Текст книги "Похожие судьбы всегда пересекаются (СИ)"

Автор книги: Галина Черкасова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)

Юля молча следила за тем, как Дима, выйдя на улицу, общается с Сеней. Сеня кивал, улыбался и даже помахал ей рукой. Она подняла ладонь в ответ.

– Сеня тобой восхищен, – заметил Дима, возвращаясь в офис. – Он желает тебе счастья.

– Очень мило с его стороны. Но, знаешь… – она хотела было сказать, что совсем не рада подобному соседу. Сеня непременно возьмется клянчить на водку у её клиентов, чем многих выведет из себя. Но бомж не спешил уходить – он улыбался своей щербатой улыбкой и кивал головой, словно в чем-то соглашался с ней.

Юля вздохнула.

– Он же… зимой тут замерзнет.

– В подсобку буду его пускать, если пить бросит, – Дима уселся в кресло секретаря и взял сэндвич. – Не волнуйся. Я его предупредил, чтобы на твоей территории не ошивался.

– Я, к сожалению, не такая добрая, как ты, – не без обиды заметила Юля.

– А ты съешь бутер – и подобреешь, – Дима подмигнул и серьёзно добавил: – Я не собираюсь его перевоспитывать. Просто немного помогу. Сядет на шею – пойдёт лесом. Больших иллюзий по поводу его будущего я не питаю.

– И все равно, – Юля упрямо тряхнула головой. – Ты добрее, чем я.

– Только потому, что ты сама так считаешь.

На ночь она снова осталась у Димы. И снова проснулась на рассвете, теперь уже от телефонного звонка. Испуганно вскочив, она схватила мобильный с прикроватной тумбочки.

Звонила Ангелина.

– Да?

– Проснись и пой, Юдифь. Пора готовить меч.

– Чего?

Дима, приподнявшись на локте, напряженно смотрел на неё. Юля, зажав динамик, прошептала:

– С работы. Спи, – и, надев тапочки, вышла на кухню.

– Собирайся. Надо поговорить.

– О чем?

Ангелина шумно вздохнула – шифровалась, как всегда. Юля одернула сорочку и, вернув на место упавшую с плеча бретельку, поставила локти на барную стойку.

– Ладно, скоро буду.

– Через двадцать минут жду тебя у твоего офиса, – тоном, не терпящим возражений, заявила Ангелина.

– Нас охрана не пустит так рано.

– Не имеет значения. До встречи.

Юля шумно выдохнула, взяла телефон двумя пальцами и покачала его.

– Выбросить тебя, что ли. Ой!

– Попалась! – Дима, подкравшись сзади, прижал её к стойке.

– Ты что делаешь? – Юля завозилась под ним. – Ты меня раздавишь!

– Собралась тихо удрать? – он развернул её к себе лицом и посадил на стойку. – Не выйдет.

– Мне срочно надо… Что ты…

Он поцеловал её колено, потом скользнул губам чуть выше, к краю сорочки, сдвинул ткань и головой упёрся в живот.

– Дима, мне надо… – Юля вздрогнула. – Ди-и-има-а-а…

Он снова чуть толкнул её. Откинувшись назад, она оперлась на руки.

– Мне нужно… – её голос скатился до шепота. – Идти… Пожалуйста…

Дима обхватил её за талию, заставив лечь на стойку. Юля больше не сопротивлялась, продолжая повторять что-то бессвязное и незначительное. Он коснулся губами её живота и медленно начал спускаться вниз, пока шепот не сменился стоном.

На встречу Юля бессовестно опоздала на полчаса. Как оказалось, с адвокатом приехали двое мужчин – ставить систему видеонаблюдения в её кабинет.

День пролетел так стремительно, словно события с утра до вечера кто-то очень талантливый зажал в тески шестидесяти минут. Юля понимала, что камеры ещё не работали, но все равно чувствовала себя неуютно. Сотрудники ничего не знали и вели себя в её кабинете совершенно обычно, подчас болтая лишнее. В их словах не было ничего криминального, и все же Юля взяла за правило сворачивать беседу, если та казалась ей несколько скользкой. Чем изрядно озадачила Романа Ивановича, который приехал с «Веги» и на чем свет стоит крыл проверяющего из санэпидемстанции, нашедшего под разделочным столом какое-то насекомое и запросившего из-за этого в два раза больше, чем ему платили раньше.

– А если не дадим – откопает в мусорном ведре сибирскую язву и холеру!

– Роман Иванович, потише, пожалуйста. Я сейчас занята. Давайте через пять минут я зайду к вам по этому вопросу, и мы все обсудим в спокойной обстановке.

– Кхм… Э-э-э… Уж извольте.

Юля ждала визита или хотя бы звонка от Андрея, но тот, видимо, постеснялся являться к ней один, поэтому просто сбросил ей на почту договор и план. План был полностью слизан с работы Семёнова. Юля про себя покрыла Алексея нелицеприятными словами и отправила слова благодарности подставному строителю. Игра вполне себе продолжалась. И Юля с тревогой ждала визита Игоря.

Вечером она, заехав в несколько салонов, набрала журналов со свадебными нарядами и отправилась домой. Парни ужинали у них. Люда без лишних вопросов утащила журналы и, усевшись на полу в гостиной, принялась изучать платья. Егор, прихватив с собой тарелку, ушёл к невесте. Дима что-то листал в телефоне, пока Юля накладывала себя ужин.

– Что там ищешь? – спросила она, устав от его молчания.

– Как исправить косяки твоих работников, – ответил Дима.

Юля замерла с половником, которым вылавливала котлеты из соуса, и медленно обернулась.

– Поясни.

Дима почесал подбородок, кашлянул.

– «Контракт плюс» пригнали мне старый порш. Кто-то из твоих орлов испортил старику движок.

– Испортил?

– Не знаю, зачем они туда вообще лезли, но инфарктнуло его знатно.

Юля поджала губы.

– Я выясню, кто занимался этой машиной.

– Выясни. Кто, кстати, у тебя подбирает персонал?

– Заведующие в основном.

– Ну, вот и результат.

Юля грохнула тарелкой об стол.

– «Контракт» теперь уйдёт к тебе…

Дима мельком глянул на собеседницу.

– Я даже ничего не делал для этого.

– Потрясающе, – Юля поискала глазами телефон и, выйдя в прихожую, вернулась с ним в руках. – Я этих болванов растрясу по самые… Эй! Отдай мне, пожалуйста, мобильный.

Дима отложил телефон в сторону и взглядом указал на тарелку.

– Ешь.

Юля подперла щеку рукой и недовольно посмотрела на собеседника.

– Опять начинаешь? Не включай наседку.

– Я просто хочу, чтобы ты поела. Ты стала похожа на привидение. Что у тебя происходит на работе? Какие проблемы?

– Ничего такого, – Юля отмахнулась, – с чем я бы не могла справиться сама.

Дима насупился и отвел взгляд.

– Ясно. Не хочешь – не говори.

– Зачем тебе забивать голову моими проблемами?

– Может, – он снова посмотрел на неё, – я просто хочу знать все о тебе. Может, я так смогу тебе помочь… По-своему, не мешая.

– Правильно. Лучшая помощь – это не мешать.

Он не ответил. Юля почувствовала себя неловко. Она не хотела обижать его, но и не знала, как раз и навсегда дать понять, что эта часть её жизни его касаться не должна. Ради его же блага.

– Пойми меня, личное и деловое – плохие соседи.

– Я уже понял, – он поднялся, убрал тарелку в посудомойку и, включив чайник, замер спиной к собеседнице, скрестив руки на груди.

Юля вздохнула, отодвинула нетронутый ужин и, подойдя к Диме, положила ладони на его плечи.

– Когда-нибудь нам придётся говорить о работе, – тихо заметил он.

– Знаю, – она начала массировать его плечи, шею. Он наклонил голову, упёрся подбородком себе в грудь. – У позвоночника… Правее… О, да, вот тут…

– После свадьбы я возьму отпуск, – заговорила Юля. – Недели на две.

– На месяц, – буркнул он.

– Нет, я… не могу, – и, подумав, уточнила: – Пока не могу.

– Хорошо. На две недели я тебя отсюда увезу.

Юля улыбнулась и ткнулась носом ему между лопаток.

– Договорились. Куда-нибудь подальше.

– В Антарктиду. К пингвинами. Сойдёт?

– Я холод не люблю.

– Тогда в Австралию, к кенгуру.

Юля хихикнула.

– Господи, Дима, какие кенгуру?

– К коалам, лошадям, паукам размером с лошадь. Может, хоть так про работу свою забудешь.

Она засмеялась, крепче прижимаясь к его спине.

– Я тебя… – слова признания готовы были сорваться с её языка, как зазвонил телефон, и «люблю» так и осталось парить в невесомости.

Юля отвернулась и потянулась к мобильному. Её внимания требовал Игорь. Она приняла вызов и, хмурясь, вышла в прихожую.

– Доброй ночи, Юли-и-и-я. Жди меня завтра, сладкая, я привезу тебе компьютер. Прямо в офис.

– Отлично. Очень вовремя.

– Ты помнишь про выходные?

Юля уперлась ладонью в дверь ванной и склонила голову.

– Да, кончено. Жду с нетерпением.

– Рад слышать, – он шумно вздохнул. – Ух! Вспомним былые ночи.

Юля зажмурилась.

– Лучше начнем все по-новому.

– Так даже интересней, сладкая.

Она сжала телефон в руке, свободной ладонью провела по лицу.

– Всё в порядке? – в прихожую выглянул Дима с двумя чашками в руках.

– Да, ерунда, – она выпрямилась, расправила плечи.

– Чай или кофе?

Юля не успел открыть рот, как из гостиной завопила Люда:

– Наливайте чай уже и идите сюда платья смотреть! Я такие выбрала – закачаетесь.

– От их цены, – прошептал Дима, скрываясь из виду.

Глава 13

Впервые за долгое время Юля нервничала настолько, что не могла справиться с переживаниями самостоятельно.

Камеры были включены. Сыр плавился в мышеловке.

Проведя планерку, Юля принялась рыться в сумке, а потом и в ящиках стола в поисках успокоительного. Не найдя ничего, она выпила таблетку болеутоляющего, и направилась в кадровый отдел узнать, как обстоят дела с набором персонала в новый сервис и выяснить, есть ли среди работавших механиков потенциальные претенденты на увольнение. По дороге ей пришло сообщение от Димы – он отправился в суд. Юля в очередной раз пожелала ему удачи.

– Юлия! – у дверей кадрового отдела её нагнал Роман Иванович. – Когда вы планируете ехать в область? Думаю, пора бы начинать строительство, а вы ещё не одобрили план.

– Сейчас и так много проблем. Давайте займёмся этим на следующей неделе.

Она потянула ручку на себя, но Роман положил ладонь на дверь и чуть подался вперед.

– Юля, драгоценная вы моя, что происходит? Я же вижу – вы что-то затеяли, но мне не говорите ни слова. Как так вышло, что я потерял ваше доверие?

– Ничего вы не теряли, Роман Иванович, – Юля вздохнула. – Но вы сами видите, как на нас давят.

– Вижу. Но почему мы не даем сдачи?

– Почему же не даем? Ангелина сейчас доказывает незаконность изъятия нашей техники. Сопротивление тоже хорошо в меру.

Роман Иванович нахмурился и убрал руку.

– Что-то вы темните, Юлия Сергеевна.

Ничего не ответив, она прошла мимо.

Минуло время обеда, а Игорь все не звонил. Молчал и Дима. Даже на рабочих моментах Юля уже не могла сосредоточиться. Решив, что отказ от обеда – не лучший способ успокоиться, она бросила мобильный в сумку, повесила её на плечо и, схватив со стола ключи от кабинета, вышла в коридор. Ей навстречу, держа под мышкой системный блок, шагал Игорь.

– Привет, – он взял её свободной рукой за подбородок и поцеловал в губы.

Выходивший в тот момент из своего кабинета на перекур Роман Иванович так и замер с руками в карманах пиджака, забыв, что искал зажигалку.

Юля отвела взгляд и, улыбнувшись Игорю как можно приветливей, распахнула перед ним двери.

– Я тебя заждалась.

– Торопился, как мог, – Игорь прошёл вперед, поставил системный блок на стол и обернулся. – Не хочешь перекусить?

– Я уже обедала, – соврала Юля. – Но если хочешь, можем…

Она все никак не решалась запереть дверь изнутри. Это бы значило, что она предоставляет гостю полную свободу действий. И гость это понял. В мгновение ока Игорь оказался позади Юли и, прижав её к себе, стал шарить руками по блузке – то ли решил расстегнуть все пуговицы разом, то ли хотел попросту облапать, считая свои действия возбуждающими.

– Погоди секунду, – Юля высвободилась из его объятий и, одернув блузку, прошла к столу, по дороге бросив сумку и ключи в одно из кресел.

– Женя, – переговорное устройство щелкнуло в ответ. – Ко мне никого не пускать.

– Так точно, Юлия Сергеевна.

Юля вскинула голову и снова улыбнулась.

– А теперь можем поговорить.

– О чем? – Игорь обошел стол и снова замер сзади.

– Об остальных компьютерах. Моим людям они очень нужны.

– У вас разве нет резервных копий? – он расстегнул верхнюю пуговицу её блузки.

– Игорь, послушай, – она резко повернулась к нему лицом. – Я совершенно серьёзно. И давай не будем здесь…

– Будем. Здесь, – он взял её за шею и заставил запрокинуть голову. – Твой адвокат – очень шустрая дама, кстати.

Юля сглотнула.

– Она так яро стремится доказать, что мы забрали ваши компы не по правилам, что я даже подумал, что моя помощь будет лишней. Зачем ты её вызвала?

– Я… Я растерялась, когда к нам вломились парни с автоматами.

– Но почему не позвонила мне? – процедил он сквозь зубы и подтолкнул её к столу.

– Игорь, осторожней, – она дернулась. – Мы ещё успеем…

– Чтобы этой гадюки рядом с тобой больше не было, – он чуть сильнее сжал её горло. – Иначе я ничем не смогу тебе помочь.

– Игорь, – Юля уперлась в край стола и отклонилась назад. – Я все сделаю, успокойся. Мне больно.

Он ослабил хватку и отступил. Юля потерла шею.

– Извини, – он встряхнулся, провёл ладонью по волосам, приходя в себя. – Твоё упрямство с ума сводит.

– Что ещё от меня требуется? – кашлянув, спросила она.

Игорь улыбнулся, протянул руку и принялся одну за другой расстегивать пуговицы на её блузке.

– Совсем немного, знаешь ли, – он распахнул борта, склонил голову, оглядывая собеседницу, и уже осторожно коснулся рукой её шеи. – Мне нравится, когда ты такая… мягкая.

Юля поймала его руку у себя на груди.

– Пожалуйста, не здесь. Это же… – она обвела кабинет глазами, – не то место.

– А я хочу тут. На твоём столе.

– Игорь, возьми себя в руки. У нас будет время.

– Ладно. Хорошо. Подожду до завтра, – он отступил и, взяв ручку и квадратик бумаги, что-то черкнул на нем. – И это мне тоже нужно завтра.

Юля, глянув на цифру на листке, кивнула. Хотела было застегнуть блузку, но Игорь отвел её руку.

– Рублей? – спросила она, не сопротивляясь.

– Их самых.

– К вечеру соберу. Сейчас такой налички у меня нет.

Игорь кивнул и, смяв листок, бросил комочек на пол.

– Иди ко мне, – он взял ее за локоть и притянул к себе. – Поцелуй на дорожку.

Юля прижалась к нему, чуть откинув голову. Игорь, довольно улыбаясь, обнял её за талию.

– А завтра вечером я увезу тебя ото всех, – прошептал он ей в губы. – Места там красивые – река, лес. Но мы их не увидим. Запремся в домике на сутки, согласна?

– Согласна, – едва слышно выдохнула Юля. И Игорь поцеловал её.

В дверь постучали так, что скрипнули петли.

– Извини, что без…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Юля обернулась. Игорь сжал её в своих объятьях, и отпихнуть его она не успела. В дверях кабинета стоял Дима. Улыбка на его лице погасла. Губы сжались. Резко развернувшись, он шарахнул дверью так, что задрожали стекла.

– Что ему надо? – недовольно поинтересовался Игорь. – Погоди. Пойду разберусь.

– Бьемся за клиентов, – Юля обвила руками его шею и поцеловала. – Не уходи так быстро.

Игорь покинул её кабинет минут через десять. У Юли уже шею свело от их поцелуев – так долго она стояла, откинув голову назад. Глянув на часы, она быстро привела себя в порядок и, выждав положенное время, чтобы ухажер успел удалиться на безопасное расстояние, фурией вылетела в коридор.

– Женя, какого черта? – она едва не сорвалась на крик. Секретарь, и без того бледная и расстроенная, отшатнулась от неё. – Я сказала – никого не пускать! Что опять в этом непонятного?!

– Юлия Сергеевна, – Женя всхлипнула. – Я… я слова не успела сказать. Тут Роман Иванович документы забирал. И Дмитрий вошёл. Спросил, не заняты ли вы… И… и Роман Иванович сказал, что нет, что он… что он может проходить.

Юля закрыла глаза, перевела дух. Ей захотелось упасть в обморок – вот так просто хлопнуться об пол, и все.

– Ладно, – она оттолкнулась от стойки. – Разберёмся.

– Вам… вам… Директор «Контракт плюс» звонил. Он… он хочет…

– Соедини, когда перезвонит.

Юля вернулась в кабинет, села в кресло и схватилась за голову. Завыть бы – в голос, до истерики, но она только сидела и смотрела на дверь, опустошенная и измотанная.

Следовало довести дело до конца. Позвонить Ангелине, договориться о встрече. Сказать, что к вечеру ей нужно триста тысяч, наверное, меченых. И что Игорь ничего вроде бы не заподозрил.

Юля поднялась, взяла телефон и повернулась к окну. Почему-то было больно дышать.

– Дима-Дима, – прошептала она и до крови закусила губу.

Надо было сразу все ему рассказать. Он бы понял, он бы обязательно понял… А теперь он уйдёт… Он уже ушёл, а она даже не пыталась его догнать.

Юля набрала номер и приложила телефон к уху.

– Ангелина, нам нужно увидеться.

* * *

Дима открыл глаза. Темнота покачнулась раз, другой и вроде бы замерла. Он приподнялся и снова уронил голову на диван. Мутило на грани терпимого. Сжав зубы, он все же сел, упёрся локтями в колени и ладонями протер лицо. Где-то на дороге противно просигналила машина, и пронзительное кряканье клаксона тупой болью отдалось в голове. Сонно гавкнул Бакс.

Дима вздохнул. Он точно помнил, что ушёл с работы рано, потому что все валилось из рук, и он бесился. Потом, кажется, поехал в бар.

Сколько же он там просидел…

Дима поднялся, огляделся в поисках телефона, ногой задел пустую бутылку с ярко-желтой этикеткой, но наклоняться было больно и лень. Телефон подмигивал ему из-под столика у телевизора. Дима, кряхтя, полез за ним.

Двадцать восемь пропущенных. Сообщения… Он, оказывается, даже отвечал кому-то. Отлично.

Егору – чтоб занимался своими делами и дал ему расслабиться.

Толику – что все бабы – продажные твари.

Макса просто послал.

А ей он не ответил ничего. Дима нахмурился. Кажется, он говорил с ней. Она звонила, и звонила, и звонила. И он в конечном счете взял трубку. Что же он сказал?

Дима сбросил все оповещения и оставил телефон на столике. Что бы он там ей ни брякнул, жалеть об этом поздно и не за чем.

Пусть катится к чертям.

Он зажмурился от головной боли и пошёл на кухню искать, чем бы облегчить похмелье. В холодильнике стояла коробка молока. Дима потянулся за ней, задел открытую банку с вареньем, и та грохнулась на пол, липкой оранжевой жижей вперемешку с осколками распластавшись по ламинату. Мгновение Дима молча смотрел на лужу, а потом, швырнув молоко в стену, со всей дури двинул по двери холодильника. Холодильник качнулся и ударился об стену. Дима снова вскинул руку, но, подумав, разжал кулак.

А чего он, собственно, бесится? Разве такой поворот событий не был ожидаем? Вокруг неё всегда куча мужиков, и это она с виду вся неприступная, несгибаемая, железная прямо. А копнешь чуть глубже – та же похотливая…

Он мотнул головой. Разве можно назвать её похотливой? Ведь ему нравилось, что в его объятьях она была слабой, нежной, отзывчивой. Согреешь её в руках – и она становилась мягкой, тёплой, податливой, как воск.

Видимо, она со всеми своими мужиками вела себя подобным образом.

А как долго играла в порядочную вдовушку!

Он пытался убедить себя в том, что она последняя стерва, и не мог. От этого злился ещё больше, не понимая, как возможно не хотеть думать плохо об изменившей ему женщине. По правде, он вообще не хотел думать. Он хотел пить. Потянулся к древней бутылке коньяка, которая никому так никому и не пригодилась, и тут завыл Бакс. Тоскливо, по-волчьи протяжно, будто плакал. Диме стало не по себе.

Оставив коньяк, он вышел на крыльцо. Бакс сидел к нему спиной и, вытянув морду, выл.

– Эй, друг, ты голодный?

Пёс повернул к нему голову и, поджав уши, чуть повилял хвостом. Дима спустился вниз, подошёл к будке и хотел было заглянуть в миску, как яркий всполох среди крыш привлёк его внимание. В воздухе отчётливо запахло дымом – терпко и резко горелой резиной и пластиком. Осознание того, где горит, пришло моментально. Ни секунды не медля, Дима сорвался с места.

Когда он добежал до Зелёной, пристрой его мастерской полыхал ярче яркого, и огонь уже перекинулся на основное строение. Дима возблагодарил всех богов, что по пьяни завалился спать, не переодевшись, а ключи от сервиса всегда носил в кармане джинсов. Быстро открыв дверь, он влетел в офис, напоследок оглянувшись – ему показалось, что кто-то с улицы окликнул его по имени.

Не желая тратить времени, Дима бросился к Катиному столу и схватил рабочий телефон. Вызванивая пожарку, глазами поискал огнетушитель. Так и не найдя его, быстро протараторив оператору адрес, Дима кинулся в гараж. Там уже горела ведущая в подсобку дверь, и в густом дыму терялись оставленные в боксах авто. Дима закашлялся, схватил полотенце и, закрыв рот и нос, бросился к ящику с ключами. Сейчас его интересовал только старый порш, потому что он единственный в боксе был на ходу – не зря они провозились с ним все утро! Открыв двери гаража, кашляя и щурясь, Дима завалился на водительское, вставил ключ. Корпус машины уже нагрелся, в салоне царила адская жара.

Порш не завелся.

– Мать твою, – кашлял Дима. – Ну что ты завис, старый козёл!

– Митя! Тут горит все! Выходи! – перед ним в окне появилось чёрное от копоти лицо перепуганного Сени.

– Водить умеешь?!

– Да!

– Садись! – Дима выскочил из машины и пихнул внутрь Сеню. – Заводи, я подтолкну!

Он толкал автомобиль целую вечность, а потом ещё столько же наблюдал, как «порше» скрывается среди дыма, гудя и тарахтя, но своим ходом. Сил не осталось даже на вздох. Дима шагнул было вперед или только подумал, что шагнул, и как подкошенный рухнул на пол.

* * *

Юля не спала всю ночь. Лежала в кровати и смотрела на небо. Мысли с издевательским постоянством возвращались к словам, которые Дима, едва ворочая языком, бросил ей, когда, наконец, взял трубку.

– Половые тряпки надо вовремя выкидывать. А я опять передержал.

Оскорбительно, унизительно, больно до такой степени, что она думала заплакать. Но только сбросила вызов и убрала телефон подальше.

Он был пьян, и ему было плохо. Она в этом виновата, и его право её презирать. Но когда на рассвете, тихо постучавшись, к ней в спальню зашёл бледный, перепуганный Егор и сказал, что горит их сервис, что брата увезла скорая, она вылетела из дома и понеслась в больницу, ни секунды не задумываясь о пропасти между ними.

Егора Юля попросила остаться с Людой. Та спала сном праведника, и Юля переживала, что младшая будет нервничать, когда, проснувшись, никого не найдёт рядом.

– Не говори ей пока ничего. Ей нервничать нельзя. И сам не вешай нос. Я все выясню и позвоню, хорошо?

– Юля, – у двери Егор схватил её за руку. – Только если вдруг…

Он судорожно сглотнул, мотнул головой.

– Звоните сразу. Я с ним должен…

– Хватит. Все будет хорошо.

На выходе из подъезда её накрыло ледяное спокойствие. В бардачке она нашла почти полную пачку «Парламента», которую купила ещё весной, достала одну сигарету и закурила. К горлу подкатила тошнота – так быстро и глубоко, до боли в легких Юля затянулась. За руль она села предельно спокойной и погнала к больнице, куда увезли Диму.

По дороге Юля принялась размышлять о вероятности поджога. По правде сказать, она ни капли не сомневалась, что в несчастье замешан Игорь. Его слова про «огонёк» теперь обрели смысл. Хотя мог постараться и любовник Светы – ведь, как рассказал Егор, Дима отделался компенсацией, причём довольно приемлемой для него.

Слишком много произошло за один день, и Юля, пытаясь переключить мысли и не впадать в панику, подумала про Алексея, который вечером забрал у неё кейсик с деньгами. Всю сумму ей передал представитель Следственного комитета, задействованный в операции – купюры, как она и предполагала, были мечеными. Теперь оставалось только ждать, когда деньги дойдут до Игоря.

Если дойдут вообще.

И все это стало для Юли ничтожно пустым и далеким, когда в приёмной на её вопрос о пострадавшем при пожаре, медсестра, мельком глянув на какие-то бумаги, разложенные на столе, ответила, что крайне тяжелые в реанимации, и ими занимаются специалисты.

Это только потом у неё спросили фамилию и кем она приходится пациенту.

– Его брат… же-женится на моей младшей… доч… сестре, – начала объяснять Юля, путая слова и запинаясь. – Но сестра беременна, и я не могу ей позволить…

– Ждите.

Юля опустилась на скамейку и, прижав к себе сумку, скрестила руки на груди. Она очнулась, только услышав знакомый голос. Вскинула голову и увидела Толика и Катю у окна регистратуры. Катя красными глазами смотрела на неё и грызла ногти.

Юля вскочила на ноги и бросилась к ним.

– Что? Что там?

Толик смерил её мрачным взглядом и, ничего не ответив, отвернулся.

– Толя, что с ним? – она схватила его за локоть, и под Катин всхлип Толик стряхнул её руку грубым жестом.

– Вы что тут делаете? – резко поинтересовался он. – Где Егор?

– С Людой. Скоро приедет, – Юля отступила от него. – Что произошло?

– А то! – Толик оттолкнулся от стойки и, резко повернувшись к ней, принялся едва ли не орать: – Вчера он застаёт тебя с поличным, а сегодня от сервиса одни головешки! И, заметь, на вашу лужайку ни искры не попало!

– В чем ты меня обвиняешь? – окончательно растерялась Юля.

– Во всем! И в этом, – он ткнул пальцем в сторону двери, ведущей в отделение. – И в этом!

Теперь он указывал на плачущую Катю.

– Что ж ты за змея такая, а, Юлия Сергеевна?!

– Толик, не надо, – пропищала Катя, хватая его за руку.

– Если не прекратите орать, я вызову охрану! – рявкнула медсестра, и Толик, глянув куда-то Юле за спину, отступил.

– Что он тебе сделал-то, что ты ему жизнь сломала? – тихо спросил он и, отвернувшись, отошёл к противоположной стене. Катя, прошептав: «Извините», вытирая платком глаза, убежала за ним.

– Они о чем? – Юле на мгновение показалось, что за её спиной стоит Дима – так похож был в тот момент голос Егора на голос брата. Она обернулась.

– А где Люда?

– Спит ещё. Я записку оставил, что уехал по делам. Она все равно раньше девяти не проснется, – Егор хмуро смотрел на неё. – Так о чем они говорили?

Юля отвела глаза.

– Долгая история.

– Почему его вчера так переклинило? Из-за тебя?

– Да.

– Ты… Что ты сделала?

Юля вскинула голову и в упор посмотрела в серые, тёмные, как тучи перед грозой, глаза.

– Я целовались с другим мужчиной у себя в кабинете, когда он зашёл, – без запинки отчеканила она.

Егор прищурился, покачал головой. Благо не отшатнулся.

– И зачем ты сюда приехала тогда? – спросил глухо, напряженно.

– Я должна быть здесь. Он…

– Не должна, – он чуть повысил голос, за мгновение став и старше, и жестче. – Езжай к сестре.

– Послушай, я не собираюсь…

– Ты ей явно сейчас нужна больше, чем ему.

Юля закрыла глаза, отвернулась. Егор взял её за руку и чуть сжал ладонь. Не в его духе было грубить. И теперь он пытался сгладить жестокость своих слов.

– Пожалуйста. Это все… Неправильно. Но сама пойми, тебе здесь не место. Он…

Юля, не дослушав, вырвала руку и зашагала к выходу.

– Я позвоню! – крикнул Егор ей вдогонку.

Он написал. Юля сидела на кухне и пыталась пить кофе, когда прилетело сообщение от Егора.

«Митя в норме. Все хорошо. Ругается с медсестрами».

Юля шумно выдохнула и закрыла глаза трясущимися руками. В прихожей что-то зашуршало, и в дверях замерла заспанная Люда.

– Что вы вскочили все так рано? – она зевнула, принюхалась. – Чем горелым воняет?

Юля показала на кружку кофе.

– Только кофе пью… Люда? Люда, что?!

Та вытаращила глаза, зажала рот ладонью и, рывком открыв дверь туалета, бросилась внутрь. Юля вскочила на ноги.

– Люда, что такое?

Сестра стояла на коленях, склонившись над унитазом.

– Вылей эту вонючую гадость… – просипела она. – Я тебя умоляю…

В итоге до самого обеда Юля пыталась хоть как-то помочь сестре справиться с неожиданно нагрянувшим токсикозом. Но в итоге её саму начало мутить. Плюс от такого времяпровождения оказался один – Люда и не думала доставать Егора вопросами. Дела и дела, чёрт с ними, только привез бы курицу-гриль и помидоры.

Ближе к полудню, когда Люда, измотанная тошнотой, уснула на диване, позвонила Ангелина.

– Все, – коротко прозвучал ответ. – Вечером ты будешь нужна для дачи показаний. Вечером же можешь посмотреть выпуск местных новостей. Про тебя там ни слова, но, учти, некоторые умники уже строчат статьи с твоей фамилией в заголовке.

– И как мне на это реагировать?

– Никак. Игнорируй. Идёт следствие. Кстати, ты, наверное, уже знаешь, что на Зелёной горел сервис?

– Да.

– Будь готова, что об этом могут спросить.

– Я ни при чем.

– В курсе. Расскажу обо всем потом. До вечера.

Юля отняла мобильный от уха. Ей пока не верилось, что игра с Игорем закончена. Ведь сегодня вечером он собирался вести её на какую-то базу, а она успела подложить ему подарочек. Юля пожала плечами и принялась листать журнал пропущенных. Несколько раз звонил Роман Иванович, потом Семенов. Явно хотели поговорить о пожаре. Она решила перезвонить заму, но не успела нажать «Вызов», как в дверь постучали. Тихо, едва слышно. Юля предусмотрительно заглянула в глазок, и осторожно повернув замок, впустила Егора в квартиру.

– Как брат? – шёпотом спросила она, отступая назад.

Егор вздохнул, огляделся и осторожно опустил пакеты с едой на пол.

– А Люда где?

– Спит. Её тошнило все утро.

– Тошнило? Вечером только хвасталась, что токсикоза нет.

Юля преградила Егору дорогу. Тот рассеянно посмотрел на неё.

– Ты мне ответишь на вопрос?

– А… Ну… Нормально все. Кислородом дали подышать – теперь хоть лёгкие не выплевывает. Дня три полежит – и вытурят. Ты куда?!

Юля уже надевала босоножки.

– В больницу.

– Тебя же не пустят…

Ответом ему был щелчок дверного замка.

В отделении пахло обедом – чем-то варено-кисло-мясным. Юля тут же подумала о Люде – сестре бы этот запах точно не понравился. Сказав на посту, кто ей нужен, она уселась на скамейку и мельком глянула на телевизор, висевший на противоположной стене. Пообедав, пациенты приходили сюда убить время перед тихим часом, и сейчас тут было людно.

Медсестра подошла к ней.

– Он не изъявил желания выходить. Так что… – она пожала плечами и хотела было уйти, как Юля поймала её за руку.

– Мне нужно с ним поговорить.

Купюра в ладони царапнула кожу. Медсестра поджала губы и чуть оттолкнула её руку.

– Глупостями не занимайтесь. Уберите быстро. И пойдёмте, я вам халат дам.

– Это к кому такая краля? – присвистнул кто-то из пациентов вслед.

– Саевский, закатай губу, – прикрикнула медсестра и тише добавила: – Ну что за хамы? А вот и исключение из правил… Арсений, вы обедали?

По коридору им навстречу шёл высокий худой мужчина с грустными голубыми глазами, показавшийся Юле смутно знакомым. Он улыбнулся и ответил низким, хрипловатым голосом:

– Добрый день. Да, спасибо. Очень вкусно.

– А по виду и не скажешь, что бомж, – тихо заметила провожатая, останавливаясь у двери палаты и глядя пациенту вслед. – Это он, между прочим, вашего благоверного спас. Из огня вытащил. Герой! Да… Дмитрий, вы как хотите, но к вам посетитель.

Медсестра пропустила её вперед и прикрыла дверь. Юля замерла, обводя палату взглядом. Всего четыре койки. На одной наброшены вещи, две другие застелены. Дима сидел к ней спиной, на крайней, лицом к окну. Из-под жалюзи яркий солнечный луч прямой полоской ложился на жёлтый пол. Из-за этого света в палате было не по-больничному празднично.