Текст книги "Мундиаль (СИ)"

Автор книги: Евгений Лебедев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 20 страниц)

– Александр, на ваш взгляд, чем ваша команда сильнее сборной Украины? – задали провокационный вопрос и судя по бейджику, висевшему на шее журналиста, он был гражданином Украины.

Я увидел как насторожился Казаков, но не на того напали. Меня на этом не подловишь.

– Полагаю, у наших сборных примерно равный по силам подбор игроков, так что борьба должна быть интересной. Единственное преимущество – это поддержка местных и российских болельщиков, которые будут присутствовать на матче. Насколько мне известно, завтра на трибунах должно быть около одиннадцати тысяч моих земляков. Они и станут нашим, так называемым, двенадцатым игроком. Для нас это, несомненно, большой плюс. Если бы чемпионат мира проводился в ЮАР или где-нибудь в Уругвае, то столько народа из России не приехало бы. Но именно это и накладывает на нас дополнительную ответственность.

– Вам, вероятно, было особо приятно опередить в группе Францию?

– Дело не только во Франции. Наша сборная в трёх матчах набрала семь очков. Это великолепный результат. Постараемся и дальше не обманывать ожиданий наших болельщиков, доказать своей игрой, что мы способны на сюрпризы в играх плей-офф.

– Получается, что выход сборной России из группы вы, судя по всему, сюрпризом не считаете?

– Нет. В последнее время команда прибавила в опыте, неуклонно прогрессирует. У нас собрался дружный и сплочённый коллектив единомышленников, который ставит перед собой большие цели не только на этом чемпионате, но и на ближайших турнирах.

– Теперь на родине от команды, наверное, ждут подвигов? Психологическое давление от этого не возросло?

– Ничуть. Мы полны решимости достичь финала Мундиаля и завоевать Кубок Мира ФИФА.

– Уважаемые журналисты, время пресс-конференции подошло к концу. Ещё один вопрос и на этом мы заканчиваем, – сказал Илья Аркадьевич и посмотрел на взбудораженную толпу журналистов.

– Александр, – выкрикнула из толпы женщина. – Вы действительно нацелены побить рекорд Жюста Фонтена?

– В каждом матче я делаю всё возможное, чтобы моя команда победила. Если получится стать лучшим бомбардиром всех турниров чемпионатов мира, то этому событию буду безумно рад. Но, повторюсь, для меня цель номер один – дойти до финала и победить в нём. Кстати, пользуясь случаем, хотел бы поздравить свою сестрёнку Олю с рождением сына Амадо. Оля, я вас люблю!

Сразу же посыпались вопросы о сестре, но наш пресс-атташе вежливо извинился перед всеми, сообщив, что пресс-конференция закончена. Я с радостью покинул зал и отправился в свои апартаменты.

Перед ужином у нас состоялось командное собрание, где главный тренер объявил стартовый состав на игру с украинцами. В воротах – Акинфеев, в защите – Игнашевич, братья Березуцкие и Жирков, в полузащите – я, Смертин, Алдонин и Аршавин, в нападении – Кержаков и Павлюченко. На мой взгляд, этот состав был оптимальным.

Мне принесли голубцы с творогом и я, посматривая на жующих партнёров по команде, улыбнулся. В их разговорах чувствовался отличный настрой на завтрашнюю игру, не было ни малейшего страха перед братьями-славянами. Была лишь абсолютная внутренняя уверенность в своих силах, желание выйти на поле и победить украинскую сборную. Я боялся только одного момента, чтобы наша уверенность не переросла в САМОуверенность и не подвела нас по ходу матча. Ведь украинские футболисты тоже понимают, что им вполне по силам нас обыграть. Поэтому в нашем противостоянии решающее значение будет иметь настрой, концентрация и реализация голевых моментов. В футболе были, есть и будут ситуации, когда слабые команды одерживали победу у более сильных соперников лишь одним-двумя ударами в створ ворот со стопроцентной реализацией.

Потрогал языком нижний правый клык, который начал побаливать пару часов назад, и принялся за еду. Пошатал коронку пальцем и махнул рукой. Наверное, почистил плохо. После ужина Андрей захотел «записать» ещё пару песен Тимати. Что интересно, эти записи пользовались сильной популярностью и Саша Романов даже создал на нашем канале новую рубрику «ГолАссистый игрок». Интересно, смогу ли я в будущем раскрутить на запись того же Руни или Гиггза? Было бы прикольно услышать «мои» англоязычные песни в их исполнении. Уверен, что нашим подписчикам такие «видосы» понравятся.

Перед самым сном мы связались по «Skype» с Валенсией. Сестра ещё в обед вернулась с малышом домой и сейчас пила чай на кухне, ожидая ночную няню. В конце нашей видеосвязи сестра сняла с компьютера веб-камеру и показала моего племянника. Сморщенное личико в белоснежной шапочке, несфокусированный взгляд голубых глаз, малюсенькие кулачки в рукавичках – даже меня пробило на слезу. А что уж говорить о Лене с Дюхой? Из деликатных соображений мы оставили новоиспечённого папашу одного в номере, дав ему возможность пообщаться наедине. Мы же отправились в гости к Роману Павлюченко, с женой которого Лена сильно сдружилась.

В полчетвёртого утра я решительно поднялся – нужно к врачу. Зуб не только пульсировал, но и начал «подсверливать» в правое ухо. Всё не слава Богу. То чёртов отёк Квинке, то теперь зуб разболелся. А ведь совсем недавно коронки ставил. Что там могло воспалиться? Тихо оделся, чтобы не разбудить Лену, да пошёл вниз искать дежурного врача. У Андрея Викентьевича никто не открывал и я решил пройтись к бару. Может хоть каким алкоголем прополощу?

Я спустился на два этажа ниже, но и здесь меня ожидал облом. А что я хотел? Как-никак почти четыре утра. Нормальные люди все спят и видят десятые сны. К моему удивлению, в бильярдной горел свет, работал телевизор и кто-то разговаривал. Я не стал входить в бильярдную и, стоя возле двери, решил сначала прислушаться к звукам и голосам.

– … снесли и коттедж из кирпича построили. Сын же в Ирландии был, вот и давал деньги. Я как понял, она же думала, что он сюда вернётся, поэтому и строили на века. А вон как всё оно повернулось то, – я узнал голос отца Владимира Геннадьевича.

Ого, а я и не знал, что в этой гостинице «тарелка» русские каналы ловит. Скорее всего, та же ситуация, что и на молодёжке в Португалии. Только там запретили смотреть новости, а тут просто-напросто отключили каналы в наших номерах. А это, я так понимаю, журналисты в Солотчу наведались. Сколько времени сейчас в Москве, около шести утра? И уже сюжет в новостях пустили? Да и кто там так рано сидит и телевизор смотрит?

– А что? Здесь неплохо. Вон, на поезде проехался три часа и уже в Москве, – продолжал мужчина в телевизоре. – А природа-то какая! Айтишники здесь очень хорошо зарабатывают. Жил бы тут, как блин в масле катался бы. Женился бы, за родителями бы присматривал, детишек бы завёл. Но мать то его рассказывала, что он там на местной женился. Поэтому она этот дом и продала, а сама полетела к нему. Я её и на поезд отвёз, и с сумками помог. Поэтому и дом этот… Ну, вот сами смотрите, забор из кирпича, крыша из черепицы, ворота электрические. Но молодцы, что колодец с погребом оставили. Только они этот колодец обновили – на кольца.

– Погреб? А подвала разве в доме нет? – это, видно, журналист задаёт вопрос.

– Да этот погреб тут ещё до войны был, на века сделан. Там и мешки с картошкой можно поставить, и банки, и две бочки там стоят. А подвал ваш куда? Сколько вон, слышишь, что эти подвалы подтапливает. Нет, погреб лучше. Да они тут и баню к дому пристроили, сауна называется, ну это по новому. Но она от дров топится, а не от электричества. Вагонкой вон всё обшили там.

– В сауне уже, наверное, парились?

– Да нет. Сын вернётся из Германии, вот тогда с друзьями и попарится. Времени на эту баню нет, – смеётся мужчина. – Внука вон на экзамены вожу. А тут вон, то траву подстричь, то коз подоить, то полить всё. Зелень эта чёртова после дождя попёрла, полоть нужно. У винограда нужно листья оборвать, чтобы быстрее зрел. Вот вы пойдёте, а я лестницу возьму, да буду обрывать. Там вон за сараем осы гнездо стали вить, тоже надо попрыскать. Помидоры нужно подвязать, в теплицах полить. Уголь у хозяйки вон там лежит, намок весь. Нужно на тележке в дровню перевозить, там сухо. Тут без работы сидеть не будешь.

– А сколько молока ваши козочки дают?

– Трёхлитровую банку к вечеру стабильно. А вчера вон аж на пять литров расщедрились. Хозяйка бывшая говорила, что их уже пора и с козлом сводить, тогда же, сами понимаете, и молока будет больше. Но мы то молоко не пьём, квасим. Зоя уже и сыра из творога сварила, и масла немного сбила. Васька вон как сыр уминал. Магазинский-то он не ест, а свой за добрую душу. Я думал козлом смердеть будет, а нет. Даже какавы наварили.

– Геннадьевич, успокойся, – раздался усталый голос Александра Генриховича. – Неужели ты серьёзно думал, что, после того как с Лужковым и Фрадковым за сборную поболеешь, тебя оставят в покое? Радуйся, что это «Первый канал» своих прислал, а не левые репортёры приехали.

– Генрихович, да мои-то тут причём? Коз этих приплели, какаву. Ненавижу этих кровопийц, им бы только новости подавай!

– Козье молоко действительно воняет. Я его лично пить не могу, хотя оно очень полезное, всё правильно ваш отец сказал.

Ого, да тут и врач наш сидит!

– Да и этот дом… Я же Сане сказал, не будет победы, я этот коттедж ему обратно передарю. А отец уже и сарай вон покрасил, и одежду бывшей хозяйки на паперть вывезли, и машины на ход поставили. Журналисты эти…

– Геннадьевич, ну ты прямо, как маленький. После этих репортажей, это уже точно твой дом. Люди не поймут, если обратно отдашь.

– Самое смешное то, что мне этим летом обещали участок под застройку в городе. Как благодарность за футбол. Мы же как думали? Нашу, да родительскую квартиры продадим и построимся. А Саня возьми, да купи. Теперь вот начальнику училища приходится приказ на повышение готовить. Так бы участок дали и всё, а теперь голову ломают, как меня отблагодарить. Как бы в Москву не перевели. А я так не хочу никуда ехать! А уж о жене с сыном и петухи не пели. – обречённо ответил Александров.

– Да уж, Геннадьевич… В Москве ты будешь одним из многих, а вот в Рязани – единственным и неповторимым.

От таких откровений я даже на кресло присел. Правильно говорят, что благими намерениями вымощена дорога в ад. Я то думал, что человеку помог, а оказывается, наоборот, проблем добавил.

– Ты, главное, Сане это не говори. Продолжай и дальше его пугать эмиграцией твоих коз в Испанию. Держи его в лёгком тонусе. Ему это полезно. Я и его маме с тёщей каждый день названиваю, отчитываюсь. Чтобы тоже на победу его настраивали. С его невестой беседы регулярно провожу.

Обалдеть! Ну, Генрихович даёт! А Лена мне ни разу об этом не рассказывала. Конспираторша!

– А как там повара эти? – уже спокойным тоном спросил полковник.

– Притихли. Им же ясно сказали, ещё одна агитация за свой ресторан и сразу же первым рейсом в Москву.

– Если бы мне кто сказал, что с нашей сборной будет сложнее, чем с солдатами в казарме, никогда бы не поверил.

– Так я тоже, Геннадьевич, никогда не думал, что буду в три часа ночи вызволять пьяных баб, застрявших в окне туалета. Чтобы Графа увидеть? Да он им в сыновья, б…дь, годится! Как хорошо, что тебя охранником оформили. Как ты этот «майдан» перед отелем разогнал. Любо-дорого смотреть. А ведь эти ненормальные не только спальные мешки привезли, но и палатки стали раскладывать.

Да уж… В таком информационном пузыре меня ещё никогда не держали. На молодёжке тоже были свои нюансы, но здесь всё это «закутывание в вату» вышло совсем на другой уровень. Из гостиницы на прогулки меня не выпускают, еда вся проверенная-перепроверенная, маска на лице, ничего тяжёлого не ношу. Вспомнились девчонки, которые сразу же покинули номер, когда я в него вошёл. Неужели и с ними беседу провели? Хотя, если Лена полотенцами пол в ванной каждый раз устилает, чтобы я не дай Бог не поскользнулся на плитке… Интересно, а телефон мой прослушивают или нет?

Но тут мой зуб так стрельнул аж куда-то в шею, что я чуть ли не взвыл. Встал и, прижав руку к щеке, решительно вошёл в комнату.

– Саша? Что случилось? – моментально подхватился наш врач с кресла. Бородюк с Александровым отложили кии и тоже подошли ко мне.

– Зуб, – я открыл рот и показал пальцем на клык. – вот тут, где коронку ставили, стреляет, сил нет. Я сначала думал, может, не почистил. Но потом вспомнил, что мне кореец в конце игры мячом заехал в это место. Но, вроде, зуб не шатается.

Андрей Викентьевич взял меня за плечо и посветил в рот ручкой-фонариком. Я ещё успел подумать о том, зачем он фонарик в кармане носит, как дёрнулся и заорал от боли

– Ай, дёргает.

– Мда… У тебя тут воспаление, Саша. Десна вся опухла. Идём со мной. Я пока разбужу Вадима – он тебе уколет заморозку в десну. Выпьешь антибиотик. Не волнуйся, такие ситуации были предусмотрены, поэтому всё под контролем. Я сейчас свяжусь с Москвой насчёт стоматолога.

– А украинцы? – всполошился я.

– Не волнуйся. Тебе всё почистят, обезболят, будешь как огурчик.

– Я еду с Саней, – моментально откликнулся полковник и тренер одобрительно кивнул.

Мне сделали укол в десну и я облегчённо вздохнул. У кого хоть раз в жизни болел зуб, меня поймёт. Сколько мало оказывается нужно человеку для счастья! В номере Лена достала мне джинсы и серую, ничем не примечательную толстовку, капюшон которой на выходе мне сразу накинули на голову. Вместе с Александровым со мной поехали Вадим и знакомый по Берлину переводчик.

– Владимир Геннадьевич, это что такое? – махнул я на улицу.

Из нашего номера этого безобразия было не видно. Людей было как на первомайской демонстрации. Только здесь, вместо лозунгов и портретов лидеров СССР, в руках болельщиков были плакаты – «Забивай голы, Россия!», «Бобруйск болеет за Россию!», «Алекс Граф – всех в пух и прах!», «Т-34», «Граф, женись на мне!». Стояли две полицейские машины, но фанатов никто не разгонял.

– Болельщики, кто же ещё? – отозвался Александров. – Это ещё ничего, тут к первому часу ночи чуть-ли не дискотека началась. Людей было гораздо больше. Ты не высовывайся, а то не дай Бог заметят, да застрянем тут.

А я впервые по настоящему задумался о нашей с Леной свадьбе. Это же и охрану, наверное, придётся заказывать? Хотя, чего я волнуюсь. Насколько я знал, Лена с мамой обратились в агентство, занимающееся организацией свадеб. Вот пусть эти люди и отрабатывают свои деньги. Само торжество мы решили сделать в классическом стиле, без всяких новомодных выкрутасов. Чёрный костюм, белое платье, торт, танцы. Венчание в православной церкви Альтеа нам поставили на первое октября, в воскресенье. Почему в Альтеа? А как же? Сделай торжество в Валенсии – Мальорка обидится и наоборот. Поэтому и выбрали нейтральную территорию. А потом ещё оказалось, что во вторник, четверг и субботу венчаться запрещено, а на среду и пятницу распространяются ограничения поста. Поэтому и записались на воскресенье. Дальше торжество перенесётся в ресторан гостиницы со своим пляжем и большим полем для гольфа. Мы насчитали больше полторы тысячи человек гостей и в конце июля уже начнём рассылать приглашения.

– Владимир Геннадьевич, я бы очень хотел, чтобы вы были моим посажённым отцом на свадьбе, – вспомнил я, что, до сих пор, не поговорил с Александровым на эту тему.

– Саня, – аж поперхнулся полковник. – Не ожидал. Конечно, большое спасибо. А ты уверен?

– Кого же ещё приглашать, если не вас? О билетах в Испанию и проживании не волнуйтесь. Учтите, ваша жена с сыном тоже едут. Ой, зуб. Вроде же укололи, чего он обратно болит.

– Саня, ты лучше челюстью не двигай, а то боль вдруг вернётся. Я у Лены расспрошу насчёт свадьбы. Ты, главное, к сегодняшней игре в норму приди.

В медицинском центре немецкий дантист объяснил, что ткань вокруг искусственного зуба воспалилась из-за травмы. Он опять уколол мне «заморозку», вынул коронку, почистил полость, заложил тампон с лекарством, выдал раствор для полоскания, и мы поехали обратно в гостиницу.

Глава 11

Германия. Кёльн. 26 июня 2006 года.

Вернулся я в отель как раз к завтраку. Выпил жиденький кефирно-творожный коктейль, да отправился спать. Не хватало мне ещё зевать во время матча. В половину пятого вечера команда собралась на игровую установку, а потом, чтобы отвлечься, мы начали смотреть встречу сборных Италии и Австралии. Все с интересом следили за ходом событий, ведь в этом противостоянии решалась судьба нашего соперника по четвертьфиналу. По итогам первого тайма счёт так и не был открыт. Островитяне смотрелись совсем неплохо и имели пару хороших моментов забить «макаронникам» гол. Наверное, все ребята и тренерский штаб желали только одного – победы жителям «Зелёного континента». Встречаться с непобедимой «Скуадрой адзуррой» ни у кого особого желания не было. Однако, придётся. Я то знал, что победят итальянцы. И вообще, они в той реальности стали сильнейшими на Мундиале. Но сейчас мне об этом думать совсем не хотелось. Просто нужно выходить на газон «Рейн Энерги» и побеждать украинцев, а потом уже готовиться к следующему сопернику.

В начале седьмого вечера мы выехали на матч на двух автобусах «Мерседес». Как и ожидалось, до стадиона добирались почти час. Многие болельщики бежали рядом с автобусом и постоянно кричали – «Вперёд, Россия!» и «Мы верим в вас!». В раздевалке, перед выходом на поле, Юрий Павлович включил свою «шарманку» и начал свой традиционный мотивационный спич.

Я ушёл в какую-то нирвану. В голове крутились мысли о команде, её перспективах. У нас на карточках «висели» Игнашевич, Вася Березуцкий, Смертин, Алдонин. Не дай Бог, если кто-то из них сегодня получит ещё одно предупреждение, то автоматически пропустит матч с Италией. Я усмехнулся. Конечно же, всё это будет, если мы пройдём сборную Украину. Хотя, чего я переживаю? На скамейке запасных сидят отличные ребята, которые ничем не хуже игроков основы. Тот же Димка Сычёв, Серёга Семак, Вадим Евсеев, да и другие парни, просто так на Мундиаль не поехали бы. На самом деле, «жёлто-синие» для нас совсем непростой соперник. Помимо Шевченко, есть много других классных игроков, которые в мастерстве нам ничем не уступают. Ведь Украина всегда была богата на таланты и перспективную молодёжь, с которыми я совсем недавно играл в Португалии. Моя команда хоть и победила со счётом 3:1, но матч был совсем непростым. Слишком часто против нас тогда фолили. Главное, чтобы эта игра прошла без «грязи» и оскорблений. Я ведь помню момент, когда Дмитрий Чигринский обозвал меня москалём. Неужели, он думал, что я обижусь и взбрыкну? Только мне его слова тогда, да и сейчас, были побоку. Меня такими детскими «обзывалками» не возьмёшь.

Подняв голову, увидел всё ещё распинающегося перед нами Сёмина, который наконец-то заканчивал свой спич.

– Помните, никакой самодеятельности, подстраховываем друг друга и аккуратнее в штрафной. У нас и так карточек хватает. Сергей, это тебя касается, в оба глаза следи за Шевченко. Всё, парни, пошли на поле. С Богом!

Сёмин нашёл меня взглядом. Я улыбнулся, подмигнул ему и вместе с другими футболистами не торопясь пошёл на выход.

– Италия вышла в четвертьфинал! Обыграли австралийцев буквально на последней минуте. Пенальти забил Франческо Тотти, – вбежал в раздевалку Довлатов.

Ну, вот зачем? Не мог он что ли подождать окончания игры? И куда нам эта информация сейчас?

– Ром, что такой хмурый? – спросил я в подтрибунном пространстве у Павлюченко.

– Италия, – потерянно вздохнул он.

– Молодец! Значит, Украину ты уже выиграл? Если не секрет, то с каким счётом? – я легонько толкнул его локтем в бок.

Роман разулыбался и хихикнул: – Умеешь же ты поднять настроение.

Так, за разговорами, мы подошли к выходу на поле. Мексиканский арбитр Бенито Арчундиа на испанском давал последние указания своей бригаде помощников. Я услышал голоса детей, болтавших что-то по-немецки. По традиции мы должны выводить их за руку на поле. Пока детей выстраивали друг за другом, я задумался об Италии. Это действительно серьёзный соперник, но слабых команд на Мундиале уже не осталось. Шанс увезти с собой Кубок Мира ФИФА есть у каждой сборной.

Посмотрев в сторону украинской команды, я встретился взглядом с Шевченко, который разговаривал со своим голкипером. Андрей по-дружески мне подмигнул, в ответ легонько кивнул ему головой и улыбнулся. Через пару минут мексиканец посмотрел на ручные часы и на английском громко сказал: – «Выходим». Я взял за руку девочку лет восьми, улыбнулся ей и мы пошли.

А на трибунах творилось настоящее фанатское безумие. Практически весь стадион был заполнен цветами российского триколора. Здесь и флаги, и шарфы, и разукрашенные лица болельщиков. Молодцы! Хорошо они подготовились к славянскому дерби. Я слышал, что турагентства не рассчитывали увидеть команду Олега Блохина в плей-офф. Поэтому до Кёльна доехало не так уж и много украинских фанатов. Из-за этого желто-синие островки украинских болельщиков просто утонули в «красном море». Стадион был заполнен до отказа так, что негде было яблоку упасть. Мощный гул голосов раздавался со всех сторон, создавая ощущение как будто болельщики изо всех сил орут тебе прямо в ухо. Из динамиков раздавалась песня. Что интересно, играла «моя» «Hall of Fame». Я расценил это знаком судьбы и меня отпустило. Мы обязательно выиграем сегодня!

Сначала включили гимн Украины, а потом заиграла и наша самая главная песня. Мы обняли друг друга за плечи, гордо подняли головы и стали громко петь гимн своей Родины. Нас снимала камера, многие игроки плакали. Даже у меня на эмоциях лились слёзы, ведь с нами пел практически весь стадион.

Когда я приветствовал украинских игроков, то для себя отметил, что всех их знаю в лицо. Ну и дела! Пожав руку последнему сопернику, побежал на свою позицию. Стоя возле бровки, поднял вверх руки и помахал нашим болельщикам. Стадион оживился и стал кричать с удвоенной силой. Пока было время, я прикрыл глаза и стал впитывать в себя энергию и эмоции сорокапятитысячного «космоса».

Украинцы начинали встречу с центра поля. Раздался свисток мексиканского арбитра и, под шум зрителей, «жёлто-синие» начали свою атаку. На своём фланге мне предстояло играть против защитника Андрея Несмачного и полузащитника Максима Калиниченко, который на первых секундах матча получил мяч с центра поля и попытался пройти по флангу. Но не тут-то было. Ценою мелкого фола, я не дал развиться атаке, сыграв плечо в плечо. Не грубо, но игрок московского «Спартака» не удержался на ногах и полетел за боковую линию. Что же ты, Максимка, на ногах не держишься? Кашку нужно кушать по утрам. Я протянул руку Калиниченко, но он демонстративно отказался от моей помощи. Ну и ладно. Хозяин – барин. Махнув рукой на украинца с его гонором, медленно пошёл на позицию. Но не прошёл и пары шагов, как ко мне подлетел мексиканец и на английском сделал словесное внушение играть аккуратнее.

– Я вас понял, – спокойно ответил ему на испанском. Арбитр улыбнулся и через несколько секунд дал свисток продолжить встречу.

Розыгрыш штрафного им ничего не дал. Смертин поборолся в центральной зоне и забрал мяч у Анатолия Тимощука. Следующие несколько минут мы пытались прощупать оборону друг друга. На пятой минуте Аршавин начинает атаку по левому флангу. Андрей на скорости обыгрывает украинского игрока, смещается поближе к штрафной соперника и целенаправленно делает навес на высокого Павлюченко. Я тем временем смещаюсь в штрафную украинцев и жду чем закончится момент. Мяч до Романа не доходит, его опережает Владислав Ващук. Однако «шарик» срезается с головы украинца и отлетает в мою сторону. Вот это царский подарок! Спасибо тебе, Влад! Я подстраиваюсь под мяч и без обработки с острого угла мощно бью по воротам с правой ноги. Мяч летит точно в крестовину каркаса ворот и уходит за пределы поля. От такого удара ворота затряслись, но, слава тебе господи, не развалились. А что, прикольно, если бы перекладина упала на газон. По моему, такого ещё на крупных турнирах никогда не было. Болельщики ахнули и наградили меня бурными аплодисментами. Ну вот, пристрелку сделал и скоро мячи полетят прямиком в сетку ворот. Это я вам обещаю. Шовковский сразу же ополчился на своих защитников. Он, не стесняясь выражений, стал раздавать нагоняй на чистейшем матерном языке. Возвращаясь на позицию, посмотрел в сторону технической зоны. Увидел улыбку и большой палец Юрия Павловича.

Через пару минут я подхватываю мяч на своей половине поля, смещаюсь в центральную зону, отыгрываюсь в «стеночку» с Алдониным и, не видя дальнейшего развития событий, с двадцати пяти метров пробиваю по воротам. Удар получился на загляденье. Мяч летел точно под перекладину и, если бы не умелые действия украинского голкипера, то быть бы сейчас голу. После этого момента наши болельщики оживились, а Аршавин побежал подавать угловой с левого края. Последовал навес во вратарскую, Шовковский вступает в игру и выбивает мяч на правый фланг, где его подхватывает Гусев и начинается стремительная контратака на наши ворота. К нему на помощь несутся быстроногие Шевченко и Воробей. На помощь к Игнашевичу и Алдонину летит на всех порах вся команда. Однако, украинцы в считанные секунды оказываются возле нашей штрафной. Алдонин пытается фолить на Гусеве, но тот вовремя отдаёт пас на Воробья. Далее следует пас в свободную зону на Шевченко. Игорь Акинфеев бросается на мяч, но удар капитана украинской команды точен. Мяч закатывается в правый угол ворот. Вот это они нас подловили! Пропустили такой обидный гол! Немногочисленные украинские болельщики и соперники ликуют. Шевченко принимает поздравления, а вся моя команда и наши болельщики в шоке. Как такое могло случиться? Оглядываюсь на скамейку запасных, а там Сёмин, недоумевая, держится за голову. Наверное, ещё и материт нас на чём свет стоит. Мои партнёры по команде молча переглядываются друг на друга, один только Акинфеев комментирует плохими словечками наш «провал». Поднимаю глаза на табло – «Россия – Украина 0:1». Идёт всего одиннадцатая минута матча, а мы уже в полной жопе. Честное слово, хочется под землю провалиться от стыда. Как же мы так опростоволосились?

– Парни, собрались. Всё нормально. Ничего страшного не произошло. Пропустили. Бывает такое. Но игра продолжается, – услышал я уверенный голос нашего капитана.

Это он молодец! Правильно сказал. Я подхватываю мяч в штрафной и бегу к центру поля. Игра возобновляется. Украинцы, как и ожидалось, ушли всей командой в «глухую оборону», на острие атаки у них остался только один-одинёшенек Андрей Шевченко. Теперь нужно играть аккуратно. В том, что у соперников есть быстроногие футболисты, мы уже убедились.

Алдонин на левом фланге умело отобрал мяч у Тимощука и, обыграв ещё одного соперника, с двадцати трёх метров хлёстко ударил в ближний от себя угол, вложив в этот удар всю свою мощь. Шовковский, каким-то чудом изловчился и в броске переводит мяч на угловой. Теперь мы оставили аж четверых игроков за пределами штрафной соперника. Все понимают, что ещё одной контратаки мы точно не переживём. Отыграться, после 0:2, нам будет, ой, как сложно.

Аршавин подал угловой и мяч полетел на центр штрафной. Я срываюсь с места и бегу в район одиннадцатиметровой отметки, но меня кто-то притормаживает и держит за футболку. Рукой пытаюсь освободиться от захвата и выпрыгнуть, но ничего не получается. Однако, Березуцкий-старший умудряется выпрыгнуть выше всех и пробить головой в створ ворот. Мяч летит чуть выше перекладины. Вот же, зараза! Трибуны загудели, а я оборачиваюсь и вижу ухмыляющуюся рожу Андрея Несмачного. Затем, смотрю на свою майку и офигеваю. От его захвата на моей футболке аж шов на правом боку разошёлся!

К сожалению, такие действия в футболе при «стандартах» обычное явление. Арбитр встречи со своими помощниками просто физически не может уследить за всеми игроками. Ведь систему видеопомощи арбитрам, которая будет позволять главному судье матча принимать правильные решения или менять неправильные по отдельным моментам, ещё в правила ФИФА не ввели. Вот поэтому, игроки защищающейся команды постоянно и обнимают, и цепляют, и держат за майки своих противников. Жаловаться мексиканцу и предъявлять доказательства захвата бессмысленно, поэтому вернулся на свою позицию. Но если снаружи я был якобы спокоен, то внутри меня бушевал ураган.

Не видишь захвата? Ничего, зато за мной сейчас по телевизорам наблюдают миллионы. Поворачиваюсь к камере, просовываю ладонь в дырку на правой стороне майки, шевелю пальцами, демонстративно пожимаю плечами и изображаю, будто я застёгиваю свой рот на замок. Посмотрим, на чьей стороне будет общественное мнение,

Следующие пятнадцать минут мы безуспешно пытаемся взломать оборону соперника, но нам не хватает последнего паса или точности при ударах по воротам. Как же тяжело играть против команды, игроки которой осели у себя в штрафной и думают только о защите своих ворот. Моя «морозовская» часть аж выла от беспомощности.

К концу тайма украинцы наконец-то осмелели и начали хоть и осторожно, но всё-таки переходить на нашу половину поля. И даже пытались создавать позиционные атаки, одна из которых закончилась назначением штрафного удара за фол против Шевченко. Лёше Березуцкому ничего другого не оставалось, как «скосить» будущего нападающего «Челси». Иначе, у наших ворот был бы очень опасный момент. Мексиканец в этой ситуации не пожадничал карточку и вынес Алексею, по его мнению, заслуженное предупреждение.

Максим Калиниченко подаёт в нашу штрафную. Шевченко в борьбе на «втором этаже» с Игнашевичем и Павлюченко умудряется всё-таки нанести удар в створ ворот. Мяч дзинькает об перекладину и уходит за лицевую линию. Многие болельщики на трибунах с облегчением выдохнули. А у меня отлегло от сердца. Игорёк на эмоциях начал «пихать» ребятам. Всё он делает правильно, чтобы мы не расслаблялись.

Не думал я, что этот матч будет для моей команды таким трудным. Вроде и территориальное преимущество у нас, и намного больше опасных моментов создаём, но вот чего-то не хватает для переломного момента в матче. Я даже обратил внимание, что ребята начинают немного нервничать. А уж про Сёмина лучше вообще промолчать. Я даже боялся смотреть в его сторону. Вывод тут один – срочно нужен гол, а лучше – два.

Пробегая мимо бровки, я всё-таки обратил внимание на Юрия Павловича, который, откинувшись на спинку кресла, сидел словно на отдыхе, с вытянутыми ногами, со скрещёнными на груди руками, и отстранённо наблюдал за происходящем на поле. Рядом с ним сидели его помощники и весьма эмоционально переговаривались. Только один Бородюк был на ногах. Он задумчиво и неторопливо прохаживался вдоль технической зоны, иногда посматривая на своих коллег и футболистов. Чувствую я, что в перерыве нам засунут по самые гланды.