нет! Маршрут получается длиннее километра на три, но он огибает центральные хабы! В те коллекторы, где на нас напали крысы, мы больше не попадем!

– Три километра⁈ – Ричи едва не поперхнулся собственной слюной. – Это точно хорошая идея⁈ Мы ведь в Желтой зоне! А вдруг там еще одна стая⁈

– Есть там что или нет мы не знаем. – отрезал Демьяныч. – А вот позади точно есть! Так что не ной и шевелись быстрее!

Мы протиснулись по узкому отнорку и выскочили в основной туннель.

Здесь все выглядело еще более мрачным и запущенным, чем на ярус ниже. Бетонные стены растрескались от давнишних подвижек грунта, с потолка свисало еще больше кусков проржавевшей арматуры и оборванных пучков многолетней изоляции. Воздух был настолько густым от сырости и гнили, что респираторы, которые мы спешно натянули, с трудом справлялись с этой отвратительной мешаниной запахов.

Этот туннель определенно был старше ста лет. Возможно, он даже был ровесником самого города. Первые Резонаторы в условиях жесточайшего дефицита ресурсов и времени спешно вгрызались в горную породу, забираясь все глубже и глубже, чтобы обеспечить выживание цивилизации, находившейся на грани гибели. В таких местах чувствовалась история. Но, к сожалению, у нас не было времени останавливаться и предаваться ностальгии. Мы бежали изо всех сил.

Гул наших шагов отскакивал от стен и разносился далеко вперед и назад. Подпитанные моей Аурой, мужчины двигались быстро, но даже это не могло заглушить давящее чувство опасной срочности.

А я невольно думал о своем даре Резонанса.

Ходили слухи, что корпораты знали, как пробуждать нужную предрасположенность. Весь процесс, начиная от выбора подходящего партнера для зачатия, правильного питания во время беременности, и собственно, жизни ребенка, был строго регламентирован. В итоге, даже если ты не получал конкретную способность, то получить нужную стихию в корпоративных кланах не составляло труда.

Хотя, возможно, это достижение принадлежало не корпорациям. Ведь вся теория о выращивании ядер и Духовных Фракталах, досталась нам от вымершей цивилизации, руины которой обнаружили на той стороне во время первой Великой Экспедиции. Так что я легко мог поверить, что несмотря на то, что основные знания были общедоступны, самые ценные методики и секреты остались в руках сильных мира сего.

И главный принцип Резонанса был в подражании монстрам. Не тех, что поддались Искажению, а тех, что пришли с той стороны, когда Вуаль Безумия покорежила поверхность Земли и продырявила пространство словно дуршлаг. У тех зверей тоже были ядра. Неизвестно, сколько тысяч или миллионов лет шла их эволюция, но количество видов всевозможной живности на две головы превосходило старую Землю. И многие виды обладали очень уникальными способностями.

История умалчивала, как та погибшая цивилизация овладела этой технологией. Но мы, как её наследники, продолжали исследования.

Современные Резонаторы обладали невероятными способностями и были незаменимы в нынешнем обществе. Например, без опытного Резонатора Земли не обходилось ни одно строительство. Для Земельщиков рытье туннелей превращалось в легкую рутину. Неподатливый камень в их руках таял как сахарная вата. Только их способность манипулировать горными породами и менять их структуру, позволила проекту подземных городов появиться на свет. Иначе огромные искусственные подземные мегасооружения осыпались бы при малейшем землетрясении.

Что же касается Ауры и мастеров в её использовании… О них мне почти ничего не было известно. Я знал лишь то, что по словам старшего брата, в армии с таким даром можно было построить неплохую карьеру. Далеко не лучшую, но все же неплохую. Не то чтобы я собирался хоть когда-нибудь стать частью организации, которая так обошлась с Романом.

Дар Ауры был редким, но не каким-то выдающимся. Я не знал почему он мне достался, была ли это случайность, эдакая генетическая лотерея или же это стало результатом той невероятной сцены в Фиолетовом Море.

Столько вопросов, ни одной свободной минуты, чтобы как следует все обдумать…

– А ведь мы так ничего и не починили… – тяжело дыша, выдал Демьяныч на бегу. – Семь человек мертвы. Минус расходники, оружие, инструменты… Я боюсь представить, что будет когда мы вернемся.

– Ха! Я теперь даже не знаю, что лучше: возвращаться или позволить этой твари меня догнать, – горько хохотнул Ричи, на ходу оглядываясь через плечо.

– Не неси чушь, – процедил я, задавая темп группе. – Вернемся в город – разберемся. Главное – вылезти из этой дыры. У Вектора тоже рыльце в пушку. Если начнется полноценное расследование, то повсплывает вообще все. И фейковые патрули, и пустые аптечки в безопасных комнатах.

– Хоть бы этих уродов всех попересажали! – лицо Ричи перекосило от ярости.

– Это… Вряд ли произойдет… – Дядя Миша, слегка задыхаясь, покачал головой.

Пока мы бежали по темному изогнутому коридору, я продолжал прислушиваться к происходящему внутри меня. Во всяком случае, дар, ядро, Фрактал, все эти понятия были мне более-менее известны и понятны. Но что касается происхождения неизвестных обрывков знаний, вспыхивающих в моей голове, это явление я никак объяснить не мог.

Была ли звезда над Фиолетовым морем чем-то особенным?

В глубинах сознания словно распаковывался колоссальный архив. Сложный, запутанный, не слишком структурированный, но все же невероятно объемный. Знания не возникали в виде привычных мыслительных цепочек – они проявлялись и как глубокое, четкое понимание законов, так и сумбурное нагромождение фактов и данных сомнительной пользы.

Я вдруг совершенно отчетливо осознал всю нелепость и околонулевую эффективность тех обязательных дыхательных медитаций, которые разучивали все дети в школах Надежды-13. В моей голове тут же появились десятки схем, которые были бы в разы эффективнее.

…А еще я знал, как пользоваться доской для сёрфинга. Хотя до этого даже само слово «сёрфинг» не видел ни в одной из прочитанных мною книг о старом мире.

Странные факты, технические данные о которых я не имел ни малейшего представления… В какой-то момент, я просто решительно вынырнул из этого мутного водоворота знаний.

Чтобы со всем этим разобраться, нужно было как минимум выжить.

Мы бежали, не сбавляя темпа. Ричи несколько раз пытался заговорить со мной, видимо хотел спросить об Ауре, но Демьяныч каждый раз прерывал его и говорил, что сейчас не время.

А затем произошло неизбежное. Спустя час непрерывного бега дядя Миша начал заметно отставать.

Даже под действием моей Ауры, снимавшей часть усталости, сорокалетний инженер, проведший всю жизнь за чертежами и не имевший боевой подготовки, физически не мог выдержать такого темпа. У него не было ядра и Эйдоса, укрепляющего тело. Его дыхание превратилось в рваный, свистящий клекот, лицо побледнело, а шаги стали тяжелыми и неровными.

– Парни… – задыхаясь, проговорил Сечин. – Я… всё…

Вдруг его левая нога подломилась. Икроножную мышцу свела мучительная судорога. Инженер со слабым стоном рухнул на колени, едва не впечатавшись лицом в мокрый бетон и не выронив планшет.

– Дядя Миша! – Ричи резко затормозил, едва не налетев на него сзади.

Вся наша группа немедленно остановилась.

– Бегите… – Сечин с вымученной, бескровной улыбкой поднял на нас глаза, тяжело пыхтя и судорожно растирая сведенную ногу. А затем, он протянул планшет Демьянычу – Бегите, мужики. Я всё равно… тормозить вас буду. Маршрут в планшете проложен… Идите по прямой, там дальше будет вертикальная сбойка на зеленый ярус… А я сам, своим ходом, передохну только…

– Миша ты совсем дурак⁈ – прорычал Демьяныч, хотя в его глазах проскользнула отчаянная паника. – Думаешь, мы тебя тут бросим⁈

– Все в порядке! – выдохнул Сечин, с трудом пытаясь встать, но нога снова предательски подкосилась. – Я сам справлюсь. В крайнем случае, задержу преследователей. Я им так просто не дамся. – мужчина попытался пошутить.

– Дядя Миша, ты бы заткнулся, а⁈ – Ричи ткнул в него пальцем. Толстячку тоже пришлось нелегко, пот лился с него ручьем, но все же он твердо стоял на ногах и яростно сверкал глазами. – Надо последней мразью быть, чтобы своих оставлять!

– Чего вы дурака валяете⁈ – дядя Миша тоже рассердился. – Пока вы тут спорить будете, вас догонят!

Ричи, Михаил и Демьяныч орали друг на друга и топали ногами. А я повернул голову назад, к развилке, из которой мы только что пришли.

– Хватит кричать. Это уже не важно.

И в этот момент мы все услышали это.

Сзади, из темноты туннеля, донесся отчетливый, нарастающий гул. Шуршание сотен когтей по бетону и визгливый писк.

– Как же так! – Ричи в панике вскинул жезл, вставая в боевую стойку. – Мы ведь жопы рвали, чтобы от них оторваться!

– Просто они быстрее. – Я отрешенно пожал плечами и тоже подняв свой жезл, вышел вперед.

Из мрака коридора в тридцати метрах от нас вынырнули первые силуэты. Пять матерых туннельных крыс – авангард преследователей – мчались на нас с бешеной скоростью.

– Демьяныч, Ричи, прикрывайте дядю Мишу! – рявкнул я.

Крысы налетели на нас так же яростно, как и во время стычки в цеху. Три мне удалось задержать, но две проскользнули к моим товарищам.

Охранники сработали мгновенно. Подпитанные моей Аурой, они реагировали значительно быстрее обычного. Демьяныч сделал стремительный шаг вперед и встретил первую тварь точным, мощным тычком искрящего жезла прямо в открытую пасть. Раздался оглушительный треск, вспыхнул синеватый разряд, и крыса с обугленной мордой кубарем покатилась по полу. А Ричи, вытаращив глаза, с перекошенным звериным оскалом наотмашь ударил вторую тварь по хребту, перебивая ей позвоночник.

Тройку, налетевшую на меня, я воспринимал на удивление спокойно. Хм, кажется… Кажется, у меня есть некоторые знания о сражениях в ближнем бою. Мммм… Базовое владение холодным оружием?

Ближайшую крысу я просто встретил хлестким пинком тяжелого ботинка, с хрустом ломая ей грудную клетку и впечатывая тушу в бетонную стену. Благо, увеличенной силы на это мне вполне хватило. А две другие получили по одному точному и невероятно быстрому удару в шею. Пара секунд, и все три грызуна-переростка уже валялись на земле.

– Круто… – Только и успел сказать Ричи.

– Уходим.

Не тратя ни секунды на разговоры, я подскочил к дяде Мише, нагнулся, одним рывком подхватил сорокалетнего мужчину и взвалил его себе на спину.

– Макс! Ты что делаешь, брось меня! – судорожно дернулся Сечин.

– Заткнись и держись за шею, дядь Миш! – рявкнул я, крепче ухватывая его под бедра.

С моим новым плотным кристаллическим ядром, перекачивающим Эйдос по телу и Аурой вес Михаила казался почти необременительным. Словно я нес не взрослого мужика, а тяжелую сумку с инструментами.

– Я иду впереди! – отдал я команду. – Демьяныч, Ричи – не отставайте!

Мы снова сорвались на бег, но короткая заминка дорого нам обошлась.

Туннель впереди больше не был пуст. Каким-то образом, остатки стаи, а может это и вовсе была новая, обогнали нас по боковым веткам и теперь пытались максимально замедлить. Нападения все еще были разрозненными и это нас спасало.

– Прорываемся! – зарычал я.

С Михаилом на спине я превратился в живой таран. Мои чувства работали на запредельном уровне: благодаря обостренной реакции я видел траекторию прыжка каждой твари еще до того, как ее лапы отрывались от пола.

Крыса из бокового туннеля взвизгнула, летя мне прямо в лицо. Ловким, выверенным движением свободной руки я вскинул карбоновый жезл. По стержню прошел яркий разряд тока, и я вогнал шип прямо в оскаленную пасть грызуна. Я не видел этого, но буквально чувствовал, как мощный электрический импульс прожег ей мозги изнутри. Не останавливаясь, я крутанулся на месте, сбивая тушей мертвого монстра еще двух нападающих сбоку.

За моей спиной тоже непрерывно трещали разряды. Демьяныч и Ричи орудовали дубинками как одержимые. Ричи, подгоняемый адреналином и моей Аурой, раздавал удары налево и направо, добивая тех, кто прорвался мимо меня, и не давая тварям подмять нас с тыла. Но я все же заметил, как он становится все бледнее. Хоть жезл и расходовал Эйдос очень экономно, энергия в ядре моего приятеля все же стремительно убывала.

Мы буквально пробивали себе дорогу сквозь живой серый коридор. Мертвые туши сыпались под ноги, все-таки замедляя наше продвижение, а от вони паленой шерсти и крови респираторы, уже не помогали. Но все же, мы упорно двигались вперед – метр за метром.

Но к счастью, когда я думал, что Ричи с Демьянычем уже не выдержат, поток крыс снова стал редеть.

К счастью, судя по всему, эта стая не была новой, а оказалась остатками предыдущей. Той самой, основную часть которой заметно проредил огнемет Форда ярусом ниже.

Я замедлился, давая возможность моим товарищам немного передохнуть.

– Живой? – я оглянулся на Ричи, проверяя не ранен ли он. Но на его лице увидел лишь ужас.

– М-Макс… Это он…

Я резко повернул голову обратно.

Из бокового технического прохода наперерез нам неторопливо шагнула монструозная фигура. Мы синхронно замерли, остановившись друг от друга в десяти метрах.

Глава 8

Тварь смотрела прямо на меня.

У неё не было лица и глаз, но я мог поклясться, что она не отрывала от меня своего взгляда.

Одновременно знакомый и незнакомый монстр преграждал единственный путь к отступлению. И в тусклом, дергающемся свете наших налобных фонарей он выглядел еще уродливее и опаснее, чем во время бойни в распределительном цеху.

Правую сторону туловища, обожженную и покореженную выстрелом из пушки Форда, заменило Нечто. Там, где должна была быть лишь пустота, теперь пульсировала новая плоть. Вместо изуродованной раны новая «конечность» была сплошь залеплена запекшейся черной массой, обрывками крысиных шкур, и торчащими костями.

Искажение всегда было главной страшилкой в Надежде-13. Детей с малых лет приучали бояться. И конечно, туннели пригорода были главным запретным местом.

«Не уходи далеко от дома или Искаженные монстры сожрут тебя.»

Кто-то скажет, что это уже слишком, постоянно запугивать таким образом маленьких мальчиков и девочек. Однако, в отличие от многих других страшилок, Искажение было настоящим. И дети действительно пропадали время от времени во время игр в туннелях. Многих так и не находили.

Я запоздало понял, что несчастный техник, погибший во время ремонтной вылазки, не был подвержен Искажению. А вот тварь, которая заняла его тело была. Пожиратели Плоти, как их называли, бесформенные, напоминавшие желе паразиты, поглощали внутренности жертвы и перестраивали её организм так, чтобы монстр мог управлять им словно марионеткой.

Возможно, если бы Демьяныч или Ричи все же решились проверить подстреленного мной гуманоида в цеху, они бы обнаружили паразита и смогли его без проблем добить. Но Пожиратель Плоти получил столь необходимое ему время и смог худо-бедно восстановить свою тушку с помощью «запасных» частей. Тварь буквально использовала остатки стаи, которой управляла, как полуорганический строительный материал, уплотняя и латая растерзанное тело.

– Макс… – из горла Ричи вырвался лишь сиплый, едва слышный шепот. – Что делать?

И действительно, что делать? Если бы я знал.

Бежать? Куда? Дядя Миша едва держится на ногах и не сможет пробежать и сотни метров без помощи. Ричи тоже выдохся до предела. Демьяныч истощен не меньше остальных, а его карбоновый жезл пострадал сильнее всего: покрытый царапинами и заметными укусами, не факт что он вообще мог и дальше выдавать разряды тока.

Мы все изранены, обессилены и зажаты в узкой каменной кишке Желтой зоны. До безопасной территории города километры. Стоит нам побежать – и этот кошмарный гибрид из человека и крысиной массы догонит нас без особого труда и прикончит одного за другим.

Выхода не было. Осознание неизбежности встало передо мной ледяной стеной.

Сражаться – единственный шанс. Каким бы безумным и обреченным этот бой ни казался.

– Назад, – процедил я сквозь зубы, делая шаг вперед и заслоняя собой товарищей. – И не вмешивайтесь.

Гуманоид не стал медлить. Издав низкий, утробный, вибрирующий рык, от которого я едва не оглох, тварь сорвалась с места.

Ее скорость казалась противоестественной для туши таких размеров. И все же она была медленнее, чем в цеху. Неизвестно, насколько пострадал сам Пожиратель Плоти от моего выстрела, но восстановиться до пика своих возможностей он не успел. Я едва успел сгруппироваться и выставить карбоновый жезл перед собой, когда монстр уже преодолел разделявшую нас дистанцию.

Тяжелая костистая лапа со свистом рассекла воздух. Я попытался заблокировать выпад, но разница в массе и инерции оказалась колоссальной. Удар страшной силы врезался в стержень дубинки. Конструкция из карбона выдержала, но меня буквально сбило с ног. Я, отплёвываясь кровью, кубарем покатился по мокрому бетону и с размаху приложился плечом о бетонный выступ стены.

– Макс! – взревел Демьяныч.

Бородатый охранник, проявив удивительную для его комплекции прыть, попытался зайти твари во фланг, проигнорировав мои слова. Он вложил остатки сил в точечный выпад, нацелив искрящий шип дубинки прямо в открытую, пульсирующую полузатянувшуюся рану на боку монстра. Синеватый разряд тока попал в цель.

Но дубинка сверкнула ощутимо слабее, чем должна была. Тварь лишь слегка дернулась, но даже не замедлила движения. С кошмарной, нечеловеческой грацией гуманоид крутанулся на месте и наотмашь ударил Демьяныча левой рукой. Охранник едва успел подставить предплечье.

Раздался тошнотворный сухой хруст ломающейся кости.

Демьяныча отбросило на несколько метров назад. С диким, захлебывающимся криком он врезался в стену и бессильно сполз на пол, судорожно прижимая к груди неестественно изогнутую руку.

– Демьяныч! – к нему подскочил Ричи, в панике тыкая жезлом в воздух и прикрывая мужчину собой. Даже безоружный дядя Миша, волоча по полу сведенную судорогой ногу, заковылял к ним.

Я резко поднялся, с трудом восстанавливая дыхание. Внутренности горели огнем от удара, но моё новое ядро работало на пике своих возможностей, отрабатывая за все прошлые годы своего отсутствия. Успокаивающий теплый поток Эйдоса омыл ноющие мышцы, моментально гася боль.

Чтобы не дать твари переключиться на Ричи, я тут же бросился вперед. Монстр снова повернулся в мою сторону.

Первые суматошные попытки целить в уязвимые точки не давали абсолютно ничего – глаза отсутствовали, или как минимум были защищены толстой костяной маской, шея и сочленения суставов также были надежно скрыты ороговевшими наростами или просто игнорировались тупой, аномальной живучестью чудовища. Карбоновый жезл в моих руках казался не более чем сухой детской веточкой. Вспыхивающие искры лишь безобидно трещали и вяло стекали по наполненным нечеловеческой силой мышцам чудовища.

На каждый мой удар гуманоид отвечал собственными выпадами, уворачиваться от которых становилось все труднее. Понимание, что, если все так и продолжится, я рано или поздно совершу ошибку и умру, разгоняло мозг в поисках спасительного решения. Нужно было срочно что-то менять.

Я снова попытался усилить свою Ауру, в надежде выжать из неё еще хотя бы чуть-чуть.

Прозрачная, серебристая волна энергии мягко накрывала туннель, подпитывая и Ричи, и стонущего Демьяныча, и застывшего Сечина. Но именно в этот момент, находясь на пределе своих возможностей и балансируя на грани между жизнью и смертью, я заметил одну деталь, которую упустил во время бегства.

Когда я отвлекался, сбивал дыхание или получал удар, внешний край силового поля начинал дрожать и хаотично ходить волнами. Граница усиливающего поля не была стабильной, то слегка сжимаясь, то расширяясь время от времени.

Что это значит? Я могу контролировать ее радиус?

В моей голове не было четких инструкций из школьных учебников, а архив знаний неизвестного происхождения, открывшийся после контакта со Звездой, бездействовал. Я не знал, что происходит с моим даром и как я могу на это повлиять. Готового решения как действовать у меня не было.

А значит, придется экспериментировать прямо на ходу.

Если я растягиваю поле на несколько метров вокруг, энергия рассеивается, отдавая часть ресурса окружающим. А что будет, если я перестану делиться? Что произойдет, если я стяну все поле к себе?

Простая, но в то же время абсурдная мысль не давала мне покоя. Возможно, всему виной была моя общая неосведомленность и дремучесть, но почему-то я никогда не слышал о таком способе использования Ауры. Было ли это возможно?

Гуманоид с очередным мощным взмахом, в десятый раз попытался располовинить меня когтями на его здоровой руке.

Я волевым усилием сконцентрировался на своем энергетическом поле. И тут же пожалел об этом, когда из-за потери внимания монстр отправил меня в полет ударом восстанавливающейся культи.

Удар о бетонную стену снова выбил из легких весь воздух. Привкус железа на языке ясно давал понять, что я не справляюсь. Я проигрывал.

Краем глаза, я заметил, как Ричи, бледный как полотно, перехватывает дубинку двумя руками. Он вот-вот был готов сорваться мне на помощь. Но я абсолютно точно был уверен в том, что закончится эта попытка лишь его смертью.

Монстр учился. А может, он просто приспосабливался к своему телу. Неуклюжие звериные взмахи становились точнее и коварнее. Ричи, попавший чудовищу под раздачу, не отделается сломанной рукой как Демьяныч.

Снова оказавшись на ногах, я слегка покачнулся. Картинка перед глазами расплывалась, а пот заливал глаза. Но я, не имея другого выбора, из последних сил снова попытался почувствовать свой дар и взять его под контроль. Неожиданно, граница Ауры, видимая лишь моему внутреннему взору, стремительно схлопнулась. Из широкого купола она сжалась до двух метров, затем до одного, пока плотным, подрагивающим коконом не облепила исключительно мое собственное тело.

Эффект проявился мгновенно.

Ричи за моей спиной тяжело всхлипнул и на ровном месте споткнулся, почувствовав, как из него, как из воздушного шарика вытекает бодрящая энергия и возвращается дикая, вышибающая дух усталость. Зато во мне… внутри меня словно прорвало плотину.

Я даже приблизительно не представлял примерных цифр, лишь физически ощутил, как воздух вокруг меня будто преобразился, превратившись в упругий и вязкий кисель. Мышцы налились невероятной, свинцовой плотностью, а реакция и восприятие мира подскочили на какой-то новый, запредельный уровень. Движения монстра, казавшиеся до этого молниеносными, вдруг стали четкими, понятными и даже слегка замедленными.

Гуманоид одним прыжком оказался рядом со мной, заметив мою неустойчивость.

Но он еще не знал, что я сейчас и я пять секунд назад – это два совершенно разных человека.

Монстр выбросил когтистую лапу вперед. На этот раз я не стал блокировать или уклоняться.

Сделав короткий, выверенный шаг в сторону, я пропустил кончики когтей в сантиметре от своего уха. Воздушная волна от удара обожгла щеку, но я уже сместился в мертвую зону и снизу вверх нанес хлесткий удар жезлом прямо под подбородок уродца.

Разряд тока вспыхнул ослепительной вспышкой, и тварь, словно игрушечный болванчик, резко мотнула головой, ее качнуло назад, а на серой костяной маске, покрывающей лицо осталась глубокая черная опалина. Но я, не дожидаясь ответной реакции, обрушил на тварь град новых ударов.

В сражении произошел перелом – теперь я без труда уворачивался от размашистых, снова потерявших свою уверенность атак и наносил ответные выпады. Монстр решительно не понимал, что происходит. Пропуская все больше попаданий, он снова начал двигаться все яростнее и беспорядочнее, но от этого его ситуация становилась только хуже.

Я полностью перехватил инициативу в нашем сражении. Гуманоид получал удары по голове, груди, раненой руке, ногам, шее. Но нанести решающий урон все равно не получалось.

Попадания в уязвимые места чудовище просто не замечало. Сила моих ударов была намного сильнее, настолько, что я боялся, что карбоновый жезл может не выдержать и сломается. Но чудовище продолжало игнорировать ранения. У него не было страха, и кажется, даже не было боли – лишь слепое, искаженное желание уничтожать.

Это и было главное, самое принципиальное отличие Искаженных монстров от обычных хищников с той стороны. Не сила, не отвратительный внешний вид. А вопиющее пренебрежение собственной безопасностью и полное отсутствие инстинкта самосохранения. Искаженные готовы были на все, чтобы добиться своей главной и единственной цели – истребить человечество.