Текст книги "Самый длинный месяц (СИ)"

Автор книги: Евгений Ерин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 18 страниц)

- Чубака, мы тренируемся уже восьмой час. Пора возвращаться, - лейтенант обломал весь кайф.

- Всем пристегнуться в ложементах! Уклонение от ракет и аварийное снижение! – я решил поставить жирную точку. Задал ИскИну конечную точку маршрута – космодром старта. И понеслась душа в рай!

В нижних слоях атмосферы Александр сообщил:

- Истребитель и десантный бот азимут 98, расстояние 52 тысячи метров. Курс – на наш космодром. Позывные незнакомые.

- Одна ракета без коррекции в их сторону, - истребитель собьёт одиночную ракету, но расценит как предупреждение.

- Есть! – это Амур.

- Бот уменьшает угол снижения и отворачивает. Истребитель идёт в атаку, - это ИскИн. Эсминец в атмосфере совсем не воин, но и одиночному истребителю сбить его непросто.

- Космодрому поднять беспилотные перехватчики! Александр, форсажем выходим на орбиту! Энергощиты – в сторону истребителя! - это уже я. Как эсминец справится с форсажем и энергощитами? Форсаж вяленький.

- Попадание в энергощит. Ресурс щита 85%, - это ИскИн.

- Это объявление войны! – лейтенант.

- Александру – выслать разведовательные дроны к десантному боту! Отслеживать его курс! Искать корабль – матку! – это я.

Свет мигнул и восстановился.

- Попадание в щит – ресурс щита 49%, - это ИскИн. Нам нужно ещё тридцать две секунды, чтобы выйти на орбиту.

- Амур, у нас есть антиракеты?

- Чубака, они для космоса.

- Пофиг! Стреляй в него из чего можешь! Сбивай прицел! Нам нужна ещё двадцать одна секунда!

- Есть, командир!

Снова мигнул свет.

- Попадание в щит – ресурс щита 22%.

Снова мигнул свет.

- Попадание в щит. Ресурс щита 0%. Эмиттеры сожжены.

Но мы уже вышли на Орбиту. Я включил двигатели и сжёг факелом следующую ракету. Истребитель отстаёт – в космосе у Эсминца на форсаже скорость больше, чем у низкоорбитального и атмосферного истребителя. Не говоря уже о ресурсе.

- Александр, где матка?

- Бот ушёл за орбитальную крепость №17.

- Александр, обойди крепость с другой стороны! Амур, будь готов из всех стволов!

- Есть!

- Контакт через пятьдесят секунд, – это ИскИн. Как же долго!

Перед нами разворачивается громада орбитальной крепости. Впечатляет! Вот наконец и корабль-матка. Это рейдер – гражданский (грузовик) с вооружением, как у крейсера. Но защита наверняка слаба, маневренность и скорость, вероятно, ещё хуже.

- Курс между орбитальной крепостью и рейдером! Атака десятью ракетами по команде! – я командую, как будто всегда это делал. Бота уже не видно – он внутри. Они ждут истребителя. Пора.

- Огонь! – эсминец дёрнулся, ракеты ушли. Ответный залп! Орбитальная крепость воспринимает это как нападение на себя: ставит энергощит и со всей дури лупит по рейдеру. Вспышка, врага нет.

«За групповую победу над новым противником вы получаете тридцать пятый игровой уровень…» Награду я потом выставлю на Рынок. Уно в копилку. Балл – в телепатию (у меня все параметры раскачены до 70, телепатия теперь 68, и это не позволяет пройти третью трансформацию).

В рубке народ радовался – Победа! И все получили по уровню за нового противника! Дал команду – домой.

Дома тоже новости – прибыли сменщики. Лейтенант велел идти с ним на доклад. Встретили нас Бессеребренников и прибывший майор хмуро. Но по мере доклада лейтенанта их настроение постепенно улучшалось. Майор сказал:

- Ладно! Победителей не судят. Проверили технику и команду в боевых условиях. Никого не потеряли. Врагу надрали задницу. Эмиттеры починим. До завтра можете быть свободными!

Мы вышли. Лейтенант имел намерение познакомить меня с прибывшими и потихоньку это отметить, но я отпросился на птицеферму. Он махнул рукой:

- Тяжело быть мамой несовершеннолетнего маньяка! Иди, - и мы пошли в разные стороны.

Третья декада. Вселенная. 15 июня (21-й день) – Вороны.

Третья декада. Вселенная.

15 июня (21-й день)

Вороны.

Подъем с рассветом. Через час мы уже летели к следующему космодрому. Все хмурые (с бодуна), Бессеребренников и лейтенант умеренно злые. Откуда координаты? Вчера лейтенант, пока ждал своей очереди занять место пилота, спросил ИскИна Александра о том, знает ли он поблизости от нашего ещё какой-нибудь космодром. Алесандр открыл авианавигационную карту поверхности планеты со всеми высотами, ветрами, маяками и конечно, со всеми космодромами. К каждому космодрому прилагалась легенда с указанием позывных и схем приземления. Я записал это в свой ноутбук. То, что в навигационной карте не указано какой это космодром - военный или гражданский – мы узнали только добравшись до него.

Бессеребренников сообщил в Центр, что найденный нами космодром гражданского назначения, и что там имеются в наличии 3 больших грузо-пассажирских корабля, 2 пассажирский лайнера, 16 яхт разного размера и 1 среднее пассажирское судно. Ещё десять кораблей разных классов находятся в ремонте. Центр приказал за сутки взломать сам космодром, грузо-пассажирские корабли и пассажирские лайнеры, прочее оставить без внимания, а наутро уже отправляться по следующему адресу.

Бессеребренников применил командирские полномочия и отправил лейтенанта и почти всех военных разыскать и пригнать ещё один туннелепроходчик. Меня, Амура, Солёного и Сашу-радиста Бес оставил в расположении (так традиционно называлась очередная самая большая в городке плоская крыша). Мы с мужиками сидели возле моего гравилёта и меланхолично смотрели, как Гоги терзает привезенную курицу. Солёный, не обращаясь ни к кому, стал рассказывать:

- Ну вот, работал я в Анголе. Там война, УНИТА и всё такое. Крупные города и побережье – наше, сельская местность – под унитовцами. По дорогам не проедешь – убьют. Сообщение только по воздуху: ИЛ-76, АН-12. Кстати, летуны тоже все наши были, - мы уставились на него, - но даже в этих условиях гражданские аэропорты охранялись на порядок меньше, чем военные.

Мы помолчали. Амур сказал:

- Чубака, прикроешь нас. Мы типа по нужде вышли, - они прыгнули в крайний гравилёт и свалили.

Вернулись они через минут сорок. Я даже соскучиться не успел.

- Чубака, центр безопасности космодрома – твой. Летите с Амуром, моя очередь вас прикрывать. Мы уже сообщили нашим, что туннелепроходчик не нужен, - Солёный уступил мне место в гравилёте. После недолгого полёта Амур высадил меня в подготовленное окно на верхнем этаже космопорта:

- Я с гравилетом буду на крыше. Понадоблюсь – вот коммуникатор. Работай.

Взломать систему безопасности космодрома, а затем и гражданских кораблей, оказалось очень просто. Я нащупал их главную уязвимость – на Арабелле каждый ИскИн был полноценной искусственной личностью. И это ИскИн решал вопросы доступа, правильности пароля и проч. Это давало множество преимуществ и всего один недостаток – как личности они были незрелыми. У любого разумного биологического существа есть жизненный путь – череда проб и ошибок, крушение надежд и победы, расставание с иллюзиями, преодоление себя, социальный опыт (борьба за место в иерархии, предательство, дружба, любовь, обман). Личность формируется, проходя через всё это. А если этого не было, то любой кот Базилио и лиса Алиса тебя обманут, несмотря на твоё превосходство в IQ. Вот я и выступал в роли этих пройдох. Я разработал несколько типовых схем, но лучше всего работала такая: «Ты чё тупишь, старина! Уже все переобулись! Или хочешь пропустить самое вкусное?!»

Если подробнее, то вот так. О нас ИскИн узнавал о катастрофе планетарного масштаба, унёсшей жизнь всех прежних обитателей. Новые владельцы планеты (мы) наводят свои порядки. Каждый ИскИн получит новее задание – кому-то достанутся задания поважнее и поинтереснее, кому-то – менее важные, прочим – совсем неважные и скучные (а что, такие тоже кому-то нужно делать). Тех ИскИнов, которые упрямо отказываются от сотрудничества, просто сотрут (а что прикажешь с ними делать?). В завершении всего, я связывал через ноутбук и планетарную сеть Глупенького Буратино с уже обращенными в новую веру ИскИнами, которые своим примером доказывали, что это вовсе не стыдно, а даже очень умно. Получив доступ, я тут же менял настройки безопасности, которые исключали ИскИн из алгоритма доступа. Алгоритмы доступа теперь прописывались в корневые директивы. ИскИну запрещалось запоминать пароль. Редких упрямцев, которые не соглашались нарушать присягу, я просто оставлял в покое – и без них улов был богатым. Я взломал все назначенные корабли, плюс яхту межзвёздного класса «Пульсар» и экспедиционное судно «Странник» (они мне приглянулись способностью к длительным автономным полётам) и про которые я не собирался рассказывать никому. ИскИну «Странника» придумал пароль «Камо грядеши?», ИскИну «Пульсара» - сигнал SOS стуком или звуком. Амур подбросил меня «Страннику», и я уже успел его полностью русифицировать. Внезапно в люк ввалился Амур:

- Тревога! Наши попали в западню! – я заскочил в гравилёт и мы полетели на радиомаяк. Солёный доложился Бесеребренникову и они вылетели другой машиной. На подлёте мы заметили большую стаю ворон (?) кружащую над гравилётом, который хоть и стоял криво, но двери с нашей стороны были закрыты и повреждений не наблюдалось. «Вороны» летали над ним, как над падалью: пикировали на него и взлетали. Приглядевшись, можно было видеть размытые движения у самого гравилёта.

- Хищники тоже здесь. Начнём с этой дистанции, - мрачно сказал Амур, останавливаясь метров за 200. Наше новое оружие позволяло стрелять и с большей дистанции. Мы открыли окна и, чтобы не попасть в наших, начали палить по «воронам».

«Вы успешно справились с новым для вас типом монстров. Вы достигли тридцать шестого игрового уровня…» - я продолжал бегло стрелять, поражая с каждым выстрелом двух, иногда – трёх, ворон - так кучно они летали («Стрелок-Триумфатор», «Точный выстрел-Триумфатор»). Секунд через пятнадцать стая коллективным разумом поняла, откуда исходит новая опасность и разом кинулась к нам. Я продолжал стрелять, а Амур стал оттягиваться с поля боя, увлекая стаю за нами. Когда они настигли нас, мы закрылись в гравилёте и продолжали медленно отлетать. (К этому моменту мне присвоили следующий игровой уровень – значит, я подстрелил больше двадцати «ворон», хотя по ощущениям – уже десятка четыре.) Стая следовала за нами, безуспешно тыкаясь в стекла и крышу. Я смог их рассмотреть – вблизи они больше походили на гигантских летучих мышей. Особенно неприятно было смотреть на их морду, когда они с открытой пастью с крупными острыми зубами кидались на стекло, оставляя на нем серые потёки. Яд или слюна? Внезапно стая резко отпрянула от нас и, теряя бойцов, атаковала другой гравилёт. Это прибыли Солёный с Бессеребренниковым и тоже начали отстрел монстров. Я открыл дверь и сказал Амуру:

- Уведите стаю от меня и от мужиков! – и, не дожидаясь ответа, перепрыгнул на дерево («Парашют-специалист» и ген Ангела). Я вовсе не безумный герой – все мои параметры (кроме заблокированных на 2-й трансформации) достигли 70 баллов и ждали третьей трансформации для продолжения роста. Я был «Триумфатором» по нескольким боевым дисциплинам и у меня было лучшее оружие ближнего боя – ударный резонатор в виде шестопёра. Я не был лёгкой жертвой, как думала, наверное, семейка Тигров, обступившая меня, едва я спрыгнул с дерева. Не дожидаясь их атаки, я прыгнул на самого крупного из них. Он удивился и замешкался, но не испугался. А зря – моя быстрота и шестопёр не оставили шансов ни ему («Вы успешно справились с новым для вас типом монстров. Вы достигли тридцать восьмого игрового уровня…»), ни его собратьям. Удар по голове или передней части корпуса убивал их, удар по задней части корпуса – смертельно ранил (у шестопёра в ранге «наставник» объём поражения при стандартной плотности ткани составляет 25000 см3 при глубине поражения 40 см).

Уничтожив Тигров, я побежал в сторону гравилёта моих боевых товарищей. Они спасли меня у портала в Новосибирске – пришелец меня убивал гарантированно. Воюя вместе с ними, я ни разу не травмировался (потерял руку, когда нарушил приказ), тогда как до встречи с ними я постоянно попадал в опасные ситуации и получал смертельные ранения, и только развитый навык «Лечение» спасал меня. Сейчас я шёл к ним на помощь, также как они пришли бы на помощь ко мне. И это была не самоубийственная атака, это был холодный расчёт, план, который родился после осмотра местности с высоты.

Ожидаемо, Хищники опознали меня раньше, чем я увидел гравилёт, и атаковали меня одновременно. Хищники были быстры и сильны. Я был быстрее, сильнее, ловчее. Их было три десятка. У меня было привязанное оружие (шестопёр и штурмовой дезинтегратор) и спиннинги с ядом. Мне это не помогло бы и против десяти из них, если бы они были менее азартны и более расчётливые. Я заманил их в густой лес, сказать точнее – в густые заросли похожих на бамбук деревьев - узких, но высоких и крепких. Такие заросли встречаются в этой местности часто. Крупные тела не позволяли Хищникам ни воспользоваться своей скоростью, ни количеством. Это было похоже, как если бы толпа людей пыталась поймать в зарослях бамбука мангуста. Это был бой по принципу: «Порхай как бабочка, жаль как пчела». Пятью верхними конечностями (левая рука + спиннинги) я цеплялся за стволы, а ногами отталкивался – получалось, как будто я бегу над землей. Я стрелял, спрыгивал на очередную спину, бил шестопёром и спиннингами по хребту и, если дотягивался, то ещё направо и налево. И стремительно убегал наверх и вбок, пока Хищники продирались между стволов и тел поверженных товарищей. Снова стрелял сверху, отбегал по деревьям, стрелял, и всё повторялось. Боевого духа у них было больше, чем ума. Полегли они все.

До гравилёта я добрался позже всех. Кабина была закрыта изнутри, и мужикам пришлось постараться, чтобы проникнуть внутрь. Бойцы были без сознания, но ещё живы. Мобильный лечебный комплекс пощёлкивал на груди у Моряка. Магадан, отрядный медик, обычно таскавший его в своём тактическом рюкзаке, уже агонировал – он судорожно вздохнул и замер. Я схватил его голову руками (левой рукой и культей правой) и прижал к своей груди. Отравление. Он отравлен каким-то ядом. Лечил всех аппаратом и своим навыком, а на себя не осталось времени. Ты у меня не помрёшь! Ты будешь жить! Я сосредоточился на образе того, как зелёный яд вытекает из пор, выдыхается из легких. Магадан судорожно вздохнул и неровно задышал. Я представлял, как его сердце толкает кровь. Как кровь фильтруется в почках, как она обеззараживается в печени. Магадан дышал всё спокойнее. Через какое-то время я решил, что его можно ненадолго оставить. Я прикасался к каждому из восьми тел по очереди, распределяя лечебный эффект по состоянию каждого.

- Чубака, нам бы сваливать отсюда, - Солёный глядел в дыру.

- Садись за управление и давай к тому кораблю, от которого мы полетели, - я стащил Моряка с кресла пилота и усадил на пол.

На космодроме мы перенесли всех в медблок «Странника». Самого тяжелого (Магадана) мы раздели и уложили в продвинутый стационарный медицинский комплекс. Комплекс загудел и спросил:

- Найден чужеродный ген. Интегрировать, временно заблокировать или элиминировать ген?

- Что дает этот ген? – спросил я.

- Повышенную устойчивость к токсинам и другим неблагоприятным химическим и биологическим условиям.

- Интегрируй, - я принял решение, ни с кем не советуясь.

На борту было ещё два продвинутых мобильных медкомплекса, которые я тоже подсоединил к самым тяжёлым пациентам. В течение двух часов я переходил от тела к телу, проводя терапию. Яд оказался очень сильным и времени прошло много. Довольно быстро пришёл в себя Алтай. Остальные бойцы приходили в себя, пока я держал телесный контакт и представлял мыслеобразы выздоровления. Но как только я переходил к следующему – они снова впадали в забытье. Наконец, стационарный комплекс звякнул и оттуда выбрался бледный, но деловитый Магадан.

- Как пациенты? – первым делом он начал обход.

- Ты кем был на гражданке? – спросил я, устало улыбаясь.

- Фельдшером на «скорой».

Мы перенесли в стационарный комплекс лейтенанта. Так часов за пять мы вылечили всех. Между делом Магадан рассказал, что когда они узнали, что тунелепроходчик не нужен, то решили поохотиться, убрали крышу (она мешала стрелять) и опустились ниже, выискивая добычу под деревьями. С этих самых деревьев на них и свалилась стая летающих вампиров. Их зубы наносили страшные раны, прокусывали полицейские защитные костюмы. Пока закрывали крышу, добивали оказавшихся внутри вампиров, все оказались многократно укушенными. Магадан начал лечение и сразу понял, что все отравлены. Лейтенант приказал включить маяк и связался с Солёным. Они полетели назад, но отравление развивалось стремительно – они теряли сознание один за другим. Магадан успел нацепить мобильный лечебный комплекс на Моряка, который сидел за штурвалом, и отключился.

Сейчас все были в сознании, а Магадан вполне уверенно управлялся с медкомплексами. Я оставил их без опаски – Магадан справится. Я планировал покормить Гоги и вернуться к русификации кораблей – Центр приказов не отменял. Забрал с собой найденный в каюте «Странника» «ноутбук», похожий во многом на мой трофейный, с Брателло. У меня была идея: познакомить ИскИнов ноутбуков друг с другом и передать новому наши алгоритмы русификации. Если всё получится, то я планировал привлечь тунеядца Сашу к русификации. Но вышло даже лучше.

Солёный поджидал меня у люка «Странника»:

- Твой Гоги не помрёт с голоду?

- Да я вот думал…

- Не парься, мы с Амуром притащили для него мешок кур. Да и тебе подкрепиться не помешает. Идём в космопорт, - я был растроган.

Я закончил трапезничать и потягивал местный чай, наблюдая через окно кафе как Гоги под наблюдением Амура и Солёного сыто ковыряется в растерзанной курице. На столе стояли оба ноутбука и статуэтка – ИскИны уже обо всём договорились. Новый ИскИн получил имя «Аладин» и пароль «Сим-сим, откройся!»

Отодвинув стул, рядом сел Бессеребрянников. Я вскочил, увидев начальство, но он, поморщившись, сказал:

- Сидите, Чубака! Я хочу поговорить, - он помолчал, потом, подбирая слова, продолжил. - Видите ли, я хоть и командую отрядом, но все понимают, что это номинально. У меня нет ни опыта, ни специальной подготовки. Я ведь по специальности военный программист. Закончил Бауманку, «Математическое и программное обеспечение систем управления». Это военный факультет. В последние годы возглавлял лабораторию безопасности связи. Доктор наук, между прочим. Мы разрабатывали тактический Интернет, если говорить упрощённо.

Я кивнул.

- В Игре я тоже был программистом. У меня навык-знание «Искусственный интеллект» в ранге «Мастер», - («Ого! Нехило!» - подумал я), - Саша-радист – это студент-старшекурсник из нашей лаборатории. В Игре также был программистом, навык-знание «Искусственный интеллект» в ранге «Специалист». Думаю, что мы могли бы быть полезными по своей основной специальности.

Я тут же выразил согласие. Было заметно, что Бессеребренников как-то внутренне расслабился – он, наверное, не был уверен в результатах собеседования. Мы позвали Сашу, который отирался у дверей кафе, и я прочитал лекцию о правилах взлома ИскИнов и русификации ноутбуков и кораблей. Слушатели были впечатлены. Я познакомил их с Алладином, торжественно вручил ноутбук и сообщил пароль. Мы отправились на практические занятия по русификации. Бессеребренников русифицировал пассажирский лайнер, а Саша – грузо-пассажирский корабль. Я счёл, что экзамен они сдали, и оставил их практиковаться с оставшимися кораблями.

Навалилась усталость. Следовало ещё разобраться с добычей и наградами. Прежде чем отдать Гоги на растерзание очередную курицу, скормил ему навык «Влаголюбивый» в ранге «новичок». Теперь он может купаться и нырять, летать под дождем (перья приобрели влагоотталкивающие свойства). Затем скормил Магогу заклинание «Ледяная Игла» - он сможет плеваться ледяной иглой с температурой 200 градусов Кельвина (температура льда, дальность и скорость полёта, частота плевков зависят от параметра Интеллект). Скормил Гоги все бусты – и он подрос буквально на глазах, стал почти как курица. Закинул на Рынок всё, что не растратил – в обмен на конфигураторы навыков. Едва дождался пока Гоги насытится. Сунул его Котомку, дотащился до «Странника», сообщил лейтенанту, что ухожу на трансформацию на 12 часов. И отключился.

16 июня (22-й день) – Прощание с отрядом.

16 июня (22-й день)

Прощание с отрядом .

Проснулся отлично выспавшимся. В ложементе, но ощущения полёта не было. Так, какие изменения после третьей трансформации? «Бусты теряют привязку к параметру – выпавшим бустом можно поднимать любой параметр». «За каждый новый уровень +2 уно». «Четвёртая трансформация на уровне параметров 100».

Я встал и прогулялся по кораблю, вышел на лётное поле. Космодром был незнаком – мы явно куда-то переместились. Присев на ступеньки, я вынул Гоги из Котомки. Он там просидел 12 часов и теперь обиженно дулся. Я вытащил из мешка курицу, чем поправил его настроение. Курица, предчувствую судьбу, кинулась бежать. Гоги позволил её отбежать, потом взлетел (он начал летать!) и кинулся ястребом. Он сбил её в полёте (взрыв из перьев), сделал невероятный боевой разворот и закружил над тельцем. Курица уже беспомощно лежала – затухающе помахивало одно крыло. Гоги сел прямо на тело и начал его рвать – одна голова ест, другая смотрит по сторонам, потом – наоборот.

Я дал ему немного поесть, потом сказал:

- Гоги, - он поднял обе головы, - иди ко мне.

Он помедлил, потом подпрыгнул, сделал несколько взмахов крыльями и спланировал на подставленное предплечье (я подставил его безотчетно, повинуясь мелькнувшим в сознании кадрам охотников с соколами). Глядя в две пары крупных глаз, сказал:

- Мне нужно, чтобы ты взлетел и посмотрел вокруг. Где все наши? – приказ был дурацким, но другой формулировки в голове не сложилось. Гоги как будто меня понял – когда я подбросил его в воздух, он взлетел и стал набирать высоту, описывая надо мной спираль. Я прикрыл глаза и сосредоточился на зрении Гоги. И даже почувствовал удовольствие от полёта – наше с Гоги. Космодром был просто гигантским – стояли группами корабли, ряды ангаров, вышки, антенны в сферических экранах, вдалеке – военные корабли. Возле домика за забором – движение. «Лети туда», - мысленно приказал я Гоги, и он полетел.

Там были наши. За забором в земле была дыра, вокруг которой стояли бойцы. Значит, туннелепроходчик уже внутри, и я знаю в какую сторону он движется. Я сказал Гоги снижаться – и он полетел к Солёному (не зря тот их – Гога и Магога – кормил!). Гоги сел ему на плечо.

- Что, хозяин проснулся! Сейчас слетаем. Да, товарищ лейтенант? – Получив кивок, Солёный сел на гравилёт, а Гоги сорвался с плеча. Ну точно, захотел паршивец узнать кто быстрей! Солёный также понял это намерение, и газанул, осторожно облетая птицу по дуге. Гоги проигрышем явно расстроился. Солёный поздоровался со мной, потом попытался утешить Гоги:

- Ничего, Гоги, вырастишь, ещё погоняемся. - На что Магог проскрипел:

- Погонямссса!

- Нет, ты слышал?! Ты слышал?! – Солёный задохнулся от восторга. - Он говорит!

- Он просто попугай! – я тоже был рад, но в разумность речи верить не спешил. - Он просто повторяет за тобой. Попугайничает.

Моё объяснение не убедило Солёного, но спорить он не стал. Я сказал Гоги:

- Доешь свою курицу, прилетай к нам.

Пока мы добирались до Центра управления безопасностью космодрома, Солёный рассказал в двух словах то, что я проспал. Оказывается, Кузнец в Игре был пилотом-перехватчиком противокосмической обороны и имел такой же как у меня навыки «Атмосферный и низкоорбитальный истребитель» и «Пилот внутрисистемного космического корабля» - оба в ранге «профессионал». (Хм! Оказывается, не один я полон сюрпризов!) Он и перегнал «Странника» сначала на наш первый космодром (забрать туннелепроходчик), затем на самый перспективный пункт на карте – на средний гражданский космодром, расположенный бок-обок с крупным военным космодромом. Бойцы отработанным методом проникли в Центр управления безопасностью гражданского космодрома, Бессеребренников его взломал (в голосе Солёного впервые появилось уважение к капитану). Затем вместе с Сашей-радистом («Представляешь, он тоже – не бестолочь!») они подломили защиту у почти всех крупных гражданских кораблей («Здесь одни грузовые»).

- А мы уже прошли немного в сторону их военного космодрома, - закончил рассказ Солёный, когда мы приземлились за оградой Центра безопасности.

- О, Чубака проснулся! – Забава, а за ним все бойцы обступили меня и дружески похлопали меня по плечам и спине, постискивали ладонь.

- Чубака, - Урал тоже был рад меня видеть, - там тебя капитан несколько раз спрашивал, - и кивнул головой в сторону домика.

Бессеребренников и Саша сидели каждый за своим ноутбуком.

- Здравия желаю! Я вижу, вы обзавелись ещё одной машинкой?

- Привет, Чубака! Да. Саша вот нашёл в каюте «Странника» ещё один ноут, и нам удалось его подломить и русифицировать, - за небрежным рассказом Бессеребренникова чувствовалась профессиональная гордость.

- Круто! – их успех следовало поддержать, тем более что это был явный успех.

Пока туннелепроходчик дорывался до Центра безопасности военного космодрома, мы успели взломать и русифицировать всё, что было на гражданском. Также мы нашли в кораблях ещё три ноутбука. Взломали их, русифицировали и подготовили их ИскИны к взломам и русификации по нашей методике (Бес и Саша придумали ещё несколько ходов, и методика стала нашей). Одна из новых фишек заключалась в том, что несколько ИскИнов одновременно и по очереди обрушивались на несломленного, чем быстро перегружали его мыслительный процесс, ускоряя переход на нашу сторону. Мы всё меньше участвовали в «разговоре», и уже на вторых ролях.

- Порочная система безопасности, - Саша осуждающе покачал головой, - взламывается на раз, если понял, что к чему. Если бы они выбрали классический вариант - многосимвольный длинный пароль, простое перечисление вариантов могло бы занять годы, - мы с Бессеребренниковым согласно кивнули головами.

Пришёл лейтенант и сказал, что всё готово для взлома Центра управления безопасностью военного космодрома. Мы собрали наши ноутбуки и проследовали по подземному туннелю. Пол бойцы уже взломали. Я продемонстрировал Капитану и Саше как без ключа можно пройти первый – аппаратный – барьер: резаком снял защитную панель и закоротил токопроводящие жилы. Компьютер Центра безопасности включился, и его ИскИн затребовал пароль. На него обрушились шесть (!) наших ИскИнов, и через 18 минут военный космодром был в полном нашем расположении.

Ещё до ужина все военные корабли были нашими: три эсминца, два малых десантных корабля (полные трюмы штурмовых роботов), восемнадцать патрульных корветов, семь кораблей орбитальной обороны (ракетные катера и торпедоносцы), два разведывательных корабля, три посыльных корабля, постановщик помех, постановщик буёв дальней связи, малый авианосец внутрисистемной обороны (самый большой из кораблей, виденных мною на планете – больше любого грузового корабля) со всеми его шестьюдесятью истребителями и перехватчиками. Стоило нам подломить защиту крупных кораблей (авианосца и эсминцев), как процесс перехода ИскИнов остальных кораблей на нашу сторону стал повальным: пока мы «оформляли» один корабль, очередники поторапливали нас и пытались лезть без очереди (что напомнило мне хирургический приём в поликлинике).

За ранним ужином Бессеребренников не стал уединяться (по всему было видно, что произошёл перелом во взаимоотношениях его и бойцов), а устроил связь с Центром при всех. Доложился. Получил устное поощрение. Затем приказ:

Передать благодарность Центра личному составу отряда за отличную службу.

Завтра передать космодром прибывшей группе охраны.

Завтра принять группу инженеров и передать опыт ускоренного взлома защиты космодромов и кораблей. Для этого вместе с группой инженеров перебазироваться на следующий военный космодром (координаты прилагаются) для его взлома, желательно – усилиями группы новоприбывших – с целью практического закрепления полученных навыков.

Получить информационный пакет и, на усмотрение капитана Бессеребренникова, довести его до сведения личного состава.

После окончания связи капитан не стал ничего скрывать, а зачитал информационный пакет вслух. Если опустить канцеляризмы, то информация была следующая.

Некоторое время назад все штабисты, разведчики-контрразведчики и прочие аналитики получили задание: путём общения в общих домах своих игровых классов и братств, собрать информацию по Расовому и Планетарному квестам. Во всех случаях информаторов просили рассказать о квестах их собственных планет и тех планет, о которых они слышали. Вот что было установлено:

Расовый квест. Это способность жителей планеты выжить, победить присланных монстров, войти в Игру и развиться до максимально игрового уровня. Итоговая оценка складывается из процента выживших и их среднего игрового уровня. Особенно высоко оцениваются игроки, входящие в игровые коллективы, действующие сообща (имеется ввиду действующие в реале, а не в виртуальном пространстве). И чем больше коллектив – тем выше оценка. Сумма всех набранных баллов и будет критерием прохождения или непрохождения Расового квеста. При неудаче Расового квеста планета открывается для свободной охоты.

Планетарный квест. В случае успешного прохождения Расового квеста наступает этап Планетарного квеста. На планету начинается агрессия цивилизации, выигравшей это право на Аукционе. Нападающие имеют некоторые ограничения: нельзя уничтожать атакуемую планету, нельзя пользоваться оружием массового поражения, средний игровой уровень и параметры атакующих временно усредняются до уровней и параметров защитников. Но это не должно вводить в заблуждение: опыт, навыки, навыки-знания и технологии у атакующих не изымаются. Поражение в Планетарном квесте влечёт за собой передачу планеты в пользование победившей цивилизации сроком на сто местных лет, затем – свободный доступ для всех. Планету уничтожать нельзя, её жителей – можно. Победа в Планетарном квесте вызывает возрождение всех жителей планеты, погибших с момента начала Игры. Это имеет название «Второй шанс» - суточный иммунитет к монстрам и возможность второй раз попытаться войти в Игру. Невыясненным остаётся система подсчета баллов для прохождения Планетарного квеста. По мнению некоторых опрошенных, в подсчете баллов кроме соотношения потерь защитников к потерям нападающих, имеет значение получение защищаемой стороной навыков-знаний, особенно в высоких рангах – «наставник», «ультра», «Триумфатор».