Текст книги "Измена. Не удобная жена (СИ)"

Автор книги: Галина Милоградская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 15 страниц)

Галина Милоградская
Измена. Не удобная жена

Глава 1

Виолетта

Уже семь, сколько можно собираться?! Новый взгляд на часы, новый раздражённый выдох. Достал. Ну, серьёзно, это уже даже не смешно, я давно оделась, а Костя никак не может из дома выйти! Успела пересчитать все гортензии на кусте у беседки, подумала, какие указания дать садовнику, прошлась по списку задач на понедельник, а он до сих пор не вышел.

– Прости, рабочие моменты, – появляется, наконец. Никогда не умела долго на него злиться, особенно, когда так обаятельно и виновато улыбается. Этот раз исключением не стал: раздражение моментально улеглось, хочется улыбнуться в ответ.

– Когда-нибудь я выскажу Андрею всё, что думаю о звонках в не рабочее время, – ворчу, подставляя губы для поцелуя.

– Ты же понимаешь, у меня не бывает выходных, на связи двадцать четыре на семь, – отвечает Костя, звонко чмокнув.

– Иногда ненавижу твою работу, – трусь носом о нос.

– Знаю, я тоже, – шепчет он и сплетает наши пальцы. – Идём, и так уже опаздываем.

– И кто же в этом виноват? – шутливо пихаю его локтем в бок. Костя демонстративно охает и подмигивает.

Кумовья на соседней улице нашего закрытого посёлка, пять минут неторопливым шагом, поэтому опаздывать особенно обидно. Впереди уже виднеется крыша их дома, когда у мужа снова звонит телефон.

– Только посмей!.. – начинаю угрожающе, когда он достаёт трубку из кармана.

– Это снова Андрей, – он показывает экран, с которого белозубо улыбается главный виновник наших ссор. – Надо ответить. Ты иди, я догоню.

Как же это достало! Когда Костя с Андреем открывали логистическую фирму, загруженность была в разы меньше, но, чем больше развивался бизнес, тем меньше я стала видеть мужа дома. Вроде надо радоваться: за три года мы переехали в новый дом в Подмосковном коттеджном посёлке, наконец появилась возможность прилично отдыхать, у дочек есть всё, что попросят, а моя зарплата уходит исключительно на мои хотелки, но мужа стало категорически не хватать. Сколько раз засыпала без него? Сколько выходных провели без папы? Всё чаще начала задумываться: стоят ли деньги постоянного отсутствия Кости?

Мы поженились пятнадцать лет назад, сейчас старшей дочке тринадцать, младшей – одиннадцать. Оглянуться не успеем, как они вырастут и выпорхнут из гнезда, и, когда этот момент настанет, хотелось бы видеть любимого мужа, а не его затылок рядом. Скоро отпуск только вдвоём, потом мой юбилей, вот тогда и начну плавно подводить к тому, что надо учиться делегировать полномочия, а не тащить всё на себе.

– Привет! – кричит Таня, едва заметив меня. Стас пляшет над мангалом, переворачивая шампура. – А Костю где потеряла?

– Там же, где и всегда. Работу работает, – не могу удержаться от вздоха. Беру предложенный нож и начинаю резать овощи на салат.

– Лучше так, чем искать себя на диване, – возвращает вздох подруга. Она знает, о чём говорит: Стас два года сидел без работы, искал себя. Догнал кризис среднего возраста, решил всё бросить, и Таня на себе тащила семью с двумя детьми, один из которых – муж. Пока вопрос о разводе ребром не поставила, он не нашёл работу.

– Костя бы так не смог. У него же вечно мотор работает, не усидеть на месте.

Смотрю на мужа, который только что зашёл. Что бы ни говорила, горжусь им невероятно. Всего сам добился, без помощи. Прогрызал путь наверх, при этом делал всё, чтобы семья была обеспечена. Когда я в декрете шесть лет сидела и одновременно училась, с дочками постоянно помогал. Поддержал, когда на работу пошла, больничные брал, чтобы меня не уволили. И теперь горит своим делом, я просто не имею права осуждать.

– У меня уши горят. Обсуждаете? – обнимает одной рукой, подмигивает Тане.

– Иди лучше Стасу помоги, – она напускает строгий вид. – А у нас тут девичьи разговоры.

– Знаю я ваши разговоры, только бы кости мужьям перемыть. – Костя целует в щёку, шепчет: – Ты же знаешь, что у меня всё равно больше.

– Иди уже, гигант! – подталкиваю, качаю головой. Интересно, когда-нибудь мальчики устанут письками меряться?

– У нас секса уже две недели не было, – вдруг вздыхает Таня. – Как думаешь, у Стаса кто-то появился?

С сомнением взглянула на её мужа. Большего домоседа ещё поискать надо, а как он на Таню смотрит!

– Ну, нет. Точно нет. Он до сих пор от тебя без ума, может, приболел? К врачу отправь, если проблема появилась.

– Не то, чтобы большая проблема, – тянет она с сомнением. – Просто он в последнее время раздражительный стал, и телефон от меня вечно прячет. Говорит, что ничего важного, но тогда зачем пароль поставил?

У нас паролей на телефоне нет, как у меня никогда не возникало мысли залезть в телефон Кости и что-то там искать. Мне тоже скрывать нечего, хотя на работе ухлёстывают ещё как. О каждом новом ухажёре Костя знал, вечерами смеялись, обсуждая горе-любовников. А вот Таня патологическая ревнивица, в каждой соперницу видит, вот и начала себя накручивать. Подозреваю, что Стас просто устал оправдываться, хотя получилось только хуже.

– Попробуй с ним поговорить.

– Как будто не пробовала! Сразу злиться начинает, огрызается, обвиняет, что душу его своей ревностью. А то я не знаю, сколько шалав мечтает из семьи его увести! Не дождутся!

Я ничего не стала говорить: тема долгая, как их брак. Таня ушла с работы, сидит с семилетним сыном, пока Стас вкалывает. Сказала, что это месть за два года, когда горбатиться как не в себя пришлось.

– Тань, он тебя и Елисея любит, ну, куда ему ещё женщина? Ты со своим темпераментом никого не переплюнешь.

– Ага. А ещё животом, – она едва смогла ухватить кожу на плоском прессе. После ревности к мужу нытьё о том, что поправилась у Тани любимая тема, хотя её фигуре любая бы позавидовала. Даже у меня на бёдрах жира больше, но после двух родов они разошлись, не спрашивая разрешения. Занимайся – не занимайся, а жопу обратно не вернёшь. Главное, что Костя её любит, мнение остальных не интересует.

– Девчонки, у нас почти готово, вы долго ещё? – зовёт Стас, поднимая шампура вверх. Невысокий, под метр восемьдесят, с уже начавшим намечаться животиком и двумя небольшими залысинами – Таня всерьёз считает, что кому-то, кроме неё, нужно такое счастье? Рядом со Стасом Костя выглядит Аполлоном: метр девяносто, широкие плечи, густые русые волосы, белозубая улыбка – за зубами он всегда особенно тщательно следил. Иногда смотрю на него и думаю: откуда на меня свалилось такое счастье? Столько лет вместе, а люблю, как будто вчера встретила.

– Скоро! – отвечает Таня и ссыпает зелень в миску. Ворчит: – Хотела его на диету посадить, но тогда точно уведут. Пусть лучше поправляется, зато никуда не денется.

– Слушай, а Елисей-то где? – перевожу тему, чтобы избежать нового витка ревнивого монолога.

– У свекробры. На неделю забрала перед школой. Когда привезли, выслушала лекцию о том, какая я плохая мать, раз ребёнок до сих пор читает с трудом. Как будто я с ним не занимаюсь!

Мне со свекровью повезло: мудрая адекватная женщина, которая не лезет в семью, а в случае конфликта принимает сторону того, кто прав, и не всегда это Костя. А моя мама и вовсе идеальная тёщей – живёт в Новосибирске, приезжает редко. Папы давно не стало, она замуж вышла, наладила новую жизнь.

– Вика тоже читать ленилась, пока в школу не пошла. Не обращай внимания, он ещё рассчитается.

– Надеюсь, а то достало уже слышать, какой Стасик был умница и как он в три года уже читал и стихи сочинял.

Сколько бы негатива ни сливала на меня Таня наедине, на людях она превращается в идеальную до зубового скрежета жену, которая постоянно подкладывает самые вкусные кусочки мужу и с обожанием заглядывает в его рот. Учитывая, что мы с Костей отлично знаем, какая она на самом деле, этот театр одного актёра всегда веселит. Первая бутылка вина подошла к концу, Стас только что открыл вторую, когда у Кости звонит телефон.

– Только не начинай… – тяну я угрожающе, но Костя только виновато улыбается и выходит из-за стола. Возвращается раздражённый, хмурый.

– Что случилось?

– Над в офис ехать. С накладными накосячили, у нас несколько фур застряли на границе.

– А Андрей никак разобраться не может?

Крохотная надежда, что останется, быстро гаснет от его сокрушённого:

– Он в Питер улетел, сейчас уже в небе. Придётся ехать мне, разгребать.

– Надо тебе бухгалтера поменять, в последнее время косяк за косяком.

– У неё там что-то дома, поэтому пока не трогаю, но если продолжит, уволю нахрен, – мрачно обещает Костя. – Проводите потом Виту, хорошо?

– Я сама дойду. Но пока никуда не собираюсь. – Я подставляю губы для поцелуя, ехидно улыбаюсь. – Выпью вина за нас двоих.

– Не переборщи, а то завтра с девчонками до бассейна не доедем, а они ждут.

– Я – само благоразумие. А ты постарайся не задерживаться, у меня на эту ночь большие планы.

– М-м, кто-то хочет сегодня побыть плохой девочкой?

– Эй, вообще-то мы тоже тут! – возмущается Таня. Мы с Костей переглядываемся, одновременно хихикаем.

После стольких лет брака секс у нас, конечно, стал редким. Хорошо, если три раза в неделю, а иногда и за неделю ни разу: оба умотаемся на работе и хочется просто полежать вместе, без лишних телодвижений. Но когда до него доходит, отрываемся, как в последний раз. А после вина я точно собираюсь устроить ему ночью любви!

Не получилось. Я успела искупаться и лечь, а Кости до сих пор не было. Телефон не брал, видно, там реальная запара, иначе ответил бы. Если бы выпила, дождалась, а так уснула почти сразу. Проснулась, когда прогнулся матрас. Костя забрался ко мне под бок, обнял и выдохнул в затылок. Накрыла его ладонь своей, улыбнулась темноте – главное, что дома, а не просидел всю ночь над документами.

Глава 2

Костя

– В следующий раз предупреждай заранее!

Андрей откидывается на спинку кресла, демонстрируя крайнюю степень недовольства. Ладно, мой косяк, никто не спорит, но нотации уже заколебали. Куриная грудка или тартар из говядины? Обед сейчас интересует больше, чем упрёки в моём морально-нравственном облике.

– Я серьёзно, Кот. Вита мне телефон оборвала, набросилась с обвинениями, что в выходной тебя дёрнул. До меня даже не сразу дошло, какой Питер, и что я там забыл!

– Слушай, я уже извинился, – огрызаюсь раздражённо.

– На выходные надо с семьёй быть, а не на любовнице скакать, сам же говорил.

– Я не ждал звонка, у Лики форс-мажор случился.

– Ага. Воспаление хитрожопости у неё случилось. Не думаешь, что её уже не устраивает просто секс? Смотри, как бы в семью не полезла.

– Не полезет. Мы на берегу условия обговорили: никаких отношений, только секс.

– А то ты женщин не знаешь! Сначала все соглашаются, а потом «люблю-не могу, женись на мне».

– Нахера она мне сдалась? Виту на подстилку менять не собираюсь.

Я наконец выбрал и поднимаю руку, подзывая официанта. Пока делаю заказ, Андрей сверлит недовольным взглядом. Осуждает. С самого начала дал понять, что прикрыть – прикроет, но поддерживать не станет. Как будто не понимаю, что феерично косячу! В какой-то момент осознал – разлюбил жену. Ценю, уважаю, она – мой тыл, лучший друг, но перестал видеть в ней женщину. И что, из-за этого разводиться? Да с хера ли?! У нас быт, дом, дочки, куча общих интересов. От того, что на жену встаёт раз в пятилетку, семью рушить? На стороне всегда было полно желающих выпрыгнуть из трусов. Раньше не пользовался, но год назад перемкнуло: пошёл налево.

Лика моя – зажигалочка в постели, такого секса сто лет не было. У нас с Витой давно всё по накатанной шло: короткая программа, обязательная. До произвольной доходить перестали, обоим хватает. Когда прожил пятнадцать лет с одной женщиной, изучил вдоль и поперёк, точно знаешь, где коснуться, где погладить, как поцеловать – приедается. Вот и я наелся. А Лика не только новизну принесла – встряхнула, расшевелила, и с Витой всё наладилось. Редко, но каждый раз по-новому. Не зря говорят: хороший левак укрепляет брак. Мой точно крепче стал. Если все довольны, в чём проблема?

– Молись, чтобы Вита не узнала, – ворчит Андрей, придвигая к себе тарелку.

– Не узнает. А если Лика начнёт берега путать, быстро пойдёт в пешее эротическое, – пожимаю плечами.

Мы познакомились банально – она в меня въехала. Это и аварией не назвать, так, слегка поцеловались, но она глаза распахнула, реветь собралась, пришлось успокоить. Сказал: ничего страшного, проехали. А она всё равно в слёзы. Извиняться начала, смотрела так, будто я убивать начну. За что? На бампере даже царапины не осталось, с хера трагедию разводить? Угостил кофе, разговорились, слово за слово, через неделю снова встретились. С ней было легко, а ещё – внезапно интересно. Новый человек со своими историями, опытом, мнением. Как глоток свежего воздуха. Предупредил сразу – женат, разводиться не планирую, если хочет, можем встречаться для взаимного удовольствия. Согласилась, и понеслось…

Мне тридцать шесть, ей – двадцать восемь, своя квартира, там и встречаемся. Денег не требует, подарки дарю, но не скажу, что много из семьи забираю. Всем хватает. Конечно, это ненадолго, со временем расстанемся, а сейчас просто наслаждаемся друг другом.

– Вроде нормальный мужик, а иногда мудачишь, Котяра.

– Кто не без греха? – тонко улыбаюсь.

– А если бы Вита налево пошла?

Такого даже представить себе не могу. Моя Вита не из таких, для неё семья на первом месте, всегда была, есть и будет. Да и с чего ей гулять, когда всё устраивает?

– Это из разряда фантастики, нет смысла обсуждать.

– Конечно. Что положено Юпитеру, не положено быку? – Андрей усмехается.

– Именно, – тычу в его сторону вилкой. – Кстати, что там у нас с грузинами, договорились?

– Соскочил с темы? Ок. Я на границу Артемьева отправил, пусть договаривается. В конец оборзели, мало им. Будут дальше хаметь, придётся искать пути объезда. Время увеличится, но издержки покроет минимальная комиссия за пересечение границы…

В конце недели у Насти день рождения. Одиннадцать уже, не верится. Едем с Витой за подарком, в душе не знаю, что она выбрала. Все подарки на ней, от меня только сюрпризы, даже себе Вита всегда сама выбирает, а мне только сумму озвучивает. Удобно. Когда-то сам выбирал, покупал, радовался, наблюдая за реакцией. Потом как-то на нет сошло. Вита сказала, проще самой что-то найти. И правда стало проще – морочить голову не надо. Пока Виту ждал, Лика сообщение прислала. Говорил же не писать первой!

Котик, твоя мышка соскучилась!

Три дня назад виделись, когда только успела? Сейчас не до неё совсем: на работе завал с грузинами, у дочки день рождения, какая может быть встреча? Потерпит.

Пока не могу, занят. Позже позвоню

Сообщение улетает одновременно с машиной Виты, которая паркуется рядом с моей. Привычно оцениваю внешний вид – как всегда идеальна. На работе не позволяет себе ничего лишнего, строго деловой стиль. Не большой начальник, но главный бухгалтер в крупной фирме, ещё и удалённо две ведёт. У неё не мозг – компьютер.

– Опять работа? – недовольно смотрит на телефон. Быстро убираю в карман, улыбаюсь.

– Рядом с тобой никакой работы, обещаю.

– Смотри, ловлю на слове. Ну, что, идём?

Покупаем два диска с играми для плойки: какие-то аркады, Вита сказала – что-то развивающее в игровой форме. Кружки, развивашки, спортивные секции – это тоже всё на жене. Девчонки у нас активные, надо как-то пар выпускать. Старшая в бассейн ходит, младшая – на художественную гимнастику. В большой спорт, конечно, пробиваться не планируют, но награды и медали регулярно приносят. Горжусь моими девочками, достойно их воспитываем, никаких денег на это не жалко.

– Ты решил, куда поедем? Пхукет или Лаос? – спрашивает Вита вечером. Дочки спят, мы сидим в саду на качелях, пьём вино. В такие вечера кажется, что Земля, наконец, остановилась, и можно перевести дух.

– М? Ты о чём? – пытаюсь уловить связь – мы только что обсуждали день рождения.

– У меня отпуск через месяц. Забыл, да?

Вита не часто обижается, истерики никогда не устраивает, но, если обиделась – будет молчать несколько дней, пока прощение не вымолю. Реально забыл.

– Прости, Витусь, грузины эти весь мозг выели, из головы вылетело. Заказывай билеты, куда сама хочешь. Мне без разницы.

– Тебе вечно без разницы, – ворчит с обидой и отворачивается. После небольшой паузы продолжает: – Такое ощущение, что это только мне нужно. Тебя, кроме работы, последнее время вообще ничего не интересует.

Говорят, у женщин на измену чуйка. Заметно, что отдалился? Надо исправляться, а то на самом деле узнает. Что тогда будет, представить страшно.

– Прости. – Беру за руку, поглаживаю костяшки большим пальцем. – Может, правда стал меньше внимания уделять, но ты ни при чём, и девочки тоже. Кажется, я просто стал трудоголиком.

– Мне нужен муж рядом, а не трудоголик. Денег достаточно, а ты продолжаешь за ними гнаться. Тебе мало?

– Ты тоже две фирмы сверх работы ведёшь. Тебе мало? – начинает бесить.

– Ты же знаешь, что это друзья, которым помогаю. И забирают они несколько часов в месяц от силы, в отличие от вечно занятого тебя.

– Откуда эти претензии? Всё устраивало, и вдруг перестало!

– Давно уже не устраивало, Кость. Нам надо что-то менять, иначе это путь в никуда. Я не хочу жить с соседом вместо мужа.

Её слова неожиданно задевают. Вита не соседка, а близкий, родной человек.

– Прости, – выдыхаю. Поворачиваюсь всем корпусом, заглядываю в глаза. Они у Виты нереальные – серые, прозрачные. – Обещаю, что постараюсь исправиться.

Этой же ночью стараюсь загладить вину, и утром она уже вовсю улыбается. Гроза прошла над головой, но не разразилась. За завтраком снова Лика пишет, капризничать начала. Надо и её успокоить, а ещё снова напомнить, чтобы перестала написывать первая.

Глава 3

Лика

Он опять все выходные с семьёй. И вроде понимаю, что не имею права предъявлять претензии, но сердцу как объяснишь? Мне постоянно его не хватает, всегда мало. От одной улыбки таю, когда смотрит – внутри огонь разгорается. Ведь приказывала себе не влюбляться, до последнего сопротивлялась. Повторяла, что это просто секс, отличный секс с шикарным мужчиной. Но Костя заставил чувствовать себя женщиной с большой буквы, и я поплыла.

Девчонки на работе часто со смехом говорили: хочешь подцепить миллионера – въедь в его машину. Та авария не была подстроена, но сработало! Пусть Костя и не миллионер, но то, что мужчина обеспеченный, было видно невооружённым взглядом. Когда он из машины вышел, у меня дыхание перехватило. Такие только в фильмах бывают, и то под тонной грима, а этот – настоящий. Высокий, спортивный, с твёрдыми скулами и пронзительным взглядом. А ещё – с кольцом на безымянном пальце, его я сразу заметила, поэтому удивилась, когда предложил выпить кофе.

Никогда не мечтала быть любовницей или содержанкой. В универе на бюджете училась, работу нашла не по блату, а потому что пороги обивала и по собеседованиям кочевала. Сейчас могу похвастаться должностью менеджера по работе с иностранными клиентами, веду с ними переговоры по закупке холодильного оборудования. Получаю нормально, из плюшек только квартира, которая от бабушки досталась.

Я не ждала принца на белом коне, и Костя едва ли может им стать. Сразу сказал, что разводиться не собирается, что жену ценит. Не плёл сказки, какая она грымза, или что болеет, потому не может бросить. Этим, кстати, зацепил – честностью. Муки совести меня не мучали и до сих пор не мучают. Его жена – его проблема, не вижу смысла переживать о незнакомой женщине. Говорят, от хороших налево не ходят. Думаю, ходят, ещё как, было бы желание.

Не знаю, когда начала влюбляться, но со временем каждая наша встреча стала долгожданной, а разлука – бесконечной. Мне надо постоянно быть рядом, слышать, чувствовать, касаться. Так хочется хоть раз сходить куда-нибудь вместе! Просто по набережной прогуляться, посидеть в кафе без страха, что увидит кто-то из знакомых. На работе о Косте никто не знает, для всех я – свободная от семьи и отношений. Я же всё больше о семье задумываюсь. Хочу детей, похожих на Костю. Хочу, чтобы по вечерам он приходил ко мне, а не ехал к жене. Просыпаться с ним хочу каждый день, а не раз в несколько месяцев, пока жена с детьми у тёщи в Новосибирске. Живу в постоянном страхе, что он решит всё прекратить, и сама же себя накручиваю. Знаю, как глупо ревновать к жене, но эта ревность недавно появилась и уходить отказывается.

Она ему детей родила? Я тоже могу. Была рядом и поддерживала? Так и я поддерживаю, когда по работе жалуется. Всегда встречаю с улыбкой, готовлю вкусно, голова не болит. Из души рвутся слова: «Выбери меня! Люби только меня! Уйди из семьи!» Не знаю, как до сих пор удаётся сдерживаться, эта любовь иссушает изнутри, превращает в параноика и истеричку. Да уж, белое пальто на то и белое, что когда-нибудь его заляпают, и ты окажешься на месте тех, над кем снисходительно улыбался.

В своё время не могла понять подруг, которые влюблялись и забывали обо всём. У меня такого не было, считала себя человеком прагматичным и рассудительным. Брак? Только с оценкой всех рисков, с достойным и надёжным мужчиной. Любовь приходит и уходит, а кушать хочется всегда. И с Костей начинала тоже по расчёту: привлекательный, эрудированный, в постели идеально подходит. А то, что женат, даже на руку – не будет ставить никаких условий и предъявлять претензий, не будет требовать съехаться или просто завязать отношения. Сперва именно так и было. Когда же всё пошло не так?!

Вечерами мечусь по квартире и жду от него хотя бы короткого сообщения. Постепенно теряю себя, понимаю это и ничего не могу сделать. Уйти от него, бросить? Не представляю сейчас жизнь, в которой не будет этих редких встреч, нашей страсти. Пыталась спрашивать совет в интернете, но там либо «сама виновата, шлюха», либо «бросай, пока не поздно». Но уже поздно. Слишком глубоко в него проросла. Пару раз даже мелькала сумасшедшая мысль забеременеть тайком, а потом поставить перед фактом, но так точно никогда не смогу сделать. Дети должны быть желанными, а не зачаты в попытке удержать мужчину.

Сегодня он обещал приехать, и я уже час подгоняю стрелку на часах, которая специально застыла и не двигается. Тревожность и волнение выкручены на максимум, меня трясёт от нервов. Когда звонит домофон, буквально подбрасывает, срываюсь с места, как будто он поднимется на седьмой этаж за три секунды. Открыв дверь, слушаю, как поднимается лифт, и сердце выскакивает из груди. Стоит только увидеть – все слова мигом заканчиваются, остаётся только чистое счастье. Обнимаю прямо на пороге, прижимаюсь носом к шее, дышу им, жалея, что нельзя надышаться впрок.

– Соскучилась? – спрашивает с лёгкой хрипотцой. Киваю, не в силах ничего произнести – комок перегородил горло. Мой, только мой сейчас! Обнимает, сжимает широкие ладони на попе, притягивает к себе плотнее. – Тогда в спальню?

Это предложение всегда вызывало восторг, а сейчас обжигает горечью – он же здесь только для секса, хотя я могу дать всё, лишь попроси. Когда губы блуждают по шее, а руки скользят по телу, горечь растворяется. Принимаю его напористые движения со сладкими стонами, но даже сейчас контролирую себя, чтобы не оставить следы на спине и лопатках. Смотрю в напряжённое лицо на самом пике перед оргазмом, не могу оторвать взгляд.

– Когда мы увидимся в следующий раз? – спрашиваю, лёжа на его груди. Пальцы рисуют круги на животе, обвожу каждый кубик пресса, тянусь к шее, чтобы поцеловать. Он только приехал, а я уже скучаю.

– На следующей неделе улетаем с женой в Пхукет на десять дней, – тихо говорит он, поглаживая по спине. – Как вернёмся, сразу к тебе.

– Успеешь устать от благоверной, да? – усмехаюсь. Обычно про жену мы не говорим, он даже по имени её не называет, хотя в телефоне записана «Любимая». Я записана «Артур», и это так нелепо, что даже не смешно.

– Успею соскучиться по тебе, – отвечает со смешком. Приподнимает подбородок, смотрит в глаза. – Жаль, нельзя с тобой съездить в отпуск.

– Так возьми меня с вами, – говорю, сама не думая, что несу. Костя улыбается шире. Закидывает руки за голову, мечтательно тянет, глядя в потолок:

– Представляю, как по очереди гулял бы с вами, а местные смотрели, как на султана.

– Ну, а что? Я бы не попадалась вам на глаза, зато, когда твоя жена уезжала бы на экскурсию, мы проводили бы время вместе.

– Да уж, – хмыкает иронично. – Жаль, что об этом можно только мечтать. К тому же, в отпуске мы с женой всегда вместе. Так что я мог бы только смотреть на тебя издалека.

– Звучит романтично, – шепчу, целуя в грудь, прямо над сердцем. Есть у него хоть капля тех чувств, которые разрывают меня на части?

– Я не такой романтик, как ты себе представляешь.

Плавно перевернув на спину, он нависает сверху, томно смотрит на губы. Тянет полным обещания голосом:

– Зато, когда вернусь, проведём вместе весь день, обещаю.

– И ты останешься у меня на ночь, – кладу ладонь на щёку, тяну на себя.

– Постараюсь, – выдыхает в приоткрытый рот и целует.

До отъезда мы больше не видимся, хотя я надеялась, что Костя найдёт время для встречи. Постоянно смотрю на его фотографии, сделанные тайком – он категорически запретил себя фотографировать. Соцсети не ведёт, но я слежу за ним через аккаунт жены, куда она выкладывает фото из отпуска. С ней он расслабленный, постоянно улыбается, смотрит с любовью. Иногда его лицемерие вызывает ужас, как и цинизм, с которым относится к измене. Сейчас, вдали от Кости, сознаю, насколько он эгоистичный человек, как можно такого любить? Но я люблю, вопреки всему, а не благодаря достоинствам.

На пятый день нервы сдают: выходной, который провожу одна, за окном дождь, и слёзы текут без остановки. Зачем мне эти отношения, на что я трачу свою молодость, жизнь? Если расставить все точки сейчас, больше мы никогда не увидимся, или он приедет и скажет, что хочет остаться со мной? Рискнуть? А если выдохнет с облегчением и найдёт другую?

Достаю бутылку белого вина, просто необходимо заглушить на время мысли. Так больше не может продолжаться, хватит. В конце концов, у меня тоже есть желания, планы, мечты. Переживу разрыв, отболит и забуду. Живут же как-то люди после расставания, и я буду. Захожу на страницу жены, и новый удар под дых: они на пляже у костра, блики пляшут на его лице, отражаются в глазах. За спиной чёрная полоса воды. Это я должна была сидеть рядом! Это меня он должен был обнимать! Сейчас в Пхукете одиннадцать, у нас только семь, и я уже слегка пьяна. Говорил, что смотрел бы на меня, если бы была рядом? Делаю игривую фотографию, позволяю бретельке домашнего сарафана сползти с плеча и слегка обнажить грудь. Набираю полные лёгкие воздуха, выдыхаю и отправляю с подписью:

Надеюсь, ты скучаешь так же, как я

Сердце гулко стучит, пока жду ответ. Вижу – прочитал, но молчит слишком долго. Наконец ответ приходит. В желудке ворочается ледяной клубок непрерывно шевелящихся змей.

Кто это?

Жена. Прочитала жена. Неужели я своими руками всё разрушила? А может, это его путь к свободе, а мой – к нему?