Текст книги "Метаморф. Равновесный мир (СИ)"

Автор книги: Евгений Хорошко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

Глава 16. Базарный день.

Кто бы сказал, что самым паскудным явлением в этом городе окажется ливень с градом – ни за что бы не поверил. А вот вам!

Мы неслись по улице, как стадо наскипидаренных гепардов. Ну, то есть, это я несся вперед, как наскипидаренный гепард. Шура порхала, подхватывая себя телекинезом в воздухе, и порой даже обгоняя, чтобы провокационно мелькнуть впереди пятой точкой. Ей было веселее всех – телекинетик могла разворачиваться, и продолжать полет вперед спиной. Над каплями дождя, и градинами со страусиное яйцо, она просто посмеивалась. Они, буквально, огибали её стороной.

Лично мне уже пару раз прилетело прямо в кабину, но лобовое стекло ещё было цело. Я злился. Айгуль, так вообще была вне себя.

–Да ну, нафиг! Без меня ползите! – заорала Айгуль, пытаясь перекричать рев дождя. С этими словами она растворилась в воздухе, и оставила нас с Шурой вдвоем.

–Эй, так нечестно! – недовольно засопела Шура, ради такого случая вновь опускаясь на асфальт ногами. Розовые кроссовки по самую щиколотку погрузились в холодную дождевую воду, и блондинка завизжала. Тем не менее, уже скоро она сравнялась со мной в беге, раздраженно пыхтя чуть сбоку.

Спустя полминуты, Айгуль вновь оказалась рядом с нами. С умиротворенным лицом, она уже что-то жевала.

–… – не успела она сообщить нам нечто важное, прежде чем мы пробежали мимо.

–Дома макароны с тушенкой! – раздраженно сообщила она, возникнув чуть впереди нас. Читерша.

До гостиницы было всего ничего, насколько мне было известно. Шастать по брошенным квартирам в поисках стрекал на свою задницу, мы дружно отказались в надежде добежать домой до начала водопада. Немного не рассчитали. В принципе, я даже сейчас был настроен продолжать бег, вот только настроя у моих спутниц уже не было. Тем более, Шура начала сдавать.

Сначала она перестала защищаться от капель дождя, мгновенно превратившись в нахохлившуюся мокрую птицу. Затем она попыталась компенсировать телекинез физическими усилиями, из-за чего сдулась уже спустя десять секунд, как спринтер после чемпионата мира по стометровке. Я остановился, дожидаясь, пока она придет в себя.

–Да переждите уже дождь в подъезде! – посоветовала нам Айгуль, – Вон там, нормально вроде. Я уже проверяла.

Айгуль указывала рукой на брошенную пятиэтажку рядом с нами, прикрываясь от дождя капюшоном. Я отрывисто кивнул, после чего перевел вопросительный взгляд на блондинку.

–Хорошо! – отозвалась она, с явным облегчением, – Айгуль, ты с нами?

–Неа! – скривилась черноволосая девушка, – Тут дом в двух шагах, считай… да и макароны из-за вас остынут. Слипнутся, как есть буду?! Пересидите уже как-нибудь, без моего присмотра? Не маленькие.

–Ладно, тогда кыш отсюда, предательница! – недовольно буркнула блондинка, тут же устремляясь в сторону подъезда. Я последовал за ней.

***

Шура первой ворвалась в подъезд пятиэтажки, лихо распахивая обесточенную домофонную дверь телекинезом. Захлопнувшаяся преграда с металлическим стуком отсекла нас от звуков дождя. Если внутри и был живой монстр, он уже о нашем присутствии был осведомлен. Я шагнул в сторону лестницы, обойдя девушку сбоку.

–Да нету там никого, – фыркнула она, из чувства протеста попытавшись протиснуться вперед, между моей рукой и стеной, – Хватит меня от всего прикрывать!

–А жильцы? – вопросительно взглянул я на девушку, – Что, если кто-то за это время умер у себя в квартире, да так там и остался? И ты на него наступишь?

–М-м-м, – затормозилась на ходу Шура, тут же отступая мне за спину, – Ты прав. Иди ты первым.

На самом деле, вряд ли кто из обитателей дома остался внутри. Большинство либо давно покинуло дом в опасной зоне, либо погибло, пытаясь. Если же кто и остался… что же. Уже достаточно времени прошло с начала событий, и я бы легко опознал характерный, тошнотворный запах тлена. Но я не видел причин сообщать об этом Шуре: безобидных мертвецов она боялась куда больше живых монстров, хотя должно было быть наоборот.

Вот бы кто об этом сказал девице? Меня-то она не слушалась.

–Давай сюда, – предложил я выбранную наугад квартиру на третьем этаже.

–Окей, – буркнула девушка, примериваясь взглядом к замочной скважине, – Смотри и восхищайся работой непревзойденного взломщика! Взлом без рук! Выступает великая Александра… гхм, э-э.

–Если там нет сухого полотенца, тебе придется повторить на бис, – отрезал я, – Как раз, будет время придумать себе псевдоним.

–Кстати, да! – заметила Шура, – Нам знаешь, чего не хватает? Прозвищ.

–Перед кем будешь хвастаться? – спросил я, заходя внутрь незнакомой прихожей, – Передо мной или тварями?

–Уж перед тобой-то, – фыркнула девица, – Да ни за что, на свете!

–Уже хвасталась, великая взломщица, – напомнил я, обходя с инспекцией квартиру-однушку.

Выглядела она отчасти, даже уютно: жилище покинули в первый или даже во второй день, оставив внутри множество брошенных вещей, от одежды до предметов интерьера, и мебели. Даже мимо туалета можно было проходить, не зажимая ноздри: когда им пользовались последний раз, канализация и водопровод были ещё исправны. Кухня была обклеена синими обоями с морскими обитателями, и выходила в заброшенный двор с детской площадкой. Я обнаружил в углу полупустую канистру с питьевой водой – большую ценность, по нынешним временам.

–Ну, ты и пить, – буркнула Шура, когда я опростал большую часть канистры, не сходя с места, в один заход, – У тебя по куртке струи воды текут, дикарь.

–Это от дождя, – возразил я, сняв куртку, чтобы остаться в свитере, – И она и так, мокрая.

–Зырь! – сказала девица, показывая мне средний палец с нацепленным на него колечком. Видимо, из золота, хотя кто разберет?

–Уже нашла чьи-то цацки? – меланхолично спросил я, проходя в единственную спальню. Широкий серый диван из трикотажа занимал большую часть места, и сейчас был собран. Сорвав с вешалки махровое полотенце, я вытер влагу с лица, и расслабленно присел.

–Будем ждать, пока не кончится дождь? – спросила Шура, пристраиваясь неподалеку.

–Да, – кивнул я, – Если только ты не желаешь, и дальше защищаться от капель дождя телекинезом?

–Скучно, Витя, – бросила девица, выпрямляя ноги, чтобы сбросить на ковер мокрые кроссовки.

–Сказочку тебе рассказать, что ли, детка?

–А… валяй, – согласилась Шура.

–Жила себе Сашка, красная рубашка. На затылке пряжка, а у ляжки – шашка. На речке грелась – и разделась. Пришел к ней царь Додон. Обоссал себе ладонь. Рядом проходил Ватута. Вот и вся сказочка тута.

–Фу! – прыснув, ответила девушка, – А не докучливые сказки знаешь?

–Знал бы, написал бы бестселлер, а потом свалил в теплые страны. Вместо тебя, ко мне прижималась бы сейчас какая-нибудь негритянка.

–Я не прижимаюсь! – толкнула меня блондинка.

В следующие пять минут я бесцельно лежал на диване, опершись на локоть подбородком, а Шура осмотрелась в квартире без моего присутствия, что-то уронив на кухне. Буря всё не кончалась, и в какой-то момент я почувствовал, как мне кто-то теребит свитер на спине.

Шура нашла занятие по душе: едва касаясь меня ладонями, она принялась выщипывать из моего свитера катышки, начиная со спины и плеч. Я хотел уже было, что-нибудь буркнуть, но занятие странным образом затягивало. Невесомые касания расслабляли спину, как щекочущий массаж, да и Шура увлеклась не на шутку: нечасто она могла заниматься чем-то настолько долго, не отпуская комментариев.

–Классный у тебя свитер, – заметила она, продолжая выщипывать катышки, – Дедушкин?

–Типа того, – сказал я, – Теплый, да и как игрушка-антистресс, похоже, заходит?

–Как пленка с пупырками, – согласилась Шура, – Очень любила их в детстве лопать. Жаль только, что они быстро заканчивались.

Некоторое время девушка упорно трудилась, едва не высунув от усердия язык. Я чувствовал своим обостренным обонянием, запах сладковатого женского пота. Запах напряжения и волнения. Как будто, в противовес собственным словам, девушка лишь ещё больше вышла из равновесия.

–Уф, – заметила Шура, наконец, – На спине у тебя больше катышек нет.

–Отлично, – лениво промычал я.

–Не разворачивайся, – почему-то решила она предупредить, – Я только сзади катышки выщипывать могу. Спереди я тебя, пипец как боюсь, если честно.

–С чего бы это? – удивился я, собравшись было, повернуться, но передумал.

–Ну… – начала Шура неуверенно, – Я нехорошо поступила с самого начала, на самом деле. Ты на меня до сих пор, по любому, злишься, Витя. Смотрю и боюсь, как бы ты мне это однажды не припомнил. Прихлопнешь меня ещё, нечаянно. Как в анекдоте.

–Каком ещё, анекдоте? – удивился я.

–Про бабку, и дедку, – буркнула девушка, – Когда дед сидел-сидел, а потом, как огрел бабку ложкой по лбу! Бабка ему: «Ты чё творишь, старый?». А он ей: «Да вспомнил, что я тебя не девкой взял».

На этих словах я сел там, где был, и одарил белокурую девицу полным сомнения взглядом. Что это было, намек?

–Я ни на что не намекаю! Честно! – отчаянно воскликнула Шура, словно о чём-то догадавшись, – Анекдот просто к слову пришелся.

–Так я тебя ещё не брал, – тем не менее, возразил я, – К тому же, нечаянно тебя ещё, поди прибей.

–А, э-э-э… «чаянно»?

–Могу. Но я тебя предупрежу, когда ты будешь к этому подбираться, – безмятежно заметил я, -Так что, выдохни.

–Понятно, – тяжело вздохнула девушка, – Только, почему-то, нифига не успокаивает. Кстати, я никогда не рассказывала, что было после того, как ты меня через забор перекинул?

–Что?

–В общем, – помедлив, сказала Шура, – Я там на некоторое время затаилась, прислушиваясь к тому, как ты гончих рвешь. И, похоже, я именно тогда свой первый заряд энтропии и словила. Сама-то я, как ты понимаешь, тогда даже мышонка бы в одиночку не прибила. Чтобы ты знал, девять из десяти ребят стали магами только потому, что имели при себе огнестрел. Вот так, вот.

–Ты получила телекинез именно тогда?

–Ну, да. Потом у меня был, пипец какой день, честно говоря. За забором была лесополоса, и там гончих шуровало столько, что до сих пор мне в кошмарах снится. С помощью телекинеза забралась на самое высокое дерево, как белка, и оттуда гончих как-то выщелкивала.

–Ловко, – признал я, – У тебя был хороший старт. И ты быстро нашлась, что делать.

–Ну, не знаю, – заметила Шура, – Это сейчас кажется, что да, а вот тогда… Короче, попытки со стотысячной, я таки прикончила свою первую гончую, веткой в глаз, а дальше пошло по накатанной. Вкачалась немного… Побродила по лесополосе, заблудившись в трех соснах, буквально. Из луж пила, на второй день. Где-то на третий, влезла в опасную зону, и раз пять, чуть не сдохла на аномалиях. Тогда меня ребята, и подобрали. В некотором роде, ты меня дважды с-спас: когда подсадил на забор, и когда гончую убил, – девушка чуть запнулась.

–Понятно, – помедлив, ответил я, – Мой первый день тоже прошел на дереве, хотя и попроще, чем у тебя.

–Лучше бы я тебя вниз не скидывала, – напряженно произнесла Шура, промокнув ладошкой глаза. Поерзав на диване, она оказалась ко мне чуть ближе, и искательно заглянула мне в глаза.

–Ну, чего ещё? – буркнул я, – Всё в порядке.

–Да так, – всплеснула руками девушка, отворачиваясь, – Ладно, всё.

–Послушай, мы всё это уже проехали, – спокойно заметил я, – Я уже не в обиде. Я тебя, в некотором роде, один раз уже наказал, вроде. Не помнишь? В самом начале?

–Нет, не помню, – недовольно бросила Шура, – Шлепнул меня разок, чтобы, ни дай Боже, синяк не поставить. Ушел, короче, злой как собака. Да и я потом нахамила. Помнишь, что я тогда тебе сказала – что действительно убить тебя хотела? Вот сижу, и трясусь теперь, как мышь под веником. Вдруг злишься ещё?

–Я не понял, Саша, – я рассмеялся, – Тебя не устраивает мягкость наказания?! Тебе надо было, черт подери, пожестче, что ли?

–Мне надо, чтобы ты на меня перестал злиться! – воскликнула Шура, – Ну же, блин! Хватит на меня смотреть так, словно у меня камень за пазухой, и я подгадываю момент в спину ударить. Не по себе уже!

–Повторяю для непонятливых: всё в порядке, забудь. Идем дальше, – устало вздохнул я.

–Ладно, – недовольно поджала губы девушка, – Тогда давай так: назови свои условия. Что мне нужно сделать, чтобы ты перестал дуться? Мне нужно спасти тебе жизнь, ежедневно готовить яичницу по утрам, или быть может, таскать за тобой рюкзак, как в школе? Признаю: я была ОЧЕНЬ не права. Ну?

–Я тебе как-то упоминал, – пошутил я, отстраняясь в сторону.

–А, ты про это, – Шура процитировала, закатив глаза: «Могу за тобой даже, присматривать. Но с тебя минет: два-три раза в неделю, как в настроении будешь. Без отношений». Оно, да?

–Хм, – со сомнением взглянул я на девушку, – Раньше ты от одного намека, как наскипидаренная носилась. Вообще теперь, не задевает, что ли?

–До сих пор так бесит, что аж пятки трясутся, – призналась Шура, – Прикол в том, что это выглядит… ну, исполнимым технически. Оттого и бесит. Если бы ты потребовал вдобавок ещё, Луну с неба, я бы посмеялась и забыла. Но тут всё это так упаковано, типа, в пределах разумного, вот и кажется, будто тебе это всерьез предложили.

–Почему, будто? – расхохотался я, откидываясь на диване, – Ох, чёрт. Шура, уймись, а?

–По тебе не понять, всерьез ты, или нет, – задумалась Шура, – Но ты осознал уже, что я раскаиваюсь, получила своё кармическое воздаяние, и так далее, да? Я тут не зря распинаюсь?

–Как ты это поняла, по смеху? – ухмыльнулся я, -Надежный признак, ничего не скажешь.

–Чем ещё тебя умилостивить? – деловито спросила Шура, – Мы друзья уже, или ты ещё дуешься?

–Послушай, Саша, – прервал я её, – Достаточно уже этих разговоров. Я, конечно, ещё нескоро забуду, как ты меня скинула гончим в пасти, а потом уронила с пятого этажа… призналась, что действительно планировала меня убить, что там ещё было? Смысл ворошить прошлое? Расслабься.

–Короче, ясно. Понятно, – мрачно подытожила девушка, – Что мне сделать? Давай, в ноги бахнусь? Мне не впадлу, честно.

И действительно, девица шустро переместилась на пол, встав на колени. Уперев руки в боки, Шура бросила на меня пристальный взгляд.

–Расскажешь кому, убью, – предупредила она, – Понял? Это междусобойчик, как Айгуль про нас думает!

Я машинально кивнул.

–Но прикол с минетом, действительно удался тебе на славу, – хихикнула Шура, – Всё всерьез у него, ага, как же. Два-три раза в неделю, двенадцать раз в месяц, сто пятьдесят раз в год – каждый год! Сколько со временем набегает, а? Как выгодно быть обиженным, оказывается. Небось, сам бы попросил тебя с забора ради такого скинуть? Пару раз. Можно сразу, в горгулий.

–Ты видишь очередь из желающих принять условия? – усмехнулся я.

–Лично мне невыгодно, – недовольно покачала головой Шура, – Вот ты, например, за мной и так присматриваешь, Витя. Я же вижу. Бесплатно, причём. Ты такой лапочка…

–Хорошо, что напомнила, – проворчал я, – Надо будет как-нибудь тебе рюкзак дать поносить, что ли? С драной овцы, как говорится…

–«Без отношений», – пожевала на языке словосочетание Шура, словно её собиралось стошнить, – Не знаю, как это сочетается со словом «присматривать». Кажется, взаимно аннигилирует. В сухом остатке, получается: сто пятьдесят раз в год, каждый год – просто за то, чтобы сказать: «ладно, Шура, звиняю». Ты там от жадности не припух, часом?

–Ты что, торгуешься? – расхохотался я, – Хочешь получше условия?

–А что ты можешь предложить? – прищурилась девушка, встретившись со мной взглядом.

–Тебя не устраивают неограниченные сроки, и что за год миллионы набегают? – попробовал я догадаться, – Хочешь разовую сделку?

–Охренел!? – воскликнула она, приподнимаясь с места.

–Да, хм, ты права. Один раз с тебя, что-то маловато выходит. Тысяча… да погоди же ты, блин! Торг уместен!

–Кхе-кхе, – поперхнулась она со смеху, едва не рухнув на диван, – Да ты же, сдурел! Так состариться можно раньше, чем это, кхм, кончится.

–Просто надо вовремя вносить взносы, и знать пределы своих возможностей, – возразил я, – Ну, сто раз, тогда. Раз уж, все так и норовят соскочить с… крючка, да. Что за безответственное отношение?

–В смысле!? – возмутилась Шура, – Тебя вообще, ни капли не смущает, что тебе самому ничего делать не надо будет, в то время как все вокруг упахиваются, лишь бы ублажить бедного обиженку?

–Упахиваются? – буркнул я, – Ты бы ещё добавила, упахиваются, как не в себя. И что значит, самому ничего не надо делать? Некоторым образом, я буду в это время сильно занят.

–Хм, – недоверчиво протянула Шура, – Это что, все твои аргументы?

–Десять, – медленно произнес я, разглядывая собеседницу.

Мы продолжали фехтовать взглядами, дружелюбно улыбаясь, но теперь к веселью прибавился ещё один аспект – Шура смутилась.

Было моё предложение шуткой или нет, но в глазах девушки невольно отражалось, насколько она считает тот или иной вариант приемлемым. Тысяча раз – совершенно невозможно. Сто раз –лучше, но тоже не пойдет. После десяти в её голове задвигались шестеренки, причём заметно. Было страшно представить, что будет, предложи я пару-тройку раз всерьез. Наверное, Шура и сама не хотела этого знать.

В смущенном взгляде девушки настолько явно отражалось, что она, в принципе, готова рассматривать это, как «разменный козырь», что было просто невозможно не заметить. И было просто невозможно скрыть от самой Шуры, что я это тоже понял.

Белокурая девушка резко отвернула голову, стремительно краснея с головы до пят. Еле слышно сглотнув, она кашлянула и покраснела ещё больше.

–Саша, – неожиданно для себя произнес я, вставая с дивана. Подойдя к девушке ближе, я слегка её приобнял, пытаясь заглянуть ей в лицо. Она всё ещё пыталась куда-то от меня спрятать глаза, чтобы не встретиться взглядом, – Всё в порядке.

–Кажется, – с трудом выдохнула Шура, – Шуточка зашла немного дальше, чем мне сначала казалось. Извини, если разочаровала.

Я неосознанным жестом, погладил её по волосам. Она не отстранилась, и я продолжил осторожно гладить шелковистые пряди. Неожиданно на её лицо наползла невольная улыбка, словно она подумала о чём-то смешном.

–А теперь, слушай сюда! – девушка дернулась в меня в руках, и повернулась так, чтобы оказаться ко мне лицом к лицу, – Я передумала, понял? Точнее, даже не соглашалась изначально… э-э-э, сам знаешь на что. И не ухмыляйся: будь на твоём месте кто другой, прибила бы. Вот, честно!

–Мне кажется, нам просто не стоило торговаться, как на базаре? – усмехнулся я, притягивая девушку к себе, чтобы поцеловать.

Сначала, она замерла от неожиданности, а затем принялась отвечать, возмущенно пискнув, когда я переместился с ней на диван. Разместив девушку на своих коленях, я вновь её поцеловал, и дал волю рукам. Спустя несколько секунд, её одежда превратилась в форменный беспорядок. Скользнув рукой под кофту, я коснулся теплых, упругих грудей. Другой рукой, я уже тянул за ремешок её джинсы, так что всё шло к тому, что мы и не вспомним, на что Шура соглашалась, на что – нет.

Вмешался случай.

–Э-э, – внезапно оказавшаяся внутри комнаты Айгуль, стремительно развернулась к нам спиной, краснея на ходу, – Походу, я не вовремя, да? Извините, голубки.

–А! – короткий писк Саши резко прервался: я не сразу заметил новое действующее лицо в комнате, и продолжал шуровать, -Витя, стой!

–Пришла проведать, как вы там! Ливень-то кончился, – преувеличенно жизнерадостным тоном объяснила Айгуль, – Но вижу, всё очень хорошо… Вас когда дома ждать: к ужину, или как получится?

–Мы уже планировали выдвигаться, – Шура сделала мне страшные глаза, обещая ими все возможные кары, если я заставлю её нарушить слово, – Просто задержались, чуть-чуть.

–Ничего, дома наверстаете, – торопливо усмехнулась Айгуль, после чего растворилась в воздухе.

Некоторое время мы с белокурой девушкой молчаливо переглядывались.

–Не здесь, – твердо заявила она мне, – А то, знаю я тебя.

–Да я что, против что ли? – пожал я плечами, – Но в гостинице ты от меня уже не убежишь.

–Я не собираюсь переезжать к тебе в комнату насовсем, – предупредила меня Шура, подозрительно оглядев меня с головы до ног, – У меня вдруг нехорошие предчувствия появились, на твой счет.

–Ты даже не представляешь, – покаялся я, опустив с улыбкой голову. Практика показала: выносливость метаморфа многократно превышает человеческую, а в первый раз я могу слегка дуреть. Однако предупреждать о таких последствиях девушку я не стал, не будь дурак.

Между тем, Шура засобиралась на выход. В процессе она обнаглела настолько, что оттолкнула меня от себя телекинезом, едва не впечатав в стенку. Я собирался уже было, высказаться, но белокурая девица выходила из комнаты, покачивая бедрами и оглядываясь в мою сторону с многозначительной улыбкой. Пришлось проглотить возмущение. Ничего, скоро отыграюсь.

Надеюсь, в гостинице не окажется какой-нибудь срочной работы, к которой нас припрягут сразу по прибытии? А то, знаю я этих… не будем подбирать плохое слово.