![](/files/books/160/oblozhka-knigi-eho-proshlogo-si-379784.jpg)
Текст книги "Эхо прошлого (СИ)"
Автор книги: Евангелина Ахметова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц)
Ее губы пересохли.
Мальчики увлеченно смотрели телевизор на заднем сиденье, Сандер сконцентрировался на дороге, положив руки на руль. «Теперь не время думать о той ночи», – сказала себе Роуз. Но было слишком поздно – воспоминания нахлынули на нее, сокрушая все на своем пути…
Смерть родителей стала для нее жутким потрясением, а вскоре после этого старшая сестра, Лиззи, решила продать их родной дом. Роуз не знала тогда, что родители умерли, оставив большие долги. Сестра, оберегая ее, не говорила об этом, и потому Роуз считала, что она продает дом, поскольку собирается переехать в Чешир и открыть там собственный бизнес. Злясь на сестру, Роуз намеренно подружилась с девочкой, которая очень не нравилась сестре. Лиззи осуждала родителей, совершенно не следивших за Трейси, и саму Трейси тоже. Всего лишь на полтора года старше Роуз, Трейси была гораздо опытнее, носила короткие обтягивающие юбки и шорты, красила волосы в желтый цвет и пользовалась яркой косметикой.
Роуз не признавалась самой себе – и тем более сестре, – что она была шокирована некоторыми откровениями Трейси. Главная цель жизни ее состояла в том, чтобы подцепить парня-футболиста. Трейси выяснила, где находится клуб, который облюбовали игроки манчестерской команды, и предложила подруге отправиться туда вместе с ней.
Роуз не хотела, но, когда она попыталась отказаться, сказав, что сестра, наверное, ей не разрешит, Трейси подняла ее на смех, назвав маленькой девочкой, которая ничего не может сделать без разрешения сестры. Конечно, Роуз стала это отрицать, а Трейси заявила, что поверит ей только в том случае, если она пойдет вместе с ней в клуб.
Тогда Роуз было всего лишь семнадцать лет, она была чистой и наивной девушкой. И вдруг мир перевернулся вверх дном, поскольку произошло событие, которое она была не способна контролировать. И не важно, как часто потом сестры объясняли ей, что это был совершенно естественный бунт, и она не должна винить себя за то, что случилось. Роуз знала, что глубоко внутри она всегда будет чувствовать себя виноватой.
Перед тем как отправиться в Манчестер, Трейси пообещала Роуз создать ей «новый облик» и налила стакан водки, смешанной с апельсиновым соком. Напиток мгновенно ударил девушке в голову, так как раньше она никогда не пробовала алкоголь. Роуз настолько опьянела, что не стала противиться подруге, которая настояла на том, чтобы она надела ее короткую юбку и облегающую блузку, а затем разукрасила ей лицо – точно так же, как себе: жирно подвела глаза, наложила на ресницы несколько слоев туши, ярко накрасила губы и нанесла на них блеск.
Девушка, смотревшая на Роуз из зеркала, – с взъерошенными волосами и ярко-розовыми губами, – была настолько незнакомой, что она под воздействием водки с соком с изумлением уставилась на собственное отражение.
Да, ей было всего семнадцать лет, и она вспомнила об этом, когда увидела, как Трейси кокетничает с вышибалой у входа, уговаривая его пустить их в клуб. Ни сестра, ни родители не пустили бы Роуз в такое место, но она очень боялась, что Трейси начнет смеяться над ней и станет презирать за то, что она в последний момент передумала.
Роуз видела, как в клуб входили другие девушки – в обтягивающих кофточках и коротких юбках, открывавших загорелые ноги, – и инстинктивно поняла, что будет чувствовать себя здесь не в своей тарелке.
Внутри было жарко и душно. Зал был набит девушками, пришедшими сюда с той же целью, что и Трейси.
Трейси отказалась от предложения Роуз сесть за дальний столик, насмешливо бросив:
– Не будь дурой, там нас никто не увидит.
К ним подошли несколько парней, когда они остановились возле стойки бара. Трейси покачала головой, проигнорировав их приставания:
– Они для нас – ничто. Это мелкая рыбешка.
Она купила им выпивку. Поначалу коктейль показался Роуз совершенно безобидным. Она жадно сделала первый глоток – из-за жары. Но вскоре мысли ее затуманились, и Роуз почувствовала себя совершенно дезориентированной. Коктейль опьянил ее больше, чем водка с апельсиновым соком.
В помещении было шумно и многолюдно, и у девушки заболела голова. Она чувствовала себя здесь чужой и одинокой. Все ее чувства под влиянием винных паров неимоверно обострились: Роуз снова вспомнила о смерти родителей, и ей стало отчаянно горько.
Трейси заговорила с каким-то молодым человеком, намеренно проигнорировав подругу и повернувшись к ней спиной.
Неожиданно Роуз охватила мучительная тоска о доме – том доме, который она потеряла. Ей очень хотелось, чтобы в жизни ее появился человек, который заботился бы о ней, защищал бы… Который любил бы ее, а не сердился, как старшая сестра. И в этот момент, окинув взглядом зал, она увидела Сандера.
Было нечто в его облике, отличающее его от других мужчин, сидевших в баре. Он выглядел гораздо приличнее, чем остальные: в строгом костюме, с тщательно уложенными темными волосами. Он излучал уверенность и силу, и Роуз мгновенно потянулась к нему… Сандер показался ей неким спасительным островком в море несчастья и хаоса. Она глаз не могла отвести от него, и когда он взглянул на нее, рот Роуз пересох от желания с ним заговорить, и ей пришлось облизать губы кончиком языка. Увидев, что Сандер заметил это движение, Роуз поняла, что он выделил ее среди всех девушек, присутствовавших в баре. В ее замутненной алкоголем голове возникло убеждение, что между ними существует связь… Роуз решила, что он зовет ее к себе, что их встреча – знак судьбы, и когда она будет вместе с ним, он избавит ее от всех страхов и будет заботиться о ней и беречь, как когда-то делали родители.
Роуз не помнила, как подошла к Сандеру. Она помнила лишь свои ощущения. Ей казалось, что ее захлестнула бурная волна, и она пытается выплыть на тихое место. Девушка улыбнулась Сандеру, и ей почудилось, что она давно знает его…
Конечно, это было какое-то наваждение. Она не знала ничего, с горечью признала Роуз, отгоняя от себя мысли о прошлом и потирая ноющий висок.
Сандер свернул на автостраду, и машина, набрав скорость, рванула вперед.
Глава 12
Сандер высадил их возле отеля «Карлтон Тауэр» на Слоун-стрит. Для них был приготовлен огромный номер из трех спален, каждая – со своей собственной ванной комнатой, и примыкавшей к ним просторной гостиной.
Роуз почувствовала себя жутко неуютно, когда они прошли через холл, мимо элегантных женщин, пьющих чай и окруженных дорогими дорожными сумками. Но молодая женщина моментально забыла о них, как только, оказавшись в номере, поняла, что Сандер будет жить вместе с ними.
Сердце ее быстро забилось, тело внезапно напряглось. Она слишком остро ощущала присутствие Сандера. Несмотря на то что их разделяло несколько футов и он был полностью одет, Сандер оказывал на нее такое воздействие, будто стоял очень близко и прикасался к ней. А звук его голоса заставлял ее ощущать теплое дыхание мужчины на своей коже.
Сандер поднял руку, указывая на спальни, и сказал:
– Я попросил, чтобы в одной из спален поставили двойную кровать для близнецов.
Роуз показалось, что кто-то нежно обхватил ее грудь. Соски напряглись под кофточкой, пока она отчаянно пыталась справиться со своим непослушным телом. И почему это с ней происходит? Она счастливо прожила без всякого секса почти шесть лет.
Это всего лишь реакция на воспоминания, и все. Ее влечение к Сандеру принадлежит прошлому, и ему нет места в настоящем. Однако Роуз понимала, что это неправда. Она просто не желала верить, что Сандер способен пробудить в ней такую страсть. В животе у нее заурчало, и к головной боли прибавилась тошнота. Еще в дороге Роуз почувствовала себя совершенно разбитой, и когда они остановились на автозаправке, ей пришлось купить дорожный комплект с зубной щеткой и пастой, чтобы освежить рот. Сейчас у нее было лишь одно желание – полежать в темной комнате, но это, конечно, было невозможно.
– Мы с тобой разместимся в двух других спальнях, – продолжал Сандер. – Полагаю, ты захочешь поселиться в той комнате, которая ближе к мальчикам?
– Я могу поселиться вместе с ними, – ответила она. Зачем? Чтобы избавить себя от нежелательных воспоминаний? – Тебе не стоило брать трехместный номер.
– Если бы я взял двухместный номеру в отеле решили бы, что ты будешь спать в моей кровати, со мной, а не с близнецами, – ответил он.
Мгновенно еще один образ вспыхнул в ее голове: два обнаженных тела, сплетенных на большой кровати, руки мужчины обнимают и ласкают тело девушки, и голова ее откинута назад в неистовом экстазе. Руки Сандера… Ее голова… Роуз стало жарко. Воспоминания вызывали у нее панику. Возможно, здесь действует тот же механизм, что и в случае с жертвами ужасной катастрофы? В мозгу их время от времени вспыхивают образы случившегося, которые они не в состоянии контролировать. Эти образы всплывают в ее сознании лишь потому, что Сандер совершенно неожиданно появился на пороге ее дома и заставил вспомнить о давнем событии, которое сыграло в ее жизни столь драматичную роль.
К облегчению Роуз, в гостиную ворвались близнецы, которые обследовали номер. Гарри подбежал к матери и воскликнул:
– Знаешь что? В нашей спальне есть телевизор и…
– Телевизор будет выключен, когда вы ляжете спать, – твердо сказала Роуз, с облегчением возвращаясь к привычным материнским обязанностям. – Вы знаете порядок. – Роуз строго контролировала время, которое мальчики проводили перед телевизором. Она предпочитала, чтобы дети читали или играли.
Слова Сандера насчет комнат засели в голове. Когда он сказал «моя кровать», сердце ее забилось так, что стук его стал отдаваться в ушах. Но почему? Ведь Роуз совершенно не хотела делить с ним эту самую кровать, Сандер для нее ничего не значит. Это все – результат того, что он был ее единственным сексуальным партнером, а она была неискушенной женщиной. И поэтому Роуз отреагировала на слова «моя кровать» так, словно была девочкой-подростком, краснеющей при любом упоминании того, что хоть приблизительно имеет отношение к сексу.
– Полагаю, оставшуюся часть дня мы посвятим тому, чтобы купить мальчикам подходящую одежду для жизни на острове. Мы можем прогуляться до «Харродса» или взять такси, если ты пожелаешь, – сказал Сандер.
У Роуз не было сил ходить по магазинам, но она решила не допускать никаких проявлений слабости. Сандер тут же объявит, что она плохая мать, если не желает порадовать сыновей обновками.
Возможно, на пути попадется аптека, где она сможет купить что-нибудь от головной боли. У нее так давно не было приступов мигрени, что Роуз не имела при себе соответствующих лекарств. Решительно игнорируя приступы тошноты, она кивнула и поморщилась от боли.
– Мальчикам нужна летняя одежда, – продолжал Сандер. – Уже в марте температура на острове поднимается выше двадцати двух градусов, а летом превышает тридцать.
Глава 13
Через два часа Роуз разрывали противоречивые чувства: она злилась оттого, что Сандер пресекал все ее попытки выбрать более дешевую одежду, чтобы уменьшить затраты, и раздувалась от гордости за своих детей, вызывавших восхищенные улыбки продавцов. Роуз была вынуждена признать, что мальчики в одежде из новой летней коллекции выглядят просто неподражаемо.
В качестве награды за хорошее поведение Сандер повел детей в магазин игрушек, где купил им такие технически совершенные машинки, что близнецы потеряли дар речи.
Все время, пока они ходили по магазинам, Роуз подмечала восхищенные взгляды женщин, оборачивающихся в сторону Сандера. Эти женщины несомненно были бы счастливы выйти за него замуж, да еще в двухдневный срок, признала она, и сердце ее екнуло.
– Сегодня вечером у меня назначено несколько деловых встреч, – предупредил Сандер, когда после посещения магазинов они прогуливались в парке. Роуз охотно согласилась отправиться в парк, надеясь на то, что свежий воздух немного утишит головную боль.
Приняв к сведению сообщение Сандера, она стала следить за близнецами, которые бежали впереди.
Сандер продолжал:
– Но перед моим уходом в отель прибудет ювелир с коллекцией обручальных колец. Завтра утром ты посетишь салон красоты, а продавец-консультант поможет тебе выбрать новый гардероб. Пока ты будешь занята, я пойду с мальчиками в исторический музей, чтобы они не скучали.
Роуз, остановившись, повернулась к нему, глаза ее вспыхнули от гнева.
– Мне не надо идти ни в какой салон красоты, я не желаю делать новую прическу, мне не требуется новый гардероб. Спасибо большое. И уж точно мне не нужно обручальное кольцо.
Она лжет, конечно. Или думает, что сможет вытянуть из него больше, если притворится, что не хочет ничего…
Не замечая, что Сандер задумался, Роуз продолжала:
– И если моя внешность тебе не нравится, извини. Потому что она нравится мне.
Поспешив вслед за близнецами, Роуз старалась не замечать, как плохо она себя чувствует. Но, даже не видя Сандера, она знала, что он идет вслед за ней. Женщина ощущала его близость всем телом, но упрямо не желала поворачиваться к нему.
– У тебя есть два пути, – холодно сообщил Сандер. – Либо ты сама выбираешь себе одежду, либо будешь носить ту, которую подберут работники магазина. Став моей женой, ты не можешь одеваться так, как сейчас. Ты выставляешь напоказ свое тело, причем делаешь это настолько демонстративно, что даже не носишь пальто. Несомненно, ты жаждешь облегчить мужчинам доступ к тому, что так откровенно предлагаешь.
– Это отвратительно – твои слова – и абсолютная неправда. Если хочешь знать, пальто я не ношу потому, что… – Роуз замолчала, осознав, что сейчас, в гневе, скажет лишнее.
– Почему?
– Потому что я забыла взять его с собой, – запинаясь, произнесла она. На самом деле она просто не могла позволить себе купить пальто – близнецы росли очень быстро, и им постоянно требовалась новая одежда. Но Роуз не собиралась говорить об этом Сандеру, потому что совершенно не хотела испытать еще большее унижение.
И как он решился жениться на такой женщине, как она? Сандер пришел в ярость. Ему было бы гораздо проще отобрать у нее близнецов, если бы в отчете, полученном от частных сыщиков, было бы указано, что она – плохая мать, пренебрегающая своими материнскими обязанностями. Но в отчете, однако, ничего подобного не содержалось: наоборот, сыскное агентство сообщало, что Роуз – прекрасная и заботливая мать, а это означало, что близнецы, лишившись ее, будут очень страдать. Поэтому Сандер не был готов разлучить мальчиков с ней.
Проигнорировав объяснение Роуз, он продолжал:
– Мальчики приближаются к тому возрасту, когда они будут оценивать внешность других людей и прислушиваться к мнению окружающих. Скоро они окажутся в совершенно новом для них окружении, и я не думаю, что ты хочешь затруднить их адаптацию. Семья Ормонтов – самая богатая и влиятельная на острове, а я – ее глава. И в мои обязанности входит посещение различных светских раутов. В качестве моей жены ты тоже будешь на них присутствовать. Кроме того, моя сестра, ее подруги и жены моих сотрудников, живущих в Афинах, – очень стильные и следящие за модой женщины. Они быстро поймут, что наш брак – фиктивный, если ты будешь одеваться так, как сейчас. И это отрицательно скажется на наших сыновьях.
Наших сыновьях… Роуз показалось, что чья-то огромная рука сжала ее сердце. Сандер не желает принять во внимание тот факт, что он совсем недавно узнал о существовании близнецов, а потому не имеет права судить, что для них хорошо, а что – плохо. К сожалению, бессмысленно говорить ему об этом. Он победил. Снова победил, была вынуждена признать Роуз. Она прекрасно понимала, что он прав: в этом обществе ее будут судить по внешнему виду, и если она останется в старой одежде, это действительно скажется на близнецах. Мнение ровесников очень важно для детей. Роуз знала, что даже маленькие дети хотят быть «такими же, как все», и не отличаться от сверстников. Ради своих мальчиков она примет деньги от Сандера, даже если ей придется смирить свою гордость.
Роуз ненавидела собственную беспомощность и зависимость от сестер. Она любила их и была бесконечно благодарна им за то, что они сделали для нее и близнецов, но порой ей было очень тяжело. Ей было недоступно чувство самоуважения, которое возникает тогда, когда человек сам финансово обеспечивает себя. Роуз надеялась, что, когда мальчики начнут посещать среднюю школу, она получит образование, которое позволит ей в конце концов найти работу. И вот теперь она попала в еще большую финансовую зависимость – от другого человека. Однако гордость придется усмирить. Самое главное – счастье ее детей, ее чудесных мальчиков.
Она не просила Сандера высказывать мнение насчет ее наружности и не просила у него денег. Ей уже двадцать три года, и тем не менее она по-прежнему беспомощна и унижена. Роуз была готова заплакать.
Чтобы скрыть свои чувства, она поспешила вслед за близнецами, крикнув им, чтобы они далеко не убегали. Близнецы, повернувшись, согласно кивнули.
Глава 14
Роуз не поняла, как это произошло. Возможно, она двигалась слишком быстро. В висках возникла острая боль, и молодая женщина пошатнулась. Она, наверное, упала бы, если бы Сандер мгновенно не отреагировал. Он подхватил ее, прижав к себе, не дав упасть на землю.
Роуз будто перенеслась в прошлое. Обстоятельства, конечно, были совсем другими, но тогда она тоже споткнулась – и Сандер подхватил ее. Хотя тогда причиной ее шаткой походки были огромные каблуки на туфлях, которые заставила ее надеть Трейси, а также воздействие выпитых коктейлей. Но результат был тот же самый. Как и тогда, она ощущала ровное биение сердца Сандера, в то время как ее собственное сердце замирало и судорожно билось, словно пойманная птица. Роуз, почти перестав дышать, была не в силах оттолкнуть руки, державшие ее. Она остро ощущала близость мужчины, запах его теплой кожи, под которой напряглись мускулы, его мужскую силу, физическую и эмоциональную, но больше всего – собственную потребность находиться в его объятиях. Тогда она дрожала, но сейчас… Ее охватила паника. Это не имеет никакого значения! Сандер – ее враг, и с этим врагом ей придется делить своих сыновей, потому что он – их отец. И он, не скрывая, презирает ее.
Роуз решительно начала высвобождаться из его рук, однако Сандер еще крепче прижал ее к себе.
Он и прежде заметил, что она худая, но только теперь, держа ее в объятиях, почувствовал косточки под ее кожей и понял, насколько хрупкой была Роуз. Женщина дрожала, несмотря на то что утверждала, будто ей не нужно пальто. Неужели она отказывала себе во всем, чтобы накормить и одеть своих сыновей? Сандер обнимал своих мальчиков и знал, какие у них крепкие и сильные тела. Энергии у них было предостаточно, и это говорило о том, что у близнецов прекрасное здоровье. Но ведь именно их здоровье волнует его, а не здоровье их матери, напомнил себе Сандер. Он терпит ее возле себя исключительно ради сыновей.
Тем не менее… Он взглянул на лицо Роуз. Кожа ее была бледной – бледнее, чем шесть лет назад. Очевидно, это объясняется тем, что тогда она чрезмерно накрасилась, а сейчас на лице нет никакой косметики. Скулы, возможно, в то время выступали резче, а вот губы по-прежнему полные и нежные – губы чувственной сирены, которая знала, как выгодно использовать свое тело. Сандер не испытывал никаких иллюзий по поводу того, почему Роуз в тот вечер подошла к нему. Он слышал, как она обсуждала это с подружками богатых футболистов. По-видимому, Роуз не смогла подцепить спортсмена, поэтому решила переключиться на него.
Сандер нахмурился, не желая сравнивать хрупкую и уязвимую женщину, которую он сейчас держал в объятиях, с накрашенной и скорее раздетой, чем одетой девицей. Она не стоит того, чтобы переживать за нее. И почему он должен о ней беспокоиться? Она нисколько его не заботит. Когда Роуз попыталась высвободиться, лучи мартовского солнца, прорезав серый сумрак, высветили ее худенькое личико и огромные глаза. Сандер увидел, насколько красивы ее светлые волосы, как безупречна кожа. Ему вдруг совершенно не захотелось отпускать ее. Но, противясь самому себе, он отпустил руки.
Именно потому, что это произошло быстро и неожиданно, Роуз ощутила такое… смятение. Молодая женщина не решилась даже в мыслях употребить слово «одиночество». С какой стати она должна чувствовать себя одинокой? Она хочет быть свободной. Объятия Сандера совсем не привлекают ее. Последние шесть лет она совсем не думала о них. К тому же он сейчас почти оттолкнул ее.
Начался дождь. Роуз поежилась и подозвала сыновей. До отеля они добрались в такси. Она усадила мальчиков между собой и Сандером, чтобы случайно не прикоснуться к нему. Ей надо думать только о будущем своих сыновей. Их счастье гораздо важнее, чем ее собственное счастье. Кстати, близнецы легко привыкли к Сандеру. «Конечно, в этом немаловажную роль сыграло обещание дорогих игрушек», – с горечью подумала Роуз, понимая, что сыновья еще слишком малы для того, чтобы объяснить им: родительская любовь не измеряется дорогими подарками. Роуз также понимала, что на нее теперь возложена еще одна миссия: она должна проследить, чтобы мальчиков не испортило богатство отца, чтобы они не остались глухи и слепы к тому, что происходит в жизни обычных людей.
Оказавшись в гостиничном номере, Роуз закрылась в ванной и попыталась принять две таблетки от головной боли, которые она купила по дороге, зайдя в аптеку под предлогом того, что ей нужна зубная паста. Однако в желудке возникали спазмы при одной мысли о том, что таблетки надо проглотить.
Превозмогая слабость и головную боль, молодая женщина искупала близнецов после того, как они поели, и уложила их в постели.
Через несколько минут после того, как мальчики уснули, в отель прибыл ювелир, которого вызвал Сандер. Он вытащил из портфеля обитую бархатом шкатулку.
Поставив шкатулку на кофейный столик, ювелир открыл ее – и Роуз едва сдержала восхищенный вздох, увидев сверкающие кольца.
Все они были прекрасными, но что-то заставило ее отпрянуть от такого богатства. Она не должна носить столь драгоценное украшение. Кольцо – символ любви и верности, которые и являются самой большой драгоценностью в жизни, а будущий брак сулит ей лишь пустоту и одиночество.
– Выбирай, – бесстрастно произнес Сандер, даже не взглянув на кольца.
Бесценные сокровища лежали перед ней, но Роуз проявила полное безразличие. Сандер нахмурился. Его мать любила драгоценности. Он увидел ее словно наяву – сидевшую за туалетным столиком перед выездом в свет и любовавшуюся роскошными браслетами от Картье, сверкавшими на запястьях.
– Это плата за твое рождение, – сказала она сыну. – Твой дед настоял на том, чтобы отец купил мне их – как напоминание о том, что я дала жизнь наследнику рода Ормонтов. Слава богу, ты не девочка. Твой дед счел бы меня ничтожеством, если бы родилась девочка. Запомни, Сандер, на будущее: чем дороже драгоценности, которые ты даришь женщине, тем покладистее она будет и тем больше ты сможешь потребовать от нее. – Мать рассмеялась, надув ярко-красные губы, взглянула на себя в зеркало и добавила: – И зачем я выдаю тебе наши женские секреты?
Глава 15
Его прекрасная, недалекая, жадная мать… Дед выбрал ее в жены для своего сына из-за аристократического происхождения. Она вышла замуж, потому что ненавидела бедность, в которой жила ее семья. Когда Сандер подрос, он понял, что его интеллигентный и утонченный отец подвергается унижениям со стороны ближайших родственников. Дед, презирающий сына, заставил его вступить в брак с нелюбимой женщиной, а жену интересовал исключительно его банковский счет. Сандер поклялся, что никогда не последует по стопам отца и не допустит, чтобы подобное случилось с ним.
На что надеется Роуз, притворяясь, что ей не интересны эти кольца? Она мечтает получить нечто более дорогое? Сандер со злостью взглянул на украшения, рука его потянулась к кольцу с самым маленьким бриллиантом. Он хотел наказать молодую женщину и выбрал для нее самое дешевое кольцо из представленной коллекции, но в этот момент его взгляд остановился на другом кольце, рядом с первым: два прекрасных бриллианта переливались на свету.
Чувствуя себя слишком плохо и не имея сил для выбора обручального кольца, Роуз вздохнула с облегчением, когда увидела, что Сандер сам выбирает кольцо. Она желала одного: чтобы это отвратительное представление поскорее закончилось.
– Вот это, – коротко бросил Сандер ювелиру, и голос его был хриплым оттого, что он злился на себя за проявление минутной слабости.
Но не Сандер протянул кольцо Роуз, а ювелир. Она неохотно надела его, почувствовав, как холодный металл обхватил палец, но глаза ее расширились, а сердце забилось в груди, когда она как следует рассмотрела кольцо. Два идеальных бриллианта немного отстранялись друг от друга и все же соприкасались. Близнецы-бриллианты для их сыновей-близнецов. Горло Роуз сжалось, глаза против воли обратились на Сандера. Она не могла сдержать эмоции. Но в глазах его не было тепла – лишь холодная жесткость, которая заставила женщину застыть.
– Прекрасный выбор, – одобрил ювелир. – Каждый камешек весит два карата, и они практически одинакового качества. И конечно, эти бриллианты добыты честным путем, как вы и требовали, – сообщил он Сандеру.
Эти слова застали Роуз врасплох. Ей и в голову прийти не могло, что Сандер будет интересоваться тем, каким путем добыты бриллианты, – но его, оказывается, это волнует. И что это значит? Неужели она составила о нем неправильное представление? «Это ничего не значит», – с яростью сказала себе Роуз. Она не собирается менять свое мнение о Сандере. Почему же? Потому что боится увидеть его в другом свете и стать более уязвимой, чем сейчас? Нет, этого не случится.
Роуз еще больше затошнило от подступившей к горлу паники. Ей стало немного легче, когда ювелир ушел. Вскоре после него Сандер отправился на деловую встречу.
И Роуз наконец-то смогла лечь в постель – перед этим, конечно, заглянув к близнецам.
Глава 16
– Прекрасные волосы, густые и блестящие, но как они кудрявые, я предлагаю вам сделать градуированную стрижку, – сказал старший мастер-стилист, изучив волосы Роуз.
Она кивнула в ответ: молодую женщину нисколько не заботило, как ее подстригут. Роуз все еще чувствовала себя неважно, голова по-прежнему болела, а по опыту она знала, что мигрень может продлиться два и даже три дня.
Когда стилист, закончив работу, отступил назад и спросил: «Вам нравится?» – Роуз, взглянув на себя в зеркало, была вынуждена признать, что потеряла дар речи, увидев свою новую прическу. Искусная рука мастера превратила копну непослушных кудрявых волос в изысканную и стильную прическу. Волосы, изящно обрамляя лицо, красивой волной падали на плечи. Подобные прически Роуз видела у женщин, пивших чай в холле отеля вчера днем. То был обманчиво простой стиль, олицетворяющий богатство и элегантность.
– Мне… нравится, – устало произнесла она.
– Ее легко поддерживать, и она восстанавливается после мытья головы. Вам повезло, что у вас натуральные светлые волосы.
Поблагодарив мастера, Роуз направилась к выходу. По крайней мере, сегодня утром ей удалось съесть несколько бутербродов, а две таблетки немного успокоили головную боль.
Теперь ей предстояло посетить салон красоты с гидромассажной ванной. При входе в салон Роуз ощутила на себе взгляды сидевших в холле женщин. Должно быть, их удивил контраст между ее новой элегантной прической и поношенной одеждой. К тому же на лице Роуз не было ни грамма макияжа.
Как ни хотелось ей признавать, но это правда: внешний вид людей имеет большое значение, особенно для женщин, которые судят друг о друге исключительно по внешности. Меньше всего на свете Роуз хотела, чтобы близнецы страдали от того, что другие женщины презрительно относятся к их матери. Даже маленькие дети очень чутко подмечают подобные вещи.
Сделав глубокий вдох, Роуз вскинула голову и прошла через холл.
Через два часа, покидая салон вместе с персональным консультантом, прибывшим для того, чтобы пройтись с ней по магазинам и помочь выбрать новую одежду, Роуз, не сдержавшись, снова быстро взглянула в зеркало. Она все еще не могла поверить, что молодая женщина, отражавшаяся в нем, действительно она. Ногти ее были тщательно обработаны и покрыты лаком модного темного приглушенного цвета, брови выщипаны и подведены, на лицо был наложен макияж – такой сдержанный и изысканный, что казалось, его совсем не было. Но в то же время глаза ее стали больше и темнее, а губы выглядели более упругими и нежными. Роуз налюбоваться не могла на свое совершенное лицо. Конечно, она никогда не признается Сандеру, но процесс создания нового облика доставил ей удовольствие – после того, как она преодолела смущение, когда работники салона стали порхать над ней. Теперь Роуз чувствовала себя молодой красивой женщиной, а не матерью-наседкой, беспрестанно тревожащейся о детях.
– Я правильно поняла, что вам нужна одежда для постоянного проживания на острове, а не только для отдыха? И кроме того, вы будете присутствовать на деловых встречах, а также посещать светские рауты? – Не дождавшись ответа Роуз, консультант продолжала: – Вам повезло, совсем недавно к нам поступила новая коллекция летней одежды, а также несколько дизайнерских комплектов для отдыха и путешествий. Поэтому, несомненно, мы подберем для вас все, что нужно. А что касается вашего свадебного платья…
Сердце Роуз дрогнуло. Почему-то она не предполагала, что Сандер сочтет нужным купить для нее свадебное платье.
– У нас будет очень скромная церемония, – предупредила Роуз даму-консультанта.
– Для любой женщины день свадьбы – незабываемое событие, – настаивала та. – Ни одна женщина не забудет, какое на ней было платье, когда она выходила замуж за любимого человека.
«Эта дама думает лишь о том, какую прибыль получит ее магазин, – напомнила себе Роуз. – Поэтому не стоит так близко к сердцу принимать ее слова». Тем более что она не любит Сандера, а он уж точно не любит ее. И то, в чем она будет на церемонии бракосочетания, совершенно не имеет значения, потому что ни он, ни она не собираются вспоминать тот день, когда поженились. От этих мыслей у нее сбилось дыхание, а сердце заныло. Почему? Ей двадцать три года, у нее два замечательных пятилетних сына. Она давно уже перестала мечтать о романтической любви, считая ее неким эквивалентом шоколада: очень сладким – но лишь на короткое время, пока держишь его на языке, – и вызывающим пагубную зависимость. Лучше не злоупотреблять сладостями, а соблюдать разумную и полезную диету. Она обожает своих сыновей, она привязана к сестрам. Эти чувства будут сопровождать ее всю жизнь, а романтическая любовь – Роуз была уверена – всего лишь иллюзия.