Текст книги "Ответ"

Автор книги: Геннадий Ищенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)

– Хватит его распекать, – остановил дочь Грант. – Лучше покажи всё в доме, чтобы не ждать, пока он вспомнит сам, а я поговорю с братом.

«Кого навестить? – думала Сандра, после того как улетел «брат». – Подруг много, но не с каждой можно поделиться, а мне нужен совет! Надо же было отцу выбрать именно этого юношу, который сразу запал в сердце! И что теперь делать? Не могу я смотреть на него как на брата! Полечу к Кейт. Родители запретили болтать, но ей можно довериться!»

– Мама, тебе нужна машина? – соединившись с матерью, спросила она. – Я думаю слетать к Мейсонам.

– Сейчас не нужна, но может понадобиться позже, – ответила Алис. – Возьми такси, я его оплачу, а то вы будете болтать полдня. И помни о том, что тебе говорили насчёт брата!

Девушка надела другое платье, расчесалась и осмотрела себя в зеркале.

«Если нет красоты, не поможет никакая одежда! – с раздражением подумала она. – И до двадцати лет не разрешают менять внешность, а мне нужно сейчас! Кому я буду нужна через пять лет!»

Сандра взяла подходящую к платью сумку, спустилась во двор и вызвала такси. Через несколько минут во дворе приземлился оранжевый «Ягуар-1050». Девушка села в салон и с помощью комма подтвердила возраст, а оплату перебросила на комм матери. Передав автопилоту код Мейсонов, она пристегнулась ремнём безопасности и во время полёта обдумывала, что сказать подруге. Предупреждённая Кейт встретила её во дворе.

– Идём ко мне или посидим в беседке? – спросила она после приветствия и положенного поцелуя в щёку. – Мои разъехались, так что в квартире будем вдвоём.

– А твои родители не включают регистраторы? – спросила Сандра.

– Может, и включают, – пожала плечами подруга. – Кому интересны наши разговоры?

– Тогда лучше поговорим здесь. У меня разговор не для чужих ушей. На всякий случай лучше выключить комм.

Девушки зашли в беседку, и Сандра коротко рассказала об Оливере.

– Ну ты даёшь, подруга! – с сочувствием высказалась Кейт о её рассказе. – Я вижу для тебя только один выход – срочно в кого-нибудь влюбиться!

– Как это? – растерялась Сандра. – Я уже люблю!

– Ты любишь глазами, – возразила Кейт, – а я говорю о другом органе! Если хочешь, могу познакомить с таким парнем, с которым ты забудешь о своём «брате». С девственностью мы с тобой расстались прошлым летом, а с таблетками нет никакого риска. Он из очень приличной семьи и сейчас свободен, поэтому ваша любовь может закончиться браком. Два года будете встречаться в отелях, а потом можете пожениться. Мы с ним недолго занимались любовью, сейчас у меня другой парень. Я тебе точно говорю, что Майк заставит потерять голову! А с Оливером не светит ничего, кроме мимолётной интрижки.

Алис получила на свой комм счёт за поездку дочери, подтвердила оплату, а потом соединилась с Джейн Кроссман. Они не были подругами, но лет пять назад много общались. Потом в семье Джейн случилось несчастье с дочерью, и общение прекратилось. Этот звонок был связан с тем, что она узнала от мужа, что Кроссманы приобрели новую дочь в том же центре, который готовил для них Оливера. Алис не могла сказать, почему сын вызывал у неё беспокойство, и хотела узнать, как дела у Джейн с дочерью.

– Алис? – удивилась звонку бывшая приятельница. – Это сюрприз. Не думала, что ты обо мне вспомнишь.

– По-моему, это ты перестала звонить, – сказала Алис. – Я сочувствовала твоему горю и не в обиде. А звоню из-за твоей дочери. Мы недавно получили сына из того же центра. Надеюсь, что этот разговор останется между нами...

– Какие-то проблемы? – догадалась Джейн. – Можешь не беспокоиться: я не собираюсь об этом болтать.

– Мальчик ведёт себя нормально, но мне как-то не по себе... Постоянно кажется, что он обдумывает каждое наше слово и только делает вид, что верит в нашу любовь.

– И сколько он у вас?

– Сегодня третий день.

– Можешь не беспокоиться, – сказала Джейн. – У нашей дочери тоже были странности в поведении в первые две недели, и её сильно беспокоила потеря памяти. Со временем это пройдёт. Он у вас русский? Сколько ему лет?

– Да, взяли русского. Ему только пятнадцать, хотя выглядит старше.

– Постарайтесь его полюбить, а не только говорить о своей любви, тогда и он вас полюбит. Надеюсь, что твой звонок не будет последним. Если захотите, можем познакомить детей. Оформите сына в ту же школу, в которой учится наша Паула.

– Ты у себя? – связался с ним отец. – Поднимись ко мне!

У Исаака были другие планы, но в семье Липманов никто не спорил с её главой, поэтому он поспешно вышел из кабинета и направился к лифту.

– Долго ходишь, – встретил упрёком Давид, когда сын через три минуты появился в его кабинете. – Садись рядом со мной!

Кабинет главы компании был раза в два больше знаменитого Овального, только без масонских извращений с формой. Возле огромного, во всю стену окна был устроен небольшой сад, а в противоположном конце стоял стол, за которым сидел старик. Вот этот стол был овальным. Длинной худой шеей, выпуклыми глазами и загнутым носом он напоминал грифа. Исаак подошёл к столу и сел в свободное кресло. Как только он это сделал, из пола выдвинулась перегородка, которая отделила сидевших за столом мужчин от остального кабинета.

– Слушай внимательно! – сказал Давид. – Мы уже полвека строим убежища и даже подземные города. Наш бизнес оказался особенно востребован в последнее десятилетие, когда американцы, не скрываясь, начали готовить войну против России. Я совершенно точно узнал, что они начнут через два месяца.

– И стоило предпринимать такие меры безопасности? – показав рукой на перегородку, спросил Исаак. – Я думаю, что это уже не секрет и для самих русских.

– Ты будешь когда-нибудь думать головой, а не яйцами? – рассердился старик. – Это обыватели могут рассчитать на то, что США легко и быстро разделаются с Россией, а на Европу не упадёт ни одна бомба! Так вот, с Россией уже пытались проделать блицкриг, и не один. Не получилось у Наполеона и Гитлера, не получится и у Камбелла! Даже если русских сломают, мир сильно изменится, и эти изменения не понравятся никому! На нас обрушатся или гигантские цунами, или дождь из ядерных бомб, а может быть, и то и другое! Америки больше не будет, и один бог знает, что останется от Европы, да и от остального человечества!

– Возможный сценарий, – согласился сын. – Для этого мы и строим...

– Ещё раз меня перебьёшь и выйдешь вон! – разозлился Давид. – Ты представляешь, что будет с мировой экономикой и долларом? И для чего десятки лет собирать богатства, если собранное мгновенно превратится в мусор? Человечество не погибнет, и через десять или двадцать лет уцелевшие начнут восстанавливать разрушенное. И единственным средством накопления будет золото! Я уже давно его скупаю и переправляю в один из построенных в Африке городов. Цунами там не будет, и вряд ли русские потратят на наши города часть своих ядерных арсеналов, а всё остальное можно в них пережить. Для тебя будет задание. В последние месяцы я усиленно распродавал активы компании и везде, где только можно, покупал золото. Это довольно трудно, потому что на него сильно вырос спрос.

– Как это можно сделать, чтобы не заметили члены правления? – удивился Исаак.

– Кое-кто в деле, остальных обошли, – усмехнулся старик. – Когда через месяц поднимется шум, мы будем в своём городе, но ты уедешь раньше. Твоя задача – отвезти в убежище тонну золота и всю семью. Я доберусь самостоятельно. Уже куплен корабль и нанята охрана, поэтому для тебя осталось не так много работы.

– Я могу кое-кого предупредить?

– В городе убежища на тридцать тысяч человек, поэтому тебе хватит баб.

– Я говорю не о бабах, а о семье друга.

– Сеймуры? Не возражаю, но только семья друга без других его родичей!

– Внимание! Чужой дрон возле объекта Б12! Включаю камеры! – сообщил женский голос, и сразу же на мониторах в зале слежения за объектами проекта «Волна» Национального центра управления обороной России появилось изображение участка океанского дна и лежащего на нём объекта.

– Какой он по общему счёту? – спросил приехавший в центр секретарь Совета Безопасности.

– Десятый, – ответил сидевший рядом майор. – Остались ещё два. Смотрите, виден дрон.

К лежавшему на дне муляжу ядерного фугаса спустился похожий на небольшую торпеду подводный дрон, освещавший дно своим прожектором. От него отделился диск, который подплыл к объекту, и сразу же стало темно.

– Как и на остальных, магнитная мина, – сказал майор. – Два километра не такая уж большая глубина, могли бы спуститься и забрать. Если бы это были наши фугасы, при их разрушении загрязнили бы большой участок дна.

– Как вы их контролируете? – спросил секретарь. – Неужели кабельная связь?

– От каждого объекта проложен кабель оптической связи, – объяснил майор. – Длина от двадцати до пятидесяти километров, а дальше сигнал идёт по очень тонкому и прочному кабелю через цепочку погружённых на разную глубину дронов на спутник связи. Это самая сложная и уязвимая часть проекта. Проще было минировать разлом и подбросить муляжи, чем обеспечить их контроль. Управление связью и подрыв ядерных зарядов осуществляются через тот же спутник на ближний к поверхности дрон, а потом по кабелю. Дроны приходится заглублять при сильном волнении или приближении кораблей. Есть и резервное управление, но оно не обеспечит передачу изображения.

– Остались два муляжа, – сказал кто-то из офицеров. – Их поиски не займут больше месяца, и столько же будут наращивать силы.

– Да, примерно два месяца, – согласился майор, – а потом начнётся!

– Скоро будет Ла-Манш, – сказал Павел Меньшов, – а потом пять минут лететь до контрольного центра. Вы уже решили, что будете делать дальше?

Вопрос был задан Зое, сидевшей в соседнем кресле летящей в Англию «Самары-1100», а работавший в частном агентстве «Московский детектив» Павел был нанят отцом девушки для её сопровождения и охраны.

– Сначала кладбище, – ответила она, – а потом будет остальное. Их похоронили в Челсфорде, у меня есть номер могилы.

– И многое входит в «остальное»? – спросил Меньшов. – Поймите правильно, Зоя, я должен обеспечить вашу безопасность, а для этого нужно хотя бы приблизительно знать, чем будем заниматься. Алексей Николаевич сказал, что я должен выполнять ваши капризы, если они не будут мешать моей работе.

– Я не буду капризничать, – улыбнулась девушка. – Вы ведь детектив, Павел? Или вас обучали только работе телохранителя?

– Меня учили понемногу чему-нибудь и как-нибудь, – вернул он улыбку. – Неужели хотите с моей помощью узнать причину гибели своего парня?

– Я говорила со специалистами, – ответила Зоя. – Так вот, из пятидесяти с лишним тысяч машин «Волга 3000» в России не упала ни одна! Был случай отказа основного накопителя, но машина приземлилась на резервном. Остальные аварии произошли на земле при столкновении с другими транспортными средствами или при покушениях.

– Мне тоже кажется странным это падение и последующий пожар, – согласился Павел. – Но у нас нет никаких зацепок. К тому же очень сложно работать в чужой стране, и эта работа не для молоденькой девушки. Если их кто-то убил, вы рискуете жизнью, а я – репутацией.

– Это у других нет зацепок, а у меня они есть! – возразила она. – Я каждый день много общалась с Олегом, и за день до катастрофы он сообщил, что отец встретился с замом бывшего мэра Москвы, который обещал устроить им экскурсию в старинный замок с настоящими приведениями. Из этой экскурсии они и не вернулись. Это зацепка?

– Пожалуй, – вынужден был согласиться Павел. – У мэра были два заместителя, остаётся выяснить, с кем из них встречались.

– Я уже выяснила. Это Фёдор Иванович Угрюмов. У Третьяковых нет близких родственников, но остались друзья. Я знаю жену одного из них. Она и сказала, что Виктор Николаевич был в хороших отношениях с Угрюмовым, а к Фрадкову, наоборот, чувствовал неприязнь. На запрос получила ответ, что никого из них сейчас нет в России. И ещё я знаю, что Третьяковы остановились в старом «Хилтоне» и в каком номере! Скачала и распечатала фотографии обоих замов, и есть фото семьи Олега. С этим уже можно работать?

– Давайте договоримся, что я попробую кое-что выяснить, а вы в это время, как примерная девочка, посидите в номере? Иначе я и сам не смогу работать, и вам не дам.

– Договорились, – согласилась Зоя. – Под нами вода. Это Ла-Манш?

– Ла Манш, – ответил он и невольно уже не в первый раз залюбовался девушкой.

В России много красивых женщин, потому что не так уж сложно собрать пятьдесят тысяч рублей на коррекцию внешности и просидеть два вечера в кабинете косметолога. Можно даже выпрямить кривые ноги, только это дороже и дольше. Эта красота была обманкой для мужчин, потому что не закреплялась в генах и не передавалась детям. А у Зои она была природная, да такая, что притягивала взгляды уже в её пятнадцать лет. В этой девушке не было изъянов, и для описания не годились слова. На неё хотелось смотреть, как на произведение искусства. Он и смотрел, решив для себя, что ни за что не позволит ей собой рисковать.

– Вариант с кладбищем ничего не дал, – сказал Николай. – Прах привезли работники консульства, они же всё оплатили. Из архивов полиции тоже не выудил ничего интересного. Узнал, что они поселились в триста двенадцатом номере старого «Хилтона», а машина упала за городской чертой. Один из работников отеля показал, что в номер к Третьяковым два вечера подряд приходил какой-то мужчина. Заходил вместе с Виктором, поэтому у него не проверили документы. Они даже составили фоторобот, но по полученной картинке можно опознать каждого третьего лондонца.

Он только что приехал в агентство и сразу же отчитался напарнику.

– Базы данных социальных служб тоже не дали ничего интересного, – отозвался работавший с коммом Сергей. – Объявления обработали и составили список медицинских центров. Всего полторы сотни потенциальных клиентов и тридцать два центра с нужными возможностями. Из них восемнадцать находятся в Лондоне и его окрестностях. Я попробовал забраться в их базы данных и получил по рукам. Хорошо, что работал с левым коммом, а то уже засветился бы.

– У меня появилась идея, – ухмыльнулся Николай. – Давай поженимся и дадим объявление на ребёнка? Для такой пары это естественное желание.

– Вообще-то, можно... – задумался Сергей, – только такие дети должны дорого стоить.

– Через несколько месяцев вся валюта превратится в мусор, вот пусть и отстегнут нам пару миллионов, которые всё равно сгорят в огне войны. Соваться самим в эти центры... Там должна быть такая служба безопасности, которая пустит нас на ремни. Сделать им гадость не так уж трудно, трудно разбираться с их делами. Вариант с клиентами неплох, но он может занять много времени.

– Я отправил запрос, – сказал Сергей. – Пока они решают, делать меня миллионером или нет, подумаем над тем, кто из нас будет предлагать руку и сердце, а кто – задницу.

– Вас можно поздравить, господа? – спросил президент США Артур Камбелл вошедших в его кабинет министра обороны Гарри Брауна и министра ВМС Льюиса Перри. – Садитесь и рассказывайте!

Министры сели в ближние к столу президента кресла, и Гарри Браун доложил о завершении работ по поиску в океане русских фугасов:

– Согласно агентурным данным по проекту «Волна» русские заминировали разлом Чарли-Гиббса двенадцатью термоядерными зарядами, мощностью по десять мегатонн каждый. Два дня назад вам докладывали, что найдены десять из них. Мы настроились на длительные поиски, но удалось закончить за сегодняшний день. Заряды будут разрушены перед ударом по территории России. Одновременно уничтожим семнадцать спутников, через которые, по нашим сведениям, могут управлять подрывом ядерных фугасов.

– Значит, можно начинать подготовку?

– Мы начали её два месяца назад, – сказал министр обороны. – Ракеты уже на базах, туда же перебрасываются самолёты. Осталось перевезти в Европу необходимое усиление сухопутных сил и двигать к границам России ударные соединения ВМС. Хотя я опять скажу, что против переброски наших войск. Вместо этого нужно заставить воевать европейцев. Уменьшим свои потери и не так сильно напугаем русских. Дополнительные силы можно отправить, когда Россия будет разбита. Русские ждут войны, поэтому мы можем встретить сильное противодействие. Может, их хоть немного успокоить дипломатическими мерами?

– Я свяжусь завтра с их президентом и предложу подписать договор о ненападении и сократить наши ядерные арсеналы, – согласился Камбелл. – Он, конечно, откажется и тем самым ещё раз покажет всему миру, кто противится разоружению и готовит новую войну. После нашего удара отпадёт необходимость в каких-либо ухищрениях, потому что Америка будет безраздельно править миром! Китайцы промолчат, а потом будут вынуждены принять наши предложения. Мир большой, его можно и поделить... на время.

Глава 3

Два дня в гостях у дяди тянулись долго. К лошадям его не подпустили, кузина оказалась до невозможности скучной особой, а нравоучения самого Гранта не вызывали ничего, кроме раздражения. Больше общался с отцом, но многое из того, что он рассказывал, было почему-то неприятно слушать. Вечером собирались вернуться в Лондон, а сейчас сидели в гостиной у телевизора и слушали новости. Это можно было делать и с помощью комма, но Оливера позвал дядя, и ему было неудобно отказать.

– Президент Соединенных Штатов в очередной раз обратился к господину Мурадову, чтобы предложить договор о ненападении и радикальное сокращение ядерных арсеналов, но получил отказ, – вещал с экрана комментатор BBC News. – Тем самым российский президент ещё раз подтвердил агрессивную сущность...

– Давно пора разделаться с этими русскими! – эмоционально отреагировала Элизабет. – Не понимаю, почему американцы так долго их терпят!

– А если они ударят в ответ? – спросил Оливер, у которой слова кузины вызвали очередной всплеск неприязни. – Надоело хорошо жить?

– У нас хорошая противоракетная оборона, – переглянувшись с отцом, сказал дядя вместо шокированной его высказыванием кузины. – Если бы русские хотели мира, с ними давно договорились бы, но они уже тридцать лет готовятся к войне, а в драке часто выигрывает тот, кто бьёт первым.

Отца кто-то вызвал по комму, прервав неприятный разговор. На развернувшемся голо-экране появился военный, рассмотреть которого мешала сидевшая между ними Элизабет.

– Привет, Джон! – поздоровался он, обвёл взглядом гостиную и добавил: – Добрый день, господа! Джон, вынужден огорчить, но тебя отзывают из отпуска. Завтра ты должен быть на базе. Я слышал, что у тебя прибавление в семье...

– Я позже перезвоню, – поспешно сказал отец и прервал связь. – Грант, придётся нам улететь сейчас. Если начали отзывать из отпусков, значит, всё начнётся раньше, чем я думал. Побеспокойся о том, чтобы собрать семью. Алекс не прилетит, но остальным лучше пересидеть в убежище. Я предупрежу Алис. Пойдём, сын!

Оливер сбегал за сумкой и поспешил сесть в машину. На этот раз Джон воспользовался картой, поэтому обратно летели выше и намного быстрее.

– Не забудь о карманных деньгах, – напомнил юноша, когда вышли из машины. – Улетишь на службу, а мне нечем будет расплачиваться с копами.

Он окончательно убедился в том, что ему врут о причинах потери памяти, был встревожен разговорами о войне с русскими и хотел получить в своё распоряжение хоть какие-то деньги.

– Уже сделал, – ответил отец. – У тебя на комме пять тысяч. Только вряд ли они понадобятся. Через несколько дней улетите в Сеймур-Хаус и будете жить там вместе с семьёй дяди. У него очень хорошее убежище.

Закончив разговор с сыном, Джон поднялся на второй этаж и направился к комнатам жены, но был вынужден задержаться из-за вызова.

– Привет! – поздоровался с ним Исаак. – Хотел позвонить вчера, но отец загрузил работой. У меня срочный и очень важный разговор, но говорить нужно лично. Не возражаешь, если я сейчас прилечу?

– Жду, – ответил Джон. – Встречать не буду, сам поднимайся в гостиную.

У него было минут десять до появления друга – достаточно времени, чтобы переговорить с Алис. Она смотрела какой-то сериал и была удивлена ранним возвращением мужа.

– Оторвись, – сказал он, сев на диван рядом с ней. – Меня отзывают. Передали, что завтра должен быть на базе. Не хотел тебе такое говорить, но, кажется, Оливер догадывается о том, что мы ему неродные. Я и раньше замечал его подозрительность и отстранённость, а тут ещё звонивший с базы Лэрд спросил о прибавлении в семье! Интересно, от кого об этом узнали?

– Я сказала только Джейн Кроссман, но она не будет болтать и никак не связана с твоими сослуживцами, – отозвалась взволнованная жена. – Может, это Сандра? Она странно себя ведёт после вашего отъезда. Ходит с мечтательным и глупым видом и отвечает невпопад. Сегодня опять куда-то улетела, и я за неё не платила.

– Попробую найти. – Джон соединился с коммом Сандры в режиме «инкогнито», но объектив был чем-то закрыт, и родители услышали стоны дочери и чьё-то сопение.

– Эта дура развлекается! – рассердилась Алис. – Надеюсь, что у неё хватило ума принять таблетки!

– Пусть лучше развлекается на стороне, чем в кровати Оливера. Через два дня созвонишься с Грантом, и переберётесь к нему. Вот-вот начнётся война, и я должен быть уверен в том, что с вами всё в порядке. Пойду говорить с Липманом, он уже должен был прилететь.

– У меня очень мало времени, – недовольно сказал встретивший его в гостиной Исаак. – Ты знаешь, что война начнётся через два месяца?

– Может, даже раньше, – ответил Джон. – Меня сегодня отозвали на службу.

– Я завтра отплываю в Африку. Мы построили в Судане два подземных города, в которых у семьи имеются убежища. Строили с большим запасом...

– Если хочешь нас пригласить, то это лишнее, – сказал Джон. – Я не могу бросить службу, а семья укроется у брата. Как я с ними соединюсь, если развалится мир, а они будут в Судане? Спасибо, но мы останемся. А тебе желаю добраться в ваш город и пережить то, что нас ждёт. Будет жаль, если больше не увидимся!

– Что-нибудь узнал? – спросила Зоя вошедшего в номер Павла.

После посещения кладбища они взяли два номера в том же отеле «Хилтон», в котором останавливались Третьяковы, и Меньшов уже два дня занимался поисками Угрюмова, а девушка, как и обещала, сидела в номере, выходя из него только в ресторан.

– Пока выяснил, что у них действительно был Угрюмов, – сев в кресло, ответил парень. – Вчера у меня было мало времени, а сегодня не прошло и полдня. Как ты думаешь, легко за это время найти человека в таком городе, как Лондон, если он этого не хочет? А он точно не хочет, потому что не отмечен ни в одной справочной службе. Если надоело сидеть в номере, можно на время отставить поиски и куда-нибудь съездить.

– Посмотрим, – недовольно сказала девушка. – Ты не голоден? А я проголодалась. Пойду пообедаю.

– Тогда составлю тебе компанию. Телохранитель я или погулять вышел?

Зое надоело подчёркнуто уважительное обращение Павла, и она при заселении в отель предложила перейти на ты и после этого вела себя с ним как с другом. Ну и он, когда они были вдвоём, относился к ней как к младшей сестре. Не очень обычные отношения для телохранителя и опекаемого им ВИП-клиента, но оба были довольны.

Они пришли в ресторан, сделали заказ и успели пообедать, когда подошёл незнакомый мужчина лет сорока и на чистом русском языке попросил разрешения присесть за их столик.

– Вы ведь дочь Алексея Николаевича? – спросил он, сев напротив Зои. – Я видел вас с ним два года назад, но не запомнил имени. – Я один из его постоянных клиентов Игорь Бодров. Увидел вас и решил оказать услугу. Я понимаю, что это против правил и может вызвать у вас подозрение, но нетрудно позвонить отцу.

– Как ваше отчество? – спросила она. – И скажите, о какого рода услуге вы говорили.

– Как и у вашего отца – Николаевич. А услуга... Я хорошо знаком с одним англичанином, который владеет большой усадьбой с очень старым замком. Замок настолько старый, что в нём водятся приведения. Не верите? И совершенно зря, потому что я видел их собственными глазами!

– А поблизости не было голо-проектора? – ехидно спросила Зоя. – Наверное, ваш знакомый так разыгрывает гостей.

– Не заметил, – улыбнулся Бодров. – А вам не всё равно? Огромная усадьба с парком и старинный замок с приведениями. Поверьте, что, когда вы в него войдёте, отпадёт всякое желание искать скрытую технику.

– И сколько стоит это удовольствие? Отец снабдил деньгами, но впереди месяц отдыха, так что я найду, на что их потратить.

– Какие деньги? – удивился он. – Это бесплатная услуга, а не коммерция.

– Если бесплатная, то можно слетать, – согласилась Зоя. – Когда это будет?

– Если вы ничего не запланировали на завтрашнее утро, можно в десять. До замка лететь минут пятнадцать, а время экскурсии будет зависеть от вас. Если понравится, можно там задержаться и пообедать.

Когда договорились, Бодров попрощался и вышел из ресторана. Пока не пришли в номер, не вели никаких разговоров. Закрыв за собой дверь, Павел приложил палец к губам и вынул из кармана пиджака несколько небольших цилиндров, которые разложил в разных местах спальни. Потом он немного повозился с коммом, и девушка почувствовала неприятное давление на уши.

– Теперь ничего не услышат, – сказал телохранитель. – Кажется, с тобой хотят провернуть такую же операцию, как и с твоим другом. Даже использовали тот же приём.

– Какую операцию? – не поняла Зоя. – Третьяковых убили из-за Виктора Николаевича, а кому нужна я? Всё очень похоже...

– Я тоже так думал, а теперь сомневаюсь. Разделаться с Третьяковым можно было и в России, и при этом необязательно убивать всю семью. В нашей паре я никому не нужен и, возможно, завтра буду убит. Но обставят так, чтобы не было никаких сомнений в том, что ты тоже мертва. После этого тебя можно будет использовать.

– В борделе? – испуганно спросила девушка. – Или разберут на органы?

– Меньше нужно смотреть западные фильмы, – нравоучительно сказал Павел. – В бордели сейчас не затаскивают, в них многие бегут наперегонки, а из желающих сдать органы в бедных странах выстраиваются очереди. А то, что нельзя продать, возьмут и так. Вот где взять такую умную, красивую и холёную девочку? А ведь найдётся много желающих выложить за неё большие деньги.Для этого тебе придётся кое-что подправить в голове. Запретят вспоминать прошлую жизнь и запишут нужное для продажи в семью клиента.

– Постой! – воскликнула Зоя и схватила его за руку. – Ты хочешь сказать, что то же самое проделали с Олегом?

– И с его сестрой. А машину сожгли, чтобы замести следы. Кто в нашем консульстве будет разбираться в останках, если хорошо горело?

– Мы должны их найти! Только ты завтра окажешься в опасности...

– Ничего, я всё-таки детектив, а не предприниматель. Плохо, что нет оружия, только шокер, но я что-нибудь придумаю.

– Не нужно ничего придумывать, – сказала Зоя, открыла сумку и вытащила из неё пистолет. – Я взяла один из отцовых. Есть ещё пачка патронов. Всё пластиковое, даже пули, поэтому не сработал контроль. Но на небольшом расстоянии...

– Сошла с ума? – Павел взял пистолет и проверил обойму. – Это боевое оружие, за ввоз которого тебе светит десять лет! И не помогли бы ни отец, ни твои пятнадцать лет!

– Но ведь пригодился же! Если ты боишься, я могу сама...

– И не мечтай: ты больше его не получишь. И завтра полетим только в том случае, если ты будешь беспрекословно слушаться!

В этот день не покидали отеля, а из номера вышли только для ужина. Когда вернулись, Павел ушёл к себе, запретив подопечной выходить или кому-либо открывать дверь. Утром позавтракали и стали ждать приезда Бодрова. Вчера Зоя позвонила отцу и показала тайком сделанную коммом фотографию Игоря Николаевича.

– Есть такой, – озабоченно сказал Вершинин. – Как подсказывает мой комм, он сейчас за границей. Но ты лучше держись от него подальше. Тот Игорь, которого я знаю, тебе не навредит, но сейчас нетрудно подделать не только документы, но и внешность. Зря я отпустил тебя в эту Англию, да ещё с одним Павлом. Где он?

– Уже поздно, поэтому он в своём номере, – ответила дочь. – А за меня можешь не волноваться: я не авантюристка и никому здесь не верю. Да и твой Павел не позволит ничего лишнего.

Бодров оказался пунктуален и позвонил ровно в десять:

– Здравствуйте, Зоя! Наверное, я не буду заходить в отель, а подожду вас перед входом. Не передумали? Тогда спускайтесь. На какой машине полетите, на моей или на своей?

– Полетим на своей, – ответила девушка. – Через несколько минут будем на стоянке. Вы можете передать код имения, а тот, кто прилетит первым, немного подождёт.

Лететь отдельно не получилось, потому что «форд» Бодрова следовал за ними как привязанный.

– В замок входить нельзя, – сказал Павел. – Там нас легко спеленают, и не поможет твоя пушка. Ударят чем-нибудь по голове или выстрелят шприцем. Тебе достанется снотворное, а для меня выберут что-нибудь посильнее, чтобы уже не проснулся. Подойдём, а потом ты сделаешь вид, что испугалась. Пойдём обратно к машине и посмотрим, как на это отреагируют. С такими лохами, как мы, не должны осторожничать.

– Мне не нужно делать вид, – отозвалась Зоя. – Я уже боюсь, но не отступлю! Сделаю всё, как ты сказал, только не нужно с ними деликатничать. Если на нас бросятся, вали всех на фиг!

– Вы не передумали насчёт торжественной регистрации? – недовольно спросил регистратор. – Вам пошли навстречу с положенным сроком...

– Мы за это хорошо заплатили, – возразил Сергей. – Обойдёмся без ритуала. Главное – результат! И, пожалуйста, побыстрее: мы спешим.

– Не всегда спешка идёт во благо! – назидательно сказала помощница регистратора. – У господина Сондера такое же мнение?

– У меня одно мнение с супругом! – с пафосом ответил Николай.

– Будете составлять имущественный договор или вас устроит стандартная форма?

– Устроит, – подтвердил Сергей.

Больше с ними не разговаривали и за полчаса оформили документы о супружестве. С объявлением на ребёнка пришлось провозиться. По Сети его не приняли, а когда соединились по комму с одной из контор, узнали причину отказа.

– Мы должны видеть семейную пару, – объяснил занимавшийся объявлениями чиновник. – Вас зарегистрируют и проверят, в том числе и платежеспособность. Не скажете, почему не хотите воспользоваться услугами социальных служб? Это быстрее и не нужно платить больших денег.

– Не напоминайте мне об их детях! – брезгливо ответил Сергей. – Мы с супругом выбираем лучшее!

С заявлением слетали в ту же контору, куда звонили, и говорили с тем же чиновником.

– Проверка прошла, – сказал он, посмотрев на свой комм. – Вы вполне добропорядочные граждане и в состоянии оплатить наши услуги, с чем я вас и поздравляю! Теперь поговорим о ребёнке. Кто вам нужен? Пол, возраст и другие пожелания, если они у вас есть.