Текст книги "Гидеон (СИ)"

Автор книги: Генрих Маринычев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц)

*

   Утром следующего дня, едва Ленье проснулся, мы услышали тихий, но настойчивый стук в нашу дверь.

   – Кто там? – отозвался я, бодро набрасывая жакет поверх плотной льняной рубахи.

   – Я Аким, посыльный гильдии магов. Меня прислал маг Арбан. Это на счет задания.

   Ну наконец-то! А то я уж думал, что про нас забыли.

   Миг – и стою у двери. Еще одно мгновение – разделяющая нас преграда стремительно открылась, и я смог увидеть долгожданного гостя. Им оказался невысокий светловолосый юноша лет эдак четырнадцати, с простоватым лицом и искренней, прямо-таки щенячьей, улыбкой.

   – Привет. Я Аким. Я из гильдии магов, – снова сказал паренек, гордо выпячивая лацкан дешевенького пальтеца, на котором красовалась брошь в форме листка с двумя переплетенными змеями. – Вы Ленье и Гидеон? – спросил он на всякий случай.

   – Да. Я Гидеон, – радостно отозвался я. – А это – Ленье. – Я махнул рукой в замершего напарника. – Так что ты там говорил?

   – Для вас есть задание от главного мага Арбана, – важно начал парень.

   – Задание? И какое же?

   – Возле одного из приграничных лесов замечена кучка нежити. Вот их вам и надо убить, – сообщил парнишка.

   Сражение с нежитью. Непростое, однако, задание. Особенно для такого юного и неопытного мага, как я. Хотя, о чем это я – именно об этом и предупреждал меня мой учитель.

   – Поэтому маг Арбан прислал меня сюда, к вам. Он сказал, что пришла теперь ваша очередь получать задание.

   Что правда, то правда – давно пора.

   – Ну? Так кто из вас? Кто из вас возьмется выполнять задание? – спросил он у нас с улыбкой.

   Кто из нас, кто из нас... Что до меня, то, с одной стороны, мне очень хотелось пойти. Хотелось попробовать использовать свою магию против такого врага и посмотреть, что будет. С другой же стороны... С другой стороны, я немного трусил: нежить это все-таки нежить. Прежде всего – это страшно. А еще – опасно. И вообще... Страшно и снова страшно. Вот если бы в первый раз на бой согласился Ленье, а я бы просто стоял в стороне и смотрел, что будет происходить...

   Кстати – а что там Ленье?

   Я повернулся к юноше, чтобы по выражению его лица попробовать узнать, что у него на уме. Но угадывать ничего не пришлось: лицо благородного все сказало само. Ленье боялся. Очень боялся. Однако это был не такой страх, как у меня: если я боялся лишь малость, то Ленье боялся до ужаса. Боялся до дрожи в коленках. До судорог пальцев. До белого, как известь, лица.

   Вот оно как – Ленье не горел желанием браться за это задание. Оно и понятно – у него же страх перед собственным колдовством. Что же делать, что же делать? Да, я бы мог взять это задание сам, и таким образом выручить Ленье. Мог бы. Но... Если я возьмусь за это задание, то посыльный Арбана принесет нам потом еще. И благородный вновь от него откажется. И так дальше и так дальше. С одной стороны, мне же лучше – чем больше я выполню заданий, тем быстрее получу оранжевую печать. Однако... Однако глава гильдии недвусмысленно дал мне понять, что я должен помочь Ленье. Помочь, а не выполнять все задания за него.

   И что я могу сделать? Ничего. Разве что...

   – Слушай, Аким. – Я повернулся к ждущему ответа мальчонке. – Мы уже все решили.

   – Решили? О, замечательно, – заулыбался он. – Так кто же из вас возьмется за это задание? Кого из вас мне взять с собой в телегу и отвести на место? – парень махнул рукой в сторону, и я действительно увидел за оградой лошадь и телегу.

   – Заданье возьмет Ленье, – заявил ему я.

   – Хорошо, – отозвался малый.

   – Но я поеду с ним, – тут же добавил я. – Надеюсь, это не запрещается?

   – Можно. Почему бы и нет, – согласился он.

   Вот и славно. Значит, мы едем оба.

   Но тут очнулся пришедший в себя благородный.

   – Я не понял, что это за самоуправство? – услышал я голос Ленье.

   – А что не так? – нахмурился я в ответ.

   – Я не хочу браться за это задание, – заявил юноша весьма недовольным тоном.

   Вот как? Уже пришел в себя? А ведь еще недавно он был белее снега от страха.

   – Я знаю, что не хотите, – согласился я. – Я это прекрасно видел.

   – Тогда с чего ты решил...

   – Я? Я ничего не решал, – все с той же улыбкой заявил ему я. – А вот маг Арбан...Господин маг приказал мне вам помочь. Вот я и помогаю.

   Имя старшего гильдейского мага вмиг смело пыл с гневного лица благородного: и настоящий, и наносной, надуманный.

   – И чем же ты помогаешь?

   – Я иду с тобой.

   – И как мне это поможет?

   – Как? Не знаю. Может быть, как-то поможет, а может быть, и нет, – пространно ответил я.

   – Но...– Я видел, как напрягся Ленье, готовый разбить в такой довод в пух и прах. Такой себе довод. Но...

   – Но если ничего не делать, то ничего не изменится, – объяснил я ему.

   А вот против этого он не мог ничего возразить. Совсем ничего.

   Какое-то время Ленье пребывал в замешательстве

   – Больно мне нужна твоя помощь, – заявил он уже без прежней спеси. – Помощь от какого-то там холопа. К тому же столь неумелого, что может охотиться лишь на толстых и медлительных барсуков. Да и что ты можешь? Чем ты мне можешь помочь?

   Звучало обидно и больно. Но я понял, что Ленье уже почти готов сдаться на мою милость.

   – Арбан, сказал, чтобы я тебе помог, – спокойно, с верой в свою победу, заявил я ему. – Сказал он это?

   – Сказал, – согласился он. Ха – еще бы не согласился.

   – И намекнул, что ты меня должен слушать.

   – Это еще как сказать.

   – Да? То есть, ты хочешь сказать, что ты отказываешься от моей помощи? Хочешь всем и каждому объявить, что не собираешься подчиняться воле главы гильдии?

   Это было нечестно. Но невероятно действенно.

   – Я... Я не собирался, – заявил он испуганно. – Я о таком и не думал. И не помышлял.

   – Тогда чего же ты ждешь? Собирайся в путь, – позволил я себе роскошь малость покомандовать.

   – Проклятущий холоп, – мрачно ответил он, но ослушаться меня не решил.

   Собирались мы недолго. Я натянул на себя свою единственную куртку, повесил на плечо сумку, а за пояс воткнул длинный охотничий нож, купленный мною недавно. Вот и все мои сборы. А вот Ленье собирался дольше: вместо обычного черного камзола он надел на себя черную куртку, куда более жесткую и прочную, к тому же гораздо длиннее – почти что до колен. Затем прикрепил к поясу меч – не очень большой, но широкий, с витиеватой гардой. Еды мы с собой решили почти не брать – судя по всему, путешествие предстояло короткое, а обременять себя лишним мы не хотели. Мы взяли с собой только по одной фляге: я – с водой, а Ленье – с вином.

   Телега ехала быстро, весело подпрыгивая по кочкам и ухабам. Разговаривать на таком ходу было тяжеловато, но все же я не мог не задать Акиму несколько важных вопросов, не задать которые было бы большим упущением.

   – Послушай, Аким, – обратился я к внимательно глядящему за дорогой служке. – Почему в вашем городе магам-новичкам выдают задание расправляться с нежитью?

   Я прекрасно понимал, что парень может не дать ответа на мой вопрос. Может ему запрещено разговаривать с новоприбывшими магами. А может он и не знает подобных вещей.

   Но к счастью, Аким ответил.

   – Почему с нежитью, говорите? А почему бы и нет? – с привычным весельем в голосе ответил мне парнишка. – В нашем приграничье всего две беды – хищники и нежить. Так почему бы не отправить магов набивать руку на одной из бед.

   Звучало вполне разумно. Однако...

   – А не лучше ли было давать новичкам сражаться с обычными хищниками, а не с опасной нежитью? – спросил я его то, о чем, собственно, думал.

   Аким в ответ опять рассмеялся.

   – С обычными хищниками, а не с опасной нежитью? Бросьте, господа маги – наши местные хищники куда опасней нежити, – дал он мне ответ.

   – Ты шутишь? – ввернулся в беседу внимательно слушавший рыжий.

   – Я? Нисколько. Особенно, в таком деле, – тут же заверил парень. Говоря это, он оглянулся, и под шапкой светлых волос я увидел его честный и искренний взгляд. – Звери, они что?

   – Что?

   – У них, это, есть инстинкты, и это, как ее – звериная интуиция.

   – А...

   – Они защищают места своей кормежки, себя, и гнездо, свой выводок.

   – Ну да.

   – К тому же наши местные звери – особенные.

   – Правда?

   – Да. У некоторых есть острые зубы. У других – крепкие когти.

   – Оу.

   – Есть те, кто быстро бегают. Те, кто далеко прыгают. Есть те, кто хорошо прячутся. А есть такие, что могут напугать тебя одними своими размерами.

   – Ой ли? Не врешь?

   – Богами клянусь, что не лгу, – сразу поклялся мальчонка. – А нежить она что? Ума у нее нет, доспехов хороших нет. Зубов, рогов, когтей и хвостов у них никогда не имелось. Защищать ей некого. Да и скорости в ней никакой – без поводырей-некромантов она едва ковыляет.

   – Правда, что ль?

   – Ага. Поэтому ничего удивительного, что магам новичкам говорят охотиться на них, а не на лесного зверя.

   Понимаю. Теперь понимаю. Да и мой наставник пытался донести мне что-то в таком духе.

   Закончив с расспросами, я расслабился и принялся глазеть на простирающиеся по обеим сторонам дороги луга.

   Мы остановились, когда перед нами замаячил небольшой лесок.

   – Тпру! – Аким натянул вожжи, и послушный жеребец мигом остановился. – Вот мы и приехали, – заявил нам прислужник гильдии магов.

   – Приехали? – Я повертел головой взад-вперед, в надежде разглядеть что-то особенное, но ничего не увидел.

   – Да. Вон, чуть правее, застава. – Аким показал рукой направо, и я действительно разглядел небольшой форт под черно-оранжевыми знаменами. – А вам сюда. – Он указал на лесок по левую руку от нас. – Со стен заставы заметили, как в лес вошла кучка нежити. Три или четыре создания. Кто именно – разглядеть не удалось. Вот. Согласно договору между солдатами форта и гильдией магов города, если врагов немного, то солдаты форта не убивают их, а посылают посланца в гильдию магов, к Арбану.

   – А господин Арбан послал за новичками? – хмуро бросил Ленье.

   – Ага. Вот так тут все работает. Разве это не здорово? – улыбнулся парень.

   Я согласился – здорово. Хотя, как я понял, Ленье был другого мнения.

   – И, напоследок. Вот, держи вот это. – Аким протянул благородному небольшой мешочек.

   – Что это? – удивился тот, но мешочек принял.

   – Это мешок. Для трофеев.

   – Для трофеев?

   – Да.

   – И зачем он нам?

   – Тут как все устроено? – снова принялся объяснять улыбчивый паренек. – Молодой маг получает задание – молодой маг его исполняет и идет в гильдию за печатью. Да только так просто он свою печать не получит – гильдии нужны доказательства.

   – Доказательства? Доказательства чего? – удивился Ленье.

   – Доказательства выполнения задания, разумеется.

   – И что это за доказательства? – Я так же был в недоумении.

   – Да самые обычные. С поверженного скелета нужно взять его челюсть. С зомби – его гнилые уши. Вот для таких трофеев и создан этот мешок. Хорошая вещь – прочная, не порвется. И самое главное – он не пропускает ни запаха, ни крови. А такого ужаса у мертвецов в избытке.

   Услышав объяснение, мы с Ленье дружно переглянулись. Ну тут и порядки.

   – Что ж желаю удачи, – заявил Аким. – Идите и победите. Когда вы вернетесь, я буду ждать вас здесь, – пообещал он нам.

*

   Приграничный западный лес встретил нас широкими зарослями молодых кустов, шелестом густых ясеневих крон, журчанием прохладных ручьев и щебетом взбудораженных птиц. Прекрасный весенний лес. Однако знание того, что где-то там, среди мирной зелени, бродит опасная нежить, убивало всю красоту.

   Мы с Ленье осторожно брели вперед, тщательно вглядываясь во все подозрительные места – не видно ли там чего. Честно признаюсь – мое сердце стучало так часто, как часто стучит сердце кролика. Ленье так же было порядком не по себе – я видел это в его напряженном взгляде. И не мудрено – мы очень страшились предстоящей битвы. Очень страшились. Оба.

   – Ты раньше встречался с нежитью? – нервно спросил благородный, не отрывая взгляда от подозрительного переплетения ветвей поваленного каштана.

   – Да. Они пару раз нападали на нашу деревню, – тихо сообщил я ему, тщательно прислушиваясь к шороху листьев в близлежащих кустах.

   – Ты что-то помнишь о тех нападениях? – снова спросил он меня.

   – Нет. – Я грустно покачал головой. – В первый раз мне было всего четыре года, а другой раз – шесть.

   – Понятно. Но среди ваших людей должны были сохраниться какие-то истории о тех нападениях!

   – Да какие истории! Все, о чем там говорилось, так это о том, как нам всем было страшно в начале боя, и как все были счастливы в завершении.

   – Вот оно как? Понятно.

   – А ты? Ты раньше встречался с нежитью? – набравшись смелости спросил я у темноволосого.

   – Нет. Я только слышал он них от гостей в нашем имении.

   – И что они говорили? – встрепенулся я.

   – Тоже, что и твои. Только мои еще привирали с три короба.

   – Привирали? Зачем?

   – Выпендривались, – зло пояснил благородный. – Чтобы придать себе веса.

   – Что? – Ни первого, ни второго слова я отродясь не слышал. – Понимаю... – протянул я, чтобы не упасть в грязь лицом.

   Мы старательно вспоминали все, что только знали, стараясь себя подбодрить звуками своих голосов. Мы оба понимали, что лучше не разговаривать, что лучше таиться в тени, чтоб первым увидеть врага. Знали, понимали, но ничего не могли поделать – текущий в наших жилах страх был сильнее нас и заставлял беседовать.

   Но нам повезло – мы первыми заметили бредущую по лесу опасность. Едва мы миновали небольшой молодой ельник, как нашему взору открылась маленькая поляна, где и обнаружилась наша нежить. Несколько скелетов и однорукий зомби молча стояли у края цветущей лужайки и внимательно глядели на старый разлапистый пень, стоящий в центре поляны. Что именно они делали? Почему стояли? Этого я не знал. Может они хотели сделать привал? А может они приняли пень за какого-то хищника, и думали, нужно ли с ним сражаться?

   Нежить стояла и пялилась на пень, а мы стояли в полусотне шагах в стороне и пялились на нее. Моим телом вновь овладел глубочайший страх, едва я увидел позеленевшие кости и почерневшую плоть, которые, не лежали, как им полагается, в благословенной земле, а ходили по миру.

   – Ну.... Это... Давай, начинай, – осторожно, почти шепотом, предложил я напарнику. Я говорил тихо не только для того, чтобы не привлечь нежить, сколько для того, чтоб не вспугнуть благородного. Но даже тихий шепот заставил его слегка вздрогнуть.

   – Я? А почему я-то? – тут же воспротивился он. Слава богам, что тоже очень тихо.

   – Ну а кто? Ты же взял задание. Значит, тебе колдовать, – быстро нашелся я.

   – Но ты же обещал мне помочь! – сразу припомнил он.

   – Обещал. И помогу, – заверил я его. – Но только как ты начнешь. – Мой страх снова плеснул наружу.

   – Нет – помогай сейчас. А я присоединюсь, – заупрямился юноша.

   Спорить в лесу, когда рядом слоняется нежить... Ладно, так и быть – в этот раз начну я.

   Я пригляделся к своим врагам, но на этот раз я уже смотрел на них как на своих противников. Ни у кого из врагов не было на себе никакой одежды, чтобы сошла за доспехи. Это меня порадовало. Зато огорчило другое – у одного из скелетов в руках виднелась дубина, у второго – серп, третьего – топор. Лишь зомби однорукий был совсем безоружен. Но на его единственной руке я разглядел очень крепкие когти, что так же могли сойти за оружие.

   На меня вновь накатил леденящий страх. На какой-то миг я хотел бросить эту затею, думая, что не справлюсь. И я уже хотел ему поддаться, как внезапно мне в голову пришла весьма необычная мысль. Я снова взглянул на оружие, что находилось в руках у нежити. Дубина, серп и топор. Обычное оружие самых обычных крестьян. Вполне может статься, что до своей смерти эта нежить и была самыми обычными крестьянами. Они даже могли работать на какого-нибудь господина, годами и десятилетиями трудясь для него в поте лица. А теперь после того, как они с честью умерли, отдав этим все долги, их снова кто-то принудил к труду – вечному труду убийства других смертных.

   Пришедшая в голову мысль сильно меня разозлила. «Это – не честно. Так быть не должно, – вспыхнув, подумал я. – Я бы не хотел, чтобы такое случилось со мной. И другим я такого тоже не пожелаю. Надо им помочь. Надо дать заслуженный отдых. То есть – упокоить».

   И я мог им в этом помочь.

   Нет – я не обязан им помогать. Вовсе не обязан. Но, если можно просто помочь, то, почему бы, и нет?

   Что ж, тогда...

   – Ла-тарра-ка-ша! – После произнесения заклинания «земляного снаряда» возле моей левой руки собрался каменный шар, формой, цветом и величиной напоминающий небольшую картофелину, и стремительно полетел в голову одного из скелетов. Попал? Попал? Нет – я промахнулся.

   Пролетевший мимо снаряд тут же вывел вражину из оцепенения и нежить стала осматриваться, ища своего врага.

   Медлить было нельзя!

   – Ла-тарра-ка-ша! – Я снова произнес заклинание «земляного снаряда» и метнул во врага новую каменную картофелину. И в этот раз попал! После попадания в замшелый череп скелет ненадолго замер, закачался, а потом упал, рассыпаясь на отдельные кости.

   Ура, ура! Первая победа! И какая легкая!

   Но радоваться пока рано – нежить уже увидела своего врага и пошла на меня, яростно размахивая оружием. Не быстро пошла, но живей, чем мне хотелось бы.

   – Ленье! Помогай! – прокричал я за спину, и отойдя на пару шагов назад, вновь принялся колдовать.

   – Ла-тарра-ка-ша! – Каменная картофелина сорвалась с моих рук и полетела в противников. И вновь, к сожалению, мимо. Да как же это я!

   – Ла-тарра-ка-ша! – Есть! Новый, пущенный мною булыжник, попал под грудь идущего правее скелета и сломал ему позвоночник. Скелет надломился, выронил дубину и осыпался вниз.

   Еще одна победа!

   Следующий враг. Быстро отступив еще на три шага, я принялся метать снаряды в третьего скелета. Метал раз за разом, тщательно прицеливаясь. Промах. Промах. Попал! Последний замшелый скелет, лишенный своей головы, беззвучно рухнул на землю, рассыпав по молодой траве свои почти истлевшие кости.

   Снова я победил!

   Сосредоточившись на скелетах, и с головой окунувшись в радость от побед, я совсем забыл про оставшегося врага. И, как оказалось, зря – зловонная туша однорукого зомби стояла уже в двадцати шагах от меня. В мои ноздри пахнуло невыносимым смрадом.

   – Ленье! – снова выкрикнул я, призывая напарника к помощи. Но и сам я стоять колом не стал.

   – Ла-тарра-ка-ша! – Промахнуться с такой близи просто невозможно, и мой снаряд попал мертвяку прямо между глаз. Но его голова так просто не рассыпалась, как головы скелетов! Раздался глухой треск, хлынула черная кровь, но только и всего. Враг продолжал идти, и идти на меня!

   – Ла-тарра-ка-ша! – Я метнул снаряд почерневшее от времени туловище. Снова попал. И вновь безо всякой пользы – раздался треск парочки сломанных ребер, брызнула черная жижа, но враг и не думал падать.

   – Ла-тарра-ка-ша! – Удар снаряда в бедро так же не принес пользы.

   Я запаниковал и принялся отступать, отчаянно колдуя, чтобы попасть хоть куда-то. Но я попадал через раз – мои руки дрожали от охватившего меня страха. Но еще больше меня пугало то, что от Ленье не было никакой помощи!

   – Ленье! – кричал я через плечо. – Троллий сын, помогай! – выкрикнул я в отчаянии. Но в ответ – ни звука и не сгустка пламени.

   Уразумев, что поддержки не будет, я снова стал думать о бое. Зомби. Зомби – это тот же скелет, только обтянутый плотью. А значит, он не неуязвим – он просто очень прочный. А это значит, мне надо долбить его в одно и то же место. Скорее всего – в голову. И так – до самой победы.

   Выработав план, я слегка успокоился и вновь принялся колдовать. Десять шагов до зомби. Первый удар в голову сломал ему нижнюю челюсть. Хорошо, хорошо. Семь шагов до зомби. Второй удар заставил голову зомби треснуть и выбил ему левый глаз. Еще, еще, еще. Между нами, всего четыре шага. Вонь мертвеца уже разъедает мои глаза. Но я не сдавался: новое заклинание, и последний снаряд заставил вражью голову лопнуть, словно гнилую тыкву. Когти злобного монстра, еще пару мгновений назад опасно мелькавшие возле моей руки, обессилено потянулись вниз за оседающим на землю телом.

   «Неужели все? Неужели?» – Я окинул поляну ошалелым и несколько недоверчивым взглядом. Да – врагов на ней больше не было.

   «Прекрасно. Издохните, вражьи морды. И ... покойтесь с миром», – прошептал я тихо.

   Я – победил. Мой первый бой и первая победа. Мой первый бой. Первый страх. Первые сомненья. Первая встреча с врагом. И первая победа. Просто неимоверно!

   Я захотел поделиться этой радостью со своим напарником. Но мысль о нем тут же превратило мою радость в справедливую злость. Ленье! Этот благородный, нет, совсем не благородный, так и не пришел мне на помощь. Как же он мог! Как же он так поступил! Ведь это мой первый бой, и я на него надеялся! Еще как надеялся!

   Я обернулся, собираясь высказать все, что я думаю и о нем, и о его семье, и обо всех благородных. Но то, что я увидел, заставило меня закрыть свой рот на пудовый замок. Ленье стоял позади меня в привычной боевой позе магов, вытянув руку вперед. Его взгляд был прикован к ладони и в нем явно читался страх. Но это был не тот страх, что был в нем при виде нежити. Нет! Это был совсем, совсем другой страх – куда более мощный. Глаза – донельзя расширенные, щеки – белые, губы – дрожащие. Ленье смотрел на свою ладонь, как маленький олененок глядит в раззявленную пасть голодного матерого волка. Не нужно было иметь семи пядей во лбу, чтобы понять, что Ленье боялся не скрытой в лесу опасности, ни вводящей в ступор нежити, а именно колдовства. Своего колдовства.

   Теперь я, наконец, понял, что имел в виду Арбан.

*

   Так и не высказав, что у меня на душе, я сам собрал с врага мерзкие трофеи (три черепа и голову), после чего мы пошли обратно к ждущей нас повозке. Увидев нас живыми и здоровыми, Аким очень обрадовался и стал донимать нас разными вопросами. Но и я, и Ленье молчали. Убедившись, что из нас не вытянешь ни единого слова, Аким умолк и просто довез нас до дома.

   Оказавшись в комнате, мы, даже не раздеваясь, молча сели за стол. Так же без лишних слов Ленье достал из своего сундука две бутылки вина, откупорил, и, протянув мне одну, сам припал ко второй. Что ж, раз предлагают – выпью. Я не богач чтоб отказываться.

   Ленье сделал из бутылки один большой глоток, затем, через время – другой. И лишь приложившись к ней в третий раз, начал говорить.

   – Ты наверняка хочешь спросить меня о том, что произошло? – с неохотой промолвил он, глядя на горлышко собственной бутылки.

   Само собой, я хотел.

   – Да, – ответил я.

   – Главное, я хочу, чтобы ты себе уяснил – это была не трусость. Я не трус. Поверь мне – не трус. Все де Крушак не трусы, – заявил Ленье, медленно ворочая языком. – Я никого не боюсь – ни зверя, ни человека. Я...

   – Верю, верю, – принялся уверять его я. Не столько потому, что действительно в это верил, сколько потому, что хотел услышать желанное продолжение.

   – Я... Просто у меня ... Ну... Нет, ты не поймешь, – чуть громче промолвил он, вновь взглянув на бутылку. – Хотя... – Он приложился к бутылке в четвертый раз, но быстро ее отставил. Я уже понял, откровенничать на эту тему Ленье не хотел. Очень не хотел. Особенно – перед таким, как я – кого он так презрительно именовал холопом.

   – Я – маг огня. Хороший маг огня. Я умею быстро и без запинки колдовать заклинания. Я умею быстро и верно целиться. Я могу использовать три заклинанья по очереди и ни разу не сбиться. Мной может гордиться школа. Мной может гордиться мое герцогство. Мной может гордиться моя семья. Мной может гордиться мать...

   Ленье говорил и говорил, а я все слушал и слушал. К чести сказать, Ленье хоть и порядочно выпил, но старался выглядеть как можно благопристойно – спину не сгибал, руками не размахивал и пытался четко произносить слова. Но последнее давалось ему с очень большим трудом. Но он старался. Очень сильно старался.

   – Меня обучали магии в столице королевства. Закончив учебу в школе, я, как и ты, попал на обученье в Сизей. Я думал, что тут все будет просто. Я думал, что все случится быстро. Каких-то тридцать заданий? Это же легче легкого. Что может быть сложного в том, чтобы использовать магию, которой ты обучен?

   Я в ответ просто кивал, хотя не был с этим согласен. Сражаться с врагами? Что тут может быть легкого!

   – Так я тогда думал, в тот первый день, в Сизее. – Ленье резко протянул руку к бутылке и решительно сделал еще один глоток. Румянец на его щеках стал еще алее, словно это не кровь, а вино растеклось по его щекам. – Но... – он запнулся.

   – Но? – поощрил его я, ожидая перехода к самому интересному.

   – Вечером того дня я гулял по местным улицам. Гулял, знакомился с городом. Как и все приезжие, – через силу продолжил юноша. Было видно, что его язык еле-еле двигается.

   – Так, – согласился с ним я. В отличие от него я держался меры. И, хоть моя голова и была слегка затуманена, языкам я владел свободно.

   – Осматривая местные достопримечательности, я зашел в... в ту часть этого города, куда не должен был заходить – в кварталы... бедноты. Мне было интересно, как выглядят такие места в Сизее.

   – Хм. – После этих слов меня охватило мрачное предчувствие.

   – Там я напоролся на компанию неприятных личностей.

   Да! Я так и знал. Стоило догадаться.

   – Увидев меня, они подошли и начали меня унижать.

   – Вот оно как? – Понятно. Другого и не ожидалось. – И что случилось потом?

   – Что? А разве не ясно? Я решил проучить негодников, ведь никто не может безнаказанно оскорблять де Крушаков. – Ленье стукнул кулаком по столу, выпуская злость. Но, из-за его опьянения, удар получился мягким и не пугающим. – И раз я маг, то я решил применить против них свою... магию.

   – И? – Я весь подобрался, сгорая от любопытства.

   – Я сделал все так, как меня учили в моей магической школе: собрался, прочел заклинание и выпустил его во врага.

   – И у тебя получилось? – промолвил с возбуждением я.

   – О, да, получилось. Да еще как получилось. Мой огонь ... Он полыхнул так, что вспышка пламени осветила два соседних дома. Ярко осветила, словно полуденное солнце, – усмехнулся он. Однако его смех очень быстро угас, словно залитый водой костер. – Вот только...

   – Что? – Я снова терялся в догадках: магия сработала, значит, враг повержен. Что же пошло не так?

   – Только тогда со мной что-то произошло. Что-то страшное и ужасное, – туманно ответил он.

   – Что?

   – Я... Толком не знаю. Я помню только это ужасное ощущение.

   – Какое ощущение?

   – Ужасное, кошмарное, страшное. Ощущение, словно... Словно кто-то затёк в меня через мой нос и схватил мой мозг ядовитыми клещами.

   Мозг? Я не знал такого слова. Но, как я понимал, он имел в виду голову.

   – Мне сразу стало так плохо... Из глаз потекли слезы, а изо рта – блевона. И моя голова... Великие боги – я еще никогда не чувствовал такой ужасающей боли.

   Я не знал, что такое «ужасающая боль». Но глядя на перекошенное лицо юного благородного, я понимал, что это что-то ну очень неприятное. Просто очень и очень.

   – И вот, с тех пор, всякий раз, когда я думаю вновь использовать свою магию, на меня вновь накатывает этот ужасающий страх. Страх вновь ощутить то ужасное чувство. И он связывает меня, словно бы цепями. И я не могу, не могу начать колдовать.

   Так вот оно что! Вот так. Теперь мне многое стало понятно. Хотя бы то, отчего Ленье так паршиво ел. Буженина, хлеб и вино. Еще бы. Да ему кусок в горло не лез, когда он понял, что он, надежда школы, герцогства и семьи, теперь вовсе и не надежда...

   Но что же произошло? Что же тогда случилось? Сосредоточившись на плесканье вина в бутылке, что я держал в руке, я немного подумал и получил ответ. Точнее не ответ, а намек на него. Поэтому мне вначале следовало убедиться, на верном ли я пути.

   – Слушай, Ленье, – осторожно начал я. – А те улочки, где ты встретил негодников, были какие – узкие или широкие?

   – Они были узкие, – сразу ответил он.

   Я и не сомневался.

   – Выходит, твои враги стояли почти вплотную?

   – Именно так и... было.

   Что не удивительно.

   – И ты использовал на них свою магию?

   – Верно.

   – Магию огня?

   – Так и есть.

   – Против человека, стоящего почти рядом с тобой?

   – Именно.

   Он поджег врага, стоящего рядом с собой. А о последствиях он подумал?

   – А ты подумал о смраде? – спросил я его напрямик.

   – О смраде? – Брови Ленье удивленно скакнули вверх.

   – О смраде, да. О смраде горящего тела.

   – О смраде? Не знаю. Нет. А что это такое? – спросил он с невинным видом.

   Его ответ чуть не свел меня с ума. Как? Почему? Почему он о таком не знает? Смрад – это смрад, это известно всем.

   Хотя...Всем? Всем, таким как я. Но Ленье не я, и не такой, как все. Наш Ленье – благородный. Такое ему скорее всего неведомо. Наверняка он за всю свою жизнь ничего такого не нюхал. Он из богатой семьи, и поэтому все, что он обонял, это духи и яства. Мне ли это не знать? Я ведь служил у господ.

   Что до его обучения, так он, как и я, учился в магической школе. Он, как и я, тренировал свою магию на чучелах и мишенях. Атаковал лишь издали, ведь он у нас – маг огня. Да, чучела и мишени тоже слегка воняют. Но не так, как плоть.

   А в этот раз он атаковал живого человека. Атаковал своей магией. Атаковал впритык. А горящая плоть источает смрад. Сильный, удушающий смрад. Мне, как холопу, это прекрасно известно – я часто бывал на кухне и чуял, как пригорают туши. Я слышал запах паленых перьев птицы, ощущал вонь от обгорающей щетины кабана. А Ленье об этом не знал. За что и поплатился. Ведь для него, для такого, как он, это не просто вонь – это все равно, что упасть носом в костер. В костер, который тушили мочой и калом.

   Вот такие дела.

   Я поднял голову и взглянул на лицо Ленье – белое, худое, измученное и несчастное. Жалко благородного, невероятно жалко. Получить дар, обучиться магии, и все загубить из-за несчастного случая. Случись такое со мной, я бы сильно расстроился. Кем бы я стал, если бы не смог колдовать? Снова слугой? Нет – увольте. Есть то, что дают, спать там, где укажут, и работать столько, сколько мне повелят. Нет уж, спасибо – такого мне больше не надо.

   Но к огромному счастью, я знал, что ему нужно делать.

   – Слушай Ленье, – начал я осторожно, словно он был дичью, которую я боялся спугнуть. – Так получилось, что я, э-м-м, знаю, как тебе можно помочь.