Текст книги "Львиная математика (СИ)"
Автор книги: Ева Первая
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц)
1.5 Упрямцы
Эти двое определённо что-то себе надумали.
Горка оладий на завтрак, которых Лиам любил ровно настолько, насколько Ксу ненавидел их готовить. Ночные разглагольствования Тао о том, что нужно себя поберечь, не напрягаться, и потому он согласен на воздержание какое-то время. Всё это было подозрительно.
Если подобной заботе младшего омеги Лиам был рад – сомневался, что сейчас может исполнить хоть что-то в постели, даже с закрытыми глазами и представляя Дара, уж слишком тот был не похож, ни запахом, ни комплекцией – то угощение в него просто не лезло.
– Спасибо. Было вкусно, но ещё кусок и я лопну, – Лиам отодвинул тарелку с размазанным по нему вареньем.
– Тебе надо хорошо питаться и побольше отдыхать. Набираться сил.
Оладьи в количестве ещё двух дополнительных штук опять заняли место прямо перед ним.
– Я разжирею так.
– Не успеешь до полнолуния. Ешь!
– Ясно откуда ветер дует. И вы туда же?! – альфа нахмурился. – Тоже считаете, что я с ним не справлюсь?
– Глядим правде в глаза, – Ксу как всегда был прямолинеен. – Один раз ты уже с Хай-Даром сцепился. И что-то я не видел особого превосходства в результате.
– Мы просто о тебе заботимся, – Тао решил сгладить его резкость. – Я верю, что ты победишь, но всем нервно. А тебе нельзя волноваться, наоборот надо собраться, сосредоточиться.
Лиам ткнул пальцем остывающую выпечку.
– Если у меня живот скрутит в ответственный момент, побеждать будет некому. Вечером доем, – он вылез из-за стола.
– Ты куда?
– Пойду Джин-Хо проведаю.
Перед другом нужно было извиниться. Вчера он хоть и свою точку зрения отстаивал, а мог бы быть и не таким грубым.
Альфа встретил его в центре посёлка. В это время на охоту отправлялась небольшая группа жителей с Нилом во главе. За дичью ходили не так массово, как на рыбалку, и Лиам, участвовавший в прошлый раз, мог пропустить.
Джин-Хо не стал снова его уговаривать:
– Мы поняли. Никто никого не будет «убеждать». Делай, как знаешь, выступай в кругу, твоё право. Конечно, мы тебя поддерживаем. Но ты же понимаешь, если Хай-Дар станет главой, тут может многое измениться. И тебя это коснётся в первую очередь. А потом и нас.
Лиам кивнул. Всё он понимал, но, взбудораженный новыми странными ощущениями и желаниями, думать пока об этом не хотел. Такая важная тема для него внезапно отошла на второй план.
****
Ночь выдалась облачная, тёмная. Фигуру, привалившуюся к одному из ульев, Лиам заметил не сразу. Успел уже подумать, что альфа не объявится, а он тут как дурак ожидает его.
Хай-Дар обозначил себя взмахом руки. Отлепился от края старого пчелиного домика.
– Допустим, я признаю, что ситуация мне интересна?
Оба понимали, что будь это не так, его бы тут не было, и выяснение отношений начались бы ещё у колодца. А теперь Лиам точно удостоверился, что беспокоящая его тяга взаимна, осталось решить, что с этим делать дальше, как себя вести. Дар же не омега, чтобы за ним ухаживать и комплиментами льстивыми разбрасываться. Ему цветов-то простых принести глупо, любителем плетения венков не выглядел.
Видно было совсем плохо, да и разговаривать громко не хотелось, пришлось подойти достаточно близко друг к другу.
– Мдаааа, – протянул Лиам, ощущая, как в носу начинает чесаться. – Ненавижу розмарин.
– Ты тоже далеко не амброзия.
Лиам подавил смешок, от его запаха, терпкого, смолистого, как прелая хвоя в сосновом лесу, не растущем на побережье, не каждый местный омега был в восторге.
Стоять практически вплотную, принюхиваться, ничего больше не делая, было довольно неуютно, и ткнуться наугад губами показалось ему самым правильным решением на тот момент.
Так целоваться Лиам не привык: жестко, кусаче, когда чужой язык норовит в рот протолкнуться, когда не сам ласкаешь, уверенно ведя, обнимая и прогибая, как хочешь, а у тебя забирают инициативу. При этом на поглаживания и исследования неподатливого тела в ответ бессовестно лапают во всех местах.
И это нравилось.
Нравилось рычать в усмехающиеся губы, нравилось грызть и прикусывать их, нравилось фыркать от разбегающихся мурашек. Нравилось тереться всем телом, отмечая, что не один не контролирует свои желания.
В штанах снова стало тесно.
Коты взрослые, как справляться с такими проблемами знали. И особых неловкостей не испытывали – в этом плане физиология альф не сильно отличалась от омег, разве что функциями и немного размерами, но по формам всё вполне привычное.
Верхняя одежда быстро полетела в стороны, на шароварах дело как-то немного замялось, но и с этим справились.
Контраст горячей кожи и прохладного воздуха делал ощущения ещё более острыми. Не самая удобная поза, но расположиться на траве сейчас казалось неправильным, потому обнимались стоя, продолжая хаотично вылизывать друг другу губы.
Член другого альфы в руке не ощущался странным, а чужие пальцы на собственном неуместными, особенно, когда после нескольких беспорядочных движений, они переплелись с его и, подстроившись, задвигались в одном ритме. Бешено, то и дело срываясь, обжимая и сдавливая, растирая проступающую прозрачными каплями смазку, пока не выкрутило в сбитом дыхании одного за другим.
В голове у Лиама было легко и пусто, на животе липко, хорошо хоть одежду догадались стащить, всю бы изгваздали.
Хай-Дар заторможено оттирал запачканную ладонь подолом своей рубахи, ему-то не перед кем будет объяснять происхождение пятен на одежде.
Альфа выхватил у него рукав, прошёлся по себе, смазывая белые потёки.
– Ты охренел?!
– Сам пример подал.
Тот фыркнул, отнимая обратно, улыбнулся без своего постоянного прищура. Расслабленный, он как-то неуловимо поменялся, совсем по-другому выглядел, когда не скалился нагло.
Лиам аж засмотрелся. Слова сорвались с языка совершенно бездумно:
– Хочу тебя трахнуть.
– Чего? – удивление на лице Дара позабавило. – Пасть широко разеваешь! Подавиться не боишься? У меня, кстати, на тебя такие же планы.
Лиам немного растерялся, не предполагал, что альфа не будет думать о нём в том же ключе, что и он. Но логичное прозвучало заявление. И неприемлемое – такое развитие событий он ни под каким углом не рассматривал. Промолчал пока, обдумывая.
****
Маленькому гарему, состоящему их двух омег, в пору было радоваться – их альфа, наконец, настроился решительно на победу. Воодушевился, воспылал невиданным ранее трудолюбием, с утра занимался усердно хозяйственными делами, прекратил бездельничать и дико таращиться на пригульного соседа, ел за троих, даже стал бегать по вечерам. Для здоровья, сказал, полезно.
Только Тао был мрачнее тучи.
– Он с кем-то трахается…
– С чего ты взял?
– То есть уходить неизвестно куда в темень и возвращаться вымытым начисто ты считаешь нормальным?
Ксу безразлично пожал плечами:
– Бегает же. Лучше, если б от него потом и ёлочками несло за несколько метров?
– Говорю тебе, он спит с кем-то на стороне!
– Тао, не ори. Зачем ему скрываться? Ну, хотел бы он ещё кого, привёл бы третьим к нам. А прятаться это слишком сложно. И глупо.
Младший омега был непреклонен.
– Надо за ним проследить.
– Следи.
– Он меня сразу вычислит… Ксуууу, у тебя лучше получится. Надо узнать к кому Лиам ходит. Вдруг он нам совсем не понравится? Отвадим тогда по-быстрому. Ну, Ксу! Давай ты посмотришь за ним.
– Я в этом участвовать не собираюсь.
Тао обиженно вскинулся:
– Тебе будто всё равно, будто не вместе живём!
– Приведёт омегу, будет тоже «вместе», только на одного больше. Он в своём праве.
Переубедить Ксу или заставить сделать то, чего он не хочет, было практически невозможно.
А Тао ошибался: по факту Лиам ни с кем не спал.
Все его полуночные вылазки, встречи с Хай-Даром ограничивались взаимными ласками руками. Яростными, и недостаточными для полного удовлетворения. У Лиама всё внутри распирало, как хотелось получить альфу полностью в своё распоряжение. Но тот сдавать не собирался и свои позиции обозначил чётко – о чём-то большем речи идти не могло.
****
Подготовка к предстоящему событию в прайде шла полным ходом. Расчистили за посёлком место, поросшее бурьяном в человеческий рост, разровняли его, выложили границы, согласно приложенным в книге картинкам.
Имея в наличии достаточно времени, временный совет не поленился, отправил гонца в ближайший пантерий клан с просьбой прислать кого-нибудь разбирающегося для консультаций.
Явившийся старый альфа, польщенный таким вниманием и доверием, за дело принялся рьяно. Раскритиковал всё, от самого источника традиции до воплощения её в жизнь. И под его чутким руководством приготовления начались заново, теперь уже в ускоренном темпе.
– Балаган… – Да-Мир одним словом оценил творящуюся суету.
– Угу, – брат был с ним, как всегда, согласен, – И кто будет у нас главой прайда – дело случая.
Все понимали, собравшиеся сражаться альфы в силе друг другу не уступают. И решающее значение будет играть даже не искусность бойцов, а везение. По указке пришлого пантеры бой должен был проходить в-зверях. Львам, в быту морфающимся редко, неоткуда было бы набраться опыта. У Лиама такого точно не было.
Совет, конечно, пока противился такой дикости, настаивая, на полу-форме, но альфа из чужого клана верховодил как у себя дома, последнее слово всегда оставалось за ним.
– Придётся всё брать в свои руки, – задумчиво протянул Джин-Хо.
– Ты что-то придумал?
– Ещё нет, но как-то извернуться нам необходимо, если не хотим потом Хай-Дару в рот заглядывать.
– Лиам не пойдёт на хитрость.
– Причём здесь он? Я же сказал «в свои». Ему ни слова. Ясно?
Альфы закивали.
Определение главы было слишком важным делом, чтобы его пускать на самотёк. А раз их претендент не готов использовать для достижения цели все возможные средства, ему нужно было помочь.
****
О том, что в следующий раз он придёт к Хай-Дару домой Лиам предупредил на их прошлой встрече. Не спросил, а поставил перед фактом. Тот не запретил, но и не выразил своего явного согласия на это, так что дверь, вполне вероятно, могла быть закрыта.
Лиам осторожно толкнул и протиснулся в коридор, стараясь ничем не загреметь. Дар копался в шкафу, когда он зашёл в комнату и опустил на стол мешок. Цветастый, увесистый, набитый чем-то под завязку.
– Это что за хрень? – зашипел недовольно альфа.
– А на что похоже?
– Забирай и проваливай!
Изначально Лиам хотел просто поделиться с ним продуктами. У пришлого льва, не получавшего общую долю из прайда, с этим было туго. Но, пока втихаря от омег собирал мешок, ему припомнилась старая традиция. Уже давно отошедшая в прошлое, когда в не самые удачные, неурожайные годы за молоденьких, только переживших свою первую течку омег родителям подносили выкуп. Посмеявшись про себя от аналогий, Лиам даже мешок нашёл понаряднее, не простой серый заплечный, а украшенный разноцветными нашивками.
Хай-Дар шутку не оценил.
– Да, ладно, не бесись, – Лиам, поднял ладони в примирительном жесте. – Решил подкормить тебя, а сложил во что попалось под руку. Никаких намёков.
Пришлось соврать, глядя на злобно засверкавшего глазами альфу. Не хватало ещё обидеть, мог и вытолкать взашей.
– Спасибо, – Дар задвинул мешок в угол, – Потом посмотрю.
В тесной комнатке с их обычным размахом заигрываний было тесновато. Пока принюхивались, порыкивая, и кружились, целуясь, два стула из трёх уронили. Хлипкий стол чуть не свернули – заскрипел и в сторону поехал, стоило на него навалиться. Всё в старом доме держалось на честном слове, только стены ещё не сыпались.
Так Лиам альфу и зажал, между собой и колченогим шкафом, подталкивая осторожно, чтобы подозрений заранее не вызвать. Когда тому отступать под напором стало некуда, зашептал, опуская руки ниже дозволенной раньше спины:
– Дар, уступи… – ощутимо сжал, сминая ткань шаровар. – Слышишь? Уступи…
Отстранился в глаза поглядеть, ожидая ответа на собственные притязания. Или удара, что вероятнее.
1.6 Любовники
Маленькой свечи им было достаточно. В её тусклом свете в комнате с тщательно зашторенными окнами, в тишине полупустого дома шепот казался слишком громким, а скрип зашатавшейся под весом двух тяжёлых тел кровати просто оглушающим. Лиам рвал с чужих плеч рубаху, до сих пор не веря, что сверкнувшие дикой зеленью глаза вдруг поплыли, помутнели и Дар поддался на уговоры.
Не сразу, поначалу щерился и шипел на его «уступи»:
– Сам-то готов на такое же? – загнанный в угол, скидывал с себя приставучие руки.
Лиам затыкал ему рот поцелуями, настойчиво тискал сквозь одежду.
– Сдайся, Дар, один раз. Дар, ну. Прошу.
Окажи тот настоящий отпор, Лиам бы обязательно отступил, но сейчас словно чувствовал, что стоит немного поднажать и альфа дрогнет, прогнётся под него. Хай-Дар на самом деле через некоторое время перестал сопротивляться, откинул голову, звонко к шкафу приложившись затылком.
– Да, что бы ты сдох, настырный какой, а… Ну, хорошо, хорошо! Видеть тебя хочу только при этом, понял?
Кровать жалобно заскрипела, стоило Дару на неё с высоты своего роста сверзиться, а, когда Лиам вдогонку навалился, суетливо стаскивая шаровары, уже просто крякнула, проседая. Он пролез между колен, закинул себе за спину длинные ноги, отмечая усиливающуюся трясучку – в свой первый раз так не волновался, как сейчас, – боязно стало не оправдать оказанного доверия. Он подвис, нащупав вожделенное место. Это же не мягкая омежья задница с естественной смазкой, которая, стоит приласкать умеючи, принимала его с готовностью.
– А есть чего-нибудь? Масло?
– В шкафу, сверху.
Лиам чуть не всю склянку опрокинул от щедрости, залил альфе и ноги и живот, заодно сам вымазался, заблестели оба. Не торопился бы если, вылизал бы Дара всего, но не до того сейчас было. Лиам подтянул его к себе ближе и, внимательно отслеживая реакцию, попытался немного абстрагироваться от того, что делать собрался. А то было бы совсем неловко кончить, едва прикоснувшись.
Не похоже, что бы Хай-Дару нравилось. Пока Лиам пальцами мял и растягивал плотно сжатые мышцы, ещё как-то дело шло: и на поцелуи отрывистые тот отвечал, и под ласки свободной руки подставлялся охотно. Даже ноги шире развел, приподнял выше.
А стоило к основному приступить, закаменел весь и колени на боках стиснул, как плашкой зажал.
– Потерпи… Дар, так не получится… Расслабься…
Тот фыркнул как-то совсем безнадёжно и перестал зажиматься.
Лиама в пот бросало от этой покорности, от трепещущего, в неровном дыхании заходящегося под ним сильного тела. Дар ткнул ему в живот дрожащими пальцами, поскрёб. Не просил вслух, только губы кривящиеся облизал, но Лиам понял, сбавил напор. Он, насколько мог медленно, продавливался в скользкую плоть, тугую и неподатливую, чувствуя, как каждое его движение, даже едва различимое, срывается с губ альфы глухим стоном.
Остановился, упёршись пахом в круглые ягодицы – и самому успокоиться и Дару дать попривыкнуть. Только тот рыкнул:
– Не затягивай! – и ногтями в него впился.
У Лиама, получившего желаемое, больше не от самого процесса, а от осознания этого в голове гудело. Если бы хотелось растянуть удовольствие, не получилось бы. Потому не туда смотрел, где налившаяся кровью плоть, блестящая, масляная, то почти до конца выходила, то скрывалась, а в лицо Дару, жадно впитывая эмоции, каждый звук ловя.
В низу живота свело до рези и тут же отпустило, расходясь по венам жарким огнём. С тихим рыком Лиам быстро отстранился, вытащил текущий член, пачкая белыми каплями растерзанное отверстие. Хватило сознания не задерживаться дольше – сцепить альфу узлом было бы слишком.
Спохватившись, потянулся к Дару, но тот и сам отлично справился. Не отрывая от Лиама такого же дикого взгляда, ласкал себя дергаными резкими движениями, словно никак не мог найти правильный ритм. И когда свободной рукой подобрал поджавшуюся мошонку, сипло выдохнул и свел колени, закрывая обзор.
Лиам повалился рядом боком, облапил подрагивающего в неге альфу, подхватил за подбородок, по-хозяйски поворачивая лицом к себе. Дар поцелую не воспротивился. Даже ответил не так как раньше, более чувственно, расслабленно, позволил вылизать себя и почти одновременно с ним задремал, немного потеснившись на узкой кровати.
****
Дезориентации у Лиама не было, разлепив глаза, он сразу знал, где находится и что недавно происходило. И догадывался, что ему предстоит.
От запаха альфы, смешанного с его собственным, в комнате было душно. Хай-Дар сидел рядом с ним на краю кровати, протянул кружку с водой. Она оказалась кстати, у Лиама во рту всё пересохло. Он вылакал до дна, откинулся обратно на тощую подушку.
– Что? Моя очередь?
Не то чтобы очень хотелось, но после полудремы, в которой они провалялись час, а может и больше, лениво ласкаясь и даже мурча, попеременно проваливаясь в короткий, неглубокий сон, это показалось логическим продолжением.
– Никто тебя за язык не тянул. Я бы и до следующего раза подождал, – фыркнул Дар.
– В следующий раз я могу и не решиться…
Лиаму бесстыдства наблюдать за своим падением не хватило.
Перевернулся на живот, прислушался, как за ним между раскинутых ног устраивается альфа. От ладони, опустившейся ниже спины не вздрогнул, но напрягся заметно, ожидая, когда та двинется ниже. Рука осталась на месте, то ли придерживая, то ли поддерживая.
А на копчик, откуда в полу-форме появляется хвост, опустился горячий язык, повел вверх по позвоночнику, оставляя за собой влажную быстро холодящую дорожку. К тому моменту, как затылка коснулось тяжёлое дыхание, у Лиама уже все дыбом стояло, и волосы на прикусываемом загривке, и член, упираясь в грубую ткань простыни
– Хочу тебя, – Дар прикусил кромку уха, вызывая толпу мурашек.
Лиам шумно выдохнул, скрипнул сцепленными зубами, попытался подсунуть руку себе под живот. Сделать это с навалившимся альфой было б сложно. Тот приподнялся, подтянул на себя, ухватив за бедра. Помог устроиться удобнее, опередил движение, обхватил набухшую головку в кольцо пальцев.
Незамысловатой ласке Лиам отдавался полностью, это отвлекало от тупого давления сзади. Обильно смоченные остатками масла пальцы разминали, растягивали его, наполняя непонятными ощущениями. Не неприятными, странными инородными, и вполне переживаемыми.
Все изменилось, когда у Дара закончилось терпение:
– Дальше сам.
Альфа решительно прижался к отставленным ягодицам.
Как бы не пытался расслабиться, а такого Лиам не ожидал. Член – не палец и не два, даже сравнивать нечего. От тугого тянущего ощущения тело прошибло потом. Если не шевелиться, то еще терпимо – просто наполненность какая-то нездоровая и жар распирающий, а стоило Дару хоть на сантиметр, на полсантиметра двинуться, то всполохами до самого затылка простреливало, как молнии остро и горячо. Понял, почему тот просил побыстрее. Если так всегда будет, то на самом деле, легче перетерпеть скорее, отмучиться. Дышать только поглубже надо, балансируя на грани уже не боли, ещё не удовольствия, и попытаться подстроиться.
Ни отстраниться, ни удобнее устроиться, Дар ему не дал, схватил крепко, за скользкие бедра и своему же совету последовал – не затягивал. С пару десятков ослепляющих вспышками рывков и отвалился, с довольным рыком. Лиаму только осталось понять, что где-то во время этого он умудрился кончить и всю постель под собой заляпать.
Хай-Дар скомкал простыню, завалился, за собой утягивая.
– Мне домой надо, – Лиам сомневался, что сейчас встать сможет, но надо же было.
– Ага, успеешь, я разбужу через пару часов.
Уже не слышал, не важно стало.
****
Тао проснулся с рассветом, когда альфа домой притащился, осмотрел его критически, принюхался и вздохнул горестно:
– Хоть бы помылся.
Лиам под впечатлением от нового опыта этот момент совсем упустил, обтёрся только у Дара дома, хотя как раз сегодня нужно было мыться с головы до ног. Понял, что от него пасёт собственными выделениями и чужими, и вообще он весь в масле.
Пришлось тащиться к бане, мерзнуть и оттираться.
Тао отодвинулся, давая рядом улечься.
– Ну чё ты как маленький-то? Приводи его уже давай.
– Кого? Куда? – не хотела голова работать.
– Омегу третьего! Не надо дурачка разыгрывать, нам с Ксу ясно, что ты на сторону ходишь. Непонятно только, почему втихаря.
Лиам завозился, укладываясь, обернулся одеялом, лихорадочно соображая, что ответить.
А Тао не унимался:
– Правда говорю, хватит придуриваться, решил, значит веди знакомить, а не по полям шляйся, – потянул носом, – вон розмарином провонял весь. Несерьезно это. Особенно для будущего главы прайда… Так скажешь кто это?
– Скажу, но не сейчас, позже. Не просто всё.
Рано или поздно объясняться придётся, но Лиам понятия не имел, как такое говорить своему омеге, какими словами.
Тот пошуршал ещё немного, примащиваясь, и больше приставать не стал. То ли ответом удовлетворился, то ли сам себе что-то надумал.
