![](/files/books/160/oblozhka-knigi-eho-proshlogo-si-379784.jpg)
Текст книги "Эхо прошлого (СИ)"
Автор книги: Евангелина Ахметова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 7 страниц)
Глава 1
Раздался звонок в дверь, и Роуз тихо выругалась. Она занималась уборкой и в данный момент мыла пол, стоя на четвереньках. Кем бы ни был незваный гость, он подождет немного и уйдет. Однако звонок раздался вновь, и на этот раз – более длительный. Кто-то настойчиво нажимал кнопку.
Снова выругавшись про себя, Роуз задом выползла из туалетной комнаты, расположенной под лестницей, разгоряченная и взмокшая от пота. Ей совсем не хотелось продолжать уборку, когда сыновья придут из школы. Поднявшись и откинув с лица светлые пряди, Роуз направилась к входной двери дома, в котором жила вместе с двумя старшими сестрами и своими близнецами. Она рывком распахнула дверь.
– Послушайте, я… – Роуз замолкла на полуслове. Голос ее сорвался, когда она узнала мужчину, стоявшего перед ней.
Шок, страх, гнев, паника… и еще какое-то острое чувство, которое она не смогла распознать, вихрем взбурлили и взорвались, словно петарда. Колени молодой женщины подогнулись – и Роуз чуть не упала в обморок от стремительного наплыва эмоций.
Конечно, он был одет безупречно: темно-синий деловой костюм и хрустящая голубая рубашка. На ней же были старые джинсы и мешковатая футболка. Но разве это имеет значение?
Роуз пришлось подавить дрожь, грозившую выдать ее. Это лицо, являвшееся ей в дневных грезах и во сне, совсем не изменилось с годами. Он выглядел даже более красивым и мужественным. Темно-золотистые глаза смотрели так же пристально и завораживающе, как тогда. Может, это оттого, что бесшабашная девчонка давно превратилась в женщину, а потому мгновенно поняла, какой потрясающе сексуальный мужчина стоит перед ней?
Она не могла поверить своим глазам – и застыла в молчании. Страх и ужас наполнили ее сознание, а сердце… Нет! Какое бы влияние ни оказал он тогда на ее сердце, Сандер Ормонт не овладеет им во второй раз.
Но все же короткое предательское слово «Ты…» соскользнуло с ее губ, полных и ярко-красных от природы, за что родители и назвали дочку Роуз – Роузном. Золотистые глаза Сандера презрительно и надменно блеснули. Эти глаза невероятно подходили правителю средиземноморского острова, который был его домом.
Инстинктивно Роуз отступила, попытавшись закрыть дверь, чтобы отгородиться не только от Сандера, но от всего, что окружало его. Однако он опередил женщину. Придержав дверь, Сандер решительно распахнул ее, заставив Роуз попятиться в холл, а затем захлопнул, заключив их обоих в маленьком пространстве, пропахшем моющим средством. Запах был сильный, но он не мог защитить Роуз от запаха мужчины. Мурашки пробежали по ее коже, заставив зашевелиться волоски на теле. Это смешно! Сандер ничего для нее не значит – точно так же, как в ту ночь она ничего не значила для него… Не надо думать об этом. Она должна сконцентрироваться на том, что происходит сейчас, отбросить глупые воспоминания и выполнить обещание, которое дала близнецам, когда они только что родились, – оставить прошлое позади.
Но Роуз и представить себе не могла, что прошлое само найдет ее…
– Что ты здесь делаешь? – требовательно спросила она, решив перехватить у него инициативу. – Что тебе надо?
Его губы, возможно, и были совершенными, сулившими чувственное блаженство, но во взгляде не было ничего чувственного: Сандер смотрел на Роуз пристально и жестко. Слова его были такими же резкими и холодными, как зимнее манчестерское утро, когда он выставил ее из отеля.
– Я думаю, ты знаешь ответ, – сказал он, и английский язык его был таким же безупречным, как и раньше. – Я приехал за своими сыновьями.
– Твоими сыновьями? – Роуз гордилась своими близнецами, заботливо опекала их, и эти слова разъярили молодую женщину. По лицу ее, обычно спокойному, пошли красные пятна, а в аквамариновых глазах вспыхнул яростный огонь.
Прошло шесть лет с тех пор, как этот мужчина взял ее, попользовался, а затем отбросил в сторону – небрежно, словно она… ничто. Дешевая, по случаю Купленная тряпка, которую, разглядев при свете дня, он вышвырнул из-за непригодности. О, конечно, Роуз понимала, что за ту роковую ночь ей следует винить только себя. Ведь именно она флиртовала с Сандером, хотя и под влиянием алкоголя. Несмотря на оправдания, которые Роуз находила для себя, ей до сих пор было стыдно за свое поведение… Но не за своих прекрасных, обожаемых, любимых сыновей. За них ей никогда не будет стыдно. В тот момент, когда они появились на свет, Роуз твердо решила стать матерью, которой они будут гордиться, с которой будут чувствовать себя защищенными. И сколько бы она ни жалела о том, при каких обстоятельствах они были зачаты, никогда не захочет вернуть время назад, чтобы все исправить. Сыновья были для нее всем. Ее сыновья…
– Мои сыновья… – начала она, но Сандер тут же прервал ее:
– Ты хочешь сказать – мои сыновья, поскольку в Греции именно отец имеет все права на своих детей, а не мать.
– Мои сыновья не от тебя, – твердо произнесла Роуз.
– Лгунья, – бросил Сандер, достав из кармана фотографию и протянув ей.
Кровь отхлынула от лица женщины. Снимок был сделан в манчестерском аэропорту, куда они приехали, чтобы проводить одну из сестер в Италию, и сходство мальчиков с Сандером было потрясающим и несомненным. Близнецы временами, совершенно непроизвольно, даже держали себя так, как он – надменно и мужественно, – будто на генетическом уровне понимали, кто их отец.
Наблюдая за тем, как Роуз то краснеет, то бледнеет, Сандер почувствовал, что победил. Конечно, это его дети. Он понял это в первую же секунду, когда взглянул на фото, сделанное сестрой.
Чтобы найти сыновей, Сандер обратился в частное сыскное агентство, и когда ему сообщили, что Роуз – прекрасная мать, посвятившая себя заботе о детях, он нахмурился. Это означало, что добровольно она мальчиков не отдаст. Однако потом Сандер решил, что ее любовь и преданность сыновьям помогут ему достичь цели.
– Мои сыновья должны жить вместе со мной – на острове, который является их домом, а потом достанется им по наследству. По нашим законам они принадлежат мне.
– Принадлежат? Они – дети, а не вещи, и ни один суд не позволит тебе отобрать их у меня.
Роуз была близка к панике, но изо всех сил держала себя в руках.
– Ты думаешь, нет? Ты живешь в доме, который принадлежит твоей сестре, а она до сих пор не выплатила ипотечный кредит. У тебя нет собственных денег, нет работы. Ты нигде не учишься. У тебя нет ничего! Я же могу дать своим сыновьям все – дом, хорошее образование, будущее.
Роуз была потрясена – Сандер собрал досье на нее. Тем не менее она решила стоять на своем:
– Возможно. Но дашь ли ты им любовь, а также уверенность в том, что они действительно любимы и нужны тебе? Конечно нет. Ты не любишь их, поскольку совсем не знаешь.
Роуз сердцем почувствовала, что Сандер сейчас поднимет вопрос, который она не сможет проигнорировать.
– Я понимаю, что однажды они захотят узнать, кто их отец и откуда он родом, – продолжила молодая женщина.
Ей было трудно признать это. Кстати, мальчики однажды поинтересовались, где папа. Она сказала тогда, что их отец живет в другой стране. Эти слова еще раз напомнили о том, какие лишения терпят ее дети из-за того, что она совершенно бездумно зачала их.
Роуз отвела глаза от Сандера, инстинктивно пряча свои внутренние страхи. Когда-нибудь ей придется рассказать мальчикам, как они появились на свет, и эта проблема тяжелым грузом давила на сердце. Пока они просто говорили всем, что папа с ними не живет. Роуз отчаянно надеялась, что ей удастся скрывать правду до тех пор, пока они не станут достаточно взрослыми, чтобы понять и не осудить ее.
Сандер пробудил тревогу, которую Роуз постоянно пыталась заглушить. Больше всего на свете она хотела быть хорошей матерью, подарить своим мальчикам счастливое детство, дать им ощущение защищенности и безопасности. Она растила их в любви и старательно ограждала от проблем и отношений взрослых людей. Именно по этой причине Роуз решила больше никогда ни с кем не встречаться. Бесконечная вереница «дядей» и «отчимов» – это не для ее сыновей.
Злость и паника охватили молодую женщину.
– Зачем тебе это нужно? – возмущенно воскликнула она. – Мальчики для тебя ничего не значат. Им уже пять лет, а ты даже не знал об их существовании.
– Это правда. Но насчет того, что они для меня ничего не значат, ты ошибаешься. Они – моей крови, и этого достаточно. Я должен взять на себя ответственность и воспитывать их в своей семье.
Сандер не собирался рассказывать ей о тех древних, первобытных чувствах, которые охватили его в тот момент, когда он увидел фото близнецов. Мужчина до сих пор не понимал самого себя. Ясно было только одно: эти чувства привели его сюда, и он останется здесь до тех пор, пока Роуз не отдаст ему сыновей.
– Ведь тебе нелегко растить детей в финансовом отношении.
Неужели Сандер сочувствует ей? Роуз очень хотелось рассказать ему о том, какие эмоции охватили ее в тот момент, когда она обнаружила, что беременна. Ей было всего лишь семнадцать лет, а мужчина, который с ней переспал, покинул ее. Это очень тяжело.
Однако она сдержалась, поскольку не доверяла ему.
Сандер широким жестом обвел холл:
– Даже если твоя сестра полностью выплатит кредит за дом, подумай о том, что произойдет, если твои сестры захотят выйти замуж и обзавестись своим жильем. В настоящий момент ты полностью зависишь от них. Как заботливая мать, ты, естественно, хочешь, чтобы твои сыновья получили хорошее образование и смогли обеспечить себе комфортную жизнь. Я дам им и то и другое, а тебе дам денег, чтобы ты могла жить безбедно. Наверное, тебе тягостна необходимость тратить на маленьких детей все свое время.
«Значит, все правильно, он не заслуживает доверия», – подумала Роуз, когда до нее дошел смысл предложения Сандера. Неужели он действительно думает, что она продаст ему своих сыновей? Неужели Сандер не понимает, насколько непристойно такое предложение?
Роуз очень тщательно продумывала каждое свое слово. Любое искреннее признание может быть использовано против нее. Точно так же, как информация о финансовых трудностях. Поэтому вместо того, чтобы бросить ему в лицо обвинение, она спокойно сказала:
– Близнецам всего лишь пять лет. Сейчас они посещают подготовительную школу, а я планирую продолжить свое образование. Что касается радости и счастья – мальчики доставляют мне такую радость, о которой можно только мечтать.
– Ты простишь меня, если я скажу, что с трудом тебе верю, вспоминая обстоятельства, при которых мы встретились? – учтиво, но жестко произнес Сандер.
– Это было шесть лет назад, и тогда… – Роуз запнулась. Не стоит оправдываться перед ним. Ее самые близкие люди – сестры – знали и понимали, что побудило Роуз совершить безрассудный поступок, в результате которого появились на свет близнецы. Любовь и поддержка сестер спасали ее все эти годы. Сандеру она ничего не должна и не собирается рассказывать ему о своих подростковых комплексах и слабостях. – Тогда было тогда. – И она твердо добавила: – А теперь – это теперь.
Понимающий взгляд Сандера чуть было не заставил ее сказать: «Ты не прав. Я не такая, какой ты меня считаешь. В ту ночь была не настоящая я». Но здравый смысл и гордость запретили ей произносить эти слова.
– Я буду очень щедр, если ты отдашь мне сыновей, – продолжал Сандер. – Невероятно щедр. Ты еще так молода.
Он был очень удивлен, обнаружив, что в ту ночь, когда они встретились, Роуз было всего семнадцать лет. В вызывающей одежде, с ярким макияжем она выглядела гораздо старше. Сандер нахмурился. Он ощутил отвращение к самому себе, когда понял, что затащил в постель столь юную девушку. Если бы он знал, то… Что? Строго отругал бы ее и, посадив в такси, отослал домой? Разве он контролировал себя в ту ночь? Горькая правда заключалась в том, что Сандер тогда был сам не свой. Его мучили гнев, горечь и отчаяние – такого подавленного состояния он не испытывал никогда, ни до, ни после этой ночи. Именно вспышка эмоций побудила его совершить поступок, который, если быть честным, до сих пор задевал его гордость и самолюбие. Другие мужчины, возможно, и бравируют своими похождениями, но Сандер всегда считал себя выше этого. И вот теперь он имеет дело с последствиями своего поступка.
Роуз покачала головой:
– Ты хочешь купить у меня моих сыновей?
Сандер понял, что она настроена враждебно.
– Вот чего ты добиваешься! – гневно воскликнула она. – Если у меня и мелькали мысли допустить тебя в их жизнь, то после твоих слов они улетучились. Ни за какие деньги я не стану рисковать эмоциональным здоровьем близнецов, позволив им общаться с тобой.
Слова Роуз подействовали на Сандера сильнее, чем он готов был признать. Властный и гордый, он привык к тому, что люди не только повинуются ему, но и восхищаются. Поэтому его больно задело заявление Роуз. Сандера никто никогда не критиковал, и никто никогда ему не отказывал – тем более женщина, которая в ту далекую ночь была похожа на маленькую проститутку. Ярко накрашенная и вызывающе одетая, она откровенно и бесстыдно приставала к нему. Сейчас от этой девочки ничего не осталось: женщина, стоявшая перед ним, была одета в потертые джинсы и свободную футболку, на лице ее не было никакого макияжа, волосы свободно падали на плечи. Девочка, которую он помнил, пахла дешевыми духами; женщина, защищающая сыновей, пахла моющим средством. Ему придется поменять свой подход, чтобы оспорить ее возражения.
Быстро изменив тактику, Сандер с вызовом бросил:
– Тебя, возможно, и не интересует то, что я могу предложить тебе. Но, надеюсь, заинтересует то, что я предлагаю моим сыновьям. В тебе сейчас говорят эмоции. Но думала ли ты о том, что они почувствуют, когда вырастут и узнают, что ты запретила им общаться с отцом?
– Это нечестно, – со злостью возразила Роуз, ощущая, что Сандер нашел ее самое слабое место.
– Нечестно лишать моих сыновей возможности узнать своего отца, а также культуру страны, которая является их родиной.
– На правах бастардов? – Это было ужасное слово, но Роуз пришлось его произнести. – Они займут второе место после твоих законнорожденных детей, и, конечно, их возненавидит твоя жена.
– У меня нет детей и нет жены.
Почему сердце ее забилось так сильно? Ведь ей все равно, женат Сандер или нет, не так ли?
– Предупреждаю, Роуз, я собираюсь забрать у тебя своих сыновей. Любыми способами – чего бы мне это ни стоило.
Губы Роуз пересохли. Мгновенно она вспомнила истории о том, как крадут детей и вывозят из страны. Сандер – очень богатый и могущественный человек. Очень долго она, глупышка, мечтала о том, что он вернется к ней, и жадно читала все статьи, посвященные Александру Ормонту. Но жизнь показала, что мечты Роуз были пустой фантазией, рожденной потребностью найти человека, который заменил бы ее умерших родителей, стал бы заботиться о ней и оберегать.
Конечно, Сандер материально обеспечит детей гораздо лучше, чем она. И действительно настанет день, как он предрекает, когда мальчики обвинят ее в том, что она лишила их жизни в достатке и, что более важно, воспрепятствовала знакомству с отцом. Мальчикам необходима сильная мужская рука, которая направляла бы и поддерживала их. Роуз втайне горевала о том, что ее сыновья растут в женском обществе. Иногда она даже молилась о том, чтобы эта проблема как-то разрешилась.
Конечно, Роуз понимала, что детям лучше всего жить с двумя родителями, с матерью и отцом, в крепкой семье, где все заботятся друг о друге.
Но она также знала, какой вред наносится детям, когда стабильность эта рушится.
Ее охватило ощущение, что она стоит на краю пропасти. Решение, которое она примет сейчас, кардинально повлияет на будущее ее сыновей. Хорошо бы сестры были сейчас здесь, но их нет дома. К тому же у них своя жизнь, и, в конце концов, за мальчиков отвечает она. Счастье близнецов находится в ее руках. Сандер хочет забрать их. Он настроен решительно. Он богатый и могущественный человек и без труда убедит всех, что мальчики должны жить с ним. Но она – их мать. И не отдаст ему детей – скорее ради них самих, а не ради себя. Сандер не любит их, он просто хочет, чтобы они жили с ним. Роуз сомневалась, что он вообще способен испытывать такое чувство, как любовь. Да, он материально обеспечит их, но детям требуется гораздо больше, чем материальные блага. Ее сыновьям нужна мать.
Если она не сможет противостоять Сандеру, тогда необходимо заверить сыновей, что мама их не бросит. Сандер, конечно, не захочет этого. Он презирает и не любит ее.
Сердце быстро – и слишком громко – забилось в груди, будто протестуя против решения, которое созрело в ее мозгу. Сандера ничто не остановит. Но и она всем готова пожертвовать ради своих детей. Вызов, который Роуз собиралась бросить ему, был очень рискованным, но ради своих мальчиков она пойдет на риск. И обязательно выиграет – потому что Сандер никогда не примет условия, которые она собирается выдвинуть. Роуз была уверена в этом. Она судорожно выдохнула воздух:
– Ты говоришь, что мальчики должны жить с тобой?
– Да.
– Им всего лишь пять лет, и я – их мать. – Роуз надеялась, что голос ее не дрожит от волнения. – Если ты действительно заботишься об их благоденствии, тогда ты должен понимать, что они еще слишком маленькие и не смогут жить без матери.
Она права, вынужден был признать Сандер, хотя и весьма неохотно.
– Тебе надо разобраться, зачем ты хочешь их забрать, Сандер. – Роуз продолжала гнуть свою линию. – Надеюсь, твое желание – не мимолетная прихоть богатого человека. И поэтому я отдам тебе детей при одном условии: я поеду вместе с ними – как их мать и твоя жена.
Глава 2
Наконец она произнесла это. Бросила перчатку, так сказать.
В комнате стало так тихо, что Роуз слышала, как бьется ее сердце. Затаив дыхание, она ждала. Сандер сейчас откажет ей, иначе и быть не может. И, отказав, он отступит назад и согласится с тем, что мальчики должны остаться с ней.
Стараясь сдерживать охватившую ее дрожь, Роуз с трудом верила в то, что отважилась на такое условие. По лицу Сандера она поняла, что ее вызов шокировал его. Однако он мгновенно взял себя в руки.
Женитьба… Сандер молниеносно оценивал ситуацию. Он хочет воспитывать своих сыновей. У него нет сомнений насчет того, что они – его дети. Женитьба на их матери даст ему определенные права на них, но Роуз в то же время получит право на его богатство. Именно этого она, конечно, и добивается. После женитьбы очень быстро последует развод, а также щедрое финансовое вознаграждение бывшей супруге. Сандер легко разгадал ее замысел. Правда, она застала его врасплох, однако он должен был предвидеть такой поворот событий.
– Восхищаюсь твоей цепкой деловой хваткой, – сухо ответил он совершенно спокойным тоном, умело скрывая ярость, охватившую его. – Ты отвергла мое предложение о выплате огромной суммы, прикинувшись преданной матерью, а на самом деле замыслила запустить руку в мое состояние.
– Это неправда, – горячо возразила Роуз, изумленная тем, как он истолковал ее требование. – Твои деньги ничего не значат для меня, Сандер, совершенно ничего. Тот факт, что ты все измеряешь деньгами, еще больше убеждает меня в том, что тебе нельзя доверять детей.
– Это ты так считаешь, но что подумают они? – надавил на нее Сандер. – Хорошая мать никогда не будет вести себя эгоистично. Она поставит на первое место интересы своих детей.
Как быстро Сандер перевел стрелки на нее! Вызов, брошенный ему, который, по ее убеждению, должен был заставить его отступить, оказался обоюдоострым мечом, и Сандер очень умело нанес ответный удар, выбив у нее почву из-под ног.
– Им нужна мать… – начала Роуз.
– Они – мои сыновья, – со злостью прервал ее Сандер. – И я намерен забрать их. И если для этого придется жениться на тебе, я сделаю это. Но не ошибись, Роуз.
Его ответ потряс молодую женщину. Она не сомневалась, что Сандер откажется, отступится от своих слов и исчезнет навсегда, оставив их всех в покое, – пойдет на что угодно, но только не женится на ней.
Роуз не собиралась выходить за него замуж. Но замужество станет гарантией того, что ее не отлучат от воспитания близнецов.
Брак с Сандером не только даст мальчикам отца, но также защитит ее права как матери. Пока они будут женаты, у близняшек будут и мать, и отец.
Оба родителя. Роуз с горечью сглотнула комок в горле. Разве она не проводила ночи без сна, охваченная беспокойством за будущее мальчиков, поскольку у них нет отца?
Правда, не реального, биологического отца, а мужчины, который мог бы заменить его. Ей и в голову не приходило, что Сандер появится на пороге ее дома – после шести мучительных, наполненных терзаниями лет, когда она была вынуждена признать, что ничего для него не значит.
Глава 3
Нельзя сдаваться, решила Роуз. Она будет биться за своих сыновей до конца, изо всех сил.
Вскинув голову, молодая женщина с яростью бросила:
– Ну хорошо. Выбор за тобой, Сандер. Если ты искренне хочешь, чтобы мальчики стали твоими сыновьями, тогда ты должен понять, что разлука с матерью нанесет им серьезный эмоциональный вред. Согласись – как бы неприятно это ни было, – что детям нужны оба родителя, которые всегда будут с ними. И ты должен принести себя в жертву – так же, как и я, – чтобы обеспечить им ощущение спокойствия и защищенности, которые возникают при наличии обоих родителей, преданных своим детям и друг другу.
– Жертву?! – возмутился Сандер. – Я обладаю миллиардным состоянием. Едва ли найдется женщина, которая посчитает брак со мной жертвой!
Неужели он действительно верит в силу богатства? Если так, это еще раз доказывает то, что сыновья не должны расти без нее, иначе они тоже поверят, что на свете нет ничего дороже денег.
– Ты очень циничен, – заявила Роуз. – Найдется немало женщин, которых возмутят твои слова. Многие женщины ставят любовь превыше денег, многие женщины думают прежде всего о детях. Мне не нужны твои деньги, и я готова подписать соответствующий документ.
– О, ты сделаешь это. Не сомневайся, – холодно заверил ее Сандер. Неужели она считает, что он поверил лжи насчет того, что ее совершенно не интересуют его деньги? – Я не оставлю своих сыновей в руках матери, которая скоро останется без крыши над головой. Матери, которая пользуется добротой сестер, чтобы накормить своих детей, матери, которая одевалась как проститутка и предложила себя совершенно незнакомому мужчине.
Роуз вздрогнула, как от удара, но все же ей удалось парировать:
– Разве ты лучше меня? Или сам факт, что ты – мужчина, а я – женщина, означает, что я вела себя хуже, чем ты? Мне было семнадцать лет, а ты был взрослым.
Да, семнадцатилетняя девушка… Разозлившись при этом напоминании, Сандер возмутился:
– Ты явно была одета не как школьница или невинная девушка. И именно ты приставала ко мне, а не наоборот.
А теперь она вынуждает его жениться на ней. Сандер не хотел ни на ком жениться – тем более на такой женщине, как она.
Он видел, как жили его родители: без любви и тепла, с горечью и обидой друг на друга. И Сандер поклялся, что не женится никогда. Эта клятва стала причиной раздора между ним и дедом – деспотом, считавшим, что он имеет право распоряжаться внуком, своей плотью и кровью, будто внук – его собственность, еще один танкер во флотилии, которой дед владел.
Если он откажется от предложения Роуз, она получит преимущество. Это Сандер хорошо понимал. Она, несомненно, использует сложившуюся ситуацию против него – в том случае, если дело дойдет до суда. Однако ее упрямство и попытка оказать давление на него лишь усилили решимость забрать у нее сыновей – даже если придется пойти на уловки. Когда они окажутся на острове, Сандер, как отец, по законам Греции получит полное право на близнецов.
Знакомый звук автомобиля, подъезжавшего к дому, и хлопнувшая дверца заставили Роуз проигнорировать слова Сандера. Внезапно она осознала, который сейчас час. Близнецы вернулись из школы – их привезла соседка, помогавшая ей присматривать за детьми. Роуз поспешила к выходу. Открыв дверь, она вышла, поблагодарила соседку, помогла близнецам забрать портфели и контейнеры для завтрака, сетуя на то, что ни один из мальчиков не застегнул как следует пальто, ведь в марте еще холодно.
Совершенно одинаковые, за исключением крошечной родинки за ухом у Фредди, близнецы уставились на дорогой автомобиль, припаркованный возле их дома, а затем взглянули на мать.
– Чья это машина? – спросил Фредди, округлив глаза.
Роуз не ответила. Ну почему она не следила за временем и не избавилась от Сандера до того, как мальчики приедут из школы? А теперь они будут задавать вопросы, на которые она не сможет честно ответить, хотя врать сыновьям недопустимо.
Фредди все еще ждал. Выдавив улыбку, Роуз сказала:
– Это просто… один дядя. Пойдемте в дом, иначе вы простудитесь! Почему ни один из вас не застегнул пальто?
– Я хочу есть. Можно мне съесть тост с арахисовым маслом? – с надеждой поинтересовался мальчик.
Арахисовое масло было на данный момент его любимым лакомством.
– Посмотрим, – уклончиво ответила Роуз, мягко подталкивая близнецов к лестнице. – Поднимайтесь наверх, мальчики, – распорядилась она, стараясь держаться как можно спокойнее.
Но дети не двигались и молча смотрели на Сандера, который, казалось, заполнил собой все пространство холла.
Он был высоким, больше шести футов, и в других обстоятельствах Роуз улыбнулась бы, увидев, как Гарри запрокинул голову, чтобы взглянуть на него. Фредди неожиданно повел себя как взрослый. Он придвинулся к матери, инстинктивно желая защитить ее. Гарри, заметив это, тоже прижался к ней.
Невольные слезы выступили на глазах Роуз. Она расчувствовалась. Ее дорогие мальчики! Они не заслужили того, что сейчас происходит, и виновата в этом только она. Не в силах сдержать себя, Роуз опустилась на колени и обняла близнецов. Фредди был более чувствительным, хотя и пытался это скрывать. Мгновенно повернувшись к маме, он обнял ее, уткнувшись лицом ей в шею, а Гарри быстро взглянул на Сандера («Неужели хочет подойти к нему?» – с отчаянием подумала Роуз), а затем сделал то же самое, что и брат.
Глава 4
Сандер не шевелился. Увидев близнецов, он немедленно почувствовал, что готов сделать для них все, даже невозможное – в том числе разорвать свое сердце пополам и преподнести им его на блюдечке. Мгновенно вспыхнувшая любовь к детям была подобна цунами, сметающему все на своем пути. Они – его плоть, его кровь. Они – Ормонты. И все же, наблюдая за ними, он понял, насколько мальчики привязаны к матери. Судя по их позам, они пытались защитить ее. Сердце его наполнилось гордостью за проявленное ими мужество.
Старые воспоминания нахлынули на Сандера: жаркое солнце печет его непокрытую голову, раздаются злобные голоса родителей. Он тоже льнет к маме, как его сыновья, но остается без любящих материнских объятий. Вместо этого мать, резко повернувшись, направляется к своему автомобилю, сильно хлопает дверцей, закрывая ее, а он остается один. Лишь шины шуршат по дорожке, взметая кучу мелких камешков. Тогда Сандер бросается к отцу, но тот тоже отворачивается от него и идет к дому. Его родители настолько погружены в свои жизни, свои разборки и во вражду друг к другу, что у них не остается времени на детей.
Сандер взглянул на близнецов и на их мать. И вновь почувствовал, что готов все отдать ради своих сыновей.
– Хорошо, я на тебе женюсь. Но предупреждаю, что брак наш будет длиться всю жизнь. Я обязан сделать это ради них, – заявил Сандер, глядя на мальчиков.
Если бы Роуз не обнимала близнецов, то, наверное, упала бы в обморок от шока и смятения. Она взглянула Сандеру в лицо, надеясь увидеть признаки того, что он совсем не это имеет в виду, но мужчина был спокоен и непреклонен.
Близнецы снова уставились на Сандера. В любой момент они могли начать задавать вопросы.
– Поднимайтесь наверх, оба, – повторила Роуз, забирая у них пальтишки. – Снимайте школьную форму, а потом мойте руки.
Близнецы бросились мимо Сандера, намеренно не глядя на него, и стали подниматься по лестнице – парочка крепких здоровых детишек со стройными телами и отцовскими чертами лица под копной черных волос.
– У меня есть два условия, – холодно продолжал Сандер. – Первое – ты подпишешь брачное соглашение. Наш брак заключается для того, чтобы принести пользу сыновьям, а не твоему банковскому счету.
Потрясенная до боли новым свидетельством того, как он относится к ней, Роуз смирила гордыню. Она пошла на этот шаг ради мальчиков, и ей надо терпеть. Стиснув зубы, она поинтересовалась:
– А второе условие?
– Ты будешь принимать противозачаточные таблетки. Я наглядно убедился, насколько ты небрежна в этом отношении. У меня нет желания зачать следующего ребенка так же случайно и бездумно, как были зачаты близнецы.
На этот раз Роуз не удалось скрыть свои чувства:
– Этого не случится. Меньше всего на свете я хочу снова лечь с тобой в постель.
Она смеет заявлять об этом – после того, что произошло шесть лет назад по ее вине?!
Ее слова чрезвычайно задели гордость Сандера, и ему захотелось наказать Роуз.
– Но ты ляжешь в нее – и будешь умолять меня удовлетворить твой сексуальный голод, который для меня очевиден. Ты побывала в руках слишком многих мужчин и не способна контролировать его.
– Нет! Это неправда.
Роуз почувствовала, что лицо ее стало пунцовым. Молодая женщина не нуждалась в напоминании о том, как порочно и бесстыдно она отдалась Сандеру. Картины той ночи обжигали ее сознание, а крики наслаждения, которые она издавала, до сих пор раздавались в ушах…
Глава 5
Руки ее жадно прикасались к телу Сандера, губы страстно ласкали его кожу, наслаждались его поцелуями, а запах его тела возбуждал ее. Эти чувственные ощущения, слившись в стремительный вихрь, подхватили Роуз и понесли на край Вселенной – или за ее край, – и она оказалась в таком потрясающем месте, что перестала осознавать себя…
Но она никогда не захочет очутиться там снова.
Отогнав воспоминания, которые грозили затопить ее, Роуз твердо произнесла:
– Это было… ошибкой. – Она сжала кулаки, словно пытаясь защититься… И увидела его циничный взгляд. – И я не желаю ее повторить. Поэтому я ни за что и никогда не лягу с тобой в постель.
Получив такой отпор, Сандер взорвался. Она лжет, он был уверен в этом. Сандер не был самовлюбленным человеком, однако знал, что женщины находят его привлекательным, а Роуз в ту ночь недвусмысленно дала понять, что хочет его. Он предпочитал сам выбирать женщин и охотиться на них, но настойчивость этой девицы окончательно вывела его из себя, а гнев и без того уже бурлил в груди. Именно поэтому Сандер утратил над собой контроль. Из-за деда, а не из-за Роуз. Вот почему он забыл обо всем, и осталось лишь желание овладеть ею. Сандер до сих пор не забыл, как закричала Роуз, когда в конце концов он вошел в нее, будто она испытала подобное в первый раз. Она цеплялась за Сандера, рыдала от наслаждения, уткнувшись в его плечо, трепетала и содрогалась в его объятиях…