![](/files/books/160/oblozhka-knigi-eho-proshlogo-si-379784.jpg)
Текст книги "Эхо прошлого (СИ)"
Автор книги: Евангелина Ахметова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 7 страниц)
Мальчики были в восторге от посещения исторического музея. Они радостно держались за руку Сандера, трогательно и благодарно прижимались к нему, звали папой и откровенно радовались тому, что пришли сюда с ним. Так почему же он остро ощущает отсутствие Роуз, будто ему чего-то не хватает? «Потому что я переживаю за мальчиков, – твердил себе Сандер. – Потому что я беспокоюсь, что они заскучают без нее, вот и все».
Глава 17
Не совсем осознавая, что она делает, Роуз накупила много дорогих нарядов – гораздо больше, чем собиралась. Каждый раз, когда она пыталась отказаться от покупки, консультант уговаривала и убеждала ее, что вещь эта просто необходима. Даме было велено подобрать для Роуз одежду, которая могла понадобиться в самых различных ситуациях. И конечно, все вещи были великолепными: прекрасно скроенные брюки и шорты из кремового льна с сочетающимися по цвету шелковым жилетом и рубашкой из хлопка-жатки, струящиеся шелковые платья, атласные и хлопковые блузки, официальные платья для коктейлей и более непринужденная, но такая же немыслимо дорогая одежда для отдыха и пляжа. Были приобретены также туфли – для любой надобности и под каждый наряд – и нижнее белье: узенькие полоски из шелка и кружев. Роуз сначала хотела отказаться от сексуальных вещичек, пожелав приобрести что-то более практичное, но они каким-то образом оказались в кипе «самых необходимых вещей», как назвала их консультант.
Теперь осталось приобрести лишь свадебный наряд. Эффектным жестом развернув перед Роуз кремовое платье, к которому прилагался жакет-болеро, консультант горделиво произнесла:
– Из новой коллекции Веры Вонг. Короткое и приталенное, это платье идеально подходит для свадебной церемонии, вы также сможете носить его после свадьбы, как коктейльное платье. Оно было сшито на заказ для другой дамы, но оказалось ей мало. Уверена, вам оно прекрасно подойдет. А рюши словно специально созданы для вашей фигуры.
Дама, скорее всего, имела в виду, что романтические рюши, украшающие шелковое платье, скроют ее худобу, догадалась Роуз.
Платье было красивым, элегантным и женственным, и такое свадебное платье, без сомнения, любая женщина запомнила бы на всю жизнь. Но именно поэтому Роуз не хотела его брать. Консультант терпеливо ждала ее ответа.
Платье прекрасно сидело на молодой женщине. Скроенное мастерской рукой, оно облегало ее так, что талия казалась гораздо уже, чем она была в реальности, придавая тем самым соблазнительную форму фигуре. Когда Роуз посмотрела в зеркало, ей показалось, что в нем отражается настоящая невеста. Этой невестой могла быть и она… если бы ситуация была иной. Если бы Сандер любил ее…
Потрясенная, Роуз качнула головой и принялась снимать платье, отчаянно стараясь избавиться от жестокой реальности.
– Нет, я не хочу его, – заявила она обескураженной даме-консультанту. – Пожалуйста, уберите это платье. Я надену что-нибудь другое.
– Но оно идеально вам подходит…
Однако Роуз отрицательно помотала головой.
Она переодевалась в примерочной комнате, когда туда заглянула консультант. В руках дама держала белую теплую куртку с капюшоном.
– Я чуть не забыла, – сказала она Роуз. – Ваш будущий муж предупредил, что вы случайно забыли дома пальто и вам понадобится что-нибудь теплое, пока вы находитесь в Лондоне.
Роуз молча взяла у нее куртку, отороченную пушистым мехом, стильную и. элегантную.
– Это модель нашего нового дизайнера, – сообщила консультант. – Она итальянка, ученица Прады. Мы сейчас запускаем эту модель в производство.
Роуз склонила голову, чтобы дама не догадалась о чувствах, охвативших ее. Сандер может притворяться перед всеми, что заботится о ней и искренне верит в то, что она забыла пальто дома, но на самом деле в глубине души он презирает ее. Он явно догадался, что у нее просто нет зимнего пальто, когда она стала дрожать от холода во время вчерашней прогулки в парке.
Возвращаясь в отель в новой красивой куртке, Роуз чувствовала себя несчастной. Новая прическа и стильный макияж не смогли изменить состояние ее души. Роуз по-прежнему испытывала глубокое чувство вины из-за своего прошлого. Изысканная одежда была притворством – точно таким же, как и ее брак с Сандером.
Притворством для нее, но не для близнецов. Они никогда не узнают, какие муки испытывает их мать. Меньше всего на свете она хотела бы, чтобы они выросли с ощущением того, что она принесла себя в жертву ради них. Мальчики должны верить в то, что мама счастлива.
Роуз хотела сразу пройти в номер, однако оценивающий взгляд дамы, стоявшей в вестибюле, а затем ее легкая улыбка, явно говорящая о том, что Роуз не может сравниться с ней, задела гордость молодой женщины, и она, изменив решение, направилась в кафе при отеле.
Вышколенный официант провел ее к маленькому столику, стоявшему на самом видном месте, посреди зала. Роуз предпочла бы спрятаться где-нибудь в темном уголке. Желание самоутвердиться мгновенно улетучилось, она была смущена и чувствовала себя очень одиноко. Роуз не привыкла бывать в обществе одна. С ней всегда были мальчики или кто-нибудь из сестер.
Когда подошел официант, чтобы принять заказ, Роуз попросила принести чай. Она не ела целый день, но не испытывала голода, поскольку была слишком взволнована.
Кафе постепенно наполнялось. В зале появились несколько красивых женщин и группа бизнесменов в деловых костюмах. Один из вошедших так внимательно взглянул на Роуз и так тепло улыбнулся ей, что лицо ее вспыхнуло.
Она собиралась налить себе чашку чая, когда увидела близнецов, спешивших к ней. За ними следовал Сандер. Его волосы, как и волосы мальчиков, были мокрыми, будто он только что вышел из душа. Сердце Роуз запрыгало в груди. Рука ее задрожала, и ей пришлось поставить чайник на стол. Мальчики, подбежав, наперебой стали рассказывать ей о том, где они были, но Роуз, как ни старалась сосредоточиться на болтовне сыновей, глаз не могла отвести от Сандера. А он смотрел на нее.
Глава 18
Не ее новый облик заставил его резко остановиться. Прическа и макияж были лишь внешним лоском, который подчеркнул то, что Сандер и так уже знал – с того момента, как Роуз открыла перед ним дверь своего дома. Он знал, что она обладает редкой и изысканной красотой.
Совсем другое чувство заставило его остановиться. При виде женщины, сидевшей за столиком, и мальчиков, льнувших к ней, он испытал необыкновенное ощущение мужской гордости. Это были его сыновья и их мать. Но Сандер гордился не только близнецами, он гордился всеми ими вместе. Они были единым целым, принадлежали друг другу – и принадлежали ему. Сандер потряс головой, пытаясь избавиться от незнакомых чувств и злясь на себя. Эти чувства совершенно противоречили его настрою по отношению к Роуз. Что с ним происходит?
Молодая женщина, затаив дыхание, ждала, что скажет Сандер насчет ее внешности. Ведь он остановился как вкопанный, когда увидел ее. Однако Сандер, подойдя к столику, только нахмурился и строго спросил, почему она не заказала какое-нибудь блюдо.
– Потому что мне достаточно чашки чая, – ответила она.
Неужели ему не понравилась ее новая прическа? Может быть, поэтому он выглядит таким мрачным? Но она конечно же не задаст ни одного вопроса. Роуз повернулась к мальчикам:
– Вам было интересно в историческом музее?
– Да, – закивал Гарри. – А потом папа повел нас поплавать.
Поплавать? Роуз обеспокоенно взглянула на Сандера.
– В отеле есть бассейн, – объяснил он. – Так как мальчики будут жить на острове, мне надо убедиться в том, что они хорошо плавают.
– Папа купил нам новые плавки, – сообщил Фредди.
– С ними должны быть два взрослых человека, когда они плавают! – не сдержавшись, возмутилась Роуз. – Ребенок может захлебнуться за считанные секунды и…
– Там был дежурный спасатель, – прервал ее Сандер. – Мальчики прекрасно чувствуют себя в воде. Наверное, умение плавать заложено в них генетически. Мой брат участвует в соревнованиях по плаванию в составе юношеской сборной Греции.
– А у мамы другие волосы, – неожиданно заявил Гарри.
Роуз смутилась. Теперь, наверное, Сандер скажет что-нибудь о ее новом облике, хотя бы намекнет, одобряет он его или нет. Ведь именно он был инициатором ее похода в косметический салон. Но Сандер невозмутимо заметил:
– Надеюсь, ты приобрела все, что тебе понадобится. У нас не будет больше времени для посещения магазинов. На следующий день после брачной церемонии мы вылетаем на остров.
Роуз кивнула. Глупо расстраиваться из-за того, что Сандер ни одного слова не произнес по поводу ее преображенной внешности. Очень глупо, даже опасно. Высказал он одобрение или нет – это вообще не должно ее волновать.
Мальчики, наверное, голодны, а она устала. Она – их мать, и ей гораздо важнее сосредоточиться на этом, а не мучиться вопросом, что думает Сандер по ее поводу.
– Я пойду с мальчиками в номер и накормлю их, – сказала она Сандеру.
– Хорошая мысль. А мне надо согласовать несколько вопросов с представителями компании «Эмбасси», – отрывисто бросил он, коротко кивнув.
– А как насчет ужина? – Во рту у нее мгновенно пересохло, поскольку Сандер промолчал. Роуз почувствовала, что задала очень неприличный вопрос – будто попросила его лечь с ней в постель.
Злясь на себя за то, что она дала Сандеру повод предположить, что она хочет поужинать вместе с ним, Роуз с усилием проглотила комок в горле.
Почему простой вопрос молодой женщины снова пробудил в нем те чувства, которые он только что испытывал? Сандер взбесился. На секунду он представил, как они ужинают вдвоем. Вдвоем?! Конечно, вчетвером, потому что из-за близнецов – и только из-за них – он снова впустил эту женщину в свою жизнь. Он никогда не позволит себе попасться в ловушку женских чувств, будь они материнскими или любовными. Ему хорошо известно, что эти чувства мгновенно возникают из ниоткуда и так же быстро исчезают в никуда.
– Я ужинаю сегодня с одним старым другом, – солгал Сандер. – И не знаю, когда вернусь.
«Со старым другом», – сказал Сандер. Может быть, он собирается поужинать с женщиной? С любовницей, например? Роуз терялась в догадках, пока мальчики допивали чай, а она заставила себя немного поесть. Она очень мало знает о жизни Сандера и совсем не знает его друзей. Постепенно ее стала охватывать паника.
– Мама, давай посмотрим на остров, – предложил Фредди, встав перед ноутбуком и пытаясь открыть его.
– Нет, Фредди, не трогай его, – встревожилась Роуз.
– Все в порядке, мамочка, – заявил Гарри с потрясающей – и такой знакомой – мужской уверенностью. – Папа сказал, что мы можем посмотреть.
Фредди включил компьютер – как многие дети, близнецы умели прекрасно пользоваться новейшей техникой. Прежде чем Роуз успела что-то возразить, на экране возник остров в форме полумесяца, с горным хребтом по центру.
Глава 19
В юные годы после встречи с Сандером Роуз пыталась узнать о нем как можно больше, отказываясь верить, что она для него – всего лишь девушка на одну ночь.
Она выяснила тогда, что остров, чьим ближайшим соседом был Кипр, множество раз переходил из рук в руки, что в жилах Сандера со времен Крестовых походов течет мавританская кровь. Нынешние жители острова, однако, считают себя греками. Ей также стало известно, что семья Сандера правит островом на протяжении многих веков и что его дед во время Второй мировой войны создал компанию, занимающуюся морскими перевозками, обеспечив островитян работой и сделав их богатыми. Но когда Роуз поняла, что она ничего не значит для Сандера, она перестала разыскивать информацию о нем.
– Вам пора идти в душ, – твердо сказала она сыновьям.
Когда они сидели в кафе, им доставили новую одежду и очень красивые новые сумки. Роуз намеревалась, уложив мальчиков в постель, заняться распаковкой и укладкой вещей, чтобы подготовиться к поездке на остров.
Но лишь только мальчики были выкупаны и уложены, она снова подошла к ноутбуку, будто ее кто-то тянул за руку. Мысли ее не покидал соблазнительный образ острова.
Почти не осознавая, что делает, она кликнула мышкой красный маленький кружок, означавший столицу. Появилось несколько свернутых картинок. Роуз открыла первую из них, и на экране появилась ослепительно белая крепость, возведенная на краю скалы, над сине-зеленым морем, с башнями в мавританском стиле, устремлявшимися в небо. Открыв другие картинки, Роуз увидела фасад того же здания, выполненный в традициях классической греческой архитектуры. Стражи были одеты в традиционную голубую униформу с белыми рубашками.
На других фотографиях были песчаные пляжи, раскинувшиеся возле подножия скал, маленькие бухточки для рыбаков и горы со снежными вершинами, поросшие дикими цветами. Контрастом явились снимки оборудованных по последнему слову техники доков и маленьких городков с ярко-белыми домиками и затененными улочками. «Невозможно остаться равнодушной к этим картинам», – призналась себе Роуз. Но в то же время ее не покидала тревога – настолько чужим выглядел этот остров по сравнению с тем, к чему она привыкла. Правильно ли она поступила? Роуз ничего не знала ни о семье Сандера, ни о его жизни, а ведь на острове она будет полностью зависеть от него. Однако, если она не поедет с ним, он попытается отнять у нее сыновей, в этом Роуз не сомневалась. Именно поэтому ей придется смириться.
Роуз почувствовала, как в душе ее поднялась яростная волна материнской любви. Сыновья значили для нее все. Их благополучие – нынешнее и будущее, – их счастье для нее важнее всего и, конечно, важнее унизительного и невольного влечения к Сандеру. Во рту у Роуз пересохло. В семнадцать лет она еще могла оправдать себя тем, что попала под воздействие его сексуальной притягательности, но сейчас ей не семнадцать лет. И не важно, что у нее после него не было мужчины. Хотя он, несомненно, переспал с множеством женщин после того, как столь безжалостно вычеркнул ее из своей жизни.
Роуз взглянула на экран, не в силах подавить желание набрать в поисковой строке имя Сандер. Это не было любопытством, ни в коем случае. У нее есть сыновья, о которых она должна заботиться.
Глаза женщины расширились, когда она наткнулась на информацию о том, что Сандер в настоящее время является правителем острова – а именно королем. Хотя, как было написано в статье, он, в отличие от своих предков, предпочитает более демократичные формы правления.
Родители погибли в авиакатастрофе, когда Сандеру было восемнадцать лет. Самолет пилотировал кузен его матери. Роуз вздрогнула будто от удара электрического тока. Они оба стали сиротами почти в одном и том же возрасте. Родители Сандера, как и ее, погибли в результате несчастного случая. Если бы она знала об этом, когда они встретились в первый раз… Но разве что-либо изменилось бы тогда? Нет, ничего.
Сандеру сейчас тридцать четыре года, ей – двадцать три. Он находится в расцвете сил. По телу Роуз пробежала дрожь – словно любовник лизнул ее чувствительную кожу. В голове мгновенно закружились образы: загорелая рука Сандера обхватывает ее обнаженную грудь, язык облизывает напрягшийся сосок. Легкая дрожь превратилась в мучительное содрогание. Роуз попыталась отогнать от себя соблазнительные картины и закрыла ноутбук. Она снова почувствовала тошноту. Нетвердой походкой молодая женщина направилась в ванную.
Глава 20
– Объявляю вас мужем и женой.
Все было кончено. Обратной дороги нет. Роуз била дрожь, но она решительно не желала показывать Сандеру, насколько расстроена.
Расстроена?! Тело ее трепетало под кремовым платьем от Веры Вэнг, которое Роуз отвергла, однако консультант включила его в список покупок, и женщина поняла, что ей придется надеть его. Все-таки это ее свадьба. Дрожь, которую она едва могла сдержать, не прекращалась. Что с ней происходит? Чего она ждала? Поздравлений и цветов? Заверений в вечной любви? Ведь она вышла замуж за Сандера – того самого Сандера, который даже не взглянул на нее во время брачной церемонии, состоявшейся в каком-то отдаленном, никому не известном бюро регистрации. Он наглядно продемонстрировал Роуз, насколько «страстно» хочет видеть ее своей женой. Впрочем, не больше, чем она его – своим мужем.
Сандер взглянул на левую руку Роуз. Кольцо, которое он только что надел на палец жены, казалось немного великоватым, хотя по размеру оно точно подходило ей. Роуз была очень хрупкой, а теперь, похоже, еще больше похудела. Но почему это должно его волновать?
Нет, это его нисколько не беспокоит. Женщины склонны притворяться, чтобы обмануть других. Роуз – прекрасная мать, любящая и заботливая, и без нее мальчикам будет плохо. В этом возрасте Сандеру была очень нужна мать. Горькие чувства охватили его, вызвав тоскливые воспоминания.
После смерти родителей он часто задумывался о том, почему отец охотно удовлетворял финансовые запросы жены. Потому что любил ее? Да, любил, хотя и не признавался в этом, а она использовала любовь мужа против него. Сандер поклялся, что его никогда не постигнет подобная участь.
И все же он теперь женат на женщине, которая отдалась ему так искренне и страстно, что до сих пор, по прошествии многих лет, он не может забыть об этом. И он будет дураком, если позволит себе снова сблизиться с ней. Он не допустит, чтобы это произошло.
В отель они возвращались на такси – и всю дорогу молчали. Роуз знала, что у Сандера на сегодня еще назначены деловые встречи, поэтому с облегчением думала о том, что сможет побыть одна и обдумать свое новое положение. Она в очередной раз напомнила себе о том, что, собственно, сама вынудила Сандера жениться на ней.
Сандер проводил ее до номера и оставил, не сказав ни слова.
Мальчики были перевозбуждены, они явно устали. Пребывание в Лондоне стало для них волнующим событием. Короткий сон им совсем не помешает, а ей поможет избавиться от спазмов в желудке и головной боли.
Сняв свадебное платье и надев удобный домашний халат, Роуз уложила близнецов. Убедившись, что они уснули, она прошла в ванную комнату и, порывшись в сумочке в поисках лекарства от головной боли, случайно нащупала противозачаточные таблетки. Хотя Сандер и заставил ее принимать их, она не позволит ему затащить ее в постель. Эти мысли вызвали новый приступ головной боли, но, к счастью, сейчас Роуз не тошнило.
Она была так измождена, что после ванны у нее не хватило сил вытереться, не говоря уже о том, чтобы надеть ночную рубашку. Совершенно голая, мокрая, она забралась под одеяло и мгновенно уснула.
Роуз проснулась, охваченная каким-то ноющим тревожным чувством. Ей потребовалось всего несколько секунд, чтобы осознать: ее встревожила тишина. Близнецов не было слышно. Как долго она спала? Сердце ее сильно забилось, когда, взглянув на часы, женщина поняла, что прошло три часа после того, как она уложила мальчиков спать. Что случилось?
Дрожащими руками откинув одеяло, Роуз схватила полотенце, которое бросила возле кровати, завернулась в него и босая побежала в комнату близнецов.
Она была пуста. Сердце Роуз замерло.
На подгибающихся ногах она металась по номеру, открывая двери и зовя мальчиков, даже проверила, заперта ли входная дверь. И все это время воображение ее рисовало ужасные картины.
В ужасающей тишине, царящей в гостиничном номере, – только родители знают, какой зловещей может быть тишина, если не слышны детские голоса, – Роуз без сил опустилась на диван.
Наверное, Сандер их увез. Другого объяснения нет. Он вернулся, когда она спала, и воспользовался этим. Ведь он не хотел на ней жениться – точно так же, как она не хотела выходить замуж за него. Все, что его интересовало, – это мальчики. Его сыновья. И теперь он украл их у нее.
Может быть, они уже летят в самолете на остров? Его остров, на котором Сандер устанавливает свои законы и откуда Роуз никогда не сможет забрать сыновей. Между прочим, их паспорта находятся у него. «Юридическая формальность», – сказал он, и она по глупости согласилась с ним.
Шок, горе, страх и ярость охватили молодую женщину, но сильнее всех чувств была тревога за сыновей и злость на Сандера, который мог причинить им вред.
Вдруг Роуз услышала какой-то звук. Это открылась входная дверь. И тут же раздались знакомые голоса.
Близнецы!
Роуз мгновенно вскочила, боясь, что звонкие детские голоса ей почудились. Но вот сыновья уже здесь, в гостиной. Они бегут к ней и радостно сообщают:
– Папа повел нас в кафе попить чаю, потому что ты спала.
От них пахло свежим холодным воздухом, который они принесли с собой.
Опустившись на колени, Роуз прижала к себе крепкие детские тельца, не в силах вымолвить ни слова. Близнецы были ее жизнью, ее сердцем, всем.
Сандер стоял, глядя на нее, и она вспомнила, что единственной одеждой, прикрывавшей ее тело, является полотенце.
Глава 21
Вернувшись в спальню, Роуз сбросила полотенце, схватила чистые трусики и старый велюровый халат. Она была слишком взволнована и хотела как можно быстрее вернуться к сыновьям, поэтому совсем не думала о том, как она выглядит и что подумает о ней Сандер. Он не увез мальчиков на остров, но ощущение потери, которое Роуз испытала, не могло пройти бесследно. Теперь, как никогда, она еще больше была уверена в том, что сделает все возможное, пойдет на любые жертвы – лишь бы не разлучаться с сыновьями.
Руки ее дрожали, когда она завязывала пояс на халате. Из гостиной донесся звук включенного телевизора, и когда она вернулась назад, мальчики сидели рядышком и смотрели мультфильм, а Сандер расположился за маленьким столом перед включенным ноутбуком.
Сандер и Роуз молчали, и напряжение, возникшее в воздухе, без всяких слов свидетельствовало о том, какую враждебность испытывают они друг к другу.
Головная боль прошла, сменившись ноющим чувством вины. Через час Роуз читала книгу накормленным, выкупанным и уложенным в постель мальчикам. Она смотрела, как дети сладко засыпают после вечерней сказки. Сегодня произошло то, чего с ней никогда не случалось. Она так крепко заснула, что не слышала, когда Сандер пришел и забрал ее сыновей. Как такое могло произойти? Почему она утратила бдительность?
Больше она их не покинет и останется с ними на всю ночь.
Дверь спальни открылась. Мгновенно напрягшись, Роуз прошептала:
– Что ты хочешь?
– Я пришел пожелать спокойной ночи своим сыновьям.
– Они спят. – Она встала и направилась к двери, собираясь закрыть ее, но Сандер придержал дверь, оттеснив жену, и за дверью, таким образом, оказалась она. Он подошел к спящим мальчикам и поцеловал их.
Роуз направилась в свою комнату. Но прежде чем скрыться в ней, она не выдержала и, повернувшись к Сандеру, заявила:
– Ты не имел права забирать мальчиков, не спросив меня.
– Они – мои сыновья, так что право я имею. А что касается того, чтобы сообщить об этом тебе…
Сообщить, а не спросить, отметила Роуз. Испытанный ею шок сменился гневом.
– Ты спала, – продолжал он.
– Ты мог разбудить меня. Ты должен был разбудить меня! Как мать я имею право знать, где находятся дети.
– Ты имеешь право, я имею право… А как насчет их прав? Разве они не имеют право на мать, которая думает прежде всего о них, а не о себе? Неудивительно, что женщина, по ночам развлекающаяся с мужчинами, спит днем. Зная тебя, я уверен, что ты этим самым и занималась.
Роуз стало дурно от его слов. С гневом она воскликнула:
– Зная меня?! Ты вообще меня не знаешь. И твои отвратительные предположения ко мне совершенно не относятся. Я никогда не уходила ночью, чтобы развлечься с мужчинами, и не оставляла сыновей. Я уснула потому, что плохо себя чувствовала, хотя, конечно, ты мне не поверишь. Ты предпочитаешь оскорблять меня, а не выяснять правду.
– Я на собственном опыте знаю, какая ты.
Щеки Роуз вспыхнули.
– Ты судишь обо мне по одной короткой встрече, когда я была…
– Слишком пьяна и не ведала, что творила?
Его циничное замечание больно задело Роуз. Много лет она корила и винила себя за то, что тогда произошло. А Сандер только усилил болезненное ощущение вины. Роуз яростно замотала головой.
– Я была слишком глупа и наивна. Я придумала волшебную сказку, которая превратилась в фильм ужасов, – с горечью произнесла она. Охваченная гневом, не в силах сдержаться, молодая женщина добавила: – Ты напрасно изливаешь на меня свое презрение, потому что я сама презираю себя – за то, что поверила, будто ты какой-то особенный.
Роуз почувствовала, что у нее закружилась голова. На нее нахлынули воспоминания той давней ночи. Они были такими живыми, что Роуз перестала владеть собой. Она жаждала найти в объятиях Сандера тепло и защиту, которых лишилась, хотела привязать его к себе, но попыталась добиться этого самым примитивным образом – отдалась ему.
– Не разыгрывай драму, – насмешливо бросил Сандер. – Это совершенно ни к чему, поскольку я не сомневаюсь – это обман.
– Ты сам обманываешь себя! – горячо воскликнула Роуз.
– Ты осмеливаешься обвинять меня в самообмане? – с угрозой поинтересовался Сандер, наступая на нее. Роуз попятилась назад – и так быстро, что наступила на кончик пояса от халата. Ткань мгновенно поддалась, потянувшись вслед за пояском, и обнажила бледную округлость груди и темный сосок.
Сандер первым увидел это – прежде чем Роуз поняла, что произошло. Голос его стал приглушенным, когда с циничной ноткой он произнес:
– Значит, вот что тебе нужно. Ты нисколько не изменилась.
– Нет! – отчаянно воскликнула Роуз, но крик ее был заглушен жестоким и яростным поцелуем, а также хлопком закрывшейся двери. Шансов на бегство не осталось.
Умелые руки быстро сорвали с нее халат, а губы по-прежнему неистово осыпали ее рот поцелуями. В зеркале Сандер видел обнаженную стройную спину женщины. Ее нежная кожа в неярком освещении напоминала ему внутренность раковин, которые он находил на пляже возле своего дома. Против воли в голове Сандера всплыли воспоминания о той ночи: Роуз трепетала в его объятиях, потом содрогалась, умоляя о ласках и мгновенно возбуждаясь от каждого легкого прикосновения. Распутница, даже не пытавшаяся скрыть свою похоть, откровенно наслаждавшаяся его ласками, умолявшая удовлетворить ее…
Сандер проник языком в ее рот так яростно, будто пытался таким образом избавиться от воспоминаний. Ее чувственные нежные губы плотно обхватили его, приглашая исследовать затаенные уголки. Простые белые трусики, которые были на Роуз, раздражали его. Сандер хотел раздеть ее догола, а заодно сорвать с нее ложь и обман, которыми она прикрывалась. Он заставит ее сознаться, кто она такая на самом деле, покажет ей ее истинную сущность.
Он быстро оставил Роуз без всяких защитных покровов. Ее фигура была идеальной – насколько может быть идеальной женская фигура. «Если добавить несколько фунтов, она станет совершенной», – подумал Сандер. С тонкой талией и пышными бедрами, с длинными стройными ногами, будто созданными для того, чтобы чувственно и жадно обвить торс мужчины в жажде получить удовольствие. Груди Роуз были полными и упругими, и Сандер помнил, как отзывчивы ее соски. Когда он обхватил их губами и пощекотал языком, она закричала в экстазе.
Глава 22
И зачем он терзает себя воспоминаниями, когда она здесь, принадлежит ему, и тело ее трепещет в его объятиях, предчувствуя наслаждение?
Роуз была обнажена и находилась в его полной власти. Она могла бы возмутиться, оттолкнуть мужчину, однако тело ее хотело иного. Оно жаждало Сандера.
Некая темная сила овладела ею, подавив разум и гордость и пробудив страстное желание, с которым Роуз не могла совладать.
Оказавшись в объятиях Сандера, она словно стала совсем другой женщиной – неистово страстной, безудержно чувственной, желающей лишь одного: отдаться ему и взамен получить его.
Такова, наверное, ее судьба: подчиняться Сандеру. Овладев ее ртом в неистовом поцелуе, он затем с такой же чувственной неистовостью стал покрывать поцелуями шею молодой женщины, задержавшись в том месте, где пульсировала жилка, безрассудно выдавая ее возбуждение.
Ему было мало смотреть на обнаженное тело Роуз, прикасаться к нему. Сандер хотел почувствовать ее целиком. Она пробудила в нем такое мучительное, настойчивое желание, что он уже не мог остановиться. Он должен завоевать ее, подчинить себе, доставив ей наслаждение. Мужчина хотел, чтобы сначала получила удовлетворение женщина. Он мечтал услышать ее стоны, говорящие о том, что она жаждет его, и лишь потом отдаться собственной страсти.
Сандер попался в шелковые сети древнего, как мир, чувства. Это было какое-то сумасшествие – лихорадочное, одержимое, – от которого он был не в силах избавиться.
Подхватив Роуз на руки, Сандер отнес ее на кровать. Он видел, как расширились и потемнели от восторга глаза женщины при виде его возбужденного нагого тела, выдавая ее с головой.
Теперь Роуз превратилась в женщину, ведомую темной силой страсти. Дыхание ее учащалось с каждой минутой, а в низу живота усиливалось томление.
Взглянув на Сандера, Роуз увидела в его глазах такое же желание. Он опрокинул ее на спину, обхватив руками груди. Он чувствовал, что она хочет его, и принялся удовлетворять ее эротический голод – горячими губами и языком. Сандер ласкал ее груди до тех пор, пока она не выгнулась в изнеможении, застонав от невыносимого наслаждения.
Ощущение его руки, проникшей между ее ног, мало назвать приятным. Оно было просто необходимым.
Лоно Роуз стало влажным, готовым принять его, как и прежде. Но на секунду недоверие к женщинам снова всплыло из подсознания. Ему больше не нужны нежеланные дети.
– Таблетки… – начал Сандер.
Роуз кивнула.
Загорелое тело его блестело от пота… Все чувства Роуз, обострившись до предела, сконцентрировались на Сандере. Это напугало ее шесть лет назад и пугало теперь.
– Да, я их приняла, – пробормотала она.
– Клянешься?
– Клянусь…
Сандер уловил страсть в ее дрогнувшем голосе. Роуз сгорала от нетерпения – так же, как и он. Ему приходилось сдерживать себя с самой первой минуты, как только он увидел ее. Мучительное влечение к ней насмехалось над ним, когда он пытался отрицать его, а теперь оно захлестнуло Сандера с головой, и огонь, вспыхнувший внутри, грозил поглотить мужчину. Сейчас для него, кроме этого желания, не существовало ничего. Он оказался во власти столь мощной силы, что ему пришлось подчиниться.
Они двигались в такт, и слова им были не нужны. Ярость и вожделение, охватившие их, боролись между собой, а ритм страсти нарастал. Тело Роуз с радостью приняло его, когда он вошел в нее, словно меч в ножны. Оно требовало, чтобы Сандер двигался резче и быстрее – туда, откуда они смогут вместе взлететь на небеса, а затем спуститься на землю.
И вот он наконец произошел – потрясающий взрыв чувственного напряжения, охвативший Роуз и Сандера, излившего в нее семена новой жизни. Только на этот раз не будет никакой новой жизни, потому что она принимает таблетки.