Текст книги "Наномашина. Том 4"

Автор книги: Хан Джунволья

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 26 страниц)

Часть 3

Простого жеста Мун Гю, снявшей маску, было достаточно, чтобы шокировать всех присутствовавших. Даже обычно сдержанный, как и Ёун, Пэк Ги округлил глаза и не мог вымолвить ни слова. Хо Бон раскрыл рот в крайнем изумлении.

«Э-это правда?»

Конечно, это было правдой. За короткое время в голове Хо Бона пронеслось множество воспоминаний: например, как он раздевался догола и ходил так в общей комнате. Лицо Хо Бона побелело как мел.

Хо Бон закрылся руками и помотал головой. Наследник клана Скрытого Удара Мугым тоже был ошеломлен непредсказуемым раскрытием личности Мун Гю.

«Девушка?»

Кто бы мог подумать, что за этим глупым лицом скрывается такая несравненная красавица? Красота Мун Гю вызывала возгласы восхищения с первого взгляда. Однако главная проблема была не в том, что они ничего не знали о маске.

«Вот черт…»

В борьбе за статус наследника в Академии Демонического Пути Мугым, как и ожидалось, не особо выбирал методы и инструменты для привлечения людей из сильных кланов. Чхон Мугым не доходил до крайностей и не атаковал учеников, как Ючхан из клана Клинков, но из-за своего заносчивого нрава угрожал Мун Гю, чтобы заполучить ее себе в подчиненные.

«Ты так и не сдаешься и не идешь ко мне в подчинение, но я даю тебе обещание. Потом, когда я стану наследником, я вычеркну название клана Руки Демонического Дракона из списка Школы Демона. Если не боишься этого, продолжай нести чепуху о независимости», – сказал он ей тогда, а сейчас, можно сказать, публично сделал предложение.

Каким бы Мугым ни был высокомерным, он не мог даже взглянуть на Мун Гю.

«Так это была маска…»

Третий старейшина Бу Чхольён был шокирован при виде красивого лица и открывшейся личности девушки. Мун Гю была такой невероятной красавицей, что ей можно было дать титул одной из трех самых красивых женщин Китая. От такой красоты у Мугыма возникло желание заполучить ее себе в наложницы, если бы не сватовство.

«Жаль, действительно жаль».

Он не был глупцом, готовым потерять рассудок из-за желания. Он был рассудителен не меньше старейшин.

«Ну и что, что она скрывалась под маской. Это же не меняет того, что она внучка старейшины Муна?»

Не зная о размышлениях Мугыма, Бу Чхольён как ни в чем не бывало сказал:

– Я и не знал, что такие красивые девушки носят маски. Если бы у меня была такая внучка, я бы тоже волновался и поступил так же. Ха-ха-ха.

Старейшина весело засмеялся и разрядил обстановку. Придя ему на помощь, четвертый старейшина тоже сделал комплимент красоте Мун Гю:

– Как же повезло нашему принцу. Он женится на такой красавице.

– Дядя!

Из-за слов дяди со стороны матери Мугым смутился. Не поняв душевного состояния племянника, Чжа Кымгён с улыбкой спросил у Мун Гю:

– Вы в любом случае слышали, что мы отправляли сваху, и можете дать ответ. Вы принимаете предложение принца Чхона?

И тогда Мун Гю широко улыбнулась, посмотрела на Мугыма и сказала:

– Я в любом случае подумывала встретиться с принцем Мугымом. Он кое-что сказал мне в Академии.

– О-о. Как хорошо, что вы уже знакомы.

У Чжа Кымгёна было хорошее предчувствие, и он просветлел лицом. Однако от последовавших слов Мун Гю его надежды вмиг рухнули.

– Принц Чхон Мугым сказал, что когда он станет наследником, то вычеркнет наш клан из списка Школы Демона. Хорошо, что вы не стали наследником, да?

– Что?

Лицо улыбавшегося Чжа Кымгёна окаменело.

«А-а».

Мугым помрачнел и опустил глаза. Сейчас он пожалел о небрежно брошенных словах, но кто же знал, что все так обернется? От слов Мун Гю лицо восьмого старейшины Мун Ёна страшно исказилось.

– Вычеркнете мой клан?

– Э-э… я не это…

Сколько бы клан Скрытого Удара, который можно было назвать одной из шести основ Школы Демона, ни брал на себя, эта угроза переходила черту. Даже клан Скрытого Удара ожидали бы большие потери в битве с кланом Руки Демонического Дракона.

– Что вы, черт возьми, натворили? – телепатически спросил Чжа Кымгён у Мугыма, но он не мог поднять головы.

Ему нечем было оправдываться. Чжа Кымгён почувствовал, что должен уладить сложившуюся ситуацию, и решил как можно быстрее успокоить Мун Ёна.

– Старейшина Мун. Наверное, принц по молодости оговорился…

– Молодость может служить оправданием?

От тела восьмого старейшины исходила враждебная аура. В обычных делах он не терял спокойствия, но Мун не мог не разгневаться из-за угрозы уничтожить его клан, тем более сказанной в адрес его любимой внучки.

– Старейшина Мун. Ну не выходите вы из себя по такому поводу…

– Я способен на что угодно, если кто-то угрожает уничтожить мой клан.

– Хо-хо.

Четвертый старейшина Чжа Кымгён сначала пытался сгладить недоразумение, но постепенно его лицо мрачнело. Его тоже задевало, что нижестоящий по статусу восьмой старейшина был враждебно настроен по отношению к члену одного из шести главных кланов. Как только два воина уровня хвагёна начали источать темную ауру, беседка вмиг переполнилась энергией. По спокойному пруду у беседки пошли волны. Если между воителями разворачивалось эмоциональное противостояние, то оно обязательно перерастало в боевое. Третий старейшина, который мог лишь наблюдать за ними двумя, глубоко вздохнул и вмешался:

– Ну все, хватит! Вы, двое, прекратите концентрировать ци.

– А вы бы стерпели, если бы услышали такое, третий старейшина?

Глядя на нахмурившегося старейшину Мун Ёна, Бу Чхольён сказал:

– Я понимаю вас, Мун Ён. Но какой вес имеют слова принца, бездумно брошенные в школьном возрасте? И разве вы считаете, что в Школе Демона кто-то может с легкостью напасть на клан Руки Демонического Дракона?

– Хм.

От слов Бу Чхольёна, возвысившего клан Руки Демонического Дракона и успокаивавшего Муна, лицо восьмого старейшины немного смягчилось. Хоть Чхон Мугым и был недоволен, но успокоить Мун Ёна можно было только одним способом: принизить принца.

«Эх, я не хотел использовать этот действенный метод, но…»

Бу Чхольён достал что-то из внутреннего кармана и протянул. Это была подвеска из красного нефрита. Посередине был выгравирован иероглиф «медицина».

– Я слышал, что вы уже несколько лет ищите выдающегося лекаря.

– Что…

Мун старался сохранить это дело в рамках клана, но факт того, что он ищет лекаря, утаить было нельзя. Близнец Мун Гю Мун Ю родился с врожденным слабоумием. Чтобы отыскать лекаря, способного вылечить внука, Мун Ён искал информацию о знахаре по таинственным болезням не только в крепости Школы, но и по всем регионам Китая.

– С этой подвеской вы сможете встретиться со знахарем.

– Ах!

От слов третьего старейшины зрачки Мун Ёна задрожали. Если с этой подвеской можно попасть к знахарю, которого он искал, Мун не мог оставаться спокойным.

«Если это нашли в поместье клана Тьмы, то, значит, речь о знахаре Хан Суро».

На самом деле изначальной хозяйкой знахаря была госпожа Му. Когда ее и главу клана Тьмы Му Чжинвона убили и клан пал, все их имущество разделили между собой кланы Меча и Клинков.

«Тронуты, старейшина Му?»

Подвеска, позволяющая встретиться со знахарем, была ценным сокровищем, но если ей можно было заполучить клан Руки Демонического Дракона и привлечь восьмого старейшину, то Бу Чхольён готов был заплатить эту цену.

– Если ваша внучка выйдет замуж за принца Чхон Мугыма, то я подарю подвеску вашему клану.

– П-подарите ее?..

– Старейшины не бросаются словами.

– Но зачем вам, Бу Чхольён, дарить такую ценную вещь?

Старейшина Мун Ён никак не мог понять. Конечно, он знал, что с точки зрения четырех кланов было желательным присоединить клан Руки Демонического Дракона, но, строго говоря, Мугым был человеком клана Скрытого Удара. Однако предложить ценный подарок от клана Клинков и поддержать Мугыма было странным.

«Есть нечто важное».

Третий старейшина Бу Чхольён указал на Мугыма и, улыбнувшись, сказал:

– Я не успел сказать, что принц Мугым – общий кандидат четырех кланов.

– Общий… кандидат?

От этих слов брови Ёуна поползли вверх. Ведь он понял, что это означало.

«Значит, четыре клана объединяются?»

Догадка Ёуна была верна. Еще совсем недавно в четырех кланах и не думали об объединении. Но с тех пор, как Ёун получил статус наследника, убийство третьего воина Школы Му Чжинвона и бойцов клана Шести искусств Бога Клинков заставило их почувствовать, что настал критический момент.

«Так нельзя!» – сказал Патриарх, когда они выразили надежду на то, что наследника можно сменить в любой момент.

Если Мугым – общий кандидат от четырех кланов, значит, они выдвигают в качестве наследника единственного из них, кто невредимым вышел из Академии. В присутствии Ёуна посетители не могли сказать об этом прямо, но достаточно ясно намекнули на это.

«Плетете интриги. Не хотите просто сразиться?»

Взгляд Ёуна стал холодным. Он полагал, что дело будет непростым, но если четыре клана объединят силы, то впереди его ждет еще более трудная борьба, чем сейчас.

«Старейшина Мун может дрогнуть».

Ёун с тревогой посмотрел на Мун Ёна. Его предположение оказалось верным.

«Поддержит ли он принца Мугыма из четырех кланов?»

Восьмому старейшине Мун Ёну пришлось нелегко. Очевидно, что он был пешкой в их игре.

«Побуждают старика сделать выбор. Ох…»

Мун Ён оказался в крайне затруднительном положении. С одной стороны был наследник, которому присягнула в верности его внучка Мун Гю, с другой – четыре клана, которые могли вылечить его внука Мун Ю и собирались изменить расстановку сил. Чем больше он взвешивал, тем больше весы склонялись ко второму.

«Ох… Гю».

Надолго погрузившись в размышления, Мун Ён с извиняющимся выражением посмотрел на Мун Гю. Возможность вылечить Мун Ю значила для него слишком много. В ушах торжествующего третьего старейшины Бу Чхольёна послышался возбужденный голос четвертого, отправившего телепатическое сообщение:

– Бу Чхольён, молодец!

– Хе-хе-хе, это и есть политика. Точно выяснить, чего хочет противник, и обменять на нечто равноценное.

– Вот действительно… наука!

Ёун надеялся на безвозмездную верность, но противники предложили восьмому старейшине то, чего он так хотел. Выбор был очевиден.

«Наследник, в этой партии победили мы. Ха-ха-ха».

Третий старейшина Бу Чхольён сказал колеблющемуся Мун Ёну, словно вбил последний гвоздь:

– Старейшина Мун, вы даете согласие на брак вашей внучки с принцем Мугымом?

– Такой старик, как я… – собирался было что-то сказать Мун Ён после долгого молчания.

Молча наблюдавшая за разговором Мун Гю вдруг сцепила руки с Ёуном, вспыхнула и быстро выкрикнула:

– Я… я уже принадлежу наследнику!

– Что?!

Лица всех присутствовавших в беседке разом окаменели, включая и Ёуна. Конечно, это было так, ведь она была его подчиненной. Но звучало крайне двусмысленно. Склонявшийся к Мугыму восьмой старейшина лишился дара речи и посмотрел на Ёуна.

– Н-наследнику?

Часть 4

После заявления Мун Гю, приравниваемого к объявлению войны, в беседке повисла тишина. Подчиненные Ёуна Хо Бон и Пэк Ги тоже стояли, вытаращив глаза от удивления, и смотрели на командира. Хоть они ничего не говорили, но по выражению их лиц явно можно было прочитать следующее:

«П-правитель, когда вы, в самом деле, всё успели?»

«Какой вы… быстрый».

Даже обычно равнодушный Ёун не мог скрыть смущения. Прозвучавшие слова и правда можно было истолковать неверно.

– П-простите. Я ничего лучше не придумала.

Получив телепатическое сообщение, Ёун посмотрел на Мун Гю. Держа командира под руку, она подняла на него полные слез глаза. От этого взгляда дрожащего олененка смущенный Ёун покраснел и потерял дар речи.

«Так она это специально».

Мун Гю сделала это шокирующее заявление, чтобы отвратить колебания ее деда. На самом деле она ничего больше не могла поделать. Казалось, что он вот-вот кивнет, даст согласие на свадьбу с Мугымом, поэтому некогда было раздумывать. Но этот необдуманный поступок Мун Гю не только удивил всех, но имел еще и другой эффект.

Мугым покраснел и заскрежетал зубами. Он допустил ошибку в прошлом, поэтому стоял, не раскрывая рта, но на самом деле сейчас он влюбился в Мун Гю с первого взгляда. Благодаря третьему старейшине Бу он мог жениться на исключительной красавице Мун Гю и уже предвкушал свадьбу, поэтому не смог сдержать гнев. Это не ускользнуло от взгляда Ёуна. Тогда он погладил по голове державшую его под руку Мун Гю.

– Ах!

Девушка переживала, что Ёун может растеряться, поэтому ее щеки вспыхнули от мягкого прикосновения.

«Эт… этот чертов мерзавец опять отнял то, что принадлежало мне!»

При виде довольного Ёуна в Мугыме еще сильнее вспыхнула ревность. Он стиснул зубы и посмотрел на Ёуна полными злости глазами. Мугым винил Ёуна в смерти своей матери госпожи Чжа, поэтому злился на него больше других.

Однако он терпел все это по просьбе старейшин и из-за обещания не вступать в бой, но, как только он представил, как Ёун и Мун Гю переплетаются телами, ему стало трудно сдержать полыхающую ярость. В этот момент уголки губ Ёуна взлетели вверх.

«Смеешься?»

И тогда к горлу Мугыма угрожающе приблизился острый кончик меча.

– Оу!

В растерянности Мугым посмотрел на того, кто направил на него меч. Это была десятая старейшина Ён Мухва. Стоявшая рядом с Ёуном как стража, она почувствовала ярость Мугыма и выхватила меч.

– Как ты, какая-то телохранительница, смеешь приставлять к горлу принца оружие? – гневно закричал Ён Мухве четвертый старейшина Чжа Кымгён.

Присутствующие явно не узнали похорошевшую и помолодевшую старейшину.

«Какая-то телохранительница…»

Ён Мухва, которую приняли за охрану, как ни в чем не бывало сказала:

– Он испытывает ярость по отношению к наследнику.

В беседке не было того, кто бы не почувствовал эмоций Мугыма. Ярость по отношению к Ёуну, которого можно было назвать преемником Патриарха, приравнивалась к своего рода предательству.

«Черт! Попался. Я же говорил ему потерпеть».

Четвертый старейшина оказался в замешательстве. Он, как никто другой, прекрасно знал, что после смерти его сестры – госпожи Чжа – Мугым направил весь свой гнев на Ёуна. Поэтому, когда у входа в поместье клана Руки Демонического Дракона они узнали о присутствии здесь наследника, Кымгён попросил племянника ни в коем случае не поступать опрометчиво. Ёун все еще имеет статус наследника, поэтому двое старейшин вели себя как можно скромнее и старались не давать никаких поводов для ссор, но Мугым допустил ошибку.

«Н-надо им помешать».

Возможно, причина такого волнения была немного забавной. Мугым был единственным претендентом в наследники, сохранившим конечности. Поэтому-то четыре клана и выбрали его общим кандидатом. И хотелось бы эти конечности сохранить.

Но если вспомнить, как жестко Ёун обходится с членами шести кланов, то такой выпад Мугыма он ни в коем случае не должен пропустить.

– Наслед…

Все пошло не так, как планировалось.

– Сейчас же убери меч.

– Ты угрожал наследнику. Ни с места.

– Кому ты приказываешь, чертова телохранительница?

И без того разъяренный Мугым собирался отбить меч, приставленный к его горлу. Достигший зрелости Мугым не решался сражаться со старейшинами или Ёуном, но остальных он не боялся. Мугым сконцентрировал в руке энергию, и меч опустился к его кулаку.

– Оу?

Глаза Мугыма расширились. Как ни странно, касавшийся его кулака меч не дрогнул, словно огромная скала в несколько тысяч кынов[4]4
  Кын – корейская единица веса, равная примерно 0,6 килограмма.


[Закрыть]. Та, к которой он отнесся несерьезно и назвал телохранительницей, таковой не была.

– Ты чего, черт возьми? Ы-ы! Эт… эта девка точно сумасшедшая! – закричал Мугым в панике от того, что меч слегка царапнул его горло.

Казалось, что эта женщина действительно намерена его убить.

«Нет. Наследник ни в коем случае не упустит такой шанс».

Третий старейшина Бу Чхольён подумал, что надо любым способом остановить это. Ёун на глазах у Патриарха во дворце изрубил на куски первого старейшину Му Чжинвона только потому, что он ему угрожал. Старейшина Бу упал на одно колено, уважительно склонился и закричал:

– Господин наследник! Я знаю, что вам обидно, но простите, пожалуйста, глупую ошибку принца, ведь вы же братья и сыновья одного отца.

Сообразительный четвертый старейшина принял такую же позу и выкрикнул:

– Наследник, не гневайтесь!

Надо было любым способом спасти Мугыма. Просили, преклонив колени, не кто-нибудь, а высокопоставленные старейшины. Это было равносильно потере чести. Однако слова, вырвавшиеся из уст Ёуна, были холодными как лед.

– Убейте его.

– Есть! – ответила Ён Мухва и собиралась надавить на меч, который слегка воткнулся в горло Мугыма.

– Не-е-е-е-ет!

В это мгновение склонивший одно колено третий старейшина молниеносно выхватил клинок и отбил меч Ён Мухвы.

– Ы-ы! Моя шея!

От этого кончик лезвия слегка порезал кожу на шее Мугыма. Он обхватил рукой рану и встал в стойку, чуть отойдя назад. Чтобы не упустить его, Ён Мухва собиралась взмахнуть мечом, но Бу Чхольён блокировал ее удар.

– Остановитесь!

Меч и клинок двух бойцов уровня хвагёнов тотчас ожесточенно схлестнулись. Поняв, что Ён Мухва не простой воин, третий старейшина Бу напряг все силы и отражал атаки, вытаращив глаза.

«Почему она такая сильная?»

При каждом ударе меча о клинок его рука, сжимавшая эфес, дрожала. Естественно, предположение о Ён Мухве, оттесненной в сторону ударами третьего старейшины, которого считали лучшим среди ровесников, оказалось ошибочным. В скором времени, проведя и отбив три атаки, противники отбросили друг друга. Вскоре третий старейшина отступил назад. С его лба стекал пот.

«Кто, черт возьми, эта женщина? С такой силой она всего лишь телохранитель?»

Это было вовсе не так. После трех атак Бу Чхольён был уверен, что женщина, изображавшая из себя телохранителя Ёуна, как минимум достигла уровня хвагёна. Однако пока он сражался с Ён Мухвой, произошло непредвиденное.

– Н-наследник! Остановитесь!

Бу обернулся на крик четвертого старейшины Чжа Кымгёна.

– Что?

В какой-то момент Ёун выхватил клинок Белого Дракона и направил его на горло пытавшегося сбежать Мугыма. При виде исходивших от лезвия сильной ярости и темной энергии Чхон Мугым побледнел и застыл, не в состоянии вымолвить и слова. Одно малейшее движение Ёуна – и клинок отрубит голову.

«В-вот мерзавец! Он… действительно меня убьет?»

Обстановка была не как в Академии. Тогда Ёун не угрожал лишить Мугыма жизни. Сейчас же он безжалостно смотрел на брата. Мугым впервые ощутил страх смерти.

– Похоже, ты не расслышал моего приказа.

От холодного тона Ёуна, который больше не церемонился, два старейшины сморщились. Они не могли помешать Ёуну теперь, когда у него появился повод, ведь Мугым угрожал жизни наследника.

«Что теперь с ним будет?»

Двое старейшин пожалели о своем выборе. Когда они услышали, что Ёун первым прибыл в клан Руки Демонического Дракона, им даже пришла мысль мужественно отказаться от задуманного. И тогда Ёун взмахнул клинком, чтобы отрубить голову Мугыму. В этот момент третий старейшина Бу Чхольён закричал:

– Н-наследник! Пожалуйста, остановитесь!

Клинок Белого Дракона на бешеной скорости собирался отрубить голову Мугыму, но вдруг остановился. Мугым, который за сегодня уже несколько раз стоял у порога смерти, побледнел и задрожал всем телом. Третий старейшина Бу Чхольён до крови прикусил губу и сказал:

– Я не буду настаивать на свадьбе с кланом Руки Демонического Дракона. И если вы чего-то хотите, господин наследник, я отдам вам что угодно.

Отбросив все самолюбие, старейшина старался всеми силами спасти Мугыма. Если и единственный уцелевший Мугым погибнет, то у них не останется достойного кандидата в наследники.

Словно ожидая этих слов, Ёун приподнял уголки губ и сказал:

– Отдайте подвеску, благодаря которой можно встретиться со знахарем.

«Кх! Вот ведь».

От требования Ёуна третий старейшина исказился в лице. Он упомянул о требовании на всякий случай, а Ёун и хотел получить подвеску. Однако ничего было не поделать. Если Мугыма можно спасти, отдав ее, то так и стоит поступить.

– Вот держите, пожалуйста. Спасибо за милосердие.

Третий старейшина вынул красную подвеску с высеченным знаком «медицина», смиренно подал ее Ёуну и поклонился. Наследник принял ее и сказал:

– Это и есть политика. Точно выяснить, чего хочет противник, и обменять на нечто равноценное…

«?!»

При этих словах зрачки третьего старейшины Бу быстро задрожали. Разве не их он недавно телепатически передал четвертому старейшине? От удивления он поднял склоненную голову, увидел неприятную улыбку Ёуна и услышал:

– Однако из-за этой подвески вы и пострадаете.

– Что?..

Не дав себя удержать, Ёун мгновенно сверкнул клинком и скользнул им по правому плечу Мугыма. Рука упала на пол.

– А-а-а!