Текст книги "Путь Дракона 1 (СИ)"

Автор книги: Евгения Перова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 7 страниц)

  Несмотря на то, что взрослые все время ставили Старшего в пример, Арьи обожал брата, молчаливо признавая его превосходство: брат явно был красивее, умнее, сильнее – и телом, и духом. В ранние детские годы братья больше времени проводили с мамой, потому что отец часто уезжал – на неделю, а то и на месяц, и всегда привозил мальчишками подарки: маленьких ярко расписанных деревянных лошадок; луки и стрелы; жесткие, но невероятно вкусные пряники или необыкновенные шишки с мелкими, остро пахнущими хвоей орешками.

  Родители сами обучали сыновей, и если на уроках мамы еще можно было отвлекаться и лениться, чем Арьи и пользовался, то отец, возвращаясь из очередной поездки, взыскательно проверял, насколько хорошо мальчишки усвоили показанные им боевые и магические приемы. Единственное, чему не пришлось учить двойняшек, так это верхнему зрению и ментальному общению: оба с рождения были одарены этими способностями, слыша и понимая друг друга даже на большом расстоянии. Стоило Арьи мысленно позвать Старшего на помощь, как тот мгновенно появлялся и разгонял дразнивших Младшего пацанов: с возрастом пышная шевелюра Арьи все больше темнела и становилась явно рыжей, что он переживал очень болезненно, мечтая о гладких светлых волосах, как у брата.

  – Ты не рыжий, ты золотой! – успокаивал его Старший, но отбежавшие подальше мальчишки прыгали, показывали языки и кричали: «Рыжий-красный, человек опасный!».

  – Да и что плохого в том, чтобы быть опасным? Тебя станут уважать, и никто не посмеет обидеть.

  Вот Старшего действительно побаивались: он умел так взглянуть, что слова застревали в горле обидчика, а уж в драке ему не было равных.

  Мальчишки постепенно взрослели. Скоро им пришлось пережить первое горе: заболела и умерла мама. Стоя над ее могилой, четырнадцатилетний Арьи изо всех сил пытался не заплакать – он же мужчина! Но не смог сдержаться, и тогда брат обнял его, а отец – их обоих. Но ночью Арьи услышал, как плачет на соседней лежанке брат – кинулся к нему, прижался изо всех сил, принялся утешать. Из другой комнаты пришел отец, сел к ним и долго разговаривал, рассказывая разные истории про их с мамой давнюю жизнь. А на следующий день они отправились в путешествие по стране.

  Оказалось, отец не зря так часто уезжал: чуть ли не во всех селениях и стойбищах у него были друзья и знакомые. И поездка была затеяна не только ради того, чтобы отвлечь мальчиков от горя, но и за тем, чтобы совершенствовать навыки и умения. В каждом месте, где они останавливались, находился Мастер, обучавший братьев новым приемам рукопашного боя или владения мечом, особенностям верховой езды или углубленной медитации, необычным магическим приемам. Арьи прилежно учился и быстро догонял Старшего – казалось, он в один миг повзрослел. Но серьезности это ему не прибавило: он то и дело влипал в какие-то истории, в основном, из-за девушек, которые висли на нем гроздьями. Так прошло семь лет. Совершеннолетие братья отмечали в палатке, стоящей на вершине продуваемого всеми ветрами утеса, который высился над бушующими волнами Бурного Пролива. Когда они немного выпили и хорошо закусили, отец сказал:

  – А теперь поговорим. Для начала я спрошу: как вам кажется, мы с матерью относились к вам одинаково? Или кого-то выделяли?

  Братья переглянулись, и Старший ответил:

  – Вы всегда делили между нами свою любовь и заботу поровну.

  Арьи кивнул, подтверждая.

  – Хорошо. Тогда призываю вас к сдержанности – сейчас вы услышите новость, которая вас удивит. Надеюсь, вы простите, что мы так долго скрывали от вас правду.

  Помолчал и продолжил:

  – Даже не знаю, с чего начать. Ладно, скажу прямо: вы не двойняшки и вообще не родные братья. Родство между вами есть, но очень дальнее.

  И отец рассказал, как двадцать лет назад они с женой подобрали в степи младенца, взяли к себе и вырастили рядом с собственным сыном. Рассказал, из какого клана происходит этот младенец, и что с кланом случилось. Рассказал, какая миссия предстоит обоим юношам, сколько препятствий и опасностей ждет их на этом пути. Разговор был долгим, а когда отец замолчал, Старший сказал:

  – Мы благодарны тебе за правду. А еще больше благодарны за вашу с мамой любовь.

  А Арьи добавил:

  – Мы всегда будем считать друг друга братьями.

  Они вышли из палатки и немного прошлись по берегу. Ветер налетал сильными порывами, но они не замечали.

  – Вот это поворот, да? – сказал, усмехнувшись, Арьи. – Кто бы мог подумать!

  – И не говори, – подтвердил Старший. – Ты как?

  – Сам не знаю. Что-то изменилось, это правда. Но ты всегда был для меня Старшим, таким и останешься навсегда.

  – Интересная нас ждет жизнь...

  Они посмотрели друг другу в глаза, потом обнялись. Никаких клятв они не произносили, потому что и так было ясно: они верны друг другу до смерти. А потом, спустя месяц, Арьи, стоя рядом с отцом, смотрел, как отплывала от берега лодка, в которой сидел Старший, направлявшийся в полную неизвестность – на Восточное Крыло. С тех пор прошло двенадцать лет...

  Арьи все плыл и плыл, поднимаясь вверх, к свету. Его сопровождали рыбки-воспоминания, а время от времени в толще воды проявлялись и исчезали знакомые и незнакомые лица, которые улыбались ему и подбадривали. Арьи все время чувствовал незримое присутствие брата и его поддержку. Почувствовав, что сил прибавилось, Арьи рванулся вверх, где сквозь голубоватую воду пробивались лучи солнца, которое вдруг оказалось совсем близко, но не обжигало, а лишь ласкало кожу теплом. Солнце улыбалось, и Арьи понял, что это Мэй. Мэй с разноцветными глазами и нежными губами, к которым он так мечтал прикоснуться...

  – Мэй! – закричал он, но не услышал собственного голоса. – Прекрасная Мэй! Поцелуй меня, приласкай! Расчеши мои волосы... Волосок к волоску, сердце к сердцу... Приди, возлюбленная моя...

  Когда Арьи очнулся во второй раз, уже окончательно, было утро. На краю его постели сидела Мэй, рядом стояли Йан и двое черных воинов.

  – Привет, Лисий хвост! – улыбаясь, сказал Йан. – Ну и напугал ты нас, приятель!

  – Сколько времени я тут провалялся? – спросил Арьи, пытаясь сесть. Один из воинов тут же подсунул ему под спину подушку.

  – Семь дней, – ответила Мэй. – Как ты себя чувствуешь?

  – Да нормально. Сейчас встану.

  – Ну конечно, – сказала Мэй. – Встанет он! Знахарка велела, чтобы ты, как очнешься, еще пару дней полежал.

  – Знахарка велела... Я сам себе знахарка. Йан, дай мне руку!

  Йан протянул ему руку и Арьи сумел подняться – постоял, пошатываясь, потом рухнул на постель:

  – Ладно, еще день полежу. Помогите мне сесть.

  – Вот и молодец. Давай-ка, выпей отвар.

  – Какой еще отвар? Я есть хочу!

  – Выпей отвар, потом я принесу поесть.

  – Не буду, он горький.

  – Ну что ты как маленький! Опять тебя из ложки поить, что ли?

  Арьи представил, как Мэй поит его из ложки, и слегка покраснел. Отобрал у нее чашку и залпом выпил, сморщившись от горечи, а Мэй ловко сунула ему в рот что-то сладкое, и Арьи на секунду почувствовал ее пальцы на своих губах. Потом он поел и заснул нормальным здоровым сном, без бреда и видений. Проснувшись, долго лежал с закрытыми глазами и думал.

  – Что мне делать, брат? – спросил он тихо, и Старший тут же ответил:

  – Ты сам знаешь.

  – Знаю, но это так трудно...

  – Нам никто не обещал, что будет легко.

  – Ты прав. Но как же не вовремя...

  – А это тебе расплата за все разбитые девичьи сердца!

  Арьи услышал смех брата и невольно улыбнулся сам:

  – Ох, и получишь же ты при встрече!

  – Жду не дождусь! Набирайся быстрее сил, нам осталось совсем немного. Последний рывок.

  На следующий день Арьи и правда поднялся, хотя его шатало от слабости. Он принялся методично восстанавливать силы, и через неделю заявил, что готов двигаться дальше.

  – А вот мы сейчас проверим, – усмехнулся Йан, подавая ему меч.

  – О! Это вызов?

  Сначала Йан, вооруженный мечом Четвертого, сражался вполсилы, но очень быстро оказалось, что и всех его сил не хватает, чтобы справиться с Арьи.

  – Все, все, сдаюсь! – признал он.

  – Ты очень продвинулся, – сказал Арьи, убирая меч. – Тренировался?

  – Да, твои ребята меня тут гоняли и в хвост, и в гриву!

  И небольшой отряд двинулся в поход. Все было спокойно – ни врагов, ни демонов. Вокруг расстилалась однообразная степь, лошади бежали спокойной рысью, время от времени кто-нибудь из черных воинов заводил протяжную песню, а остальные подхватывали. На привалах развлекали друг друга разными сказками и историями, особенной мастерицей была Мэй, знавшая множество легенд и преданий. Арьи, заслушавшись, иногда забывался настолько, что не мог оторвать взгляда от Мэй. Поймав себя на этом, он злился и сжимал кулаки, до крови вонзая ногти в ладони, и не знал, как избавиться от наваждения.

  А потом избавление произошло само собой: поздней ночью Арьи, которому не спалось, вышел из палатки. Темное небо было всё усеяно звездами. Он пошел в сторону от лагеря – к старому трехствольному дереву, решив, что посидит там. Но место оказалось занято: Йан и Мэй, обнявшись, сидели на толстой наклоненной ветви. Вместо того, чтобы развернуться и уйти, Арьи неслышно обошел дерево и остановился за спинами парочки – ему было слышно каждое их слово. Это был нежный разговор любящих супругов, часто прерываемый поцелуями. Арьи слушал, и его сердце обливалось кровью.

  – Ты еще пьешь свой отвар? – спросил Йан. – А когда перестанешь?

  – Когда вернемся домой.

  – А ты кого больше хочешь, мальчика или девочку?

  – И мальчика, и девочку! И еще мальчика, и еще девочку! И чтобы они все были похожи на тебя.

  – Ну уж нет! Мальчики – еще ладно, а девочки пусть будут похожи на тебя.

  – Только без белых прядей и с одинаковыми глазами. Карими. Или лучше голубыми?

  – А мне очень нравятся твои разные глаза. Ты необыкновенная, такой больше нет!

  – И хорошо. Одной вполне достаточно. Или ты мечтаешь о гареме?

  – О гареме? А что, это мысль! Вот вернемся домой, и я...

  – Только попробуй!

  Мэй в шутку стукнула Йана по голове, а он притворно захныкал:

  – Ай, моя госпожа меня бьет! Спасите-помогите!

  Потом вскочил, поднял Мэй, и они, смеясь, побежали к лагерю. Арьи вышел из-за дерева и сел на их место. Откинулся, оперся спиной на ствол и запрокинул голову к звездному небу. Долго смотрел на мерцающие звезды и чувствовал, как него снисходит печальное смирение. Ну что ж, значит так тому и быть. Любовь, эта незваная гостья, все еще жила в его сердце, но теперь Арьи знал, что сможет с ней справиться. Видеть Мэй, знать, что она счастлива – этого довольно. Он кивнул своим мыслям, встал и пошел обратно в лагерь.

  Глава четвертая, в которой герои освобождают Дракона, а Эйше получает меч «Полет Сокола»

  Вскоре на горизонте показалась Стена. С каждым днем она приближалась и приближалась, вырастая до небес. И каждую ночь Йану снился Эйше, напоминая, что Йан должен сделать и какие слова произнести. Наконец отряд приблизился к стене и спешился.

  – Тут мы с вами расстанемся, – сказал Арьи.

  Йан и Мэй низко поклонились Арьи и его воинам:

  – Спасибо, сёйгур! Спасибо, братья!

  – Ладно, ладно! Делайте, что должны, и да хранят вас боги! Еще увидимся.

  Арьи и четверка черных воинов, уводя двух свободных лошадей, поскакали в степь. А Йан и Мэй посмотрели на Стену. Там их уже ждали.

  – Приветствуем тебя, Йан Эймори! – крикнул Главный Стражник. – И тебя, девушка! Сейчас скинем вам веревки.

  – Не надо, – ответил Йан. Они с Мэй посмотрели друг на друга и, сосредоточившись, исполнили шойгхате, в мгновение ока очутившись на Стене, рядом с встречающими их людьми, в толпе которых Йан увидел отца и мать. Йан достал из пояса Указ императора, торжественно его зачитал и добавил, что потомкам Первой Стражи следует разбить лагерь у города Кийфру. Только потом он подошел к родителям и представил им Мэй, которая внезапно ужасно засмущалась и раскраснелась. После небольшого застолья Главный Стражник распорядился начать сборы, а Йан повел Мэй в родительскую башню, где им предстояло прожить пару дней, пока Стена окончательно не опустеет. Конечно, им не хватило этих дней, чтобы наговориться вволю, но Йан надеялся, что впереди будет еще много времени для семейных посиделок. Родители Йана так радовались жене своего сына, так любовались ею, что Мэй скоро перестала смущаться, а когда мама Йана подарила ей свою драгоценную шпильку, кинулась ей на шею. Йан попытался уговорить Мэй отправиться вместе с родителями в Кийфру, к деду, но Мэй решительно воспротивилась и сказала, что пройдет с ним весь путь до конца.

  И вот Стена опустела. Йан и Мэй дождались, пока последние уходящие скроются на горизонте, и пошли по Стене на север – туда, где находилась голова Дракона. Добравшись до крайней башни, они спустились на землю и подошли поближе к башне. Йан взял Мэй за руку и начал произносить длинное заклинание освобождения Дракона. Пока он читал, Стена поднималась все выше, преображаясь в мощный гребень, а из земли вырастало гигантское туловище Дракона, увенчанное клыкастой мордой. Наконец, Дракон предстал перед парочкой во весь рост. Опустил к ним свою морду, вгляделся... И Йан услышал у себя в голове его гудящий голос:

  – Ты освободил меня, человек. Говори, чего ты хочешь?

  – Я хочу, чтобы ты, о Великий, наделил драконьей силой воинов – потомков Первой Стражи и подчинил их тому, кто придет к ним с мечом, носящим имя «Полет Сокола».

  – Твое желание будет выполнено.

  Йан принялся читать вторую часть заклинания, и Дракон разинул пасть, издал громкий, бьющий по ушам рык, а потом выпустил из ноздрей в сторону Йана и Мэй две струи зеленого пламени. И исчез. Йан и Мэй услышали страшный водный всплеск со стороны моря и увидели, как у них на глазах затягивается рана в теле земли – след пребывания в ней Дракона. Когда Йан дочитал заклинание, все вокруг имело такой спокойный и мирный вид, что трудно было представить, будто здесь когда-то рычал Дракон или высилась Стена.

  – Йан, что нам делать? – воскликнула Мэй. – Посмотри, мы же почти голые!

  И правда, зеленый огонь Дракона не причинил им не малейшего вреда, но сжег почти всю одежду. Парочка была в растерянности: они в глухой степи, надо как-то добраться до Кийфру и защититься от волков, а у них никакого оружия и жалкие клочки вместо одежды!

  – Эй, суслики голозадые! – раздался вдруг знакомый голос, и из-за обломков рукотворной стены показался Арьи, а потом и черная четверка с запасными лошадьми. Мэй тут же спряталась за спину Йана.

  – Откуда ты взялся? – крикнул Йан.

  – А вы думали, от меня так просто отделаться? – рассмеялся Арьи, бросая в сторону Йана две сумки. – Одевайтесь, мы подождем за стеной. А потом отпразднуем. Выпьем за освобожденного Дракона. Видел бы ты, как это выглядело со стороны!

  А что же происходит в столице, пока наши герои, расслабившись, до полуночи валяют дурака и пьют за свободу Драконов, а потом потихоньку отправляются в сторону Кийфру? Как ни странно, ничего особенного. Потомки Первой Стражи разбили свой лагерь так удачно, что его невозможно было заметить из города, а прочие обитатели Стены к ним присоединились, не зная, куда податься и что делать, поэтому никто не узнал о падении Стены и об освобождении Дракона, хотя это магическое действо сопровождалось небольшим землетрясением. В неведении пребывал и император, занимаясь своими обычными императорскими делами.

  Главный шаман был в курсе происходящего, хотя и помалкивал. Он плохо понимал, откуда пришли к нему эти известия, потому что сам ничего не предпринимал: давно уже не осматривал императорские владения верхним зрением и не связывался ни с кем из шпионов. Ему приснился сон, в котором он словно бы с облака наблюдал исход стражников со Стены, возрождение и исчезновение Дракона. Потом ему показали лагерь стражников, а главное – несметное войско, движущееся по степи к Кийфру. Проснувшись, Гойр долго думал: сон явно был наведенным! Но кто его навел, а главное – зачем? И что теперь делать? Рассказать все императору? Принять срочные меры? Но атмосфера сна была такова, что даже идиот понял бы: это угроза. Шамана словно взяли за шкирку, подняли повыше, показали, что происходит, и предупредили: не лезь, не высовывайся, не встревай!

  Гойр на всякий случай собрал в один мешок все свои драгоценности и деньги, припрятав пока в сейфе. И стал ждать появления того, кто наслал этот угрожающий сон. А он не замедлил появиться. В полдень Гойр вернулся из императорского дворца в свои покои, чтобы спокойно пообедать. Вошел в кабинет и замер на пороге: у окна, заложив руки за спину, стоял некто в белом плаще с капюшоном. Услышав удивленный возглас Гойра, человек повернулся, и шаман узнал Эйше.

  – Это вы? – воскликнул он в изумлении. – Но как вы вошли? Слуги мне не докладывали о вас!

  Эйше церемонно поклонился и вежливо пригласил Гойра пройти в его собственный кабинет.

  Гойр взревел:

  – Как вы смеете? Что вам надо?

  – Сейчас я расскажу, что мне надо, – ответил Эйше, усаживаясь в кресло. – Да вы присядьте, а то мне неудобно все время задирать голову вверх.

  Растерявшись, шаман машинально сел в кресло напротив.

  – Так-то лучше. Мне нужно, чтобы вы...

  Слегка опомнившись, шаман вытянул руку и попытался достать Эйше молнией, но тот отмахнулся от нее, словно от докучливой мухи.

  – Это вы напрасно, – улыбнулся Эйше. – Не тратьте силы зря, они вам еще пригодятся. Итак, мне нужно, чтобы вы сейчас пошли в императорскую кладовую и принесли мне оттуда меч главы клана Сурайту – «Полет Сокола».

  – Вы в своем уме? – изумленно выговорил Гойр. – Как я это сделаю? И вообще, почему я должен это делать?

  – Вы же получили мое сообщение, не так ли? Дивный сон, горжусь им. Так что вы понимаете, каково положение вещей. Низложение Ботайдора – это только вопрос времени, а его осталось совсем мало. Вы же умный человек! Должны понимать, где ваша выгода. Поможете мне, потом я помогу вам. И не мне вас учить, как вынести меч из кладовой, вы прекрасно справитесь.

  Гойр долго молчал. Потом спросил, опустив голову:

  – А если я откажусь?

  – Ваше право. Мы все равно добудем меч, только придется пролить много крови. Не хотелось бы, честно говоря.

  – А что в таком случае будет со мной?

  – Понятия не имею. Ваша судьба меня мало волнует, как вы сами понимаете.

  – А если я сейчас вызову охрану?

  – Попробуйте. А я посмотрю, что у вас получится.

  Гойр смотрел в спокойное лицо Эйше, в глазах которого таилась легкая усмешка, и понимал: он проиграл. Этот проклятый мальчишка его обошел! Вдруг Эйше спохватился:

  – Ах да! Я же забыл самое главное. Всякий труд должен быть вознагражден. Если вы поможете мне, то вот эта прекрасная вещь станет вашей.

  Эйше достал из складок своего одеяния огромный драгоценный камень розово-оранжевого цвета, грани которого тут же пустили по комнате блики.

  – Не может быть... Это же... Тот самый сапфир?!

  – Да, это он – легендарный сапфир «Император Среди Царей».

  – И вы отдадите его мне?!

  – В обмен на меч.

  Очарованный сиянием сказочного сапфира, Гойр встал, вышел из комнаты, потом, окружив себя магической защитой, проник в кладовую и вынул из стойки меч в драгоценных ножнах. Щелкнув пальцами, он сотворил его точную копию – дней пять продержится, а больше и не надо. Вернулся к себе и с поклоном вручил меч Эйше. Тот так же с поклоном принял – нежно погладил ножны, а потом сделал неуловимый жест и меч исчез.

  – Благодарю вас, – сказал Эйше. – Теперь, если вы послушаетесь моего совета, я бы рекомендовал вам исчезнуть так же, как «Полет Сокола». За пределами империи есть множество прекрасных мест, где может хорошо устроиться такой человек, как вы. Например, город Сарийнао на южном побережье: теплое море, пальмы, много красивых и доступных девушек...

  – Сапфир! – прервал Гойр его речь.

  – Да-да-да, конечно! И возьмите еще вот этот жетон – в случае чего он послужит вам защитой.

  Гойр держал на ладони волшебный камень и не мог отвести от него глаз, словно боялся, что тот испарится, как только уйдет Эйше. Но Эйше уже полчаса как ушел, а шаман все завороженно глядел на розово-оранжевые переливы света в камне...

  В одном из помещений Высшей Школы наставница Вийла с нетерпением ждала возвращения Эйше. Наконец он появился.

  – Получилось? – с волнением в голосе спросила Вийла.

  – Конечно. Неужели вы сомневались?

  – Беспокоилась.

  – Напрасно, дорогая.

  – Теперь ты снова отправишься в лагерь?

  – Да, я зашел попрощаться с вами. Надеюсь, скоро увидимся снова.

  – Возвращайся с победой.

  – А как же иначе!

  Эйше вышел через черный ход – за воротами его ждал конь, нетерпеливо перебиравший стройными ногами. Вийла в окно смотрела, как всадник в белом плаще исчезает за поворотом. Она прошептала: «Да хранят тебя боги, мальчик! Вас обоих!» Вздохнула и прилегла на диван, рассеянно глядя в пространство – вспоминала, как двенадцать лет назад впервые увидела Эйше. Тогда, закончив занятия, Вийла узнала, что какой-то юноша уже третий час ждет ее, сидя у ворот. Она вышла – юноша вскочил и вытянулся перед ней, потом низко поклонился. Молодой человек был одет по-дорожному, длинные светлые волосы перехвачены по лбу банданой.

  – Кто ты? Чего хочешь? – спросила Вийла.

  Юноша молчал, но смотрел очень выразительно, словно пытался что-то сказать взглядом. Вийла нахмурилась и всмотрелась в него внимательнее:

  – Подойди-ка!

  Он подошел совсем близко, и Вийла положила руку ему на голову, закрыв глаза. Чрез пару минут изумленно взглянула на юношу и сказала:

  – Иди за мной.

  Привела его в кабинет, закрыла дверь:

  – Говори!

  Юноша опустился на колени, поклонился трижды и произнес:

  – Племянник Эйше нижайше приветствует тетю Вийлу и передает сердечный привет от своего отца и брата.

  – Поднимись.

  Он встал.

  – Покажи мне свою спину.

  Молодой человек послушно развернулся, развязал пояс и снял рубаху. Вийла подошла, взяла его за плечи, потом провела пальцами по татуировке.

  – Оденься и присядь, племянник. Я прикажу подать нам еды и чаю, ведь ты наверняка голодный.

  – Я могу долго обходиться без пищи.

  – Верю. Но тебе нужно набраться сил, чтобы выполнить миссию. Сколько у нас времени?

  – Много! Лет десять.

  – Разве это много, – вздохнула Вийла. – Ладно, поешь, а потом расскажи мне всё.

  И Эйше рассказал.

  Глава пятая, в которой свершается все, что должно свершиться

  Подъезжая к Кийфру, Йан и Мэй страшно волновались и думали только о том, что их путешествие подходит к концу. Они не смотрели по сторонам, поэтому не замечали, что с запада следом за ними движется большое войско. Волновался и Арьи – чуткая Мэй это увидела: он был бледен и собран, как-то особенно прямо сидел на лошади, а его рыжие волосы, собранные в длинную косу, отливали золотом. Мэй вспомнила, как на последнем дневном привале Арьи долго медитировал, а потом распустил волосы и стал их расчесывать, дергая спутанные пряди, морщась и шипя от боли. Мэй покачала головой и сказала Йану:

  – Вот бедолага! Помочь ему, что ли... Ты не против?

  – Конечно, помоги. А то он до утра будет мучиться.

  Мэй подошла к Арьи, взяла у него из рук гребень и принялась расчесывать.

  – Спасибо, – тихо произнес Арьи. На протяжении всей процедуры он не шелохнулся, словно окаменел. Мэй спросила:

  – Как ты хочешь уложить волосы?

  – Надо связать их на макушке – вот ремешок, заплести косу и кончик перевязать.

  С такой прической Арьи выглядел непривычно. «Надо же, – думала Мэй, – солнце, что ли, так освещает? Совершенно золотые волосы!» Почувствовав ее взгляд, Арьи на секунду обернулся, и Мэй поразилась, увидев, как он серьезен.

  Подъехав к воротам лагеря, всадники спешились. Черные воины занялись лошадьми, а троица направилась внутрь ограды. Первым шел Арьи, Йан и Мэй – чуть поодаль. Во внутреннем дворе лагеря было выстроено войско, состоявшее из потомков Первой Стражи. Чуть поодаль стоял десяток юношей в белых одеждах – ученики Высшей Школы во главе с Эйше. Он неторопливо пошел навстречу Арьи. Выглядел он тоже как-то непривычно – Мэй не сразу поняла, что у него такая же прическа, как у Арьи.

  Сойдясь, они крепко обнялись, потом Арьи опустился на колени и поклонился, а Эйше взял его косу, поднял вверх и неизвестно откуда взявшимся мечом отрезал примерно две трети. Нашел глазами Мэй и бросил ей сверкнувшую золотом косу. Арьи расплел остаток, распушил волосы и поднялся. То, что произошло дальше, заставило парочку онеметь от изумления. Эйше опустился на колени, трижды поклонился и произнес:

  – Хранитель меча приветствует наследника клана Сурайту. Прими свое оружие, повелитель.

  Арьи взял у него из рук «Полет Сокола» и повторил процедуру отрезания волос, которую проделал с ним Эйше. Серебряная коса тоже полетела в руки Мэй, которая чуть было ее не уронила.

  – Поднимись! – велел Арьи, и парочка поразилась, как властно звучал его голос. – Наследник клана Сурайту благодарит тебя, брат, за верную службу.

  Они пошли к войску, которое приветствовало Арьи и Эйше дружным приветственным воплем. Потом воины опустились на колени и произнесли слова присяги. Йан и Мэй так и стояли на месте, растерянно глядя на происходящее. К ним подошел слуга, поклонился и почтительно сказал:

  – Позвольте проводить вас в вашу палатку. Немного позже повелитель призовет вас к себе – я приду за вами.

  Оказавшись в небольшой, но уютно обустроенной палатке, Йан и Мэй довольно долго молчали, переваривая увиденное.

  – С ума сойти! – наконец выговорил Йан. – Я был так уверен, что...

  – Я тоже! – сказала Мэй. – А выходит, это Арьи?!

  Оба лихорадочно вспоминали разные эпизоды поездки, связанные с Арьи, и переживали, что были слишком фамильярны с будущим императором.

  – Он и сам хорош! – выпалила Мэй, отвечая на их с Йаном общие мысли. – Вел себя, как клоун.

   – Да, заморочил нам головы, – признал Йан.

  Когда за ними пришел слуга, Йан и Мэй не без некоторой опаски приблизились к шатру, где их ждали Арьи и Эйше. Арьи успел переодеться в другую одежду, выглядевшую более изящно и богато. Волосы они с Эйше скрутили в пучки, закрепив их специальными серебряными пряжками и шпильками. Парочка сначала немного растерялась, не зная, как себя вести, но потом Йан опомнился и церемонно поклонился, сказав:

  – Приветствую повелителя и наставника!

  Мэй сделала то же самое, и Эйше одобрительно кивнул. Арьи заговорил:

  – Я должен поблагодарить вас за все, что вы для меня сделали. Йан Эймори, подойди! Ты должен принести мне присягу.

  Йан приблизился к Арьи, стал на колени и произнес слова присяги. Арьи кивнул:

  – Хорошо. Теперь ты можешь носить меч. Я награждаю тебя мечом «Черное пламя». Он служил еще моему отцу, а потом мне. Ты достоин его получить – дважды сумел против него выстоять.

  Арьи торжественно вручил Йану меч, тот с поклоном принял.

  – Я назначаю тебя своим личным телохранителем, – продолжил Арьи. Йан в изумлении взглянул на него, но тут же снова опустил голову. – Так что завтра приступишь к службе, а пока отдыхайте. Теперь ты, Прекрасная Мэй! Моя благодарность тебе не знает границ. Награждаю тебя драгоценной шпилькой, которая когда-то принадлежала моей матери. Позволь мне самому украсить ею твою прическу.

  Арьи подошел к Мэй и осторожно вдел длинную шпильку с подвесками в узел ее волос. Мэй посмотрела на Арьи, их взгляды их встретились, и у Мэй перехватило дыхание: из глубины зеленых глаз Арьи на нее смотрела сама Любовь! Любовь, нежность, печаль и смирение. Арьи отвел глаза первым и отошел, сказав:

  – Позже брат Эйше даст вам специальные жетоны, подтверждающие ваши полномочия. Ты что-то хочешь спросить, Мэй?

  – А какие у меня будут полномочия, повелитель? – робко произнесла Мэй.

  – О них мы поговорим позже. Завтра утром ты уедешь в Кийфру к деду. Будешь ждать, когда тебя призовут. Это не обсуждается, – сверкнул глазами Арьи, увидев, как вспыхнула Мэй.

  Настала тишина, весьма напряженная. Потом Арьи расхохотался, превратившись в прежнего рубаху-парня:

  – Здорово я вас запугал, суслики? Ладно, расслабьтесь. Не такой уж я и страшный.

  – Арьи! – строго произнес Эйше. – Держи себя в руках.

  – Да ладно, тут все свои. Давайте-ка немного закусим и выпьем за успех нашего общего дела. Когда еще доведется спокойно посидеть в такой приятной компании!

  Застолье продолжалось недолго. Йан и Мэй сначала продолжали стесняться, но потом разговорились – вместе с Арьи они вспоминали разные происшествия своего путешествия, смеялись и перебивали друг друга. Эйше слушал, иногда поднимая брови и покачивая головой. Мэй осмелилась и спросила:

  – А как же птица?

  – Какая птица? – удивился Арьи.

  – Татуировка! У наставника Эйше есть татуировка на спине – сокол. Поэтому мы и думали, что...

  – Есть, – ответил Эйше. – Интересно, откуда тебе-то это известно?

  Мэй страшно покраснела, Эйше усмехнулся:

  – Да, это птица. Но не сокол, а ворон – знак моего клана. А сокол – у Арьи.

  Наконец, компания разошлась. Раздеваясь ко сну, Мэй сказала:

  – Знаешь, я наконец поверила, что он наследник Сурайту. Почувствовала его Силу. Ты же знаешь мою строптивость! Но когда он сказал: «Это не обсуждается», я сразу поджала хвост. Не повиноваться ему невозможно.

  – Я всегда чувствовал в нем Силу. Просто он хорошо умеет ее скрывать до поры до времени. Эйше – тот окружен сияющим полем Силы, а Арьи держит все в себе.

  Рано утром Йан подошел к шатру, но Эйше уже ждал его у входа. Йан церемонно поклонился, но Эйше его остановил:

  – Не так. Мы с тобой теперь равны по статусу, так что достаточно простого поклона, а глубокий прибереги для повелителя. И учти, что именно так теперь все будут кланяться тебе. Привыкай. Скоро мы получим новые титулы: Брат Императора и Друг Императора, так что выше тебя и меня будет только сам Арьи. Ты станешь командующим императорской гвардией, которая будет охранять дворец и сопровождать Арьи в поездках. Гвардейцев отберешь сам из потомков Первой Стражи. Если нужно, Арьи добавит из своих войск. Твои первые помощники – та четверка, что сопровождала вас в путешествии. У тебя есть вопросы?

  – А я не слишком молод для такой должности? Может, стоит назначить Главного Стражника?

  – Мы говорили с ним, он отказался, но принял пост военного наставника. Но все это потом. Сейчас ты просто присматриваешь за Арьи. Конечно, он и сам способен справиться с чем угодно, да и я буду рядом, но у него сегодня напряженный день, так что...

  – А почему вы без меча?

  – Мне он не нужен.

  – Наставник, а можно еще вопрос?

  – Спрашивай.

  – Ведь это вы выбрали меня, правда? Почему?