Текст книги "Взгляд со стороны (СИ)"

Автор книги: Евгений Старухин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 22 страниц)

– Что, стыдно? Дима, мне кажется, ты хороший парень, просто у тебя воспитателя нет. Отец живой?

Я отрицательно покачал головой. Удивительный дед, он как будто мои мысли читает.

– Мать одна воспитывает? Тогда тебе надо, найти хорошего мужчину, чтобы он тебе примером был. Запишись на какую-нибудь секцию. Уже? Молодец! В общем, давай, беги свой институт. И больше, над людьми, не потешайся. Откуда ты знаешь почему Николай пьёт? Может у него есть достойный повод, а даже если нет, кто ты такой, чтобы его судить? Сегодня тебе повезло – я за тебя заступился. Но это потому что у тебя совесть есть. И ты стыдиться умеешь. А в другой раз уже не повезёт. Не греши против совести. Ну всё, твой троллейбус…

И он развернулся и пошёл куда-то в сторону третьей городской больницы. Я же запрыгнул в троллейбус и поехал на пары.

На матан успел каким-то невероятным чудом. Дмитрий Валентинович косился на меня всю пару. Явно хочет от меня чего-то. Вопрос – чего? И несмотря на беспокойство о друге, взгляды преподавателя, я всё равно увлекся матанализом. Пара пролетела чуть ли не в одно мгновение, и я уже собирался вылететь из аудитории, чтобы опять попробовать дозвониться до Макса, как был остановлен профессором. Из всей его речи посвящённой математике и моей роли в ней (так и не понял откуда у меня появилась там роль), я уяснил только одно: Дмитрий Валентинович даст мне конспекты его учеников, уже окончивших университет, чтобы я мог позаниматься плотнее и изучить науку с более глубоким погружением, так как у нас на факультете курс матанализа идёт в урезанном виде. Отказываться я разумеется не стал, после чего мне было вручено около десятка девяностошестилистовых тетрадей с конспектами. Да уж, будет чем заняться. Где бы на всё это время найти?

– Ну, бегите, Дмитрий, а то на следующую пару опоздаете! – доброжелательно попрощался со мной профессор. Я, пожелав ему приятного дня, последовал его совету и едва опять не опоздал, но уже на тервер.

Здесь преподаватель материал подавал довольно скучно, потому с трудом дождался пятиминутного перерыва внутри пары, чтобы позвонить другу. Ответа не было. Да что ж такое! Еле досидел до конца пары и позвонил опять – никаких изменений. Всю большую перемену вместо обеда пытался дозвониться до Макса – так телефон доступен и не стал.

На политологии преподша, словно акула, нарезала вокруг меня круги, отчего я чувствовал себя не в своей тарелке. Одногруппники же мои смотрели на это кто с юмором, кто с завистью, а кто и с недовольством. Последней была наша староста. Ей явно не нравились заигрывания преподавательницы со студентом. С огромным облегчением сбежал от неё на программирование. Здесь удалось решить задачку на сегодняшнюю пару за полчаса и благополучно уйти, не обращая внимания на удивление Татьяны Генриховны. Вот вроде бы и мелочь – а было приятно заметить этот недоумевающий взгляд.

Но за пределами аудитории нервозное состояние опять вернулось, а потому я торопливо направился на тренировку. Хорошо, что после пар есть возможность сбросить пар на груше. Хм, каламбур получился, даже развеселился немного, а то с такой нервозностью и до депрессии недалеко. Хорошо, что у меня тренер такой спокойный, непоколебимый. Рядом с ним любой стресс отступает, как огонь от пожарного. Хм, какая-то драматическая метафора. Это что же получается, у меня пожар? И где он? Что горит? Я же сегодня всё время нервничаю, весь день. А, ну да, я за Макса беспокоюсь. Всё-таки необычное дело, когда телефон так долго вне зоны доступа. Интересно, что могло с ним случиться? Сломалось зарядное устройство? Нет. Просто у кого-нибудь другого зарядил бы. Наш мир так устроен, что человек свой сотовый телефон любой ценой зарядит. Может сам телефон сломался? Да, такое может случиться. Тогда остаются лишь альтернативные способы связи. Написал ему уже на электронную почту, а также во все цветные мессенджеры: зелёный, синий и фиолетовый. Они-то тоже на телефон завязаны, но можно же зайти и в web-версию, а там сообщения от меня уже есть. А вот ответной реакции нет. Что же с ним случилось? И как с ним связаться? Чтобы хоть как-то отвлечься от тяжких мыслей во время ударов пробовал совместить «разряд» и кросс воедино. Так ничего и не получилось, то ли не успевал запустить их одновременно, то ли ещё что-то мешало. Это тоже не добавило хорошего настроения. Во время очередной передышки от нечего делать открываю список контактов и смотрю на запись Макса. После чего открываю свои характеристики. Нет, не потому что мне это зачем-то понадобилось, просто я почувствовал себя идиотом и на автомате сделал фейспалм. Ведь передо мной красуется надпись: «домашний телефон». Как же я сам об этом не подумал⁈ Набираю указанный номер. Трубку тоже не берут. Да что ж такое-то? Хоть кто-то же живой должен быть!

Наконец, в пять часов не выдержал и сорвался с тренировки – на три часа раньше обычного. Поеду у подъезда Макса караулить. И хоть понимаю, что бессмысленно: ведь трубку домашнего никто не берёт, но привычно заниматься обычными делами уже попросту не мог. Продолжал звонить, на сотовый и на домашний. И вот уже на выходе из универа коммутатор городской сети соединил-таки меня с домашним телефоном Макса.

– Алло, кто это? – раздался в трубке усталый и потухший голос его мамы.

– Это Дима, тёть Оль, здравствуйте. А Максима можно услышать? А то я до него весь день дозвониться не могу!

– Здравствуй, Дима. – из трубки донёсся плач, – Максим и Федя в больнице. Оба в коме…

Услышанное меня просто повергло в шок. Как такое возможно? На голову будто ватный шлем одели. Какой-то звон, и опустошённость. Каким-то чудом я выспросил, в какой именно больнице они лежат. Кажется, тётя Оля что-то говорила, что нет смысла ехать, что Макс без сознания, что меня могут не пустить, что там нет сейчас приёма. Но я вежливо попрощался и тут же рванул туда. Как добежал до остановки – вообще не заметил. Как оказался в троллейбусе – не знаю. Каким чудом не пропустил нужную остановку – одному богу ведомо. Да и вообще, кажется, если бы на троллейбус не успел, то я бы его бегом перегнал. Городская больница номер три, на остановке у которой меня с утра вытащил тот непонятный дед. А ведь если бы я знал, что произошло, то уже с утра мог у Макса оказаться!

Странная вещь, вот дружишь-дружишь с человеком и всегда думаешь о нём с радостью. А когда приходит такой страшный случай, то эмоции при мыслях о человеке резко меняются на противоположные, становится тяжело о нём думать. А как не думать, если все мысли крутятся вокруг него? Да и вообще описать свои эмоции в такой момент вряд ли кто сможет. Возникает такой раздрай в чувствах, что ты и сам не можешь понять, что именно ты ощущаешь в данный момент.

Я с Максом дружу с детского сада. Он такая же константа в моём мире, как и мама. Я сейчас в таком шоке, что никак поверить не могу в случившееся. Да я даже думать нормально не могу. Сейчас основная задача понять, что нужно сделать. Двери троллейбуса как назло открывались медленно, словно издевались! Пришлось помочь им открыться и выскочить наружу. Идти решил быстрым шагом, чтобы не шокировать своим бегом пенсионеров, втягивающихся на территорию больницы. Но не успел пройти и двух шагов, как мне загородили дорогу двое, что-то говорили, мешали пройти, даже за одежду схватили. Что с ними сделал – и сам не понял. Главное, что с пути их убрал, и, уже наплевав на всё, бросился бежать к Максу. На ходу даже пришлось отмахиваться от табличек системы, вот не до неё сейчас.

До входа на территорию больницы долетел в мгновение ока. Быстро нашёл главный корпус, надо же выяснить, где лежит мой друг. В приёмном покое назвал его фамилию, и выяснил, что его папа тоже в больнице, только они в разных корпусах. Хотя, кажется, тётя Оля об этом вроде что-то говорила. Пожилая медсестра в приёмном покое, долго терзала компьютер, а потом даже позвонила по телефону чтобы выяснить кто именно и где лежит. Ей сказали, что Фёдор Максимович в коме с инсультом, а Максим Фёдорович в коме с черепно-мозговой травмой и множественными переломами. Дальше мне выдали белый халат и направили на третий этаж в сестринскую. Но до сестринской я не дошёл, меня перехватили на вахте на этаже. Медсестра сказала, что Макса сбила машина. Ему провели сложнейшую операцию, и он стабильно плох. Все переломы устранили, собрали его хорошо, кости черепа срастутся как надо. Жить он точно будет, но вот травма позвоночника и кома внушают опасения. Мне разрешили побыть с ним пять минут, но только в её присутствии. Только после всех объяснений меня спросили кем я довожусь Максиму. Хотя ответ ей похоже был не важен.

Логично, что плохого в её присутствии может произойти? Максим был весь в бинтах, и гипсе. А на правой части головы сквозь бинт проступала кровь. Тёмно-багровая. Всё лицо в мелких царапинах и порезах. Дышал он ровно, и неглубоко, как-то судорожно, словно всхлипывая. В комнате лежало ещё два человека, и оба они спали. Большое сталинское окно, чистые побеленные стены, белые простыни и старые деревянные тумбочки. В окно падал солнечный свет, оставляя блики на покрашенном масляной краской полу. Хорошее в целом место, если не считать того, что все трое пациентов боролись в этой комнате за жизнь. Постояв молча пару минут рядом с его кроватью, мы вместе с медсестрой вышли из палаты.

Я отчего-то думал, что после того как увижу Макса, сразу станет понятно, что делать, мозги заработают, а на душе станет легче и как-то спокойнее. Но на деле ничего не изменилось. Ни ясности, ни плана действий, ни даже конкретики в ощущениях или чувствах. Только растерянность и шок, ничего больше. Я тщательно расспросил медсестру, чтобы понимать, чего ждать. Ситуация оказалась хуже, чем мне сначала показалось. Когда Макс придёт в сознание вообще не ясно. Может и вообще не прийти. Есть ли травмы спинного мозга, тоже не ясно. Нужен хороший томограф, чтобы выяснить их наличие. В больнице такого нет. А везти его в первую городскую, где он есть, – нельзя, можно сделать ещё хуже. Остаётся только ждать. Если придёт в сознание, то можно будет свозить в другую больницу. Поблагодарил её за подробные ответы, и пришибленный поплёлся домой.

Интермедия 21

Утренняя давка в троллейбусе – так начинается моё утро вот уже который год. И ладно бы в одном – нет, в двух, с пересадкой. А тут народ ещё скапливается и попробуй влезь в такой толпе внутрь рогатого транспорта! Это не такое простое дело, особенно когда… Ну да вот и она – обязательная бабка с тележкой! Распихивает всех и влезает внутрь, а я пошла на фиг и в этот троллейбус уже точно не влезу. Придётся ждать следующий, благо их на конечной собралось целых три штуки и вслед за этим должен подъехать очередной.

Ждать долго не пришлось и влезть удалось без особых проблем и я опять принялась за любимое дело – рассматривать пассажиров. И всё бы было хорошо, если бы не одно «но», я чуть ли не моментально наткнулась взглядом на оскаленную рожу того парня, который пугает меня до огромных мурашек. Нет, так чисто внешне он не страшный, но отчего же у меня так трясутся поджилки при его виде? А когда начинает скалиться, всё моё естество буквально кричит: «Беги отсюда, если хочешь жить!»

Постаралась стать от него как можно дальше, но отвести от него глаз просто не могла. И он не обманул моих ожиданий. Уже вскоре опять он начал скалиться, а пространство вокруг него освобождаться. Люди все неосознанно стараются держаться подальше от психов, лишь огромный амбал, стоящий за ним никуда дёргаться не стал, будь я такой огромной, тоже бы не стала бояться. Вот странно, этот громила во мне не вызывает ни малейшей толики страха, а при виде того парня я вся трясусь. Это что-то иррациональное, за гранью моего понимания.

Вскоре какая-то бабка на весь троллейбус заполошно заверещала, что её убивают, и начала тыкать пальцем в психа, а тот даже растерялся от её напора, начал что-то лепетать в своё оправдание. Меня даже отпустило слегка, и я поняла, что ничто человеческое ему не чуждо и он обычный человек, а не какой-нибудь рептилоид или ещё кто похуже. Может быть даже он вполне обычный парень, а я просто перепуганная дура. А уж когда его тот амбал приподнял за шкирку, тот и вовсе стал выглядеть довольно жалко. Я даже хихикнула слегка и чуть-чуть, ну совсем капельку его пожалела – не хотела бы оказаться на его месте, когда такая толпа народа против меня. Но тут этот маньяк-психопат резко дёрнулся и так рыкнул на держащего его за шкирку громилу, что тот вздрогнул и выпустил воротник. От жуткого оскала меня отчего-то уже так не пугало, скорее было любопытно, как этот тощий, но жилисты парень смог напугать такого огромного дядьку. Это ж сколько силы духа должно быть в человеке, чтобы сотворить такое! Ну или смелости, или ещё чего, даже не знаю, чего…

Но тут события и вовсе понеслись вскачь! Его схватил за руку какой-то дед и видимо что-то сделал, потому что тот буквально взвыл. Ну не везёт парню, то амбал схватил, теперь вот дед ему руку ломает! Так словно мало того, этот старик ещё оказался кем-то из органов и потащил того на выход из троллейбуса. А может оно и к лучшему? Мне лично будет спокойнее, хотя и жалко его немного.

Надо будет всё рассказать Любке. Только не говорить, что мне его жалко стало, а то она ещё1 скажет, что я влюбилась или ещё чего придумает, она может!

Естественно, Любка вытянула из меня всё. Не удалось от неё скрыть ничего. Но, что удивительно, никому ничего рассказывать не стала, зато надавала кучу советов, основным лейтмотивом которых было, что мне нужно срочно познакомиться с парнем. Я даже опешила, когда она это предложила. Как я могу познакомиться с НИМ? Меня же трясёт при виде его. Нет, я на такой подвиг не способна. Но Любка сказала мне быть проще и посоветовал просто увлечься любым другим НОРМАЛЬНЫМ парнем, чтобы не засматриваться на всяких маньяков. Тут я не могла с ней не согласиться.

В целом пары прошли неплохо, если бы не задали написать программу. Ну не моё это! Совершенно! Хорошо, что у нас есть палочка-выручалочка Костик, всегда готовый за пару улыбок и добрых слов написать любую программку. Сегодня я в очереди к нему оказалась самой последней – это всё училка-программерша, невзлюбила меня почему-то и придиралась по поводу предыдущей программы, пришлось долго и нудно объяснять принцип её работы. Да, с программами нам всё-таки приходится разбираться самостоятельно, но написать её с нуля – вообще не представляю как. Худо-бедно удаётся разобраться с готовым алгоритмом и на том спасибо!

И вот теперь-то можно спокойно отправиться домой. Распрощалась с оставшимися в очереди к Костику одногруппницами и пошла в сторону остановки. Как же я люблю это время, когда пары уже закончились, к домашке ещё не приступала и чувствуешь себя хоть какое-то время абсолютно свободной и счастливой! Можно даже ни о чём не думать и просто наслаждаться ещё тёплой осенней погодой. А ещё предвкушать какие-нибудь приятные вечерние дела, если на завтра ничего делать не надо. Можно посмотреть сериальчик или поиграть в сетевую игрушку, а то и соцсетях позависать, видосики всякие забавные посмотреть. Хорошо!

И сегодня ведь как раз такой день – на завтра всё сделано. Зашла в троллейбус на заднюю площадку одной из первых. И опёрлась руками на поручни вдоль стекла. Люблю иногда так ездить. В окно можно поглазеть, порассматривать водителей, едущих за троллейбусом и матерящихся из-за того, что его никак не обогнать. Наблюдать за тем, как они постепенно выходят из себя, нервничая всё сильнее или наоборот спокойны как удавы – все такие разные. А иногда можно даже язык кому-то особо нервничающему показать. Или какого-нибудь молоденького водителя подразнить, соблазнительно облизывая губы. Но это уж, если совсем настроение отличное! Народу немного, час пик начнётся попозже, можно было бы и сесть, но на парах насиделась за весь день, так что в троллейбусе можно и постоять.На задней площадке просторно. Стоишь, смотришь на солнечный осенний город проезжающие в заднем окне – радостно! Люди ещё продолжают заходить, а я смотрю в окошко. Смотрю как из института выходят студенты, преподаватели, какие-то другие люди тоже потихоньку подтягиваются на остановки. Молодёжь весёлая, пары закончились, и потому просто наслаждаются общением друг с другом. От двери института до автобусной остановки далеко, и гомонящая толпа растягивается в редкую змею, наполненная шутками, возгласами и даже какими-то лёгкими потасовками.

И тут дверь корпуса словно взрывается. То есть распахивается от сильного удара изнутри с такой скоростью, что даже звук её открытия был похож на лёгкий взрыв. Какой-то бегущий студент выносит её своим телом и несётся к остановке да так быстро, что его и не разглядеть толком. Но от побежавших по телу мурашек мне стало тут же понятно, что именно за студент бежит в сторону остановки. Но ведь его же утром дед в полицию сдал! Неужели его просто так отпустили, и он сможет и дальше безнаказанно запугивать людей и бить их током? Почему у нас в стране такое беззаконие? Может он их тоже запугал, как того амбала, или взятку дал? А может и ещё проще: вырвался и убежал от того деда. Судя по тому, как он сейчас мчится, этот точно мог. Вообще удивительно как тот старичок смог с ним совладать! Наверное, он очень смелый, не испугался ведь его, хотя все в троллейбусе тогда чуть ли не дрожали, уж я-то видела! Да что там говорить, сама в таком же состоянии была! Вот и сейчас гляжу на него, а душа опять в пятки уходит, но не смотреть на него не могу: как же он движется, словно хищный зверь – мускулы так и ходят ходуном! Словно гепард или ягуар, загоняющий добычу!

Ой, мамочка! Он же на этом троллейбусе обычно ездит. Только бы не успел или наоборот успел? Чёрт, сама не понимаю, чего хочу больше! А пассажиры медленно заходят. Успеет, не успеет? Далеко бежать. Вот уже все вошли. Как же он несётся. Я прямо увидела, как он пробежал между двух студенток, и у них волосы за ним как от ветра всколыхнулись.

Ну водитель, закрывай дверь скорее, пожалуйста! Но он не успел, то есть маньяк успел, а вот водитель нет. Он как будто его специально ждал, хотя может и ждал. Надо бы Любку попросить узнать его имя, а то как-то неудобно его даже про себя только маньяком называть. Хотя надо сказать последнего он действительно напоминает – стоит у заднего окна, чуть ли не вплотную ко мне и зубами скрипит, скалится, дерётся где-то, всё лицо побитое. Слава Богу, удалось между нами оставить пару пассажиров, а то бы сейчас уже от страха окочурилась. И так-то страшно, а уж если он вплотную встанет – даже боюсь представить. Нет, такого мне даром не надо. Меня после утренней сцены полдня трясло, а сейчас он вообще на расстоянии вытянутой руки всего за двумя пассажирами, а если он свою руку в мою сторону протянет? Вот где ужас-то! И ведь дальше забиться некуда и так в самом углу троллейбуса стою, а начну пробиваться в серёдку, только внимание к себе привлеку. Нет уж, лучше стоять и быть незаметной, только в его сторону не смотреть! Но как не смотреть, если голова сама в его сторону поворачивается, мало ли – на него не смотришь, а он вдруг к тебе сам подойдёт. Нет уж, лучше отслеживать его положение!

Но надо сказать, что выглядит он сейчас ещё более пугающе: белый, запыхавшийся, глаза стеклянные. И зубы скалит, как всегда. Жесть! А ведь народ начинает понемногу от него отстраняться и между нами остался уже всего один пассажир! Не уходи, миленький, не оставляй меня с ним наедине! А тот стоит, молчит и скалится в окно. О чём он может думать с таким выражением лица? Разве что о том, как младенцев поедать или прохожих на части потрошить! Не знаю, да и знать не хочу. Да и зачем мне знать страшные мысли этого маньяка? Я даже вздохнуть боюсь лишний раз, не дай бог он меня заметит и обрати на меня внимание, не говоря уж о том, чтобы пошевелиться. Хорошо, что он на меня ни разу не посмотрел. Правда, от этого меня даже на секунду кольнула какая-то обида: неужели я настолько не примечательная и неинтересная, что на меня даже посмотреть не стоит? Но эта глупая мысль тут же улетела куда подальше. Всё-таки рядом с ним лучше быть незаметной. Он вообще не смотрел никуда или даже не так, смотрел в никуда. Явно о чём-то думал и не шевелился. Наверное, у него какое-то важное дело, из-за которого он так торопился, и которое так сосредоточенно обдумывал.

И вот он вышел на той же остановке, где его с утра вытащил тот дед. Точно, да он же деда того где-то распотрошил, а сейчас идёт жрать его останки! Бр-р-р, какой-то бред! А зачем тогда он здесь вышел, ведь в прошлый раз он ехал до конечной и пересаживался на другой троллейбус. А тут вышел там же где и утром! А может дед тоже маньяк и сейчас нашёл себе ученика и обучает его маньякским премудростям? А дед такой неприметненький, то есть профессионал среди маньяков, я бы даже сказала профессор. И сейчас этого зачислили на факультет маньячного искусства. Даже головой потрясла, чтобы избавиться от таких бредовых мыслей. Но как ещё тогда объяснить эти совпадения? Ведь точно к деду пошёл, больше некуда! Нет, я ничего не хочу об этом знать, это не моё дело и следить я за ним не буду! Меня это совершенно не касается!

А он вышел и быстро пошёл куда-то в сторону больницы. Точно, там же морг есть, он точно потрошитель, а дед – уже бывалый, небось работает патологоанатомом, чтобы получать удовольствие и денежку одновременно зарабатывать, ну и обучает новых адептов там же. А где гарантия, что в среде медиков нет таких вот потенциальных, так что…

Тьфу! Ну бред же! Не может такого быть! Ведь не может?

Троллейбус закрыл двери и только сейчас я смогла расслабиться и выдохнуть: меня оказывается напряжение никак не хотело отпускать. А тому перегородили дорогу два парня явно гоповатой внешности: в джинсах, туфлях и олимпийках – кто ещё может щеголять таким прикидом, если не гопники? Они явно хотели у него разжиться чем-то, и один даже начал ему что-то говорить, второй же вынул руки из карманов и даже сжал в кулаки. Похоже, намечается драка, но драки не вышло – два молниеносных удара и они разлетелись в разные стороны. Мне даже показалось, что я увидела какую-то вспышку. Может он и правда током биться умеет? Или он их шокером долбанул, иначе отчего бы они так отлетели? Правда есть ещё и другой вариант – нечеловеческая сила, которой частенько могут похвастать сумасшедшие. И тут этот вариант, как ни крути, наиболее вероятный. Вот только кто же тогда обладал такой огромной силой, чтобы набить морду ему самому, ведь у него всё лицо один сплошной синяк?

Парни валялись, троллейбус медленно уезжал от остановки, а они никак не могли подняться, псих же бросился бежать. А ведь с парнем, у которого такая сила можно ничего и никого не бояться, кроме самого парня. А то ведь, захочешь от такого избавиться, а не получится! Нафиг такое счастье! О чём я вообще думаю? Я что всерьёз его только рассматривала в качестве парня? Что у меня с головой? Нет, уж, надо срочно домой и посмотреть какой-нибудь сериал, чтобы выбросить идиотские мысли из головы!