Текст книги "Второму игроку приготовиться (ЛП)"

Автор книги: Эрнест Клайн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

«Вот дерьмо!» крикнул я. «Он собирается протаранить ее!»

Мы беспомощно наблюдали, как реактивный самолет быстро сокращает расстояние между ними. В тот момент, когда нос самолета заполнил ее поле зрения, мы увидели рывок на экране Саманты – она отключила свой основной парашют и оказалась в свободном падении, как раз вовремя, чтобы самолет без вреда пронесся над ней. Она продолжала пикировать еще несколько секунд, хотя предупреждающие индикаторы на ее высотомере уже мигали красным.

Наконец, она вытянула запасной парашют и замедлила свой стремительный спуск. Она приземлилась, все еще снижаясь очень быстро, в небольшом, густо заросшем лесом парке в нескольких милях к востоку от центра города, и мы наблюдали, как парашют волочится сквозь ветви деревьев по пути к земле.

Затем она приземлилась с толчком, от которого у меня заныла каждая косточка в теле, и видеоизображение на ее телефоне стало черным.

«С ней все в порядке?» спросил я Фейсала дрожащим голосом. «Она благополучно добралась до земли?».

«Я не знаю», – сказал он. «Я пытаюсь ей перезвонить, но она не отвечает».

Мои глаза переместились обратно на обзорный экран, на котором все еще отображалась прямая видеотрансляция с борта самолета, которым управляла Саманта. Он не вышел из пикирования. Вместо этого он увеличил угол снижения, так что теперь он мчался прямо к земле, как ракета.

«Боже мой», – сказал Фейсал. «Он врежется в ее место посадки!».

К тому времени, как он закончил говорить это вслух, все уже случилось.

Но когда самолет уже собирался врезаться, он резко набрал высоту, и вместо того, чтобы точно врезаться в посадочную площадку, он врезался в нескольких сотнях футов от нее, посреди безлюдной зоны для пикника.

Когда он ударился, наш канал видеотрансляции отключился.

На мгновение мы молча уставились на пустой экран. Затем у Фейсала хватило ума проверить местные новостные ленты Коламбуса, и менее чем через минуту мы смотрели кадры с места крушения, снятые дроном высокой четкости. Только что заправленный самолет взорвался, как авиационная бомба. Территория вокруг места крушения была разрушена до основания чудовищной силой начального взрыва. Если бы Саманта или кто-либо другой находился в этом районе, они бы сгорели.

Настоящей проблемой теперь было топливо, которое было выброшено далеко за пределы первоначальной зоны взрыва, как при неудачном напалмовом ударе. Десяток различных очагов пожара теперь бушевали по всему парку и нескольким офисным зданиям, прилегающим к нему. Это было похоже на зону боевых действий.

Из-за бушующего пламени невозможно было понять, сколько людей было поглощено внезапным адским пламенем. Любой, кто пострадал, уже превратился бы в обугленный труп.

И я знал, что любое из этих обгоревших тел могло принадлежать Саманте.

0011

Проходили минуты, но мне казалось, что время полностью остановилось.

Я в шоке смотрел на кадры на экране, когда мучительная пустота распространилась по моим конечностям и телу и медленно добралась до сердца.

В голове прокручивался каждый момент, проведенный с Самантой, как в OASIS, так и в реальности, и я перечислял длинный список глупостей, которые я сказал и сделал по отношению к ней за годы, прошедшие после нашего разрыва. И все извинения, которые я так и не принес.

Эйч первым нарушила молчание. «Если кто-то и сможет найти способ пережить это, то только Арти. Мы не знаем наверняка… возможно, она нашла укрытие до того, как это случилось».

«Не может быть, Эйч», – сказал Сёто, все еще находясь в шоке. «Ты видел этот огненный шар? Не может быть, чтобы у нее хватило времени уйти от этого…»

Мы уже несколько раз пересматривали кадры аварии, кадр за кадром. Мы не могли понять, что случилось с Самантой. Но я все еще был склонен согласиться с Сёто. У нее была лишь доля секунды, чтобы спастись, прежде чем Анорак разбил самолет, и гигантский шар огня разлетелся по всему холму.

Я не хотел верить, что она умерла. Но и обманывать себя я не собирался. Несмотря на то, как Саманту Кук часто изображали в фильмах и мультфильмах, она не была супергероем. В реальном мире она была обычным человеком – задроченной канадской девушкой-геймером из пригорода Ванкувера. Она не могла уходить от больших взрывов пешочком, как Рэмбо.

И все же. Мой разум продолжал воспроизводить последний момент падения самолета. Он упал рядом, а не на нее. Может быть, был шанс.

«Почему она была такой глупой?» сказала Эйч, ее тон сменился с шока на скорбь. «Почему она решила выпрыгнуть? Почему она просто не сидела спокойно, пока мы не заставили бы Анорака освободить ее?»

«Саманта никогда не любила ждать, пока кто-то другой спасет ее», – сказал я.

Остальные кивнули. Затем тишину нарушил звук еще одного входящего звонка. Фейсал поспешил ответить на него. Когда он ответил, на экране конференц-зала появилось лицо Анорака, который хмуро смотрел на нас, как какое-то злобное божество.

«Я звоню, чтобы выразить свои соболезнования в связи с потерей вашего друга», – сказал Анорак. «Я был искренне удивлен действиями мисс Кук. Я просчитал очень низкую вероятность того, что она попытается свалить из этого самолёта. Кто бы мог подумать, что она окажется такой глупой?» Он пожал плечами. «Я предупреждал ее, не так ли? На самом деле, я предупредил всех вас о том, что произойдет, если вы не будете сотрудничать со мной. Если бы она не попыталась сбежать, она была бы жива».

«Нет!» закричала Эйч. «Если бы вы не убили ее, она была бы жива!» Ее голос надломился, и она захлебывалась каждым словом. «Тебе не нужно было убивать ее! Или других людей…»

«Конечно, да, дорогая», – мягко ответил Анорак. «Я не хотел ее убивать. Она мне нравилась. Она была невероятно храброй и умной девушкой. Но она не оставила мне выбора. Если бы я не наказал ее за непослушание, что бы это означало? Это полностью подорвало бы мой авторитет и заставило бы Парсифаля усомниться в моей решимости. Но теперь он знает, что я серьезно настроен. Не так ли, Си?»

Я был слишком подавлен горем и яростью, чтобы ответить словами. Но мне удалось медленно кивнуть.

«Видишь?» сказал Анорак, кивнув на меня с обзорного экрана. «Уверяю вас всех, я не желаю причинять вред кому-либо еще, если мне это не нужно. И я уверен, что вы тоже не хотите больше крови на своих руках».

«Ты совсем не похож на Джеймса Холлидея», – сказала ему Эйч. «Ты не человек. Ты гребаный тостер! Тебе даже наплевать на тех людей, которых ты только что убил».

«С чего бы это, дорогая?» сказал Анорак, в его голосе звучало неподдельное любопытство. «Цитируя Сару Коннор: «Вы все уже мертвы». Вы, ваши друзья, ваши клиенты – все вы. Вы отравили свою собственную планету, разрушили ее климат, осквернили ее экосистему и убили все ее биоразнообразие». Он указал на каждого из нас. «Вы тоже скоро вымрете, от ваших рук. И вы это знаете. Вот почему большинство из вас тратит каждую секунду, чтобы подключиться к ОАЗИСу. Вы уже сдались, и теперь вы все просто ждете смерти». Он пожал плечами. «Людям, которых я убил сегодня, больше не придется ждать. И если вы будете продолжать бросать мне вызов, еще больше людей постигнет та же участь. А теперь за работу, дети».

Когда он назвал нас «детьми», я окончательно сорвался и впал в полную ярость, набросившись на обзорный экран, как будто мог пролезть сквозь него и ударить его.

«Ты заплатишь за это, сукин сын!» кричал я, потому что, очевидно, насмотрелся слишком много фильмов, и потому что был в ужасе и отчаянно хотел этого не показывать.

«Вот это дух!» сказал Анорак, ухмыляясь. «Тебе лучше поторопиться, Парсифаль». Он снова постучал по своим воображаемым часам и запел: «Время продолжает неумолимо бежать, бежать, бежать в будущее….».

С этими словами Анорак завершил разговор, и гигантский обзорный экран на мгновение потемнел. Затем он вернулся к отображению нескольких видеозаписей с воздуха и земли с места крушения Саманты. Дым рассеялся настолько, что мы могли видеть пожарных, которые, наконец, начали прибывать на место происшествия.

«К месту аварии направляется вертолет медицинской помощи», – сказал Фейсал. «Но пройдет немало времени, прежде чем они смогут взять ситуацию под контроль».

«Как кто-то мог выжить после такого взрыва?» пробормотала Эйч.

«Вы должны начать действовать», – услышали мы знакомый женский голос.

Мы все повернулись, чтобы увидеть аватар Саманты, как раз когда он закончил рематериализацию в углу конференц-зала.

«Тогда я продолжила бежать», – продолжила она. «И я упала на землю перед самым столкновением с самолетом. Там был небольшой каменный пешеходный мостик через ручей, и я нырнула под него». Она поморщилась. «У меня несколько ожогов первой и второй степени, и мне придется наложить несколько швов. Но я в порядке».

К ней подбежали Эйч и Сёто и обняли ее аватар. Я сопротивлялся желанию присоединиться к ним, но с огромным трудом. Вместо этого я просто стоял рядом с Фейсалом, который не смог удержаться и обнял меня. И я был так счастлив, что обнял его в ответ.

Саманта все еще была жива. У меня все еще был шанс все с ней исправить. Рассказать ей, как я ошибался во всем. Извиниться за то, что не слушал ее. И сказать ей, как сильно я по ней скучал…

Но она не задержалась здесь надолго.

«Я зашла в сеть всего на несколько секунд, чтобы сообщить вам всем, что я в порядке», – сказала она, осторожно высвобождаясь из медвежьих объятий Эйча. «Теперь мне нужно идти, чтобы медики привели меня в порядок. Есть еще несколько вещей, которые мне нужно сделать, и я не могу сделать их, пока Холлидей-9000 «смотрит».

Ее шутка про 2001 год вызвала у меня непроизвольный смех. Саманта была единственным человеком, который когда-либо мог заставить меня сделать это, и она знала это. Я смущенно взглянул на нее, и она снова улыбнулась мне. И на этот раз, с огромным усилием, мне удалось не отвести взгляд.

«Си, ты, Эйч и Сёто должны начать поиски Второго осколка прямо сейчас», – сказала она. «Поторопись! Я присоединюсь к вам, как только смогу».

И затем она исчезла, не дожидаясь моего ответа.

Я постоял минуту, глядя на место, где был ее аватар, пытаясь обуздать свои мечущиеся мысли.

«Обнуляйся, приятель», – сказал Сёто, ткнув меня локтем в ребра. «Арти права. Нам нужно найти Второй Осколок. И быстро».

Я кивнул и достал Первый осколок из своего инвентаря. Когда я взял его в руку, он наполнил конференц-зал своим синим свечением, каждая из граней ловила свет и преломляла его на стенах и полу в калейдоскопическом узоре.

Я протянул осколок Эйч, но когда она попыталась взять его, ее рука прошла сквозь него, как будто это была иллюзия. Сёто попробовал то же самое и получил тот же результат.

– Холлидей закодировал этот осколок так, чтобы любой мог найти его тайник и вызвать его появление, – сказал я. – Но забрать его может только один из двух наследников Холлидея. Я или Огден Морроу. Холлидей отдал Огдену свою старую коллекцию аркадных игр, помните?

Я рассказал им, как использовал календарь Бориса Вальехо в подвале Ога, чтобы изменить год симуляции Миддлтауна, и как добыл Первый осколок в спальне Киры. Я не упомянул, что заплатил девушке по имени Л0энгрин миллиард долларов, чтобы она все это выяснила за меня. Мне было стыдно признаться, что мне понадобилась ее помощь. И я твердо решил больше не обращаться к ней за помощью, пока у меня не останется выбора.

«На поверхности Первого осколка выгравирована подсказка», – сказал я, перевернув его в руках, чтобы они могли ее увидеть. «Подсказка о том, где спрятан следующий осколок».

Эйч прочистила горло и прочитала подсказку вслух.

– «Ее краски и холст – единица и ноль», – прочитала она. – «Самая первая героиня, пониженная до героя».  – Она подняла глаза, чтобы встретиться с моими. – Есть идеи?

Я покачал головой.

– Пока нет, – ответил я. – Но это первая возможность попытаться расшифровать его. – Я указал на первую строчку подсказки. – Но я думаю, что первая строка должна быть ссылкой на Киру и ее карьеру художника видеоигр. "Ее краски и холст – единица и ноль».

Эйч кивнул. Но Сёто ничего не ответил – он уже погрузился в раздумья.

– Я соглашусь, – ответила Эйч. – Но как насчет «Самая первая героиня, пониженная до героя»?

Я несколько раз прокрутил эту строчку в голове, пытаясь разобрать смысл. Но мой мозг не желал сотрудничать. Было ошибкой навязчиво пересматривать кадры катастрофы в поисках хоть какого-то признака Саманты. Теперь я мог думать только об обугленных человеческих трупах, которые я видел в парке, где упал ее самолет. Тела по меньшей мере дюжины людей – людей, которых Анорак уже убил, не задумываясь.

«Давай, Си», – сказала Эйч, когда я не смог ответить. «У тебя должны быть идеи….».

«Я не знаю», – пробормотал я, энергично почесывая кожу головы в попытке запустить свой мозг. «Я полагаю, это может быть отсылкой к Ранме 1/2[18]18
  Отец и сын, Ранма и Гэнма Саотомэ, путешествуют по Китаю. Гэнма – мастер боевых искусств и готовит своего отпрыска к тому, чтобы он стал достойным представителем школы универсальных боевых искусств. Однако в Китае путешествие заводит их в долину проклятых гейзеров, и в результате случайного купания в источниках долины на отца и сына падает страшное проклятие: Гэнма превращается в панду, а Ранма – в девушку. И ведь сразу не разберешь, кому из них повезло меньше… Одно обегчение: горячая вода возвращает им прежний облик.


[Закрыть]? Героиня, пониженная до героя?»

Я хватался за соломинку, и Эйч это знала.

– Да ладно, Си, – сказала она. – Ранма был мальчиком, который превратился в девочку, а не наоборот. И кроме того, в подсказке написано «самая первая героиня».

– Верно, – сказал я. – Ты права. Извини.

Мы молча смотрели на надпись на осколке, а Фейсал с трепетом наблюдал за происходящим из другого конца комнаты, его глаза были расширены от восхищения.

По мере того как драгоценные секунды продолжали утекать, я начал думать, не придется ли мне проглотить свою стремительно уменьшающуюся гордость и позвонить Л0хенгрину.

«Давай!» прошептала Эйч. «Это не может быть так сложно. Ог нашел второй Осколок через десять минут после того, как нашел первый!»

«Ну и дела, интересно, почему?» сказал я. «Как ты думаешь, может быть, Ог знает о своей бывшей жене немного больше, чем мы? Он был женат на ней всего-навсего восемнадцать лет!».

Эйч уже собиралась ответить, когда Сёто заговорил, прервав ее.

– Я не думаю, что первая строка относится к Кире, – сказал Сёто. – «Ее краски и ее холст, единица и ноль». Я думаю, это отсылка к Риэко Кодама, которая была одной из самых первых женщин-дизайнеров видеоигр. В одном из своих ранних интервью Кира сказала, что Кодама была одной из женщин, вдохновивших ее на работу в индустрии видеоигр, наряду с Доной Бейли и Кэрол Шоу.

Мне захотелось врезать себе. По голове. Неоднократно. Я знал все о Риэко Кодама. Она была одним из создателей серии игр Phantasy Star. Кроме того, она работала над самой первой игрой Sonic the Hedgehog, одной из самых любимых видеоигр Киры – игрой, в которой игроку предстояло собрать семь изумрудов Хаоса.

Но я все еще не видел связи между Риэко Кодама и второй строкой подсказки. Возможно, потому, что я не запомнил все ее интервью, хотя должен был бы.

«Хорошо», – ответил я. «Тогда что насчет «самой первой героини, пониженной до героя»?».

«Риэко Кодама была одним из создателей первой аркадной игры, героем которой была женщина!» сказала Сёто. «Еще в 1985 году».

Я порылся в памяти, но единственной женщиной-героем игры Риеко Кодамы, которую я мог вспомнить, была Алис Лансдейл, пятнадцатилетняя главная героиня Phantasy Star I – и это была игра для домашней консоли. Игра вышла для Sega Master System в Японии в 1987 году, а в США – в 1988 году.

«Я говорю о первой женщине-герое в видеоигре в жанре экшн». Сёто отвернул указательным пальцем ухо: «Ну, кто-нибудь?»

«Разве это не Самус из Метроида?» спросила Эйч, открывая окно своего браузера, чтобы найти ответ. «Нет, подожди, это Тоби из «Барадука»!

Сёто снова покачал головой, затем закрыл глаза и победно поднял правый кулак к небу.

«Принцесса Куруми!» – крикнул он. «Выпущена компанией Sega в марте 1985 года! Риэко Кодама разработала дизайн всех персонажей и окружения. Но когда они выпустили игру в Соединенных Штатах, они не думали, что американские мальчики будут ставить четвертаки в игру со словом «принцесса» на рекламном щите, поэтому они изменили ее название на «Сега Ниндзя»!». Он улыбнулся мне, затем пожал плечами. «Это была одна из любимых игр моего дедушки Хиро. Мы играли вместе, когда я был совсем маленьким. Когда он скончался, он оставил мне всю свою коллекцию игр Sega. Я проводил много времени, играя в нее, когда был хикикомори».

Я был так счастлив услышать это, что мне захотелось обнять Сёто. Так я и сделал, и он был так счастлив в этот момент, что терпел. Он всегда был нашим ученым по Sega и нашим постоянным экспертом по практически всем видеоиграм, когда-либо выпущенным в Японии. А в последние годы он стал хорошо известным помешанным на ниндзя. После конкурса, когда он отказался от самурайского наряда своего аватара из уважения к покойному брату, он сменил аватар на ниндзя и стал поклонником ниндзя. В течение месяца он вел прямые трансляции, играя в видеоигры про ниндзя целый день, каждый день. И он транслировал фильмы про ниндзя на своем канале POV каждую ночь. Так что эта загадка угодила в самое яблочко его знаний.

– Sega Ninja? – повторила Эйч, когда ее глаза медленно загорелись узнаванием. – Вот черт! Теперь я вспомнила эту игру! Я пристрастилась к ней. Ты играешь за крутую принцессу по имени Куруми, которая должна отбить свой замок у узурпировавших его панков.

Сёто активировал голограммный проектор, и появилось вращающееся трехмерное изображение оригинального аркадного игрового автомата Sega Ninja. Затем он усмехнулся и вручил его нам, как будто это был главный приз на игровом шоу.

– И знаете что? – продолжил Сёто. – Когда Sega портировала Ninja Princess на домашнюю консоль Master System, они снова переименовали игру, на этот раз в «The Ninja». И поскольку Sega думала, что это улучшит продажи, они изменили главного героя с женщины, крутой принцессы-ниндзя Куруми, на мужчину – обычного мужчину-ниндзя по имени Казамару.

«Да, теперь я вспомнил это дерьмо», – сказала Эйч. «В консольной версии они также превратили принцессу из куноити[19]19
  Куноити – термин для женщин-ниндзя.


[Закрыть] в «девушку в беде», которую Казамару спасает в конце игры». Она покачала головой. «Меня это до сих пор бесит».

«Серьезно?» сказал я с искренним удивлением. «Они сделали это?»

Сёто и Эйч кивнули.

«Итак…» сказал я. «Это должно быть оно, да? Принцесса ниндзя, Куруми, была «самой первой героиней, пониженной до героя»!»

«О! Йо! Я сказал, черт возьми, Сёто!» Эйч вдруг начала петь, наполовину сгорбившись, и начала танцевать боком к нему. Сёто двинулся к ней в том же направлении, и они начали сложный пятикратный ритуал «дай пять».

«Давайте подождем, пока у нас не появится осколок, чтобы отпраздновать, хорошо?» сказал я.

Сёто кивнул и открыл свой атлас OASIS. Я видел, как он провел быстрый поиск по имени Риэко Кодама. Он получил несколько совпадений в Кластере Консолей, группе миров в Восьмом секторе, где ландшафт каждой планеты напоминал характерную графику различных классических игровых приставок.

– В центре квадранта Sega есть планета под названием Phoenix-Rie, – сказал он, считывая информацию со своего дисплея. – Это самое популярное святилище жизни и творчества Риэко Кодамы, и оно восходит к ранним дням OASIS. А Кира Морроу указана в качестве одного из его первоначальных создателей в колофоне планеты.

«Phoenix-Rie был псевдонимом Кодамы», – сказал Сёто. «Я несколько раз навещал эту планету во время конкурса. На ней есть квестовые порталы, ведущие в OASIS-порты всех игр, над которыми когда-либо работал Кодама, включая Ninja Princess. Должно быть, именно туда нам нужно попасть».

«Бум!» воскликнула Эйч. «Тогда давайте соберемся в куст[20]20
  Выражение, обозначающее «собраться вместе».


[Закрыть] и уберемся отсюда».

Я выбрал аватары Эйча и Сёто на своем HUDе и приготовился телепортировать нас всех троих на планету Phoenix-Rie в Восьмом секторе. Но, конечно, я не мог никуда нас перенести. Анорак отобрал у меня способность к телепортации, а также другие способности суперпользователя, когда украл из моего инвентаря Мантию Анорака. Мой аватар все еще был максимизирован на девяносто девятом уровне, но теперь я снова был смертным, как и любой другой аватар. И я не был экипирован должным образом. За последние три года я собрал множество нового оружия, магических предметов и транспортных средств, но я не таскал все это с собой. Все было в моей старой крепости на Фалко, и у нас не было времени тратить время на то, чтобы возвращаться туда, чтобы я мог экипироваться.

«Привет, Фейсал», – сказал я, пытаясь скрыть свое смущение. «Не мог бы ты дать мне одно из тех админских колец, которые ты подарил всем остальным во время нашей первой встречи совладельцев?»

Фейсал улыбнулся и достал из своих запасов маленькое серебряное кольцо, а затем бросил его мне. Я поймал его и надел на мизинец правой руки. Оно появилось в инвентаре моего аватара как Кольцо управления OASIS. Оно давало мне возможность бесплатно телепортироваться в любую точку ОАЗИСа и заключало мой аватар в щит, который делал меня неуязвимым для атак других аватаров в OASIS, даже в PvP-зонах. Фейсал предложил мне одно из этих колец Администратора, когда давал их Арт3миде, Эйчу и Сёто, но я отказался, потому что Мантия Анорака уже давала мне эти и многие другие способности, а еще я хотел похвастаться Арт3миде.

«Спасибо, Фейсал», – сказал я.

«Вот», – нетерпеливо сказала Эйч. Она сверкнула на меня своим кольцом администратора, затем выбрала Phoenix-Rie на своем атласе OASIS. «Позвольте мне оказать честь».

Она положила правую руку на плечо Сёто, а левую – на мое, затем произнесла короткое заклинание, необходимое для активации заклинания телепортации, и наши аватары исчезли.

* * *

Через долю секунды мы рематериализовались на поверхности планеты Phoenix-Rie. Это был яркий и красивый маленький мир, выполненный в красочной 8-битной графике, а его пикселированный ландшафт представлял собой лоскутное одеяло из различных окружений, которые Риеко Кодама создавала для различных игр. Район, куда попали мы был создан по образцу игры Alex Kidd in the Miracle World. Но когда мы начали путешествовать по поверхности планеты, оказалось, что мы бежим через зону Green Hill Zone из оригинальной игры Sonic the Hedgehog. Затем ландшафт быстро изменился и стал напоминать окружение из самой первой игры Phantasy Star. Я узнал графические элементы всех трех планет системы Algol – всего за несколько минут мы пробежали через леса Пальмы, пустыни Мотавии и ледяные равнины Дезориса.

Мы также видели десятки различных неигровых персонажей из игр Кодамы, бесцельно бродящих вокруг, но, как и большинство NPC OASIS, они не нападали и не разговаривали с вами, пока вы не нападали или не разговаривали с ними первыми, поэтому мы просто держались подальше от них.

В конце концов мы достигли экватора планеты, где обнаружили линию игровых порталов, расположенных вдоль него и простирающихся до пиксельного горизонта в каждом направлении. Порталы были расположены в хронологическом порядке по году выхода игр.

Мы нашли портал Ninja Princess менее чем за минуту, он располагался между порталами, ведущими в OASIS к воссозданным играм Championship Boxing и Black Onyx.

Над каждым светящимся круглым порталом висела иконка, обозначающая оригинальную упаковку соответствующей видеоигры. Так, над порталом Ninja Princess висел значок аркадного автомата, а над порталами по обе стороны от него – Sega MyCards.

Когда мы приблизились к порталу принцессы ниндзя, я заметил звон в ушах, громкость которого неуклонно возрастала по мере приближения к нему. Эйч и Сёто, казалось, вообще не слышали его, поэтому я решил проверить свой инвентарь. Тогда я понял, что звук исходит от Первого осколка. Значок, обозначающий его в списке предметов, пульсировал в такт звону в моих ушах – как будто осколок взывал ко мне. Совсем как тот зеленый криптонский кристалл, который взывал к молодому Кал-Элу в фильме «Супермен: фильм». На самом деле, я был уверен, что Холлидей взял звуковой эффект, который я слышал, прямо из этого фильма.

Когда я достал осколок из инвентаря, чтобы рассмотреть его, звон прекратился, а надпись на осколке изменилась на глазах. Теперь она гласила:

Ниннику и Заэмон не одиноки в рядах ее.

Вернув замок принцессы, столкнешься с ее самозванцем лицом к лицу.

Я показал новое двустишие Сёто и Эйчу, и их глаза загорелись.

– Ниннику и Заэмон – два главных злодея в «Принцессе ниндзя», – сказала Эйч. – Куруми должна победить их обоих, чтобы выиграть игру и «вернуть свой замок».

– Затем «встретиться с ее самозванцем», – прочитал я. – Это, должно быть, Казамару, мужчина-ниндзя, которым ее заменили в версии для Master System. Похоже, мне придется сразиться и с ним. – Я хрустнул костяшками пальцев. – Не слишком сложно, верно?

«Поделись с нами своим POV-каналом, чтобы мы могли следить за твоими дальнейшими действиями», – сказал Сёто. «Сейчас я вызову тебя на связь, так что мы с Эйчем сможем давать тебе советы по ходу дела. Как в старые добрые времена. О, и это напомнило мне…»

Сёто переоделся в формальное одеяние ниндзя и надел свои богато украшенные золотые доспехи, а затем пристегнул мечи. Это побудило нас с Эйчем тоже переодеться в наши старые наряды охотников. Затем Эйч повесил зеркало, чтобы мы втроем могли полюбоваться собой.

«Посмотрите на этих красивых дьяволов», – сказала она, после чего разнесла зеркало вдребезги выстрелом из своей штурмовой винтовки. «А теперь давайте сделаем это».

«Хорошо, амигос», – сказал я, принимая звуковой вызов Сёто на свой HUD. «Вот и все».

Я столкнулся кулаками с ними обоими сразу, затем повернулся, глубоко вздохнул и прыгнул в портал Принцессы Ниндзя.