![](/files/books/160/oblozhka-knigi-drugie-ona-chuzhaya-si-331155.jpg)
Текст книги "Другие: Она чужая (СИ)"
Автор книги: Евгения Мэйз
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 39 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]
– Нет. Стараюсь забить холодильник едой, чтобы потом половину выкинуть. Настроение не очень, пытаюсь развеселиться.
– И как, получается?
Она поймала брошенный им то ли овощ, то ли фрукт, повертев его в руках и положив поверх кучи других продуктов.
– Тебе виднее. Как я выгляжу, очень злой или наоборот нормальной, повеселевшей?
Дэн оглядел ее, подойдя поближе. Она выглядела хорошо, но как-то потеряно.
– Ты выглядишь грустной. Может, я помогу с покупками, погуляем по магазину вместе, и ты расскажешь, что тебя расстроило?
Кэш посмотрела на свою тележку и покачала головой.
– Ты скажи, как ты здесь оказался? Я думала, что ты останешься в Питерсберге.
– Это такой намек, чтобы я разворачивался и уходил?
Кэш слабо улыбнулась. Вот только он бы не начинал, ей тоже есть что вспомнить! Треклятое пари, например!
– Нет. Я не понимаю, как мы тут встретились. Я считала, что самолет вернется обратно еще только через час. А ты как раньше успел?
Дэн шел рядом, катя ее тележку между рядами, они неспешно направлялись к кассе и Кэш все-таки немного отпустило. Мысли переметнулись на мужчину рядом.
– По правилам – да, я еще должен был совершить кучу дополнительных процедур, предусмотренных инструкциями, заполнить документы, но все может подождать до завтрашнего утра. Пока не придет начальство. Что насчет быстрого возвращения, я просто поторопился и выбрал короткий путь.
Он хотел увидеться с ней, на взлетной полосе поговорить не получилось, а он не взял ее номер телефона. Берта так и не поставил стационарный телефон в дом, так что оставалось ждать встречи или караулить ее возле дома. И он уже всерьез подумывал о последнем.
– Сколько жертв! – Кэш улыбнулась, она поняла, что он спешил и ей это было приятно, несмотря на то, что к ней – это маловероятно, что имело какое-то отношение. – А здесь мы встретились случайно или у тебя неожиданно сломался холодильник, и ты бегом направился сюда?
Он наклонился к ее лицу, тихо шепнув:
– Запах. Я запомнил его. И да, у меня пустой холодильник.
Кэш хмыкнула: взял и свел на нет всю романтичность момента, погасив его шуткой.
– Ты смущаешь меня такими признаниями и сейчас я лихорадочно вспоминаю, чем пользуюсь из парфюмированных средств. А что охота? Или оборотни эволюционируют и больше не охотятся?
Не в парфюме дело, он наоборот сбивает нюх. Он уловил ее запах, но в супермаркете встретил случайно, она была единственной, кто катал тележку по огромному залу в столь поздний час, а сейчас, наклонившись к ее лицу, он еще раз запечатлел его в памяти.
– Не путай эволюцию и деградацию. Некоторые оленя живого видели только в зоопарке, что насчет меня, то сегодня мне хотелось обойтись благами цивилизации, – Дэн приостановился, вопрошающе взглянув на нее, – но, если ты хочешь я могу поймать для тебя зайца или загнать оленя, только чур поделиться приготовленным.
Живо представился мужчина, несущий в зубах зайца: зрелище, было ужасным и комичным одновременно.
– Не надо. Обойдемся покупными стейками, пусть зверушки поживут еще один день.
Они подъехали к ее дому, каждый на своей машине. Дэн настоял, что проводит ее хотя бы таким образом. Всю дорогу они перемигивались фарами и габаритными огнями, Кэш была жутко благодарна ему за компанию и рада этой незапланированной встрече. Теперь она уже и не знает, чего так испугалась и из-за чего запаниковала. Да, встретила того, в кого была влюблена, но ведь ключевое слово «была».
– Я не могу дальше. Твои псы накинутся на меня, у нас договор с этим товарищем.
Он кивнул в сторону Снапа, что встречал ее на границе владений, все такой же безмолвный и невозмутимый.
– Даже на кофе не зайдешь?
Даниэль покачал головой. Он очень хотел бы, но не может.
– Надо было ехать ко мне, у меня тоже есть кофе. Собаки не переносят оборотней, так что в следующий раз, это я тебя жду на чашку кофе. Я настаиваю.
Кэш оглянулась на Снапа, он продолжал ждать ее словно безмолвный страж. Единственный из всей стаи, что дожидался ее приезда, он не лаял и не рычал, просто ждал там, где она его оставила.
– Ну раз ты настаиваешь, мне будет очень интересно взглянуть на то, где же ты обитаешь.
Проговорила Кэш старательно серьезно, игнорируя предательское веселье, живо представилась какая-то нора с валежником и холодильником, валяющимся на полу и свое собственное обескураженное лицо при этом.
– Я вижу ты окончательно пришла в себя, раз нашла в себе силы иронизировать и посмеиваться надо мной. Я живу не в норе, я не лис.
Кэш засмеялась, нет, захохотала, запрокинув голову, не это она имела ввиду. Мужчина оперевшись спиной о бампер своей машины с удовольствием наблюдал за смеющейся девушкой, за этой неосознанной демонстрацией женственности и хрупкости.
– Я не это имела ввиду, но раз уж ты сам сказал. Это пещера, логово, грот?
– Перестань, или мне придется отвезти тебя туда прямо сейчас.
– Извини, я над другим смеюсь. Честно-честно!
Кэш быстро переступила через незримую черту, мужчина остался невозмутим, а вот Снап показал зубы, восприняв ее движение, как попытку защититься. Кэш потрепала его по голове, шепнув: «тише мальчик».
– Всего один шаг, и я в безопасности, считай в другом государстве, – она вернулась обратно. – Спасибо, что проводил меня. Я что-то расклеилась и вдруг почувствовала себя жутко одинокой.
– Не за что. Но я все еще жду твой номер телефона и не уйду, пока ты не продиктуешь мне его.
Надо что-то придумать с этим. У нее появился хороший знакомый, а она даже не может пригласить его в дом и угостить чашкой кофе, заставляя мокнуть под противной влажной взвесью.
Кэш открыла глаза: началось ее самостоятельное утро. За окном стоял шум и гам, лай и изредка рычание. Она выглянула в окно, посмотрев на носящихся по двору собак, и улыбнулась. Она не выспалась, очень поздно легла накануне, не смогла улечься спать пока не отмыла этот холодильник, прежде чем сложить на его полки свежие продукты. За холодильником пошли шкафчики и полки, затем ванная комната, но там она правда успокоилась – ее энтузиазма хватило только на душевую кабину.
– Привет, охламоны!
Кэш села на крыльцо, как была в пижаме, закутавшись в теплый кардиган. В руках она держала кружку наспех сваренного кофе и вид имела весьма сонный, но все-таки улыбалась. У нее появился собственный дом и даже свое хозяйство в количестве десяти хаски и их вожака. Снапа она почему-то не приравнивала к остальным, уж больно он отличался от них. Сквозь деревья было видно озеро, в его воде отражались солнечные лучи пробивавшиеся сквозь тучи серого дня.
– Снап! – она проследила за ним, как он не спеша подошел к ней и требовательно взглянул в лицо, – ты вроде молодой пес, а двигаешься, как старый пенек. Чего ты там сидишь один? Иди сюда!
Животное повертело головой из стороны в сторону, зевнуло, выразив свое отношение к ее мнению, и развернулось обратно, садясь туда, где она и Дэн стояли накануне. Он явно что-то хотел показать ей этим. Кэш поднялась, хмурясь. Дэн приехал? Почему тогда не позвонил?
Кэш прикрыла глаза, прошептав ругательство. Тут же связь не ловит. Как он ей позвонит? Она потрясающе быстро привыкла к тому, что не держит постоянно телефон в руках или в сумочке, не перерывает все вокруг в его поисках, а теперь держит его лишь в машине – звонит Сиене и Марку тогда, когда приезжает в город. Но это не дело, надо придумать что-то со связью и более того с интернетом, подходит к концу ее две недели молчания, о которых она предупредила своих читателей, пора публиковать материал, а вот ездить каждый раз в город и просиживать с ноутбуком у Сэма или в том ресторанчике с гадостной едой не хочется.
– Что там такое?
Она быстро откинула в сторону мысли о том, что Дэн подобно нерешительному юнцу или психопату стоит на границе с домом и просто пялится на нее, хватило бы у него мозгов позвать ее. Наверное. Никогда нельзя быть уверенным в знании другого человека на сто процентов, всегда нужно оставлять хотя бы один процент на чудаковатости, а в случае с Дэном – она знает его совсем недолго. Еще надо спросить у него почему он живет вне стаи. У оборотней сильно развито чувство общности и редко среди них встретишь одиночек.
– Что ты мне хочешь показать? Ах вот оно что…
Проговорила она медленно, на земле ее ждал сверток, из простой крафтовой бумаги. Она разорвала упаковку, под которой оставалась еще одна, такая же коричневая, но в легкомысленный и нежный белый горошек, в ней были розово-сиреневые вперемешку с белыми пионы с одинокими зелеными листочками между ними. Их плотно сомкнутые бутоны источали дивный аромат, такой насыщенный и нежный. Бумага немного намокла, но это не испортило впечатления.
– Что же ты раньше не позвал?
Снап что-то пробурчал на своем собачьем и оставил ее в одиночестве, его миссия была успешно выполнена. Какое все-таки умное животное. Кэш оглянулась на него и вновь посмотрела на цветы. Чудесные.
Кэш поднялась, держа букет в руках, все еще потрясенная нежностью композиции. В нем не было ни открытки, ни карточки говорящей о дарителе. На земле оставались следы от шин, от ботинок, но по ним ничего нельзя было сказать, земля была влажной еще вчера.
Она никогда не была зависима от цветов, не ожидая их в качестве знака внимания, чаще всего ей дарили шоколад, плюшевые игрушки и украшения, кажется, что все дарители были в курсе ее равнодушного отношения к растениям. Но вот эти покорили ее, было в них все, но в первую очередь красота и хрупкая нежность.
Надо поставить их в вазу и начинать уже этот день. Столько всего впереди! Только воды надо набрать из озера, она получше водопроводной будет! Потом кормить собак, пробежаться для поддержания формы.
Бессмертные может и не меняются, но вот физическую форму поддерживать надо, – мышцы слабеют и атрофируются, как у простых смертных, потому надо заниматься, чтобы уверенной рукой держать меч, а не склоняться под его тяжестью и быть не менее быстрой и проворной, не уступать нечисти в скорости.
Только потом завтракать, работать, записывать, монтировать и собираться в город, чтобы решить проблему со связью и интернетом.
В доме не нашлось ваз, но банок было предостаточно. Даже более того – очень много, самых разнообразных простых и ничем непримечательных, фигуристых и из цветного стекла, с крышками и без. Зачем Берте столько стеклянной тары? Не похоже на то, что она варила компоты и варенья, скорее покупала что-то, а выбросить не решалась. Но так бывает со старыми людьми, они страдают синдромом скопидома.
Вот что ей с ними делать? Выкинуть? Сдать в магазин к Оливии или спрятать в сарай?
– О мой Бог, там же еще сарай! – застонала Кэш, представив сколько всего ей предстоит убрать там, – Интересно, даже сколько там ненужного барахла?!
Кэш замерла, внезапно осененная пришедшей на ум мыслью, у нее родилась идея еще одной рубрики: разберет сарай и что там еще есть в доме, записывая процесс на камеру, идея не новая, но у нее на канале и в блогах это будет впервые. Пользователи любят разбор завалов и поиск сокровищ.
Девушка еще немного полюбовалась цветами в импровизированной вазе из зеленоватого стекла, солнце было немного, но оно умудрилось достать лучами ее окна и затеряться ими в прозрачной воде с зелеными стеблями. Получилось очень эффектно, красиво, она не удержалась и все-таки сфотографировала букет, хотя сначала делать этого не собиралась. Сделав пару кадров, она замерла, закусив губу и задумавшись над тем, кто бы мог их подарить, судя по тому, как ревностно следил за ними Снап – они от Дэна. В городе нет цветочных магазинов, а у кого еще есть такая возможность попасть на материк и обратно в максимально короткий срок?
Ну не Лексу же ей их слать? У него девушка есть и уехал он из Гриндевальда, как только выполнил свою миссию.
И, вообще, нет Алекса больше, теперь есть Брэдфорд, а с ним она не знакома и думать о нем не будет. Пошел бы он!..
Кэш улыбнулась, глядя на пионы, она равнодушна к цветам, а от этих, взгляда никак не может оторвать, все не выбежит на пробежку.
– Красивые.
Кэш еще раз вдохнула запах цветов и решительным жестом надела кепку, выправив хвост и заправив в ухо один из миниатюрных наушников, в котором уже звучала ею любимая группа Gorillaz, под один особенно любимый ею трек она любит бегать больше всего, и он скоро подойдет в очереди на воспроизведение.
– Так, – Кэш взглянула на часы, – бегаем не меньше часа, вечером надеюсь, что повторим! Вперед!
Это было весело! Конечно собаки опережали ее, но видно, что бег доставлял им удовольствие. Заведенный таймер на часах оповестил ее, что их время вышло. Кэш, несмотря на прохладный день, была практически вся мокрая, чтобы не отставать от стаи ей пришлось удвоить темп, вдобавок ко всему не ровная поверхность – кочки, поваленные деревья, ямы, овраги и вязкие места, покрытые мхом, потребовали от нее немалых сил и стараний, чтобы преодолеть их и не сбиться с темпа.
– Домой! Поворачиваем обратно! – скомандовала Кэш, немного отдышавшись и убрав со лба налипшие волосы, вернула кепку обратно на голову.
Она выбрала другой путь, возвращаясь домой, и уже преодолела какое-то расстояние, как внезапно раздался щелчок, следом металлический лязг и ее пронзила острая вспышка боли, да такая, что она не сдержавшись закричала. Снап повел собак чуть левее, она же, не обратив внимание на то, что они обошли определенный участок пути дугой, обежали с двух сторон, не придала этому значения и ринулась напрямик, тут же поплатившись за свою беспечность – ее нога в медвежьем или в волчьем капкане.
Еще один крик, боль взрывалась в сознании яркими вспышками, держать ее в себе было невозможно, попросту нереально.
Кэш упала практически тотчас же, приземляясь на одно колено и упираясь в землю ладонями, с трудом, сжав зубы, перевернулась, усаживаясь на задницу и глядя на ногу, заключенную в тиски капкана. Острые и ржавые его зубцы уже сами по себе выглядели устрашающе, а впившись в ногу, с сочившейся из-под них кровью и того хуже, кажется, что пробили кость. Некий живодер сконструировал механизм так, чтобы тот впивался в плоть все глубже, стремясь закрыться.
– Чёрт! Твою же мать!
На ее крик животные вернулись, окружили ее, переругиваясь и поскуливая, Кэш же безуспешно пыталась разжать адову штуку. Из глаз потекли слезы то ли от боли, то ли от бессилия, что у нее попросту не хватает сил, чтобы разжать челюсти, она уже содрала кожу на пальцах и сломала и без того короткие ногти. Или она настолько тупа, что делает что-то не так, может наоборот закрывает. Вдобавок ко всему к неимоверно тяжелой ловушке прикреплена совсем нелегкая цепь, так что Кэш даже при большом желании не может уйти вместе с ней. И куда? До дома черт знает сколько, она и шаги не считала, незачем было, до дороги идти еще дольше.
Руки были уже по локоть вымазаны в крови. Кэш стонала, ругалась сквозь зубы на того, кто установил, бросил проклятую штуку и плакала, даже не заметив, что собак вокруг стало больше, а к ней приблизился человек, ругнувшись на ходу.
– Не торопись! Сейчас станет легче.
Кэш посмотрела на мужчину, обратившегося к ней по имени, и узнала в нем Алекса, удивляться случайной встрече она будет позже. Он растягивал зубцы в сторону, чуть разведя их. Легче стало почти сразу же, как только железяка вышла из кости, выпустив колено из своего плена, но вот боль еще не спешила отпускать. У нее впереди еще пара-тройка неприятных минут.
– Туго идет, терпи и руки убери!
– Я стараюсь помочь тебе! Разве не должно быть секретного механизма?
Алекс, не поднимая на нее глаз, продолжал сосредоточенно тащить дуги в сторону.
– Да, есть он, но проржавел, это старая модель. Говорю тебе: руки убери! Только мешаешь!
– Что значит мешаешь? Это пока еще моя нога!
– Мешаешь, медведи не орут, когда с них его снимают, условия немного другие или тебя надо усыпить?!
– Ну, если ты не заметил я не медведь и мне больно!
Алекс коротко взглянул на нее подняв на мгновение глаза, выглядела она красочно: лицо в крови, ржавчине и грязи, запекшаяся кровь на губах, видно прокусила их, пытаясь сдержать боль. Не ожидал он встретить ее здесь: вовремя услышал крик, затем еще один, его псы сразу бросились вперед, навстречу выбежавшему им Снапу, что увидев его, тут же бросился назад, уводя их и увлекая за собой.
– Механизм тугой! Смазать его не мешало бы, тогда бы шло легче.
– Может мне откинуться назад и подождать, пока ты сбегаешь за маслом? Коктейлей захвати!
Алекс или Брэд ничего не ответил ей, а она махнула на него рукой, стараясь забыть о боли, не хватало только погавкаться с ним! Да, это уже произошло! Решила она не видеться с ним и вот, пожалуйста!
Еще несколько мгновений и Кэш почувствовала, как острая сталь покинула ее тело и выдернула ногу, все-таки сдирая кожу об острые зубы, откатываясь в сторону. Позади нее с лязгом сомкнулась челюсть ловушки, наконец отпущенная Алексом.
– Кэш!
Позвал он ее, она не отвечала. Боль от ранения перешла в другую, в регенерацию порванных мышц и раздробленных костей. Бессмертные в этом плане очень похожи на вампиров, только кровь они не пьют и восстанавливаются не так безболезненно.
Поэтому она молчала, до боли закусив губу, стараясь этой болью отвлечься от другой. Всего несколько минут потерпеть, это ведь всего лишь несколько точечных ран. Она не обращала внимание на его голос, что говорил ей, что надо кричать, не молчать, что это самосохранение; на Снапа, что крутился возле нее, пытаясь лизнуть ей лицо, как ее пальцы вцепились во что-то с силой сжимая. В другой раз, например, при встрече с тем же демоном или вампиром она бы задвинула такой пустяк, как боль на задворки сознания, сделала бы вид, что ничего не произошло, но сейчас этого не требовалось.
Наконец, ее отпустило. Она расслабилась, открыв глаза и посмотрев на теряющиеся где-то высоко верхушки сосен, которые раскачивал ветер.
– Надо кричать, мисс Грация. Так и с ума сойти недолго.
Кэш при звуке его голоса, а точнее прозвища, резко села, мигом «протрезвев» от ощущения эйфории. Она забылась, сначала от боли, а затем от пришедшего чувства облегчения, но теперь, когда пришла в себя, Кэш выпустила его руку из своей, ругнувшись на себя за это. Она поднялась, поморщившись повторно.
– У меня есть имя и для вас, я мисс Кинет, мистер Флагер.
– Пэйн.
– Что?
– Мистер Пэйн, – поправил ее Алекс, усмехаясь ее колючему нраву, что нисколько не смягчился даже спустя время и под гнетом обстоятельств, – не сбеги вы из магазина Оливии, мисс Кинет…
– Я поняла, не надо продолжать. Мы бы с вами познакомились. В побегах вы разбираетесь лучше, чем я.
Алекс все еще сидящий на земле взглянул на нее снизу-вверх, глядя на ее растрепанный вид, на то как она мельком осмотрела ногу с разодранными штанами, а потом присела возле капкана, осматривая его и подбирая слетевшую кепку. Взгляд сам по себе опустился на ее руки. Ну и что это черт возьми значит?
Кэш ничего не говорила, к ней подошел Снап и, понюхав ее щеку уселся рядом, она почесала его за ухом, в ответ тот ткнулся ей в щеку носом. Он чувствовал себя виноватым, это было понятно сразу: все то время, что Лекс разжимал челюсти капкана, тот не отходил от нее, пытался заглянуть ей в глаза.
– Ну что, Снап? Пожелаем этому козлу, чтобы у него уши и нос отвалились?
Лекс усмехнулся, поднимаясь. Он еще и козел, и она желает ему мучительной и незавидной участи, судя по всему смерти от проказы. Лекс, а в этих краях Брэд кашлянул в кулак, сдерживая смех и досадуя одновременно. Пространство вокруг превратилось в веселый питомник, его и ее псы смешались, весело играясь и гонясь друг за другом, стоило им понять, что никто здесь стонать от боли и умирать не собирается. В последующие секунды ему уже было не до смеха.
– В этих случаях говорят «спасибо», а не проклинают.
До Кэш не сразу дошел смысл его слов, она раздумывала, как ей уйти отсюда нормально, чтобы это не было похоже на бегство и, честно, она трусливо подумывала об этом, и очень надеялась на то, что он свалит самостоятельно, оставив ее в одиночестве. Не сразу она связала эти его слова и предыдущие «смазать его не мешало бы, тогда бы шло легче». Он ее еще поучать вздумал?
– Это что… – она осеклась, – Спасибо тебе сказать?!
– Было бы неплохо!
– За то, что я попала в него по твоей вине?!
– По моей? То есть это я не смотрел под ноги?!
– Да причем тут это? Ты на хрена их тут расставил?
Недолго длилось это перемирие, если эти пару минут тишины, пока она сжимала его руку, вообще можно назвать таковыми. Выглядела она странно: чумазая, лицо в крови, губы окровавлены так словно она недавно пила кровь, ниже его, но сейчас на одном уровне благодаря заросшему мхом пеньку, глаза горят темным огнем. Что-то это ему напомнило.
– Это лес и тут ходят медведи!
– Это лес, тут ходят люди и собаки!
– Под ноги надо смотреть!
– На своем участке их разбрасывай!
Лекс приподнял бровь, глядя на разозлившуюся женщину. Что она делала тут? Судя по экипировке бегала, не подкрадывалась же к его дому в самом-то деле. Разве можно было ожидать другого, что на него вместо благодарностей посыплются обвинения? Только не от нее.
– Ты между прочим и есть на моем участке! Это тебе не парк в Нью-Йорке и не Аспен с его безопасными склонами! Пообедают тобой и думать забудут, идиотка!
Кэш открыла было рот, чтобы что-то ответить, но тут же закрыла его и, развернувшись, пошла прочь, коротко бросив Снапу: «домой!». Идиотка она – это правда!
Недолго длилась их перепалка, как и перемирие, Лекс еще посмотрел в след удаляющейся женщине, усмехнулся с улыбкой чему-то своему и пошел к дереву, отсоединять цепь капкана. Механизм и в самом деле надо смазать, не успел и честно говоря не желал объяснять глупой девчонке, что вокруг дикие земли, сама должна была об этом подумать. Бегает она тут!
Капкан остался с лета, и он совсем забыл о нем, Берта не была любительницей прогулок по лесу, но, если так случалась на его территорию не заходила, предпочитая держаться особняком.
Медведи, не нагулявшие достаточное количество жира и не улегшиеся в спячку могут испортить жизнь и сейчас, в последние дни осени, не просто наведываясь в город, а приближаясь к жилищам, разворачивая мусорные баки и, если не угрожают людям, что часто носят с собой оружие, то дерут собак, что не могут пройти мимо дикого животного. Он так год назад потерял двух молодых псов, после чего решил расставить капканы. Это запрещено законом, но на своей земле он может делать все что пожелает, это в конце концов касается его безопасности.
За собак он не боялся. Хаски, в отличие от медведя, умное и сообразительное животное, сразу понимает куда ходить не стоит, чует запах крови – он ведь специально покупал для этого старые ловушки, чтобы собаки могли уловить запах медведя. Вот и ее псы не попались, обойдя опасное препятствие, а она об этом даже не подумала.
Кэш еще шла по лесу проклиная себя за собственную глупость, случай, что завел ее на чужую землю и его вместе со всеми своими капканами.
– Чтоб он сам на него напоролся! Кретин!
Кэш ругалась на него, но на самом деле сердилась на себя и все равно на него, за то, что он прав. Под ноги ей надо было смотреть и думать надо в следующий раз носясь по лесу. Еще раз карты посмотрит, чтобы знать где ее территория, а где чужая собственность. Хоть проволоку натягивай, да без толку! И собакам стоит больше доверять, ну видела же, что они обошли участок! Устроила парк в самом деле.
Кэш побежала, чтобы в движении хоть как-то унять досаду. Идиотка она! Только ведь думала, что надо держаться от него подальше вот и все решение проблемы.
– Ну не колышки же мне втыкать? Это же сколько их понадобится и надолго ли?
Кэш потрепала по голове Снапа, зверь имел вид весьма виноватый, они уже подошли к дому.
– Ты не виноват дружище. Это мне надо было смотреть и думать головой. Пойдем! Дел еще невпроворот.
Кэш остановилась, взглянув на старый баллончик из-под краски валяющийся у крыльца. Колышки не нужны, она обойдется краской.
– Еще кофе? Не уснешь же ночью или на это и расчет? Есть кому греть тебя вечерами?
– А ты хочешь предложить мне чью-то кандидатуру? Может быть даже свою?
Кэш демонстративно прошлась по нему взглядом. Они наверное с ним ровесники, но в его глазах она все таже девчонка.
– Куда мне! Издеваться изволишь?
Сэм подлил ей кофе из высокой кружки от кофеварки, заглянув через плечо. Кэш наконец обратила на него свое внимание, уж что-то больно он зачастил к ее столу и вынул не весть откуда взявшуюся «услужливость», испортив все шуткой в стиле Оливии Денвер. Не иначе, как дружит он с ней, если не что-то большее.
«Никак иначе хочет чего-то! Послушаем» – подумала Кэш, свернув окошко браузера.
– Не составишь мне компанию? Прошу тебя, присаживайся.
Предложила Кэш, проигнорировав слишком «лохматое» любопытство, в то время, как Сэм, не особо дожидаясь приглашений, уселся напротив, переложив ее фотоаппарат на придвинутый стул и поставив на стол кружку от кофеварки.
– Не заходишь ты ко мне. Неужели обижаешься еще на бобы?
Кэш, которая уже на протяжении двух недель только и делала, что заходила к нему, просиживая в его баре утренние часы с не бесплатным вайфаем, очень удивилась. Не любит она ходить к «Руфусу», ее там продолжают «травить» и при этом ничего не докажешь, вкус у них такой, своеобразный. Сэмюель тем временем продолжил, очевидно решив прояснить ее недоумение.
– По вечерам, каждые выходные у меня собирается весь город, а тебя вот не видать.
Кэш подперла подбородок, посмотрев на Сэма умильным взглядом. Это что-то новенькое!
– Неужели так хочешь увидеть меня среди своих гостей? Что моих утренних визитов в бар уже стало мало?
Тот покачал головой и неуверенно потер подбородок ладонью.
– Нет. Смеются надо мной все, думают, что перегнул палку с шуткой с бобами.
– Ну, это не моя жадность с тобой шутку сыграла, а твоя. Не пойму в чем печаль, тебе ведь хорошо от этих сборищ – народ толпится, пиво льется, монетка звенит. В чем проблема?
– Да, так-то это так, но дело видишь какое, деликатное, – он вновь замялся, не зная, как начать, – многие знаешь ли у нас не пьющие, холостые так тем более. Много приезжих, ну не так много, как в сезон, но есть те, что все-таки остались, деньги копят, в Крейге все же не так дорого, если мозги есть, как в центре. Здоровый образ жизни они ведут, вон на уличных тренажерах форму поддерживают. Сначала заходили в надежде тебя увидеть, нет-нет, да и позволяли себе стаканчик пропустить, а сейчас…
Кэш вскинула брови. Мода на здоровый образ жизни дошла и до этих краев? Чудные дела творятся! Тут ведь развлечений раз-два и обчелся: бар, старый кинотеатр с опозданием премьер фильмов на две недели и парой дорожек для боулинга внизу, ресторанчик «Руфус и Энн». Бар должен пользоваться огромной популярностью, судя по тому вечеру, что она провела в нем с Дэном. Шумно, весело, музыка хорошая, обстановка классная, бильярд и пару автоматов, один со старыми пластинками, а другой с настольным футболом или хоккеем.
– Пошло на спад? Понимают, что ловить нечего, а днем прийти не могут, потому что работают, – заключила она не без веселья. – Я здесь причем? Я не цирковая обезьянка, чтобы на меня смотреть и при желании фотографироваться.
– Да все уже в курсе, как ты выглядишь! Фотографии твои во фликере и в спейсе все видели, познакомиться парни с тобой хотят. Девчонка ты симпатичная и веселая.
Сэм смерил ее оценивающим взглядом, а вот Кэш, чуть было не поперхнувшаяся кофе от смеха, пришла к выводу, что он тоже их видел, этот разговор все больше и больше веселил ее.
– Спасибо.
– Дело ведь молодое, сама пойми. Девчонки наши приходят хвостами повилять, а когда тут одни женатые, ловить здесь особо нечего.
– Ага и в тотализаторе твоем ставки не обновляются, а кто-то и плюет на это. Да?
Кэш откинулась на стул, поднося ко рту кружку с кофе. Вот же жук!
– Знаешь значит уже, – протянул он ворчливо, но взгляда не отвел, – ну, не без этого.
Кэш смотрела на этого барыгу и ждала, что он скажет ей еще. Ведь предвидел, что она пошлет его далеко и надолго, значит, есть у него что предложить ей.
– От меня ты чего хочешь? Чтобы я пришла и подняла тебе выручку, чтобы не валили на выходные в Питерсберг, а околачивались у тебя? Мне-то что с того?
Сэм подлил ей кофе в кружку, Кэш только приподняла бровь на это.
– С меня бесплатный доступ к интернету, за каждый выходной, что ты ко мне приходишь.
Она только фыркнула на это: предложение очень хорошее, и, наверное, стоило бы согласиться ведь она планировала заглянуть в бар на выходные, как только бы почувствовала, что вошла в колею и бремя дел перестало так туго стягивать ее плечи. Почему бы не сэкономить мимоходом?
– Хорошее предложение, но не отличное, если учесть какая у тебя на уме выручка.
Сэм качнул головой. Он знал, что так просто она не согласится, поэтому затягивал с ценным предложением, надеясь обойтись малым.
– Дам тебе списки того пари, посмотришь кто участвует в этом деле, будешь знать кому ты действительно нравишься, а кто просто клинья подбивает ради шелеста купюр.
Любопытно. Смотри-ка! Сам решил информацию слить, а для чего? Потому что и сам приглядится к ее симпатиям и будет знать на кого ставить. Жук!
– И какая сумма в банке?
– Тысяча долларов.
Кэш кивнула. Сумма очень неплоха. Больше того – приличная!
– Бесплатный интернет каждый день!
Он уже было хотел что-то возразить на это, но Кэш продолжила:
– Сэм, я знаю, что такое бар и какую выручку он приносит. Не обеднеешь. А список неси, любопытно будет поглядеть.
Он, чуть погодя, все же кивнул, приятно иметь дело с деловыми людьми.
– Сейчас принесу. Этот день платный, со следующей недели начнем.
Кэш только закатила глаза в ответ на это.
– Да, я в курсе. Я уже заплатила, а этот кофе внеси на мой завтрашний счет.
Кэш взглянула на часы, надо собираться. Она договорилась с владельцами ресторана, что пофотографирует у них, но в этот раз за плату. Они платили ей за фотографии, убивая двух зайцев, как они думали: одни фотографии пойдут в рекламные проспекты, а вот другие, отправятся на официальный сайт города и еще они очень рассчитывали на то, что она упомянет их в блоге, но честно говоря Кэш не собиралась это делать – еда у них дрянь, да и только!