355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Хелен Кинг » Хочу выйти замуж » Текст книги (страница 3)
Хочу выйти замуж
  • Текст добавлен: 28 сентября 2016, 22:26

Текст книги "Хочу выйти замуж"


Автор книги: Хелен Кинг



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 10 страниц)

– В таком возрасте очень трудно терять маму, – сказал Джек с неожиданным сочувствием.

– Да. Очень трудно. В этом возрасте ты еще не воспринимаешь родителей объективно. Мама казалась мне воплощением совершенства. Когда она умерла, мне было так плохо, что я какое-то время вообще ничего не хотела знать, кроме своего горя. Но потерять маму – это всегда тяжело. В любом возрасте…

Деревья вдруг расступились, и впереди показался дом. Построенный в современном, немного даже модернистском стиле, он тем не менее поразительно органично вписывался в окружающий пейзаж. Марта не сумела сдержать восхищенного вздоха. Было видно, что сад специально не вырубали, чтобы расположить здесь строение. Однако и деревья, и живые изгороди были явно намного старше самого дома.

Марта спросила об этом Джека.

– Старый дом сгорел, – отозвался он. – Лет тридцать назад. Все выгорело дотла. Мы несколько лет жили в доме управляющего. А потом мама уговорила меня построить это чудо современной архитектуры.

– Всегда очень обидно, когда разрушаются старые дома. Как будто теряется часть истории. – Марта осторожно покосилась на Джека, но его лицо оставалось непроницаемым, как у каменного изваяния.

– Но такое случается, ничего не поделаешь. И потом, новый дом очень удобный.

И красивый, мысленно добавила Марта. Сквозь распахнутые двойные двери парадного входа был виден громадный освещенный холл, весь уставленный живыми растениями и цветами. Цветы были повсюду, даже в коридорах, уходящих вглубь дома. В основном белые лилии, которые смотрелись весьма изысканно на фоне сочной зелени.

– Это я придумала, – сообщила миссис Рассел, когда Марта позднее выразила ей свое восхищение таким необычным и стильным декором. – Я вообще люблю изобретать всякие штуки для дома и безбожно пользуюсь тем, что Джек потакает всем моим причудам и безумным полетам фантазии, хотя я сюда приезжаю только на лето. Здешние зимы для меня слишком холодные и сырые. Вот я и мотаюсь туда-сюда каждый год.

Марте было трудно представить, что Джек может кому-то потакать, пусть даже собственной матери. Но когда она взглянула на него, то с удивлением обнаружила, что в его обычно суровых глазах искрится чуть ироничный, но все же искренний смех.

– Просто вы с архитектором дождались, пока я уеду за границу, и все переделали по своему вкусу.

– Здесь должен был быть фонтанчик, – объяснила Марте миссис Рассел. – Такой модерновый журчащий фонтанчик. Очень миленький, я не спорю. Но признайся, Джек, – она повернулась к сыну, – тебе самому цветы нравятся больше.

– Откуда я знаю, больше они мне нравятся или нет. Мне не с чем было сравнить.

– Ничего, ты еще оценишь мои старания, когда у тебя будут дети. Если бы здесь соорудили фонтанчик, его пришлось бы ограждать перилами, а это испортило бы общий вид.

Марта заметила, что в голосе миссис Рассел прозвучало неодобрение. Она украдкой покосилась на Джека. У того на лице не дрогнул ни единый мускул, но Марта все равно поняла, что замечание матери ему не понравилось.

– Да, наверное, – холодно проговорил он. – Может быть, мы войдем в дом?

Марта на секунду помедлила в дверях, что вели из холла во внутренний коридор, и оглянулась. Да, цветы смотрелись просто великолепно. Но если бы кто-то спросил ее мнение, она бы сказала, что фонтанчик был бы здесь очень к месту.

3

Гостиная была просто огромной, с высоким потолком и широкими окнами. Когда миссис Рассел. Марта и Джек вошли, им навстречу поднялся молодой человек примерно одних лет с Мартой. Высокий и стройный, он был очень хорош собой и держался с небрежной грацией, которая бывает только врожденной. Совсем молодая девушка – лет семнадцати не больше, – с симпатичным и свежим личиком и огромными зелеными глазами, осталась сидеть на диване. Вместе они составляли потрясающую пару и, судя по сразу бросающемуся в глаза сходству, были братом и сестрой.

– Тео и Эдит Лейн, – представила их миссис Рассел. – Кузен и кузина Джека. Приехали к нам на каникулы.

Тео Лейн поприветствовал Марту, поглядывая на нее с явным интересом. Но его сестра Эдит не сводила глаз с Джека, и во взгляде ее читалось неприкрытое обожание. Бедная девочка, подумала Марта с искренним сочувствием, выбрала не самый удачный объект для тайных воздыханий.

– Очень дальние кузен и кузина, – проговорила Эдит с небрежной улыбкой. – Джек, Мечта совсем застоялась. Если так и дальше пойдет, она совсем одичает и не позволит даже к себе подойти, не говоря уже о том, чтобы дать себя оседлать. Если хочешь, я буду ее выезжать.

– Спасибо, но в этом уже нет необходимости, – улыбнулся Джек. – Марта согласилась ее «прогуливать».

Марта с вызовом вскинула голову, но тут же опустила глаза, наткнувшись на жесткий и властный взгляд Джека.

– Правда? – Эдит с нескрываемой неприязнью покосилась на девушку. – Надеюсь, вы хорошо ездите на лошадях, – едко проговорила она. – Мечта, она с характером.

– Ничего, я справлюсь, – ответила Марта.

Краем глаза она заметила, что Джек слегка нахмурился.

– А почему вы вообще решили на ней выезжать? – В голосе Эдит явственно слышался вызов.

– Это я ее попросил.

Тон Джека явно давал понять, что разговор на эту тему исчерпан. И они заговорили о местных достопримечательностях, которые Марта обязательно должна была посетить, пока живет здесь.

Первое напряжение вроде бы спало, но Марта все равно с облегчением вздохнула, когда в дверь позвонили. Это начали собираться гости – очень радушные и дружелюбные люди, большинство из которых были значительно старше Марты.

За ужином ее посадили рядом с Джеком. Из-за этого она постоянно чувствовала себя неловко и держалась непривычно скованно. И даже не потому, что Эдит Лейн постоянно сверлила ее неприязненно-презрительным взглядом. Просто всякий раз, когда Марта поднимала глаза от тарелки, она ловила на себе пристальный взгляд Джека. В нем не было ничего оскорбительного. Джек смотрел на нее задумчиво, оценивающе и чуть настороженно – как будто был искушенным исследователем, которому вдруг попался неизвестный науке экземпляр. От этого взгляда Марте становилось не по себе и в голову лезли всякие самоуничижительные мысли, хотя она никогда не страдала комплексом неполноценности. Например, ей почему-то подумалось, что Джеку наверняка нравятся женщины более утонченные, чем она, – с шармом, холеные.

Она попыталась представить себе его невесту. Ей рисовалась высокая длинноногая блондинка с безупречным маникюром, в дорогих украшениях – неброских, но дорогих и изящных – и в элегантных нарядах от Шанель.

В остальном же ужин прошел прекрасно. Еда была выше всяких похвал. А гости за столом, хотя, конечно, и говорили о каких-то своих делах и внутренней жизни городка, но уделяли немало внимания политике, общенациональным событиям, музыке, книгам и кино, так что Марта тоже могла участвовать в разговоре.

Мать Джека оказалась замечательной хозяйкой. Она следила за тем, чтобы всем было весело и интересно и никто не чувствовал себя заброшенным. Ее добрый юмор и искреннее участие покоряли всех. Даже самые стеснительные из гостей начинали вести себя более естественно и раскрепощенно.

И все-таки Марту не покидало странное чувство, что всякий раз, когда миссис Рассел обращалась к ней, за ее теплотой и радушием скрывалась какая-то непонятная настороженность.

Позже, когда все перешли в гостиную, чтобы выпить кофе, один из мужчин спросил у Марты:

– Значит, вы присматриваете за собаками миссис Чэмберс? Надеюсь, этот доберман вас слушается.

Памятуя о случае с овцами Джека, Марта ответила:

– Когда мы выходим за пределы сада, я беру его на поводок. А по ночам запираю в доме.

– Следите только, чтобы он к моим овцам не подходил, – вроде бы шутя проговорил мужчина, но Марта поняла, что он вовсе не шутит.

– Не беспокойтесь. Он очень послушный.

Эдит Лейн, которая примостилась на подлокотнике кресла брата, – наверняка для того, чтобы продемонстрировать окружающим длинные стройные ножки, – вступила в разговор:

– Буквально на днях я прочитала в одной газете, что доберманы – самые агрессивные и опасные собаки.

– Только для ветеринаров, – сухо отозвалась Марта – Так же, как и пудели. Однажды меня покусал карликовый пудель, с виду совсем безобидный. Но как бы там ни было, Красавчик вовсе не агрессивный.

– На мой взгляд, – заметил кто-то из гостей, – самый действенный способ приучить пса не бросаться на овец, это выдрессировать его как пастушью собаку. Может, вам стоило бы обучить вашего добермана, – обратился он к Марте.

– Вообще-то, доберманы – сторожевые собаки. Так что я не думаю…

– Я недавно купил щенка, которого тренирую именно на пастушью собаку, – как бы между прочим заметил Джек. – Вы можете как-нибудь привести вашего добермана. Позанимаемся вместе. Ему это будет полезно.

Гости начали обсуждать преимущества различных способов дрессировки. Марта сидела молча, пытаясь понять, зачем Джек предложил ей потренировать Красавчика. Хотя идея была очень даже неплохой…

Сама Марта прекрасно справлялась с Красавчиком, но миссис Чэмберс может действительно не хватить ни умения, ни сил держать в узде взрослого пса. Так что предложение Джека было весьма кстати. Но Марта не успела подумать об этом как следует. Что-то больно укололо ее в плечо. Она с ужасом поняла, что это расстегнулась булавка, которой была закреплена оторвавшаяся бретелька платья. Дождавшись удобного момента, она отвела миссис Рассел в сторонку и сообщила ей о своей маленькой неприятности.

– Там дальше по коридору маленький кабинет. Что-то вроде семейной гостиной, – сказала миссис Рассел. – Идемте, я вас провожу.

Кабинет был обставлен очень симпатично, действительно по-семейному. На стенах висело множество фотографий в рамках. Волей-неволей Марта начала рассматривать снимки. Там был Джек. Смеющийся мальчуган в обнимку с лохматой овчаркой. Ладный подросток, в котором не было и намека на юношескую неуклюжесть. Стильный молодой человек верхом на прекрасной лошади…

Марта не без труда заставила себя оторвать взгляд от фотографий Джека и взглянуть на другие снимки. И тут ее словно ударили кулаком под дых. Она сразу узнала женщину на фотографиях. Слегка напряженное лицо. Огромные карие глаза. Черные волосы, небрежно зачесанные назад. Черты, чем-то напоминающие черты Джека… Внутри у Марты все сжалось.

– Это моя приемная дочь, сводная сестра Джека, – проговорила миссис Рассел, проследив за взглядом Марты. – Мама у Силвии умерла, когда та была еще маленькой. Так что, когда выходила замуж за ее отца, я боялась, что она станет со мной воевать. Я тогда тоже была совсем-совсем юной. Но мне очень повезло: Силвия приняла меня сразу, А когда через год родился Джек, она совершенно его не ревновала. Наоборот, была просто в восторге, что у нее появился братик.

– Как замечательно, – проговорила Марта.

Она знала, что у Джека есть сводная сестра. Ноэль Григ, садовница, рассказала ей, что миссис Рассел была намного младше своего мужа и что они развелись, когда Джеку не исполнилось еще и пяти лет.

Марта еще раз взглянула на фотографии на стене. Ей вдруг стало так плохо, что она испугалась, что упадет в обморок.

– Она на десять лет старше Джека, – продолжала миссис Рассел, явно не замечая замешательства Марты. – Но они всегда очень дружили, с самого детства. Я называла Силвию его второй мамой. Они до сих пор в прекрасных отношениях. Когда Джек бывает в Ливерпуле, он всегда останавливается у нее.

Марте все-таки удалось взять себя в руки.

– Действительно, очень здорово, – натянуто проговорила она. – Спасибо. Я только переколю булавку.

Миссис Рассел слегка озадаченно покосилась на девушку.

– Там, во втором ящике, нитки с иголками.

– Спасибо, – из последних сил изобразила Марта улыбку.

Ей хотелось лишь одного: остаться одной. Когда миссис Рассел вышла, прикрыв за собой дверь, Марта без сил упала в кресло и закрыла глаза. О господи, господи, господи…

Но уже через пару секунд встала, достала иголку с ниткой и принялась пришивать бретельку. Однако это оказалось не таким простым делом – у нее тряслись руки. Надо же было такому случиться, что по какому-то невероятному, ужасному совпадению она оказалась в доме, где жила Силвия. Та самая женщина, на которой собирался жениться отец Марты и с которой она столь безжалостно обошлась.

Она не знала ее как Силвию Рассел. Силвия носила фамилию мужа, с которым развелась задолго до того, как познакомилась с ее отцом.

Марта почувствовала пугающую пустоту внутри. Только теперь она поняла, что в глубине души лелеяла безумную надежду на то, что у них с Джеком может быть нечто большее, чем просто добрососедские отношения. Но сейчас эта надежда рассыпалась в прах – еще прежде, чем Марта успела осознать, что такая надежда вообще была. Тогда, семь лет назад, она, ослепленная горем и яростью, разрушила счастье отца. Говорят, жизнь жестоко наказывает тех, кто причиняет горе ближним. Более жестокого наказания трудно было себе представить.

Марта задумалась, а не рассказать ли обо всем Джеку но тут же отбросила эту идею. Да и что бы она сказала? «Да, кстати, я – та самая девица, которая некогда испортила личную жизнь вашей сводной сестры. Я была еще ребенком, но прекрасно осознавала, что делаю и почему. И Силвия тоже знала, что я специально отваживала ее от отца. Теперь я знаю, что была не права. Мне очень жаль, что все так получилось. Надеюсь, Силвия все это восприняла не очень болезненно…»

Нет, все это в прошлом. А к прошлому лучше не возвращаться. Какой толк бередить старые раны? К тому же, как поняла Марта, Силвия не слишком часто приезжает сюда. Так что никто ничего не узнает.

А что касается Джека… Марта все-таки была реалисткой и осознавала, что у них с Джеком все равно не получилось бы ничего по-настоящему серьезного. Хотя бы уже потому, что у него есть невеста. Марта искренне презирала людей, которые «крутят любовь» с кем-то, у кого уже есть обязательства перед другим человеком. Сама она никогда бы так не поступила. Просто Джек – интересный и привлекательный мужчина. Вот и все. А то, что она перед ним вся буквально трепещет, – это нормальный отклик на его всепоглощающую сексуальность. Это совсем ничего не значит.

Совсем ничего!

Когда Марта вернулась в гостиную, к ней тут же подсел Тео Лейн.

– Я так рад, что здесь есть вы. Большинство соседей Джека – люди пожилые и занятые исключительно собственными проблемами; пастбища, овцы и все такое прочее… Для меня это странно. В Мельбурне и Сиднее он вращается в самых высоких кругах. В числе его знакомых не последние люди в правительстве. А он тем не менее постоянно стремится в эту глушь. Удивляюсь, как он вообще еще не одичал здесь.

Какой же ты сноб! – неодобрительно подумала Марта и сухо проговорила:

– Люди в провинции, конечно, несколько консервативны. Но в большинстве своем это умные люди. И вполне современные.

– Ну да. Соль земли, – протянул Тео с этакой ленивой улыбочкой. – Серьезные и надежные. И вовсе не консерваторы, как о них принято думать… Может быть, мы с вами куда-нибудь сходим, пока мы здесь.

– Вы здесь в отпуске?

Он не отвел взгляда, но Марте показалось, что его ответ прозвучал несколько уклончиво:

– Не совсем. Наши родители укатили в Африку на сафари, а Эдит захотела провести каникулы здесь. Как вы, наверное, уже заметили, она по уши влюблена в Джека. Бедная девочка! У меня сейчас нет каких-то особо важных дел, так что я тоже решил выехать на природу. Впрочем, я иногда буду ненадолго возвращаться в Мельбурн. Там столько всего происходит, а я не тот человек, который способен устоять перед искушением.

Последнюю фразу он произнес с заговорщической улыбкой и одарил Марту взглядом, который, наверное, можно было бы принять за благосклонный.

Впрочем, она проигнорировала эту попытку заигрывания.

– А чем вы занимаетесь?

– Работаю помощником управляющего в отделе развития отцовской фирмы. Папа считает, что я должен познать дело с самых низших ступеней.

Тео многозначительно покосился на Марту, как бы желая убедиться, что она сознает, что помощник управляющего отделом – должность, требующая большого ума и развитого чувства ответственности.

– И еще я учусь на экономическом факультете. На будущий год заканчиваю. – Тео улыбнулся улыбкой человека, который понимает, что он красив и обаятелен. – Однако работа с учебой не мешают мне проводить время в приятной компании. Думаю, нам все же стоит куда-нибудь вместе сходить.

Марте совсем не хотелось идти куда бы то ни было с этим напыщенным, самодовольным красавчиком. От нее не укрылось, что он не настолько уверен в себе, как хочет показать. За ленивой улыбкой скрывался страх, что ему откажут.

Но тут к ним подошла Эдит, и это избавило Марту от необходимости изобретать ответ, который был бы достаточно однозначным, но в то же время не задел бы болезненного самолюбия Тео.

– Ваша собака переполошила всю округу, – проговорила Эдит, глядя на Марту с нескрываемой неприязнью. – Надеюсь, все не закончится тем, что ее пристрелят.

– Это не моя собака, – ровным тоном ответила Марта.

Эдит пожала плечами и собралась было отпустить очередное язвительное замечание, как вдруг выражение ее лица разительно переменилось. И причина тому была очевидна: к ним подошел Джек.

– Я как раз говорила Марте, что собаки действительно могут нанести большой урон стаду, – проворковала она, умильно глядя на Джека и прижимаясь к нему боком. – А то она, наверное, считает, что мы все здесь паникеры.

Марта боялась взглянуть на Джека. Ей казалось, что она сразу выдаст себя, стоит их глазам встретиться. Хотя это было конечно же глупо. Ведь он никак не мог знать о ее тайне.

– Нет, не считаю, – быстро проговорила она. – Я видела овец, которых задрали собаки.

Джек нахмурился:

– Как это произошло?

Он отстранился от Эдит, но так, что это получилось как бы само собой.

Правильно, мысленно прокомментировала Марта, убеждая себя, что ни капельки не ревнует. Да и как вообще можно ревновать к девочке-школьнице?!

– Я как раз дежурила в клинике, когда нас вызвали на ферму, где собаки задрали овец. Больше тридцати штук. Пришлось застрелить тех, кого уже нельзя было спасти. А потом мы буквально по кускам собирали несчастных животных, которые могли выжить. Меня до сих пор трясет, когда я об этом вспоминаю. Не хотелось бы пережить подобное снова.

– Для ветеринара вы слишком молоденькая, – ввернул Тео, одарив Марту пылким взглядом.

– Я практикующая медсестра в ветеринарной клинике.

Возможно, ответ Марты прозвучал резче, чем нужно, но ее раздражало, что Тео так откровенно с ней заигрывает. Его интерес к ней был насквозь фальшивым и оттого оскорбительным. Если он находил местных жителей недалекими, скучными и провинциальными, значит, и Марта виделась ему именно такой, и он волочился за ней исключительно из сексуальной заинтересованности или же для того, чтобы как-то развеять скуку.

– Я бы ни за что не смогла выстрелить в животное, – передернула плечами Эдит.

– Будем надеяться, что вам никогда и не придется этого делать.

Марта старательно избегала смотреть на Джека. Но она все равно чувствовала его раздражение. Однако никак не могла понять, на кого именно он злится: на нее или на своих недалеких кузена с кузиной.

– Вы так говорите, будто вас это нисколько не потрясло, – удивленно проговорила Эдит.

Марта едва удержалась от раздраженного вздоха. Эти Лейны уже начинали ее бесить.

– Потом меня вырвало. Так что, наверное, меня это потрясло. И расстроило. Но человек должен делать свою работу. Уверена, что и вы поступили точно так же. Когда живое существо невыносимо мучается, гораздо милосерднее прекратить его страдания.

– Да, конечно, – слегка ошарашено произнесла Эдит.

– Марта, – вступил в разговор Джек, – миссис Рид хочет с вами поговорить. Они с мужем собираются в отпуск в Тамуэрт, и ей хотелось бы расспросить вас обо всем, что там есть интересного. Вы не против?

– Нет, конечно. – Марта встала и пошла следом за Джеком, улыбнувшись на прощание брату с сестрой.

Когда они отошли достаточно далеко, Джек очень серьезно проговорил:

– Если Тео будет вам докучать, скажите мне.

Марта глубокого вдохнула.

– Спасибо, но я вполне в состоянии сама за себя постоять.

– Они оба испорченные капризные дети, – с леденящим душу равнодушием произнес Джек. – У них слишком много денег, и все им дается очень легко.

– Тео сказал, что учится в университете. На экономическом.

– Будем надеяться, ему хватит характера его закончить, – резко отозвался Джек. – Он парень неглупый, но его интересуют совсем другие вещи.

– Не волнуйтесь за меня, Джек, – мягко проговорила Марта. – Знаю, с виду я вся такая наивная и беспомощная. Но на самом деле я человек жесткий. И хотя мне приятно, что вы так по-братски заботитесь о моем благополучии, я все-таки не нуждаюсь в подобной опеке.

– Скорее уж не по-братски, а по-отечески, – нехорошо усмехнулся Джек.

Марта не успела ничего ответить, потому что он уже подвел ее к миссис и мистеру Рид, после чего отошел к другим гостям. Марта просидела с пожилой парой почти полчаса – они очень подробно расспрашивали ее про Тамуэрт. Она и не заметила, как пролетело время. А потом гости засобирались домой, и за какие-то десять минут все разошлись. В гостиной остались только Марта, Тео, Эдит, Джек и миссис Рассел.

– Как вы поедете домой? – Тео одарил Марту очередной ослепительной улыбкой.

– Я ее отвезу, – безо всякого выражения проговорил Джек.

Марта хотела было возразить, но так ничего и не сказала. Ее взбесило, что Джек снова все решил за нее. Хотя с другой стороны, ей действительно не хотелось, чтобы Тео напросился ее провожать. Пусть лучше Джек…

И еще Марту насторожило встревоженное выражение, промелькнувшее в глазах миссис Рассел, когда Джек вызвался отвезти ее домой. Неужели она тоже была снобом? Или все же каким-то образом догадалась, что Марта – та самая девчонка, которая семь лет назад сломала жизнь ее приемной дочери?

Похоже, у меня развивается паранойя, невесело усмехнулась Марта. А то, что Джек вызвался ее проводить, – это совсем ничего не значит. Его недавнее замечание насчет «отеческой» заботы поставило все на свои места. Что бы Марта ни воображала себе в своих глупых фантазиях, он не испытывал по отношению к ней ничего, кроме некоторой ответственности. Ведь он привык со всеми вести себя покровительственно.

На улице было прохладно. Опять пошел дождь. Всю дорогу Джек с Мартой молчали, и, только когда они уже подъезжали к дому миссис Чэмберс, Джек проговорил:

– Завтра я заеду за вами в девять утра. Сначала мы покатаемся на лошадях, а потом займемся дрессировкой Красавчика.

– Мы с ним пройдемся пешком, – твердо сказала Марта. – Ему будет полезно прогуляться.

– А если он снова набросится на овец?

– Я же вам обещала, что буду брать его на поводок!

– Хорошо, – сказал Джек таким тоном, будто давал Марте разрешение вывести собаку за ворота.

Марта вся напряглась. Какой же он все-таки наглый, самодовольный…

Джек так резко затормозил, что, если бы не ремень безопасности, Марта точно ударилась бы лбом о стекло.

– Что случилось?

– Добермана вашего чуть не задавили.

И действительно, снаружи был Красавчик, который бросался едва ли не под колеса.

– Сажайте его на заднее сидение, – велел Джек и, перегнувшись через Марту, открыл дверцу с ее стороны.

– Но он мокрый…

– Вода – это пустяки, – угрюмо проговорил Джек. – Главное, чтобы крови не было.

Красавчик запрыгнул в машину и, повинуясь приказу Марты, послушно уселся на заднем сидении.

– Не знаю, как он смог выбраться, – растерянно проговорила Марта. – И судя по тому, что пес весь мокрый, он уже давно на улице.

– Наверное, вы оставили окно открытым.

– Не может быть. Я перед выходом обошла весь дом и проверила окна.

– Одно вы могли пропустить.

– Нет. Я всегда проверяю дважды все окна и двери, потому что это не мой дом, и я несу за него ответственность.

Марта вдруг подумала, что могла не закрыть переднюю дверь, когда выбежала на крыльцо навстречу Джеку. Хотя нет. Он бы заметил. А что насчет задней двери? Как Марта ни старалась, она не могла вспомнить, запирала заднюю дверь или нет.

Они подъехали к воротам. Марта взялась за ручку на дверце, но Джек остановил ее.

– Оставайтесь в машине.

Он вышел, сам открыл ворота и подогнал машину к самому дому. И тут Марта с ужасом увидела, что задняя дверь открыта.

– Садитесь за руль, – коротко распорядился он, и было в его голосе что-то такое, что Марта сразу же повиновалась. – Заприте все дверцы, – продолжал Джек. – Фары не зажигайте. Сейчас вы выедете за ворота, а я войду в дом. Если я не вернусь через пять минут или вы заметите что-то подозрительное, езжайте обратно в поместье и вызывайте полицию.

– Но…

– Делайте, как я сказал. Пса я забираю. Красавчик, за мной.

Доберман с готовностью выпрыгнул из машины, и Джек бесшумно захлопнул дверцу. Они с Красавчиком вошли в дом, а Марта завела двигатель и выехала за ворота, не зажигая фар, как велел ей Джек.

Она понимала, что он поступил правильно, отослав ее со двора. Если в дом действительно кто-то проник, она будет для Джека только лишней обузой. Но сидеть в бездействии и ждать… это было невыносимо. Только теперь Марта поняла, что дом миссис Чэмберс стоит на отшибе и дорога перед ним едва освещена редкими фонарями. Что до ближайших соседей больше полумили, да и то их дом расположен за холмами, так что отсюда его не видно даже днем.

Ее внимание привлекло какое-то движение на дороге. Марта испуганно замерла, но оказалось, что это Бинго.

– О, господи, как ты меня напугал! – Марта быстро открыла дверцу и забрала промокшую собаку в машину.

Все вокруг словно застыло. Гнетущую тишину нарушали лишь шум дождя, мерное жужжание работающего на холостых оборотах двигателя и жалобное поскуливание Бинго, которого Марта усадила на пол рядом с передним пассажирским сидением.

Марта напряженно смотрела на дом. Джек так и не зажег света. Уходя, он взял с собой фонарик. Но как бы девушка ни напрягала зрение, она не могла разглядеть ни малейшего проблеска света в темных окнах. Впрочем, ничего удивительного. Когда Марта закрывала окна, она плотно задернула шторы на каждом.

Интересно, услышит она, если Джек вдруг ее позовет? Хотя, если что-то случится, Красавчик залает. А его лай Марта услышит точно.

Время шло. Ничего не происходило. Каждая секунда казалась Марте вечностью. А судя по часам, прошло всего три минуты! В голову лезли самые мрачные мысли. Вдруг в дом действительно забрался вор? Марта похолодела при одной только мысли о том, что ей придется рассказать об этом миссис Чэмберс…

Джек появился неожиданно, Марта едва не подпрыгнула от испуга. Он возник из ночной темноты словно тень. По пятам за ним также бесшумно бежал Красавчик.

– Там никого нет, – спокойно проговорил Джек, подходя к джипу. – И судя по всему, ничто в доме не тронуто. Выходите.

Марта поспешно заглушила двигатель и выбралась из машины.

– Передняя дверь была заперта?

– Да. Я, наверное, забыла закрыть заднюю, – виновато проговорила Марта.

– Похоже на то. – Джек даже не потрудился скрыть свое недовольство. – Думаю, вам надо войти в дом и проверить, все ли на месте.

Марта ужасно злилась на себя, но в то же время испытывала несказанное облегчение из-за того, что так легко отделалась.

– Хорошо. Только я заберу Бинго.

– Вы впустили его в машину? – В тихом голосе Джека явственно прозвучали опасные нотки.

– Да.

– Вы поступили неосторожно. А вдруг на вас бы напали? Тем более что вы знали, что поблизости может быть кто-то чужой.

Марта угрюмо покосилась на Джека:

– Я всего на секундочку приоткрыла дверцу.

– Когда я прошу вас что-то сделать, – спокойно проговорил Джек, но за этим спокойствием скрывалось явное раздражение, – я хотел бы быть уверенным в том, что вы это сделаете.

Марта открыла дверцу, взяла Бинго на руки и прижала песика к груди.

– Не могла же я оставить его на дожде и холоде. – Марта сделала паузу, чтобы унять дрожь в голосе, и продолжила уже более уверенным тоном: – Спасибо, что вы проверили дом. Даю вам слово: в следующий раз я трижды проверю все двери и окна, прежде чем выйти на улицу.

– Мы все совершаем ошибки, – примирительно проговорил Джек. – А теперь прекратите показывать свой независимый характер и идите за мной в дом.

Марту аж передернуло: так насмешливо прозвучал его голос. Однако она молча последовала за Джеком. Спорить с ним было бесполезно. И потом, она действительно чувствовала себя виноватой. Когда они вошли в холл, Джек сразу же включил свет. Первым делом Марта достала из сушилки теплое полотенце и завернула в него Бинго. Потом обошла дом, проверяя, все ли на месте. Джек не отставал от нее ни на шаг.

– Все в порядке, – объявила Марта, когда они вернулись в гостиную. – Во всяком случае, я ничего необычного не заметила.

Она не решалась взглянуть в глаза Джеку. Ей было стыдно за свою невнимательность. Она мысленно поклялась себе, что впредь не выйдет из дома, не перепроверив все окна и двери.

Бинго уже мирно спал в своей корзинке. Красавчик, который все это время не отходил от Марты ни на шаг, уселся на пол и принялся отчаянно чесаться.

– В таком случае мы можем с уверенностью предположить, что в доме не было постороннего. Если бы здесь побывал вор, стерео он бы точно унес. Да и собаки ведут себя спокойно. Хотя, может быть, вам стоит провести эту ночь в «Гарнидже»? Просто на всякий случай?

Марта недоуменно нахмурилась. Но тут вспомнила, что на въезде в поместье Расселов был указатель с надписью «Гарнидж». То есть Джек предлагал ей переночевать у него в доме.

– Нет, спасибо, – решительно проговорила она, пытаясь побороть в себе первый безотчетный порыв принять предложение. – Это очень любезно с вашей стороны. Но я уверена, что с нами все будет в порядке.

– Тогда я поеду домой. Я проверил все окна и двери. Когда выйду, сразу заприте за мной заднюю дверь.

– Спасибо, – повторила Марта.

– Не за что. – Джек небрежно махнул рукой, и в этом его небрежении было что-то ужасно обидное. – У вас есть мой телефон?

Марта с изумлением подняла глаза на Джека. Взгляды их встретились, и ее как будто ударило током. А тело наполнилось вдруг какой-то странной животворной энергией, словно оно пробудилось после долгого летаргического сна. Зато мысли, наоборот, затуманились, как это бывает, когда кружится голова.

– Нет. А зачем он мне?

Джек склонился над столиком, где стоял телефон, и записал свой номер в блокноте.

– Если я вам вдруг понадоблюсь, позвоните мне, и я приеду.

– Спасибо за заботу, – растерянно пролепетала Марта.

– Спокойной ночи.

Она проводила его до двери, закрыла ее на два поворота ключа и еще долго стояла, слушая, как шум машины Джека затихает вдали. Потом вымыла обеих собак и тщательно вытерла их шерсть теплыми полотенцами. Затем сама приняла душ и легла в постель.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю