Текст книги "Наномашина. Том 4"

Автор книги: Хан Джунволья

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 26 страниц)

Часть 4

Ёун смотрел на обработанные лекарственным веществом две тонкие, отрубленные до плеча, правые женские руки, лежавшие на столе в кабинете Патриарха. Одну прислали вчера ночью из клана Клинков, другую – позавчера из клана Звука.

– Поймите, госпожа Чжа уже скончалась.

Благодаря этому старейшина Чжа сумел не испачкать руки в крови своих родных. Глядя на эти конечности, Ёун прикусил язык.

«Значит, они ценят свои жизни выше».

В душе Ёун считал, что влиятельные старейшины Школы из самоуважения и стремления защитить своих родных откажутся выполнять его немыслимое требование и проявят гордость, и не ожидал такого. Этим они показали, что правящим кругам, погрязшим в пятисотлетней жажде власти, пришел конец.

«Они сделают что угодно ради своей безопасности?»

Он презирал их и сожалел, что Школу захватили такие мерзавцы.

«Вам повезло. Сохранили себе жизни».

На самом деле, будь воля Ёуна, он тотчас бы избавился от трех старейшин. Но в ситуации, когда внешние враги набирают силу, отрубить прогнившую часть было бы довольно опасно.

– Как же лучше поступить?

Пять дней назад Ёун собрал всех своих соратников и спросил их мнения о шести господствовавших в Школе кланах. Ему было интересно узнать, как поступить с оставшимися тремя. Сначала Ёун собирался им отомстить, но после того, как в крепость два раза проникли шпионы, он стал беспокоиться об ослаблении Школы. Мнения разделились.

– Из-за возможных последствий и ради преобразования Школы нужно их полностью уничтожить.

– Прогнившую часть нужно отрезать, чтобы заражение не шло дальше.

Мнения о том, что с тремя кланами нужно расправиться, основывались на желании не допустить плохих последствий. Как ни странно, эту идею поддержала лишь треть соратников. Большая часть считала, что, несмотря на нанесенный шестью кланами ущерб и разорение Школы, их нужно оставить в живых.

– В отсутствие внешнего врага, несомненно, нужно было бы их покарать. Но сейчас не время.

– Многие семьи до сих пор подчиняются трем кланам. Если уничтожим их все, то нанесем урон собственной армии.

– Я согласен. Тем более три воина уровня хвагёна – довольно весомый ущерб. Мы уже потеряли четырех хвагёнов, и, если мы убьем и этих трех, нам будет сложно одолеть врага.

Другие же беспокоились о сокращении армии. Обе позиции имели очевидные плюсы и минусы. Если оставить три клана в живых, Школа продолжит гнить с головы, а если убрать их, это ослабит армию перед внешним врагом. Ёун усиленно придумывал способы, как разобраться с тремя кланами, не сокращая военную мощь. И в голову ему пришла идея с ядовитыми паразитами. План предполагал подавить врагов с помощью насекомых, а затем преобразовать Школу и расформировать армии трех кланов. Таким образом пятая часть армии перейдет под управление Школы. Кроме того, появится еще одно преимущество: троих старейшин можно отправить на передовую в битве. Большинство соратников согласились с этой уловкой Ёуна.

«Прошлый Патриарх тоже мучился такими вопросами?»

Стоит ли показывать все, что знаешь? Ёун получил силу и власть, но его печалило, что в действительности не все можно было изменить. В борьбе за идеал он сталкивался с реальностью. И чтобы преодолеть ее, приходилось искать компромиссы.

«Если я не могу убить врагов из страха сократить армию, нужно так нарастить военную мощь Школы, чтобы можно было спокойно от них избавиться».

Это было главным решением Ёуна. Он собирался какое-то время использовать трех старейшин для сдерживания внешнего врага и одновременно наращивать силы, чтобы они перестали быть необходимы, а затем уничтожить их. Это не займет много времени. Первым, что следовало сделать, нужно было воспитать новых воинов Школы. И ключ к этому – воспитать хвагёнов из числа талантливых командиров отрядов среди шести мечей Ёуна. Пока Ёун размышлял о будущем, кто-то постучал.

– Небесный Демон, пора переодеваться в церемониальное облачение, – сказал Марагём.

– А… уже.

Ёун встал из-за стола.

* * *

Прохладный зимний полдень.

Солнце поднялось высоко в синее безоблачное небо. Лучшего дня для большого мероприятия не могло и быть. В крепость прибыли многочисленные члены Школы, так что и яблоку было негде упасть, люди теснились как сельди в бочке. О церемонии объявили несколько дней назад, и лица собравшихся были полны надежды. Уже в полдень повсюду разожгли огни – по традиции Школы Демонического Пути, где поклонялись демоническому духу и огню. На трибуне сложили огромный костер, но еще не развели его.

– Отойдите чуть-чуть назад.

– Ох, как же я сдвинусь?

Стражи отодвигали вышедших вперед людей. Воины понимали, что всем хочется посмотреть вблизи на нового Патриарха, но в целях безопасности необходимо было держать дистанцию.

Со стен крепости послышался бой барабанов. Первый удар объявлял начало церемонии.

– О-о! Начинается!

– Наконец-то!

От дворца была расстелена дорожка из красного шелка, по обе стороны от которой стояли старейшины, главы кланов и командиры элитных отрядов Школы. Все они были в нарядных одеяниях и почтительно чего-то ждали.

– Командир взойдет на престол Патриарха, – с волнением сказал Го Ванхыль. Пэк Ги и другие сторонники Ёуна кивнули и продолжили наслаждаться моментом.

В Академии они переживали, сможет ли Ёун пройти испытание и стать наследником, но вот настал день, когда он всходит на трон.

– Бедный Хо Бон, – с сожалением проговорил Сама Чхак, переживая что его товарища нет рядом.

К трибуне перед дворцом пропускали лишь воинов высокого ранга от командиров элитных отрядов и выше, а командиры обычных отрядов вместе с другими людьми должны были наблюдать за церемонией издалека.

– Что поделать, таковы правила, – ответил Пэк Ги буднично.

Хо Бон, единственный из присутствующих одетый в синее облачение командиров отрядов, не мог стоять здесь. Церемониальная одежда в Школе отличалась по цвету в зависимости от ранга: у старейшин – фиолетовая, у командиров элитных отрядов – красная.

– Жаль, конечно, ведь Хо Бон так хотел посмотреть на церемонию Патриарха вблизи.

Хо Бона можно было назвать первым и самым верным соратником Ёуна. Он так радовался, когда назначили день восхождения на трон, но повесил нос, когда узнал, что командиры отрядов должны наблюдать издалека вместе с простыми людьми.

– Эй, вон та спина не кажется вам чем-то знакомой? – спросила гораздо более нарядная, чем обычно, одетая в красное Мун Гю и указала пальцем куда-то на трибуну перед дворцом.

Рядом с костром на трибуне показалась чья-то знакомая фигура.

– Хм.

Пока все внимательно ее рассматривали, фигура повернулась и посмотрела на них. Го Ванхыль, Пэк Ги, Сама Чхак вытаращили глаза.

– Хо Бон?

Это, несомненно, был он. Хо Бон, держа в руке факел, смоченный в масле, которым должны были разжечь костер, весело помахал друзьям. Похоже, он получил задание передать факел будущему Патриарху. При виде его широкой улыбки друзья забыли о недавнем сострадании к нему.

– Зря волновались, – спокойно отметил Пэк Ги.

– Да уж, – согласился Го Ванхыль.

И тут со стен вновь послышались барабаны, на всю крепость раздался звук рога. Отворились ворота, и показалась фигура в оригинальной маске. Это был Марагём в церемониальном наряде и с чем-то в руках. Стоявшие по обе стороны от красной шелковой дорожки старейшины, главы кланов и командиры элитных отрядов разом пали ниц.

– Школа Демона! Живи тысячу лет! Живи тысячу лет! Живи тысячу лет! – выкрикнули они, а за ними повторили и люди, стоявшие дальше.

От хора в десяток тысяч человек крепость чуть не задрожала, и, казалось, даже небо отозвалось гулом. В руках Марагём держал Печать Небесного Демона. За ним проследовали две служанки, которые несли корону на подушке. Их сопровождал бой барабанов. Обычно первым на трибуну поднимался предыдущий Патриарх, но Ючжон все еще был без сознания. Его роль взял на себя Марагём, хранитель Печати Небесного Демона, которая напоминала членам Школы о воле Основателя.

Поднявшись на трибуну, Марагём высоко поднял Печать и громко прокричал:

– Члены Школы Демонического Пути, перед вами Печать Небесного Демона!

– Школа Демона! Живи тысячу лет! Живи тысячу лет! Живи тысячу лет!

Хо Бон чуть не задрожал от громких криков толпы. На престол вступал Ёун, а Хо Бон волновался больше него.

– Начинаем церемонию вступления на престол Патриарха Великого Небесного Демона.

– Ура!

Ликующие возгласы прокатились по всей крепости. Под долгий звук рога у входа во дворец появился некто с длинными волосами и бледным лицом. Это был Чхон Ёун в черном одеянии с вышитым золотом драконом. Ёун медленно пошел по красной шелковой дорожке от входа во дворец к трибуне. Несмотря на юность, от Ёуна исходила достойная короля аура, и у наблюдавших за ним членов Школы вырвались возгласы восхищения.

– Хе-хе-хе. Мой ученик – Патриарх.

Шедший рядом правый страж Сопмэн, одетый не в поношенную одежду, а в церемониальный наряд, не мог скрыть довольной улыбки. На что левый страж Ли Хвамён покачал головой:

– И когда ты прекратишь эту песню про ученика?

С тех пор как назначили дату церемонии, Сопмэн непрерывно подтрунивал над Ли Хвамёном. Но тот и правда завидовал. Единственным учителем Ёуна был Сопмэн. Стоявшие недалеко от входа во дворец старейшины по очереди преклонили колени, сложили руки в уважительном жесте и последовали за ним на трибуну. Проходя мимо старейшин, глав кланов, а затем и командиров элитных отрядов, Ёун увидел Го Ванхыля, Мун Гю, Сама Чхака, Пэк Ги, Хо Санхву, Чхэ Тхэккёма и других. Двое последних недавно выпустились из Академии в званиях командиров элитных отрядов.

– Искренне рад за вас, правитель, нет, Патриарх.

– Поздравляю!

– Хе-хе, теперь я не смогу звать вас принцем. Поздравляю, Патриарх.

Друзья по очереди отправляли Ёуну шутливые телепатические сообщения и восторженно смотрели на него. Мун Гю же смотрела на нового Патриарха со слезами на глазах. Обычно скупой на эмоции Ёун в этот момент испытывал к друзьям огромную благодарность. Он слегка кивнул им и улыбнулся. К Ёуну присоединились командиры элитных отрядов, и шествие стало по-настоящему зрелищным. Патриарх внушал благоговение, как правитель целой страны. Пройдя по красному шелку до трибуны с костром, Ёун прокрутил в голове множество событий.

«Мама…»

Занимавший последнее место среди кандидатов в наследники теперь станет Патриархом. В этот момент он в первую очередь подумал о матери, госпоже Хва. Больше всего он хотел бы, чтобы именно она увидела его сейчас, но она была далеко отсюда.

«Я изменю Школу, чтобы больше не было таких потерь и бедствий», – сотни, тысячи раз повторял себе Ёун.

Достигнув трибуны, старейшины, главы кланов и командиры отрядов остановились, разделились на две шеренги и рядами заняли места на сцене. А Ёун поднялся по ступенькам и увидел с трибуны тысячи собравшихся перед дворцом. Снизу этого не было видно, и эту картину сложно было описать словами.

– О-о-о!

– Великий Небесный Демон!

– Небесный Демон поднялся на трибуну!

– Ура! – восторженно закричали собравшиеся при виде Ёуна на трибуне.

После того как стало известно о недавних событиях и объявлено о появлении Великого Небесного Демона, все члены Школы жаждали увидеть Ёуна.

«Наконец появился истинный хозяин Школы. Покойные хранители Печати Небесного Демона, время пришло», – не мог скрыть волнения Марагём.

Скрытый за маской, он не переставал улыбаться. Великий страж вышел вперед, поднял Печать и выкрикнул:

– Новый двадцать четвертый Патриарх Чхон Ёун, примите Печать Небесного Демона!

– Я, потомок Великого Небесного Демона Чхон Ёун, принимаю Печать.

Ёун преклонил колено и уважительно поклонился в сторону Печати. Марагём отдал приказ державшему факел Хо Бону:

– Принесите факел.

– Есть! – громко крикнул Хо Бон и поднес факел Ёуну.

Его рука, державшая факел, сильно дрожала. Предстояла самая важная часть церемонии вступления на престол – ритуал священного огня, и Хо Бон не мог скрыть напряжения.

«Хо Бон».

Ёун улыбнулся. Парень был его первым соратником и другом, преодолевшим с ним все трудности. Ёун принял у него факел, хлопнул по плечу и вложил в жест энергию, чтобы снять напряжение. Хо Бон дрожащим, чуть не плачущим голосом сказал:

– Патриарх, поздравляю. Я не забуду этот момент.

– И я.

Получив факел, Ёун медленно прошел к костру и зажег его. Синеватое пламя впервые за двадцать лет взмыло к небесам. Ёун сложил руки перед собой, преклонил колено и прочел молитву Школы Демона.

– Я сжигаю в этом священном огне свое тело, в жизни и в смерти нет сожалений. Мой путь озарен светом, от радости и грусти останется лишь пыль, – начал читать Ёун, и все присутствовавшие на трибуне вне зависимости от титула сложили руки перед собой и стали повторять за ним.

Это была молитва главной религии Школы Демона, огнепоклонства, которая сохранилась со времен зороастризма. Наступила тишина, торжественная молитва была священна.

– О несчастные живые существа со множеством бед.

– О несчастные живые существа со множеством бед!

В Школе поклонялись Демону и огню, но эта молитва была посвящена бедам множества людей. Когда торжественная молитва завершилась, Марагём выкрикнул:

– На основании наказа Основателя Небесный Демон и наследник Чхон Ёун провозглашается двадцать четвертым Патриархом. Примите корону.

Когда Ёун наденет корону, он будет считаться вступившим на престол. Преклонивший колено Ёун опустил голову, прикрыл глаза и приготовился принять корону. Однако это заняло больше времени, чем он ожидал. Он подумал, что что-то не так, как вдруг услышал на трибуне чьи-то шаги.

«Что такое?»

Это был кто-то обычный, не обладавший боевой аурой. Этот человек подошел к Ёуну и надел ему на голову корону. Ёун открыл глаза, и…

– Принц, нет, Патриарх, поздравляю вас.

На него сквозь слезы смотрел растроганный мастер Чан. Некоторое время назад Ёун попросил лекаря Пэк Чону и кузнеца Гу Сонуна, чтобы мастеру Чану поставили импланты, и теперь он широко улыбался во все зубы.

– Госпожа Хва тоже улыбалась бы.

От такого неожиданного появления мастера Чана Ёун впервые растрогался. По его щеке стекла слеза. Это был подарок от Марагёма, который занимался подготовкой церемонии. И это был очень удачный подарок. С улыбками наблюдавшие за этой картиной соратники Ёуна не могли скрыть умиления. Всегда одинокий, он впервые в жизни почувствовал радость. С короной на голове Ёун спустился с трибуны и простер руки. И тогда от них отсоединились защитные пластины и превратились в блестящий меч Небесного Демона.

– О-о-о!

– Меч Небесного Демона! – вырывались восторженные возгласы.

Ёун схватил рукоятку зависшего в воздухе меча и поднял его высоко в небо. И тогда все члены Школы зашумели:

– Ура!

– Школа Демона! Живи тысячу лет! Живи тысячу лет! Живи тысячу лет!

Так появился двадцать четвертый Патриарх и второй Небесный Демон. Позже в хронике китайских воителей Байлаошицзя этот день назовут днем, когда Школу Демона посетил демонический дух Машин.

Глава 49. Вылазка в Школу Истины

Часть 1

Прошла зима, и холодный ветер больше не морозил одинокие листья деревьев. Взошли ароматные зеленые ростки, и на многочисленных склонах в долине Тысячи Гор наступила весна. С церемонии вступления на престол нового Патриарха прошло три месяца. За это время в Школе произошло множество изменений. Молодой и целеустремленный Великий Небесный Демон Чхон Ёун, опираясь на крепкую поддержку соратников, начал преобразовывать Школу. Мера, согласно которой кланы могли иметь по одному отряду, а остальные их силы переходили Школе, встретила некоторое недовольство среди бывших правящих кругов, но получила одобрение большинства. Среди глав трех кланов или высокопоставленных семей эта мера была непопулярна, но среди тех, кому было выгодно уравновешивание сил, возражений не было.

– Назначать на все главные должности будут по способностям, – заявил Ёун, и главы кланов могли получить отряд и подразделение соответственно своему рангу.

Это предоставляло шанс малым и средним кланам, а также заставляло прежние влиятельные кланы непрерывно прилагать усилия, чтобы не отстать.

– И старейшины не будут исключением.

Такое распределение рангов касалось не только глав кланов. Структуру старейшин тоже реорганизовали. Спустя два месяца после церемонии вступления на престол прошли большие соревнования за посты старейшин. На них не только выбрали новых, но и перераспределили старых.

– Минимальное требование для участия – высокий уровень мастерства.

Изначально критерием выбора старейшин был уровень хвагёна, но Ёун подумал, что в первых соревнованиях будет мало новых хвагёнов, поэтому смягчил правила и расширил число участников. Это распоряжение было передано и в другие подразделения Школы. Результаты соревнований оказались непредсказуемы. Зарегистрировалось сорок пять человек, попадающих под требования. Тридцать два из них прошли предварительный отбор по военной стратегии и тактике. И тут случилось нечто совершенно непредсказуемое. В соревнованиях захотели принять участие до этого неизвестные воины.

– Двое от одного клана?

Сначала в одном клане оказалось два воина уровня хвагёна. И это был клан Иллюзорного Меча, не входящий в число трех главных. Помимо главы клана и шестого старейшины Мон О, его старший сын Мон Му тоже был хвагёном. Как ни странно, даже сам Мон О был не в курсе этого. Мон Му выпустился из Академии самым способным кадетом, а затем пять лет сражался на передовой, на западе Гуйчжоу, где чаще всего шла война. Он достиг уровня, получив обширный боевой опыт и побывав в смертельной опасности.

Второй воин скрывался в другом подразделении Школы.

– Ян Данхва? Женщина?

– Нет. Это командир северо-восточного подразделения в Хунани. Он выходец из тех мест, но ему нравится воевать и он прослужил там десять лет.

Он тоже был уровня хвагёна, причем высшей ступени, согласно его заявлению.

– Зачем тогда он?..

– Говорит, что заинтересовался кланом Шести искусств Бога Клинков.

А причина была в том, что в последнее время он потерял интерес к сражениям, завершенным союзом со Школой Истины. Этому воину была безразлична власть.

И третьим был воин по имени Со Дын из клана Исторического Меча. Он не сам проявил желание участвовать, его порекомендовал Марагём. Этот воин отбывал заключение на острове Хайнань.

– Он пятнадцать лет провел в заключении?

– Наверное, большинство старейшин его помнят.

Изначально клан Исторического Меча писал хроники Школы. Однако клан Тьмы постоянно вмешивался в летописи, что вызывало недовольство клана Со Дына. И однажды ночью он задумал напасть на клан Тьмы.

– Мне это нравится.

– Но атака провалилась.

Шпион клана Тьмы сообщил о нападении, и глава Му Чжинвон, не желая расходовать силы, заявил об этом во дворец.

– Тогда глава клана Со Дын был хвагёном начального уровня, и говорили, что он будет следующим старейшиной.

Он был так предан Школе, что даже вел ее хроники, поэтому не стал сопротивляться воинам стражи и сразу сдался. Шесть кланов заявляли, что его надо казнить, но бывший Патриарх Чхон Ючжон их не послушал и сослал его на остров Хайнань.

– Патриарх специально не лишил Со Дына боевой мощи, а отправил в ссылку, чтобы позже использовать против шести кланов.

Ёуна удовлетворило такое объяснение Марагёма, и он разрешил бывшему заключенному участвовать в соревнованиях и завершил ссылку Со Дына. Ему нравилось одно то, что он вступил в конфликт с одним из шести кланов. Ожидавший приказа Патриарха о своем освобождении Со Дын получил сообщение от посланника из отряда стражи и спустя пятнадцать лет вернулся в крепость, чтобы не затягивать рождение новых воинов.

Как «задняя волна Янцзы подгоняет переднюю»[6]6
  Китайская пословица о смене поколений.


[Закрыть], так и в Школе Демона впервые за пятьсот лет провели соревнования на звание старейшины и полностью изменили их иерархию. Глава клана Клинков Бу Чхольён считал, что с исчезновением кланов Тьмы и Меча у него нет соперников, но провалился еще до второго тура и не смог попасть в высшие круги.

«Ого?»

Полученные результаты удивили и Ёуна, и Марагёма. Звание первого старейшины получил глава клана Исторического Меча Со Дын. В изгнании он до зубовного скрежета оттачивал мастерство боя, достиг наивысшего уровня хвагёна и победил даже освоившую технику Двадцати Четырех Мечей Ён Мухву. Наконец определилась иерархия старейшин согласно их боевым навыкам.

1. Со Дын из клана Исторического Меча.

2. Ён Мухва из клана Проникающего Демонического Меча.

3. Мун Ён из клана Руки Демонического Дракона.

4. Ян Данхва из клана Туманного Северного Океана.

5. Бу Чхольён из клана Клинков.

6. Мон Му из клана Иллюзорного Меча.

7. Хван Ы из клана Летающего Оборотня.

8. Мон О из клана Иллюзорного Меча.

9. Сама Ы из клана Небытия.

10. Чжа Кымгён из клана Скрытого Удара.

11. Хан Сою из клана Звука.

12. Гу Чхоён из клана Девяти Врат.

Гу Чхоён единственный из старейшин не достиг уровня хвагёна, но получил двенадцатый по счету балл на соревнованиях и стал одним из них. Это была крупнейшая за пятьсот лет перемена. И тут Ёун выступил с новым предложением – менять иерархию старейшин каждые пять лет посредством проведения соревнований. Такой способ заставлял старейшин постоянно совершенствоваться, а также давал всем кланам шанс внезапно занять высокий пост.

– Я поделю охрану на шесть отрядов.

Ёун увеличил дворцовую охрану. Он ввел шесть отрядов и систему конкурса среди своих шести Мечей. Большинство воинов охраны состояло из последователей Ёуна в Академии, единственным нововведением было то, что их командиром назначили старшего преподавателя Академии Хо Чжинчхана. Шесть Мечей считали его учителем за его боевой опыт и были согласны с его назначением командиром. Многое поменялось, но отряд стражей сохранился неизменным. Традиционная структура отряда, установленная во времена первого Небесного Демона, не вызывала у Ёуна вопросов, и он оставил ее прежней.

И за три месяца не произошло ни одной битвы с кланом Шести искусств Бога Клинков. Когда появилось сообщение о том, что войска клана Шести искусств Бога Клинков объединяются на границе провинций Фуцзянь и Чжэцзян, первый старейшина получил звание генерала и вместе с Бу Чхольёном, Чжа Кымгёном, Хан Сою отправился в поход. Однако несмотря на прогнозы того, что ситуация перерастет в большую битву, происходили только мелкие столкновения. Согласно показаниям шпиона из клана Мрака, клан Шести искусств Бога Клинков поставил перед собой задачу утвердиться в провинциях Цзянсу и Чжэцзян и некоторое время не сможет заглядываться на зарубежные территории. Но на всякий случай четверо старейшин разместились на севере Фуцзяни для наблюдения за обстановкой.

«На этот раз клан Шести искусств Бога Клинков мне на руку».

Это был удобный случай для Ёуна. Пока трое старейшин находились под наблюдением ненавидящего шесть кланов Со Дына, Ёуну было легко расформировать их боевые отряды. Это дело завершится с приказом об их возвращении из похода.

А всего месяц назад посланник передал письмо главы Военного союза Школы Истины. Он поздравлял Ёуна со вступлением на престол, а также сообщал о временном переносе военного собрания в честь Нового года, куда приглашали Ёуна. Сеть информантов сообщила, что в Школе Истины произошел ряд событий. В Военном союзе старались избежать утечки информации, но, видимо, к ним в Школу проник шпион из клана Шести искусств Бога Клинков.

«Намучаются».

Позиция Ёуна была проста. В отличие от Школы Демона с единым правителем, в Военном союзе, где было множество кланов и сект, найти шпиона было еще сложнее. Наверное, главе Военного союза и его руководителям придется попотеть.

Помимо больших преобразований внутри и вне Школы, были и незначительные события. Ёун попросил лекаря Пэк Чону создать средство, которое использовали шпионы клана Шести искусств Бога Клинков во время банкета с Военным союзом для того, чтобы развязать языки Ё Бульви и Пхэ Хёну. Но некоторые необходимые травы цветут не зимой, а в начале лета, поэтому лекарь сказал, что доставка отсутствовавшего в Школе ингредиента займет какое-то время.

«Повезло вам».

Допрос заговорщиков ненадолго откладывался. Тем временем месяц назад Ёун отправил особый отряд в южные провинции в среднем течении Хуанхэ. Лекарь и множество медиков лечили и всесторонне обследовали бывшего Патриарха, но он по-прежнему не приходил в сознание. В итоге Ёун вспомнил о последнем шансе – знахаре. Однако проблема была в том, как и где применить нефритовую подвеску знахаря. Ёун не знал, как ее использовать. В результате расследования отряда стражи и клана Летающего Оборотня выяснилось, что изначально хозяйкой подвески была госпожа Му из клана Тьмы. Поэтому допросили людей ее клана, и оказалось, что нужно привезти украшение на территорию Школы Истины.

– Звучит довольно затруднительно…

– Это пик Брошенных Мечей в провинции Хубэй…

Хубэй был территорией клана Должного Боя и семьи Чжегаль. Кроме того, еще дальше на север, на юге Хэнани, располагался главный отряд Военного союза Школы Истины. На первый взгляд могло показаться, что попасть туда нетрудно, ведь с Союзом заключено соглашение, но на самом деле это было не так. Знахарь был неуловим. Говорили, что он лечит все болезни, кроме смерти, поэтому его местонахождение хотели знать и императорская семья, и Школы Истины и Смерти.

– Опасно запрашивать местонахождение знахаря в Школе Истины.

Была высока вероятность, что они тоже заинтересуются подвеской, позволяющей встретиться со знахарем. То, что Патриарх находился без сознания, держали в секрете, но поиски знахаря вызвали бы подозрения в Военном союзе.

– Может быть, отправим надежных людей? – предложил Марагём.

И послали неизвестных за пределами Школы воинов. Собирались отправить обычных людей, но могла возникнуть проблема с защитой знахаря, поэтому отправили небольшую группу надежных воинов. Это были старейшина Ён Мухва, Хо Санхва и Пэк Ги из шести Мечей. В обычной жизни Ён Мухва носила маску женщины средних лет, и мало кто видел ее помолодевшей. Им дали одного человека из клана Мрака, которого отправляли шпионить в Школу Истины.

– Этого будет достаточно.

Хоть риск был и велик, но, как сказал Марагём, эта группа людей вполне могла найти знахаря. С момента их отправки прошел месяц.

На тренировочной площадке во дворце проходило состязание по особым правилам: четыре человека совместно нападают на одного. Огромного телосложения воин провел серию быстрых ударов, это был Го Ванхыль. Помимо него атаковали Сама Чхак, Мун Гю и Чхэ Тхэккём. Каждый из них был умелым воином, и они могли загнать противника в угол, как в настоящем бою.

«Как он быстр!»

Ёун двигался с такой скоростью, что от него оставалось лишь размытое изображение и даже недавно достигшие пика мастерства Го Ванхыль и Мун Гю не могли его разглядеть.

«Он точно использует только половину ци?»

Даже с учетом этого за ним сложно было уследить. Если бы четверо не сражались с ним сосредоточенно, стоя плечом к плечу, то он когда угодно мог разбить их построение.

«Он стал еще быстрее», – подумал Марагём и тихо вздохнул, наблюдая за сражением со стороны.

Этот искусный воин единственный мог уследить за передвижениями Ёуна.

«Что за необычные шаги?»

Шаги Ёуна отличались от обычных, он отталкивался от земли, словно подпрыгивая. Когда Марагём наблюдал за первыми тренировками этой походки, она показалась ему простой, но Ёун вкладывал в нее внутреннюю энергию, и сложно было представить еще более устрашающие движения.

«Ох, надо поймать удобный случай».

Го Ванхыль выжидал, ведь невооруженным глазом сложно было уловить движения Ёуна. Он собирался атаковать любыми способами. И вот настал такой момент. Движущийся размытыми изображениями Ёун уклонялся от удара и врезался в грудь Ванхыля.

«Вот сейчас!»

Ванхыль подгадал момент и провел мощнейший удар кулаком. Здоровяк думал, что на такой скорости Ёун не сможет остановиться. Но Ёун сильно прогнулся в спине, уклонился от удара и врезал Ванхылю по ребрам.

– Ы-ы!

Удивленный Ванхыль стиснул зубы, и его огромное тело подлетело в воздух. Ёун не вкладывал в атаку внутреннюю энергию, и тело Ванхыля взлетело лишь от обычного удара кулаком. И в этом положении Ёун с разворотом пнул его. Подлетев, Ванхыль врезался в Сама Чхака, и они покатились по земле.

– Ау!

Мун Гю и Чхэ Тхэккём не ожидали падения товарищей. Не проявлявший своих истинных способностей Ёун с каждым днем чудесным образом становился все сильнее.

«Что это за техника?»

Ёун разработал отличную от существующих технику. Она состояла из легких по сравнению со сложными приемами движений, но эффективно поражала акупунктурные точки соперника, и ей трудно было противостоять. Быстро двигавшийся Ёун наконец остановился. Ведь Мун Гю и Чхэ Тхэккёму было бы трудно вдвоем справиться с ним.

«На этом закончим с ними? Нано, как прошло?»

[Боевое искусство, сочетающее в себе бокс, тхэквондо и технику Поступь Бога Ветра, выполнено с точностью 75 %].

«Еще далеко до совершенства».

В последнее время Ёун осваивал техники далекого будущего, которые были доступны в системе Нано. Они были гораздо более систематизированными, чем боевые искусства Китая, и в отсутствие необходимости использовать ци и проводить сложные приемы Ёун с Нано пробовал их в бою.

«С этими техниками легко контролировать силу».

Ёун посмотрел на свои кулаки. Его сила и раньше была близка к пределу человеческих возможностей, но недавно перешагнула этот рубеж. Благодаря тому, что Нано проанализировала Обращение Крови и ее Замену, Ёун более детально разработал мышцы и их волокна. Сначала он не умел контролировать выросшую силу, но теперь научился.

«Надо довести базовые способности до совершенства».

Ёун сражался с сильными противниками до того, как стал Патриархом, и многое понял в том, чего ему недостает. И усилия Ёуна по восполнению своих недостатков начали давать плоды.

«Я стал немного сильнее, но мне все еще далеко до уровня хёнгёна».

Он размышлял каждую ночь, чтобы достичь просветления, но уловить суть было нелегко. И немудрено. Воителей, достигших уровня хёнгёна, включая неофициальных, можно было сосчитать по пальцам двух рук. Это крайне мало из десятков тысяч воителей, что свидетельствует о том, что это требовало больших жертв.

«Прозрение не придет второпях».

Ёун поднял упавших Ванхыля и Сама Чхака и собирался сказать, что на сегодня тренировка завершена, но на площадку быстро спустился Марагём в сопровождении кого-то еще. Они поздоровались с Ёуном, сложив руки.

– Приветствую вас, Патриарх.

– Старейшина Хван.

Всегда расслабленное лицо седьмого старейшины было несколько мрачным. Такое выражение у него было, когда он докладывал о нехороших новостях.

– Что случилось?

– Патриарх, пришло сообщение от отряда клана Мрака из провинции Хубэй.