Текст книги "Красные полковники. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Илья Бриз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 37 страниц) [доступный отрывок для чтения: 16 страниц]

– Ты не учел сразу три вещи: первое – меня нельзя купить, – она аккуратно стянула капюшон с его головы и… звонкая пощечина со всего размаха обожгла щеку. – Второе – что я пойму, что ты не хотел меня оскорбить, – на пылающий след от ее ладошки на щеке наложился еще один.

– А третье? – прервал Николай затянувшуюся паузу, внимательно разглядывая ее такое родное лицо, по которому сейчас, без всякого сомнения, текли именно слезы, а не только капли дождя. Разглядывал, подсознательно готовясь к новой пощечине, но даже не думая перехватывать ее руку.

– Третье? Что я тоже могу любить. – Вместо удара он ощутил на своих губах ее мокрые и соленые от слез губы.

Когда они уже прошли сквозь калитку, открытую дистанционно секьюрити, дошли до парадного и вошли в двери, он спросил у Катерины, протягивая руку:

– Ключи от машины?

Взяв маленькую связку, бросил ее охраннику, тщетно пытавшемуся скрыть улыбку – ведь наверняка наблюдал всю сцену их встречи по монитору, – и коротко скомандовал:

– Загони на стоянку.

В квартире медленно раздел ее, с удовольствием покрывая каждый открывающийся кусочек тела поцелуями, отнес в джакузи и очень долго отогревал замерзшую Катерину.

В середине ночи, когда они, уставшие, но довольные, лежали под слабым светом ночника на его широкой постели, наконец спросил:

– Как ты меня нашла? Причем так быстро, всего через три недели?

– О, – довольно улыбнулась она, – это было достаточно сложно, но у меня была отличная видеозапись. Помнишь, я тогда первый раз ошиблась, набирая код снятия коттеджа с охраны? Камера в этом случае включается автоматически. А потом взяла и купила детективное агентство. Не наняла, а именно купила. Благодаря твоему одолжению я все-таки смогла успешно завершить свою аферу, и денег стало достаточно. Агентство… Они сначала проверили записи большинства следящих видеокамер в Лондоне, до которых смогли добраться, затем стали проверять столицы всего Евросоюза. Один из специалистов – хакер – как-то сумел через Интернет получить доступ к записям всех крупных городов мира, передаваемым для Интерпола. Информация стекалась только на мой компьютер – такое условие я поставила в своем агентстве. Каково же было мое удивление, когда обнаружились твои следы почти одновременно в совершенно разных городах на расстояниях в тысячи миль? Когда удалось вскрыть сервер вашей санкт-петербургской полиции – остальное было делом техники. Ну, а после того, как выяснились твои паспортные данные, Николя, – она назвала его имя почему-то на французский манер, – и что ты не женат…

– Н-да, – констатировал Штолев, – прокол на проколе. Придется серьезно задуматься на эту тему. Как ты мотивировала в агентстве мой розыск?

– Никак. Засыпала их вместе с твоим изображением фотографиями различных людей. Пусть ищут. Меня сейчас интересует совершенно другое – каково это быть, – она сделала паузу и прошептала: – The red colonel?

– Скоро сама узнаешь, – тяжело вздохнул Николай.

* * *

– Любому человеку надо во что-то верить. Вот во время той большой войны в середине прошлого века верили в победу, даже когда отступали к Москве. Верили, что после победы жизнь станет лучше. Победили – верили, что вот восстановят страну после частичной оккупации, после жуткой разрухи и заживут хорошо. Потом верили, что, создав ракетно-ядерный щит для державы, можно будет направить хотя бы часть сил на это самое улучшение жизни. Во что-то верили всегда. Надеялись, что хотя бы их дети будут жить лучше. Строилось жилье, и появились не только товары первой необходимости, но даже какие-то предметы якобы роскоши. Морально устаревший «Фиат-124» стал почти народным автомобилем «Жигули». За цветными телевизорами выстраивались очереди. Но пришли 80-е, и стараниями как нашей собственной власти, так и лепших закордонных, в основном – заокеанских, друзей верить стало не во что. Союз рухнул, и новые власти стали резко насаждать веру в рыночную экономику. А что? Материальные способы мотивации ведь достаточно действенные. Вспомни хотя бы треклятые ваучеры. Только вот эта идейка превратилась в кормушку для довольно ограниченной части населения. Обернулась разгулом бандитизма и рэкета. Постепенно все устаканилось, причем как в прямом смысле, так и в переносном. Пить стали еще больше. Бандиты, частично перебив друг друга, остепенились и превратились в добропорядочных бизнесменов. Западный капитал медленно, но верно скупает Россию на корню. Продается все: от секретных технологий до не только отдельных предприятий, а даже целых отраслей промышленности. Только вот народ верить во что-либо вообще перестал, – как-то немного удрученно закончил свой монолог Полонский.

Полковник Юрий Анатольевич Лазаренко исполнял обязанности командира воздушно-десантной бригады всего два месяца. Генерала Максимова сняли за почти ежедневную пьянку. Впрочем, особых надежд на утверждение в этой должности у полковника не было. Хотя именно он тянул бригаду, но не очень-то пришелся ко двору в Министерстве обороны – слишком отрицательная у него позиция к, увы, уже свершившейся военной реформе. Так недалеко и до известной поговорки: «Народ, который не хочет кормить свою армию, будет кормить чужую». Вот только не народ страны в этой ситуации виноват, а власть. А теперь к нему пришел, вероятно, лучший из молодых генералов и убеждает в том, что и так понятно.

– Дмитрий Алексеевич, хватит ходить вокруг да около. Ты меня первый день, что ли, знаешь? Говори прямо – что предлагаешь?

– Прямо? – генерал усмехнулся. – А не пора ли судьбу Родины в свои руки брать?

Лазаренко сначала скептически посмотрел на Полонского, затем проверил показания сканера на наличие жучков, улыбнулся и протянул руку:

– Давно пора!

Они долго сидели в тот вечер, тщательно обсуждая кандидатуры тех, кого можно привлечь к делу.

– Откуда это у тебя? – спросил полковник, просматривая фээсбэшные досье в ноутбуке Полонского.

– Места знать надо, – отшутился генерал. Впрочем, Юрий Анатольевич не настаивал. Давно уже понял, что некоторая информация очень обжигает. А в их сверхрискованном деле – особенно.

Список составили достаточно быстро, обговорили, кто кого привлекает.

– Не боишься, Дмитрий Алексеевич?

– Очень боюсь… что опоздаем! Надоело смотреть, как эти сволочи страну гробят.

– Может, по рюмочке за успех?

– Нет, Юра. Пока не сделаем – капли в рот не возьму.

* * *

– Ты хоть соображаешь, что несешь? Какая-то британка, аристократка – кто она там, графиня или баронесса? – в нашу команду? – Сахно был не просто раздосадован, а взбешен.

– И что мне теперь с ней делать? Ликвидировать Катерину я никому не позволю. Я люблю ее, – стушевался Штолев.

– Я отлично понимаю нашего Гришку, могу понять Виктора, но от тебя, Коля, я такого никак не ожидал. Какой-то мексиканский сериал, а не команда… Не хватает еще только кому-то из нас уверовать в Магомета и завести себе гарем, – высказался Александр Юрьевич, постепенно остывая. – Все ей уже рассказал?

– Пока ничего. Она сама меня вычислила. Прокалываемся мы на прогулках по планете капитально.

– Это как? – сразу спросил Сахно, немедленно переходя от злости к встревоженной заинтересованности.

– Светимся в один день в разных городах. А следящих видеокамер нынче на каждом углу понатыкано выше крыши. Если вдруг какая-нибудь розыскная программа сравнит записи в различных городах… – дальше Штолев объяснять не стал. И так все было понятно.

– Да, – Александр Юрьевич почесал костяшкой согнутого указательного пальца кончик носа, – явная наша ошибка. Надо срочно проинструктировать всех, чтобы такое больше не повторялось. Черт, – продолжил он уже о другом, – команда разрастается на глазах, а чем дальше – тем больше риск потери секретности. Это ты хоть понимаешь?

– Давно уже на эту тему думаю. Надо, вероятно, форсировать переворот и уходить под крышу Полонского, доведя до него только наши возможности и ни слова не говоря о самих портальных технологиях.

– Ну, ситуация в стране, на фоне очередного витка жесточайшего мирового экономического кризиса, кажется, уже созрела. Властям все сложнее поддерживать жизнь населения на необходимом уровне, чтобы народ сам не взбунтовался. Цены на продукты и товары первой необходимости почти на заоблачной высоте. Процветают только всякие оптовики и чиновники. Злость берет, до чего Россию довели. Одни в Куршавелях развлекаются и особняки в Испании и на Лазурном берегу покупают, а другим жрать нечего.

– А хватит у генерала сил, чтобы взять власть? – перебил Штолев.

– Должно. Десантная бригада Лазаренко сегодня одна из лучших. Полковника там уважают. Пойдут за ним в огонь и в воду.

– Лишь бы преданные режиму внутренние войска подтянуться не успели. Крови тогда прольется…

– Погибших будет, увы, в любом случае много, – согласился Сахно. – Но, с другой стороны… Ну, а мы-то тогда на что? В принципе отключить всех мешающих можно достаточно просто и быстро. Необходимо запасти побольше снотворного. Впрыснем через микропорталы прямо в вены.

– Потребуется очень четкая координация всех действий.

– Обязательно. Но вот о своем участии мы Полонского предупреждать не будем. Иначе он только на нашу команду будет надеяться, а не на собственные силы.

– Представляю картинку – десантники только собираются подавить кого-то, кто попытался открыть по ним огонь, и вдруг там тишина. Только громкий храп со всех сторон, – усмехнулся Штолев.

– Ох, сложно это будет. Ты представляешь, с какой скоростью придется работать? Можем ведь не везде успеть. Нас для такого дела слишком мало. Придется задействовать всех. Твою аристократку в том числе. Как она, с нашими целями-то согласна?

– Ты можешь представить разумного человека, которого при надлежащей аргументации не устроят наши цели? – опять усмехнулся Николай. – Вот методы… Впрочем, они диктуются имеющимися в нашем распоряжении средствами. А если сюда добавить еще ее отношение ко мне…

– И твое к ней, – рассмеялся Александр Юрьевич. – А я-то понять никак не мог, с чего вдруг ты на мою Наташку в последнее время перестал засматриваться. Раньше-то глаз не отводил.

– Это было так заметно? – удивился Штолев.

– Ну, кто другой, может быть, и не заметил бы, но я давно понял, что ты, Коля, к Наталье неровно дышишь.

– Да я же ей ни слова, ни намека…

– Потому-то у нас подобного разговора раньше и не состоялось. С другой стороны, если не верить жене и друзьям, то зачем тогда вообще жить?

* * *

– Это что? – Вера внимательно разглядывала картинку на экране компьютера и не могла понять, что там изображено.

– Это? – Наталья как-то очень уж довольно улыбнулась. – Это внутри меня. Будет твоим братиком или сестричкой.

– Мамка! – Девушка повисла на шее матери.

– Осторожнее, доча! Задушишь.

– Папе уже сказала?

– Нет еще. Тебе – первой.

– И за что мне такая честь? – девушка опять вгляделась в экран. Маленький еле заметный комочек. А всего через девять месяцев будет человеком. Наверное – самое большое чудо природы!

– А разговор у меня к тебе серьезный, – Наталья ласково ладонью повернула голову дочери к себе. – Я из тебя такие зародыши дважды уже вытаскивала.

– Что? – Вера сначала просто не поняла, о чем идет речь. Только после минуты молчания, когда они напряженно смотрели в глаза друг другу, выкрикнула: – Да как ты посмела?! – Встала и, активировав через браслет массивных часов портал, исчезла из бункера Сахно.

Появилась она только через полчаса. Зареванная, но уже более-менее успокоившаяся.

– Мамочка, ты прости меня…

Наталья только притянула дочь к себе, обняла и успокаивающе стала гладить по спине.

– Ты в институт сегодня опять не пошла? С первого курса прогуливаешь?

– Угу, – ответила Вера, удобно устроив голову на груди матери, – сегодня химия и анатомия. Ну, органику я и так знаю, она еще в школе мне нравилась, а анатомию уже на себе и Гришеньке с помощью портала неплохо изучила. Вот только не догадалась там, – она кивнула головой на низ своего живота, – себя регулярно проверять. Мам, а у Светки он какой? – девушка ткнула пальцем в экран, на котором была все та же картинка.

– А не имею я права без ее ведома тебе показывать. Про врачебную тайну слышала?

– Ну, я тогда сама из нашего с Гришей бункера посмотрю, – упрямо заявила Верка.

– Не смей! – Наталья даже пальцем погрозила дочери. – Просто попроси у Светланы разрешения. Сомневаюсь, что она тебе откажет. Не такая уж она у нас и стеснительная.

– Это точно, – рассмеялась Вера. – Позавчера в Австралию втроем прыгали. Там на северном побережье уже весна вовсю. Немного позагорали и купались. Светка топлесс была, как многие из местных. Мой Гришка вначале глаза прятал и красный как рак был. Такой смешной…

Глава 11

– Баронесса?! – глаза у Верки стали круглыми. – Врешь!

– И когда это я тебя обманывал? – обиделся Григорий. – Вечером в центральном бункере сама увидишь – она нашу клятву будет давать.

– Красивая? – Вера даже не попыталась заметить обиду на его лице.

– Старая она – наверно, за тридцать.

– Ты еще скажи, что у меня мама старая – ей на следующей неделе тридцать девять будет. Вот дед с бабой Надей – они точно старые, за семьдесят уже. А мамочка… Мама у меня молодая – через девять месяцев опять рожать будет.

– Да ну?! – удивился парень.

– Это мы с тобой еще маленькие деток заводить. – Верка с удовольствием показала длинный розовый язычок. Гришка сделал вид, что сейчас откусит, но все к удовольствию обоих закончилось поцелуем.

– А все-таки, какая она, эта Катерина Бекетт?

– Вер, ну вечером же сама увидишь. Давай работать – дел по горло.

– А вот я не в курсе, – капризно заявила девушка.

– Дядя Саша дал задание найти место под новую большую подземную базу. Коля Штолев говорит, что в наших бункерах работать все-таки опасно. Надо построить свою достаточно большую базу, чтобы там все вместились. Команда-то наша увеличивается. Витя, вон, уже жаловался, что им со Светкой тесно. Одновременно эксперименты проводить не получается.

– А мне, между прочим, тоже надоело постоянно прыгать из твоего бункера к родителям. Во всяком случае, я у мамы больше знаний наберусь, чем на лекциях в институте. – Вера все-таки поступила в медицинский. Применять портальные технологии при лечении людей, как это практиковала Наталья, было очень интересно.

– И где будет новая база? – тут же вернулась к теме Вера.

– Во глубине сибирских руд, – отшутился парень. – Самое оптимальное, как мне кажется – внутри Уральского хребта. Вот смотри, здесь, – Гришка ткнул пальцем в экран компьютера, на который сейчас была выведена карта Урала. – На глубине полутора километров есть огромный цельный гранитный массив. В нем и нарежем любое количество нужных нам помещений.

– Как это – нарежем?

– Светкино изобретение, – ухмыльнулся Григорий. – А я, дурак, не догадался до такой простой вещи. Открываешь портал прямо внутри любого твердого тела и чуть сдвигаешь фазу генератора – атомные и тем более молекулярные связи по плоскости пробоя мгновенно рвутся. Форму окна пробоя мы можем задать какую угодно – теперь никакие станки в механообработке не нужны. Рисуй в программе деталь, и через несколько минут, если не секунд, она готова с идеальной точностью. Причем любой конфигурации и из любого самого прочного материала. Вот таким способом и будем внутри скального массива себе комнаты, залы и коридоры нарезать. Представляешь – стены ровненькие, как по ниточке, лучше, чем полированные. Будет настоящий подземный почти сказочный замок. В нашей спальне потолок амальгамой какой-нибудь покрою – зеркало получится. Только на пол придется что-то с подогревом мягонькое положить, чтобы твои ножки от холода не страдали. Самую большую стену информационником сделаем – будешь виды из окна сама выбирать. В соседней комнате вместо какой-то там ванны или джакузи – бассейн. Тут уже я буду тебя туда по утрам кидать, чтобы побыстрее проснулась.

– Ну вот, – слабенький подзатыльник прервал Гришкин монолог, – а я уже губу на царские хоромы раскатала. А тебе, оказывается, все это требуется, чтобы без свидетелей меня утопить!

– И за борт ее бросает в набежавшую волну. – Парень успел поймать дернувшуюся было Верку, подхватил на руки, сделал вид, что подкидывает, но не бросил, а только крепче прижал к себе и поцеловал. Впрочем, она не особо-то и сопротивлялась.

– Все, хватит, – Григорий аккуратно опустил невесту на соседнее кресло. – У меня до вечера должен быть хотя бы прикидочный проект новой базы. А я ведь никак не архитектор.

– Слушай, Гриш, а куда камень из массива высыпать будем?

– О! – Лицо парня буквально засветилось от предвкушаемого удовольствия. – Засыпем промоину в Тузлинской косе в Керченском проливе. В двадцать пятом году прошлого века ее сильный шторм размыл, а после идиотского отделения Украины от России в 91-м начались не менее идиотские споры о принадлежности острова Тузла. Капитально засыпем, так, чтобы обо всех вопросах забыли. Вполне такой выступ нормальный у Керченского полуострова получится. Портальную камнедробилочку Витя со Светланой уже соорудили. Не засыпать же там ровными прямоугольными блоками с зеркальной поверхностью? Еще на каких-нибудь инопланетян подумают…

* * *

– Н-да, целый подземный город получается, – задумчиво почесав кончик носа, сказал Сахно, разглядывая Гришкины планы на большом плазменном экране.

Торжественная часть вечера была закончена. Катерина всем представлена, приведена к присяге, как постепенно стали называть их клятву, виртуальные звездочки на погонах еще одного «Красного полковника» обмыты, мягко обсмеяны – самоироничности хватало у всех – и команда перешла к текущей работе.

– Надо генераторную подальше отнести. Гул дизелей через камень хорошо передаваться будет, – высказался Кононов-старший.

– А зачем вообще дизель-генераторы использовать? – с чуть загадочной улыбкой спросила Сара-Светлана Гольдштейн. – У нас ведь теперь есть доступ к самой древней и самой мощной электростатической машине планеты – самому земному шару.

– Так, – Александр Юрьевич оглядел всю немаленькую уже команду, достал сигареты, критически посмотрел на хорошо заметный животик Светланы, убрал пачку обратно в карман и скомандовал: – Рассказывай.

– Atmospheric electricity,[36] – говорили сегодня в центральном бункере на английском, так как Катерина русского языка совершенно не понимала. – Земля – это огромный сферический электрический конденсатор, одной обкладкой которого является сама поверхность планеты, а другой – ионосфера. Постоянно подзаряжает этот конденсатор солнечный ветер, взаимодействуя с магнитным полем Земли, которое вращается вместе с планетой. Мощность этого генератора настолько огромна, что, по некоторым оценкам, превышает нынешние потребности человечества в электроэнергии в десятки тысяч раз. Чтобы воспользоваться этой энергией, надо всего-то протянуть провод в ионосферу и поставить там Tesla coil.[37] В качестве проводника идеально подходит физический пробой. Точнее – можно просто в портал кусок провода засунуть.

– Так вот каким способом ты у нас в бункере четыре установки сожгла! – расхохотался Виктор. – А я-то понять не мог, что ты там такое испытываешь. Хорошо хоть дистанционно порталом управляла. Могла ведь сама под молнию попасть.

– А кто мне обещал достать промышленный преобразователь для высоковольтных линий постоянного тока? Там же напряжение – сотни киловольт при относительно малых (всего несколько десятков ампер) токах, – с язвительной улыбкой парировала жена.

– То есть у нас уже сейчас есть практически неограниченный источник электроэнергии без всяких там турбин и генераторов? Только преобразовывай в нужные напряжения и частоту? – дошло до Гришки. – Ни тепловые, ни атомные, ни гидроэлектростанции не нужны?

– Прорыв за прорывом, – тихо на фоне общего шума голосов команды, довольно восторженно приветствовавших Светлану, произнес Александр Юрьевич, привычно почесывая костяшкой согнутого указательного пальца кончик носа. – И это всего на одном открытии. Эх, если бы можно было все ресурсы, что идут на вооружения, направить только на науку!..

Относительно спокойно на все реагировал только Кононов-старший. Он сидел какой-то задумчивый, грустный и отрешенно ковырял вилкой в своей тарелке.

– Ген, ты чего? – подсел к нему Сахно.

– Да понимаешь, Саша, немного несправедливо получается. Я тут водочкой под икорку пробавляюсь, а моя Лена с детьми сидит. Думаешь, она в нашем деле пользы принести не сможет?

– Черт! А ведь действительно несправедливо, – вслух рассуждать, что, мол, вот Штолеву можно приводить в команду кого ни попадя, а Кононову, без которого открытие вообще могло бы быть не реализовано, нельзя, он не стал. – Не испугается?

– Нашел трусиху, – ухмыльнулся Геннадий. – Жена мне уже всю плешь проела, – он провел рукой по своим отнюдь не редким волосам, – и чем это вы там в своем отделе таким интересным занимаетесь, что ты иногда и в выходные на работу стремишься?

– Ну, так дуй за ней прямо сейчас. Дети прекрасно с бабушкой от родителей отдохнут. Да и охрану дома Коля, без всякого сомнения, нормально поставил.

– Что, и советоваться ни с кем не будешь?

– Очень сомневаюсь, что кто-то будет против твоего протеже, – усмехнулся Сахно.

Гена немедленно вышел в коридор, чтобы не поднимать ветер от разницы давлений воздуха из открывшегося портала. Через несколько минут через ту же дверь он ввел Елену, заметно ошарашенную новостями и все-таки чуть-чуть испуганную новым для нее фантастическим способом передвижения на огромные расстояния. Всего шаг, и из родного Питера в Подмосковье?!

– Ленка… – у Гришки от удивления отвисла челюсть. Потом он сориентировался и весело воскликнул: – Нашего полку прибыло! Сейчас опять звездочки обмывать будем!

– Хватит с тебя на сегодня, – беззлобно толкнула его в бок Вера, – и так уже, наверное, полбутылки «Вдовы Клико» вылакал.

– Да это мне – как слону дробина, – попытался отмахнуться парень, но под зорким взглядом невесты налил в свой бокал только на донышко.

* * *

– Ну что, полковник, пришла в себя?

– Фантастика! Как начинаю думать – натуральным образом шизею!

– Ленка! Ну что за выражения?! При детях не вздумай так говорить, – улыбнулся Геннадий.

– Так спят ведь давно. Все равно – шизею! Ну, хоть теперь понятно, почему последнее время ты меня в тратах вообще ограничивать перестал.

– Завтра запрограммирую тебе браслет, покажу, где в моем, теперь нашем, бункере на компьютере все наши счета в банках записаны, подберем документы – и гуляй где хочешь. Только знаешь, Лен, довольно быстро надоедает просто так шариться по планете, – Гена использовал слово из лексикона младшего брата. – Работать значительно интереснее. Вот на Луну один раз прогуляться можно.

– На Луну? Так та история с камнем оттуда – ваша работа?

– Гришкина. Верка ему заявила, что, пока братец ей камень с неба не достанет, замуж за него не пойдет, – расхохотался, вспоминая, Геннадий. А потом, невзирая на третий час ночи, начал относительно подробно рассказывать.

– Теперь я понимаю, к чему вы тогда о нашей цивилизации говорили.

– На даче у Сахно прошлым летом?

– Да.

– Тогда у нас был первый успех. Получили устойчивый информационный пробой.

– Какие вы все-таки молодцы. За такой короткий срок столько сделали.

– Сколько столько? Хотя… – Кононов задумался. А ведь действительно, после кровавой мафиозной войны и Гришкиной работы на ниве уничтожения посевов опиумного мака на Земле явно стало заметно меньше преступности. Если бы еще не этот экономический кризис…

* * *

Разбудило Гришку довольно неприятное покалывание на левом запястье. Он сел на кровати, отключил вызов на эвакуационном браслете, с удовольствием потянулся, напрягая мышцы своего длинного тела, с еще большим удовольствием посмотрел на спящую Верку – свет ночничка был слабым, но парню хватило, чтобы разглядеть лицо любимой, – поправил одеяло на девушке, натянул привычные домашние треники, в которых он всегда ходил в их с Верой бункере, и выбрался в соседнюю комнату. Вызов на эвакуационный браслет пришел от дежурной автоматики. Григорий включил кофейный автомат и, устроившись в кресле, стал разбираться.

С учетом того, что все разведывательные и контрразведывательные службы конкурируют между собой, а иногда даже конфликтуют, то ничего удивительного, что частенько они занимаются не всегда собственными обязанностями. Вот и сейчас сервер АНБ[38] в Форт-Миде перехватил тревожный сигнал чрезвычайной обстановки в предгорьях Кордильер недалеко от Лос-Анджелеса. Гришка давно уже не шарился пробоем по планете, выискивая всякие аномальные ситуации. Зачем, если можно через информационный портал подключиться к серверам национальных секретных служб и отслеживать только сигналы с наивысшим приоритетом? Но вот данный случай был не совсем стандартным. Точнее – ситуация была чрезвычайной. Ливневые дожди, уже почти неделю поливающие чуть ли не всю Южную Калифорнию, особенно поусердствовали над горным хребтом Сан-Габриель. Вода быстро переполнила долины пересохших речек, которые превратились в не знающие удержу потоки. Они с корнем выворачивали деревья, волочили каменные глыбы весом в десятки тонн, массу грязи, щебня. Сель[39] уже не в первый раз приносил бедствия в эти места. В ночь на 1 января 1934 года и в марте тридцать восьмого. Спустя тридцать пять лет, 22 января шестьдесят девятого года в этом районе снова произошла трагедия, и причиной ее опять стало излишнее количество влаги, лившейся с неба стеной. Но вот то, что творилось там сейчас…

Григорий внимательно через пробой осмотрел весь район. В паре километров ниже истока маленькой высокогорной речки бурный поток встретился со специальной противоселевой плотиной, наполнил получившееся горное озеро до краев, снес препятствие и понесся дальше, разнося вдребезги все, что было на его пути. Парадокс, но сооружение, воздвигнутое для защиты от селя, сыграло совершенно противоположную роль – помогло набрать разрушительному потоку силу. К следующей плотине сель устремился уже с бешеным расходом потока в несколько тысяч кубометров в секунду. Он тащил с собой много миллионов кубометров грязекаменной массы. Парень проследил вероятный путь селя по каньону. Маленькие городишки Монроуз, Ла-Кресента и Глендейл будут уничтожены полностью. Разрушения затронут даже часть районов большого Лос-Анджелеса. Тысячи, десятки тысяч, может быть, даже миллионы жертв. И уже ничего не сделать. Даже оповестить население за оставшиеся час-полтора не удастся, не то что вывести из опасных районов. Гришка еще раз проследил будущий путь селевого потока. Вот если бы обрушить вот эту скалу в каньон, то сель вынужден будет свернуть в другую сторону. Заложить заряд в пару килотонн? Нет в наличии, да и все равно не успеть. А если?.. Парень лихорадочно начал просчитывать необходимую мощность генераторов пробоя. Без особого запаса, но должно хватить. Еще пара секунд на раздумывание, и Григорий решительно вызвал нужную строчку тревожного меню – общий сбор в его бункере. Хлопнул по «энтеру» и побежал будить Веру.

Первым, как всегда, появился Николай в одних брюках, но со стволом в кобуре скрытого ношения на голом, бугрящемся мышцами торсе.

– Что случилось? – он уже был бодр, как будто не проснулся всего пару минут назад.

– Сейчас все появятся и объясню, – парень успокаивающе махнул рукой.

Собрались «Красные полковники» на удивление быстро – вероятно, сказались тренировки, которые Штолев устраивал уже несколько раз. Повезло, что все ночевали или дома, или в своих бункерах.

Григорий довольно подробно, но быстро обрисовал ситуацию:

– Есть вариант спасти население: срезать вот эту скалу порталом в каньон Светиным способом, – парень показал на большом мониторе. – Селевому потоку деваться будет некуда, но вот если здесь, – еще одно уточнение места на экране, – пробить новое русло речки…

Кононов-старший сел в кресло и быстро проследил возможный путь селевого потока.

– Тут относительно новый маленький поселок накроется, – констатировал Геннадий, ткнув пальцем во второй монитор, на котором была выведена карта местности.

– Черт! – ругнулся Виктор. – А я успел просчитать, что мощности генераторов должно хватить.

– Уже прикинул, – уныло протянул Гришка. Он так надеялся, что удастся спасти людей…

– Сколько в этом поселке проживает людей? – спросил Сахно.

– Там всего чуть больше полусотни домиков, – тут же ответил Гена.

Александр Юрьевич перекинулся взглядами со Штолевым, Кононовым-старшим, посмотрел на переминающуюся с ноги на ногу дочь, Светлану Гольдштейн, прижимающуюся своим большим животом к Виктору, Катерину, прихватившую Николаю рубашку и сейчас чуть ли не силой сдергивающую с него кобуру, чтобы мог одеться, бросил взгляд на жену, так и держащую в руке свой большой медицинский баул, и повернулся к Григорию:

– Сколько времени осталось?

– Минут десять-пятнадцать. Потом селевой поток уже вырвется в реку и остановить его или повернуть будет невозможно.

– Решай! – жестко сказал Сахно. – Или этот поселок со всеми жителями, или во много раз больше жертв. За это время, кроме тебя, никто не успеет все необходимое сделать.

Теперь уже Гришка по очереди посмотрел на всех «Красных полковников», кивнул непонятно кому – то ли присутствующим, то ли своим мыслям – и потянул брата из кресла.

Пальцы парня мелькали на клавиатуре с невообразимой быстротой. На боковом мониторе появилось изображение огромной скалы под хлещущим дождем. На нее наложились красные линии будущего разреза. Гришка критически посмотрел на картинку, мышкой подхватил верхнюю линию и еще немного подтянул вверх.

– Наклон пятьдесят градусов – это ведь с гарантией? – спросил у Гольдштейна.

– За глаза, – кивнул тот.

Григорий еще что-то набрал на клавиатуре, поднес палец к «энтеру», на долю секунды задержался и нажал.

В первый момент показалось, что ничего не произошло. Только на пару секунд резко повысился гул дизельгенераторов и опять вернулся к привычному незамечаемому фону.

Парень почти носом въехал в большой монитор. Скала на нем вроде бы вздрогнула и как-то нехотя поползла вниз. Постепенно разгоняясь, она соскользнула с плоского, ровного, как зеркало, среза и ухнула в ущелье. Изображение покачнулось от рукотворного землетрясения и опять замерло. Григорий еще раз всмотрелся в перекрытый завалом каньон и лихорадочно стал пробоем крушить его боковую сторону, укрепляя свежеобразованную дамбу и готовя новую дорогу для селевого потока. Он успел. Грязекаменная тысячетонная масса ударила в завал, чуть-чуть откатилась как живая и ринулась по новому маршруту. В ущелье ненадолго образовался водоворот, но потом уровень потока немного приподнялся, и смесь воды, огромных валунов и грязи как будто весело направилась в сторону нового поселка.