Текст книги "Взгляд со стороны (СИ)"

Автор книги: Евгений Старухин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 22 страниц)

Глава 22

Дома кое-как перекусил, всё время думая о друге. И пришёл к выводу, что не могу оставаться безучастным и надеяться только на врачей. Свободные очки после получения уровня должны мне помочь – ведь наверняка должно быть какое-то заклинание лечения или исцеления, ведь во всех играх оно есть, так почему в моей системе не будет? В общем, полез в способности и долго изучал, всё имеющееся там, но из всего, что связано хоть как-то с медициной, обнаружил только «малое лечение», по описанию исцеляет небольшие раны. Но что если более сильные варианты появятся только после изучения более слабого? Ведь в плане электричества появилась у меня «молния» в окне выбора, которой раньше не было, так почему бы не появиться потом среднему лечению, большому или ещё какому.

Ну и чего рассиживаться? Рванул обратно в больницу – надо протестировать заклинание, вдруг Максу чем помогу. Тем более, что резерв заполнен на полную катушку.

Уговорить сестру, представившуюся Тамарой Михайловной, впустить меня в палату удалось с довольно большим трудом, видите ли в палату к больным допускаются только ближайшие родственники. Я умничать по поводу проверки документов и тому подобного не стал, зачем заранее портить отношения? Наоборот рассказал ей, что мы дружим с садика, что жизни без друга не представляю. Он второй самый близкий мне человек после мамы. Только тогда она, что-то пробормотав под нос, пустила меня в палату, при этом на протяжении пяти минут не хотела меня оставлять в палате, и уже спустя пять минут она мне заявила:

– У меня вообще-то дела есть, и надо ими заниматься.

– Конечно-конечно, – согласился с ней я, даже не думая понимать толстый намёк на мой уход, – я тут тихонько посижу, никому мешать не буду. Пожалуйста!

– Ладно! Но учти, дверь я закрывать не буду! – последнее она сказала так, словно хотела меня чем-то запугать. Я не обратил на неё внимание, тем более что она всё-таки ушла. Я тут же приступил к делу, мало ли когда она вернётся. Вряд ли она меня надолго тут с больными наедине оставила. Скорее всего у меня минут пять, не более.

К моему вящему сожалению, заклинание работало только когда я прикладывал руки к коже, а единственным доступным участком тела Макса было лицо. И как назло эффект проявился именно отсюда: как только спустил весь свой запас маны, на лице не осталось ни одной царапины. Этакий косметический эффект, лучше было бы наоборот: например, дышать стал ровнее, позвоночник зарастил или череп подлечил, где у него особенно сильная травма. По факту же я провёл самое бесполезное лечение – вылечил простые царапины, причём это самое действие может выдать меня с головой. Вот и какой смысл тогда от всех моих усилий? Не хватало ещё, чтобы меня заперли в лаборатории как подопытного кролика для изучения.

Мана на нуле. Делать тут больше нечего. Пора домой. Грустно – ничем не помог другу. Ну не считать же помощью то, что смог залечить мелкие порезы?

Думал, что не усну, но стоило по приходу домой лечь в кровать, как вырубился моментально.

Встал сегодня на полчаса раньше, полшестого – жуть, еле проснулся. Без завтрака отправился в больницу. На входе пришлось немного пободаться с дежурной медсестрой, попросить её пропустить, при этом сказал, что Тамара Михайловна мне вчера разрешила прийти пораньше. Да, мама меня учила, что обманывать нехорошо, но иначе попасть внутрь больницы не удавалось. Бойкая старушенция, не хотела меня пускать совершенно, но после этой небольшой лжи меня пропустила. Но напоследок ехидно сказала, что если Михайловна ей скажет меня после этого не пускать, то она меня и вечером не пустит тоже. Это плохо, надо будет что-то придумать в этом плане. Больше чем уверен, что старушка окажется принципиальной.

Тамара Михайловна сидя на стуле, спала на посту, слегка привалившись к стене, видимо не так уж просто провести ночь на ногах. При пробуждении удивлённо посмотрела на меня, но пропустила в палату, хотя вначале не хотела открывать, но я её всё-таки каким-то чудом её уговорил. Даже сам не знаю, что я такое ей сказал, но тем не менее она меня пропустила. Сама же она, кидая подозрительные взгляды в мою сторону, отправилась на сестринский пост кемарить, хотя, по её словам, отправилась что-то проверять. Я опять спустил всю ману до конца и отправился в универ. Внешне – никаких изменений не произошло, но я отчего-то уверен, что мана ушла не впустую. Хотя тут и сложности никакой нет – если заклинание набрало свои очки опыта, то значит, не впустую отработало! Ну да, заглянул в характеристики – малое лечение поднялось уже до третьего уровня! Всё-таки запас маны многое решает! Чтобы прокачать разряд мне пришлось трудится значительно дольше, ведь маны было меньше.

Рядом с «малым лечением» к своему удивлению заметил «электроудар» – это ещё что за зверь? И главное, откуда? Я точно такого не открывал, нового уровня у меня пока нет, так откуда? Принялся изучать меню сначала и увидел у себя новую характеристику «слияние», которую мне вроде предлагали открыть за два пункта, но удалось сделать это самостоятельно – мелочь, а приятно. Хотя, сейчас меня это волновало постольку-поскольку. Более того, вообще не было желания со всем этим разбираться, потому дальше смотреть не стал – уровень действительно не повысился, а значит возможность получить среднее исцеление не появилась, на остальное сейчас наплевать. Приду сюда сегодня вечером после тренировки.

Поговорил об этом с медсестрой, она обещала поговорить со своей сменщицей обо мне. Сказала, что сменщицу зовут Ларисой Ивановной как из фильма. Не совсем понял, о каком фильме идёт речь, впрочем, это и не важно. Кстати, со сменщицей удалось поладить без проблем, то ли протекция

Мелькнула мысль о том, что неплохо бы посетить и отца Макса, дядю Федю, чтобы его царапины подлечить. Но как обосновать своё посещение отца друга так и не придумал. А без обоснования меня к нему никто не пустит.

Как-то незаметно пролетели все будни, в больнице я появлялся по три раза на дню: с утра, перед универом, после пар и после тренировки. Уже даже перезнакомился не только со старшими медсёстрами, но и с обычными. В какой-то момент обратил внимания, что меня местный персонал словно не замечает, похоже, я стал «своим». И только Тамара Михайловна на меня отчего-то иногда косилась.

В первые два появления на дню я проводил в больнице времени немного – сливал ману в виде заклинаний в Макса и бежал по делам, а вот после тренировки я проводил в больнице часа три, чтобы заполнился резерв после опустошения и можно было ещё раз полечить друга. Пока ждал заполнения, сидел рядом с кроватью друга и что-то читал по учёбе. Иногда общался с тётей Олей, она тоже проводила в больнице большую часть времени, взяв на работе отпуск за свой счёт. Только она разрывалась между двумя корпусами, где лежали её муж и сын. Поэтому, когда приходил я, она уходила к мужу. А когда меня не было – была рядом с сыном. У нас сложился этакий тандем посещений. Медсёстры, хихикая, о чём-то шептались за спинами, но подслушивать их я не собирался. Ну о чём таком полезном для меня они могут говорить?

Что со мной происходило в эти дни – не могу толком сказать. Я точно был на всех парах, даже вроде что-то отвечал на семинарах, делал задачки на практикумах и переводил английский, но всё это проходило как-то мимо моего сознания. Каким-то непонятным образом выполнял домашку. Даже не помню, где это делал и когда. Сам же я постоянно думал о Максе. И иногда о маме. Больше всего меня пугала мысль, что что-то подобное может приключиться с мамой, а я ничем не смогу ей помочь, как не могу сейчас помочь другу. От этого меня буквально трясло. Чтобы отделаться от этих дебильных мыслей я буквально вгрызался во всё, лишь бы не оставалось времени на то, чтобы думать.

Но больше всего в эти дни я занимался раскачкой «малого лечения». Я даже начал себя слегка травмировать, резать ножом или маникюрными ножницами, но только в универе, ведь там не было возможности слить ману, а тратить её впустую не хотелось. Вот и залечивал свои царапины. Делал эту дичь так, чтобы не заметили окружающие. Не хватало, чтобы меня считали большим психом, чем я являюсь. Для этих своих процедур уходил для этого в туалет и делал всё там, запершись в кабинке. И царапался, и лечился. Ведь как выяснилось, при отсутствии мелких повреждений заклинание работало вхолостую и не прокачивалось. Вот и пришлось так извращаться. Хотя поначалу заклинание на мне тоже работало без всяких царапин – оно залечивало синяки, но те довольно шустро сошли на нет, словно их и не было.

Из-за этих моих придумок рост заклинания не прекращается – медленно, но верно ползёт вверх, но толку от этого никакого. Но ведь и от запуска в Макса, оно тоже растёт, значит какой-то положительный эффект оно ему тоже оказывает, но вот его явно недостаточно. Получить новый уровень пока не сподобился, а потому нет возможности и открыть новое заклинание. Такими темпами мне пахать и пахать. А то, что само заклинание «малого лечения» выросло уже до шестого – ничего толком не даёт. Нет, можно, конечно, это прокачать ещё два раза, и тогда как раз упадёт нужная сотня очков опыта для получения следующего уровня, вот только до следующего капа заклинания надо будет по моим прикидкам потратить почти трое суток или около того, а дальше и ещё больше. Нет, если альтернатив никаких не будет, то так и поступлю. Но что мне мешает хоть ненадолго включить голову и подумать?

Мне нужно заклинание среднего уровня. А как его получить, если уровня нет? До следующего уровня хоть и осталось опыта всего ничего, но почти все характеристики сейчас только-только новый уровень получили, и лишняя сотня опыта ниоткуда прилететь не должна. Стоп! У меня осталось чуть-чуть до прироста телосложения, всего сто двадцать две тысячных до двойки. Вот только телосложение росло тогда, когда меня били… Пойти подраться что ли? Отхватить звездюлей по полной программе, прокачать телосложение, получить новый уровень, выучить среднее лечение и сразу излечиться – вполне рабочий план, но попахивает каким-то мазохизмом. Ну да, а царапать себя маникюрными ножницами – не мазохизм? Ладно, оставим в качестве рабочей гипотезы. Что ещё можно придумать?

Можно было бы прокачать «заряд» на два уровня, но так бездарно спускать ману, вместо лечения, нет никакого желания. Может поэкспериментировать с магией? А как? Попробовать запихнуть в заклинание больше маны, чем оно того требует? А как это сделать? Решил дождаться заполнения максимума маны и вложить весь резерв в одно заклинание. Ждать заполнения пришлось почти три часа, но это мелочи.

Запустил заклинание лечения и стал его удерживать одновременно желая, чтобы увеличился его эффект. Делал так, пока не потратил всю ману, а её скопилось больше тысячи восьмиста единиц. Сосредоточиться на необходимом результате было очень тяжело, заклинание так и норовило выскользнуть и запуститься, но я его не отпускал, пока не впихнул-таки в него всю ману без остатка! В результате мелькнула какая-то вспышка перед глазами, а система порадовала сообщениями:

Внимание! Открыто новое заклинание: «Среднее лечение».

Внимание! Открыта новая первичная характеристика: «генерация заклятий». Для просмотра сведений – перейдите в меню параметров.

Из описания новой характеристики понял, мне нужно точно представлять, что я хочу получить на выходе в качестве заклинания и вложить необходимое количество маны для получения результата. Причём вложить нужно двойное количество маны по сравнению с тем, которое будет использоваться потом для активации нужного заклинания. Хм… Я же вложил полторы тысячи, а «среднее лечение» требует двести пятьдесят, видимо до получения этой характеристики вложения составляли семикратный размер, а не двойной. Как-то это по меньшей мере странно, а то и вовсе странно. Тьфу ты, ведь могло быть и того проще – достаточно было вложить пять сотен маны, а не тысячу восемьсот и заклинание всё равно бы открылось. Хотя теперь уж и не узнаешь.

Зато теперь я могу даже изобрести заклинание вроде «всех убить, одному остаться», только для этого нужно невообразимое количество маны, ведь всех убить практически нереально, но если уже ограничить область действия заклинания определённым радиусом и задать параметры поражения определённой стихией или явлением, то затраты на ману существенно снижаются. Или если заклинание действует на одиночную цель, но с определённым поражающим эффектом, например, удар молнии, то затраты снизятся ещё больше. Очень и очень перспективно. А это, кстати, – мысль! Если на следующий уровень лечения потребовалось маны в пятьдесят раз больше, то и на следующий уровень «разряда» тоже должно потребоваться полтысячи маны. Следовательно, можно получить новое заклинание и из этой серии. Вот только ману сейчас тратить на получение молнии точно не буду.

Да и домой бы уже неплохо пойти – поздно уже. Но мне не давала покоя та вспышка, которой сопровождалось открытие заклинания, надо бы проверить этот момент. В результате пришлось ждать чуть больше двадцати минут, чтобы проверить заклинание ещё раз. И да, это скотское «среднее лечение» таки сопровождается спецэффектами – лёгким свечением рук. Ну да – совсем прям незаметно!

Ладно, буду разбираться с этим завтра, тем более что воскресенье, весь день здесь проторчать смогу, сливая всю ману в Макса. Может быть «среднее лечение» ему всё же поможет лучше? Лишь бы не спалиться из-за свечения этого гадского! А если и не поможет, то тогда можно будет смело идти отхватывать по роже в тёмной подворотне, чтобы прокачать телосложение. А после нового уровня попытаюсь получить большое лечение или какое оно там. На выходе меня проводила подозрительным взглядом медсестра Тамара Михайловна, но она всегда на меня так смотрит, благо хоть приходить сюда не мешает. Интересно, она заметила вспышку или нет? Хотя, если бы заметила, то точно не промолчала, так что – домой!

Интермедия 22

Медсестра – это сложная работа. Сложная по многим причинам: дежурства, общение с людьми, риск заболеть, физический труд, регулярные задержки после окончания смены. Но самое тяжёлое – это работа в операционной, тут и психологическое давление из-за ответственности и переживаний за больного. И длинные, очень длинные операции – то есть банальная пытка на выносливость. А после этого надо ещё как-то общаться с родными пациента, как-то их обнадёживать, если результат хотя бы неотрицательный. Если худший вариант – там врачи на себя ответственность берут, многие потом пьют из-за этого. Ведь чувство сопереживания к пациенту никуда так просто не девается. Попробуй не переживать, когда ты тащишь его с того света, тащишь, на протяжении нескольких часов, а он раз и умирает на заключительном этапе операции. А если пациент ребёнок? У нас больница с очень давней историей, когда-то здесь был военный хирургический госпиталь. На фасаде здания даже висит табличка, что госпиталь лечил раненых во время Великой Отечественной войны. Его правда переименовали в городскую больницу номер три, но от этого хирургия тут хуже не стала. Наверное, самая лучшая хирургия в городе. Привозят к нам разных пациентов, так что чего только повидать не довелось. За пятнадцать лет я видела очень разную клиническую картину, но ожесточиться сердцем так и не смогла. Мне всё так же жалко пациентов, особенно детей. А после рождения дочки ещё больше. Хотя, наверное, просто после её рождения в целом стала добрее, что ли, чувствительнее.

Сейчас хорошо, совсем маленьких деток у нас нет. Наоборот, только взрослые мужчины. Ну как взрослые, двадцатилетний парень – это разве взрослый? Мальчишка ещё. Вместе с отцом в аварию попал. Отца инфаркт за рулём разбил, машина на встречную полосу вылетела и чуть ли не в лоб другую машину протаранила. Хорошо хоть в городе дело было и скорости не такие огромные как на трассе. А то бы на смерть все. А так только эти двое и пострадали. Встречная машина грузовиком оказалась и там пострадавших не было. Шофёр лбом ударился разве – но это мелочи.

А вот эта семья пострадала сильно. Каким-то чудом удалось спасти бригаде скорой помощи и отца и сына даже. Обоих довезли – вообще чудо, не иначе. Отца вообще считай с того света вернули, еле откачали после инфаркта, но справились. Он сейчас в другом корпусе, среди сердечников, у него почитай и переломов-то не было. А вот сыну его не повезло, чуть ли не по кусочкам собирать пришлось – руки и ноги были перебиты, лицо всё осколками посекло, позвоночник задело и голову. Чудом лёгкие перебитыми рёбрами не проткнуло. И в результате оба в коме. Это просто ужас какой-то!

Мать младшего и жену старшего в этой ситуации больше всего жалко. Она чуть с ума тут не сошла, когда сына увидела в таком состоянии. А ведь парень-то поди хороший, вон какой у него друг, верный и чуткий. Когда за больными так внимательно и чутко следят друзья и родственники, то хочется ухаживать за ними ещё лучше. Но этот парень вообще все рекорды побил. Пришёл, расспросил, помолчал, и ушёл. А через два часа, вернулся и говорит: волнуюсь за него очень, можно я с ним посижу. Ну мне что, пусть сидит. Парень он хороший: вежливый, внимательный, ответственный, и привлекательный. Лицо красивое, породистое, подбородок волевой, взгляд пристальный, если бы не Юлечкин папа… Ну правда он ещё совсем молодой. Студент. Кстати, а может он того, не просто друг-то ему? А как это нынче модно говорить «партнёр»? Хотя, какая мне разница?

Всё равно сегодня больше операций не будет, можно будет попробовать поспать. В общем, пустила. Заодно и в палате кто-то за пациентами присмотрит.

Часа полтора он там просидел, а потом пошла я проверить пациентов да чуть в осадок не выпала: у Максима, пострадавшего-то, все царапины на лице пропали. Я такого никогда за всю свою жизнь не видела! Мистика прямо какая-то! Решила понаблюдать за этим странным парнем, ну который друг. Может это он что-то такое сотворил? Или их и не было, а мне показалось, просто взгляд замылился, а тут они внезапно пропали… Нет, но были же они, точно были! Или нет? Блин, суточное дежурство просто так не проходит, видимо возраст даёт о себе знать.

За ночь уже забыла об этой чертовщине, так этот «колдун» с утра пораньше нарисовался, ещё восьми на часах не было! И как только до нашего этажа пробрался? Не иначе колдовством своим! Степановна бы его ни в жизнь просто так не пропустила, точно глаза отвёл! Тьфу ты пропасть, о чём я думаю?

– Тамара Михайловна, пустите меня к Максу, мне тяжело его видеть в таком состоянии, но не видеть и переживать по поводу его состояния ещё хуже. Я же его с пелёнок знаю, мы с ним всегда были вместе: и в саду, и в школе, даже за одной девчонкой одно время вместе ухлёстывали, она правда никого из нас не выбрала, это нас даже сильнее сплотило. Но я жизни себе не представляю, он часть меня, как мама, может быть даже больше, ведь маме не всё можно рассказать, а другу – всё. И я очень переживаю, пустите, а? Пожалуйста! Я ненадолго, минут на десять всего. Я сегодня чтобы сюда приехать встал на полчаса раньше и даже не завтракал, лишь бы сюда заскочить ненадолго. Мне ведь без него совсем хреново будет, он мой единственный настоящий друг, остальные просто приятели, а может и не приятели вовсе. Он – единственный, настоящий.

Ну как после такой речи его не пустишь, да мне будущий муж в любви меньше признавался, когда замуж звал, чем этот сейчас про друга рассказывал. Ну и да, проверить же надо, подглядеть немного, делал он там что-то или нет… Пошла на пост, сказав, что иду проверять расход лекарств, а сама сделала вид, что спать прилегла. Тот убедился в мой невнимательности и шмыгнул в палату, а я за ним на цыпочках. И ведь права я была! Точно он что-то непонятное вытворяет: руки свои на лицо другу положил, сам глаза прикрыл и сидел так минуты ты две. Потом аккуратно отодвинул табуретку и сделал вид, что он ничего такого и не делал, я же обратно рванула и села как было, когда он в палату зашёл. Так он из палаты вышел и слинял, даже не подумав поблагодарить или ещё что сказать. Ну да и бог с ним. Надо же Максима проверить, а вдруг он ему что плохое сделал?

Нет, я во всякую такую чертовщину не верю, но когда она происходит прямо на твоих глазах, тут во всё, что угодно, поверить можно! Вот вообще не понимаю, как такое возможно, чтобы руками поводил и всё сразу вылечилось. Врачи учатся чуть ли не десяток лет, чтобы стать специалистами, а тут какой-то пацан пришёл руками поводил – и вы здоровы, приходите к нам ещё! Так что ли? Бред какой-то… Да и не видела я ни одного лечащего колдуна. Уж сколько пациентов скачут по всяким этим белым, чёрным, серо-буро-малиновым магам да «бабкам», а вот так за раз убрать с лица все царапины – это что-то нереальное. Не верю я в это, но ведь куда-то же все они делись! Надо будет с Петром Ильичом поговорить. Он наверняка что-то подскажет, умный мужик наш главврач, да и лет ему уж сколько, он почитай тут уже больше полста лет оперирует, а руки по-прежнему словно из металла, сожмёт пальцами – сломать руку может. Сила у него невероятная, дал же ведь бог!

Помнится мне, он как-то рассказывал что-то то ли про Рюрика, то ли про Рерика, художника какого-то, который со всякими сверхъестественными штуками связался. Говорил, что ни до чего хорошего такие интересы не доводят. Но он-то наверняка что-то знает, раз так уверенно об этом говорит! А больше, в моём кругу, вообще никто о таком даже и не говорит. Медики, они материалисты. потому что, если представить, что души человеческие присутствует рядом с трупом, то резать их тела в морге становится слишком тяжело. А ведь почти все студенты в обязательном порядке присутствует на вскрытиях. Зрелище тяжёлое и первый раз очень много стресса несёт наблюдателям. Короче говоря, не знаю я, как реагировать на то, чего не бывает. Или бывает, но только в мультиках дочки про юных волшебниц.

Постояла немножко у двери, убедилась, что с пациентом всё хорошо, приборы показывают норму для его состояния. На всякий случай потёрла глаза и помотала головой, чтобы проверить, что глаза меня не обманывают, и тихонечко пошла обратно на пост. Постояла, подумала. И решила мужу позвонить посоветоваться… Страшно всё-таки соваться с такими бреднями к главврачу, мы хоть и знаем друг друга давно, но как бы он меня умалишённой не посчитал.

– Алло, зай, привет. Слушай, тут такое случилось! У меня к пациенту в коме пришёл посетитель. И он ему на лицо руки положил. Да нет, не больной в коме положил, а посетитель! Ну что ты ерунду какую-то несёшь! Так вот, потом все царапины пропали. Да все со мной в порядке, нет у меня температуры! Какие царапины? Так у пациента всё лицо было посечено осколками, он же после аварии. Что, стёкла в машине разбиваются специальным образом, чтобы никого осколками не порезать? А почему этот тогда весь в царапинах был? Что? Приснились мне царапины? А зачем тогда этот руки на лицо ложил? А я откуда знаю?… Да, он уже ушёл. Ну мне кажется, что он его так лечит… Ничего он с ним не делает. Просто руки на лицо положил, посидел так пару минут, и всё… Ну нет, не светится… И сам не светится и руки не светятся, а что обязательно должны светиться? Почему обязательно должны быть спецэффекты? В фильмах так показывают? Тьфу на тебя, дурачина! Я ему рассказываю, что у меня в отделении чертовщина происходит, а он ржёт надо мной! Дурак! Ладно. Ладно! Хорошо, не обижаюсь! Да пустые у него руки были! Только ладони, рукава короткие, и на одеяле ничего не лежало. Сама удивилась, зачем руки на лицо складывать! Нет, если бы задушить хотел, тогда бы на шею руки ложил, а не нос зажимал. Проще яремную вену пережать. Специально стояла и смотрела, не пытался он пациента убить. Точно. Ага… Хорошо… Ладно, пока, вечером поговорим.

Он у меня умный. Ну то есть бестолковый, но думать умеет. Сразу мне поверил, коротко уточнил ситуацию, и проинструктировал меня как правильно поступить. Хоть и не упустил случая позубоскалить.

Первым делом, говорит, нужно убедиться, что ничего не угрожает пациенту, но это я уже и так сделала, вот только не проверила, не запихал ли что-то этот «друг» пациенту в рот. Зашла проверила – во рту пусто. А если что-то проглотил, то уже и не выяснишь. А второй, но самый главный момент, проверить, что мне ничего не угрожает. И впрямь, как-то безответственно я поступила, а ведь у нас на такой счёт прямые инструкции: никого не пускать, кроме родственников. А ведь я даже у него паспорт не спросила! Ой, дура-то! Так, под кроватью посмотрела – никакой взрывчатки нет. Фух, ну и запугал меня муженёк! Но ведь он ещё и про радиацию сказал, мол мало ли что мне показалось, будто бы он лечит, а может быть он его на самом деле радиацией облучает. А ведь у меня нет этого специального пищащего счётчика. Как он называется-то? Блин, не помню, да и откуда мне помнить это! Я же не в Чернобыле работаю, а в городской больнице. Да и вообще здесь лечить должны врачи, а не посторонние студенты. Отчего-то сама на себя разозлилась, на посетителя этого непонятного и на мужа до кучи. Пойду умоюсь, а потом кофе выпью, сладкого, очень сладкого, чтобы нервы успокоить, а то совсем они ни к чёрту стали из-за этих пациентов!

Позвонила на первый этаж, спросила у Степановны, почему она этого парня пропустила. Он ей сказал, что я разрешила, ох и жук этот парень! Ладно уж, надо будет Ларису предупредить, чтобы последила за ним, когда он придёт в следующий раз. А то теперь она будет с этим типом контактировать, не дай бог, случится чего.

Стоп! А может я зря себя накрутила и всё гораздо проще? Проще даже некуда? Этот типок так распинался про друга, что я поверила, а на самом деле у них связь иного рода, куда более интимная? Это объясняет, почему он ему руки на лицо клал – просто до щёчки любимого дотронулся. Да и кто будет вот так скакать вокруг друга? Некоторые так вокруг своих детей не скачут, а тут всего лишь друг! Ага, так я и поверила! С детства они вместе! Интересно, а кто из них кого? Тьфу! Вот на кой мне это знать? Блин, теперь от этой грязи, что себе напредставляла, надо ещё отмыться как-то! Хорошо, что до конца смены всего полтора часа осталось.

Конец недели. Этот «голубок» сюда как на работу ходит, по три раза на дню, а вечером так и вовсе по несколько часов сидит. Что характерно, мать пациента с ним здоровается, но особо не общается, наоборот, поскорее уходит к мужу. Можно подумать, что просто мужа навещает, пока здесь этот с сыном сидит, но ведь можно подумать и что она в курсе их «дружеских отношений». Хорошо, что я Лариску предупредила об этом, а то бы тоже неизвестно до чего дофантазировалась. У неё-то в этом плане ещё похлеще, чем у меня будет – панику на раз-два разводит! Уже бы и следить за этим парнем перестала, если бы не скука. Ну что делать на посту в районе десяти вечера? Вот этого только пускаем сюда, чтобы за ним понаблюдать, и всё. А так – скууучно! Ну хоть какое-то развлечение. А вот собственно и он, лёгок на помине! А Лариска – трепло! Я ведь только ей сказала, про их «особые» отношения, а уже все медсёстры и санитары знают! Вот уж не язык, а помело! Хотя, чего тут говорить, в больнице любой слух моментально разлетается, тут иначе никак – слишком плотный коллектив, все и всё на виду. А тут – какое-никакое, а развлечение. Уже все за ним присматривают. Но может оно и к лучшему? За ним теперь все присматривают, хоть и хихикают за спиной.

Вот он пришёл – руки на рожу своему «партнёру» положил, постоял так немного и сел книжку читать. И ведь не гладит! Пытается не палиться? Плохо у него получается. Если бы он лечением занимался при помощи колдовства, то за неделю-то бы его дружок-то точно оклемался! Ну хотя бы из комы вышел. Или он колдун не важнецкий? Я бы даже сказала, так себе колдунишка… Вон, Кашпировский целые стадионы лечил! А этот одного единственного «друга» вылечить уже неделю не может! Ясно всё с ним! А теперь сидит и читает. И ладно бы хоть больному что-то вслух читал или рассказывал, нет просто по учёбе что-то. На программиста учится парень. Ну да, не детектив я, но сложить два плюс два точно могу, когда студент из раза в раз читает книгу с названием «Язык программирования», то тут и даун поймёт его будущую специальность.

О! Опять он пошёл за лицо хвататься! Правда лицехват какой-то! Точно его девчонки прозвали! И откуда только слово такое взяли? Ох, разодрать мои панталоны! Это что сейчас за вспышка была? Лампочка взорвалась? Да нет, вроде все целые. Так может… Нет. Нет… Нет! Не может этого быть! Неужели начались спецэффекты, как муж говорил? Так он что, реально колдун? Настоящий? Не верю! Стоп! А может это он чем-то в мою сторону так светанул, чтобы я что-то не увидела, а он тем временем какую-то пакость провернул? А что же он такое провернуть мог? Да кто ж его знает? Надо подойти поближе – у меня и оправдание есть: вспышка. Была? Была! Так что надо проверить…

Подошла и подсматриваю в палату через приоткрытую дверь. Опять за лицо хватается. А руки светятся! Ну всё, прощай, моя крыша – привет, жёлтый дом! А он на выход направился. Блин, куда ж от него спрятаться? Пришлось сделать вид, что подхожу к палате, чтобы выгнать его домой. Сделала недовольный вид и посмотрела на него, как на вошь, а у самой поджилки трясутся, не дай бог колдун заметит, проклянёт ещё! Фух, ушёл! Точно завтра перед уходом с главврачом о нём поговорю!