Текст книги "Викинги. Походы, открытия, культура"

Автор книги: Георгий Ласкавый

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц)

Извещенные о жестокости норманнов парижане разбегались по окрестным лесам. Духовенство отъезжало во внутренние районы страны, увозя с собой мощи наиболее почитаемых святых. В пасхальное воскресенье 28 марта Рагнар Лодброг во главе своих викингов вступил в опустевший город. Рядом с ним, в кольце вооруженных до зубов фьольменнов[23]23
  Фьольменн – буквально «боец», «дружинник».


[Закрыть], вышагивал рослый знаменосец с боевым стягом, на полотнище которого был вышит Ворон Одина, по утверждению ветеранов пиратских предприятий Лодброга, всегда указывающий ему крылом верное направление походов.

Заняв Париж, норманны немедленно приступили к тому, ради чего явились. Дочиста ограбили остров Сите, разорили богатейшие монастыри святой Женевьевы и святого Германа (Сен-Жермен-де-Пре), в поисках сокровищ были разворочены гробницы основателя державы франков – Хлодвига и его супруги. Все ценное из домов горожан перекочевало в кошели и сумы скандинавов…

Разуверившись в возможности организовать отпор, Карл II Лысый предложил норманнам неслыханный выкуп в 7 тысяч фунтов серебра. Рагнар Лодброг, среди воинов которого начали распространяться желудочные болезни, без колебаний дал свое согласие.

^{Рис. 6. Воин франкской «сколы» (тяжелой кавалерии, IX в.). Франкский пехотинец (IX в.)}

Погрузившись на корабли, буквально ломившиеся от богатейшей добычи, и прихватив заодно засов с замками от городских ворот и медную обшивку с кровли церкви из обители святого Германа в качестве своеобразного «сувенира», викинги покинули Париж. На обратном пути они напоследок разграбили местечки Понтуаз, Бове и монастырь святого Бертина в Сент Омере. Очевидец происходившего, ученый монах Пасхалий Родберт, горестно восклицал вслед безнаказанно уходящим разбойникам с Севера: «Кто бы подумал, кто бы вообразил видимое ныне нашими глазами, предмет наших вздохов и слез. Орда… морских разбойников проникла до Парижа и сожгла церкви и монастыри на берегах Сены! Кто бы представил себе, что простые разбойники отважатся на такое предприятие и что, увы, такое славное и сильное, великое и населенное королевство постигнет участь позора и унижения от грабительства этих варваров? За несколько лет до этого не ожидали увидеть, что они награбят такое множество сокровищ в наших областях, опустошат их, а жителей уведут в рабство, даже и не предчувствовали, что они осмелятся ступить ногой внутрь королевства!»

То ли нуждаясь во времени для «переваривания» обильной добычи, то ли в силу каких-то обязательств, связанных с получением выкупа, норманны, избиравшие объектом своих нападений Фрисландию, континентальное побережье Ла-Манша и Па-де-Кале, приостановили набеги. Более того, в 847 году они вольно или невольно оказали Западно-Франкскому королевству важную услугу, выступив против некоего Номеногия, самозваного «короля» Бретани (846–851 гг.).

После трех проигранных сражений, как сообщают «Вертинские анналы», «Побежденный Номеногий бежал со своими, а затем отвратил… (викингов)… от своих пределов, отправив им с послами дары».

Набеги же на прибрежные области Бискайского залива не прекращались, несмотря на то что монархи крупнейших государств Западной Европы – Карл II Лысый, Людовик Немецкий (843–876 гг.) и, носивший императорский титул Лотар I (840–855 гг.), владения которого простирались от Фрисландии до Италии, на съезде 847 года в Мерсе (Рурская область Германии) унизились до мирных предложений «морским конунгам». В этом же году флотилия норманнов ворвалась в устье Шаранты.

^{Карта 4. Набеги викингов на континентальную Западную Европу в 820–866 гг.}

Разгромив отряды герцога Бордосского и Сентского, Сегуина, который пал в сражении, викинги захватили и разграбили город Сент. Та же участь постигла Люсон, монастыри Иль-Дье, Гранд-Лье и ряд других. Поднявшись вверх по течению, норманны разорили окрестности города Лимож (центральная Франция).

Возвратившись на Нуармутье и пополнив свои силы прибывшими с Севера искателями приключений, викинги в 848 году осадили Бордо. Часть своих судов норманны ввели в протекающую рядом реку Дордонь, намереваясь заняться грабежом на ее берегах. Неожиданное появление войска франков во главе с Карлом II Лысым застало пиратов врасплох. Корабли, стоявшие в водах Дордони, были захвачены, а их команды перебиты.

Но победа была куплена дорогой ценой, развить успех франки не могли. Тем временем викинги внезапным ночным штурмом овладели Бордо и захватили в плен герцога Вильгельма. В разгромленном городе уцелел лишь квартал местной иудейской общины, обитатели которого заблаговременно позаботились о выкупе.

Затем норманны двинулись вверх по реке Гаронна и разграбили монастырь Ла-Реоль (около 50 километров выше Бордо), после чего засели за стенами опустевшего города и принялись совершать набеги на окрестные территории. Их суда снова появились на Шаранте. Войдя в ее правый приток Бутонн, норманны разорили город Мель.

Перезимовав, викинги в 849 году покинули берега Аквитании, разграбив напоследок городок Периге (на реке Иль, правом притоке Дордони).

В Ирландии после гибели Тургейса борьба между пришельцами-скандинавами и местным населением вспыхнула с новой силой. Ирландцам удалось вытеснить норманнов из Дублина, однако вскоре город снова оказался в руках викингов, подкрепленных новыми отрядами, прибывшими из норвежских фьордов.

В 848 году ирландцам удалось нанести норвежцам решительное поражение, заставив очистить значительную часть захваченных ими территорий.

Следующий год ознаменовался появлением у берегов Ирландии флота датских викингов из 140 кораблей (около 8 тысяч воинов). Верховный «король» ирландцев поспешил заключить с датчанами союз против норвежцев, удерживавших за собой север и восток острова. Союзникам удалось овладеть Дублином. Норвежцы, потерявшие в решительной битве 5 тысяч воинов, все далее оттеснялись к северу. Часть их покинула Ирландию, вернувшись в Скандинавию или укрывшись на островах к северу от Шотландии. Однако торжество датчан и ирландцев было недолгим.

В 853 году громадный, в несколько сот кораблей, флот норвежских викингов под предводительством трех братьев: Олава Белого, Ивара Белого и Сигтрюгга подошел к Дублину. Норвежцы огненным смерчем прошлись по всему острову и к 855 году датские викинги были изгнаны. Ирландцы были вынуждены заплатить дань и выкуп за убийство Тургейса. «Невозможно, – сообщают „Анналы Ольстера“, – передать всех страданий, которые вынес ирландский народ, мужчины и женщины, миряне и священники, малые и старые, от этих воинственных и диких язычников».

Захваченные территории предводители норвежских викингов разделили между собой. Олав Белый стал конунгом в Дублине, Ивар – в Лиммерике, Сигтрюгг обосновался в Уотерфорде, на юго-востоке острова.

Борьба, развернувшаяся в Ирландии, на время отвлекла основные силы норманнов от побережья Англии и Шотландии. Небольшие отряды появлялись там постоянно. В 847 году «скотты (шотландцы), в течение многих лет подвергаясь набегам норманнов, сделались их данниками», – сообщают «Вертинские анналы».

Через три года викинги опустошили юг Уэльса. В 851 году они вторглись на полуостров Корнуэлл, но были отражены девонширским элдорменом Цеорлом. В том же году 350 норманнских судов (более 20 тысяч воинов) прибыли к берегам Кента. Город Кентербери был взят и разграблен, затем та же участь постигла Лондон. Поднявшись вверх по Темзе, викинги разгромили войско короля Мерсии, Беортвульфа и разорили юго-восточную окраину его владений, после чего вторглись в пределы королевства Уэссекс. Однако здесь их уже поджидало войско, во главе которого стояли уэссекский король Этельвульф (839–858 гг.) и его сын Этельбальд (858–860 гг.).

Викинги и англичане сошлись у местечка Окли в Суррее (южнее Лондона). Сражение было исключительно упорным и кровопролитным. Норманны потерпели сокрушительное поражение, но и войско Уэссекса было обескровлено.

Между тем викинги, хотя и разбитые, вовсе не собирались покидать берега Англии. Засев за валами укрепленных лагерей на островах Танет (851 г.) и Шеппи (853 г.), буквально на виду у оставшихся в живых жителей Кентербери и Лондона, оплакивающих потерю своих близких и разграбленное добро, викинги остались на зимовку, ожидая новые отряды с Севера, чтобы повторить все сначала. С этого времени скандинавские пираты не проявляют в Великобритании особой активности.

В 853 и 856 годах их небольшие отряды потревожили северное побережье Уэльса, а в 860 году была предпринята закончившаяся полным провалом попытка прорваться к городу Йорк.

Мирная передышка для Фрисландии, континентального побережья Ла-Манша и Па-де-Кале, купленная под стенами Парижа в 845 году, длилась недолго. Первой жертвой (уже в который раз) пала многострадальная Фрисландия. Ворвавшись туда в 850 году, викинги осадили и взяли штурмом город Утрехт (южнее Амстердама). За ним был захвачен и разграблен Нимвеген (город Неймеген на реке Ваал). Страшному разгрому подверглась территория между реками Рейн и Ваал. Войдя в реку Маас, норманны разорили ее берега до города Маастрихт. Флотилии викингов появились у побережья Фландрии, в устьях Шельды и Сены.

Напуганный размахом нашествия, Карл II Лысый готов был уступить скандинавам земли в низовьях Сены в обмен на мир. Однако сделке не суждено было состояться. 13 октября 851 года в Сену вошел флот викингов из Бискайского залива под командой Оскера, громившего Руан десять лет назад. В то же время отряды норманнов, выступив из захваченного накануне Гента (у слияния рек Лиса и Шельда, выше Антверпена), сухим путем достигли местечка Бове к северу от Парижа, а оттуда направились к Руану, где соединились с воинством Оскера.

Викинги дочиста ограбили монастырь Фонтенелль, купивший себе пощаду в 841 году; разорили и сожгли обитель Флавиакум (Сен-Жермен-де-Флай). Засев в Руане, норманны в течение 8-ми месяцев опустошали земли в нижнем течении Сены. В июне следующего года они двинулись в поход на Бове. Ограбив и спалив городок, викинги возвращались обратно, когда угодили в засаду, устроенную им местными сеньорами. Немногие, спасшиеся от мечей франков скандинавы бежали в леса и ночью добрались до своих кораблей в Руане, откуда, прихватив награбленное, отплыли в Бордо. Тем не менее, победа у Бове так и осталась лишь частным успехом франков.

Всего три месяца спустя, 25 сентября 252 корабля (около 15 тысяч воинов) под командой «морского конунга» Готфрида, пограбив на пути Фрисландию и Фландрию, вошли в устье Сены. Поднявшись вверх по течению, викинги захватили город Вернон (на полпути между Руаном и Парижем) в начале октября месяца и создали там укрепленный лагерь, опираясь на который сумели отразить нападение объединенных сил Карла II Лысого и Лотара I.

Разорив окрестности, Готфрид и примкнувший к нему другой предводитель пиратов Сирок (Серк) покинули Вернон в июне 853 года. Достигнув устья Луары, они соединились там с отрядами Рерика Ютландского. Овладев Нантом, норманны превратили его в базу для будущих набегов. Затем, войдя в правый приток Луары – Сарту, викинги овладели городами Анжер (Анже) и Лемане (Ле-Ман). Вскоре их отряды показались под стенами Тура. На этот раз его обитателям повезло. Неожиданный разлив Луары и Шера сделал подходы к городу недоступными.

Норманны отступили, удовлетворившись разграблением монастыря святого Мартина, находившегося поблизости. Шесть месяцев спустя, викинги снова подступили к Туру. Жители города, не надеясь сдержать натиск пиратов, бежали. Разграбив опустевший город, викинги устремились к городу Блуа (на полпути между Туром и Орлеаном), который взяли штурмом и разорили. Здесь они получили известие о том, что путь к Орлеану преграждают отряды и флотилия орлеанского и шартрского епископов. Не желая ввязываться в сражение, норманны возвратились на свои базы, находившиеся в устье Луары и у берегов Бретани.

В 855 году правителю Бретани удалось подкупить Сирока, и тот со своими викингами взял в осаду отряды Готфрида в Нанте и на острове Бьер. Готфрид тоже оказался не из скупых: осада была снята и Сирок увел свои корабли к устью Сены, где в июле соединился с флотом Бьерна Ернсида.

Разоряя левобережье нижнего течения реки, норманны дошли до Партийского (Першского) леса, раскинувшегося между Алансоном и Шартром. Здесь их встретило войско франков с самим Карлом II Лысым во главе. В развернувшемся здесь сражении викинги были разгромлены и бежали на свои корабли. Сирок с остатками своих отрядов ушел в Скандинавию, а Бьерн Ернсида, укрепившись на острове Оссель, выше Руана, у слияния Сены и Эра, продолжал тревожить окрестности своими набегами.

Одновременно с вторжением на берега Сены отряды Готфрида из Нанта, поднявшись вверх по Луаре, ее левым притоком Вьенне и Клену, оказались под стенами города Пуатье. Войско франков, заранее извещенное о норманнском рейде, было наготове, и норманны получили здесь жесткий отпор. Неудачей закончилась и предпринятая викингами в том же году осада Тулузы.

Не прошло, однако, и года, как норманны, воспользовавшись очередным витком охватившей страну феодальной смуты, с лихвой расквитались за свои поражения. В апреле 856 года их отряды вышли из Нанта и, беспрепятственно поднявшись по Луаре, достигли Орлеана, который был разграблен и сожжен. Бьерн Ернсида, покинувший было пределы Западно-Франкского королевства. пополнив ряды своих викингов, объединился с флотом Хастинга и в августе 856 года объявился на Осселе. В следующем году их жертвой стали города Шартр на левобережье Сены, Сен-Кантен и Суасон – севернее Парижа. Норманны, действующие в бассейне Луары, овладели Пуатье, который в отместку за поражение двухлетней давности разрушили до основания.

Наконец пришел черед Парижа испытать ужасы нашествия пиратов. Весь путь от Осселя до столицы отряды Хастинга и Бьерна Ернсида проделали, не встретив ни малейшего сопротивления. Войдя в город, викинги разорили купеческие склады на острове Сите. Соборы святого Петра и святой Женевьевы были разграблены и преданы огню. Монастыри святого Германа, святого Стефана и Сен-Дени избегли погрома, внеся богатый выкуп. Погрузив добычу на суда, пираты преспокойно отбыли восвояси.

Не имея сил справиться с окопавшимися на Осселе норманнами, Карл II Лысый вступил в переговоры с их предводителями, обещая выплатить круглую сумму в виде контрибуции. В разгар обсуждения условий перемирия викинги вероломно захватили в плен настоятеля монастыря Сен-Дени, приходившегося королю племянником. Для выплаты выкупа Карлу II Лысому пришлось обложить чрезвычайной податью всех епископов, аббатов, настоятелей храмов, а также и светских феодалов. В итоге норманны стали обладателями колоссальной суммы в 685 фунтов (свыше четверти тонны!) золота и 3250 фунтов серебра.

Приведенный в ярость коварством скандинавов, Карл II Лысый, едва только удалось вызволить родственника из плена, обратился к племяннику, Лотару II, королю Лотарингии (855–869 гг.), с просьбой оказать помощь в уничтожении пиратского гнезда на Сене. В июле 858 года объединенные силы венценосных родичей замкнули норманнский лагерь на Осселе в кольцо блокады. Гибель северных разбойников казалась неизбежной.

Но какой-то злой рок помешал истерзанной стране обрести долгожданный мир. Часть высшей западнофранкской знати подняла мятеж против своего короля и призвала на подмогу Людовика Немецкого. В этих обстоятельствах Карл II Лысый и Лотар II вынуждены были прекратить осаду Осселя. Викинги немедленно воспользовались замешательством в стане союзников и захватили суда, блокировавшие путь к морю. Королю западных франков ничего не оставалось, как вернуться к переговорам о сумме контрибуции. Удовлетворенные ее размерами, Хастинг и Бьерн Ернсида, уже лелеявшие замыслы о грандиозном походе на юг, покинули берега Сены и направились на свои базы в Бискайском заливе.

Однако значительное число викингов во главе с неким Веландом осталось за укреплениями Осселя. Поднявшись по течению Сены и ее правому притоку Уазе, они 28 апреля 859 года захватили город Нуайон, перебили горожан, увели в плен монахов местной обители и священников во главе с епископом Иммо, в надежде на богатый выкуп. Вскоре отряды викингов Веланда появились между Парижем и Орлеаном.

Местные жители попытались дать им отпор самостоятельно. О том, что произошло далее, лучше всего свидетельствует запись, сделанная франкским хронистом:

«Бесчисленное множество пеших из сел и поместий, собранных в один отряд, наступает… как бы намериваясь вступить в бой. Норманны же, видя, что это низкая чернь, не столько безоружная, сколько лишенная воинской дисциплины, уничтожают их с таким кровопролитием, что кажется, будто режут бессмысленных животных».

Тем временем еще одна флотилия скандинавских пиратов, промышлявшая накануне разбоями в устье Шельды, объявилась на реке Сомма. Норманны разорили город Амьен, разграбили монастырь святой Валериссы и обитель святого Бертина в Сент-Омере.

Оценивая происходящее, современник вывел на пергаменте горестные слова: «Ни один почти город, ни один монастырь не остались неприкосновенными. Все обращалось в бегство и редко кто-нибудь говорил: остановись, окажи сопротивление, защищай свою родину, собственных детей и народ! Не осознавая смысла происходящего и в постоянных раздорах между собой, откупались все деньгами там, где нужно было для защиты применить оружие, и так предавали дело божие…»

Разоряя Францию, викинги не оставляли без внимания и более отдаленные земли. В 860 году 62 корабля (около 3,5 тысяч воинов) под предводительством Хастинга и Бьерна Ернсида покинули Нуармутье и направились к берегам Испании. На этот раз планы старых сотоварищей по пиратским рейдам были куда грандиознее, нежели 15 лет назад.

Обращаясь к соратникам, Хастинг заявил: «Все государства мира, открытые для нас, должны увидеть нашу славу. Сотни тысяч уже пали от нашего меча, но всякий воин, достигнув одной цели, стремится к высшей. Если мы подарим Римскую корону Бьерну Ернсида, наша слава разнесется по всему свету».

Миновав Галисию и совершая набеги на побережья Португалии и Андалузии, норманны достигли Ньерва-Сунда (Гибралтара). Скандинавские пираты огнем и мечом прошлись по северному побережью Марокко, разграбили город Накхор[24]24
  Локализация спорна: это мог быть либо некий населенный пункт при речушке Некар на средиземноморском побережье Марокко, либо городок Нихар в юго-восточном углу Пиренейского полуострова.


[Закрыть], а затем отплыли к Балеарскому архипелагу.

Разорив острова Форментерру, Майорку и Минорку, они направились к берегам Италии. Произошедшее затем заслуживает того, чтобы полностью привести рассказ очевидца событий.

После многочисленных рейдов и высадок норманны, стремившиеся достичь собственно Рима, взяли курс на город Лунке, именуемый также Луна (в заливе Специя). Правители этого города, хотя и напуганные неожиданным, повергающим в ужас нападением, быстро вооружили горожан, и Хастинг увидел, что город нельзя взять силой оружия. Тогда пустился он на хитрость, а именно: направил посланника к бургграфу[25]25
  Бургграф – правитель города.


[Закрыть] и епископу города; представ перед высокопоставленными лицами, тот сообщил следующее:

«Хастинг, князь датский, и все его люди, с ним вместе судьбою изгнанные из Дании, шлют Вам свой привет.

Небезызвестно Вам, что мы, судьбой изгнанные из Дании, блуждая по бурному морю, прибыли наконец во Франкскую державу. Судьба предоставила нам эту страну, вторглись мы и во множестве битв с народом франков все земли державы подчинили нашему князю. После ее полного покорения захотели мы вновь вернуться в свою отчизну; и сперва несло нас прямо на север, но потом измотали нас противные западные и южные ветры, и так не по своей воле, а в жестокой нужде оказались мы на Вашем берегу. Мы просим, дайте нам мир, чтобы мы могли закупить продовольствие. Вождь наш болен, терзаемый страданиями, желает он от Вас принять крещение и стать христианином; и буде свершит он это в своей телесной слабости перед смертью, то молит он Ваше милосердие и благочестие о погребении в городе».

На что ответили епископ и граф:

«Мы заключаем с вами вечный мир и крестим вождя вашего в веру Христову. Мы дозволяем вам также, по свободному соглашению между нами и вами, покупать, что вы захотите!»

Посланник, однако, произносил лживые слова, и все, что он, полный коварства, выведал, передал своему господину, злодею Хастингу. Итак, заключили мирный договор и началась добрая торговля и общение между христианами и бесчестными язычниками.

Между тем, епископ приготовил купель, освятил воду, велел зажечь свечи. Мошенник Хастинг туда явился, в воду погрузился и воспринял крещение на погибель своей души. Поднятый из святой купели епископом и графом, он, словно тяжелобольной, вновь был отнесен на корабль. Там он тотчас созвал своих негодяев и открыл омерзительный тайный замысел, им измышленный: В следующую ночь сообщите вы епископу и графу, что я умер и молите со слезами, что хотели бы меня, новокрещенного, похоронить в их городе; мои мечи и украшения и все, что мне принадлежало, обещайте им подарить.

Сказано – сделано. Рыдая, спешат норманны к господам города и говорят: «Наш господин, ваш сын, умер. Мы умоляем Вас, дозвольте похоронить его в Вашем монастыре и примите дары, которые он перед смертью велел Вам передать».

Обманутые лицемерными словами и ослепленные великолепием подарков, разрешили те предать тело земле в монастыре по-христиански. И посланники вернулись к себе и сообщили об успехе их хитрости.

Хастинг тотчас велел, полный радости, собрать предводителей… (отрядов)… и сказал им:

– Теперь быстро сделайте мне погребальные носилки, уложите меня на них, словно мертвое тело, но при оружии, и станьте вокруг, словно носильщики кругом катафалка. Остальные должны поднять горький плач и крик на улицах, в лагере и на кораблях. Украшения, доспехи, отделанные золотом и драгоценными камнями топоры и мечи несите для всеобщего обозрения перед катафалком.

^{Карта 5. Набеги викингов на Южную Европу и Северную Африку в 829–8 61 гг.}

За этим приказом следовало точное его исполнение. Плач и крик норманнов разносился далеко, в то время как колокольный звон звал народ в церковь. Духовенство прибыло в праздничном облачении, городские старейшины, обреченные на мученичество, и женщины, будущие невольницы и рабыни, – никто из них не подозревал о жестокой перемене судьбы. Впереди выступал хор мальчиков со свечами и крестами, а вслед за ними – носилки с нечестивым Хастингом; христиане и норманны несли его от городских ворот до монастыря, где была приготовлена могила. И вот начал служить епископ торжественную мессу, и благоговейно внимал народ пению хора.

Между тем, язычники растеклись повсюду, да так, что христиане не почуяли обмана. Наконец закончилась месса, и епископ приказал опустить тело в могилу. Тут бросились внезапно норманны к носилкам, яростно взывая друг к другу, что не может он быть похоронен! Как громом пораженные стояли христиане. И вдруг спрыгнул Хастинг с носилок, выхватил сверкающий меч из ножен, бросился на несчастного епископа, сжимавшего в руках богослужебную книгу, и поверг его, а также и графа на землю! Норманны быстро перегородили церковные ворота, и тут началось ужасающее избиение и истребление христиан. Затем бросились они по улицам, повергая каждого, кто пытался защищаться. И войско от кораблей также устремилось через широко открытые ворота и вмешалось в бушующую резню. Наконец завершена была «кровавая работа», полностью истреблен крещеный люд. Кто остался в живых, в цепях повлачился на корабли. Тут похвалялся Хастинг со своими и думал, что разграбил он Рим, столицу мира. Хвастался он, что теперь всем миром обладает, взяв город, который он считал Римом, властелином народов. Однако, когда он узнал, что это не Рим, пришел он в ярость и воскликнул: «Так разграбьте всю провинцию и сожгите город; тащите добычу и пленных на корабли! Люди здесь должны почувствовать, что мы побывали в их стране!» Так вся провинция была разгромлена и лютыми врагами огнем и мечом опустошена…

Норманны ограбили побережье Тосканы, разорили город Пизу и ряд других приморских городов. Сохранились сбивчивые, носящие скорее легендарный характер, сведения о том, что, покинув Италию, викинги нанесли визит к берегам Греции… и даже Египта!

На обратном пути, близ Балеарских островов, жестокий шторм разметал флот норманнов. Часть кораблей, в том числе и судно Хастинга, была отброшена бурей в Лионский залив. Обосновавшись в Камарге – местности между двумя рукавами дельты Роны и Средиземным морем, викинги принялись совершать набеги на прибрежные области Прованса, Септимании и Испанской Каталонии. Ближайшие к логову пиратов города Ним и Арль были разграблены. Поднявшись на веслах по Роне до города Баланс, норманны дотла разорили расположенные на ее берегах селенья…

Другую часть пиратской флотилии ураганный ветер пригнал к Ньерва-Сунду. Жестокая трепка, заданная штормом, ничуть не уменьшила в викингах вкус к разбоям, и они занялись грабежом по южному побережью Пиренейского полуострова. При взятии Ал-Газиры в руки норманнов попало содержимое сокровищницы Большой мечети города. Вслед за тем последовал опустошительный набег на северные побережья Марокко.

По-видимому, кровавые вылазки викингов настолько деморализовали их противников, что скандинавы смогли не только благополучно провести зиму и в Камарге, и на берегах Испании, но и беспрепятственно уйти с добычей. Эскадра Хастинга отправилась на Нуармутье. Те же, кто зимовал на Пиренейском полуострове, повели свои корабли в Ла-Манш.

Хастинг и Бьерн Ернсида были не единственными, кто в 860 году отправился поискать удачи на юге Европы. Сотня норманнских судов пристала к берегу в Галисии. К месту высадки викингов с сильным войском подоспел королевский наместник граф Педро и те вынуждены были ретироваться с большим для себя уроном (в том числе и в кораблях).

Тем временем Карл II Лысый, отчаявшись собственными силами выдворить норманнов, засевших на нижней Сене, решил прибегнуть к единственному, как ему казалось, верному способу, позаимствованному из практики древних римлян. В начале 860 года он предложил разбойничавшим на Сомме датским викингам 5000 марок[26]26
  Марка – полфунта (204 грамма) драгоценного металла.


[Закрыть] серебра за изгнание ими норманнов с острова Оссель.

Для получения требуемой суммы королю пришлось вновь обложить чрезвычайным сбором купечество, духовенство и светских феодалов. Датчане же, прекратив грабежи по берегам Соммы, чтобы не терять ни драгоценного времени, ни пиратских навыков, отправились в набег на Англию.

Однако необходимую сумму не удалось собрать даже по прошествии года – подданные Карла II Лысого, ограбленные теми же викингами, изрядно пообнищали.

Не получив оговоренной платы и раздраженные к тому же неудачным исходом своего английского предприятия, датчане ответили весной 861 года новым вторжением на Сомму. Одновременно норманны, обосновавшиеся на Осселе, совершили молниеносный рейд на Париж. Ворвавшись в город в день Пасхи, викинги разграбили Сите, монастырь святого Германа, а затем отступили на свою островную крепость.

^{Рис. 7 Скандинавский лучник «эпохи викингов»}

Реальная опасность нашествия объединенных сил норманнов заставила Карла II Лысого приложить все усилия, чтобы поскорее расплатиться с датскими викингами. Получив причитающееся, они вошли в Сену и отрезали своих товарищей по ремеслу, укрывшихся за укреплениями Осселя, от внешнего мира.

Вскоре к осаждающим присоединилась эскадра зимовавших в Испании участников средиземноморского похода 860 года. Теперь под Осселем стояло уже 260 кораблей (около 15 тысяч воинов). Защитники острова несколько месяцев стойко выдерживали блокаду, однако осенью 861 года, изнуренные голодом, повели переговоры о сдаче. Условия мира хотя и были достаточно суровы, но вполне соответствовали пиратским традициям.

Норманнам, оборонявшим Оссель, фактически предлагалось поделиться захваченной добычей. Третья заинтересованная сторона – франки – здесь даже не упоминалась. Получив 3 тысячи марок золота и столько же серебра (можно представить, какой колоссальной была добыча!), осаждающие и вовсе забыли о взятых на себя перед королем обязательствах. Под предлогом невозможности выйти в море из-за наступивших холодов, обе группировки стали устраиваться на зимовку у близлежащих речных пристаней.

«Победители» расположились у местечка Мелен на Сене, выше Парижа. «Побежденные» избрали место рядом с монастырем Фоссатис (в пригороде Парижа Сен-Мор-де-Фоссе) при слиянии рек Сены и Марны. По сути дела, столица Западно-Франкского королевства была взята в осаду.

В январе 862 года норманны, ранее занимавшие Оссель, стремясь компенсировать потерю части добычи, совершили набег по Марне до городка Мо, который был ими разграблен.

На этот раз терпение Карла II Лысого лопнуло. На Марне, ниже разоренного викингами местечка, спешно соорудили наплавной мост, оба берега реки заняли сильные отряды воинов. Король в категорической форме потребовал возвращения награбленного в последнем набеге, обещания покинуть пределы государства в установленный им срок и выдачи 10 заложников. Оказавшиеся в западне викинги вынуждены были принять эти условия. Более того, чтобы смягчить сердце короля, предводитель пиратов Веланд согласился принять крещение, и 21 марта оба флота викингов покинули свои стоянки у стен Парижа.

Большая часть скандинавов направилась в Бретань, где определилась на службу к местным сеньорам, ведшим междоусобные войны.

Чтобы предотвратить новые вторжения, Карл II Лысый распорядился укрепить оборону Сены. Русло реки ниже Осселя было перегорожено рядами свай с окованными железом остриями. Владельцы прибрежных земель должны были позаботиться о возведении при населенных пунктах укреплений.

Однако на этом поприще внук Карла Великого не снискал славы своего знаменитого предка. Предпринятые меры были не только не достаточны, но и явно запоздали.

«Стены городов, – сообщает одна из западнофранкских хроник, – церквей и монастырей поросли кустарником. Одни из жителей ушли к востоку для поселения в отдаленных землях, другие готовы были лучше переносить все опасности, нежели покинуть отцовское наследие, но лишились всего имущества. Некоторые, расторгнув связи, пристали к этим чужеземцам и, чтобы получить их доверие, поступали еще свирепее самих врагов и оскверняли руки кровью друзей и родных. На морских берегах – совершенное запустение, потому что жители бросились в укрепленные города. Да и во всей прочей стране едва встречается какое-нибудь человеческое существо – та же картина на севере и на юге, даже и внутри государства. Земля не приносила владельцам никаких доходов, виноградники и сады разорены, работники прогнаны, на больших дорогах не попадалось ни купцов, ни путешественников, могильная тишина поселилась на необработанных полях, терновник и крапива покрывали плодородную почву».