Текст книги "Беседы с палачом. Казни, пытки и суровые наказания в Древнем Риме"
Автор книги: Геннадий Тираспольский
Жанр:
История
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 10 страниц)
Своё намерение Катон Младший всё же осуществил – и с редкостным мужеством: «…полагая, что все, которые находились у его дверей, заснули,[331]331
он
[Закрыть] поранил себя кинжалом под сердце. Когда выпали его внутренности и послышался какой-то стон, вбежали те, которые находились у его дверей; ещё целые внутренности Катона врачи опять сложили внутрь и сшили разорванные части. Он тотчас притворился ободрённым, упрекал себя за слабость удара, выразил благодарность спасшим его и сказал, что хочет спать. Они взяли с собой его кинжал и закрыли двери для его спокойствия. Он же, притворившись, будто спит, в молчании руками разорвал повязки и, вскрыв швы раны, как зверь, разбередил свою рану и живот, расширяя раны ногтями, роясь в них пальцами и разбрасывая внутренности, пока не умер. Было ему тогда около пятидесяти лет».[332]332
Аппиан Александрийский, с.421 (Гражд. войны II, 99)
[Закрыть]
§ 6. Казнь проскрибированных в виде упреждающего самоубийства
Психологически и технически близка к смягчённой. Особенный размах такая разновидность казни получила в период второго триумвирата (43–31 гг. до н. э.), заключённого между Октавианом Августом, Марком Антонием и Эмилием Лепидом. Чтобы покруче расправиться со своими политическими противниками и спешно завладеть их имуществом, триумвиры развязали неслыханный террор, составив проскрипции – списки лиц, объявленных вне закона (подробнее об этом см. главу 6-ю).
«Одни умирали, защищаясь от убийц, – рассказывал Аппиан, – другие не защищались, считая, что не подосланные убийцы являются виновными. Некоторые умерщвляли себя добровольным голоданием, прибегая к петле, бросаясь в воду, низвергаясь с крыш, кидаясь в огонь…».[333]333
Аппиан Александрийский, с.504 (Гражд. войны IV, 15)
[Закрыть]
§ 7. Психологическая казнь
Посредством психологической казни (damnatio memoriae = ignominia post mortem) подвергался забвению умерший римский император за свои недостойные деяния. Решение о такой каре принималось сенатом и предусматривало отмену законов и распоряжений императора, а также вычёркивание его имени из государственных документов.
Попутно производились и другие карательные действия. Так, после гибели императора Калигулы от рук заговорщиков некоторые сенаторы предлагали «истребить память о цезарях и разрушить их храмы»;[334]334
Светоний. Жизнь двенадцати цезарей, с.130 (IV Гай Калигула 60)
[Закрыть] память о погибшем вследствие заговора императоре Домициане искоренялась в частности тем, что сенаторы велели сорвать у себя на глазах со стен дворца заседаний императорские щиты и изображения, чтобы разбить их оземь.[335]335
Светоний. Жизнь двенадцати цезарей, с.222 (VIII Домициан 23)
[Закрыть] В переплавку шли статуи почивших опальных правителей,[336]336
Гаврилов, Гаспаров, Ковалёва, Петровский, Солопов, с.531, примеч. 82–83
[Закрыть] имена их выскабливались на чужих сооружениях.[337]337
Элий Лампридий. Коммод Антонин, с.79 (XVII, 6)
[Закрыть]
К чести римлян, в своей ненависти к покойникам они не опускались до осквернения их могил, что с лёгким сердцем учиняли варвары, ср.: «Народ,[338]338
жители города Эфес
[Закрыть] избавившись от страха перед олигархами, бросился убивать тех, кто привёл Мемнона, ограбил храм Артемиды, сбросил статую Филиппа,[339]339
II (Македонского)
[Закрыть] стоявшую в храме и разрыл на агоре[340]340
на рыночной площади
[Закрыть] могилу Геропифа, освободившего город».[341]341
Арриан, с.32 (17, 11)
[Закрыть] Чуждо было римлянам (а также грекам) и разграбление богатых захоронений. Вот что рассказывал о таком вандализме Арриан: «Огорчило его[342]342
Александра Македонского
[Закрыть] преступное отношение к могиле Кира, сына Камбиза.[343]343
имеется в виду Кир II Великий, или Старший, см. Стратановский, с.569; Гладкий, с.330
[Закрыть] Он нашёл могилу Кира разрытой и ограбленной… Находилась эта могила в Пасаргадах, в царском парке; вокруг росли разные деревья, протекала река, на лугу росла густая трава. Подземная часть могилы была сложена в форме четырёхугольника из четырёхфутовых камней; над ней было выстроено каменное крытое помещение. Внутрь вела дверца, настолько узкая, что и худой человек мог в неё едва-едва протиснуться. В помещении стояли золотой гроб, в котором был похоронен Кир, а кроме гроба – ложе. Ножки его были выкованы из золота, покрыто оно было вавилонским ковром, а застлано шкурами, окрашенными в пурпурный цвет. Лежали на нём царский плащ и прочие одежды вавилонской работы. Аристобул рассказывает, что были там и индийские шаровары, и плащи, тёмные, пурпурные и другие, браслеты, кинжалы, золотые серьги с камнями. Стоял также стол. На середине ложа стоял гроб с телом Кира. < … > Александр нашёл, что кроме гроба и ложа, всё вынесено. И к телу Кира отнеслись без уважения: крышка гроба была снята, труп выброшен. Чтобы легче было вынести гроб, пытались уменьшить его тяжесть: отрубали от него куски, сплющивали его. Дело, однако, не шло, и грабители ушли, оставив гроб».[344]344
Арриан, с.180 (4–9)
[Закрыть]
§ 8. Особые казни
I. Побитие (побивание) камнями (lapidatio) римским законодательством не предусмотрено и если производилось, то в качестве самосуда толпы. На это обращал внимание Цицерон (см., напр.[345]345
Цицерон. Речь в защиту Публия Сестия, с.114 (XV, 34)
[Закрыть]).
Побитие камнями известно с незапамятных времён. В Талмуде эта процедура описана так: «…осуждённого со связанными руками поднимали на возвышение, вдвое превышающее человеческий рост. С этого возвышения один из свидетелей сталкивает осуждённого. Если смерть сейчас[346]346
же
[Закрыть] не наступает, оба свидетеля поднимают камень, тяжесть которого под силу лишь двоим, и второй свидетель бросает его на осуждённого. Если и этот удар не причиняет смерти, остальные присутствующие бросают камни до наступления смерти».[347]347
Еврейская энциклопедия, с.503
[Закрыть] Как видим, такой способ побития камнями представлял собой дополнение к сбрасыванию с возвышенности, мало отличающемуся от уже рассмотренного римского сбрасывания с Тарпейской скалы. (Здесь всплывает вопрос о заимствовании способов казни одним народом у другого, выходящий, впрочем, за рамки нашей книги). По мнению некоторых специалистов, побитие камнями, в свою очередь, могло служить процедурой, предваряющей другую казнь, напр., сожжение.[348]348
Нюстрем, с.344
[Закрыть]
Небезынтересно, что в библейские времена побивали камнями и домашних животных: «Если вол забодает мужчину или женщину до смерти, то вола побить камнями, и мяса его не есть…» (Исход 21:27). Такая мера воздействия представляет собой, по-видимому, модификацию соответствующих Законов Хаммурапи,[349]349
Учение, с.300, примеч. 28–36
[Закрыть] а по своему содержанию связана с первоначальным отсутствием разграничения преступлений на умышленные и непреднамеренные.[350]350
Кистяковский, с.89–90
[Закрыть]
Побитие камнями людей в Древнем Риме, совершалось, однако, незатейливо, без описанных мудрёных церемоний. Вот что, например, рассказывал Аппиан о гибели народного трибуна Луция Апулея Сатурнина и его сторонников: «…народ…, разобрал черепицу с крыши здания и бросал её в сторонников Апулея до тех пор, пока не убил его самого, квестора, трибуна и претора…»[351]351
Аппиан Александрийский, с.327 (Гражд. войны I, 32)
[Закрыть] (см. также ниже).
По сообщению Плутарха, воины, верные императору Сулле, в лагере побили камнями прибывших туда посланцев враждовавшего с Суллой народного трибуна Публия Сульпиция Руфа[352]352
Плутарх, т. 2, с.166 (Сулла IX)
[Закрыть] (вероятно, это были камни для метания пращой, см.[353]353
Словарь античности, с.400
[Закрыть]). Камни полетели и в центуриона Нония, который на Марсовом поле своим начальственным ворчанием вызвал у солдат гнев.[354]354
Аппиан Александрийский, с.568 (Гражд. войны V, 16)
[Закрыть] Поневоле вспоминается:
Побитие камнями в Древнем Риме если и усложнялось, то лишь палочными ударами. Так были убиты, например, легат Альбион[356]356
Плутарх, т. 2, с.163 (Сулла VI)
[Закрыть] и, по свидетельству Флора, уже упоминавшийся народный трибун, вождь партии популяров Луций Апулей Сатурнин. Последнего, сверх того, умирающего растерзала толпа.[357]357
Флор, с.119 (Мятеж Апулея III, 7)
[Закрыть]
II. Отдача в актёры-смертники. У В.В.Маяковского в 3-м действии комедии «Баня» репортёр Моментальников угодливо декламирует главначпупсу Победоносикову:
Хлеба-зрелищ, как нетрудно догадаться, – слегка перифразированное общеизвестное латинское выражение Panem et circenses! («Хлéба и зрелищ!»). Этот возглас выражал главные требования безработного плебса в период Империи; требование подачек, вымогаемых у государства и богатых граждан. Нелишне отметить, что концентрация в Риме огромной деклассированной массы сыграла роковую роль в вырождении республиканского строя и гибели демократии.[359]359
Лившиц. Социально-политическая борьба в Риме, с.65
[Закрыть] Об этом не вредно напомнить иным нынешним правителям, сквозь пальцы взирающим на неслыханный имущественный перепад между горстой самодовольных толстосумов и бескрайним множеством отчаявшейся голытьбы.
Тот же возглас во второй своей части – эмблема духовной жизни древнеримского общества, падкого на зрелища, особенно те, которые вызывали острое наркотическое опьянение. На потеху публике в римских цирках разыгрывались людоедские представления, во всех подробностях воспроизводившие и смаковавшие страшные мифологические сюжеты, согласно которым, например, наказанный Зевсом Иксион вертелся на огненном колесе, привязанный к нему руками и ногами. Охотно разыгрывались исторические сюжеты, отмеченные крайней жестокостью и невыносимыми страданиями.
Актёрами в этих бесчеловечных спектаклях поневоле выступали приговорённых к смерти лица. «Некоторые из них выходили в великолепном платье, из которого вдруг показывалось пламя и сжигало их… Показывали Иксиона на колесе, Геракла, сжигающего себя на горе Этне, Муция Сцеволу, держащего руку на горящих угольях жаровни, разбойника Лавреола, распятого и растерзываемого зверями, Дедала, которого пожирал лев…».[360]360
Гиро, с.264
[Закрыть]
III. Экзотические казни:
1) перепиливание;
2) растерзание толпой;
3) разрывание тела;
4) затаптывание;
5) разбиение о стену;
6) умерщвление голодом;
7) растерзание хищными рыбами;
8) подвешивание на крюке;
9) растерзание собаками;
10) насильственное кровопускание;
11) умерщвление подстроенным кораблекрушением;
12) казнь под корзиной;
13) умерщвление банным паром и жарой:
14) Метеллова казнь;
15) умерщвление бессонницей;
16) казнь в мешке с ядовитыми змеями;
17) умерщвление под тяжестью статуй;
18) умерщвление под колёсами повозок.
1. Перепиливание. Восходит к незапамятным временам, ср.: «А народ, бывший в нём[361]361
в городе Равва
[Закрыть] он[362]362
царь Давид
[Закрыть] вывел, и положил их под пилы, под железные молотилки, под железные топоры, и бросил их в обжигательные печи» (2 Царств 12:31); «Были пророки побиваемы камнями, перепиливаемы, подвергаемы пытке…» (Евреям 12:37).
В Древнем Риме эта ужасающая расправа приглянулась, в частности, люто охочему до злодеяний Калигуле. «Многих граждан из первых сословий, – сетует Светоний, – он, заклеймив раскалённым железом, сослал на рудничные или дорожные работы, или бросил диким зверям, или самих, как зверей, посадил на четвереньки в клетках, или перепилил пополам пилой…».[363]363
Светоний. Жизнь двенадцати цезарей, с.118 (IV Гай Калигула 27, 3)
[Закрыть]
2. Растерзание толпой. Подобно побитию камнями, производилось стихийно. Так был казнён привлечённый к суду народный трибун Публий Фурий. По рассказу Аппиана, «народ, не выслушав его оправдания, растерзал его».[364]364
Аппиан Александрийский, с.328 (Гражд. войны, I, 33)
[Закрыть]
Жертвами озверевшей толпы порой становились невинные люди. Так, после гибели Юлия Цезаря от рук заговорщиков, один из его друзей, народный трибун Гай Гельвий Цинна, пришёл поклониться телу погибшего. «Кто-то из толпы, увидев его, назвал другому, – спросившему, кто это, – его имя; тот передал третьему, и тотчас же распространился слух, что это один из убийц Цезаря. Среди заговорщиков действительно был некий Цинна[365]365
Луций Корнелий Цинна
[Закрыть] – тёзка этому. Решив, что он и есть тот человек, толпа кинулась на Цинну и тотчас разорвала несчастного на глазах у всех».[366]366
Плутарх, т. 2, с.658 (Цезарь LXVIII)
[Закрыть]
Более подробное описание подобной казни находим у Светония, повествующего о последних минутах жизни императора Вителлия, который прославился своей лютой жестокостью. Солдаты, ворвавшиеся в императорские покои, «связав ему руки за спиною, с петлей на шее, в разорванной одежде, полуголого, его поволокли на форум. По всей Священной дороге народ осыпáл его издевательствами, не жалел ни слова, ни дела: за волосы ему оттянули голову назад, как всем преступникам, под подбородок подставили остриё меча, чтобы он не мог опустить лицо и всем было его видно, одни швыряли в него грязью и навозом, другие обзывали обжорой и поджигателем, третьи в толпе хулили в нём даже его телесные недостатки. < … > Наконец, в Гемониях его истерзали и прикончили мелкими ударами, а оттуда крюком сволокли в Тибр».[367]367
Светоний. Жизнь двенадцати цезарей, с.196 (VII Вителлий 17, 2)
[Закрыть]
Иногда растерзание толпой подстрекалось со стороны заинтересованного лица. «Замыслив разорвать на части одного сенатора, – рассказывал тот же Светоний, – он[368]368
император Калигула
[Закрыть] подкупил несколько человек напасть на него при входе в курию с криками “Враг отечества!”, пронзить его грифелями[369]369
металлическими или костяными палочками с острым концом для письма по воску
[Закрыть] и бросить на растерзание остальным сенаторам; и он насытился только тогда, когда увидел, как члены и внутренности убитого проволокли по улицам и свалили грудою перед ним».[370]370
Светоний. Жизнь двенадцати цезарей, с.118 (IV Гай Калигула 28)
[Закрыть]
3. Разрывание тела, согласно Ливию, было применено римлянами лишь однажды, при расправе царя Тулла Гостилия над своим противником Меттием Фуфетием: «…подали две четверни,[371]371
лошадей
[Закрыть] и царь приказал привязать Меттия к колесницам, потом пущенные в противоположные стороны кони рванули и, разодрав тело надвое, поволокли за собой прикрученные верёвками члены».[372]372
Ливий, т. 1, с.41 (I, 28, 10)
[Закрыть] При такой казни, уточняет А.П.Лаврин, тело привязывали за ноги.[373]373
Лаврин, с.141
[Закрыть]
Упомянутая расправа своей необычностью настолько поразила воображение даже видавших виды суровых римлян, что удостоилась упоминания в «Скорбных элегиях» Овидия (книга 1-я, элегия 3-я, стихи 75–76, см.[374]374
Овидий, с.383
[Закрыть]).
Попутно отметим, что у греков разрывание тела – также редкая казнь, ср.: «Два прямых дерева были согнуты и соединены вершинами, к вершинам привязали Бесса,[375]375
вероломно убившего царя Дария
[Закрыть] а затем деревья отпустили, и, с силою распрямившись, они разорвали его».[376]376
Плутарх, т. 2, с.571–572 (Александр XLIII)
[Закрыть]
В явно поддельной книге «Властелины Рима» сообщается, что такой же казни в эпоху Империи был однажды подвергнут древнеримский воин, совершивший прелюбодеяние с женой своего начальника.[377]377
Флавий Вописк Сиракузянин. Божественный Аврелиан, с.269 (VII, 4)
[Закрыть] По мнению комментаторов книги, «эта казнь вымышлена автором по мифическим образцам».[378]378
Никитский, Любжин, с.473, примеч. 20
[Закрыть] Однако едва ли возможно на сей счёт сказать что-либо определённое.
4. Затаптывание в обследованных источникахтакже упомянуто лишь однажды. Как рассказывал Аппиан, приговорённые к казни диктатором Суллой сенаторы и всадники «погибали там, где их настигли, – в домах, закоулках, храмах; некоторые в страхе бросались к Сулле, и их избивали до смерти у ног его, других оттаскивали от него и топтали».[379]379
Аппиан Александрийский, с.358 (Гражд. войны I, 95)
[Закрыть]
5. Разбиение о стену упомянуто Светонием при описании смерти императора Калигулы: «Вместе с ним погибли и жена его Цезония, зарубленная центурионом, и дочь, которую разбили об стену».[380]380
Светоний. Жизнь двенадцати цезарей, с.130 (IV Гай Калигула 59)
[Закрыть]
По-видимому, малолетнего ребёнка палач бил головой о стену, крепко ухватив беззащитное существо за ножки. «Ужасный век, ужасные сердца!» – как тут горестно не воскликнуть вслед за поэтом.[381]381
Пушкин. Скупой рыцарь, с.320
[Закрыть]
6. Умерщвление голодом применялось как по отношению к внешним, так и внутренним врагам Древнего Рима.
Описание казни одного внешнего супостата находим у Плутарха: «После триумфа его[382]382
царя североафриканского племени нумидийцев Югурту
[Закрыть] отвели в тюрьму, где одни стражники сорвали с него одежду, другие, спеша завладеть золотыми серьгами, разодрали ему мочки ушей, после чего его голым бросили в яму, и он, полный страха, но насмешливо улыбаясь, сказал: “О Геракл, какая холодная у вас баня!”. Шесть дней боролся он с голодом и до последнего часа цеплялся за жизнь…».[383]383
Плутарх, т. 2, с.95 (Гай Марий XII)
[Закрыть]
«Гай Папий взял[384]384
город
[Закрыть] Нолу благодаря измене и объявил двум тысячам римлян, находившимся в ней: если они перейдут на его сторону, он примет их в своё войско, – рассказывал о событиях древнеримской гражданской войны Аппиан. – Они перешли и служили под начальством Папия. Командиры их, не подчинившиеся приказанию, взяты были в плен, и Папий уморил их голодом».[385]385
Аппиан Александрийский, с.332 (Гражд. войны I, 41)
[Закрыть]
У политических врагов голодные муки и корчи были ничуть не меньше, чем у военных. Как рассказывал Тацит, после расправы императора Тиберия над Гаем Азинием Галлом «умерщвляется[386]386
внук императора
[Закрыть] Друз, который поддерживал себя жалкой пищей, поедая набивку своего тюфяка…».[387]387
Тацит, с.211 (Анналы VI, 23)
[Закрыть] К истязанию голодом несчастного внука, тщетно молящего хоть о какой-нибудь пище для поддержания жизни, по распоряжению заботливого дедушки были добавлены обжигающие удары плетью центуриона и пинки рабов, которыми щедро осыпали умирающего[388]388
Тацит, с.212 (Анналы VI, 24)
[Закрыть] (ср. доброжелательную оценку личности и деятельности Тиберия[389]389
Межерицкий, с.50–53
[Закрыть]).
Успешно истреблялся голодом и докучливый классовый враг. «Оказавшись не силах прорваться,[390]390
через вражеские заслоны
[Закрыть] он[391]391
Луций
[Закрыть] вновь бежал в Перузию; подсчитав, сколько осталось продовольствия, Луций запретил давать его рабам и велел следить, чтобы они не убегали из города и не дали бы знать врагам о тяжёлом положении осаждённых. Рабы толпами бродили в самом городе и у городской стены, падая от голода на землю, питаясь травой или зелёной листвой; умерших Луций велел зарывать в продолговатых ямах…».[392]392
Аппиан Александрийский, с.577 (Гражд. войны V, 35)
[Закрыть]
По словам Флора, консул Марк Перперна, подавив одно из выступлений мятежных рабов, «заморил их голодом…».[393]393
Флор, с.123 (Рабская война III, 7)
[Закрыть]
7. Растерзание хищными рыбами. Вольноотпущенник Ведий Поллион, ставший римским всадником и другом Октавиана Августа, бросал провинившихся рабов в пруд на съедение муренам, наблюдая, как свирепые хищники разрывают живых людей на куски.[394]394
Сергеенко. Жизнь Древнего Рима, с.267
[Закрыть]
Напомним, что змеевидная мурена достигает длины до трёх метров, а её мощные зубы иногда настолько велики, что мешают ей полностью закрыть пасть. Этих чудищ разводили в городских прудах из-за их мяса, которое, как видно из сочинений Марциала и Горация, было лакомым яством римлян (см.,[395]395
Марциал, с.65, эпиграмма 37; с.263, эпиграмма 30
[Закрыть] .[396]396
Гораций, с.278 (сатиры II, 8)
[Закрыть]
8. Подвешивание на крюке бегло упомянуто в комедии Плавта «Раб-обманщик» («Pseudolus»), когда сутенёр Баллион, давая проститутке Эсхродоре поручение усердно обслужить мясников, угрожает ей: «Если нынче не наполню я мясными тушами / Трёх больших крюков, то завтра надену я тебя на крюк…».[397]397
Плавт, 1933, с.493
[Закрыть]
О том, что это не пустая угроза, свидетельствует упоминание о такой же казни у Ювенала:
9. Растерзание собаками. Как глумливая расправа, наряду с сожжением в качестве ночных осветительных факелов (см. выше), применялось императором Нероном по отношению к гонимым в то время христианам, которых «облачали в шкуры диких зверей, дабы они были растерзанынасмерть собаками»[399]399
Тацит, с.388 (Анналы XV, 44)
[Закрыть] (подробнее о гонениях на христиан со стороны римских императоров см.,[400]400
Гиббон, т. 2, с.102–111
[Закрыть][401]401
Тальберг, с.24–29
[Закрыть]).
10. Насильственное кровопускание. При помощи такой казни была умерщвлена Октавия Клавдия, жена Нерона. Последний, воспылав страстью к уже дважды побывавшей замужем Поппее Сабине (Младшей), сослал Октавию, не достигшую двадцатилетнего возраста, на остров Пандатерию. «Пошло немного дней, и ей объявляют, что она должна умереть…Её связывают и вскрывают ей вены на руках и ногах; но так как стеснённая страхом кровь вытекала из надрезанных мест слишком медленно, смерть ускоряют паром в жарко натопленной бане. К этому злодеянию была добавлена ещё более отвратительная свирепость: отрезанную и доставленную в Рим голову Октавии показали Поппее».[402]402
Тацит, с.363 (Анналы XIV, 64)
[Закрыть]
Однако для Поппеи сия эпопея закончилась не менее плачевно. Её, больную и беременную, ударом ноги в живот прикончил тот же Нерон, которого она опрометчиво осыпала упрёками за то, что он слишком поздно вернулся со скачек.[403]403
Светоний. Жизнь двенадцати цезарей, с.165 (VI Нерон 35, 3)
[Закрыть] Экий, однако, футболист…
К чести мыслящих римлян, они выказывали к Нерону (баловавшемуся не только футзалом, но и стишками) крайнее презрение. Вот что сообщал Светоний о древнеримском поэте Марке Аннее Лукане, авторе поэмы «Фарсалия»: «Однажды в общественном отхожем месте, испустив ветры с громким звуком, он произнёс полустишие Нерона
Словно бы гром прогремел над землёй… —
вызвав великое смятение и бегство всех сидевших поблизости».[404]404
Светоний. О знаменитых людях, с.236 (Жизнеописание Лукана)
[Закрыть] В свете этого сообщения (если и недостоверного, то колоритно рисующего оппозиционность Лукана правящему режиму) по меньшей мере спорным представляется изображение поэта в историческом романе Генрика Сенкевича «Quo vadis», где Лукан выведен как трусливый подхалим, горький пьяница и дряхлеющий фигляр (см..[405]405
Сенкевич, с.57–60 (глава 7)
[Закрыть]
Возвращаясь к казням, отметим, что насильственное кровопускание применялось не только к женщинам. Так, по приказу временно захватившего власть в городе Риме полководца Марка Лициния Муциана был взят под стражу Кальпурний Пизон Галериан и отвезён за город, где «ему перерезали вены, и он умер от потери крови».[406]406
Тацит, с.694 (История IV, 11)
[Закрыть] А всё потому, что знатный и молодой Кальпурний пользовался почётом простонародья и кто-то распустил бессмысленный слух, что он может стать принцепсом.
11. Умерщвление подстроенным кораблекрушением. Такая участь была уготована своевольной Агриппине (Младшей) её сыном, тем же доблестным брюхоборцем Нероном. Как рассказывал Тацит, «вольноотпущенник Аникет, префект мизенского флота и воспитатель Нерона в годы её отрочества, ненавидевший Агриппину и ненавидимый ею, изложил придуманный им хитроумный замысел. Он заявил, что может устроить на корабле особое приспособление, чтобы, выйдя в море, он распался на части и потопил ни о чём не подозревающую Агриппину…».[407]407
Тацит, с.328 (Анналы IV, 3)
[Закрыть]
12. Казнь под корзиной. Как сообщал Ливий, оклеветанного римлянинаТурна Гердония, который ожесточённо обвинял последнего римского царя Тарквиния Гордого в узурпации власти, заковали в цепи, а затем, не дав ему слова для оправдания, «погрузили в воду Ферентинского источника и утопили, накрыв корзиной и завалив камнями».[408]408
Ливий, т. 1, с.65 (I, 51, 9)
[Закрыть]
Такую казнь можно было бы посчитать разновидностью утопления, если бы в другом месте Ливий, повествуя о необузданной жестокости военного трибуна Марка Постумия Регилльского, проявленной им при подавлении мятежа римских воинов, не упомянул казнь под корзиной, которая применялась, судя по всему, на суше: «Вызванный для подавления мятежа Постумий ещё более ожесточил всех безжалостными пытками и жестокими наказаниями. В конце концов злоба его превзошла всякую меру, и, когда на вопли тех, кого было приказано казнить “под корзиной”, сбежалась толпа, он, безрассудно оставив своё судилище, ринулся и на тех, кто мешал исполнению приговора. Но когда ликторы и центурионы стали разгонять толпу, взрыв возмущения был такой, что военного трибуна побили камнями его собственные воины».[409]409
Ливий, т.1, с.269 (IV, 50, 4–5)
[Закрыть]
13. Умерщвление банным паром и жарой. Ливий рассказывал озлодеяниях кампанцев, отложившихся от Рима и переметнувшихся к Ганнибалу: «…префектов[410]410
командиров
[Закрыть] союзных войск, как и всех римских граждан – одни были заняты военной службой, другие частными делами, – чернь захватила и будто бы для охраны заперла в бане, где от жары и пара нечем было дышать; все они умерли мучительной смертью.[411]411
Ливий, т. 2, с.37 (XXIII, 7, 3)
[Закрыть]
14. Метеллова казнь. Квинт Цецилий Метелл Нумидийский[412]412
Балахванцев, с.666, примеч. 5
[Закрыть] с перебежчиками, фракийцами и лигурами расправился так: «…у одних он отрубил руки, других же закопал в землю до живота и, велев поражать стелами и дротиками, сжёг их живыми»[413]413
Аппиан Александрийский, с.180 (О событиях в Нумидии III)
[Закрыть] (см. также.[414]414
Горенштейн. Комментарии, с.196, примеч. 202
[Закрыть]
15. Умерщвление бессонницей. Вот что рассказывал Плутарх о казни захваченного в римский плен царя Македонии Персея: «…по некоторым сведениям, он окончил жизнь странным и необычным образом. Воины, его караулившие, по какой-то причине невзлюбили Персея и, не находя иного способа ему досадить, не давали узнику спать: они зорко следили за ним, стоило ему забыться хотя бы на миг, как его тотчас будили и с помощью всевозможнейших хитростей и выдумок заставляли бодрствовать, пока, изнурённый вконец, он не испустил дух».[415]415
Плутарх, т. 1, с.459 (Эмилий Павел XXXVII)
[Закрыть]
16. Казнь в мешке с ядовитыми змеями. После расправы над Тиберием Гракхом настал черёд и его друзей. Одного из них, Гая Биллия, «посадили в мешок, бросили туда же ядовитых змей и так замучили».[416]416
Плутарх, т. 3, с.169 (Тиберий Гракх XX)
[Закрыть]
17. Умерщвление под тяжестью статуй. Как только после измены преторианской гвардии и осуждения сенатом император Нерон покончил с собой, толпа в мстительной ярости накинулась на его сторонников и любимчиков. «Гладиатора Спикула бросили под статуи Нерона, которые волокли через форум, и он был раздавлен…».[417]417
Плутарх, т. 3, с.559 (Гальба VIII)
[Закрыть]
18. Умерщвление под колёсами повозок. По прихоти той же обезумевшей толпы «Апония, одного из доносчиков, швырнули на землю и переехали повозками, на которые грузят камень…».[418]418
Плутарх, т. 3, с.559 (Гальба VIII)
[Закрыть]
IV. Казни как продолжение и завершение истязаний (засечение розгами и плетьми, забивание насмерть палками, плетьми, цепями). Мы не станем рассматривать каждую из перечисленных разновидностей отдельно, поскольку в техническом отношении они друг от друга почти не отличаются.
В качестве примера приведём два характерных эпизода. Как рассказывал Цицерон, по приказу наместника Сицилии Гая Корнелия Верреса его тёзку, римского гражданина Гая Сервилия «обступило шестеро дюжих ликторов,[419]419
телохранителей наместника
[Закрыть] очень опытных по части избиений и порки; они стали жестоко сечь его розгами; под конец, Секстий, первый ликтор…, начал, повернув розгу толстым концом, жестоко бить этого несчастного по глазам. И вот Сервилий, когда кровь залила ему лицо и глаза, рухнул на землю, но они продолжали избивать лежачего… После такой расправы Сервилия унесли замертво, и он вскоре умер…».[420]420
Цицерон. Речь против Гая Верреса. «О казнях», с.152 (LIV, 142)
[Закрыть]
А вот что сообщал Светоний: «Надсмотрщика над гладиаторскими битвами и травлями он[421]421
император Калигула
[Закрыть] велел несколько дней подряд бить цепями у себя на глазах и умертвил не раньше, чем почувствовал вонь гниющего мозга».[422]422
Светоний. Жизнь двенадцати цезарей, с.118 (IV Гай Калигула 27, 4)
[Закрыть]
V. Децимáция (decimatio) – казнь каждого десятого солдата. Применялась обычно к воинам, проявившим в бою малодушие.
Например, после того как под натиском восставших рабов-спартаковцев бежали, побросав оружие, легионеры, которыми командовал легат Муммий, такую казнь применил уже упоминавшийся свирепый Марк Лициний Красс. «Отобрав… пятьсот человек, зачинщиков бегства, и разделив их на пятьдесят десятков, он приказал предать смерти из каждого десятка по одному человеку – на кого укажет жребий…; этот вид казни сопряжён с позором и сопровождается жуткими и мрачными обрядами, совершающимися у всех на глазах».[423]423
Плутарх, т. 2, с.322 (Красс X)
[Закрыть] По словам Аппиана, в ходе упомянутых децимаций было казнено около 4000 человек. «Но как бы там ни было, – с черноватой иронией добавляет историк, – Красс оказался для своих солдат страшнее победивших их врагов».[424]424
Аппиан Александрийский, с.371 (Гражд. войны I, 118)
[Закрыть] Эту фразу с гениальным простодушием перетолковал Э.Гиббон: «В римской дисциплине считалось неизменным правилом, что хороший солдат должен бояться своих командиров гораздо более, нежели неприятеля».[425]425
Гиббон, т. 1, с.75
[Закрыть]
По свидетельству Тацита, при одной из децимаций воинов насмерть забивали палками. Историк вместе с тем подчёркивает, что во времена императора Тиберия децимации были уже крайне редким старинным наказанием.[426]426
Тацит, с.114 (Анналы III, 21)
[Закрыть]
У Полибия находим более подробное описание расправы над нерадивыми воинами: «Наказание это производится приблизительно так: трибун[427]427
командир
[Закрыть] берёт палку и ею как бы только касается осуждённого; вслед за сим все легионеры бьют его палками и камнями. Наказуемых забивают большею частью до смерти тут же, в самом лагере, а если кто-нибудь и выходит ещё живым, то не на радость себе. Да и какая ему радость, если возврат на родину ему не дозволен, и никто из родственников не осмелится принять такого человека к себе в дом. Поэтому раз постигло кого подобное несчастие, он погиб бесповоротно».[428]428
Полибий, т. 2, с.27 (VI, 27, 2–5)
[Закрыть]
VI. Ритуальные казни. Представляли собой человеческие жертвоприношения, совершавшиеся согласно древнеримской религиозной обрядности и религиозным представлениям.
Принесение людей в жертву богам обычно расценивалось древними римлянами как варварский обычай старины. В трудах римских историков не раз высказывается осуждение такого ритуала, совершавшегося современными им отсталыми племенами или соседними народами. Да и другие варварские повадки такого рода сурово порицаются римскими историками, ср.: «После Македонии – такова была воля богов – против нас восстали фракийцы… < … > И не было в то время ничего более жестокого, чем их обращение с пленниками: они совершали возлияния богам человеческой кровью, пили из человеческих черепов и делали для себя забаву из смерти пленников, сжигая их и удушая дымом; а также пытками исторгали плоды из чрева беременных матерей».[429]429
Флор, с.100–101 (Фракийск. война III, 1–2)
[Закрыть] Жертвенное умерщвление варварами трёх мальчиков и стольких же девочек, наряду, между прочим, с тремя чёрными баранами, с нескрываемой брезгливостью упоминается Аррианом.[430]430
Арриан, с.19 (5, 7)
[Закрыть]
Однако в некоторых случаях и сами римляне прибегали к ритуальному закланию людей.
Так, по рассказу Ливия, римляне, охваченные ужасом от победоносного шествия полчищ Ганнибала, «послали в Дельфы спросить оракула, какими молитвами и жертвами умилостивить богов и когда придёт конец таким бедствиям; пока что, повинуясь указаниям[431]431
Сивиллиных
[Закрыть] Книг, принесли необычные жертвы; между прочими галла и его соплеменницу, грека и гречанку закопали живыми на Бычьем рынке, в месте, огороженном камнями; здесь и прежде уже совершались человеческие жертвоприношения, совершенно чуждые римским священнодействиям».[432]432
Ливий, т. 2, с.124 (XXII, 57, 6)
[Закрыть] Достоверность этого сообщения подтверждается свидетельствами Плиния Старшего и Орозия.[433]433
Смирин, Чистяков, Михайловский, с.711, примеч. 231
[Закрыть]
У того же Ливия находим жутковатый рассказ о буйных игрищах и человеческих жертвоприношениях секты поклонников Вакха: «С тех пор как состав вакхантов стал смешанным,[434]434
т. е. женским и мужским
[Закрыть] а к смешению полов прибавилась и разнузданность ночных оргий, там уже нет недостатка ни в каких пороках и гнусностях. Больше мерзостей творят мужчины с мужчинами, нежели с женщинами. Тех, кто противится насилию или уклоняется от насилия над другими, закалают как жертвенных животных. < … > Про тех, кого привязав к театральной машине, сбросили в подземные бездны, они говорят, что те взяты богами. Этими жертвами становятся те, кто отказался или вступить в их сообщество, или участвовать в преступлениях, или подвергаться насилию».[435]435
Ливий, т. 3, с.291 (XXXIX, 13, 10–13)
[Закрыть]
В свете этих показаний едва ли выдумкой является сообщение о том, что римский император Гелиогабал (Элагабал) приносил человеческие жертвы, «выбирая для этого по всей Италии знатных и красивых мальчиков, у которых были живы отец и мать, – …для того чтобы усилить скорбь обоих родителей».[436]436
Элий Лампридий. Антонин Гелиогабал, с.137 (VIII, 1)
[Закрыть]
Разновидностью ритуальных казней было и намеренное, обставленное особыми церемониями умерщвление уродливых младенцев. Рождение таких детей считалось у римлян зловещим знамением .[437]437
Сергеенко. Жизнь Древнего Рима, с.312, примеч. 1
[Закрыть]
Ливий рассказывал: «…родился ребёнок ростом с четырёхлетнего, но удивительна была не его величина, а то, что…нельзя было определить, мальчик это или девочка. Гаруспики,[438]438
жрецы, гадавшие по внутренностям животных
[Закрыть] вызванные из Этрурии, сказали, что это гнусное и мерзкое чудище: его надо удалить из Римской области и, не давая ему касаться земли, утопить в морской бездне. Его положили живым в сундук, уплыли далеко в море и бросили в воду. Понтифики распорядились, чтобы девушки – три группы по девять человек – обошли город с пением гимна».[439]439
Ливий, т. 2, с.379–380 (XXVII, 37, 5–7)
[Закрыть]
Позднее, когда снова родился подобный ребёнок, «отыскали и ещё одного двуполого, дожившего уже до шестнадцати лет».[440]440
Ливий, т. 2, с.553 (XXXI, 12, 6
[Закрыть] С этими субчиками расправились так же, как и с прежними. И, разумеется, «обошли город с пением гимна».
Вот и верь после этого пословице «Не родись красивой…».
Не в оправдание римлянам, а для прояснения исторической ретроспективы упомянем, что у соседних с римлянами греков в минойскую эпоху детишек (неизвестно, уродливых или, наоборот – самых красивых или обычных) взрослые дяди и тёти раздирали и пожирали. Свидетельство этого – найденное при раскопках города Кносса подземное помещение с множеством больших сосудов, заполненных расчленёнными частями преимущественно детских скелетиков со следами скобления и зарубками на некоторых костях.[441]441
Немировский. История древнего мира, ч. 1, с.55
[Закрыть]
