Текст книги "Враг мой, люби меня (СИ)"
Автор книги: Филиппа Фелье
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 9 страниц)
Глава 10
Итан
Ответа от Моргана нет. Он заставляет, буквально вынуждает меня сделать следующий шаг. Правда не тот, который я планировал, поэтому приходится импровизировать.
Достаю один из одноразовых телефонов и набираю номер по памяти. Три гудка, щелчок.
– Алло? – слышу в трубке знакомый голос.
– Здорóво, Рэд. Узнал?
– Итан? Ты где пропал? Мы тебя обыскались. Машина во дворе, телефон дома…
– Мне нужна твоя помощь. – Обрываю тираду друга.
– Слушаю…
Через пять минут споров и убеждений Рэд соглашается мне помочь. Мы прощаемся. Я закидываю руки за голову и откидываюсь на спинку компьютерного кресла.
«Неужели Морган-мать-его-Уотсон спокойно спит? Не ищет дочь, не смотрит в почту?»
Да, ночь еще идет и до утра несколько часов, но все же это странно. Отсутствие ответа заставляет меня нервничать. Нутром чую, ОН что-то задумал, и это что-то закончится для меня проблемами или смертью. И я был к ней готов, даже искал. Раньше. Но теперь…
Теперь в моих мыслях поселилась она, Эми, и я не могу перестать думать о ней.
Маленькая, смелая, отчаянная. Как осторожный маленький котенок. Милая.
Снова щемит в груди. Похоже, я перерасчитал свои силы, не смогу я с этим жить.
«Черт! Итан Уайлд, ты что, влюбился? Не потому ли, что она огрела тебя по голове?» – я хмыкнул собственным мыслям.
Не может быть, что она настолько мне нравится. Нет. Не думаю. Скорее всего я чувствую вину за то, как поступаю с ней. Да. Вот это щемящее ощущение за грудиной, когда думаю об Эми, чувство вины, не более. И бешенное сердцебиение, и то, что она постоянно в моих мыслях… Всё это из-за вины.
Странное беспокойство одолевает все сильнее. Мне бы не видеть эти ее бездонные серые глаза. Не слышать. Не говорить с ней, но…
Не выдерживаю, снова спускаюсь в подвал.
Отпираю дверь и замираю.
Эми сидит на полу. Заплаканная, бледная, даже слишком. Губы почти потеряли цвет. Медленно оборачивается ко мне, слабо улыбается, встретившись со мной взглядом.
– Живой, – произносит она слабым голосом. Ее глаза закрываются, и Эмили сползает на пол.
– Эми? – подхватываю ее на руки. Легкая, почти невесомая, маленькая. Мне достаточно одной руки, чтобы держать ее. Холодная как ледышка.
Дверь заперта. Треск канцелярского ножа.
Освобождаю Эмили от пут. Руки и ноги просто ледяные. Бледные до синевы. На запястьях и щиколотках красные кровавые следы от стяжек.
«Черт!»
Не раздумывая, несу ее в санузел и плевать, что там нет ванной.
Удерживаю Эми одной рукой, второй настраиваю воду. Делаю чуть горячую. Она льется из потолочного душа словно дождь. Теплый, почти горячий дождь.
Сажусь на пол, под струи воды. Устраиваю Эми у себя ну руках и растираю замерзшие конечности, помогаю согреться.
Тонкие руки, стройные ноги. На внутренней стороне бедер проявился здоровенный синяк – мой след. Я стиснул зубы так, что они заскрипели.
Какой же я мерзавец! Хотел быть грубее? Жестче? Сволочь, вот кто я такой.
Теплая вода льется на нас. Одежда давно промокла насквозь, но мне плевать. Только бы она не заболела, только бы жила.
Разглядываю милое лицо и внезапно понимаю, что Эми не дышит.
Сердце колотится так, будто готово выпрыгнуть из груди.
– Эми? – собственный голос дрожит. Я встряхиваю девушку, но она не приходит в сознание. Тогда я прижимаюсь ухом к ее груди. Вслушиваюсь. Сквозь шум воды сердечный ритм еле слышен. Но сердце бьется. Жива.
В груди щемит до боли. К горлу подкатывает ком.
– Прости, – заправляю мокрые волосы ей за ухо, прижимаю к себе, как сестренку, когда она расстраивалась. – Я… не причиню тебе вреда, слышишь? Я очень виноват…
Что я буду делать, если она не очнется? А если погибнет?
Сердце делает кульбит. Я этого не хочу. Хочу беречь её. Защищать. От себя в том числе. Вот же чёрт!
Не знаю, сколько мы так просидели. Время будто перестало существовать.
Зеркало запотело. В комнате повис влажный теплый пар.
Моей груди коснулась маленькая ладошка. Эми подняла на меня взгляд.
– Как ты? – спросила она. – Все хорошо?
«Боже мой! Я ее чуть не убил, причинил столько боли, а первое, о чем она спрашивает, это как я себя чувствую? Она точно твоя дочь, Морган?»
– Итан. – Внезапно сиплю я. Наверное, от долгого молчания. – Меня зовут Итан.
Эми улыбается, будто рада знакомству.
«Она в своем уме вообще? Что происходит в ее голове? Что там за мысли? Почему?»
– Ты не виноват, Итан, – теплая ладошка гладит меня по щеке. – Не вини себя.
Сердце бьётся мелкими осколками, врезающимися в плоть.
«Она слышала. Она все слышала. Черт!»
Тону в серых глазах, любуюсь на пухлые губы. Улыбается искренней доброй улыбкой. Сердце разрывается. По-настоящему. На части рвётся, я треск его слышу. В горле ком.
«В кого же ты такая, Эмили Уотсон?»
В голове стучит сумасшедшая мысль, просто безумная: «Я никак не наврежу ей, не убью. Только не ее. Я убью Моргана».
Конечно, ее доброта граничит с глупостью. Но меня безумно тянет к ней. Хочу, чтобы она продолжала вот так смотреть на меня. С надеждой и восторгом. С доверием. Со странным неуместным теплом. Но будет ли это так, когда я отпущу её? Сможет ли она так же смотреть на меня, когда я убью ее отца?
Скорее всего нет. Точно нет. И от этого тошно. Я сам виноват.
Я склоняюсь к ее лицу и пробую на вкус мягкие губы. По нашим лицам стекает теплая вода. Мне внезапно становится жарко, хотя до этого я не чувствовал ничего. Голова кружится от странного переизбытка чувств, от нежности, с которой я ее целую. Осторожно, чтобы не спугнуть, без напора. Сдерживаюсь изо всех сил, хотя хочется снова быть с ней.
Глава 11
Морган Уотсон
Полученное письмо имело эффект разорвавшейся бомбы. Служба безопасности пыталась найти отправителя, но без полиции это сделать сложно, тут требовался хороший специалист, поисками которого и занимались безопасники.
Морган был зол как черт. Мало того, что дочь постоянно ныла про возобновление расследования гибели матери, так еще и позволила себя похитить! Переспав с мыслью о похищении, Эмили, он пришел к выводу, что она сама виновата в случившемся.
Так же, как ее мать виновата в собственной гибели. Он предлагал ей машину другой марки, предупреждал о участившихся случаях самовозгорания. Но она не послушала.
После ее гибели, которую СМИ описывали не иначе как несчастный случай, Моргану удалось заключить выгодные контракты. Ему сочувствовали, как скорбящему мужу, оставшемуся одному с маленькой дочерью. Никто не знал, что уже тогда Аманда была беременна от него. А когда родился сын, Морган взял на себя ответственность…
Стук костяшек пальцев по деревянному полотну двери заставил мужчину дернуться, но он тут же взял себя в руки. Никто в здравом уме не станет угрожать ему в его же собственном офисе. Сегодня же он усилит охрану жены и сына. Особенно сына.
– Войди. – Рявкнул Уотсон, и в кабинет вошел глава службы безопасности. – Что у тебя?
– Мы будем выполнять его требование и запускать стрим? – Спросил Олсон Смит. Старый вояка, вышедший на пенсию из-за ранения. Он уже давно верой и правдой служил Моргану, брался за любые, даже самые грязные дела.
– Скажи еще, что я должен признаться в том, в чем он меня обвиняет! – В сердцах воскликнул Уотсон.
Смит хотел было сказать, что это было бы правильно, но понимал, что босс на подобное не согласится. По крайней мере сейчас.
Морган любил дочь и готов был ради нее на многое. Но не потерять компанию. Лишиться всего, к чему стремился всю свою жизнь, обесценить этот труд… рука у шефа не поднималась.
– А если он выложит видео в интернет? – Олсон смотрел прямо, никогда не отводил взгляд, потому что ничего не боялся.
– Значит придется вам его перехватить. – Пожал плечами Морган. В конце концов за что он платит им шестизначные суммы? Пусть отрабатывают свой хлеб!
– Не факт, что сможем перехватить все. Кто-то да увидит, и тогда подключатся СМИ. – Смит пытался достучаться до разума Моргана, в котором последнее время стал сомневаться. Мало того, что директор не желал вытаскивать свою дочь, так еще и не замечал реальную опасность.
– И что ты предлагаешь? Склонить голову перед ублюдком, похитившим мою дочь? Ох, как было бы проще, если бы он попросил денег. Такое ведь уже было, помнишь?
– Да, Сэр. – Кивнул безопасник.
– Тогда ее продержали в плену неделю, так что ей не привыкать. Не думаю, что для нее это шок.
– Тогда она была совсем малышкой, скорее всего Эмили не помнит похищения.
– Не это сейчас важно, Смит. Не туда ты смотришь. Хватку что ли потерял? Найди мне этого урода. – Морган стучал указательным пальцем по столу, словно ставя точку после каждого своего слова. – И приведи ко мне.
– Будет сделано, Босс.
Глава 12
Итан
Что бы для нее приготовить?
Заглядываю в шкафы и холодильник, и выбираю спагетти с фаршем. Я люблю это блюдо и продукты на него как раз есть.
Лук и морковь нарезаю небольшими кусочками, разогреваю на сковороде немного масла, довожу овощи до мягкости, но не подрумяниваю. Затем к овощам добавляю фарш и обжариваю на среднем огне. Следом на сковороду отправляются томатная паста, соль и перец. Немного воды. Тушу до готовности, отваривая рядом спагетти. Готовка успокаивает мысли, выравнивает дыхание, позволяет сосредоточиться на чем-то, что не имеет отношения к любым проблемам. Всегда любил готовить.
Поймал себя на том, что насвистываю веселую мелодию стоя у плиты.
Как оказалось, мне нравилось готовить для кого-то. В данный момент, на арендованной кухне чужого дома я готовил для нее.
«Какой же я мерзавец, твою мать! Я дико виноват перед ней».
Стоп!
«Только самобичевания мне не хватало!»
Тряхнул головой, чтоб прийти в себя. Нужно мыслить трезво.
Она ждет меня. От этой мысли в груди странное волнение. Ждёт.
В памяти всплыл поцелуй и реакции ее тела на меня. Тело отозвалось мгновенным желанием. Никогда раньше я не испытывал подобной неконтролируемой и ненасытной тяги к женщине. Тогда, под струями воды, когда она прикусила губу, сдерживая стон, еле смог сдержать себя в руках.
На две белоснежные тарелки положил спагетти, в середину выложил фарш с соусом. Аромат, наполняющий кухню, заставил мой желудок недовольно буркнуть. Надеюсь, ей понравится. Две вилки, салфетки, поднос…
«Я что, совсем рехнулся? Что я делаю?»
Медленно поставил поднос на стол. Навис над ним, в попытке осознать факт того, что я готовил любимое блюдо для пленницы. Для той, кого обещал сжечь живьем, если Морган-мать-его-Уотсон не выполнит мое требование.
Противоречия разрывают душу изнутри.
«Почему я так воодушевлен?»
Она мой враг. Она дочь врага.
Но она не виновата, что у нее такой отец.
Глубокий вдох – выдох. Еще раз. Собираюсь с мыслями и успокаиваюсь.
«Не пропадать же еде? Она ни в чем не виновата».
Логично.
«Отнести еду в подвал или же привести ее сюда, за стол?»
Дилемма. На самом деле, я не боюсь, что она сбежит. Побег равноценен самоубийству, в такую погоду без обуви и одежды. Машину она тоже вряд ли сможет угнать без ключей. Не похожа она на матерую угонщицу.
Я накрыл еду, чтобы не остыла, и пошел за Эми вниз.
Она сидела на матрасе, в стороне от бурого пятна, оставшегося после того, как я ее… После того, что я сделал.
Я скрипнул зубами. Не могу. Не хочу быть мразью. Быть сволочью не простая задача, непосильная для меня. Как же с ней справляется Морган?
Эми вздрагивает и натягивает пониже мою рубашку. Она действительно смотрится на ней как платье. Заметив в моих руках повязку, Эмили смотрит на меня со смесью мольбы и ужаса в глазах.
– Не бойся, я всего лишь проведу тебя в комнату.
– Правда? – в ее голосе звучит столько надежды и радости, что я на время теряю дар речи.
– Правда. – Ответил я наконец, и Эми позволяет завязать себе глаза.
Мы выходим за дверь, и я объясняю ей сколько нужно преодолеть ступеней. Послушно идет за мной, держась за мою руку и за стену. Очевидно, что ей страшно. Она дрожит, дышит поверхностно и часто, но храбрится. Старается не показывать эмоции. Смелая девочка.
Провожу ее через гараж, в дом на кухню. Усаживаю на стул. Снимаю повязку.
Осматривается по сторонам с детским любопытством. Почему-то это не злит меня, а забавляет. А как блестят ее глаза, когда я ставлю перед ней тарелку со спагетти. Словами не передать. Ей будто преподнесли долгожданный рождественский подарок.
– Спасибо! – благодарит моя пленница, берется за вилку и набрасывается на еду, как изголодавшийся зверек. – Как вкусно!
С умилением наблюдаю за ее трапезой, забывая о том, что у самого в тарелке стынет еда. Улавливаю за окном звук мотора, поднимаюсь и подхожу к окну.
Рэд.
– Сиди здесь, никуда не выходи, поняла?
– Да. – Кивает Эмили и я отправляюсь встречать друга.
Глава 13
Эмили
Слежу как Итан выходит из столовой. Кухня и столовая здесь совмещены, в коридор ведет большая арка. Мой похититель выходит в холл.
Как только за ним закрывается дверь, и я тут же выскакиваю в коридор. Комнаты, комнаты. Две явно не жилые спальни. Только кровати, пустые тумбочки и такие же пустые шкафы. Нет ничьих вещей или фотографий, которыми люди обычно наполняют свое жилище. Все это выглядит странно, если только дом не снят в аренду.
Понимаю, что я обещала ему не двигаться, но не могу не попытаться придумать способ выбраться отсюда. Сейчас он добр ко мне, но кто знает, что произойдет через час, верно? Хотя, признаться честно, есть в Итане что-то цепляющее.
Он понравился мне еще там, на корпоративе. Сразу привлек мое внимание. Когда наши взгляды встретились, по коже пробежали мурашки, а сердце сбилось с ритма. В нем чувствовалась сила, несгибаемый стержень. Такие как он притягивают, как плохие парни. И я попала в его сети, как мотылек полетела на огонь. Поверила незнакомцу. И обожглась.
Окидываю взглядом коридор. Должно быть хоть что-то. Хоть что-то, что поможет мне сбежать.
Осталась последняя неисследованная комната.
Открываю дверь и попадаю в очередную спальню. Но эта отличается от остальных. Здесь лежит сумка с вещами Итана. На столе выключенный ноутбук и бумаги. Много бумаг.
Света из коридора хватает, чтобы видеть текст, и я принимаюсь бегло просматривать документы.
Отчеты патологоанатома, снимки с мест аварий. Множество обожженных до состояния угля мертвых тел. Копии отозванных заявлений. Все не то.
Я бегло пролистываю отчеты, и тут мой взгляд цепляется за имя погибшей.
«Марго Уотсон» – значится в шапке документа.
Мама?
По коже мороз. Волоски на руках встают дыбом.
Папа говорил, что мамина авария – несчастный случай. Что она никоим образом не относится к делам о самовозгорании автомобилей его марки. Но отчет свидетельствует об обратном. И я сразу понимаю, что это настоящий отчет, не подделка, которую мне показывал папа. Есть очевидные различия. Печати и подписи, и даже текст написан иначе.
Если Итан прав, и папа заведомо продает некачественные детали, то получается… получается, что он виноват в смерти мамы…
«Как он мог меня так обмануть?» – глаза застилают слезы. Рукой прикрываю рот, чтобы не издать ни звука.
На улице громко хлопают дверцы автомобиля.
«Он возвращается!»
Бросаю документы, выскакиваю из спальни и бегу в столовую. Меня трясет. Руки мелко дрожат. В голове не укладывается то, что я только что увидела. Подбегаю к окну, выглядываю, чтобы понять, где сейчас похититель и встречаюсь взглядом с незнакомым мужчиной.
Только что улыбающийся человек тут же становится серьезным. Взгляд темнеет, и я ныряю под подоконник, чтобы спрятаться от него. Очень недобрый взгляд. Такой, от которого мороз по коже.
– Твою мать, Итан, ты оставил ее в доме без присмотра? – кричит незнакомец.
– Стой, Рэд. Стой…
Возле машины явно происходит потасовка, но я слишком напугана, чтобы смотреть.
Снег хрустит под чьими-то ногами. Слышу, как хлопает входная дверь. Тяжелые шаги приближаются.
В столовую врывается разъяренный незнакомец. Находит меня взглядом, и я понимаю, что мне конец. Пытаюсь вжаться в стену под окном. Стать невидимой.
– А ты ничего. Я бы с тобой развлекся, – произносит он тихим голосом, не обещающим ничего хорошего. Стягивает с себя шарф и наматывает его на кулаки. – Но не хочу оставлять свою ДНК. Ничего личного, детка. Просто, – он делает небольшую паузу и продолжает: – ты не должна была меня видеть.
– Нет, пожалуйста! – шепчу я, но не слышу сама себя. Голос внезапно пропал. – Я никому не скажу.
Незнакомец приближается, пересекая столовую огромными шагами.
– Что ты сделал с Итаном? Где Итан? – пытаюсь отвлечь мужчину, а в это время отползаю в угол. Все. Больше мне деться некуда, и незнакомец это понимает. Зловеще ухмыляется.
– Он еще и имя свое тебе сказал? Идиот. Ну, ничего. Потом скажет мне спасибо.
Незнакомец набрасывает мне на шею шарф и затягивает с такой силой, что становится нечем дышать.
Из глаз брызгают слезы. Я пытаюсь содрать с шеи ужасный жесткий шарф, но только царапаю собственную кожу ногтями. Сучу по полу ногами в бесполезных попытках извернуться, высвободиться.
«Вот и все» – мелькает в голове последняя здравая мысль.
Сознание уплывает. Руки слабеют. В голове шумит, пульсирует кровь. Я перестаю слышать хоть что-то кроме этого шума.
«Вот и все»…
Глава 14
Итан
Рэд просто озверел.
Я же говорил Эми не высовываться, какого черта она выглянула в окно?
Остановить друга не удалось. Между нами завязалась потасовка. Не знаю, специально или случайно, но Рэд попал в какую-то точку, и я сразу отключился.
Пришел в себя лежа на снегу перед входной дверью.
Сердце тут же бешено заколотилось, разгоняя кровь.
«Как долго я был в отключке? Что с Эми? Черт! Рэд!»
Забегаю в дом. Бегом несусь в столовую, где оставил Эмили. Под ногами вижу следы обуви Рэда. Темные, мокрые отпечатки его подошвы на ковре.
«Черт!»
Залетаю в кухню, нахожу друга взглядом и кровь стынет в жилах. Рэд душит Эми своим шарфом.
Тело реагирует быстрее мозга. Удар тяжелым ботинком приходится Рэду прямо в лицо. Пока он приходит в себя после удара, не теряю времени, скручиваю его на полу лицом в низ, коленом давлю на позвоночник. Если будет сопротивляться – сломаю.
Рэд обездвижен. Больше не опасен. Я это понимаю, но отпустить не могу. Эми не двигается, не подает признаков жизни, кажется, даже не дышит.
– Эми? – хриплю я, но голос пропадает от подступившего к горлу кома. – Черт! Какого дьявола, Рэд?
Дрожащей рукой извлекаю из кармана стяжки и связываю ими друга. Возможно, уже бывшего.
«Что твою мать на него нашло?»
Бросаюсь к Эмили. Стягиваю с ее шеи шарф, прикладываю пальцы к венке на шее.
Стучит. Еле слышно, почти не ощутимо, но пульс бьется.
Облегчение разливается в груди, заставляет тело дрожать.
«Не хочу ее терять. Не могу позволить этому произойти. Только не так. Только не ее!»
– Она нас сдаст. – Рэд умудряется сесть, прислонившись к дивану связанными за спиной руками. – Она видела мое лицо. Я не могу так рисковать, Итан.
– Заткнись, Рэд! – рычу на него, а сам пытаюсь привести Эми в чувства.
Подхватываю ее на руки и уношу в спальню. Осторожно укладываю девушку на постель. Убираю с лица прядь непослушных рыжих волос. Сердце сжимается от чувства вины и нежности, которые я не должен испытывать к дочери врага. Не должен жалеть ее. Не должен бояться за нее.
Но я жалею. Я боюсь. Боюсь, что она погибнет и не хочу этого. Сердце болит, когда только пытаюсь это представить.
Эми моя.
«Очнись, пожалуйста! Только не умирай!»
Глава 15
Итан
Я стою возле постели и боюсь отойти от Эмили. Боюсь, что она не очнется, что перестанет дышать. Я сам готов перестать дышать, если её вдруг не станет.
«Долбанный придурок Рэд! Какого черта он учудил?»
Не выдерживаю и возвращаюсь к связанному другу. В конце концов он сидит на кухне. Там, где легко можно найти способ освободиться, если очень захотеть.
– Итан, – Рэд заглядывает мне прямо в глаза, и я вижу, что друг совершенно не раскаивается о своем поступке.
«Когда он стал подобным монстром? Хотя, разве я лучше?»
– Она сдаст нас, если окажется на свободе. Ты ведь понимаешь это?
Нахожу опору в стене, приваливаюсь к ней спиной. Молча смотрю на человека, которого считал другом. Пожалуй, он мой друг и есть, ведь нарушил закон, когда приехал сюда и привез то, что я попросил. Не без пререканий или споров, но…
– Я удивлен, что ты вообще решился на это. Думал, что весь твой план просто плод больного воображения из желания отомстить за семью. Мало ли что мы все болтаем под алкоголем? Но ты сделал это.
Я киваю и продолжаю молча наблюдать за Рэдом.
– Так зачем ты остановил меня? Хочешь сжечь ее? Чтобы она погибла так же, как твоя семья? Разве мой способ не более гуманный? Почему ты остановил меня? – негодует Рэд, дергаясь в своих путах.
– Я сам решу, что и как мне делать с Эми.
– Эми, – передразнивает Рэд, даже не пытаясь скрыть сарказм в голосе. – Зовешь ее по имени. Как подругу или… Ты понимаешь, что это значит?
Приподнимаю одну бровь и пялюсь на него, всем своим видом показывая, что думаю: «Ну, давай, просвети меня, Рэд. Что же это значит, по-твоему».
– Значит, – не заставил себя долго ждать друг, – что ты не тронешь ее. И она нас сдаст. Она видела меня, тебя, знает твое имя… если ты своей жизнью не дорожишь, то я своей точно дорожу. И не собираюсь отправляться в места не столь отдаленные за помощь, которую оказал тебе. Ясно?
– Ясно, – в моем голосе не осталось эмоций, – Так же, как и то, что она не сдаст.
– Ты не можешь быть в этом уверен!
– Могу. Не волнуйся. Ты не будешь вовлечен.
– Я уже вовлечен, ты, придурок! – Рэд говорит на повышенных тонах, заставляя меня хмуриться. – Я нарушил закон помогая тебе. Но будто этого было недостаточно, она еще и лицо мое видела!
– Знаешь, Рэд, о чем тебе нужно волноваться сейчас? – решаю обезопасить себя и Эми от необдуманных поступков друга. Подхватываю его под руки и подтаскиваю к батарее. – Не о гипотетической угрозе, а о том, чтобы она очнулась. Потому что, если она не придет в себя… я не ручаюсь, что ты выйдешь отсюда живым.
Как только руки Рэда были притянуты и привязаны к батарее, я спокойно выдохнул и вернулся к Эми.
Олсон Смит
Босс поручил ему найти похитителя или того, кто мог быть с ним связан. И Олсон почти справился с задачей.
Он не смог отследить звонок и найти место, куда ездил Рэд Гилберт, но он нашел где тот живет и вот уже три часа дежурил под окнами его дома.
Пока что Рэд там не появлялся.
Парень работал патологоанатомом и был весьма хорош в своем деле. Сегодня он вел себя странно и очень торопился смыться из города. Правда сделал он это, как доложил надежный источник, без вещей, а значит вернется.
И если похитителем является не сам Рэд, то Олсон сможет найти способ выбить нужные знания из уст доктора.
Эми
Прихожу в себя на мягкой постели. Горло нещадно болит и дерет. Говорить не могу. Дышать сложно, но можно.
– Эми, – взволнованный голос Итана успокаивает. Спас. Успел.
На глаза наворачиваются непрошенные слезы, и я не в силах их сдержать. Хочу попросить воды, но не могу вымолвить ни слова.
– Не разговаривай. Потребуется некоторое время на восстановление. Главное, что ты жива.
«Разве не ты угрожал меня убить? Откуда тогда в твоём голосе эта нежность?»
– Воды? – спрашивает он, и я киваю. Это именно то, что мне сейчас нужно. Пить.
Припадаю к стакану, что дрожит в моих руках и стучит стеклянными стенками о зубы.
– Тише, тише. Не так быстро. – Итан забирает ополовиненный стакан и ставит на тумбочку. – Все хорошо.
– Итан, отпусти меня! Мне нужно вернуться домой! – доносится из столовой крик незнакомца, и я вздрагиваю.
Взгляд Итана тут же темнеет от злости. Он сжимает кулак и поднимается, чтобы выйти, но я успеваю схватить его за руку и отрицательно мотаю головой.
«Не надо. Не трогай его. Потом ты будешь об этом очень сильно жалеть. Ведь очевидно, что он не посторонний, а твой друг».
– Не волнуйся, он не тронет, – по-своему интерпретирует мой жест похититель.
Но я не об этом переживаю. Вместо этого вспоминаю документы, брошенные на столе, и указываю на них.
– Ты видела… – Итан тяжело вздыхает. Садится на кровать и задумчиво трет лоб. – Я ведь просил тебя не двигаться, Эми?
Снова мотаю головой и указываю на бумаги, но Итан не понимает, что я от него хочу. Тогда я поднимаюсь, подхожу к столу и протягиваю ему документ с маминым именем.
Итан вчитывается, а я указываю на ее имя и на себя. Снова сдерживая слезы.
Кажется, до похитителя доходит. Он с удивлением смотрит на меня и отводит взгляд.
– Ты не знала? – спрашивает он, и я мотаю головой.
«Нет. Не знала».
– Прости.
От этого прости сердце разрывается на части. Ком в горле становится удушающим, я всхлипываю и начинаю плакать навзрыд. Правда без голоса. Беззвучные рыдания.
Итан притягивает меня, усаживает к себе на колени, прижимает мою голову к своей груди и гладит по волосам, как маленькую девочку. Утешает. Успокаивает, как может.
Затем подхватывает на руки и приносит в столовую. Садится на кресло напротив прикованного к батарее человека.
– Смотри, что ты наделал. – Холодно произносит Итан, убирая волосы с моей шеи. – Что нам с ним делать, Эмили? Может, запереть его в подвале?
– Ты совсем ополоумел? – спрашивает незнакомец с надрывом.
