355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Игорь Мусский » 100 великих режиссёров » Текст книги (страница 6)
100 великих режиссёров
  • Текст добавлен: 17 сентября 2016, 19:18

Текст книги "100 великих режиссёров"


Автор книги: Игорь Мусский



сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 43 страниц)

Последний и неожиданный триумф Мейерхольда был устроен ему на Первой всесоюзной режиссёрской конференции. В его честь в зале гремели овации – и 13 июня 1939 года, в день её открытия, и 15 июня, когда он выступал в прениях. Речь Мейерхольда стала его последним публичным выступлением.

Сразу же после конференции Всеволод Эмильевич уехал в Ленинград для подготовки парада. В ночь с 19 на 20 июня он был арестован в своей квартире на Карповке. А дальше – месяцы следствия и пыток в застенках Лубянской тюрьмы.

На второй же день после препровождения на Лубянку Мейерхольд написал письмо-заявление, в котором признал основные обвинения, в частности, в том, что он был завербован «для участия в антисоветской работе» ещё в 1922 году.

14 июля подверглась зверскому нападению на своей квартире Зинаида Райх. От многочисленных ножевых ран она скончалась. В этой смерти до сих много загадок…

Как полагают историки, осенью 1939 года замысел Сталина о проведении открытого судебного процесса над «шпионской организацией» деятелей искусства и литературы был отброшен. Мейерхольду было позволено отказаться от вырванных под пытками самооговоров (шпионажа в пользу английской и японской разведок, подрывная работа и т. д.) и обратиться с заявлением в самые высокие инстанции. Вот строки из письма Мейерхольда Председателю Совета Народных Комиссаров СССР В. Молотову:

«Меня здесь били – больного шестидесятишестилетнего старика, клали на пол лицом вниз, резиновым жгутом били по пяткам и по спине, когда сидел на стуле, той же резиной били по ногам (сверху, с большой силой) и по местам от колен до верхних частей ног. И в следующие дни, когда эти места ног были залиты обильным внутренним кровоизлиянием, то по этим красно-синим-жёлтым кровоподтёкам снова били этим жгутом, и боль была такая, что казалось, что на больные чувствительные места ног лили крутой кипяток…

Скажите: можете вы поверить тому, что я изменник Родины (враг народа), я – шпион, что я член правотроцкистской организации, что я контрреволюционер, что я в искусстве своём проводил троцкизм, что я на театре проводил (сознательно) враждебную работу, чтобы подрывать основы советского искусства?

…Я отказываюсь от своих показаний, так выбитых из меня, и умоляю Вас, главу Правительства, спасите меня, верните мне свободу».

Но однажды пущенная машина продолжала действовать по инерции. 1 февраля 1940 года Военная коллегия Верховного суда приговорила Мейерхольда «к высшей мере уголовного наказания расстрелу с конфискацией принадлежащего ему имущества». На следующий день приговор был приведён в исполнение.

В 1955 году Всеволод Мейерхольд был посмертно реабилитирован.

ДЭВИД УОРК ГРИФФИТ
(1875–1948)

Американский кинорежиссёр. Фильмы: «Рождение нации» (1915), «Нетерпимость» (1916), «Сердце мира» (1918), «Сломанные побеги» (1919), «Путь на Восток» (1920), «Сиротки бури» (1921), «Америка» (1923), «Авраам Линкольн» (1930) и др.

Дэвид Ллевелин Уорк Гриффит родился в штате Кентукки 22 января 1875 года. Его отец, Джекоб Уорк, – отставной полковник, воевавший на стороне Конфедерации. Мать, Мэри Перкинс Оглсби, занималась домом и воспитанием детей.

Гриффиту было всего семь лет, когда умер его отец, оставивший многодетной семье одни долги.

Повзрослев, Гриффит работал и на ферме, и в лавках. Начитанный юноша, поклонник Диккенса, он пробует себя в сочинительстве, посылает статьи в газеты и журналы. Затем его увлёк театр. В Луисвилле 21-летний Дэвид Уорк Гриффит играл в любительских спектаклях.

В самом конце 1899 года Дэвид решил завоевать Нью-Йорк. Продав велосипед брата за девятнадцать долларов, он товарным поездом отправился на восток. Когда деньги кончились, пришлось добираться пешком и «зайцем».

В Нью-Йорке Гриффит поселился в нищем квартале Бауэри. Когда нет ангажемента, Дэвид убирает хмель на полях, работает на металлургическом заводе, устраивается матросом на баржу, а то и просто попрошайничает.

В 1904 году судьба свела Гриффита с актрисой Линдой Арвидсон. Они поженились и в июне 1906 года приехали в Нью-Йорк, поступив там в труппу Томаса Диксона. Но денег не хватало. Гриффит подрабатывал сочинительством, но и это занятие приносило гроши.

Наконец один из друзей посоветовал Гриффиту пойти в киноактёры. Это считалось унизительным, но за день съёмок платили пять долларов. А за сценарий аж пятнадцать!

И вот в декабре 1907 года Дэвид пришёл на студию «Байограф». Небольшие роли, несколько принятых сценариев… Обычный путь новичка. А потом, как водится, произошла счастливая случайность: Гриффиту предложили заменить заболевшего режиссёра. Дэвид согласился с неохотой, так как боялся, что в случае неудачи его уволят со студии. Лишь получив заверения в обратном, он приступил к работе.

Через три дня картина «Приключения Долли» (девять минут!) была готова. 14 июля 1908 года состоялась премьера, зрителям фильм понравился, и на следующий день был заключён договор с Гриффитом как с режиссёром.

Будучи по природе новатором и экспериментатором, он творчески подошёл к новому для себя делу. Критик Джеймс Аги писал: «Наблюдать за работой Гриффита – это то же самое, что быть свидетелем зарождения мелодии или видеть, как впервые используются рычаг и колесо; это и есть рождение нового искусства».

Каждым новым приёмом – будь то изменение формы экрана, углубление переднего, заднего и среднего планов или намеренные разрывы сюжета – Гриффит придавал фильмам драматическое напряжение, сложность романа и красоту живописи.

Необычайно интересны рассказы оператора Битцера о том, как создавали «вуали» и «затемнения», прожигая сигаретой дыры в куске кисеи, о том, как, случайно сняв «полутёмный» кадр, он, Битцер, ужаснулся, а Гриффит пришёл в восхищение.

Некоторые приёмы, порой приписываемые Гриффиту, например, крупный план или исчезновение изображения, уже употреблялись до него. Но именно Гриффит довёл эти приёмы до совершенства, синтезировал всё, что использовалось ранее, и показал захватывающие дух возможности кино. Он создал профессию кинорежиссёра. Ведь, как отмечает автор книги о Гриффите Л. Трауберг, «задача режиссёра была не только задачей нахождения „затемнения“, даже вовсе не ею, – требовалось жить „душой одной“, в одном ритме со зрительным залом. Именно этим нервным ритмом владел почти с первого фильма режиссёр „Байографа“, и это то, что сделало его режиссёром номер один».

Гриффит строил сцены из нескольких кадров, снятых разными планами. Он первым понял, что монтаж – художественное средство: от порядка соединения кадров, от длины кусков, а следовательно, и от темпа, от быстроты их чередования – зависит смысл, ритм, настроение, атмосфера сцены.

Прежде чем Гриффит свёл все технические приёмы в систему, прошло пять лет, которые можно характеризовать как годы поисков, находок, утрат, продвижения ощупью.

За пять лет в «Байографе» Дэвид Уорк Гриффит сделал четыреста с лишним одночастных фильмов. Иными словами, один семичастный фильм в месяц!

Зрительский успех его картин во многом определяла напряжённая фабула и, конечно же, счастливый конец захватывающих историй («Уединённая вилла», «Девушка, которой доверены деньги» и др.).

Гриффит не ограничился остросюжетными фильмами. Он с самого начала стал вводить в репертуар «Байографа» экранизации классических литературных произведений («Укрощение строптивой» Шекспира, «Воскресение» Толстого).

Гриффит всё время расширял репертуар, использовал новые темы, одновременно усовершенствуя естественную манеру актёрской игры. Он настойчиво рекомендовал актёрам внимательно наблюдать жизнь, но не механически копировать увиденное, а переживать, включать воображение.

Гриффит воспитал целую плеяду мастеров киноэкрана, среди которых – Мэри Пикфорд, Лилиан и Дороти Гиш, Мэй Марш, Ричард Бартелмес, Роберт Харрон и многие другие.

Сам Гриффит находился в постоянном поиске: «Есть много режиссёров, которые могли бы делать такие же хорошие картины, как и я. Но они не хотят так упорно работать – очень утомительно день за днём всё ставить и ставить. А это как раз то, чему человек должен научиться, потому что каждый из нас, по существу, не очень-то много знает о своём искусстве. Я и сам очень мало знаю. Но надеюсь научиться».

В 1914 году журналист Фрэнк Вудс предложил режиссёру экранизировать роман священника Т. Диксона о войне Севера и Юга «Человек клана». Сам южанин, Гриффит загорелся этой идеей. Он поставил перед собой задачу воссоздать подлинную историю Гражданской войны, рассказать правду об этом нелёгком периоде американской истории. Его стремление к достоверности было столь велико, что он пригласил для консультаций ветеранов Гражданской войны. Они помогли отыскать натуру, похожую на подлинные поля битв. С их помощью он пытался воспроизвести реальную обстановку сражений.

Фильм сняли за девять недель, но Гриффит потратил более трёх месяцев на монтаж, редактуру и музыкальную партитуру.

8 февраля 1915 года в Лос-Анджелесе состоялась премьера первого полнометражного фильма Гриффита «Рождение нации». Показ шёл почти три часа. Уже первые сцены, особенно атака со знаменем в руках, вызвали аплодисменты. Во второй части фильма зритель полностью был захвачен действом. Сцены с Мэй Марш вызвали рыдания во всём зале, а смерть её – общий стон ужаса. Финальная скачка, особенно кадр, снятый из специально вырытой траншеи, когда лошади летят прямо на аппарат, шла под сплошные аплодисменты (оркестр весьма способствовал этому, исполняя «Полёт валькирий» Вагнера).

Когда фильм закончился (в кадре веселящихся детей возникало видение Христа), началась овация. Зрители, встав с мест, кричали, рукоплескали.

Фильм принёс 50 миллионов долларов, в то время как на его производство и рекламу было затрачено всего 110 тысяч.

Несмотря на коммерческий успех, «Рождение нации» вызвало неоднозначную реакцию в обществе. Режиссёрская трактовка событий Гражданской войны многих не устраивала – так же, как и оправдание расизма.

Тем временем Гриффит задумывает ещё более грандиозный проект. В 1916 году он ставит «Нетерпимость».

Фильм состоит из четырёх сюжетов: борьба вавилонского царя Валтасара со жрецами; распятие Иисуса Христа; уничтожение католиками гугенотов в Варфоломеевскую ночь; наконец, последний эпизод – уже из настоящего времени – рассказывает, как бездушный закон едва не казнил невиновного человека.

Сквозная идея фильма состояла в том, что фарисеи всех времён и народов хоть и объявляют себя защитниками истинной веры, на самом деле эту веру попирают и распинают.

Сюжеты были связаны между собой образом Богоматери, качающей колыбель. Звучали строки Уолта Уитмена: «…бесконечно качается колыбель, соединяющая настоящее и будущее». Фильм завершался планом Голгофы и аллегорией Креста, разгоняющего земную тьму.

Замечательная игра актёров, массовые сцены в великолепных масштабных декорациях, осмысленный энергичный монтаж, умелое пользование крупными планами и деталями – всё это сделало картину одной из лучших картин мирового кино. Критики и режиссёры до сих пор включают «Нетерпимость» в число лучших фильмов всех времён и народов, и это не случайно: ведь Дэвид Гриффит ставил перед собой высочайшие художественные задачи. «Когда кинематограф создаст что-либо достойное сравнения с трагедиями Еврипида или творениями Гомера, Шекспира, Ибсена, или с музыкой Генделя и Баха, тогда мы сможем позволить себе назвать „кинозрелища“ искусством – не раньше того», – утверждал он.

Однако в прокате «Нетерпимость» потерпела провал. Два миллиона убытков! Возможно, в 1916 году зритель не был готов к восприятию открытий интеллектуального кинематографа. Среди причин неудачи называлась и неблагоприятная политическая ситуация.

Накануне вступления США в Первую мировую войну Гриффит поехал в Лондон на премьеру «Нетерпимости». Фильм был восторженно принят критикой и публикой. Премьер-министр Ллойд Джордж сказал, что в руках Гриффита величайшая власть – умение влиять на умы людей, и предложил режиссёру снять пропагандистскую ленту.

В результате был выпущен первый и наиболее значительный фильм («Сердце мира») о борьбе союзных армий в мировой войне. Его премьера прошла с триумфом 4 апреля 1918 года в Нью-Йорке.

В декабре 1918 года Мэри Пикфорд и Дуглас Фербенкс (через несколько месяцев создавшие вместе с Гриффитом и Чаплином кинокомпанию «Юнайтед артистс» – «Объединённые художники») обратили внимание Дэвида на один из рассказов Бёрка – «Китаец и девочка».

В картине, получившей название «Сломанные побеги», три основных персонажа – три обитателя портовой окраины Лондона. Малоудачливый боксёр, его юная дочка и китаец, владелец лавки. Для боксёра, отпетого негодяя, дочка – объект постоянных издевательств. «Почему ты никогда не улыбаешься?!» – рычит он, и девочка (Лилиан Гиш), чтобы угодить ему, приподнимает двумя пальчиками уголки рта, растягивая их в улыбку. Эта улыбка стала одной из величайших находок в истории мирового искусства – ни одна серьёзная книга о биографии кинематографа не обходится без упоминания о ней.

Единственный луч в беспросветной жизни героини – китаец и его экзотическая лавка… Узнав про тайную страсть дочери, боксёр забивает несчастную до смерти. Попытка китайца спасти возлюбленную усугубляет трагедию – он убивает её отца, а потом и себя.

Казалось бы, банальная история, но великий Гриффит выводит бытовую мелодраму на простор вселенской трагедии. Он создаёт совершенное произведение – глубоко трагичное, мрачное и светлое одновременно. Столь выдержанное по ритму, по красоте и настроению.

Готовый фильм не понравился главному прокатчику – Адольфу Цукору. Тогда Гриффит выкупил негатив и все экземпляры киноленты за четверть миллиона долларов.

Премьера «Сломанных побегов» состоялась 13 мая 1919 года в Нью-Йорке и закончилась не овацией – полной тишиной. Актёры бросились за кулисы поздравить режиссёра и услышали непонятный шум и крики. Это крупнейший театральный импресарио Морис Гест швырял в стены стулья, разбивая их, и орал во весь голос, что ничего подобного не видели ни он, ни Бродвей. «За место в театре нужно брать не три доллара, а триста!» Отзывы прессы были в высшей степени лестными. Картина имела коммерческий успех. Адольф Цукор прогадал.

Ещё один шедевр Гриффита появился год спустя. Правда, когда он решил ставить фильм «Путь на Восток» по довольно слабой пьесе Лотти Паркер, многие решили, что режиссёр сошёл с ума. Причём только за право экранизации он заплатил неслыханную сумму – сто семьдесят пять тысяч долларов, больше, чем стоила постановка «Рождения нации». В новый фильм Гриффит вложил всё своё умение, всю убеждённость в своей правоте. И победил.

Интимная драма красивой и скромной девушки Анны Мур (Лилиан Гиш) благодаря Гриффиту вызвала всеобщее сочувствие. Чрезвычайно впечатляюще была снята (и стала хрестоматийной) сцена ледохода – он уносил бесчувственное тело героини, но сын фермера, прыгая по льдинам, успевал схватить на руки девушку в нескольких метрах от огромного водопада.

Многие из писавших о Гриффите отмечали его благородные манеры. Сверхвоспитанный джентльмен. Со всеми мягок, не повышает голоса. Щедр, добр, религиозен. С женой он расстался в 1911 году, но не разведён с ней и регулярно отсылает деньги. Любит петь (прекрасный низкий голос), преимущественно арии из «Паяцев», из «Тоски». Обожает потанцевать – и в ресторане, и даже в перерыве на съёмке. Трудолюбив. Эрудирован. Заботится о братьях, сёстрах, живущих в Луисвилле.

В то же время о нём есть и совершенно противоположные отзывы. Хорошо знавший Голливуд француз Робер Флоре писал о Гриффите как о самовлюблённом эгоисте, по каждому случаю выставлявшем напоказ свою физическую силу, порой проявлял странную жестокость: например, он заставил Криспа на самом деле нещадно избить Лилиан Гиш в «Сломанных побегах»…

В 1921 году Гриффит снимает картину «Две сиротки» по мелодраме д'Эннери и Кормона. Этот супербоевик имел почётную коммерческую карьеру, но всё же принёс убытки, поскольку с ним конкурировал одноимённый итальянский фильм. Здесь, в «Сиротках», Гриффиту в последний раз удалось передать эпическое дыхание времени.

Гриффит попадает в полосу неудач. Последние фильмы вызывают почтение и – разочарование. «Новое блестящее произведение мистера Гриффита, к сожалению, не является блестящим».

Он начинает нервничать и избавляться от актёров. После гигантского успеха Мэй Марш в «Нетерпимости» он снял её только в слабом фильме «Белая роза». Бартелмеса отставляет после превосходной работы в «Сломанных побегах» и «Пути на Восток». Наконец отправляет в отставку Лилиан Гиш.

Он увлечён другой актрисой. Оператор Битцер вспоминал: «Он был без ума от Кэрол Демпстер и губил себя как режиссёр, лишь бы сделать из неё „звезду“. Её не любили – я говорю о публике и о людях кино, – зато он любил… Потерял Лилиан Гиш, с которой долго дружил и работал. А потом, когда Кэрол решила, что он не прославил её и больше „не делает денег“, в один прекрасный день ушла к молодому парню её возраста».

Гриффит снял Демпстер в фильме «Одна тревожная ночь» (1922), вместе с Мэй Марш – в «Белой розе» (1923). Обозреватели отметили лишь Мэй Марш и молодого театрального актёра Айвора Новелло; в результате ни Новелло, ни Марш больше у Гриффита не снимались.

В 1923 году режиссёр готовит большой патриотический фильм с громким названием «Америка», посвящённый истории освобождения американских колоний от английского владычества. Фабула была взята у модного писателя Роберта Чемберса.

Снова шумиха, консультанты, исторические изыскания, поездки на места событий… В фильме есть всё: резня в Бостоне, кровопролитные сражения, переход через едва замёрзшую реку, провозглашение независимости… И, разумеется, Кэрол Демпстер в роли героической американки Нэнси Монтегю… Гриффит словно забыл, что совсем недавно, после ленты «Путь на Восток», писал: «Мы живём в эпоху, когда идеи стали важнее в кино, чем технические новации. Идея, тема, основная мысль – вот ради чего стоит делать картину». Именно этого и не было в «Америке». Фильм провалился в прокате.

Гриффит ставит фильм за фильмом (деньги как-то находятся), сам выбирает темы и сценарии, при этом неизменно снимает в главной роли Демпстер.

Компаньоны Гриффита по «Юнайтед артистс» Пикфорд, Фербенкс, Чаплин были поражены легкомыслием человека, «сделавшего американский кинематограф». Да и банки уже отказывались субсидировать фильмы Гриффита.

Он уезжает в Европу – пробует достать деньги в Англии и в Италии. Возвращается ни с чем.

Затем отправляется в Германию, рассчитывая произвести там фурор своим фильмом «Разве жизнь не чудесна?» – о послевоенной Германии, разорённой, нищей, униженной победителями. Но массовому зрителю это было неинтересно. Не помогла и прекрасная Кэрол Демпстер. А на постановку ушло четверть миллиона долларов.

Чтобы платить долги – старые, за «Нетерпимость», и новые, за «независимую» компанию «Гриффит», в 1924 году Дэвид Уорк поступает на службу в фирму «Феймос плейерс» («Парамаунт»), к Адольфу Цукору. Но и здесь его преследуют неудачи. Не пользуются коммерческим успехом ленты «Салли из опилок», «Девица Ройл», «Скорбь сатаны».

Гриффит возвращается в фирму «Юнайтед артистс», где хозяином стал Джозеф Шенк. Этот год – 1927-й – стал ещё более катастрофическим для режиссёра. Провалы фильмов и – потеря актрисы. Демпстер предпочитает бросить неудачливого гения. Гриффит стал сильно пить. Битцер с отчаянием пишет, что «король экрана» превратился в беспомощного старика.

Ещё в начале 1920-х годов Гриффит предпринимал попытки снять звуковое кино. В 1930 году он снял свой первый полностью звуковой фильм «Авраам Линкольн». Гриффит попытался напомнить о шедевре, о «Рождении нации». Вновь зашагали солдаты в кепи образца 1861 года. Снова шумиха, войска, патетические сцены – и полное разочарование.

Гриффит пробовал делать картины и в дальнейшем. Деньги он получал от продажи акций компании «Юнайтед артистс» и от проката старых фильмов.

«Веласкез экрана» появлялся в городе в старых костюмах с потрёпанными манжетами. Иногда его сопровождали сомнительные женщины. Линда Арвидсон давно покинула Гриффита, и после их официального развода он женился в 1936 году на молодой актрисе Эвелин Болдвин. Через несколько дней после свадьбы его наградили «Оскаром» за вклад в киноискусство. Когда Гриффит услышал овации, на его глазах появились слёзы.

После этого он редко появлялся на людях, в течение пятнадцати недель вёл радиопередачу «Голливуд глазами Гриффита», писал стихи, мемуары и сценарии, иногда символически участвовал в фильмах других режиссёров.

В годы Второй мировой войны Гриффит и Эвелин Болдвин жили в Голливуде. По воскресеньям он выезжал в небольшое ранчо в Сан-Фернандо.

Летом 1945 года Гриффиту было присуждено почётное звание доктора литературы за большой вклад в развитие киноискусства. Но поехать в Луисвилльский университет для получения диплома он не смог.

Гриффит заметно сдал, он оскорблял друзей, тяготился домом, говорил, что его стесняют узы брака. Эвелин в конце концов не выдержала и в октябре 1947 года подала на развод. Гриффит не возражал, заявив, что он «холостяк по убеждению».

Дэвид Уорк поселился в гостинице и обрёк себя на одиночество. По ночам бродил по улицам Лос-Анджелеса, не отвечал на телефонные звонки.

22 июля 1948 года у Гриффита случилось кровоизлияние в мозг. Он нашёл в себе силы спуститься в вестибюль отеля. Его отвезли в госпиталь. 23-го числа гений кино скончался.

Хоронили его 28 июля в «Масонском храме» в Голливуде (Гриффит стал масоном ещё в дни «Байографа»). На панихиде было около двух сотен человек и большей частью старики.

После похоронной церемонии тело Гриффита было доставлено самолётом в Ла-Гранж и похоронено в фамильном склепе. Два года спустя прах перенесли в новую могилу, окружённую старой оградой с гриффитовской фермы, а гильдия режиссёров поставила там памятник.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю