Текст книги "Мой новый мир (СИ)"

Автор книги: Евгений Альтмайер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)

Глава 12
Привет из Москвы

– Слышали новость? Двух ребят из шайки Куана вчера положили. – Доверительно пробухтел Боб, подливая нам чабаты. «Красотка» живет прежней жизнью. Звенят стаканы с ярко-красным пойлом, шелестят перекладываемые карты, меняют хозяев шуршащие разноцветные донги. Пистолетов и прочего смертоубийственного добра на столах ощутимо прибавилось. А вот полураздетые красотки, жадно стреляющие глазами в поисках похотливого и платежеспособного клиента, никуда не делись.

– Ну и что? По нынешним временам это и не новость вовсе. – Пьяно рассмеялась Майя.

Портовый район и раньше слыл местечком, из которого легче легкого отправиться на тот свет. В последние же дни смерть Болта и разгром его банды спровоцировали полноценную войну. Что ни день – перестрелка. Или очередной мафиози возносится на небеса, вкусив тротиловой благодати. Сомневаюсь, что эти ребята долетают до райских пущ, но так далеко любителям минного дела их отправлять и не требуется.

Меня, впрочем, больше занимают не взлетевшие на воздух бандюганы, а ноги напарницы, которые она вновь водрузила мне на колени. Вполне недвусмысленный сигнал местным красоткам, чтобы не лезли. И не то чтобы мне эти размалеванные куклы были на километр нужны. Просто игры, в которые со мной играет Майя, начинают надоедать.

– Еще какая новость. – Не согласился Боб. Бармен все также небрит, а заляпанная рубашка небрежно расстегнута на груди. – Их не просто порешили. Неведомый придурок разделал их, как повар свинину. Размазал каждого по асфальту, все окрестные столбы кишками обмотаны.

– Чего у нас, очередной псих завелся? – Кисло поинтересовался Атаго.

– Похоже на то. Старина Куан уже пообещал тысячу донгов тому, кто доставит ему этого недоделанного хирурга дохлым. И три тысячи – если живым.

– А вот это уже звучит как интересная идея. – Пьяно засмеялся усевшийся на соседний стул Атаго. Вокруг братца Майи местные красотки так и вьются. Еще бы: знают, что постоянный клиент вот-вот дойдет до той кондиции, когда отодрать его от женских прелестей будет совершенно невозможно. Хотя, жадность и перспектива прибыли пока что еще находят отклик в его залитых чабатой мозгах.

– И где ты собираешься искать этого психопата? – Без особого энтузиазма отозвался я. Просто чтобы поддержать пьяный разговор.

Дел в последнее время не слишком много. Пару раз Танцующий Бриз выступал в качестве курьера, развозя по южным островам почту, о содержимом которой настоятельно не рекомендовалось задавать вопросы. Тишь да гладь, от которой стремительно растет количество опустевших бутылок на полу офиса. Майя так и вовсе дуреет от скуки. Но на мои ухаживания отвечает неизменным хихиканьем. Что совершенно не мешает зеленоокой красавице по-хозяйски водружать мне на колени свои восхитительные белые ноги. Дескать, и дышать рядом не смейте, она тут думает. Форменное безобразие. Какой уж тут заведшийся в портовом районе маньяк. Еще не хватало бегать по местным помойкам в поисках пережравшего вененума отморозка…

– Хватит на сегодня. – Пробормотала Майя осоловелым голосом. Да, за последние пару часов мы набрались преизрядно. – Домой пора…

– Ага, проваливайте. – Отозвался Атаго, по-хозяйски обнимая за бедра льнущую к нему представительницу древнейшей профессии.

Только и остается, что хмыкнуть его любвеобильности. Зашуршали упавшие на барную стойку банкноты. Боб шустрым жестом смахнул выручку в карман.

– Аккуратнее там. По нынешним временам в местных проулках пулю поймать проще простого.

Майя в ответ пьяно рассмеялась. После выпитого море ей по щиколотку. Как и в тот раз, когда мы нарвались на головорезов Болта с ионной винтовкой. Но Рыжая совершенно неисправима. Как ее только до сих пор не пристрелил с ее самомнением.

Я по-хозяйски обнял напарницу за талию. Не столько удовольствия ради, сколько из насущной необходимости: девушку ощутимо мотыляет из стороны в сторону. Надо же было так нагрузиться… Хотя самомнение лучше бы попридержать: мир и у меня перед глазами так и норовит пуститься в пляс.

На улице глухая ночь. Трещат цикады, ветер доносит шум ночного прибоя. По глазам бьет мигание неоновых рекламных огней. В мусорной куче через дорогу что-то подозрительно зашевелилось. Крысы, что ли? Нет, вон какой-то нищий таращится.

В какой-то момент наши взгляды пересеклись. Обычный мужик. Хорошо побитый жизнью, небритый и грязный. Язык нервно облизывает потрескавшиеся губы. В стеклянном взгляде застыло что-то полубезумное и истерическое. Жутковатый тип. Честное слово, даже несмотря на то, что я как будто способен голыми руками разорвать его на десяток-другой лоскутьев. Даже при том, что в кобуре по-прежнему занимает законное место полюбившийся мне «Аллигатор». Все равно от обладателя такого взгляда хочется держаться подальше.

Мучительный обмен взглядами нарушила Майя. Девушка, кое-как одолев первую из пяти ведущих вниз ступеней, взялась заваливаться вперед с твердым намерением свалиться на землю. Пришлось ловить обманчиво-невесомое тело. Самому при этом чудом не растянувшись рядом. В следующий раз надо будет остановиться на пару стаканов раньше…

– Хорошо Атаго! Девочки его, ик, донесут до кроватки, разденут, ему даже делать ничего не надо… – Пьяно пожаловалась Майя.

– Я бы с радостью организовал тебе все то же самое. Вот только ты меня запихнула во френд-зону и совсем оттуда не выпускаешь.

– И ничего я тебя не зафрезо… фрездо… Я думаю! – Обиженно надулась Майя. На кой черт я вообще этот дурацкий разговор начал? – Ты классный, вот!

– И о чем же ты таком тогда думаешь? – Я как раз вернул руку на законное место на талии напарницы. И теперь тащу ее сквозь глухую антапурскую ночь. Вокруг сомкнулись привычные стены местных хибар.

– Ты классный… – Повторила Майя. – Но странный. Есть в тебе что-то непонятное. Как будто ты меня знаешь давным-давно. И знаешь гораздо больше, чем следовало бы. Почему так, а?

Кажется, короткая, полная обиженного непонимания реплика заставила меня мгновенно протрезветь. Рыжая ведь совершенно права. Я знаю о ней… Может быть, и не все. Но точно куда больше, чем она готова рассказать кому бы то ни было. Вот только что делать с этим знанием? Попробовать открыться? Но поверит ли она мне? Захочет ли сохранить эту безумную тайну – или разделит с остальной командой Танцующего Бриза? А если разделит – что тогда?

– Я тебе через неделю скажу. Честно. – В голосе Майи прорезались кажущиеся немыслимыми жалобные нотки.

– Пойдем-ка домой. Рензан вроде завтра грозился опять какой-то работой нагрузить. – Пробормотал я, так и не решившись развивать слишком уж странную тему. Как-нибудь потом…

Работенку Рензан действительно подкинул. Так что следующие несколько дней пришлось колесить по всему Южному архипелагу: развозить посылки, о содержимом которых в этом обществе не принято спрашивать. И которые лучше не показывать таможенникам. А эти ушлые ребята, наоборот, так и норовят догнать мечущийся меж островов кораблик и обшмонать от кормы до носа. В поисках находок, которые заставят капитана раскошелиться на новую порцию взяток.

Вернулись на закате третьего дня. Вконец ошалевшие Атаго и Рензан немедленно завалились спать. А вот Майя еще пытается держаться. Напарница осоловело хлопает глазами, но отчаянно пытается нализаться специально припасенной для такого случая чабаты. Один Сид бодр и доволен жизнью: на обратном пути капитан его подменил, дав возможность всласть отоспаться после второй подряд бессонной ночи.

Меня же неожиданно потянуло на крышу. Я окончательно облюбовал это славное местечко, где остаешься наедине с закатывающимся в море раскаленным солнечным диском. Над головой орут чайки, мерно рокочет шум прибоя… И даже в старом покосившемся шезлонге начал видеть некоторый дразнящий шарм. Вот только из-за этого моего пристрастия вся команда теперь точно знает, где меня искать, едва во мне появится самая минимальная надобность.

– Эй, Рэй. У нас тут, кажется, проблемка. – Неуверенный голос Сида вырвал меня из сонного полузабытья. Я чуть было не провалился в сон прямо на улице. Вот бы москиты обрадовались привалившему угощению…

– Проблемка? – Эхом отозвался я. Ну почему, стоило только сойти на берег навстречу законному пиву и отдыху в скрипучем шезлонге, сразу же нарисовались сложности?

– Ага. У нас тут у самых дверей сидит какой-то чокнутый нищий. И пасет их. Я… – Сид замялся. Не хочет признаваться, что не испытывает ни малейшего желания выходить к непонятному визитеру. В отличие от остальной команды, вихрастый паренек в очках – ни разу не боец. Его вышибли с третьего курса университета за какую-то мутную историю, и он прибился к команде Бриза. Паренек способен взломать все, что только может быть взломано. Но миролюбие и неконфликтность у нашего штурмана порой доходят до абсурда. Впрочем, с мордобоем в команде прекрасно справляются все остальные. Вот только и Рензан, и Майя с Атаго уже отвалились в направлении своих комнатушек – отсыпаться после бесконечных рейсов вдоль побережья. Остался только я. Впрочем, чем я, спрашивается, хуже?

– Не волнуйся, я разберусь.

Сид благодарно улыбнулся в ответ. Кому это там приспичило нарываться на неприятности? Бриз и за минувшие годы успел сделать себе весьма заметную репутацию. А уж после истории с Болтом все местные криминальные воротилы и вовсе стараются нас обходить по широкой дуге. Просто во избежание. Я, скорее из любопытства, чем из серьезного беспокойства, подключился к установленной на наш бокс системе видеокамер. Ага, вот он, наш странный визитер. Худой и небритый, в замызганной одежонке… А ну-ка, стоп!

Это же тот самый бешеный старикан, встреченный у дверей «Красотки». Еще не хватало…

– Эй! Там что, действительно проблемы? – Забеспокоился Сид, увидев, как я подхватываю лежащий на столе «Аллигатор».

– Никаких проблем. – Соврал я, даже глазом не моргнув. – Просто ни к чему оружие где попало бросать.

Паренек задумчиво покачал головой, но от расспросов воздержался. А я, сунув пистолет в кобуру, пошел вниз – разбираться с незваным гостем.

Нищий нашелся ровном там, где и показала видеокамера. И вблизи видно, что никаким стариком здесь не пахнет. Обычный мужик, которому переходящая в клочковатую бороду щетина и общий потасканный вид накинули пару десятков лет возраста. Наверное, если его отмыть, побрить и переодеть – будет что-то в районе лет тридцати.

Но я предлагать банно-прачечные процедуры странному субъекту, что таращится на меня полубезумным взглядом, не стал. Вот черт! У него же натурально слюна течет по подбородку. Псих, как есть псих.

– Чего тебе? – Не слишком дружелюбно буркнул я.

– Тебе привет из Москвы. – Проскрипел бродяга сорванным голосом.

– А? – Наверное, лучшего способа меня ошеломить нищий не придумал бы при всем желании. Только и остается ошарашенно таращиться на человека, которому совершенно неоткуда знать об оставшемся где-то в параллельном мире городе.

– Ты прекрасно слышал, что я сказал. Приходи завтра в пять вечера в заброшенный каркасный завод. Третий корпус. Один. И без оружия. Есть разговор. – Процедил сумасшедший, смерив меня ненавидящим взглядом. Да, безумные буркалы так и горят совершенно запредельной злобой. Такой, что заставляет ощущать неуверенность даже при всем своем кажущемся превосходстве…

Нищий дожидаться моей реакции не стал. Спрыгнул с мусорного контейнера, на котором восседал, словно на троне. И побрел куда-то в сторону портовых трущоб. Бросаться вдогонку я не стал. Даже если странный посыльный и знает что-то ценное, вытрясти это из него получится лишь посредством скандала и мордобоя. Каковой, в свою очередь, привлечет внимание окрестной шпаны – впрочем, черт бы с ней – и остальной команды Бриза. И, при всем моем им доверии… Готов ли я открыть самую свою обескураживающую тайну этим людям? Нет… Во всяком случае, пока нет. Так что придется завтра тащиться на непонятную встречу. Неужели я не единственный в Антапуре гость из другого мира? Голова идет кругом от этого предположения…

– Слышал новости? – Вместо приветствия выдал утром Атаго, когда я, потирая глаза, завалился в холл нашего «офиса». Они с сестрой уже успели съесть половину здоровенной пиццы. Под ногами привычно шуршат пустые пластиковые стаканчики из-под кофе.

– Откуда бы? – Пробормотал я, яростно растирая кулаками глаза. Выспаться так и не получилось, хотя я и продрых часов десять. Всю ночь меня преследовал один и тот же кошмар. Я в своей квартирке – той, из прошлой жизни – пытаюсь закончить роман о Танцующем Бризе. А за спиной, ядовито ухмыляясь, стоит Лекс в черном плаще и шляпе. В черных линзах очков отражаются мои вытаращенные глаза, в затылок упирается ствол револьвера. А за окном, протяжно завывая, гримасничает вчерашний сумасшедший.

– Этот отморозок взялся за город всерьез. Три трупа за ночь.

– Тот сумасшедший, за которого Куан назначил награду? – Догадался я. Почему-то в голове опять всплыл безумный взгляд вчерашнего визитера. Кто же он, черт подери, такой…

– Уже не только он. Мадам Во обещает еще десятку. Утырок умеет заводить себе врагов. – Хохотнула Майя. Растущая, как на дрожжах, сумма гонорара вводит напарницу в кровожадное возбуждение. В своих мечтах она уже разрезала маньяка на две ровных частички. Одну – для успевшего удвоить обещанную награду Куана, вторую – для Пурпурной Леди. Неведомый отморозок и впрямь без мозгов, раз придумал обозлить на себя самую опасную женщину антапурского дна.

– Он пришил кого-то из Пурпурного Клуба?

– Ага. Сразу двоих. И еще какого-то подвернувшегося под нож бедолагу. – Атаго приложился к бутылке пива.

– Больной придурок. – Я торопливо цапнул кусок пиццы со стола. Если не подсуетиться, подтянется Рензан. Капитан в гастрономических вопросах отличается феноменальной неразборчивостью и еще более феноменальной прожорливостью. Если не поспешить, останешься без завтрака.

– Есть идеи, как его выловить? – Возбужденно спросила Майя. В глазах у Рыжей горит радостный азарт. Ни малейшей тени той неуверенности, что сквозила в ее голосе.

От воспоминания о том, что я скрываю от команды слишком многое, в глубине души опять тревожно зашевелилась потревоженная советь. И дело совсем не в том, что остальные тоже весьма ревностно блюдут свои тайны. Я их секреты знаю. Они мой – нет. И от этого становится мрачно и неуютно на душе.

– Ни одной. А у тебя?

– И у меня. Но черта с два я дам любой левой приблуде обойти нас на повороте! Пятнадцать тысяч! – Зеленые глаза так и светятся от алчного предвкушения. В Антапуре и за на порядок меньшую сумму кого угодно прирежут, не раздумывая.

– Не знаешь, у кэпа на сегодня есть какие-нибудь планы?

– Никаких. – Тяжелый густой бас Рензана за спиной. Здоровяк ввалился в заваленную мусором комнату. – Что, собираетесь устраивать охоту на взбаламутившего город головореза?

Атаго в ответ довольно ухмыльнулся. Этому тоже не терпится рассовать по карманам ворох шуршащих донгов. А вот меня таинственный психопат занимает куда меньше, чем вчерашний сумасшедший. Кажется, в последнее время в Антапуре налицо явный избыток чокнутых на душу населения. Или это его дежурное состояние?

О назначенной на пять вечера встрече я предпочел умолчать. Вряд ли хоть кто-то из команды согласился бы отпустить меня одного на столь странное свидание. Да я и сам всеми фибрами души чувствую, что дело нечисто. Но, кажется, предстоящий разговор будет слишком деликатным, чтобы допускать к нему лишние уши…

Огненный закат расчертил алыми полосами молчаливые стены заброшенного завода. Вокруг громоздятся кучи битого кирпича. Здоровенные полуразвалившиеся боксы надменны и молчаливы. Немым укором миру застыли железные раскоряки подъемных кранов. Странноватое место для встречи. С другой стороны, посреди этого огромного пустыря, что торчит на окраине Антапура, едва ли наткнешься на что-то живое. Даже самые безнадежные нищие предпочитают места пооживленнее.

Я поначалу опасался, что друзья начнут заваливать вопросами – куда это я собрался ближе к вечеру, проигнорировав очередной визит в «Красотку». Но ни Майя, ни Атаго не проявили к моим планам ни малейшего интереса. Рыжая меня, кажется, после вчерашнего и вовсе избегает. Этого еще не хватало…

Вот и огромная бетонная глыба с выцветшей тройкой на корпусе. Я настроился было на встроенный биолокатор, но прибор отчаянно фонит. Вокруг целые груды какого-то чертового минерала, напрочь блокирующего сигнал. Что это? Совпадение или хитроумный расчет? Зря я, все-таки, поддался на эту идею. Ой, зря…

В кармане дожидается своего часа старательно припрятанный «Аллигатор». Я, все-таки, не настолько идиот, чтобы заявиться в такое место и на такую встречу безоружным. Может, еще перед входом наручники на себя напялить?

Выяснить, есть ли внутри кто живой, так и не удалось. Так что же, уйти? В самый последний момент? Что за глупость… Слишком много загадок с этим чокнутым похожим на старика парнем.

Зачем-то задержав дыхание, я шагнул под своды массивного бетонного корпуса.

Глава 13
Потрошитель

Густой тягучий полумрак. Гулкое эхо от каждого шага разносится под высоченным потолком заброшенного бокса. В несколько пробоин в стене льются золотые лучи закатного солнца. Без этого освещения здесь была бы совсем кромешная тьма.

Встроенный биолокатор неожиданно очнулся, заваливая несчастный мозг тревожными сигналами. Какой-то умник разложил вдоль стен с десяток человеческих тел. Биоритмы на самой грани затухания. Кажется, бедняги готовятся всей толпой отправиться на тот свет. А впереди…

Я не сразу понял, что это такое. Странное и непонятное месиво, намотанное на торчащие из пола стальные прутья. Лишь приблизившись и привыкнув к местному полумраку, разглядел, что когда-то оно было человеком. Вот только какой-то затейник основательного его выпотрошил, а то, что осталось намотал на арматуру. Будто канат, которым привязывают катер к причалу. К горлу подкатила ошарашенная тошнота. Рука сама потянулась к кобуре. Лишь отчаянным усилием воли удалось остановить инстинктивное движение. Кто бы ни заманил меня сюда, он пока что может питать некоторые иллюзии на тему моей безоружности. Не буду разрушать ее раньше времени. Но куда меня, черт подери, занесло⁈

– Нравится? – Знакомый хриплый голос. Тот самый псих, передавший мне «приглашение». Борода за прошедшее время стала чуть длиннее, на и без того замызганной рубашке появилось свежее кровавое пятно. А вот взгляд остался тот же – ненавидящий, стеклянный и безумный.

– Значит, все это твоих рук дело? – Зачем-то спросил я. Как будто и без того не очевидно…

– Нет! – Истерически завизжал сумасшедший. – Это твоих рук дело, чертов урод! Это ты во всем виноват!!!

Трудно сохранять спокойствие, когда перед тобой беснуется психопат, только что самым неимоверным образом намотавший на шпиндель очередную жертву. Это что-то инстинктивное. Большая обезьяна, привыкшая жрать, спать и заниматься прочими подобными вещами, вдруг наткнулась на нечто, что главной своей целью видит намотать ее шкуру на стальной прут. И из этого стремительно вырастает что-то животное и нерассуждающее. Тот, кто желает это с тобой сделать – страшный. Или беги, или убей.

– Это из-за тебя я загремел в этот чертов город! Какого черта! Я должен быть в Москве! У меня работа! У меня перспективы!!! – Продолжает надрываться сумасшедший.

– Да кто ты, черт тебя подери⁈ – Рявкнул я в ответ. Как ни пытайся сохранять спокойствие, а беснующийся психопат – слишком тяжелое испытание для нервной системы.

– Я читал твой чертов роман! А когда понял, что ты на него забил, решил дописать и выложить под своим именем! – В безумном взгляде столько праведной ненависти, будто это именно я здесь совершил что-то плохое.

– А тебе говорили, что воровать нехорошо? – Не удержался я от возмущенной шпильки. Нет, ну что за ахинея? То, что я загремел черт знает куда в параллельный мир – это еще хоть что-то понятное. Во всяком случае, Голливуд и уйма контор поменьше только и делали, что готовили меня к такой участи. Но напороться в этом самом «прекрасном новом мире» на плагиатора твоих же собственных романов? Да еще и плагиатора, который, быть может, собственноручно пытался подрихтовать ту самую вселенную, в которой мы оба в результате и застряли? Есть в этом что-то запредельно фантасмагорическое.

– Да пошел ты! Почему ты, говна кусок, переместился в набитую электроникой тушку? Почему то же самое произошло с Лексом⁈ Почему не со мной⁈

Лекс⁈ Только этого еще не хватало…

– И он тоже?

– И он! Он тоже был из твоих чертовых читателей! Он тоже что-то там писал! Какой-то чертов фанфик или что-то вроде… Почему вы двое стали киборгами, а я нет⁈

– Потому что воровать чужие книги – нехорошо. – Не удержался я от ядовитого комментария.

– Да пошел ты!!! Это из-за тебя мне в бошку в Октопусе всадили чертов чип! Из-за тебя и из-за Лекса! Это вы двое во всем виноваты!!!

– Не слишком ты похож на чипированного.

Откуда он знает про Лекса? Уж не связаны ли эти двое? А если связаны – не загремел ли я в самую паршивую засаду, какую только можно представить? Локаторы вроде бы равнодушно молчат, но… Слишком я хорошо помню, как киборг из Октопуса умеет превращаться в невидимку.

– Наши мозги устроены чуть иначе, чем у местных. Я временами сохраняю адекватность. – Сумасшедший оскалился. По подбородку тянется вниз длинная блестящая нитка слюны. Психопат напоминает кого угодно, только не адекватного. – А временами я просто выключаюсь. А когда прихожу в себя – рядом всегда какой-нибудь утырок с кишками, обмотанными вокруг фонарного столба!

Волна истерического смеха. Сумасшедший дергается из стороны в сторону. Рваные, нелепые движения. Стеклянный безумный взгляд. Жуткое зрелище…

– Лекс меня поймал. Он хотел меня прикончить. – Прошипел псих. – Тогда что-то произойдет. Мы трое разделили какую-то энергию или силу… Мы не просто так оказались здесь втроем. Чем нас меньше, тем больше энергии получит уцелевший. Лекс это знает. Понятия не имею откуда, но знает. Он усадил меня в клетку, воткнул в башку чип и ждал, пока не получится кончить тебя. Потому что если бы порешил меня сразу – ты бы стал сильнее. А тебя он боится. А надо было бояться меня! Я сбежал оттуда. Я тоже кое-что умею. А теперь я порешу тебя, а потом и Лекса. Я здесь самый крутой! Я здесь лучший!!!

Новая волна истерического визга. Как же нелепо он кривляется… Сосредоточившись на сумасшедшем, я едва не пропустил тот момент, когда зашевелились разбросанные вдоль стен тела. Резкие всплески биолокатора: сердцебиение «мертвецов» резко ускоряется, ритмы мозга приходят в активность. Странные, рваные ритмы. Как будто нейроимпульсы в их голове обрываются, не успев толком возникнуть. Чипированные. Чипированные, над которыми сумасшедший каким-то неведомым образом обрел непонятную власть.

Сигналы активированного ионного излучателя. Инстинкт, помноженный на механические рефлексы бросает тело вперед, заставляя уклониться от импульса. В ладонь прыгает рукоятка «Аллигатора». Ярко-лиловый луч проходит чуть в стороне, наполняя сознание неясными гаснущими помехами. Встроенные демпферы спешат погасить пошедший по программному обеспечению моей начинки кибернетический яд. Вскидываю пистолет. Встроенные вычислители безошибочно направляют «Аллигатор». Несколько десятых доли секунды на идеальное прицеливание.

Оглушительный грохот выстрела. Отдача подбрасывает руку вверх, отдается ноющей болью в кисти. Голова несчастного бедолаги, превращенного в куклу для чужих игр, лопается, будто перезревший арбуз.

– Я же велел прийти безоружным! – Истерический визг сумасшедшего. Кажется, он и впрямь искренне возмущен тем фактом, что я не заявился в расставленную западню с голыми руками. А чего еще ждать от мерзавца, готового украсть чужой роман и выдать за собственный…

Прикончить следующим выстрелом самого безумца не вышло: тех мгновений, что потребовались на устранение вооруженного ионной винтовкой чипированного, хватило, чтобы он юркнул куда-то за кучу мусора. А еще секунду спустя становится не до него: остальные человеческие куклы, очнувшиеся от летаргии, накидываются на меня со всех сторон.

Палец давит спусковой крючок. Снова оглушительный грохот выстрела, снова «Аллигатор» подбрасывает вверх, отдаваясь тупой болью в руке. Убойная сила у пистолета совершенно чудовищная. Вооруженный помповым ружьем несчастный – не получается воспринимать этих существ как врагов, хоть ты тресни – валится с чудовищной дырой в груди. Второму пуля бьет в шею, отчего голова подлетает вверх, будто мяч от хорошего пинка.

Остальные безоружны. Идут на меня, нелепо вытянув вперед руки. Это уже просто зомби-апокалипсис какой-то… Первым порывом было попросту юркнуть в сторону и сбежать от них на улицу. Вот только черт его знает, как долго они будут меня преследовать. Мало будет веселья, если я заявлюсь в более людные места с такой свитой. И, кроме того… Наверное, оборвать это чудовищное подобие жизни – последнее милосердие, которое я могу им оказать.

Нажимаю на курок. Несколько выстрелов сливаются в один. Мертвые тела валятся на бетонный пол, по серому неровному покрытию бегут страшные кровавые ручейки. Палец давит едва заметную скобу, обойма легким движением скользит вниз, покидая рукоять. Торопливо убираю ее в кармашек кобуры. Запасная обойма с громким щелчком занимает свое место. Где этот чертов психопат? Сейчас мы с ним поговорим совсем по-другому…

Сумасшедший меня дожидаться не стал. Вокруг разлита угрюмая звонкая тишина. Медленно приближаюсь к куче мусора, за которую в самом начале стрельбы спрятался псих. Стремительным прыжком взлетаю наверх, хищный ствол «Аллигатора» готов взорваться свинцовым градом… Пустота. У самого подножия мусорной груды – небольшой квадратный люк. Куда-то вниз, во тьму убегают скобы-ступени.

Медленно убираю пистолет обратно в кобуру. Вряд ли это хорошая идея – броситься, сломя голову, в неизвестность в надежде поймать сбежавшего психопата. Остается только гадать, сколько подземных тоннелей накрутили под заброшенной фабрикой ее строители. Не имея ни планов, ни карт, ни чертежей… Вот только если его не нагнать сейчас, выбирать место и время нашей следующей встречи будет сам псих. И черт его знает, до чего он додумается. Не так он безобиден, если успел завалить несколько человек из самых отмороженных Антапурских банд.

Тяжело выдохнув, шагаю в неизвестность. Липкое холодное железо ступеней заставляет чуть заметно поморщиться. Стараюсь перебирать ногами как можно быстрее. Каждая ушедшая секунда все надежнее отделяет меня от беглеца. Если вообще остались хоть какие-то шансы его настигнуть…

Ноги гулко стукнули о металл пола. Невысокий – едва хватит не задевать макушкой потолок – круглый тоннель. Визоры спешно перенастроились на режим ночного зрения. На стенах и в воздухе парят микроскопические ярко-алые частички – следы дыхания и человеческого тепла, медленно растворяющиеся в обступившем со всех сторон липком холоде. В инфракрасном диапазоне следы беглеца пока что различимы.

Торопливо шагаю по исчезающему следу. Из глубины тоннеля неприятно тянет противным гнилостным запахом. Хорошо знакомым еще по той, прошлой жизни. Как-то раз в подвале прорвало канализационную трубу… Во всяком случае, хоть что-то нашлось общего между Антапуром и Москвой.

Миновал несколько развилок. Кому только потребовалось отгрохать это подземное чудище. Кажется, я уже потихоньку приближаюсь к границе занимаемого заброшенным заводом участка. След постепенно становится чуть ярче – я медленно, но настигаю беглеца. После недолгих колебаний перешел на бег. Ни к чему пытаться экономить силы. Механическая начинка моего тела устанет еще очень, очень нескоро.

Поворот, еще поворот. Путь вперед отрезан проржавевшей насквозь железной дверью. Не снижая скорости врезаюсь в негаданное препятствие. Тяжелый удар, плечо обожгло болью. Дверь ощутимо подалась вперед, но порыв мой выдержала. Чтоб тебя! По плечу от ярко-красной полосы содранной кожи растекается жгучая боль. Мерзавец то ли по жизни осторожен, то ли ожидал погони, но дверь запереть не поленился.

Выматерившись сквозь зубы, пускаю в ход ноги. Тяжелый армейский ботинок врезается в вогнутую дверь. Удар, еще один, еще! Я остервенело луплю медленно поддающуюся створку. Ржавое железо гнется, отзывается скрежещущим грохотом, но продолжает цепляться за ветхие петли. Выгадывая беглецу одну драгоценную секунду за другой…

Наконец, искореженная дверь рухнула на пол. Врываюсь следом с «Аллигатором» наготове. Небольшая комнатка. Несколько полуистлевших деревянных дверей. Кровать, на которой раскидано тряпье настолько омерзительного вида, что никакие богатства мира не заставили бы рыться в этом гнилье. По полу разбросаны инструменты. Несколько ножовок, клещи – все в бурых потеках запекшейся крови. Никаких следов беглеца. Зыбкий след, который я удерживал все это время, окончательно выветрился.

Выходит, здесь этот отморозок устроил себе логово? Огляделся еще раз, но ничего интересного не заметил. Заглянул в соседние комнаты. В одной из них – совсем крохотной каморке – отыскался относительно целый белый халат – что-то вроде того, что носят врачи в поликлиниках. Тоже перепачканный и порванный в некоторых местах. Из непонятного любопытства обшарил карманы. Кажется, в левом что-то жесткое… На свет появилась небольшая пластиковая карточка. Фотография беглеца – на ней он еще бритый и не выглядит чокнутым стариком, хотя в глазах уже горит что-то полубезумное. Рядом – несколько ровных строчек. Имя – Уосп. В остальных графах – «фамилия», «должность» и прочих – стоят прочерки. Короткая черная полоска магнитного покрытия. Похоже, карточка использовалась в качестве ключа или чего-то в этом роде. На обратной стороне ничего кроме растопырившего щупальца осьминога. Видимо, привет из тех времен, когда беглец еще не был таковым и сидел под замком в плену у Октопуса.

После недолгого колебания сунул карточку в карман. Может быть, еще пригодится. В соседней комнатушке не нашел ничего. Не считая ударившего, стоило открыть дверь, в нос запаха дерьма. Тьфу, черт! Как он тут жил! Тут же спал, тут же гадил прямо на пол… С некоторой опаской заглянул внутрь следующей комнаты. Дрянной пластиковый стол – такие часто ставят на пляжах. На заскорузлой тряпице валяется несколько пистолетов и ворох мятых денежных купюр. Чуть поодаль, на полу поблескивает еще что-то. Пара массивных золотых цепей и мятый армейский жетон. Уж не притащил ли старина Уосп в свою конуру вещи, взятые им с убитых? Цепи вполне могут принадлежать парням из банды Куана. А жетон – одному из спецназовцев Мадам Во. Пурпурная Леди знаменита тем, что окружает себя дорогостоящими наемниками. Не то чтобы мои предположения выглядели вершиной логического мышления, но и более правдоподобного объяснения этой «коллекции» так сразу и не отыщешь.