Текст книги "Целитель"

Автор книги: Фрэнсис Пол Вилсон (Уилсон)

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 12 страниц)

– Поправь меня, если я ошибаюсь, Пард, но мне вроде бы помнится, что этот шар съемный.

– Верно. Его можно отсоединить от системы жизнеобеспечения примерно часа на два без серьезного вреда для мозга.

– Больше нам и не надо, чтобы доставить его на базу и подключить к другому аппарату.

– Он очень боится, Стив, – предупредил Пард, когда Дейлт принялся отсоединять шар. – Кстати, я понял только что слышанную маленькую литанию. Священные объекты, которые ежедневно «встречаются с солнцем», – солнечные батареи. Сегодня заряжается половина, а завтра другая. Поэтому он продолжает работать.

Как только Стивен отсоединил последний кабель, в подвал ворвалась шумная беспорядочная толпа вместе с герцогом.

– Раксо! – воскликнул тот, увидев его. – Все-таки ты нас предал!

– Простите, – извинился Дейлт, – но это чужая собственность.

Антон рванулся вперед:

– Гад, изменник! А я называл тебя другом…

Он схватился за рукоятку меча, Дейлт в ответ высоко поднял шар.

– Стой, Антон! Если кто-нибудь попытается преградить мне дорогу, я вдребезги разобью этот шар вместе с вашим божеством!

Побледневший герцог вцепился в плечо сына, удерживая его.

– Я пришел сюда не затем, чтобы что-то украсть у вас, но обязан украсть его. Очень жаль, что так вышло.

Он не кривил душой, обоснованно чувствуя, что обманул доверие, и ему это сильно не нравилось, но упорно напоминал себе, что мозг принадлежит корпорации «Старуэйз» и только он может его вернуть.

– Надеюсь, угроза их остановит, – вставил Пард. – Впрочем, обдумав возможности, сообразят, что, схватив тебя, лишатся божества, а если отпустят, все равно лишатся.

В тот же момент Антон огласил то же самое заключение, но отец по-прежнему держал его за плечо.

– Пусть он заберет божество, сын мой. Оно помогло нам мудрыми советами, в благодарность мы должны, как минимум, беспрепятственно его выпустить.

Дейлт схватил какого-то придворного.

– Беги, приведи мне коня – и хорошего!

Посмотрел ему вслед и медленно двинулся по коридору к обеденному залу. Герцог с компанией остался в нише.

– Интересно бы знать, что они теперь против меня затевают, – прошептал он. – Подумать только! Сколько я здесь прожил, никогда не догадывался, что они телепаты.

– Они не телепаты, Стив.

– Как же они с ним общались? – удивился он, взглянув на шар, зажатый под мышкой.

– Секрет заключается в том, что этот самый мозг представляет собой необычайно мощный передатчик и приемник. У местных жителей нисколько не больше телепатических способностей, чем у любого другого.

Дейлт с облегчением увидел поджидавшего коня, открытые ворота. Крупнейшая из двух лун Кваши уже высоко стояла над горизонтом, поэтому он кратчайшим путем поскакал к спрятанному челноку.

– Одну минуточку, Стив, – попросил Пард, когда он спрыгнул с седла неподалеку от корабля. – Кажется, перед нами стоит нравственная проблема.

– А именно?

Пард молчал всю дорогу.

– Я поговорил с мозгом и понял, что он стал не просто пилотирующим устройством.

– Возможно. Потерпел крушение, обнаружил свои телепатические способности, постарался извлечь максимальную пользу из сложившейся ситуации. Мы нашли его и возвращаем хозяевам. В чем проблема?

– Он не потерпел крушения. Постарался избавиться от механика и самостоятельно завладеть кораблем. Не хочет возвращаться.

– Ну, ему выбирать не приходится. Его изготовила корпорация, туда он и отправится.

– Стив, он нас умоляет!

– Умоляет?

– Да. Слушай, ты по-прежнему видишь в нем комок нейронов, слепленный для управления кораблем, но он вырос в нечто большее. Это теперь существо,мыслящее, сознательное, с собственной волей! Не биомеханизм, а разумное существо…

– Философствуешь?

– Скажи, Стив, что с ним сделает Барр, получив в свои руки?

Не хотелось отвечать на этот вопрос.

– Скорее всего, препарирует? – допытывался Пард.

– Нет, по-моему… когда поймет, что он разумный.

– Ну, допустим, не препарирует. Если Барр оставит его жить, он до конца жизни останется экспериментальным объектом. Разве это справедливо? Разве мы вправе обречь его на такую судьбу?

Дейлт не ответил.

– Хуже никому не будет. Фактически он вполне способен помочь Кваши поскорей вернуться к цивилизации. Он не стремится к власти. До крушения целиком усвоил корабельную библиотеку и был необычайно счастлив в своей подвальной нише, выдавая информацию об удобрениях, севообороте и прочем, работая на ежедневно подзаряжаемых батареях.

– Я тронут, – саркастически проворчал Стивен.

– Шути, если угодно, а я не так легкомысленно к этому отношусь.

– Откуда у тебя столько самоуверенности?

– Молчу. Можно оставить шар здесь, мозг установит телепатическую связь с крепостью, оттуда придут и заберут его.

– А что я скажу Кларксону?

– Почти абсолютно чистую правду. В заключение объяснишь, что шар разбился в крепости, когда тебя пытались схватить и едва не убили.

– Видишь ли, это может погубить проект. Для его продолжения обязательно нужно вернуть мозг.

– Пусть так, но мы должны рискнуть. С другой стороны, если отметить в докладе, что найденный мозг стал разумным и выработал приемы самосохранения, ученые обязательно страшно заинтересуются и непременно продолжат исследования в том или в ином направлении.

К своему огромному неудовольствию, Дейлт обнаружил, что соглашается с Пардом и почти готов осторожно положить шар в траву и уйти прочь, послав ко всем чертям корпорацию «Старуэйз».

– Он по-прежнему умоляет нас, Стив. Как ребенок.

– Ладно, черт побери!

Проклиная себя за безволие и мягкотелость, он отошел на безопасное расстояние от челнока, опустил шар на землю и буркнул:

– До отлета еще кое-что надо сделать.

– Например?

– Накачать нашего маленького дружка основной информацией о феодальной культуре, которой наверняка не было в корабельной библиотеке.

– На опыте усвоит.

– Этого я и боюсь. Без четкого представления о феодализме на Кваши его помощь Бенделеме вполне может поколебать весь общественный строй. Либо непомерно богатое герцогство захватят жадные соседи-завистники, либо оно воспользуется своим богатством для создания захватнической армии. Оба варианта фатальны для мозга и лишат Кваши шансов на социальное и технологическое развитие.

– Что предлагаешь?

– Очень просто. Возьми все, что я знаю о Кваши и феодализме, и скорми мозгу. Подчеркни первостепенную необходимость широкого распространения имеющейся у него информации. Пусть, к примеру, телепатически вкладывает обрывки мыслей в голову бродячих торговцев, менестрелей, нищих. С распространением благополучия по всей планете постепенно исчезнут причины общественных потрясений. В долгосрочной перспективе вся Кваши выиграет.

Пард послушно приступил к процессу обучения, быстро справившись, ибо мозг поглощал информацию с ненасытным аппетитом.

Поднимаясь на ноги, Дейлт оглянулся на шорох в кустах и увидел Антона, бросившегося к нему с обнаженным мечом.

– Я… решил вернуть вам божество, – заикнулся он.

Антон остановился.

– Не нужна мне эта пакость! Если хочешь знать, я расколочу его вдребезги, как только тебя прикончу!

Взгляд его был полон немыслимой ненависти: взгляд юноши, который только что понял, что его друг и горячо любимый наставник – презренный предатель и вор.

– Но ведь божество позаботится, чтоб в Бенделеме никто никогда больше не голодал! – вскричал Дейлт. – Зачем его уничтожать?

– Затем, что оно заодно позаботится, чтоб никто из придворных никогда не признал меня герцогом! – прорычал Антон.

– Они же признают им твоего отца… Почему тебя в свой черед не признают?

– Отца признают по привычке! Вся власть в Бенделеме принадлежит божеству… А я после смерти отца буду просто марионеткой!

Теперь разъяснилась причина мрачности наследника герцога. Мозг угрожал его положению.

– Значит, ты пустился в погоню за мной не из-за угрозы разбить божество, а поэтому?

Антон кивнул и вновь рванулся вперед:

– Вдобавок я должен с тобой расквитаться, Раксо! Не позволю тебе безнаказаннообманывать мое доверие и доверие моего отца!

С последними словами он обрушил яростный рубящий удар на Дейлта, который нырнул, увернулся, вильнул в сторону. Он вышел без меча из своей комнаты в крепости, но у него имелся кинжал.

Молодой человек расхохотался при виде маленького лезвия.

– Этим ты меня надеешься остановить?

Если бы ты только знал, мысленно посочувствовал Дейлт, не желая, однако, пускать в ход бластер. Настроение парня хорошо понятно. Отыскать бы какой-нибудь способ оглушить его и улететь…

Антон энергично бросился в атаку, Стивену пришлось отступить. Под ногу подвернулся камень, споткнувшись, он инстинктивно выбросил вперед правую руку, чтобы сохранить равновесие… Дальнейшие события разворачивались как бы замедленным кадром. Левое запястье, по которому рубануло лезвие меча, пронзила жгучая сокрушительная режущая смертельная боль. Кисть отлетела, брызжа в воздух пульсирующими красными струями, словно живая. Правая рука тоже как бы жила самостоятельной жизнью – перевернула кинжал, нацелила рукоятку в противника, нажала потайную кнопку. В темноте сверкнул лучевой заряд, поразил в грудь Антона, упавшего без единого звука.

– Рука! – простонал Дейлт, схватившись за обрубок.

– Передай мне управление, – потребовал Пард.

– Рука… – стонал он, не в силах ничего больше вымолвить.

– Передай мне управление!

Стивен слегка опомнился, на секунду расслабился и вдруг увидел собственное тело со стороны. Правая рука бросила кинжал, крепко зажала кисть над кровоточившей культей. Пальцы впились в плоть, пережимая артерии.

Ноги выпрямились, тело его встало на ноги и спокойно пошло к спрятанному космическому челноку. Локоть раздвинул кусты и нажал на пластинку, открывшую люк переднего отсека.

– Хорошо, что ты его не запер вчера, – заметил Пард, когда люк распахнулся.

В корабле на подобные случаи имелся набор первой помощи. Залитые кровью пальцы правой руки разжались, ловко сняли крышку с аптечки, вытащили банку стат-геля. Кровоточащий обрубок левой сунулся в банку и крепко прижался ко дну.

– Сейчас кровотечение остановится.

Гель при контакте мгновенно сворачивал любую кровь, образуя плотные твердые сгустки.

Выпрямившись, Стивен вновь овладел своим телом, вышел нетвердой походкой наружу, ослабевший, растерянный.

– Ты спас мне жизнь, Пард, – пробормотал он наконец. – Я даже шевельнуться не мог, глядя на этот обрубок, из которого хлещет кровь.

– Я спас жизнь нам обоим, Стив.

Дейлт подошел к упавшему Антону с дымившейся дырой в фуди:

– Мне этого совсем не хотелось. Знаешь, как-то нечестно… У него был только меч…

Он еще не пришел в себя, еще не понял, что произошло в последние минуты.

– Какая тут к черту честность? О какой «честности» может идти речь, когда кто-то пытается тебя убить?

Но он словно не слышал, обшаривая землю.

– Где моя рука? Если мы ее привезем, может, пришить удастся…

– Никаких шансов, Стив. Когда прибудем на базу, некроз уже полностью разовьется.

Дейлт сел, осознав, наконец, положение дел.

– Ну ладно, – сдался он. – Протезисты нынче делают настоящие чудеса.

– Протезисты? Мы новуювырастим!

Стивен помолчал, прежде чем отвечать.

– Новую кисть?

– Конечно! В твоем организме еще имеется добрый запас всемогущих мезенхимных клеток. Я уже их направил в культю, так что скоро кисть под моим руководством без проблем отрастет. Очень жаль, в самом деле, что люди лишены возможности сознательно контролировать физиологию своего тела. При надлежащем управлении человеческий организм способен почти на все.

– Ты хочешь сказать, у меня снова будет рука? Здоровая и новая?

– Здоровая и новая. А теперь предлагаю садиться в корабль и отчаливать. Мозг зовет герцога, и к его появлению нам, по-моему, лучше убраться отсюда.

– Знаешь, – заключил Дейлт, садясь в челнок и закрывая люк за собой, – пожалуй, под твоим присмотром я доживу до глубокой старости.

– Пока я придерживаю дегенеративные процессы, ты будешь жить вечно.

Он замер на полушаге.

– Вечно?

– Ну да. Старожилы этой планеты знают, что говорят, предупреждая детей: «Из каждой тысячи пораженных девятьсот девяносто девять умрут». Вывод очевиден – тысячный никогдане умрет.

– Никогда?

– Ну, если тебе в грудь ударит энергетический заряд, как Антону, я ничего не смогу поделать. Если нет, позабочусь, чтобы ты не умер от старости. Собственно говоря, чтобы даже не старился.

Потрясающий смысл слов Парда вдруг обрушился на него с полной силой.

– Иными словами, – выдохнул Стивен Дейлт, – я бессмертен…

– Предпочитаю другое местоимение – мы бессмертны.

– Не верю.

– Мне плевать, веришь или не веришь. Я буду хранить твою жизнь долго-долго, Стив, ибо, пока тыживешь, я живу, а мне все больше нравится жить.

Он не шевельнулся и не ответил.

– Ну, чего ждем? В галактике полным-полно миров, которые надо увидеть, обжить, а этот осточертел мне до тошноты!

– Куда спешить? – улыбнулся Дейлт.

После долгой паузы Пард согласился:

– Твоя правда, Стив. Действительно, нет никакой спешки. Все на свете время наше. Буквально.

Часть вторая
ИСЦЕЛИ БЛИЖНЕГО

Год 218-й

Трудно пока оценить смертоносные последствия белой горячки. Это не чума в истинном смысле слова – она наносит удар однократно, безрассудно, случайно, прыгая с планеты на планету, из одного конца освоенного космоса в другой, лишая разума жертву за жертвой. Природа этой болезни нам до сих пор неизвестна. Эффективных профилактических средств не найдено. Ее умел лечить единственный человек по прозвищу Целитель.

Целитель впервые явился в Институт психофизиологических заболеваний в Чесни на Ларго-IV, созданный под эгидой Межзвездного медицинского корпуса. В ходе тщательной проверки, проведенной в то время компетентными лицами, выяснилось, что мужчину с подобной уникальной внешностью часто видели в исследовательском центре ММК на Толиве.

Однако ММК категорически и упорно отказывается делиться какой-либо информацией о своих связях с Целителем, заявляя лишь, что там ему оказывали «логистическую поддержку», пока он перелетал с планеты на планету. Сами ли представь вители Корпуса обнаружили этот талант, раскрыли его или фактически наделили Целителя необычайной псионической силой, известно только им.

Из книги Эммерца Фент

«Целитель: человек и легенда»

IV

С наслаждением греясь на солнышке, по одной из оживленных центральных улиц Чесни медленно шагал мужчина. Открывавшуюся впереди перспективу неожиданно загородило огромное перекошенное лицо, угрожающе замаячившее перед глазами. Мужчина даже на секунду почуял дыхание на щеке. Потом лицо исчезло.

Он остановился, сощурился. Раньше ничего подобного не бывало. Осторожно выдвинул вперед ногу, продолжая прогулку, и… поднял тучу пыли.

Вокруг расстилалась голая бесплодная пустыня, жестокое солнце мигом сожгло кожу до волдырей, кровь почти закипела. Небо вдруг затемнили крылья гигантской птицы без перьев, которая, сделав два круга, ринулась вниз на него с такой скоростью, что им обоим грозила верная гибель. Жадный, широко открытый бездонный клюв надвигался все ближе и ближе…

…Внезапно он вновь очутился на улице, прислонился к успокоительно прочной стене ближайшего здания, обливаясь потом, судорожно хватая ртом воздух. Ужас какой-то… Надо искать врача. Мужчина оторвался от стенки и…

…провалился в темную бездну. Не в мирную тихую темноту, а в голодную. Кувыркаясь, он низвергался в вечность. Внизу показался свет, на близком расстоянии принял форму червя-альбиноса, слепого, клыкастого, длиной в несколько миль, который поджидал его с разинутым ртом.

Из груди вырвался вопль, но ни звука не слышалось.

Он все падал и падал.

V

Пард снова принялся в игры играть. Когда челнок с Тарводета состыковался с лайнером на орбите и пассажиры делали пересадку, попытался оказать псионическое влияние на выбор мест.

– Тип в синем сядет в третью кабинку слева.

– Мысли читаешь? – полюбопытствовал Дейлт.

– Нет, даю указания.

– Никогда не сдаешься, да? Сколько помню, пробуешь совершить этот фокус.

– Угу, но, по-моему, сейчас выйдет. Смотри.

Дейлт посмотрел, как мужчина в синем вдруг остановился перед третьей кабинкой слева, поколебался, вошел и уселся.

– Что ж, поздравляю, – вслух шепнул он.

– Благодарю вас, сэр. Теперь вон тот паренек сядет туда же.

Тощий долговязый подросток, о котором шла речь, прошагал мимо третьей кабинки слева, не бросив на нее даже взгляда, и устроился в пятой справа.

– Проклятье!

– Что случилось?

– Ах, мальчишка, наверно, заранее решил, где сядет… Видно, часто путешествует, у него есть любимое место.

– Возможно. Есть еще вероятность, что мужчина в синем тоже часто путешествует и случайно облюбовал третью кабинку слева.

– Цинизм не к лицу тебе, Стив.

– Трудно остаться наивным, не разлучаясь с тобой два столетия.

– Ну тогда разреши объяснить. Видишь ли, мне не удастся заставить мужчину сделать пробор слева, если он предпочитает его делать справа. Однако, если ему глубоко наплевать, с какой стороны провести пробор, можно, наверно, добиться, чтоб он поступил по-моему.

По салону шагала стройная красотка блондинка в облегающем блестящем костюме.

– Слушай, куда ее посадим?

– Меня это не интересует.

– Нет, интересует. Сердце вчетверо быстрее колотится, в паху сладко щекочет.

– Согласен, она привлекательна…

– Более чем привлекательна. Поразительно похожа на Джин, да?

– По правде сказать, не обратил внимания.

– Брось, Стив. Ты меня не обманешь. Сразу заметил сходство… Никогда не забудешь ту женщину.

Наверно, действительно никогда.

Он потерял ее больше ста сорока стандартных лет назад. Случайная любовная интрижка на борту корабля во время экспедиции на Кваши вылилась в невероятную фантастическую идиллию. Джин безоговорочно доверяла ему, хоть и не понимала, почему он отказывается от компенсации по инвалидности, лишившись на Кваши левой руки. Впрочем, вскоре недоумение сменилось изумлением, когда стало абсолютно очевидно, что кисть возлюбленного вновь отрастает. Она слышала об инопланетных существах, способных регенерировать члены, ходили толки, будто Межзвездный медицинский корпус экспериментирует с целенаправленной регенерацией, но тут рука вырастала сама по себе!

Если сам факт восстановления кисти был поразительным до невозможности, то процесс регенерации вообще выходил за рамки реальности. Не возникло никаких зачатков пальцев, никакой изначальной основы для реконструкции отрубленной кисти. Сначала зажил обрубок запястья, потом появились тенар и гипотенар, [3]3
  Тенар, гипотенар – возвышение соответственно большого пальца и мизинца.


[Закрыть]понемногу сформировалась ладонь. Когда ладонь с пястью были готовы, началась работа над фалангами пальцев. Первым был завершен большой палец с ногтем и всем прочим, потом остальные. У них на глазах словно строилось многоэтажное здание, причем каждый этаж перед возведением следующего получал окончательную отделку. Процесс длился четыре стандартных месяца.

Джин спокойно относилась к удивительному событию, фактически радуясь, что ее мужчина вновь в целости. Со временем Стивен ей объяснил, что он уже не совсем человек, к его организму добавился новый фактор, проникший в мозг сквозь пятно на макушке, заросшее серебристыми волосами. Он стал двойственной личностью с одним мозгом, но двумя сознаниями, одно из которых действует на клеточном уровне.

И с этим она примирилась. Может быть, не поверила бы, если б на месте отрубленной не выросла новая кисть. Никаких сомнений – вот она, пусть другого цвета, но на своем собственном месте. Раз это правда, то и другие признания Стива должны быть правдой. Поэтому она верила. Он был ее любимым мужчиной, остальное роли не играло…

…пока все более важную роль не начали играть годы. Джин видела, как редеют ее волосы, высыхает и морщится кожа. Новые способы омолаживания еще были несовершенными, оказывали минимальный эффект. А любимый мужчина по-прежнему цвел, ни на день не состарившись с момента их первой встречи. С этим она не смогла примириться. Любовь постепенно ослабла, иссохла, рассыпалась в прах, перешла в отвращение. Откуда недалеко до отчаянной ненависти.

Поэтому Дейлт расстался с Джин – ради нее, чтоб она не лишилась рассудка. И больше не вернулся.

– Пожалуй, велю ей сесть справа рядом с тобой.

– Не трудись.

– Придется потрудиться. После разлуки с Джин ты уклоняешься от близости с женщинами. На мой взгляд…

– Твой взгляд меня не интересует. Не превращайся в сводника.

– Тем не менее…

Девушка остановилась у его плеча и прожурчала:

– Это место не занято?

– Нет, – со вздохом сдался он, глядя, как она усаживается.

Безусловно, имеет полное право носить облегающие костюмы: фигура достаточно стройная, чтоб ничего лишнего не выпячивалось, и достаточно пышная, чтобы наряд сидел как влитой, живя собственной жизнью. Промелькнула праздная мысль, как Джин выглядела бы в подобном костюме, но Дейлт сразу выкинул ее из головы.

– Меня зовут Эллен Леттр.

– Стивен Дейлт, – автоматически кивнул он.

– Откуда вы, Стив? – поинтересовалась она после неловкой паузы.

– С Дерби.

Снова возникла пауза, еще более неловкая и напряженная, чем прежде.

– Сжалься над девушкой! Она старается завязать дружескую беседу. Сходство с Джин вовсе не повод от нее шарахаться, как от лишайной трухи.

– Твоя правда, – мысленно согласился Дейлт и добавил вслух: – Занимался в тамошнем университете микробиологическими исследованиями.

Девушка улыбнулась – любо-дорого посмотреть.

– Вот как? Значит, вы с биологического факультета? В прошлом году я слушала курс доктора Чалмерса.

– А! По химии шизофрении? Классический курс лекций. Вы психохимик?

Она кивнула:

– В данный момент возвращаюсь из небольшой исследовательской экспедиции. Только не припомню, чтобы встречала вас на биологическом факультете.

– Я в основном занимался самостоятельно, много было работы.

Действительно. Дейлт с Пардом оба заинтересовались мириадами микробных форм жизни, обнаруженных на исследуемых планетах человеческого сектора галактики. Открывались невероятные способы метаболизма, энзимные системы, в результате чего биологические «законы» без конца пересматривались. Инопланетная микробиология превратилась в гигантское поле исследований. Требовались годы, чтобы начать серьезную работу, и десятилетия, чтобы оставить свой след. Они с Пардом внесли примечательный вклад и опубликовали немало авторитетных работ.

– Дейлт… Дейлт, – задумчиво забормотала девушка. – Да, кажется, я о вас не раз слышала. Только, как ни странно, думала, что вы гораздо старше.

Точно так же думали бы и коллеги по биологическому факультету, если б он вовремя не ушел. Его ровесники, одновременно пришедшие в университет, здорово раздались в талии, поседели – пора было сматываться. Кое-кто уже любопытствовал, где он принимает омолаживающие процедуры. К счастью, Центр ММК предложил ему видное место в группе исследователей антимикробной терапии, и он охотно согласился.

– Взяли в Дерби годичный академический отпуск? – спросила она.

– Нет, совсем ушел. Направляюсь теперь на Тол иву.

– Значит, будете работать в Межзвездном медицинском корпусе?

– Как вы догадались?

– На Толиве их главная исследовательская Штаб-квартира. Если ученый направляется на Толиву, обязательно будет с ними сотрудничать.

– Собственно говоря, я ученым себя не считаю. Просто некий бродячий студент, кочующий из одного места в другое, прихватывая кое-что по дороге.

До сих пор Дейлт с партнером служил инженером на межзвездном грузовике, разведчиком на Тандеме, рыбаком на Джелке и так далее, лениво, но целенаправленно накапливая знания и жизненный опыт в человеческом галактическом секторе.

– В ММК точно многого нахватаетесь.

– Вы там служите?

– Руковожу психиатрическим отделением. Фактически занимаюсь моделированием повеления, но стараюсь получить представление о картине в целом, поэтому и прослушала курс Чамберса.

Стивен кивнул.

– Скажите мне вот что, Эллен…

– Эл.

– Ладно, Эл. Чем занимается ММК? Признаюсь, я взялся за дело вслепую. Получил предложение и согласился, ничего практически не выяснив.

– Я больше нигде бы не стала работать, – спокойно заявила она, и он ей поверил. – ММК собирает лучшие умы со всех концов человеческой галактики с единственной целью – накапливать знания.

– Меня никогда особенно не привлекало знание ради знания. Честно сказать, я иначе себе представлял ММК. В академических кругах его считают весьма корыстной, торгашеской организацией.

– Ученые и врачи практики не обращают большого внимания на мнение академиков. И я не исключение из подобного правила. Группа медиков довольно-таки авантюрного склада создавала ММК на частные средства – на займы, а не на гранты…

– Нечто вроде бригады скорой помощи?

– Да, на первых порах. Где-то вечно бушует какая-нибудь чума, так что эта самая группа летала повсюду, оказывая услуги за деньги. В основном предлагалось поддерживающее лечение. Тогда уже выяснилось, что многочисленные патогенные и вирусные организмы на пораженных ими планетах устойчивы к современным терапевтическим методам, и группа, получив срочный вызов, могла лишь протягивать руку помощи. Они кое-чего добились, запатентовали новые методы, потом осознали необходимость дальнейших фундаментальных исследований. Открыли на Толиве постоянную базу и начали глубже копать.

– По-моему, довольно успешно. Теперь ММК баснословно богат.

– Могу вас заверить, никто с голоду не умирает. В корпусе хорошо платят, надеясь на привлечение лучших умов. Выделяются невероятные средства на разнообразные исследования, ученым предлагается добрая доля доходов с открытий, имеющих рыночный спрос. Знаете, недавно мы временно передали компании «Теблинко фармасьютикалс» право на производство антитоксина печально известной лишайной трухи.

На Дейлта это произвело серьезное впечатление.

Лишайная труха буквально изводила межзвездных путешественников. С виду напоминала обыкновенный лишай средней степени тяжести, однако грибок вырабатывал нейротоксин с неизменно фатальным воздействием на центральную нервную систему. В высшей степени заразное заболевание, излечимое только при быстром обнаружении, при обязательном удалении пораженного участка кожи, пока не было найдено средство против него.

– Наверно, один этот препарат целиком финансирует деятельность ММК.

Эл покачала головой:

– Ни в коем случае. Вы, видно, понятия не имеете о масштабе деятельности корпуса. На каждое окупившееся исследование приходятся тысячи тупиковых. Все они требуют денег. Крупнейшее фиаско мы потерпели с Натаном Себитовом.

– Да, я слышал, он ушел.

– Его попросилиуйти. Возможно, это величайший в галактике биофизик, однако он опасен – полностью пренебрегает требованиями безопасности по отношению к самому себе и к собственным сотрудникам. Работал с каким-то чудовищным излучением и в конце концов полностью израсходовал отпущенные средства.

– Ну, по-моему, быстро найдет себе новое место.

– Естественно. Через пару дней после так называемого «ухода» из ММК ему предложили на Камедоне все необходимое для продолжения дела.

– Камедон… Образцовая планета, в которую Перестройщики вбухивают кучу денег?

Она кивнула:

– И Натан Себитов стал самым пышным пером на шляпе. Должен сделать какое-то потрясающее открытие. Остается надеяться, что его забавы с жестким излучением все вокруг не погубят.

Девушка помолчала и снова заговорила:

– Возвращаясь к вопросу о знании ради знания, эта идея мне тоже несимпатична. Но ММК опирается на допущение, что всякое знание – по крайней мере, научное – со временем так или иначе приобретает практическое значение. Жизнь определяют внутренние – телесные – и внешние факторы, и чем больше мы знаем о тех и других, тем эффективнее будут наши попытки усовершенствовать определенное взаимодействие между ними, критически важное для человека.

– Слышу настоящего бихевиориста, – рассмеялся Дейлт.

– Простите, – вспыхнула Эл. – Меня то и дело заносит. Так или иначе, вы поняли разницу, которую я старалась описать.

– Понял и согласен. Приятно думать, что я направляюсь не в гигантскую башню из слоновой кости. Но почему корпус обосновался на Толиве?

– На Толиве самая благоприятная политическая и экономическая ситуация: власть не прибегает к насилию, много молодой рабочей силы. Перебравшись туда, ММК обеспечил планете дальнейшее процветание, укрепив и правительство – я употребляю это понятие потому, что вы незнакомы с тамошней жизнью, – и экономику.

– О Толиве я всякое слышал.

– Слышали, будто ею управляют садисты, фашисты, анархисты и прочие негодяи, каких только можно придумать, и без ММК планета быстро превратилась бы в адскую преисподнюю?

– Ну, пожалуй, не так круто, но у меня сложилось похожее впечатление. Не особенно страшное, лишь слегка угрожающее. Есть тут хоть доля правды?

– Меня не спрашивайте. Я там родилась и поэтому необъективна. Если угадаете, кто еще там родился, догадаетесь об инициаторах клеветнической кампании.

Дейлт озадаченно задумался на минуту. Исключительно чуткий Пард бросился на подмогу:

– Питер Ла Наг родился на Толиве.

– Лa Наг! – с наигранным изумлением воскликнул Стивен. – Ну конечно!

Эл вздернула брови.

– Неплохо. Этот факт мало кто помнит.

– По-вашему, кто-то старается дискредитировать Ла Нага, пороча его планету? Смешно. Кому хочется очернить автора Устава Федерации?

– Тем, кому хочется изменить Устав, – разумеется, Перестройщикам. Толива не один век тому назад ступила на свой нынешний путь, задолго до рождения Ла Нага, и еще долго им следовала после его кончины. Слухи и толки пошли лишь с зарождением движения Перестройщиков, положив начало долгосрочной кампании. Увидите, прольется еще больше грязи. Цель – запятнать прошлое Ла Нага, а значит, и его идеи, поставив под сомнение дело всей его жизни, Устав Федерации.

– Вы наверняка ошибаетесь. Вдобавок ложь быстро разоблачится.

– Ложь – да. А сплетни и намеки останутся. Мы на Толиве по-своему смотрим на жизнь, и этот взгляд очень легко исказить до омерзительной неузнаваемости.

– Если хотите меня запугать, это вам хорошо удается. Объясните-ка лучше, к чему мне готовиться.

– Вам ведь руки никто не выкручивал, я полагаю? – холодно улыбнулась она. – Вы направляетесь на Толиву по своей собственной свободной воле, и, по-моему, лучше ее увидеть своими глазами. Кстати, о руках…

Дейлт заметил, что Эл разглядывает его левую руку.

– А, заметили другой цвет кожи?

– Трудно было бы не заметить.

Он взглянул на свою кисть, медленно поднял ее с колена, повернул, вытянул желтые пальцы с золотыми лунками ногтей, открыл веснушчатую ладонь. За четкой гранью на запястье кожа приобретала нормальный цвет. Острый меч Антона рубил чисто.

– Несколько лет назад во время неудачного химического эксперимента цвет кожи на руке навсегда изменился.

Эл нахмурилась.

– Полегче, Стив, – предупредил Пард. – Она все-таки медик, может и не поверить твоей старой байке.