Текст книги "Эльф из Скайрима (СИ)"

Автор книги: Герр Штайн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 85 (всего у книги 85 страниц)

Эпилог. Зимний Закат

Прим. автора: ну-с, вот работа и заканчивается.

(Если кто-то не заметил, перед эпилогом есть и завершающая 80-ая глава)

Возможно в будущем будут некоторые продолжения по незатронутым частям игр (с соответствующими изменениями канона), но сам Феатор будет в них участвовать поскольку-постольку.

Ибо писать от лица божества, будучи лишь человеком – как по мне глупо.

Касательно следующей работы – Дракон из Каэр Морхена по Ведьмаку, анонс уже выложен как на бусти, так и здесь. Кому лень заглядывать – выложена работа будет 31.07.2025, то есть уже сегодня, в 18:00 по МСК.

И да, ребзя, нас тут постоянных читателей 8 тысяч, хде лайки господа-товарищи? Тыкните пожалуйста.

Ну а теперь сам эпилог…

Закат медленно вступал в свои права.

Казалось бы, они видели его множество раз, настолько много, что это зрелище давно должно было надоесть и стать неинтересным.

Но… Оно по-прежнему умудрялось создавать спокойную атмосферу, неторопливую и неспешную даже по эльфийским меркам.

И в этот поздний вечер закат был особенно прекрасен, особенно на фоне знакомых зимних пейзажей древней родины снежных эльфов. Они пришли сюда в древние даже по их меркам времена, но тяжелая для первых переселенцев погода ничуть не смутила предков девушек, ведь они знали – не было места, даже равного по красоте местным зимним пейзажам.

Высокие заснеженные горы, скрытые белым туманом, присыпанные снегом деревья и замерзшие озёра… Всё это было по душе эльфам, которые ценили эстетику и красоту вне зависимости от того, какого они цвета кожи или высоты роста.

Людям подобное казалось блажью, ненужной глупостью. Пустой тратой времени для лентяев и прочих одухотворённых личностей.

Правдой это было только для них, тех, кто в свои короткие жизни был обязан заняться как можно большим количеством вещей. Иначе можно просто не успеть это сделать, ведь их годы летят стремительно и кончаются внезапно.

– Казалось бы… Солнце – лишь след бегства одного из древних божеств, но… Почему прекраснее него нет ничего на этом свете? – мимолётно поинтересовалась у незнамо кого старшая из двух стоящих эльфиек.

Для любого наблюдателя было бы очевидно их сходство… Белокурые длинные волосы, что были растрёпаны и неровно ложились на плечи, голубые глаза и одинаковое выражение лиц.

– Философский вопрос, как бы он сказал. – отметила младшая, не отрывая взгляда от заката и не пропуская ни единого мгновения этого зрелища. – Единственные вопросы, на которые он не мог дать ответы, даже если бы захотел.

– Тогда только поэтому его вознесение было не бесполезно. – едва заметно усмехнулась старшая девушка, чьи губы слегка расплылись в почти незаметном подобии улыбки.

– Считаешь, что Боги знают ответы на все вопросы? – поинтересовалась младшая эльфийка, ещё сильнее прижимая к себе коленки.

– Хотелось бы в это верить. Ведь мы столько следуем их воле. Столько верим в них. Верим в то, что они знают всё, в отличии от нас. – со смешанным выражением лица отозвалась та, что верила в этого бога больше, чем кто-либо в Нирне.

– Ты просто пытаешься понять, какие эмоции испытывать в данный момент? – догадалась та, кто всегда имела проблемы с этими эмоциями. Частично по врождённой причине, частично из-за собственного характера, который уникален всегда – даже при одинаковых условиях и воспитании.

Некоторое время повисло молчание, прерываемое лишь легкими потоками ветра, подбирающими снег и кидающими его частицы на двух снежных эльфиек, старше которых тут были разве что сами горы.

– Нечто вроде. Ибо… Мы оказались первыми, кто испытывает нечто подобное. – неопределённое время спустя отозвалась старшая, что в отличии от младшей, не сидела, а стояла. – Это ведь не разлука по поводу смерти. Не временная разлука, коих мы пережили достаточно. С ним, с тобой… Это нечто, что никто ранее не испытывал. Он есть, но его нет. И оттого я в затруднении… Подобно какой-то юной деве, не способна определить характер внутренних чувств. Сентиментальная глупость, однако… Которую никак преодолеть не получается.

– С практической точки зрения подойти к ситуации не получается? – эхом отозвалась низкорослая представительница древнего народа.

– Если у тебя аналогичная проблема, то с этой точки зрения подойти к ситуации и вовсе не получается. – покачала головой более высокая представительница всё того же народа, заложив руки за спиной.

– Тогда не стоит спешить и уподобляться тем, у кого времени нет. Это влечёт за собой неверные выводы, которые дорого обходятся. – высказала свою позицию сидящая девушка, прикрыв глаза и на несколько долгих мгновений прекратив наблюдать за почти закончившимся закатом.

– Ты права. Стоит использовать наше самое главное преимущество. Ни магия, ни ум, ни физические возможности… Лишь время жизни. Время, за которое мы можем набраться опыта. О чём он, что удивительно, говорил ещё в молодости. – покачала головой старшая, сжимая пальцами одной руки пальцы другой. – А я поняла это только после тысяч лет жизни.

– Как бы он сам сказал о себе – умён не по годам. Всегда придумывал изречения, о которых никто никогда ещё не слышал. Но которые стали использоваться всеми, начиная от нас, заканчивая самыми последними гоблинами. – медленно раскрыла глаза младшая.

– Знаешь… Порой мне казалось, что он был божеством, которое лишь на время приняло смертное обличье, и лишь сейчас вернулось обратно к своим истокам. – степенным тоном призналась стоящая особа, склонив голову и встретившись взглядом с белоснежным снегом очередной зимы.

– Отец однажды выражался, что великое деяние должно быть достойным описания в героическом эпосе, а не рутинным перекладыванием скрепки из одного конца стола в другой. – в очередной раз отвечала ей особа сидящая. – Полагаю, тоже верно для нашей ситуации. Божеством не сможет стать кто-то заурядный, так и наоборот, незаурядный выберет нечто впечатляющее для своей жизни. К примеру – решит стать божеством.

– Надо же, а мудростью ты превосходишь меня. Но что происходит с нашей беседой? Почему она приобрела такие нотки мизантропии? – внезапно задала несколько вопросов та, что была выше.

– Случай подходящий, и нет того, кто бы её основательно развеселил даже при таком случае. – настала очередь усмехаться младшей. – Тем не менее, хоть мы и имеем полное право на подобные меланхоличные диалоги, которые не принесут нам никаких результатов и не помогут сделать выводов… Пора с ними заканчивать. Как бы он сказал – нельзя слишком зацикливаться на глубокомысленных темах.

– А что делать-то? – хмыкнула старшая снежная эльфийка, слегка склонив голову и наклонив её лицом в сторону сидящей. – Нам только подобное и остаётся делать в большинстве зим. Зим, что мы даже не запомним – настолько все происходящие в них события уже происходили множество рас. Я даже немного начинаю понимать некоторых из людских мудрецов, которые утверждали, что бессмертие принесёт лишь беды. В своих трудах они излишне категоричны, но часть… Часть верна. И сейчас я осознаю это получше – ибо ранее он всегда находил чем заняться, постоянно к чему-то готовился и что-то наблюдал. По тысяче раз, порой сам забывал, что это делал вчера, а не сотню-другую лет назад, а я… Не настолько хорошим воображением обладаю. О боги, да я бы закончила свою жизнь как тысячи капитанов рыцарей-паладинов до меня и после меня. Ничем не выделяясь в своих интересах и деяниях. Быть может, моё имя звучало как одно из тех, кем восхищались бы юные члены Ордена… И всё.

– Ты разговорилась. – утвердительно отметила сидящая, начиная подниматься с места и отряхивать себя от снежинок. – Впрочем, я тоже сегодня болтаю о всяких глупостях, которые почему-то приходят в голову. Как сказал до смерти Гиммель – на мне история не заканчивается. Она лишь продолжается, ведь мы живы… И даже он жив, а не мёртв, как мой… И наблюдает за нами. И чтобы с ним не произошло после вознесения, сомневаюсь, что ему понравятся подобные наши разговоры. Слышишь? – взгляд девушки упал на небольшое святилище, установленное прямо здесь, в одном из случайных мест этих земель. – Слышишь. И чтобы ты знал, у вас с моим Гиммелем было гораздо больше общего, нежели ты бы когда-либо признал.

– Как бы он сказал – хулить того, кто ответить не может, очень просто. – довольно хмыкнула старшая, и с вспыхнувшем на лице весельем прикрыла один глаз.

– Может он ответить, я более чем уверена. – отозвалась низкорослая, не отрывая взгляда от небольшого прямоугольного, расписного куска белоснежного магического мрамора, сверху которого была закреплена снежинка с пронзающим её мечом с волновидным лезвием. – Возможно, через какие-то годы он потеряет интерес к творению его, твоих, наших рук, но сейчас… Я уверена, уверена в том что его интересуют не только мы, но и то, что стала с защищаемым им миром после его вознесения. Золотой век Порядка. Его ведь так называют?

– Именно такое название укрепилось в качестве официального. – утвердительно кивнула та, через глаз которой проходил давний аккуратный шрам. – Хотя разумнее это назвать золотой эрой, ведь это время не продлится всего лишь век. Ради этого времени он прошёл такой путь вместе со мной, тобой и всеми прочими, даже в некоторой степени именно из-за этого оставил нас, вознесясь. Самые разрушительные и агрессивные из Принцев Даэдра ныне и носу не смеют сунуть в мир. Отчего преступлений и опасности в нём стало гораздо, гораздо меньше. Статистика не врёт, и а система аналитиков у нас лучшая в мире… Стало гораздо меньше различных потрясений, создаваемых в основном из-за связи с чем-либо даэдрическим. Влияние тех, кто сейчас не сокрушается Принцем Порядка в Обливионе, активно превращающим Забвение действительно в Забвение с гробовой тишиной и порядком, локализовано малыми территориями… Разумеется, суть живых существ не поменялась. И конфликты всё также будут, но… Как говорил Феатор, бог очищающего пламени – это небо и земля. Мир наконец-то обрёл какую-то стабильность, не прерываемую каждые несколько столетий очередным даэдрическим Принцем.

Вновь повисло молчание, длящееся гораздо дольше любой паузы в любом ином разговоре эльфов или людей.

– Теперь ты говоришь как и положено архиепископу Феатора, бога очищающего пламени, мама. – довольно и широко улыбнулась младшая эльфийка, на чьё лицо окончательно пришло более эмоциональное и выразительное выражение.

– Ну… В конце-концов, он на нас оставил приглядывать за миром, в котором он четыре тысячи лет поддерживал порядок, решая множество проблем порой ничего не получая ничего за это. – покачала головой старшая, положив ладони на пояс.

– Позволю себе разрушить идеалистично-альтруистичный образ нашего… Хм… Бога. Он получал за это целый Тамриэль, не уничтоженный, не вымерший, не захваченный… Много чего не. – продолжала улыбаться низкорослая эльфийка, проходясь пальцами по снежинке и навершию меча-фламберга на небольшом святилище, тут же отозвавшегося приятной даже на фоне зимы прохладой.

Что в очередной раз подтвердило, что в некотором степени Бог очищающего пламени

– А я позволю себе заметить – не всегда это было так. Но спорить не вижу смысла, скорее уж стоит вернуться к дальнейшей жизни. Как того он бы и хотел. – хмыкнула более высокая эльфийка, разворачиваясь и направляясь прочь от этого места. – И раз уж он почти что бросил нас, отправившись в Этериус, пускай винит себя в тех изменениях, которые я буду совершать от его имени. Да и в конце-концов… Он ведь опять прав… На его вознесении наша жизнь, и жизнь Тамриэля не заканчивается, и вместо него за ней придётся приглядывать мне.

Знаменуя конец диалога, раздался едва слышимый звон алых серёжек, очень похожих на таковые у младшей из них обеих.