Текст книги "Взгляд со стороны (СИ)"

Автор книги: Евгений Старухин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 22 страниц)

– Дмитрий, у вас очень сильные ушибы, я бы даже сказала, что это лёгкие ранения. Вам нужно в медпункт. – Дальше оно поворачивается в сторону Леночки: – Староста, проводите Агапова к Розе Степановне в седьмой корпус, она там травматологом трудится.

И, вернув владелице платок, политологичка уходит, покачивая бёдрами под взглядами моих впавших в прострацию одногруппников.

Интермедия 16

Сегодня на парах Агапов не появился, и отчего меня это не удивляет? Ненадолго хватило егоэнтузиазма к учёбе. Видимо, придётся его маме пожаловаться, хоть и не хотелось…

В остальном было всё привычно. Кирыч вовсю изображал из себя шута, грибы спорили между собой опять о чём-то зубодробительном. Остальные обсуждали что-то своё мальчуковое. Как же тяжко быть единственной девушкой в группе.

Внезапно меня обняли сзади сильные и такие родные мужские руки, после чего меня чмокнули в макушку:

– Привет, оЛенёнок!

– Привет, Лешка! Жуть как по тебе соскучилась, хоть мы и не виделись всего-то два дня! А у нас тут столько событий за вчерашний день произошло! Вернее, событий не так чтобы много, но главное: мне удалось-таки всех уговорить на поездку по «Золотому кольцу» и с последующим заездом в Майкрософт!

– А ещё вчера наш сирый и убогий брат Отшельник обрёл своё призвание и стал Совёнком! – к нашей беседе присоединился Кирыч, которого мне тут же захотелось придушить! Неужели не понимает, что вот не горим мы сейчас с ним общаться?

– Кирыч, прости, что вмешиваюсь из нашего с Леной разговора в твою бессвязную болтовню, но не пошёл бы ты лесом?

– Ну да, ну да, пошёл я нафиг, а то мешаю двум влюблённым…

– Ну видишь, какой ты молодец, сам всё сообразил! Совсем скоро на человека похож будешь и даже по углам гадить перестанешь!

– Ой-ой-ой! – погримасничал Кирыч и пошёл доставать кого-то другого.

А тут хоть пять минут до начала пары постоять в объятиях любимого человека…

Я что-то ещё ему рассказывала, сама не помню что, он отвечал, и время до прихода Эдуарда Архиповича пролетело незаметно. И почему мы так редко видимся? Нет, я понимаю, что Лёшка работает как вол, чтобы прокормить приболевшую маму, опять же уход за ней нужен и деньги на сиделку, но как же хотелось бы видеть его чаще!

На паре было довольно скучно, ничего нового и интересного. Всё, о чём говорил преподаватель можно было спокойно прочитать в любом открытом источнике, да и потом насколько действительно нам может понадобиться информация об устаревших операционных системах и сервис-паках к ним? Нет, конечно же, Эдуард Архипович рассказывал и об Архитектуре и оригинальных решениях той или иной операционной системы, и о том, какие именно решения перешли в дальнейшие версии более продвинутых операционных систем, но даже так, подаваемый материал был таким, словно его вытряхнули из пыльного архива, стряхнули с него нафталин и выбив из него пыль, предложили им воспользоваться.

Небольшой перерыв принёс небольшую порцию отдыха, но пронёсся он моментально, а дальше продолжилось всё то же. Лёшка даже вырубился под монотонный бубнёж преподавателя. Бедный, совсем не высыпается!

Стук в дверь разбудил его. Кого там черти принесли? Ох ты ж мать моя! Агапов собственной персоной. Да какой красивый, прямо расписной! А мама у него прямо юмористка: фингал, понимаешь Дима где-то получил. Ничего себе фингал! Он же весь избит. Как он вообще решился сегодня в универ на пары ехать? Эдуард Архипович же начал его гонять по сервис-пакам. Господи, ну кому это вообще нужно? Слава богу, отстал, и избитый Димка смог спокойно усесться за дальний стол. Явно постарается первым слинять с пары. Вот только не в его состоянии сейчас проделывать такие трюки. ОН нам сейчас всё расскажет: и где он отхватил таких приключений, ипочему в универ пришёл, а не дома отлёживается, и вообще… Что именно вообще – додумать не успела, прозвенел звонок.

Димка, как я и предполагала, попытался слинять, но был безжалостно пойман, осмотрен и захвачен в плен всей нашей единой группой в благородном порыве добычи языка!

– Ничего себе, синяк поставили!!! – Тут же озвучила я свои недавние мысли после осмотра опоздавшего. – Дима, у тебя же всё лицо разбито! Как ты вообще в таком состоянии в институт пошёл? – Это насколько надо наплевательски относиться к своему здоровью, чтобы прийти в таком состоянии в университет!

– И не только лицо, – добавил Лёшка, – ему ещё рёбра отбили и ноги отсушили. Вон как хромает и кривится! Что с тобой случилось, Димон? Кто это тебя так?

Оказалось, что его прямо по пути в университет какие-то отморозки избили. Да уж, вид у него просто кошмарный, тут ещё и Кирыч в своём дурацком духе шутить начал!

– Тебе бы только ржать, а ему может медицинская помощь нужна. – Не могла не напасть на него в ответ я, ведь Дима явно серьёзно пострадал.

Надо бы его хоть немного в человеческий вид привести, а для этого надо хоть кровь стереть с открытых ран и ссадин, и грязь убрать от ран подальше. Достаю платок и пытаюсь оттереть, но Димка шипит сквозь зубы и едва не отпрыгивает, перекривившись при этом. Да ещё и завопил как резаный:

– Ай! Ты чего творишь? Больно же!

– Так его! Будет знать, как на лекции опаздывать. Давай Ленок! Добавь ему и за близорукость, и за то, что отшельничал тоже. Ну и контрольный на всякий случай. Можно ещё лоб зелёнкой помазать!

Я на придурка Кирыча даже смотреть не стала, это надо же такое ляпнуть? ОН вообще с головой не дружит что ли? Вместо этого решила пока извиниться перед Агаповым за свои неловкие движения.

– Ой, Дима, прости, может сходим в медпункт? – последнее вообще в первую очередь предложить надо было.

Окружающие пацаны присоединились к разговору и начали нести какой-то бред про стрелки, секции, Кирыч тоже внёс свою лепту во всеобщий Хаос, куда же без него?

– Да вы что, все с ума посходили? Какой бег, какая борьба, какие стрелки? Ему в полицию надо идти, заявление писать на этих отморозков! – Я схватила Диму за руку и потянула в сторону деканата, там-то всяко что-нибудь полезное посоветуют. Немного было обидно, что Лёшка предпочёл отмолчаться и меня не стал поддерживать, но это мелочи. Сейчас куда важнее другое: – Вот что Агапов, сейчас мы идём к декану и ставим его в известность, а потом…

Мою речь самым наглым образом прервал голос Тамары Сергеевны:

– Что здесь происходит? – И крикнула это каким-то пронзительно-противным голосом, не похожим на её обычный. С другой стороны, обычно она даже не говорит, а чуть ли не шепчет причём таким тоном, словно на пятой стадии оргазма, как же она меня бесит! До чего же дикий непрофессионализм – так бессовестно заигрывать с учениками! Даже Лёшка на эти её приёмчики вёлся. И это бесило больше всего! Но сейчас от её крика я словно оцепенела – так это было непохоже на её привычное поведение. А эта кикимора как ни в чём ни бывало забирает мой платок, и весь обслюнявив его делает то же, что недавно пыталась сделать и я, но Агапов, предатель, даже не ойкает! Вот ведь скотина! Я на мгновение задумалась, кого именно я скотиной назвала: Агапова или Витальцеву? А потом решила, зачем выбирать – оба скоты! Так проще. Все мои одногруппники сейчас зависли как кролики перед удавом и смотрели, как эта «мадам», называть её преподавателем у меня язык не поворачивается, вытирает Димку. Разве что сами слюни не пускали.

И тут она в уже своём привычном «оргазмическом» тоне говорит:

– Дмитрий, у вас очень сильные ушибы, я бы даже сказала, что это лёгкие ранения. Вам нужно в медпункт. – Дальше она поворачивается ко мне и каким-то брезгливым тоном говорит: – Староста, проводите Агапова к Розе Степановне в шестой корпус, она там травматологом трудится.

После чего и вовсе отбрасывает мне обратно в руку весь кровавый и исслюнявленный платок! Она ещё и указания мне смеет отдавать! А все пацаны её готовы глазами сожрать, так она жопой своей виляет!

И ведь не поспоришь с ней – действительно умную вещь сказала. Так что, взяв нашего страдальца, всего измазанного слюной вперемежку с кровью, потащила его в шестой корпус, где располагался травмпункт. Свой безнадёжно испорченный платок выкинула в ближайшую урну. Хорошо, что Лёшка нас догнал и помог отконвоировать пострадавшего до седьмого корпуса. Димка двигался с большим трудом, сразу видно, что драка не прошла для него бесследно, но тем не менее двигался, хоть и опирался на Лёшу. А время перемены совершенно не резиновое, и хоть сейчас самая большая, обеденная, но даже она не бесконечная, а всего лишь полчаса, а нам потом обратно из седьмого корпуса пилить, хотя обратно мы явно быстрее помчимся, ведь Дима явно там останется.

Глава 17

Леночка с Лёшкой повели меня в медпункт, до которого путь очень даже неблизкий, как никак целых два квартала, что в моём нынешнем состоянии – не самое простое дело. По пути староста с какой-то брезгливостью, даже с ненавистью выбросила носовой платок в урну. И зачем выкидывать хорошую вещь, ведь его же отстирать можно было!

Шли мы молча – совершенно не до разговоров было, но не в тишине, ведь я обильно разбавлял её стонами, всхлипами и шипением при каждом шаге. Заведя меня в кабинет, Староста сразу обратилась травматологу:

– Роза Степановна. Здравствуйте. Это Агапов из 321 группы КНиИТа, его хулиганы на улице побили. Окажите ему, пожалуйста, медицинскую помощь.

И протараторив это, мои одногруппники тут же испарились. Оно и правильно – им ещё в обратную сторону бежать, а времени совсем не осталось.

Роза Степановна оказалась очень доброй и нежной женщиной. Только, не как политологичка, которая направила меня сюда, а скорее как бабушка или как мама. Она ведь тоже не знала, что у меня всё тело отбито, но при этом всегда касалась мягко и чутко. И больно потому совсем не было.

Не могу объяснить, в чём разница, с нежными и трепетными прикосновениями Тамары Сергеевны, но точно чувствую, что забота этой пожилой женщины – настоящая, в то время как у первой она была какая-то вычурная, неправильная.

Меня раздели до трусов, намазали какой-то мазью. Промыли перекисью водорода все ранки. Затем долго возились с моим бедным носом, вымывая оттуда кровавые сгустки. Залили клеем БФ все маленькие раны, чтобы не было заражения. Их оказалось довольно много на локтях, ладонях, коленях и спине. На лице и голове таких повреждений почти не было к моему удивлению – повезло, не иначе. Некоторые из наибольших ранок заклеили лейкопластырем, а под конец обернули мои рёбра эластичным бинтом.

Травматолог тихо спросила, нужна ли мне справка с освобождением от занятий. Сказала, чтобы я обязательно зашёл через неделю и отдал эластичный бинт. Пожелала мне скорейшего выздоровления, и отправила на занятия.

На пару я опоздал опять больше чем на половину, но преподаватель был предупреждён старостой, потому спокойно пустил меня без каких-либо претензий.

Что и говорить, на этой паре, я ничего толком из сегодняшнего занятия сделать не успел, благо что такая же программа стоит у меня дома и сегодняшнее заняти я обязательно разберу и доделаю дома.

Дальнейшие две пары по английскому прошли и вовсе обыденно. Ничего нового: тупо опять переводили тексты. Скучно. Я успел перевести не только два своих, но и помог немного рядом сидящему Коробу. Больше ничего особенного не произошло. Чуть-чуть повысились интеллект и распознание, ну и разумеется английский тоже немного подрос.

По завершению последней пары ко мне подошёл Туча. Староста вместе с Лёшкой уже испарилась, забыв о своём желании доставить меня в деканат – оно и к лучшему. Никакого желания общаться с деканом в таком виде я не испытывал.

– Ну что готов?

– Готов, только у меня одежды нет. – Согласился я – Скажи, куда приходить, а я пока домой смотаюсь, переоденусь и подъеду.

– Не надо никуда ехать, – отрицательно покачал головой Игорь, – сегодня можешь и в этой сходить. Да и ехать никуда не надо, секция прямо здесь в институте.

Вот ведь как интересно, третий год здесь учусь и только сегодня узнал, что Игорь оказывается в институте занимается. Подхватив рюкзак, я последовал за ним. Пришлось идти опять в сторону медпункта, только теперь в соседний – шестой корпус. Именно там у нас всё, связанное с физкультурой, располагается. Чтобы попасть в спортзал, пришлось вначале подняться на второй этаж, потом пройти через весь корпус и там спуститься опять на первый. Спортзал – это то самое место, которое я посещал только на уроках физкультуры, да и то через раз, поскольку частенько было освобождение. Нет в теории я понимал, что там могли бы заниматься какими-то единоборствами, но как-то сложить один плюс один у меня не получилось. Поздоровавшись с парой человек, Туча сразу провёл меня в раздевалку.

– Ну, переодеваться тебе не во что. Кидай рюкзак в шкафчик, воровать у тебя нечего, да ты и не волнуйся, у нас тут не воруют. Снимай кроссовки и носки, пойдём с Николаичем познакомлю.

Я разулся и пошёл за Игорем. Вид у меня конечно был смешной, но заниматься можно, одежду я обычно носил спортивную или около того. Ведь никто ещё не умер, от того, что побегал в джинсах, правда?

Николаичем оказался крепкий мужчина лет под сорок, с бородой, лысиной и шрамом через бровь.

Глеб Николаевич Скарабеев сорок седьмой уровень. – услужливо подсказала мне система. Забавно, на нынешнем уровне распознавание обычно отчество у незнакомых людей не показывала, а тут в наличии, видимо это из-за того, что мне его Игорь называл. Любопытно работает навык…

– Привет, Николаич! – поздоровался Игорь с преподавателем. – Это – Дима, хочет на рукопашные бои записаться. Поговори с ним, пожалуйста. А я пойду к ребятам тренироваться.

Хлопнув меня по плечу, Туча действительно направился к таким же крепким как он ребятам, разминавшимся на борцовском татами.

– Здравствуй, Дмитрий! – Поздоровался со мной преподаватель. – Ко мне можешь обращаться Глеб Николаевич или просто Николаич. Так все делают, так что я не в обиде, привык уже. Рассказывай, чего хочешь.

– Здравствуйте, Глеб Николаевич, а вы разве не фехтование преподаёте? – как-то на первом курсе приходил смотреть на соревнования по фехтованию, и там его видел. Кто-то мне даже тогда сказал, что этот мужик, мол, был призёром на каких сабельных соревнованиях.

– Да я здесь всё преподаю. Спортзал большой, и деканатом была поставлена задача, задействовать площади с наибольшей коммерческой отдачей. Вот и набрали всякие разные секции. Только вот не заладилось у нас толком с секциями: то преподаватель уволится без предупреждения, то ученики разбегутся, а то денег на аренду нет. Вот и остались в прошлом году наши рукопашники без тренера. А борцы, вот в этом тоже без наставника осиротели. А у меня же разряд, что по борьбе, что по миксфайту, что по боксу, и работаю тут уже больше двадцати лет. Ну ребята меня и попросили: «Николаич, не дай пропасть, возьми на себя тренерство, пока нового тренера не найдём! Если, что мы и сами потренируемся.» Вот и работаю на четыре ставки. Деканату хорошо, по бумагам тут пять секции работают, на самом деле больше, но в пяти я руководитель.

– А какие вы секции ведёте, Глеб Николаевич? – Интересно, а зарплату он тоже за пятерых получает или деканат и тут схитрил, урезав счастье на пару ставок?

– Ну главная моя секция – это историческое фехтование, а остальные постольку-поскольку. Бокс, борьба, рукопашный бой, миксфайт. Но на самом деле их вообще две: ударная и борцовская. Боксёры у меня сами по себе спаррингуются, я только приглядываю слегка. А вот ударников я всё-таки веду, чтобы не покалечились. Так ты куда хочешь?

Ух ты, какой Николаич разносторонний человек! Неудивительно, что у него такой высокий уровень, скорее наоборот – странно почему ещё такой маленький.

– Глеб Николаевич, а на ваш взгляд куда мне лучше? – мне с тренером явно повезло. Скорее всего он сможет объяснить, какие единоборства для меня больше подходят.

– Ну это смотря какие у тебя задачи. Судя по твоему виду, тебе стритфайтинг нужен? Чтобы при случайной встрече на улице целостность своего лица. – И тут он замолчал, ожидая моего ответа.

– Всё верно. Я этих двоих два раза по пути домой встретил. И оба раза они меня побили. Вчера не сильно, а сегодня вот ногами. Если я ничего не предприму, они же меня так и до смерти забить могут. Да и вообще, мужчина должен уметь постоять за себя! – На последней фразе голос у меня сорвался. Что конечно мужественности мне не добавило.

– Понял, ситуация знакомая и, я бы даже сказал, вполне обыденная! Только знаешь, чтобы одному отбиться от двоих, заниматься нужно хотя бы год. А домой тебе уже сегодня идти. Так что первым делом прямо отсюда идёшь в «рыбалку и охоту». Возле остановки видел такой магазин?

Я утвердительно киваю головой.

Так вот, купишь там перцовый баллончик, – продолжает тренер, – сейчас самый дешёвый, на один раз. Если будет надо, потом на Озоне закажешь или ещё где. Он там рублей 800 стоит. Денег хватит?

– Да, Глеб Николаевич. Спасибо за совет, так и поступлю. Только вы скажите, чем мне лучше заниматься?

– Скажу не беспокойся. Это хорошо, что ты так решительно настроен. Впрочем мотивация у тебя прямо на лице написана, так что не удивительно. Только сегодня тебе ничего решать не надо. На тебе же вообще живого места нет. Хромаешь вон, кособочишься, опять же рёбра у тебя, похоже, повреждены. Так что борьба, спарринги и упражнения на ноги тебе противопоказаны. Руки болят? Нет? Хорошо! Значит будешь ставить удар. В уличной драке крепкий удар – самый главный аргумент. Так что зачисляем тебя на сегодняшний вечер в боксёры. – Тут Николаич улыбнулся. Да так по-доброму, что я невольно улыбнулся тоже. Прямо разбитыми губами. И тут же скривился от боли. Глянув на мой оскал, тренер добавил: – Я бы конечно тебя сегодня домой отправил, так ведь ты не пойдёшь, тебе же обязательно, тренировку здесь и сейчас подавай. Так что, пошли к груше, объясню тебе кое-что.

Пока мы шли к грушам, я обратил внимание как изменился спортзал. Мы же здесь днём занимаемся физкультурой. Но днём он аккуратный и немножко пустоватый, что ли, даже несмотря на наличие в нём студентов. А сейчас в него словно вдохнули жизнь. Везде, куда ни глянь, кто-то шевелился, что-то делал, чем-то сосредоточенно занимался. Казалось, что зал внезапно стал живой и очень разный.

В углу два школьника фехтовали мягкими мечами. Туча со своими товарищами бегали по кругу и выполняли какие-то упражнения на бегу. Двое парней били по стене кулаками в бинтах, стены ощутимо тряслись. Ещё четверо парней спарринговались в перчатках без пальцев, меняясь партнёрами по звуковому сигналу часов.

У стен лежала масса различного инвентаря, и все люди занимались чем-то своим, но во вполне привычной манере, совершенно не мешая друг другу. Удивительно! В помещении царил дух рабочей сосредоточенности и дружеской поддержки. Наверное, Николаич очень любит это место, иначе бы он столько здесь не работал.

– Вот смотри, из уличной драки живым и не сильно побитым выходят те кто к этому тщательно готовился. Не в смысле ждал и готовился, когда нападут, а был готов к нападению непосредственно перед атакой. И это не пустые бла-бла-бла, вроде «только истинный воин стальным духом, прямо преодолеет препятствие» и тому подобное. А в смысле, конкретно ты должен за секунду до атаки полностью мобилизоваться. Достигнуть такого можно только двумя способами. Первый: всегда атаковать первым, желательно подло! – И тут, не переставая говорить, он резко, со всего замаха, ударил меня кулаком в лицо, прямо в нос. Я инстинктивно отдёрнул голову, и только тут понял, что кулак едва коснулся кончика моего носа. Тренер же как ни в чём ни бывало продолжал: – Второй: уметь почувствовать нападение за мгновение до атаки. И успеть ударить раньше. Вот ударь меня.

Он демонстративно повернулся ко мне спиной, как бы подставляя себя под удар. На секунду задумавшись, я решил пойти ему навстречу, и ткнуть его кулаком в плечо. Вот только он очень резко присел, разминувшись с моим кулаком, буквально на ладонь, после чего со всего замаха въехал мне прямо между ног. Только на этот раз он даже мои джинсов не коснулся. Получается, только обозначил удар, но как этот удар полетел в цель! У меня прямо бубенчики сжались от предвкушения удара. Хвала системе, что он настоящий тренер и умеет сдерживать удар, а не то уже собирал бы яичницу где-нибудь в районе щиколоток. Впрочем, я всё равно на всякий случай отскочил. Хотя успел сделать это только после «удара». Получилось довольно забавно, словно он меня так ударил, что меня аж целиком отбросило, а не я отпрыгнул.

Наверное, нужно было что-нибудь сказать, про то какой он крутой, и как я испугался, только от неожиданности весь мой словарный запас приказал долго жить.

– Такую готовность тренировать нужно годами. Но тебе-то результат сейчас нужен. Так что вместо «предвидения будущего» – он сделал пальцами жест как будто рисует кавычки в воздухе, – займёмся кое-чем другим, а именно вторым этапом этого навыка. Быстрый удар поставить можно за месяц. Правда важно чтобы он ещё был тяжёлым, но важнее, чтобы всё-таки был быстрым. Ты же с физикой знаком и помнишь, что масса удара влияет линейно, а скорость влияет в квадрате. Так что пока ты делаешь зависаешь в раздумьях и пытаешься что-то вспомнить из курса физики, мы начнём тренировку. Всё равно мозги тебе при этом не понадобятся. Итак, знакомься: Его Величество кросс с правой! – при этих словах он с какой-то жуткой мощью врезал по груше. Груша согнулась пополам и отлетела к стене. – Он же косач, он же прямой, он же базовая конструкция, и нет конца списку его имён. Удар способный одержать победу в одиночку. А теперь готовься к боли, потому что сила удара находится в ногах и корпусе. А точнее: сорок процентов приходится на ноги, сорок процентов – корпус, и только двадцать процентов – это руки. То есть вся основная работа приходится на самые отбитые у тебя места. Поэтому, не торопись и внимательно смотри, как и что я тебе буду показывать и объяснять.

Николаич показывал движения по несколько раз, медленно, подробно рассказывая, что, как и для чего. Потом он помог мне нацепить перчатки и потребовал повторить, потом ещё раз. Показывал ошибки, потом я опять повторял с учётом сказанного. И так ещё три раза. Мы всё делали не быстро, скорее даже плавно. Потом он взял мой телефон, и снял мой удар по груше на видео.

– Дима, поверь, ничего эффективнее удара в голову в уличной драке просто нет. Ну если, конечно, не считать палки или пистолета. Как говорится, нету лучше каратэ, чем в кармане два ТТ. Так что, хочешь результата, тренируй только этот удар, хоть до конца тренировок. Я сейчас пойду к ребятам, но буду подходить к тебе время от времени, корректировать ошибки, если появятся. Но старайся корректировать себя сам. Ставишь телефон вот сюда и записываешь как делаешь несколько раз удар. Потом сравниваешь с эталонной записью. И да, потихоньку можешь ускоряться, но только так, чтобы правильность удара не страдала. Ну, вперёд!

И тренер действительно пошёл к тем ребятам, которые дрались на время.

А я начал выполнять его задание. Конечно, я в основном играл в шутеры, а не в РПГ, но уж основы прокачки даже мне были знакомы: чем больше делаешь одно и то же действие – тем выше скилл. Так что действительно вперёд!

Для удачного старта необходимо найти какой-нибудь манекен или грушу. А потом безостановочно лупцевать по ней две недели. Мне в любом случае будет легче, ведь времени только до конца тренировок. И уже скоро я пойду домой.

Бить со всей силы, так как меня учили не получалось. К тому же, при каждом ударе болели все ушибы. Но искать другие способы нанесение удара я не стал, ведь на телефоне в правильном исполнении был заснят только такой удар. В какой-то момент понял, что боль начала слегка отступать под напором однообразных действий и стал вкалывать ещё больше. Потом я устал. Но работать продолжал. Потом я устал очень сильно, руки стали тяжёлые-тяжёлые и уже практически не поднимались, но я всё равно ещё несколько минут поколотил грушу. После чего в изнеможении рухнул на мат отдохнуть. Глянул запись – отвратительно! Меня хватило на жалкие двадцать минут! Но удары вроде делал правильно, нигде не нашёл ошибок. Затем глянул характеристики. У рукопашного боя появился подпункт «кросс». Да и сам рукопашный бой немного подрос.

Отдохнув, я опять принялся бить по груше. Дело было очень скучным, и чтобы не отвлекаться я стал прислушиваться к играющей в зале музыке. Звучало что-то необычное, какой-то фолк. Обычно в спортзалах включают рок, реже попсу. А здесь, пока не прислушаешься, даже внимания не привлекает. Ну вот если прислушаться-то становится интересно.

Впрочем, подбор музыки становится понятен, стоит немного об этом подумать. Николаич занимается историческим фехтованием, поэтому музыка соответствует. Хорошее дело фехтование, разнообразное. А здесь, стой и долби пока не посинеешь. Один удар. В фехтование тысячи приёмов, а здесь тоже, наверное, много ударов, но мне нужен один, один, но чтобы от души!

Я махал, махал и махал. Уставал – садился отдыхал, проверял навыки. Затем вставал и махал. Снова, снова и снова.

Пока в какой-то момент, мне не опустилась на плечо рука и тренер не сказал:

– Дима, домой пора! Время восемь вечера. Приходи завтра, позанимаемся ещё, энтузиазма, как я погляжу, у тебя на двоих хватит! Главное – не растеряй его!

Я поплёлся на троллейбус, благо было ещё время и поехал домой. По пути читал учебник, благо свободных мест в салоне было достаточно. Переключиться на учебник оказалось неожиданно легко, и я опять зачитался. Если бы на этом троллейбусе не ехал до конечной – то точно проморгал свою остановку. Пересев на другой троллейбус, учебник уже доставать не стал – не хотел уехать куда подальше. Решил глянуть на своё меню. К моему удивлению, кросс почти достиг второго уровня, рукопашный бой набрал чуть больше половины – тоже неплохой результат. Таким макаром завтра мой рукопашный бой уже подрастёт, а кросс и вовсе к троечке может подползёт, хотя с каждым уровнем качаться сложнее, так что может и не подползёт!

С удивлением отметил, что моя стойкость залезла уже за третий пункт! Так вот почему я стал меньше внимания обращать на боль! Ещё подросли сила, выносливость и телосложение. Неожиданно восстановилось здоровье и сейчас оно уже составляло шестьдесят пунктов из ста шести. Неплохо.

Но как же я устал! Дорогу от остановки до дома я едва смог одолеть – вымотался сегодня ужасно. Ввалившись домой, без разговоров прошёл в свою комнату и вырубился.