Текст книги "Запретная звезда"

Автор книги: Евгения Гвендолин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Глава 12
Атис

Альхор воздел перст, указуя на небеса, и произнес:

– Приведите ко мне самого лучшего прорицателя, и я докажу, что дар его никчемен, а сам он великий лжец.

– Что же вы сделаете, ваше божественное всесвятейшество?

– Заставлю предсказать погоду в Северной светлице.

А погода в Северной светлице, то есть в Дильхейме, и вправду была как капризная женщина. Голову еще пару часов назад припекало солнце, а к полудню Атис не знал, куда деться от ливня. Дождь в горах сопровождался грязевыми ручьями, мощно текущими вниз и сносящими все на своем пути. Наместник, и без того измотанный бессонной ночью, тут же безнадежно промок. Он оглядел тропу в поисках хоть какого-то укрытия, но вокруг простирались лишь камни да заросли можжевельника. Придется терпеть, если он хочет достигнуть Марого острога до захода солнца.

Атис поднял руки и попытался создать вокруг завесу, чтобы укрыть себя и Айру. Черт! Нет, сил не хватало даже на простенькое заклинание – проклятый холод! Что ж, хвост он все равно уже подмочил, так что терять нечего. Придется идти так.

Копыта Айры застревали в грязи, оставшейся после сошедшего селя, и с всадником на спине он шел тяжело. Наместник спешился, взял коня под уздцы и повел за собой. Скакун возмущенно ржал и упирался, не желая тащиться в гору по такой раскисшей дороге, но спорить было бесполезно. Они поднялись слишком высоко, чтобы отступать: идти до графского замка оставалось несколько часов. Путь от Вильмара до Дильхейма, на который обычно уходило больше двух недель, они проделали за десять дней, спеша на встречу к Теодору фон Байлю, единственному человеку, кто мог разгадать природу странного артефакта.

Выше на дороге валялись принесенные ветром ветки, и под копытами они хрустели, как ломающиеся кости. Звук этот отзывался ноющей болью в правой руке. Словно впервые за столько времени (десять лет, кто бы мог подумать) Атис вспомнил о случившемся. Тот ужасный день. И тот кошмарный месяц после.

«Ответь мне, маг, – в голове отчетливо, как и тогда, раздался голос Теодора фон Байля, – ответь мне честно, что такое милосердие для чудовищ? Подаренная жизнь или подаренная смерть?»

О, уважаемый граф, если бы только знать наверняка.

Вершины гор Джит и Грет окутали темные облака, отчего их верхушки таяли в небесах. Ветер здесь дул сухо и порывисто, резко набирая силу, выбивая слезы из глаз, и так же неожиданно затухал. Лес, которым обрастало подножие, карабкался вверх и обрывался у отвесного серого камня. Несмотря на усталость, Атис и Айра упрямо двигались вперед, на запад, к Марому острогу, где его ожидала судьба.

Одна радость – дождь кончился.

Наконец среди верхушек сосен, красных от закатного солнца, Атис разглядел Марый острог и его причудливые башни, вырезанные прямо из скал. Дошли!

Когда они спустились к каменной дороге, ведущей к крепостным стенам, солнце окончательно село и воцарилась кромешная тьма, какая может быть только в горах. Во мраке замок почти слился с темнотой – на ночь окна закрывали деревянными ставнями, не давая свету проникнуть за их пределы. Единственным маяком служила горящая точка – огонь в башне.

Выйдя на каменный мост, Атис прибавил шаг. Айра, почуяв скорое завершение их утомительного пути, пронзительно заржал и поднял морду.

– Тише, – наместник похлопал его по напряженной шее. – Я рад не меньше тебя.

Подъемный мост заскрипел, закрутил шестерни глубоко в своем чреве и с грохотом распахнул пасть. Где-то вдалеке в небо бросились разбуженные птицы.

У цепи в сумрачной дымке стоял граф Теодор фон Байль.

– Как всегда, не везет вам с погодой, уважаемый наместник, – усмехнулся хозяин Марого острога, и от этой улыбки у Атиса по спине пробежал холодок. Пламя фонаря отбрасывало на лицо графа причудливые тени, превращая его в мертвеца. – Ждал вас еще вчера вечером.

Его глаза навсегда сохранили безумие того дня, когда он потерял свою единственную дочь, и ничто не сотрет его. Ничто, даже время.

– Где ваш обережник?

– Оберегает огонь в башне. – Теодор снова призрачно улыбнулся.

– Что здесь делают черти? – Атис указал на кибитку, едва видимую в полумраке.

– Долгая история, – скривился граф. – Вы же здесь не за этим, минейр. Вас сюда привело что-то иное.

– Кое-что, что вам понравится.

– Тогда прошу за мной.

Наместник отдал поводья конюху, хлопнул Айру по крупу на прощание и последовал за графом. Тот все еще немного хромал – прыжок со второго этажа оставил на нем свой след.

Они миновали крыльцо с каменными медведями и очутились в гостиной, где Атис с наслаждением снял мокрый плащ, стянул сапоги и поставил их сушиться к камину, от которого исходил плотный кирпичный жар. Теодор разворошил угли кочергой, поднимая снопы искр.

– А здесь ничего не изменилось, – усмехнулся Атис, усаживаясь в укрытое козлиной шкурой кресло.

– Чему бы здесь меняться, коли хозяин тот же, – без улыбки отозвался граф и жестом подозвал к себе веснушчатую служанку в белоснежном фартуке. – Чего-нибудь погорячее, дорогая.

– Желательно чая, – добавил Атис.

Граф с сомнением на него взглянул:

– Вы же знаете Дильхеймское гостеприимство. Гость обязан выпить огненной воды с хозяином.

– Я не пью после захода солнца, – отозвался Атис спешно. Одно дело разделять вино с Вороной, и совсем другое – огненную воду с графом. Еще в Айзенхилле Заир споил его «чертовым взваром», самогоном на еловых шишках, самой отвратительной и гадкой вещью на свете, напрочь вышибающей мозги. Атиса нашли с голой задницей на плацу, распевающего похабные песни, которым, между прочим, его тоже обучил Заир. После в себя он приходил неделю. – Не хочу проснуться с головной болью.

– Сирша? Будь добра, завари минейру твой лучший чай с морошкой. И принеси что-нибудь съестного, господин маг наверняка проголодался с дороги.

Сирша бросила на Атиса последний растерянный взгляд, кивнула и вышла из гостиной. Наконец они остались одни.

– Итак. – Граф опустился в кресло напротив. – Что же с вами случилось, что вы так спешно прибыли в Байльштриг к вашему покорному слуге?

Атис расстегнул дублет и достал шкатулку – наверное, самое дорогое сокровище в Нефере на сегодняшний день. Шкатулка опустилась на столик перед Теодором. Восьмиконечная звезда размером с ладонь, целиком сделанная из менхита и покрытая странным узором, похожим на сеть кровеносных сосудов, покоилась внутри и смотрела на наместника единственным глазом-камнем. Он чувствовал благоговение, смешанное со страхом: возможно, ее создал сам Альхор. Легенда о Нефертуме, ставшая сказкой, рассказываемой на ночь непослушным детям, вдруг вновь превратилась в быль.

На лицо графа легла тень. Он осторожно взял звезду и некоторое время вертел в руке, надеясь что-то обнаружить.

– Вы, как всегда, удивляете, минейр, – нахмурился Теодор, ощупывая лучи. – Где вы это взяли? Надеюсь, никого не пришлось за нее убить?

– …На троне сидел хельминг, – Атис отхлебнул обжигающе-горячего чая из деревянной чашки в виде бутона лотоса и сразу ощутил прилив сил. Чай Сирша заварила что надо. – Давно мертвый, но из-за тумана очень хорошо сохранился. Я бы даже сказал, как будто только что почил.

– Хельминг… – Граф задумчиво облизал губы. Затем налил себе из маленького графина старки и выпил. К лицу мгновенно прилила кровь, оно покраснело, а на лбу проступили капельки пота. – Я думал, они покинули нас, уйдя на звезды вместе с Альхором…

– Я тоже так думал, однако один из них сидел посреди заброшенного храма. И, судя по вышивке на груди, это был настоящий герцог Йеффеля.

– Надо бы доставить его сюда, – глаза Теодора хищно сверкнули, как обычно бывало, когда граф загорался той или иной идеей. – Я бы о нем позаботился.

– Не сомневаюсь, однако сейчас это куда важнее, – наместник указал на звезду. – Взгляните вот на это, – он показал тряпицу, на которой был нарисован какой-то странный контур, почти выцветший от времени. – Есть мысли, что это?

– Похоже на карту, – отозвался граф задумчиво, разворачивая тряпицу. – Возможно, месторасположение чего-то важного.

На этих словах Атис невольно вздрогнул. Болезнь дышала ему в спину. Сколько осталось времени до того, как появятся первые признаки? Неделя, может быть, две, если повезет. Тогда он уже не сможет скрывать свою непригодность, пост придется покинуть. И ему ничего не останется, кроме как отправиться в Дом поющих и скоротать там остаток своих дней. Черт, времени так мало, оно, как вода, утекает сквозь пальцы. Если есть какой-то шанс исцелиться, он должен попытаться.

– Если эта вещь связана с Альхором…

– Я знаю, о чем вы думаете, – перебил его Теодор. – Я бы не питал надежд.

– Этот храм был посвящен Нефертуму, я полностью в этом уверен. Возможно, если собрать все артефакты воедино, появится шанс найти его, – упрямо продолжил Атис.

– Нефертум – это сказки для идиотов вроде Циглера. Их придумали, чтобы держать вас, магов, в узде.

– Каким это образом? – мрачно поинтересовался наместник, начиная злиться.

– Маг, обладающий силой всех четырех звезд, да еще и сохранивший человеческий облик, а кроме того способность к деторождению, – это не что иное, как выдумка. Только вслушайтесь, минейр, «маг, сохранивший человеческий облик», – Теодор зло рассмеялся. – Уже молчу про остальной бред. Природа такова, что люди не могут обладать магией, если только они не… – Граф вдруг запнулся и резко встал. – Если только… Неужели она… Черт, не может быть!

– Теодор?

Некоторое время он стоял так, что-то осмысливая.

– Теодор! – Атис не выдержал и тоже поднялся с кресла.

– Простите, минейр, мне нужно кое с чем разобраться, – пробормотал граф и вытер проступившую на лбу испарину.

– Так вы поможете мне с Нефертумом?

– Зачем он вам, минейр? Если вы верите, что он существует, значит, ничем не отличаетесь от того глупца, защищавшего храм! – резко отозвался он.

С графом ссориться решительно не хотелось, однако его слова все же задели Атиса. Ну разве он был похож на того дубину из леса? Совсем нет! Поняв, что будет лучше, если каждый останется при своем мнении, Атис сказал:

– Просто выясните, что это за предмет.

– Это займет некоторое время, – проговорил Теодор все еще недовольно.

– У меня его не так много.

– Заходите утром. Посмотрим, что я смогу найти.

– Спасибо, Теодор.

Граф лишь отмахнулся. Позвал служанку и велел ей отвести наместника в комнату.

Простая гостевая спальня с кроватью, высоким шкафом, письменным столом и цветастым ковром со львицами была все еще темной из-за ставней. В своей келье Атис никогда не закрывал их, вставая с первыми лучами солнца, а сейчас совершенно потерял счет времени.

Наместник потер глаза и резко сел. Сколько он проспал? По ощущениям, часов двенадцать, не меньше. Атис нащупал на прикроватной тумбе заботливо оставленный графин и с наслаждением попил. Посидел так, отходя ото сна, все еще чувствуя некоторую слабость. Прошлый день сильно его измотал.

Затем встал с постели, потянулся так, что захрустели позвонки от шеи и до кончика хвоста, и открыл окно. Небо над Марыми горами покрывали растерзанные ветром облака, плывущие на запад. Ослепительно светило солнце, словно извиняясь за вчерашнее. Его свет, слишком золотой, обманчиво теплый, навевал тревогу – скоро жизнь вновь решит показать свой чудовищный оскал.

Взять хотя бы этот двор. Когда Атис впервые приехал сюда, будучи простым сыскным, он никак не думал, что через несколько дней столкнется с монстром. Да, на этом самом дворе. Что будет кричать, когда челюсти сомкнутся на его руке, что нечем будет дышать от боли, от смрада из пасти чудовища, от ужаса. И не было меча под рукой, сколько он ни шарил вокруг, тот выпал, когда Микаэлла подмяла его под себя, зубы вонзались в плоть все глубже, монстр издавал урчащий звук, словно наслаждался кровью морока, от боли Атис погружался куда-то в темноту, он не мог оттолкнуть Микаэллу ногами, не мог! Ему требовалось хоть что-нибудь, ветка, лошадиное дерьмо, камень, камень!

Булыжник врезался твари прямо в висок, и та ослабила хватку от удивления. Замешательства хватило, чтобы Атис выскользнул, появился у стены и хрипло закричал слугам, чтобы уходили. Микаэлла уже мчалась за ним, оставляя на камнях глубокие борозды от когтей. Отсюда они были не видны, наверное, копыта и сапоги сточили их за столько лет.

Атис снова ощутил тупую ноющую боль в предплечье. «Боль памяти», как бы сказала Ворона, капитан чертей. Он про себя усмехнулся. Он ведь так никому и не сообщил, что здесь случилось, даже Лорианна не знала этого, даже Ворона, даже Заир. «Это был медведь, – лгал он и писал в отчете, – очень крупный самец, разбуженный мной случайно». Никто не удивился – в Дильхейме полно медведей, особенно крупных. Атис закатал рукав и осмотрел руку – на месте следов от того укуса не было чешуи, и просвечивала плотная темно-синяя кожа. Чудо, что он не повредил сухожилия. На момент обращения Микаэлле фон Байль было шестнадцать, и монстр из нее вышел не такой зубастый, иначе Атис остался бы без руки.

Атис наклонился и осмотрел двор. Да, он отошел вот сюда, спрятался и… Ворота. Решетка. Граф заманил Микаэллу к решетке и велел опустить ее. Как наместнику такое забыть! Прутья пронзили чудовищу голову, шею, грудь, но оно было еще живо. Минута, две, полчаса. Оно задыхалось, кровь струйками капала с клыков, оно уже ничего не видело. Отец был с дочерью до последнего, пока Атис не отрубил ему голову, а потом несколько часов после.

Варан вздохнул. Кошмарное было время.

Вдруг во двор вышла знакомая остроухая фигура. Заир? Он-то что здесь делает? Атис хотел окликнуть его, но передумал. Поговорит позже, когда закончит с графом.

Графа он нашел в мастерской. Звезда была зажата в странном механизме со множеством вентилей, отдаленно напоминающем человеческую руку, только из металла.

Судя по изнеможенному виду, Теодор не спал всю ночь, надеясь разгадать тайну звезды. Волосы, обычно лежащие аккуратно, были растрепаны, под глазами появились круги, а на подбородке уже пробилась щетина. Граф даже не заметил, как Атис вошел. Лишь когда наместник пожелал доброго утра, он вздрогнул и поднял на него воспаленные после тяжелой ночи глаза.

– Есть успехи? – с надеждой спросил наместник. – Что-нибудь узнали?

– Да, кое-что есть, – Теодор постучал пальцем по толстой книге, обтянутой коричневой кожей. Атис пригляделся, но не смог прочитать выцветшее название из золотых букв. – Я думаю, эта вещь принадлежала Королеве. Посмотрите вот сюда. Видите?

На обратной стороне звезды красовался символ монаршего рода, которому Атис сперва не придал значения.

– Королеве?.. – задумчиво произнес наместник.

– Именно, – граф серьезно на него взглянул. Затем взял книгу и принялся бережно переворачивать страницы. – Я давно находил упоминания о неких Искрах – божественных святынях. Сперва полагал, что это некая метафора… Но теперь сомневаюсь.

– Любопытно, – задумчиво протянул Атис. Все же это был небольшой прорыв. – И что вы насчет всего этого думаете?

– Думаю, что вы отчасти правы насчет Нефертума.

– Отчасти?

– Нефертум должен был стать самым сильным оружием Альхора. Обладающий силой всех четырех звезд, в том числе и мощью чудовищ, он был бы почти бессмертным. Но самое главное – помните о деторождении? – он позволил бы создать Альхору армию из себе подобных. Только представьте: сотни, тысячи неуязвимых, прекрасно обученных существ, испепеляющих все на своем пути! С такой армией он бы завоевал весь мир.

– Что же ему помешало?

– Я думаю, Королева. Та из хельмингов, что носила имя Одетт и должна была стать земным воплощением Альхора, оказалась не согласна с его планами. Дальше вы знаете.

Одетт, мятежная Королева, о да. Отказалась надевать тиару, из-за чего остальные герцоги-хельминги набросились на нее. Так началась Пепельная война, унесшая слишком много жизней триста лет назад. Все с детства знали эту историю. Королеву представляли как предательницу, но теперь все казалось куда сложнее. Почему она пошла против воли бога? Кажется, это так и останется тайной, покрытой мраком веков.

– Она должна была выбрать достойнейшего и обратить его в первого Нефертума с помощью этих Искр, – Теодор указал на артефакт. – Но вместо этого разделила артефакт и спрятала.

Голова шла кругом! Обладатель Искр может стать самым могущественным существом со времен Альхора! И этот шанс выпал ему, Атису Аль-Аману! Что за превратность судьбы?

– Сколько этих Искр?

– Четыре.

– Если найти все, можно стать Нефертумом?

– Никто не станет Нефертумом, – в голосе графа послышалась угроза. – Так же, как никто не вернет мне мою дочь и жену. Забудьте все эти сказки, наместник, и взгляните трезво: если сама Королева отказалась от этой затеи, у нее были на то причины.

– Взглянуть трезво? Что ж, Теодор, давайте взглянем трезво, – проговорил Атис, тоже начиная злиться. – Когда я еще был в Хорре, Лорд-Магистр вызвал меня к себе. Он уже приготовил приказ, который позволял Ибексу взять на себя все полномочия. – Атис выдержал паузу, чтобы смысл его слов получше дошел до графа. – Ибекс займет место Короля и расправится со всеми аматами. И ничто, слышите, ничто не остановит его.

– А как же Леди-Канцлер?.. – все еще не веря, просипел Теодор. – Разве она согласится на такое?

– У Лорианны нет выбора, – покачал головой наместник. – Если она откажется, Лорд-Магистр ее уничтожит.

– А маги? Неужели они согласятся?

– Всех недовольных, если таковые найдутся, он уговорит, поверьте мне.

– Но ведь это значит… Это значит, что люди станут рабами!

– Именно так. Но это еще не самое ужасное, Теодор. – Наместник выдержал паузу, ожидая, пока граф вытрет ладонью взмокший лоб. – Самое ужасное заключается в том, что он готовит для аматов. Не будет ни Домов пользы, ничего, сразу казнь. Нефер захлебнется в реках крови. Единственное существо, которое может переубедить Ибекса, – это Нефертум. Если верить легендам, именно он станет спасителем для всех чудовищ, снимет с аматов проклятие. И, если вы поможете мне обрести его силу, обещаю, что сделаю все возможное.

– Вы нашли всего один ключ, один, а их еще три! – не унимался граф. – Если ничего не выйдет, нас обвинят в измене и казнят как предателей.

– Пусть так. Я готов рискнуть, а вы?

Теодор вздохнул и потер глаза ладонями:

– Ладно, я попробую что-нибудь еще выяснить. Но не знаю, сколько уйдет времени.

– Буду рад любым сведениям, – кивнул Атис.

Граф снова открыл книгу и перевернул желтоватые страницы:

– Вы сказали, там был туман? И огневик не знал, сколько прошло времени?

– Да, мне показалось, что да.

– Интересно…

– Есть идеи?

– Одна, – пробормотал он и достал еще одну книгу в деревянном переплете. «Ордены магов Королевства. Былые и настоящие», – гласила витиеватая надпись на обороте. – Туман, туман, туман… – Его взгляд скользил вдоль строчек. – Оставьте меня, наместник. Как только что-то узнаю, я вас позову.

Атис благодарно кивнул и вышел из мастерской. И тут же напоролся на Циглера, виновато прижавшего уши. Он что, подслушивал за дверью?

– Я как раз вас искал, минейр, – обережник завилял хвостом. – Вы ведь здесь из-за девчонки? Я хотел доложить, что все в полном порядке, мы с капралом…

– Какой девчонки? – нахмурился Атис и принялся нетерпеливо бить хвостом по полу. – О ком вы говорите?

– Вы ведь знаете о ней, минейр?.. – Циглер непонимающе смотрел то на Атиса, то на его хвост. – Ее доставили несколько недель назад, она…

– Зачем она графу? – перебил Атис. Пес уже начал его раздражать.

– Я… – Циглер замялся и не стал продолжать. Кажется, он уже и сам пожалел о том, что все разболтал.

Атис обернулся на дверь, раздумывая, стоит ли вернуться в мастерскую и расспросить графа лично, но потом решил, что не будет соваться не в свое дело. В конце концов, граф всегда помогал ему в обмен на некоторые вольности. Такой уж между ними был договор.

Заир сидел на ступенях, вытянув ноги, и с наслаждением курил. Атис молча устроился рядом. Капрал, не говоря ни слова, протянул ему свою самокрутку. Атис затянулся. Хашмирский табак. Крепкий, как удар кулака в морду.

– Давно здесь? – просипел Атис, возвращая капралу курево и стараясь не закашляться.

– Пару недель, – сплюнул Заир. – Сам-то надолго?

– Как получится.

Заир многозначительно хмыкнул. Уж он лучше всех знал, каково это, когда задания тянутся месяцами.

– Это кто тебя так? – он кивком указал на обожженную чешую.

– Один крайне несговорчивый огневик, – отмахнулся Атис. На мгновение он снова вспомнил, как держал в руке трепещущее сердце. Незабываемые ощущения.

Шакал одобрительно хмыкнул и снова затянулся:

– Про девку слышал?

– Да, Циглер сказал, – кивнул наместник, устраиваясь поудобнее. Разговор обещал быть интересным. – Так что с ней?

– Граф считает, что она как-то связана с чудовищами. Он что-то очень много и долго говорил, но я ничего не понял, – признался Заир, прищурившись, глядя на окно мастерской. – Одно я скажу тебе точно: с таким дерьмом мы еще не сталкивались.

Наместник задумчиво дернул хвостом. Будь она в самом деле опасна, граф не стал бы оставлять ее в живых, не решился бы рисковать жизнью людей, верно?

– Заир? Я должен знать все.

И капрал рассказал.

– Итак. – Теодор разложил на столе карты. Дело было уже вечером. – Есть две новости.

– Начните с хорошей, – отозвался наместник, подходя ближе. – Хорошие новости сейчас не помешают.

– Я не говорил, что есть хорошие новости. – Граф разгладил самую верхнюю карту. – Первая – думаю, я знаю, где искать следующую Искру. Вторая – черта с два мы ее достанем.

– И все же первая новость была хорошей, – не сдавался наместник. – Что вы выяснили?

– Я начал с тумана. Вы знаете, что это за туман, господин наместник?

– Он был явно магического происхождения.

– Воздействовал на время, если быть точнее. И, судя по тому, что огневик не заметил, как прошло триста лет, сильно воздействовал.

– Но для меня время шло как обычно, – нахмурился Атис.

– Скажу больше, вы зашли в него и вышли в одно и то же мгновение. Вспомните – был закат. Вы бродили по туману, а все равно оставался закат, – граф почесал подбородок. – Так вот, я выяснил, кто мог создать туман. Слышали о таком ордене, «Святые слепцы»?

– Никогда. Полагаю, он очень могущественный, если способен повелевать временем. И обладает достаточно сильным артефактом для этого.

– Они были очень опасны, Варан. Это орден магов-пересветов, когда-то живший в Дильхейме, во время Пепельной войны они были на стороне Королевы. И, как ясно из названия, ослепляли себя, чтобы «свет их звезды ярче сиял». Так вот, думаю, что этот туман создан Альхоровым артефактом, которым они владели. Время в нем может течь так, как они велят: очень быстро или очень медленно, – граф развел руками. – Правда, чтобы использовать его, приходилось принести в жертву около сотни человек, так что к этому средству прибегали очень редко.

Атис потер виски. Поверить в услышанное никак не получалось. Неужели Королева настолько не желала появления Нефертума, что готова была пожертвовать таким количеством жизней? Почему?

– Так где искать Искру?

– Тряпица, которую вы мне дали. Это карта острова, на котором расположен храм этих слепцов. Думаю, следующий артефакт мы сможем найти там, – после некоторого молчания продолжил Теодор и указал на остров, контур которого повторял фигуру на найденной ткани. – Вот здесь. Видите?

Их путь лежал на остров Клятый, один из пяти небольших островов в Сильхеймском поясе, тянущемся вдоль всего побережья северного моря, и самый дальний из них – три дня пути от Бисной гавани. На мгновение Атис поддался надежде, что и вправду справится, но тут же растоптал ее. Надежда убивает трезвый ум, кажется, так говорил Альхор.

– Если она не могла допустить, чтобы появился Нефертум, то зачем оставила подсказку к следующей Искре? Это ведь противоречило всему замыслу.

– Думаю, это сделала не она, а тот хельминг, которого вы нашли, или кто-то еще. Кто-то, кто преследовал свои цели, – пожал плечами граф. – Вы должны понимать, что каждый хотел бы обладать такой силой или иметь такое существо в союзниках, минейр.

– В этом я не сомневаюсь.

– Вы правда уверены, что, став Нефертумом, сможете помочь аматам? – Теодор серьезно посмотрел на Атиса, словно от его ответа зависело все. – Вы клянетесь мне?

– Клянусь своей звездой, Теодор.

И это было почти правдой. Почти.

– Так в чем сложность со следующей Искрой? – наместник внимательно посмотрел на Теодора, уже предчувствуя, каким будет ответ.

– Храм тоже укрывает туман.

– Это было лет шестьдесят назад, – граф причмокнул, вынув изо рта трубку. – Папаша мне рассказывал. Ходили слухи, что в храме слепцов хранятся несметные богатства, и мой отец, еще молодой, решил выяснить все сам. Он был охоч до редкостей, такое у него увлечение, – он указал на потрепанную кожаную тетрадку, по всей видимости, дневник. – Договорился с хозяином арбальда[4]4
  Арбальд – «укрощающий ветер» – двухмачтовый парусный корабль.


[Закрыть] «Черный герцог» и отправился в Бисную гавань.

– Он добрался до острова? – Атис снова взглянул на карту. Громада Сильхейма, похожая на огромную черепаху, тянулась вдоль побережья. Бисная Гавань находилась восточнее Сильхейма.

– Если бы, – хмыкнул граф. – Сперва арки[5]5
  Арки – «укротители» – самоназвание моряков.


[Закрыть] наотрез отказались везти его к Клятому. Якобы остров проклят, и прочие морские суеверия. Он кое-как договорился с хозяином арбальда, пообещав заоблачные деньги… Дело было весной, в это время года северное море сильно штормит. Он так и не доплыл до острова. Но нашел тех, кто плавал – давно, лет на сорок раньше отца. Они рассказали ему про туман, в который стоит зайти – и превратишься в старика.

– Странно, почему маги об этом месте не слышали. К тому же при такой близости с Сильхеймом…

– Местные магов терпеть не могут, с чего бы им говорить про это, – пожал плечами Теодор. – Странно вот что: когда вы убили отступника, туман развеялся. Хотя огневик вряд ли создал его, скорее заклинание было к нему привязано.

Да, Атис знал эту магию. Заклинание вроде «удила». Взаимодействует с живыми существами. А значит, на острове должно было остаться хотя бы какое-то создание, которое поддерживает туман.

– Что ж, тогда все просто. Отправляемся туда, убиваем того, с кем связан туман, и…

– Наместник, вы ни черта не поняли, – покачал головой граф. – Замедлить время – это одно, а вот ускорить – совсем другое. Вы погибните, как только войдете туда.

– Туман должен быть к кому-то привязан, как в случае с огневиком.

– Я сомневаюсь, что кто-то мог бы там выжить.

– Тогда могу попробовать впитать эту магию, – в доказательство Варан продемонстрировал руку и магию звезды, что чернее тьмы. – И у нас появится шанс.

– Вы слишком самонадеянны. На сколько вас хватит? – Граф смотрел на него как на идиота. – Вам не рассеять эту магию, не дурите. Нам туда не подобраться.

Слова графа звучали убедительно, к тому же, кто знает, когда болезнь в Атисе возьмет верх? Тогда на него точно не стоит надеяться.

– Значит, нам нужен тот, кто не так подвластен течению времени, – задумчиво произнес Атис, и граф почему-то нахмурился. Думал о том же, о чем и он? – Есть идеи?

– Ну… Черепахи долго живут, – Теодор развел руками.

И тогда наместник сказал то, что собирался:

– А как насчет девчонки-амата в темнице?

Лицо графа вытянулось от изумления.

– Капрал вам сказал?.. – спросил он негромко. – Или Циглер?

– Я знаю, она обладает силой чудовища. А чудовища никогда не стареют. Так что, думаю, она подойдет.

– Она не… – начал граф и запнулся. Прикрыл глаза. Сделал глубокий вдох. – Она не чудовище. Не в том понимании, что вы думаете. Ее звезда правильная. Такая, какой задумывал Альхор: всеисцелющая, делающая ее почти бессмертной, «почти», минейр. Но это не значит, что у нее получится пройти сквозь временной туман.

– У нас нет выбора, – подытожил Атис.

– Да вы спятили! Я не отдам вам ее, не зная, что нас там ждет! – Граф всплеснул руками. – Нет, господин наместник, ищите другого дурака. Она слишком ценна, чтобы вот так ею размениваться!

– Давайте спросим ее мнения, уважаемый граф. И посмотрим, что она ответит.

Теодор тяжело вздохнул, но все же согласился, пусть и неохотно.

– Как зовут девушку?

– Эйлит, – ответил он глухо. – Ее зовут Эйлит.