Текст книги "Запах полыни"
Автор книги: Галина Гордиенко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)
– Танюша, давай зови всех к столу, папа уже гуся принес, остывает же!
«Действительно, характер тот еще, – подумал Колыванов, наблюдая, как Таня мечется по кухне. – Интересно, где Серега с ней познакомился…»
Таня подошла к раковине и умылась ледяной водой. Неохотно промокнула лицо бумажными салфетками и сердито засопела: лучшая подруженька удружила, привела с собой этого… этого… этого наглеца!
И неожиданно фыркнула – здорово она розы об него обломала! Жаль, только пиджак порвала, лучше бы пару царапин на бессовестной физиономии оставила, глядишь, родителям бы меньше понравился, тоже – жених нашелся, теперь не отстанут – что, да где, да когда…
В зале загомонили, задвигали стулья, и Таня пошла звать подругу к столу: хватит Саулешке на лоджии прятаться, сколько можно? И насчет развода опять-таки…
Что-то она Женьку давненько не видела, не сбежал ли? Женька, он может, из этого сумасшедшего дома самой слинять хочется, только родители не простят – юбилей все-таки и гостей назвали.
– О, привет! – радостно воскликнула Таня, увидев брата у открытого окна. – Куришь тут? А я боялась – ты сбежал. В комнатах тебя нет, и тетя Галя искала…
– Придумала – сбежал. – Колыванов бросил сигарету. – Это я тебя никак поймать не могу, ты, кстати, не забыла о разводе?
– Да помню, – досадливо отмахнулась Таня. – Как раз Саулешку к столу звать иду, заодно вас познакомлю.
Колыванов пожал плечами: Таниной подруги он не видел. Может быть, девчонка вообще не пришла. Или ушла, пока Татьяна воевала с Векшегоновым.
Он вздрогнул от неожиданности, когда Таня закричала, бросаясь к Сашеньке:
– Опять по углам прячешься, сколько можно!
– Я… не прячусь, – робко запротестовала Сауле, страшась поднять глаза на Женю.
– Да-а? Тогда что ты тут делаешь? – съехидничала Таня. – Свежим воздухом дышишь?
– Ды… дышу.
– Ладно, хорошо, что вы оба здесь, – не стала спорить Таня. – Не нужно место искать, а то гости, чтоб их, как тараканы по всей квартире расползлись…
– Ну и зачем тебе специальное место? – весело поинтересовался Колыванов.
– Затем!
Таня за руку вытащила упирающуюся Сауле из ее угла. Подтолкнула в спину поближе к брату и снисходительно разрешила:
– Вот, можете начинать договариваться!
Сауле непонимающе таращила глаза. Колыванов вздрогнул, в голове стремительно всплывали события семилетней давности.
Помнится, он едва не поседел той осенью! Только что окончившая школу Татьяна бессовестно преследовала его по пятам с плачем о своей несчастной подружке – что там она ему пела? Мол, без дома, денег, родственников, сущая бедняжка и сирота… Ручки-веточки, шейка как у первоклассницы, смуглая-пресмуглая, из Казахстана, кажется…
И ребенка ждет, само собой!
– Значит, это она?
– Она, Саулешка! Сауле то есть, – весело подтвердила Таня. – Моя лучшая подруга! Хотя если вспомнить лощеного паразита, которого она сюда притащила…
Глаза Тани нехорошо блеснули, но развивать тему она не стала: дело есть дело. Легонько шлепнула Сауле между лопаток и буркнула:
– Вот, Саулешка, твой муж, знакомься – Колыванов Евгений Сергеевич. – Она подмигнула брату. – А это, следовательно, твоя жена: Колыванова Сауле Александровна. Фиктивный муж и фиктивная жена, разумеется! – Она фыркнула. – Теперь давайте, ребятки, быстренько обговаривайте дату, когда пойдете разводиться, и за стол, а то мама за остывшего гусака с меня скальп снимет!
– Сауле, значит? – всматриваясь в побледневшее милое лицо, ошеломленно пробормотал Колыванов. – Красивое имя и тебе идет…
– Подумаешь – обычное казахское имя, – перебила Таня. – Саулешке бабушка его дала, так, Саулешка?
Сауле кивнула, у нее вдруг закружилась голова, она с трудом слышала Татьяну, уши словно ватой заложило.
Таня смерила подругу сочувственным взглядом: толку от нее, вот-вот в обморок хлопнется, неженка несчастная! – и решила взять дело в свои руки. Широко улыбнулась брату и сказала:
– Предлагаю договориться на вторник. Понедельник, сами знаете, день тяжелый, так что ну его к черту, а вот вторник – самое то. Разведем вас на раз, ведь претензий друг к другу никаких? Так что отдадим заявления, и всех дел. Саулешку я у этого… с работы отпрошу, а ты, Женька, сам себе хозяин. Ну как, согласны?
Сауле вцепилась слабеющими пальцами в подоконник, у нее подламывались колени, она с трудом стояла.
Колыванов холодно спросил Татьяну:
– Я правильно понял: во вторник я должен развестись с ней? – И он кивнул на Сауле.
– Ну да! Ты – с ней, а она – с тобой.
– Нет.
– Что «нет»? – растерялась Таня. – Тебя не устраивает вторник?
– Меня не устраивает развод.
– Ничего себе заява! Это еще почему?!
– Потому что мне нужна была свобода, чтобы жениться именно на ней!
– На… ней? – Таня неуверенно ткнула пальцем в обомлевшую подругу. – Вот… на ней?
– Да.
– Но… как же… – Таня обернулась к Сауле и недоверчиво спросила: – Это ты с Женькой, что ли, познакомилась в приемной у Вероники?
Сауле судорожно сглотнула и еле заметно кивнула.
– Со мной, не сомневайся, – усмехнулся Колыванов.
Таня отступила на шаг, изумленно глядя на подругу с братом, и выдохнула:
– Прямо-таки мексиканский сериал!
– Нет, просто судьба, – пожал плечами Колыванов. – Хотя, если честно, я никогда в нее не верил.
– А что мы скажем тете Гале?
Таня даже поежилась, представив родительские лица, узнай они правду. А уж какую физиономию скорчит этот… этот…
А тетя Галя?!
– Какая разница? – Колыванов встревоженно посмотрел на Сауле, ему не нравилась ее бледность и круги под глазами.
– Это тебе никакой разницы, – внезапно рассердилась Таня. – А из меня тетя Галя лапши нарежет, когда ты расколешься! Сам подумай: фиктивный брак, да с моей подачи, да столько лет всем голову морочили… нет, точно убьют, и твои, и мои!
Колыванов притянул Сауле к себе, вдруг показалось, что она сейчас упадет. Обняв ее, мгновенно успокоился и легко пообещал:
– Мы им не скажем про фиктивный брак.
– А что скажем?!
– Ну, что расписались семь лет назад. А потом поссорились и расстались. Скажем – вспоминать о прошлом не хочется, ну, сглупили по молодости, теперь жалеем…
– У Саулешки ребенок!
– Скажем – я не знал, что она его ждет.
– Тетю Галю кондрашка хватит, она так о внуке мечтала!
– Мы сегодня встретились и поняли, что должны быть вместе, – твердо закончил Женька, крепко прижимая нечаянную жену к себе и чувствуя странную уверенность, что все у них будет хорошо.
На кухне что-то полетело, громко залаял Кешка. На лоджию, толкаясь, вылетели Никита с Лизаветой и дружно затрещали:
– Бабушка всех к столу зовет!
– Гусь стынет, а ты, теть Тань…
– Сказали – чтоб сразу шли!
– Ой, мам, вы с Евгением Сергеевичем уже познакомились? Вот здорово, а я вас искал-искал, не нашел, а вы сами…
«Ничего себе. – Колыванов улыбнулся Никите. – Китеныш – ее сын, а я-то, дурак, не понял, ведь несколько раз ее в той каморке заставал… И рисунки, черт, какие рисунки! – а я-то, я… Она из Казахстана, по дому скучает, понятно… А шлепанцы сорок первого размера наверняка Танькины…»
– Значит, это и есть твой новый взрослый друг? – недоверчиво спросила своего любимца Таня.
– Почему все говорят – новый? Мы давно дружим!
Сауле слышала звонкий голос сына и не верила себе: так не бывает, это все неправда. Вот сейчас она проснется, и все кончится, они опять будут с Китенышем одни, то есть – вдвоем, ну и Татьяна, конечно, куда они без Татьяны…
– Точно, мексиканский сериал, – мрачно резюмировала Таня. – Ну, Женька, я тебе не завидую, что с тобой сейчас тетя Галя сделает… – И с натужной веселостью воскликнула: – Кстати, Китеныш, знакомься, это твой папочка! Да-да, Евгений Сергеевич Колыванов, мой дальноюродный братец, чтоб его…
– Мой… папа?!
– Ну да, папа. Он просто не знал, что ты у него есть, и такое бывает. Поссорился с твоей мамочкой еще до твоего рождения, а теперь встретил ее, и они помирились, такая вот дурацкая история, Китеныш!
Лизавета зачем-то захлопала в ладоши. Басовито залаял Кешка. Татьяна пространно рассказывала Никите о своем дальноюродном братце, прозевавшем – исключительно по молодости и сопутствующему ей легкомыслию! – рождение собственного сына. Зато теперь…
Сауле словно сквозь туман видела Никиту, его сияющие темно-карие глаза – у Жени точно такие же, надо же – настоящее чудо!
Она запрокинула голову, всматриваясь в Женино лицо: они действительно необъяснимо походили друг на друга, два ее самых близких человека, походили как отец и сын, как такое могло быть…
Или Женя прав – это судьба?
Сауле робко улыбнулась, вдруг поверив в счастье: почему нет? Она чувствовала надежные Женины руки на плечах, голову кружил запах полыни – как привет из далекого детства, – именно так пахли в июле прокаленные солнцем любимые казахстанские степи…
