Текст книги "Этюд В Бордовых Тонах (СИ)"

Автор книги: Игорь Тарно

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 9 страниц)

Я, купил фишек на 1000 евро, разделив их на три равные части, и мы втроем оккупировали “однорукого бандита”, поочередно испытывая счастье в заведомо проигрышном деле.

Но в жизни так бывает, когда тебе везет во всем и надо только вовремя остановиться, что бывает сделать крайне сложно, особенно, если человек склонен к игромании.

Я не отношусь к таким людям и с определенных пор контролирую свои эмоции, что позволяет мне существовать в жутком мире лжи и порока.

Поэтому, когда девчонки проигрались в пух и прах и виновато уставились на меня, с трудом сдерживая отрицательные эмоции, я поставил сразу все фишки на одно включение “однорукого бандита”, после чего фишки из автомата не посыпались потоком, а вместо этого на экране появилась музыкальная заставка и прыгающая надпись, которую Жанна с изумлением перевела:

– Джекпот! Вам выпал выигрыш 10000 евро!

         Девчонки восторженно захлопали в ладоши, а я тут же предложил отметить выигрыш в ночном ресторане. Но девчонки, переглянувшись, сказали, что устали и хотели бы поскорее  отправиться отдыхать, так как уже устали от низкопробных хостелов.

         Когда мы уже выходили из казино, то едва не столкнулись с двумя входящими туда мужчинами, в одном из которых я сразу узнал спутника Эммы, также заметив, что второй мужчина весьма плотного телосложения и уж очень смахивает на наемного убийцу. Я ему тут же придумал кличку “Мордоворот”.

         Мужчины оживленно разговаривали между собой, и мой попутчик меня не узнал в окружении двух девиц, тем более что я успел отвернуть лицо и пригнуться к Жанне, поправляя ей макияж платком.

         Да, сегодняшний день оказался удачным во всех отношениях!

Поэтому я с чувством выполненного долга

повел своих девушек в гостиницу, где они первым делом прыгнули на кровать, поверив ее упругость.

Затем подруги приняли ванну, работающую как джакузи, и, переодевшись в чистое белье, поспешили в кровать, высунув из-под простыни свои уморительные физиономии, ожидая, что будет дальше.

Я также отправился за ними в ванную, и вернулся, надев спортивные трусы, подчеркивающие фигуру.

Тут же последовали аплодисменты: девушки по достоинству оценили мой внешний вид, а затем замолкли, и на их лицах появилось вопросительное выражение.

– Так мне ложиться на диван или вы примете меня к себе? – для формальности поинтересовался я, и девушки, как по команде, раздвинулись в кровати, пропустив меня,  и я устроился между ними.

Затем они накинулись на мое тело, как голодные волчицы, и все закрутилось в безумном акте совокупления и бесстыдства…

Когда утром я проснулся, девушки были на ногах и стали с рук потчевать меня завтраком прямо в постели, причем заказали его в ресторане за свои деньги.

Я впервые чувствовал себя  крымским шахом в окружении наложниц! И  это, откровенно признаюсь, было чертовски приятно!

Но мне пора было заняться своими делами, и я  предложил девушкам остаться у меня еще на пару дней, передав свою карточку для входа в гостиницу, но предупредил их, что могу и не появиться в ту или иную ночь, так как занят важными делами.

Затем я открыл портмоне и выложил перед ними свой вчерашний выигрыш, сказав, что это мой подарок, и они ошеломленно смотрели на меня, так как, видимо, впервые в жизни столкнулись с такой щедростью от молодого человека.

Далее я записал адрес Жанны в Киеве и московский телефон квартиры, которую девушки вместе снимали на Кутузовском проспекте, недалеко от дома, где когда-то жил Брежнев.

Часть 13 БЛИЦКРИГ

После прощания с девушками я вышел из гостиницы, решив не таиться, и направился в ближайший ресторан, надеясь, что интересующая меня парочка с самолета устроилась где-то в ближайшей гостинице. И не ошибся!

Ведь после пяти минут моего появления в ресторане, к занятому мной столику подошел вчерашний спутник Эммы, который без обиняков предложил со мной поговорить, не откладывая в долгий ящик.

Я быстро пришел в себя от неожиданности и, приняв независимый вид, процедил:

– Какого тебе, рожна, паря, надо? Ты разве не видишь, что я не в настроении? Так можно и по шее схлопотать!

– Да ты, “Красавчик” не на того мазу тянешь! – нагло заявил незнакомец. – Лучше скажи, чего это “Ювелир” на тебя окрысился. Вы ведь были не разлей вода?

– Чего ты, паря, все вынюхиваешь, хочешь по рогам получить? Так я сейчас тебя быстро поимею? – злобно бросил я, давая понять, что разговор окончен.

Но наглец и не думал прерывать беседу,  налив себе в бокал вино из бутылки на столе.

Я, конечно, мог сшибить его одним ударом со стула, но решил повременить, так как мне было очень интересно, что хлюст от меня хочет, а потому повернулся к нему всем телом и посмотрел прямо в глаза немигающим, змеиным взглядом, не сулившим ничего хорошего.

Из уже сказанного мне было понятно, что незнакомец знал много и обо мне, и о “Ювелире”,

причем и то, что случилось в последние дни, то есть в составе обслуживающего персонала были “кроты”, и в первую очередь следовало обратить внимание на испанцев, так как другие сотрудники, прибывшие из Киева, были многократно проверены “Ювелиром”, хотя полностью исключить их участие в судьбе хозяина было, конечно, преждевременно.

– Итак, что тебе все-таки надо? – поинтересовался я, – говори, у тебя есть три минуты!

–  Хотя я не знаю, что у вас произошло с хозяином, но птичка на крыле принесла весточку, что вы радикально побили горшки, и ты ушел с виллы “Белый конь”в гостиницу не солоно хлебавши, – заметил незнакомец, непонятно зачем присовокупив к своим словам название известного детектива.

Так вот я предлагаю тебе вернуться к “Ювелиру” и упасть к нему в ноги, попросив прощения, за что ты получишь 100000 евро с авансом в 20000 евро,так как я знаю, что ты далеко не бедный человек!

– Да, меня купить трудно, но в данном случае я готов подзаработать, так как “Ювелир” поступил со мной  подло, хотя я служил ему верой и правдой!

– А за что, если не секрет, он окрысился на тебя?

– Я ему сказал, что шлюха в самолете подозрительна мне, и ее не следует приглашать на виллу в Аликанте, а он запал на нее и послал меня куда подальше, сказав, что я могу выметаться, так как яйца курицу не учат!

Так что я этого ему не прощу, не на того нарвался!

После этих слов я, имитируя душевное возбуждение, бросил вилку на стол.

Видимо, я был убедителен, так что незнакомец протянул мне руку, скрепляя уговор, и сказал:

– Будешь называть меня Константином, а вот тебе мобильник, по которому я буду с тобой разговаривать. Харе?

Я кивнул головой, положив телефон в  портмоне и вопросительно посмотрел на Константина, который тут же отсчитал аванс за предательство, передав мне пачку банкнот в количестве 200 штук по 100 евро, а потом, криво улыбнувшись, проговорил:

– Эмму не обижай, – она наш человек! Ты и сам, наверное, на нее запал!

  Я, молча, налил себе вино в бокал и продолжил трапезу, показав, что разговор окончен.

Константин помялся, намереваясь еще что-то сказать, но, увидев, что я не намерен продолжать беседу, поднялся из-за стола и исчез в толпе праздно шатающейся публики.

Беседу с Константином я отнес к своим успехам в битве за судьбу “Ювелира”!

Все складывалось очень удачно, так что я теперь мог внести коррективы в наш план и спокойно вернуться на виллу, имитируя примирение с шефом в ожидании появления Эммы.

После завтрака я отправился на пляж, заметив за собой слежку в лице “Мордоворота”, которого я видел намедни с Константином у входа в казино, и, не таясь, подошел к нему, заявив, что если еще раз увижу него рядом с собой, то натяну глаз на задницу, на что тип угрожающе что-то пробормотал, но скрылся из виду.

Показав, что не пальцем деланный и поплавав вдоль берега полчаса, я отправился на виллу “просить прощения за допущенную бестактность у “Ювелира”, который, удивленно посмотрев в мою сторону, сделал вид, что с трудом прощает меня в присутствии одного из испанцев, и, безнадежно махнув рукой, пригласил в кабинет, якобы для воспитательной беседы.

Там я изложил ему последние новости и похвастался своими успехами в казино и у женщин, на что шеф благосклонно отпустил мне леща по шее.

Теперь можно было внести коррективы в разработанный мной план, но я решил оставить за собой номер в отеле, так как не мог приводить девиц на виллу, не усложняя жизнь ее хозяину, да и встречаться с Константином вне территории виллы было проще, а отмазку я мог легко найти, сообщив, что наши отношения с “Ювелиром” пока что восстановлены не в полном объеме.

До вечера Эмма на вилле не появилась, и я отпросился у “Ювелира” в гостиницу, хотя тот выразил некоторое недовольство этим.

И я снова провел очаровательную ночь, отдаваясь безумному сексу с темпераментными девчонками, которые играли в любовные игры с каким-то звериным восторгом, подогреваемые присутствием в кровати сразу трех партнеров.

Утром девушки попрощались со мной, сообщив, что отправляются на юг Испании, и мы расстались, пообещав обязательно встретиться в Киеве или Москве.

Позже мне позвонил Константин и поинтересовался, почему я в гостинице, а не на вилле согласно нашему уговору.

Я спокойно объяснил, что хотя отношения с шефом налажены, но все еще полностью не восстановлены, и для этого потребуется несколько дней.

Константин с пониманием воспринял эту информацию, сообщив, что в скором времени на вилле должна появиться Эмма, но он пока не знает, как это оформить.

Я посоветовал ему, как доставить Эмму по месту назначения.

Она должна была позвонить по телефону, который ей дал в самолете “Ювелир”, и сообщить, что приехала на автовокзал в Аликанте, но не знает, где искать виллу. Тогда он пришлет меня туда на Феррари, а я доставлю ее по назначению, на чем и порешили…

Итак, я подъехал на своей красной машине к зданию автовокзала, возле которой увидел невероятно красивую женщину, в которой узнал Эмму. Она была в  модном, белом брючном костюме и в туфлях на высоченных каблуках. Все это делало ее фигуру совершенной и заставляло неотрывно смотреть на даму, так что недалеко от Эммы собралась группа темпераментных испанцев, которые громко выражали восторг от ее экстерьера.

Я под завистливыми взглядами испанцев подошел к Эмме, взял ее довольно большую сумку и поставил в багажник.

Любопытно, что и Эмма смотрела на меня во все глаза, поскольку, видимо, ей я очень понравился, в чем не было ничего удивительного. Ведь женщины просто млели, глядя на меня. И только Марина пренебрегла мной, за что и поплатилась своей никчемной жизнью!

Эмма, усевшись рядом со мной, как бы невзначай оперлась на мое бедро, почувствовав его крепость, и заметила:

–  Вы, “Красавчик”, будто отлиты из стали!

– Очередной прокол, мадам, процедил я. – Откуда Вам известна моя кличка? Вы так сдадите с потрохами всю Вашу гоп-компанию! “Ювелир” на такой глупец, как бы всем хотелось думать! Так что перед тем, как что-то говорить или делать, посоветуйтесь со мной, раз я с Вами очутился в одной лодке по случаю!

Эмма оскорбленно отодвинулась от меня,  а я решил сгладить впечатление от моей грубости и миролюбиво произнес:

– Вот когда Вы расстанетесь с “Ювелиром”, то я буду не прочь провести с Вами незабываемую ночь, если Константин не будет ревновать!

– Тебе придется сильно постараться для этого, – двусмысленно прошептала Эмма и отвернулась от меня, сделав оскорбленный вид.

Восстановив хрупкий  мир с Эммой, я без происшествий довез ее до виллы, где нас встречал, превратившись во влюбленного идиота, великий актер современности, а точнее Войцех        Владиславович Погоржельский.

Он тут же удалился с дамой в свои апартаменты и не выходил оттуда до утра, так что я испугался, не прикончила ли она его, затрахав до смерти.

Но я был в корне не прав, так как “Ювелир” явился на завтрак в отличном настроении, заявив, что неожиданно понял то, что “у него сохранились силы в пороховницах, несмотря на долгое воздержание”, так что дама пришла на обед с черными кругами под глазами от недосыпания, а потом пожаловалась мне, что “Ювелир” всю ночь “облизывал” ее, не давая спать, но так и “не смог лишить себя невинности”.

Я едва не рассмеялся ей в лицо, сказав, что ради дела можно и пострадать!

Прошла неделя, но ничего не происходило, и я понял, что враги “Ювелира” решили действовать неожиданно для нас: влюбить его в Эмму и заставить жениться, а пока что отодвинуть меня подальше от его тела, до конца не доверяя и понимая, что я составляю для них основную угрозу, хотя со мной  существовала определенная договоренность.

Тлеющая опасность не устраивала ни шефа, ни меня, и мы решили ускорить события.

А потому, когда “Ювелир”, якобы, отлучился на сутки в Барселону по своим делам, то, вернувшись ночью раньше времени, застал меня в кровати с Эммой в страстных объятиях и вышвырнул ее за ворота дачи вместе со мной, так что заговорщикам пришлось быстро менять план уничтожения своего врага.

Во мне уже никто из них не сомневался, и на следующий день я был приглашен в гостиничный номер соседнего отеля, где собрались Константин, “Мордоворот”, один из испанцев, которые помогали “Ювелиру” приобрести виллу и, что для меня было сюрпризом, одна из поварих, которая уже давно работала в доме шефа под Киевом.

Преступная группа была в полном составе! И только тогда я понял, кто были эти люди и почему достаточно примитивны их действия против “Ювелира”.

Они, в той или иной степени, были в родственных отношениях с его противниками, которых он в свое время убил, перерезав каждому из них горло, а потому самоорганизовались в преступную группу и следили за каждым шагом убийцы, дожидаясь удобного момента для расправы с ним.

Но неожиданно, совсем некстати, появился я, а потому все пришлось начинать сначала.

Константин Вихров придумал, как заманить “Ювелира” в Испанию, где проживал его старый друг по мафиозным делам, а затем через  повариху выяснил, каким рейсом он вылетает в Барселону, чтобы в полете подсунуть ему Эмму – дочь известного авторитета, убитого “Ювелиром”.

Этим же рейсом летел и “Мордоворот”, которого , к моему стыду, я не вычислил.

У убийц не было определенного плана уничтожения своего врага, а потому они просто запутались, не зная, с чего начать, но уже были близки к началу операции, собравшись банально отравить его, утопить в бассейне или зарезать, к чему готовился “Мордоворот”.

Но случился облом из-за моих шашней с Эммой, так что теперь в дело должен был вступить я, потребовавший за это еще 100000 евро, и... получил согласие.

Ведь ненависть к “Ювелиру” со стороны родственников убиенных была так сильна, что они готовы были понести любые расходы на месть ему.

Расчет должен был быть осуществлен авансом, так как преступники полностью мне доверяли после недавних взаимоотношений с Эммой.

Для этого мы договорились встретиться с Константином и “Мордоворотом” на отдаленном пляже в вечернее время, куда я приехал на такси, выйдя из него на два километра ближе и преодолел оставшееся расстояние до пешком.

Константин с подельником приехали на пляж на машине, взятой в аренду. Встретившись со мной они, будучи навеселе,  агрессивно потребовали, чтобы я сообщил, как буду убивать “Ювелира”  перед тем, как получу деньги.

– Хорошо, – согласился я. – но лучше покажу на твоем приятеле. не раздумывая полоснув того по горлу безопасной бритвой.

“Мордоворот” схватился за горло, из которого хлынула темная кровь, сделал какое-то движение ртом, как будто ему не хватает воздуха, и, рухнув на песок, засучил ногами.

Константин словно окаменел от неожиданности, но когда, придя в себя, он с  угрожающим видом начал вытаскивать пистолет из-за пазухи, за его  спиной послышался хриплый голос “Ювелира”:

 – Финита ля комедиа, мой несмышленый друг! Лучше не шевелись, а то отрежу голову, как когда-то твоему папаше!

От ужаса пистолет выпал из рук Константина.

А я поспешил сказать:

– Погоди, “Ювелир”, сначала надо забрать деньги, пока их не залило кровью!

– Давай-ка! – обратился я к трясущемуся Константину, протянув к нему руку.

И тот безвольно протянул мне пачку банкнот.

В этот момент раздался выстрел, не слышный из-за шума солидных волн, которые накатывались на берег.

Не раздумывая, я стер отпечатки пальцев с пистолета и вложил его в руку “Мордоворота”,

а лезвие безопасной бритвы – в правую руку Константина.

Создавая свой “натюрморт в багровых тонах”, я положил трупы двух подельников рядом, придав им вид людей, нанесших смертельные травмы в поединке, после чего мы с “Ювелиром постояли над ними, пока волны не стали накатывать на берег, погребая под собой следы трагедии.

Затем мы прошли с полкилометра по пляжу и сели в Феррари, на котором по нашей предварительной договоренности приехал “Ювелир”.

Как впоследствие сложилась судьбы “кротов” –  испанца и поварихи – мне неизвестно, так как не хотелось забивать голову всякой чепухой. Ведь меньше знаешь – лучше спишь!

А вот с Эммой, которую полиция не связывала с убийством Константина и его подельника, так как они в Испании не пересекались, я тайком от шефа провел еще две бурные ночи, а затем приобрел ей билет до Киева, где также пару раз с ней встречался, понимая, что она сыта по горло своей неудачной попыткой отомстить “вору в законе”.

Часть 14 СМЕНА ДЕКОРАЦИЙ

Наступил 2011-й год, причем у власти был новый президент – похититель шапок. Теперь в стране боговала новая элита, а это означало, что пришедшим к власти чиновникам нужно было срочно обогатиться.

Повсеместно у бывших владельцев отжимали прибыльные предприятия, гигантскими скачками росла коррупция, таможенники и налоговики стали главными беспредельщиками по распиливанию налогов и наживались на возврате НДС.

Правда, “семья” президента жестко ограничивала число желающих присоединиться к ограблению страны, и это, как не странно, давало хоть какую-то надежду на ее процветание в будущем.

Страна начала поворачиваться лицом к Западу, что серьезно нервировало северного соседа, связывающего с Украиной свои  мысли по воссозданию “Русского мира” на территории бывшего СССР.

Президент никак не мог определиться с курсом, а потому старался урвать максимум дивидендов от такой неконкретной политики.

Но все же 2011-й и 2012-й годы оказались годами покоя и пусть незначительного, но процветания.

Курс доллара остановился на отметке 8 гривен, а курс евро незначительно превышал отметку 10 гривен, вполне конкурентным было соотношение курса гривны к рублю.

Достаточно терпеливо власть относилась к преступному миру, то есть можно сказать, что наступило временное замирение в их сосуществовании.

Не зря ведь бытует поговорка, что ворон ворону глаз не выклюет!

И у “Ювелира” дела шли лучше некуда! Ведь постоянно укрепляющие свое состояние представители власти остро нуждались в ценностях, имеющих надежный сбыт в самые тревожные времена.

Даже сравнительно небольшой бриллиант в 15 карат, ограненный,  к тому же, большим мастером своего дела, таким, как “Ювелир”, стоил солидных денег!

К тому же он работал непосредственно с клиентами, которые были заинтересованы рассчитываться с мастером наличными, не ставя об том налоговые органы в известность.

Заказчиками у “Ювелира”, наряду с сильными мира сего, были руководители силовых структур, кое кто из которых поставлял мастеру контрабандные алмазы, необработанные драгоценные камни и импортную фурнитуру.

Огромный доход мастер получал за счет организованного экспорта изготовленных им изделий, которые вывезти из страны легальным путем было нереально.

Кстати, “Ювелир” стал одним из столпов в стране среди янтарной мафии, быстро сообразив, какое богатство бесхозно лежит буквально под ногами.

Вначале он изготавливал из янтаря потрясающей красоты шкатулки и панно, но затем сообразил, что контрабанда янтаря за рубежи страны может дать несопоставимый ни с чем  экономический эффект, и заключил сделку с влиятельными прокурорами и таможенниками, которые крышевали этот бизнес, превратившийся в криминальную индустрию. А всего-то для этого потребовалось, условно говоря, купить три метра границы в Сумской области.

Вы, наверное, спросите, причем тут я?

Действительно, вопрос в точку! Ведь, как я  уже, кажется, сообщал, ювелир из меня никакой!

Но, как  вы понимаете, сама работа ювелира в этом бизнеса была далеко не самой важной.

Главными в ней был контроль и учет, а также анализ действий соисполнителей (смежников) , за которыми нужен был глаз да глаз, иначе все пошло бы наперекосяк.

Но в таком деле всегда кто-то хочет урвать себе лакомый кусок от пирога!

И тут в игру вступал я, вначале пытаясь достучаться до разума выскочки, а если он выставлял рога и шел ва банк, то его ждала печальная участь: то ли горело предприятие или престижная машина, то ли в канаве находили его изнасилованную жену или любовницу, а если клиент оказывался уж очень борзым, то его ждала неминуемая гибель в автомобильной катастрофе или катапультирование с чердака высотного здания после серьезной выпивки или приема наркотиков.

Не зря говорят, что каждый кузнец своего счастья…

Не хочу сказать, что делал все сам, хотя поговорка “Не  по Сеньке шапка!” тут не подходит.”

Операции по нейтрализации противников “Ювелира” разрабатывал исключительно я, даже не ставя шефа об этом в известность, так как превратился  в признанного руководителя отдела безопасности империи сурового, но справедливого “вора в законе”, даже произносить имя которого боялись не только недруги, но и близкие “Ювелиру” люди, знающие мою твердость при выполнении своих решений при определении меры наказания.

Моя жизнь протекала в постоянных стрессах, так что на личное времени почти не оставалось.

Я изредка встречался с Эммой, но случившееся с ней и ее подельниками повлияло на нее не лучшим образом: пропал лоск, и она постепенно начала превращаться в нервную, мало привлекательную женщину, а я не отличался благотворительностью, тем более в отношении своих любовниц, а потому окончательно расстался с дамой, нанеся ей еще одну моральную травму.

Более стабильно у меня складывались отношения с Жанной, которая регулярно приезжала в Киев  на зимние и летние каникулы, причем летом к ней наведывалась ее подруга – каталонка и начинались оргии, в процессе которых я ощущал биение настоящей жизни, ради которой можно было терпеть все зигзаги судьбы!

Итак, можно сказать, что все в моей судьбе сложилось не так уж плохо: кто-то меня любил, кто-то ненавидел, кто-то уважал, а кто-то боялся.

Я же не любил никого. И только “Ювелир” оставался для меня примером для подражания, и лишь ради него я мог пожертвовать своей нелепой жизнью.

Уверен, что и он ради моего благополучия ничего не пожалел бы.

Деньги меня не интересовали, так как я был богат, как Крез, и к тому же абсолютно не жадный, хотя и не бросал их на ветер.

У меня они были на разных счетах в лучших банках мира, причем и в офшорных зонах.

Но пора переходить к описанию реальных событий в моей жизни.

Наступил 2013-й год и мне исполнилось 33 года, как Иисусу Христу перед его восшествием на Голгофу.

Естественно, что я не собирался повторять тернистый путь своего великого предка, да и вряд ли моя жизнь стоила так дорого, как его!

Тем не менее, тучи над головой президента – похитителя шапок начали медленно, но верно сгущаться, хотя это до поры до времени не несло угрожающего характера.

Как я уже писал, меня мало интересовала политика, но принятое правительством решение о заключении ассоциации с Евросоюзом давало реальную возможность расширить наш криминальный бизнес, а потому приветствовалось “Ювелиром”, а значит и мной!

Итак, в ноябре этого года мы все ждали такой “случки”, но в последнюю минуту президент под влиянием главы России сдрейфил и пошел на попятную, вызвав недовольство патриотически настроенных масс жителей столицы и значительной части Западной и Центральной Украины, представители которых собрались на массовый митинг на Майдане Незалежности, чтобы выразить свой протест половинчатым решениям властных структур.

Казалось, люди пошумят и разойдутся.

Ведь Москва выделила Украине в помощь 3 миллиарда долларов “для поддержки штанов”, пообещав в дальнейшем еще значительную сумму вложений в ее народное хозяйство, на что Евросоюз ранее своего согласия не дал.

Но когда уже участники митинга расходились, и на площади осталось не так уж много людей, в основном студентов, во властных кабинетах кто-то решил, что пора и силу применить, направив на площадь подразделения ОМОН с приказом жестоко разогнать кучку демонстрантов, хоть они  не оказывали никакого сопротивления.

Сотрудники ОМОН восприняли приказ, как приглашение к действию, и устроили настоящее побоище, покалечив несколько сот молодых людей.

Это привело к тому, что вместо завершения митинга президент получил оскорбленных за избиение своих детей граждан, которые организовали новый массовый митинг с миллионом участников.

После многих обличительных выступлений многие из них направились на улицу Банковую, где находятся здания Администрации президента,  чтобы выразить протест против действий представителей власти.

Там разгорелись настоящие бои между гражданами и отрядами национальной гвардии, поддержанной сотрудниками ОМОН, причем своей активной позицией выделился будущий президент страны.

Силовикам удалось отстоять здания Администрации и отогнать возмущенных людей до Европейской площади, но народ сгруппировался на Майдане Незалежности и начал возводить там баррикады.

С этого момента почти что в течение трех месяцев происходили стычки народа с властью, которые то нарастали, то затухали, как будто какая-то третья сила подкладывала хворост в тлеющий костер событий.

Я не ставил перед собой задачи рассказывать о событиях Майдана, потому что не сложил своего мнения о нем и о его результатах.

Одно мне было ясно: как всегда цели организаторов не совпали с чаяниями народа, так как политики возглавили ход событий, решив их в свою пользу.

Недаром кое-кто из них вместо “кули в лоб” получил теплое место во власти.

Итак, народ победил, но никаких разительных перемен в лучшую сторону не произошло.

Президент под шумок смылся в Россию, предав своих сторонников. Да и что можно было ожидать от мелкого воришки?

Мало того, часть населения юга и востока страны, как это было понятно заранее, не восприняли новую власть и, воспользовавшись ее слабостью, попросила поддержки от России, чего та с вожделением ждала.

В результате компании “Ювелира” потеряли доходный бизнес в Крыму и в части Донецкой и Луганской областей.

 Мало того, начались военные столкновения на Востоке Украины. Однако они не повлияли на наш с “Ювелиром” бизнес, так как нам было все равно, с кем вести дела…

Но при этом  в стране увеличилось количество оружия и лиц, способных им пользоваться. А потому человеческая жизнь превратилась в разменную монету, тем более, что отток квалифицированных кадров из правоохранительных органов способствовал процветанию бандитских группировок, совершающих беспредел.

Правда, это облегчило задачу удержания под контролем интересующих нас с ”Ювелиром” объектов деятельности, но стычки с противниками стали более ожесточенными, хотя и менее изощренными.

Все чаще в прессе мелькали фамилии бизнесменов, закончивших свое существование в результате подрывов транспортных средств, ограблений домов, откровенных расстрелов прямо на улице, и,  как правило, правоохранители оказывались беспомощными в поисках киллеров, не говоря уже о заказчиках убийств.

Даже в случае поимки, киллеров освобождали от наказания в судах, потому что бездарные прокуроры были не в состоянии противостоять во время процесса их адвокатам – пронырам.

Наступил июнь 2014-го года, и мне после празднования 34-го дня рождения  пришлось отправиться в Донецкую область в составе группы “волонтеров”. С собой мы везли 50 усиленных комплектов бронежилетов, которые “Ювелир” приобрел за рубежом за приличные деньги, так как это давало мне возможность без осложнений попасть в нужное место, где я должен был забрать партию драгоценных камней, переданных контрабандой из Сибири.

Стоимость поставки превышала 15 миллионов долларов, а это не так уж мало, так что пришлось пойти на определенный риск.

Ведь это была первая моя поездка в оккупированный район Украины, и мы понятия не имели, как сложатся наши взаимоотношения с командованием АТО, которое еще только пыталось разобраться с военной обстановкой.

Мы ехали на стареньком микроавтобусе с наклеенным на  крышу  транспарантом с красным крестом, имитирующим машину медицинской службы, хотя потом поняли, что это была пустая затея.

До Харькова мы добрались без проблем, но затем все превратилось в хождение по мукам.

На каждом шагу нам попадались воинские патрули, которые попросту “крутили мне яйца”, пытаясь хоть как-то поживиться за наш счет, и наши пояснения о том, что мы везем бронежилеты для наших добровольцев с Майдана оставляли без внимания.

Несколько раз мне пришлось заплатить начальникам патрулей по 200 евро, а потом ко мне пришло понимание, что пока мы доберемся до места назначения, меня разденут, как липку. Ведь каждый искал в создавшемся положении свою выгоду. а высокие мотивы были, по простому, до задницы!

Война есть война со своими законами! Там, кто сильный, тот и пан!

Меня очень задевало мое зависимое положение, и я, с которым ехало трое головорезов, вооруженных пистолетами “Глок -17”, на которые мы имели разрешения на ношение, решил, что больше никому кланяться не буду и, если надо, то силой поясню, что с нами лучше не связываться!

Какое-то время нам удивительно везло, но когда утром мы приблизились к линии разграничения войск, наш микроавтобус остановили трое военных, которые, очевидно, были строевыми офицерами, что я определил по их выправке.

Они были вооружены новенькими автоматами.

Это явно не была компания “добровольцев”, а профессиональный патруль.

Старший патруля неожиданно потребовал какой-то документ – разрешение на нахождение  в данном месте, хотя мне было известно, что тех сопроводительных документов, которые у нас были с собой, было вполне достаточно еще на вчерашний день.

Поэтому я, не медля, послал подальше чувака в военной форме, не распознав в нем сотрудника СБУ, а тот, разъяренный моим непослушанием и угрожая автоматом, приказал нам троим лечь на землю и начал рыться в вещах,заявив, что считает всю группу диверсантами, а потому собирается доставить нас в какой-то штаб, если мы не передадим ему 1000 долларов мзды!

Как говорится, цены росли с приближением  позиций неприятеля!

Я, лежа на земле, мысленно, с остервенением  проклинал особистов, но когда они начали обыскивать моих спутников, психанул и знаком показал, что пора “успокоить” зарвавшихся мародеров, дав оговоренную с компаньонами заранее  команду к действию.