355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Эмма Чейз » Список непристойных желаний (сборник) (ЛП) » Текст книги (страница 1)
Список непристойных желаний (сборник) (ЛП)
  • Текст добавлен: 17 апреля 2019, 01:00

Текст книги "Список непристойных желаний (сборник) (ЛП)"


Автор книги: Эмма Чейз


Соавторы: Ви Киланд,Пенелопа Уорд
сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 8 страниц)

Ви Киланд, Пенелопа Уорд, Джоди Эллен Мэлпас, Эмма Чейз, Коринн Майклс, Сьюзен Стокер  Список непристойных желаний

ВНИМАНИЕ!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

Любая публикация данного материала без ссылки на группу и указания переводчика строго запрещена.

Любое коммерческое и иное использование материала кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей.

Автор перевода: Катя Шейкина, Ruby_Miller, Cloud Berry, Екатерина Дощенко, Charlie

Редакция и вычитка: Виктория Коробко, Ruby_Miller, Cloud Berry

Оформление: Оля Грачева

Перевод группы: http://vk.com/loveinbooks


Пенелопа Уорд и Ви Киланд
Кларк Кент на Рождество  

 Меньше всего мне хотелось в канун Рождества разделить такси с нахальным адвокатом, до жути похожим на Кларка Кента. Настроения и так не было, ведь я ехала в суд за распоряжением о выселении. Но кто знает, может, сегодня все сложится удачно. Во время поездки у нас с сексуальным Кларком Кентом завязался откровенный разговор, вот только у любого пути есть конец. Остается гадать, встретимся ли мы снова.


Глава 1

– Да вы издеваетесь, – пробормотала я себе под нос, распахивая дверь из подъезда. – Потрясающе. Просто, мать твою, потрясающе. – На улице завывал ветер, бросая мне в лицо снежинки размером с фрисби. Я натянула на голову капюшон и, заправив за уши непослушные локоны, потуже затянула шнурочки пуховика. Неприкрытыми остались только глаза и нос. Прищурившись, я попыталась разглядеть свое такси сквозь белую пелену снега. К моему дому завернула машина и, сверкнув стоп-сигналами, стала притормаживать у бордюра. Ну хоть таксист приехал быстро. По правде сказать, я лишь надеялась, что это за мной, потому что рванула к машине, даже не проверив номера.

Запрыгнула на заднее сиденье и захлопнула дверь. В салоне царил полумрак, капюшон закрывал мне половину лица, поэтому я не сразу поняла, что уселась-то вовсе не на мягкое сиденье машины.

– Эм, прошу прощения, – произнес низкий голос. Низкий голос мужчины, на чьи колени я уселась!

От испуга у меня сорвало крышу.

Я закричала незнакомцу прямо в лицо. Затем замахнулась и залепила ему пощечину.

– Какого черта? – вскрикнул мужчина.

Прижав руку к груди, я почувствовала, как сильно колотится мое сердце.

– Ты кто такой? Что ты тут делаешь?

– Ты залезла в мое такси, запрыгнула мне на колени, ударила по лицу, а теперь еще спрашиваешь, кто я такой? Это ты, черт возьми, кто такая?!

– Я подумала, это мое такси.

Тут решил вмешаться водитель, которого до этого я даже не заметила:

– Это «Убер» с двойным заказом. Такси для вас обоих.

– С двойным заказом? – переспросил мистер Низкий Голос. – Я ничего такого не заказывал.

Он-то, может, и не заказывал, а вот я – да. Так было дешевле. Бог свидетель, мне нужно экономить каждую копейку.

– Я заказывала.

И в этот момент я осознала, что до сих пор сижу у незнакомца на коленях. По возможности приподнялась над сиденьем.

– Э-э, может, передвинешься, чтобы я не наткнулась на твое достоинство, если мы наедем на кочку?

Мистер Низкий Голос что-то пробормотал себе под нос, пересаживаясь на соседнее место. Достал из кармана мобильник и начал листать приложения.

– Я не заказываю такси с попутчиками. Уверен, здесь какая-то ошибка.

– Значит, сегодня заказали. Нет тут никакой ошибки, – раздраженно буркнул водитель. – Либо едем так, либо выходите и топайте пешком. В такую непогоду мало кто таксует. Ну так что, как действуем? Моя жена запекает окорок в духовке, а мне еще нужно на утро завернуть подарки для трехлетних близнецов. Вы – мой последний заказ на сегодня.

Устроившись на освободившемся сиденье, я сняла капюшон и наконец взглянула на своего попутчика. Оказывается, он очень даже ничего. Благодаря очкам с толстыми стеклами, квадратной челюсти и широким плечам он напоминал Кларка Кента. Ну естественно, я же не могла опозориться перед страшненьким парнем. Упаси боже!

– Ладно, езжайте, – проворчал мужчина. – Мне нельзя опаздывать.

Я наклонилась к водителю, когда тот отъехал от бордюра.

– Можете подбросить меня первой? Мне тоже нельзя опаздывать.

Кларк Кент покачал головой.

– Ну конечно. Запрыгнула ко мне на колени, ударила, а теперь я еще из-за тебя должен опоздать.

Я уже и забыла, что залепила ему пощечину.

– Прости, что ударила. Это была импульсная реакция. Но кто садится со стороны тротуара, ожидая еще одного пассажира?

– Тот, кто не заказывает «Убер» с попутчиком. Я даже не видел, как ты шла к машине. На улице метель, если ты не заметила.

– Может, в следующий раз будешь повнимательнее заказывать «Убер».

– Поверь, следующего раза не будет.

– Серьезно? Я так тебя напугала? Знаешь, некоторые мужчины считают за счастье, когда женщина запрыгивает к ним на колени.

Кларк Кент впервые посмотрел на меня, и его взгляд пробежался по моему лицу.

– У меня просто паршивый день. Паршивый месяц, если уж на то пошло.

В полнейшей уверенности, что все недавние неудачи такого шикарного мужчины не идут ни в какое сравнение с последними месяцами моей жизни, я решила поделиться горем:

– Вчера я ехала в автобусе, в котором стоял резкий запах рвоты. Ко мне подсела милая старушка и прикимарила у меня на плече. Когда я вышла на остановке, то поняла, что она сперла мои часы. А позавчера пьяный мужик в костюме Санты – представитель «Армии Спасения» с колокольчиком в руке – схватил меня за задницу, когда я проходила мимо. Я врезала ему и как следует отчитала, а затем обернулась и обнаружила у себя в зрителях отряд девочек-скаутов, которые от такой картины разревелись. Они упустили момент вопиющего поведения Санты, видели только, как я его ударила. А за пару дней до этого я сказала соседке, что присмотрю за ее котом, пока их с восьмилетней дочерью не будет в городе – всего одну ночь. Вернулась с работы, а это пушистое создание лежит на моей любимой стороне кровати – мертвое. Теперь каждый раз при встрече со мной в подъезде малышка начинает плакать. Уверена, она считает меня кошкоубийцей. О… ну и не будем забывать, что сегодня канун Рождества, а вместо того чтобы ехать в Рокфеллеровский центр, где мой парень после четырехлетних отношений сделает мне предложение под огромной елкой – о чем я мечтала еще с детства, – я мчусь в суд, потому что мой жадный придурок-арендодатель хочет меня выселить. – Я перевела дух. – Суд вообще работает в сочельник?

Судя по молчанию в ответ, своей тирадой я лишила Кларка Кента дара речи.

Он еще с минуту смотрел на меня, а затем наконец произнес:

– Да. Суд не работает только в само Рождество. Я провел там кучу сочельников.

Я заломила бровь.

– Правда? Ты преступник, что ли? Что ты там делал?

Он невольно улыбнулся.

– Я судебный адвокат.

Я прищурилась.

– Да ладно…

– Тебя это удивляет?

– Вообще-то, нет… если подумать, ты похож на спесивца.

– Спесивца?

– Ага, ну знаешь, напыщенный, заносчивый, конфликтный… эдакий всезнайка. Таким было мое первое впечатление о тебе, и эта работа подходит такому человеку.

Всезнайка? Ты только что назвала меня умным? – подмигнул он.

Боже, он восхитителен в этом образе наглеца. И очарователен.

Может, стоит быть с ним помилее.


Глава 2

С минуту поглядела в окно, потирая руки и собираясь с мыслями, затем снова повернулась к незнакомцу и вежливо спросила:

– Так куда ты едешь?

– Сейчас улажу кое-какие дела, а потом на праздники полечу в Цинциннати.

– К жене и детям?

Он насмешливо взглянул на меня сквозь линзы очков, будто я сую нос не в свое дело.

– Нет, вообще-то, я живу здесь, в Нью-Йорке, а в Огайо меня ждут родители.

– Понятно. – Я протянула ему ладонь. – Я – Мередит.

Он пожал мою руку.

– Адам. – В такой морозный вечер тепло его кожи ощущалось лучше горячей чашки рождественского какао.

– Прости, что вывалила на тебя все это. – Я сдула светлую челку с глаз. – В последнее время меня преследуют сплошные неудачи.

Адам покачал головой.

– Их не бывает, красавица.

От его ласкового обращения я слегка покраснела.

– Чего не бывает?

– Неудач. Почти всем в жизни управляешь ты сам, осознано или нет.

– Да неужели? – сузив глаза, произнесла я. – Никто не может управлять всем.

– Я сказал «почти всем». Старушка прикимарила у тебя на плече? Невообразимо. Как ты могла не почувствовать, что с тебя снимают часы? Тебе следует быть более бдительной. Ладно, в том, что Санта схватил тебя за задницу, и в смерти кота твоей вины нет. Дерьмо случается. Но проблемы с арендой? Этого можно было избежать, если подумать. Готов поспорить, ты тратишь деньги, которых у тебя нет, я прав? Деньги, которые могли пойти на оплату квартиры. Эта сумочка от «Луи Виттона» стоит как минимум две штуки. Если не можешь заплатить за квартиру, не следует покупать вещь за две тысячи долларов.

Я покрепче вцепилась в свою сумочку «Луи Виттон Паллас», хотя отчасти Адам был прав.

Если точнее, эта сумка стоила две пятьсот, придурок.

Как он смеет указывать, что мне можно покупать, а что – нет?!

– Думаешь, самый умный? Я ее не покупала, эту сумку мне подарил парень.

– Тот, который сделает тебе предложение в Рокфеллеровском центре под елкой? – усмехнулся Адам.

Я нервно сглотнула.

– Ну… бывший парень. Тот, который не сделает мне предложение ни под какой елкой. Это все моя глупая фантазия. Я хотела, чтобы в этом году он сделал мне предложение и, эпично наклонив назад, поцеловал под елкой в Рокфеллеровском центре.

Адам захохотал.

– Похоже на сцену из банального старого фильма. Не думаю, что такое происходит в реальном мире, красавица.

Перестань называть меня красавицей, сладенький.

– Да… ну, этому все равно не бывать, потому что он бросил меня ради моей подруги прямо перед Днем благодарения. Полагаю, это тоже моя вина?

Адам резко поменялся в лице.

– Ауч. Извини. Нет, ты ни в чем не виновата. Он просто говнюк. Но и это не неудача. Скорее, он сделал тебе одолжение. Я бы даже сказал, тебе повезло, что ты увернулась от пули.

Отличный аргумент.

– Ты прав. Неплохой взгляд на ситуацию. – Вздохнув, я отвела взор на падающие снежинки и спросила: – А что у тебя? Есть вторая половинка?

Но не успел он ответить, как машину занесло на льду. Я инстинктивно схватилась за Адама и, к своему ужасу, только через секунду поняла, что моя ладонь лежит вовсе не на его ноге. А на его члене!

Отдернув руку, я поежилась.

– О… извини.

Да, с размером у него все в порядке – это нащупать мне времени хватило.

– Очевидно, у меня на промежности магнит, ты уже не в первый раз ее «случайно» задеваешь.

Черт!

Я прокашлялась.

– Вот именно, что случайно.

– Ну да, конечно, – усмехнулся он, но, заметив мое смущенное лицо, смягчил тон: – Я же шучу, Мередит. Боже.

От того, как он произнес мое имя своим низким голосом, у меня внутри все перевернулось.

Шумно выдохнув, я попыталась сменить тему:

– Ну, ты говорил, что…

– Я ничего не говорил. Ты хотела узнать, есть ли у меня девушка или жена. Затем, не дав ответить, схватила меня за промежность.

На это я даже отвечать не стала.

– Я свободен, – в конце концов сказал он.

У меня отвисла челюсть.

– Серьезно? Почему? Ты привлекателен, успешен… что с тобой не так?

Адам запрокинул голову.

– Господи, ты говоришь прямо как моя мама.

– Видимо, у нас обеих есть на то причина, – улыбнулась я.

Он ненадолго задумался, а затем ошеломил меня своим ответом:

– Вообще-то, лет в двадцать у меня были длительные отношения, но она умерла от рака. С тех пор мне не хотелось ничего серьезного. Как-то так.

Его слова лишили меня дара речи… вывернули наизнанку. Душераздирающая история.

– Мне так жаль.

Он одарил меня долгим взглядом.

– Спасибо.

– Да уж, поучительно. Никогда не знаешь, через что пришлось пройти человеку. Есть что-то и похуже, чем лишиться съемной квартиры.

Адам одобрительно кивнул, и между нами повисло молчание. Разбушевавшаяся метель за окном нехило застилала видимость.

Я вздохнула.

– Не уверена, что сегодня мы вообще выберемся из города.

– Куда, сказала, ты поедешь после суда? – спросил он.

– Так я не… говорила. Но планирую ненадолго слетать в Бостон. Там живет моя мама. Проведу Рождество у нее.

– Она тоже будет донимать тебя расспросами, почему ты до сих пор одинока, как и моя?

– Э-э… навряд ли.

– Вот видишь. Все-таки в чем-то удача на твоей стороне. Твоя мама хотя бы даст тебе спокойно отдохнуть.

Стыдно было признаваться, ну да чего уж, о какой неловкости может идти речь после того, как я схватилась за его достоинство? Я повернулась к Адаму и проглотила свою гордость.

– Мама не будет донимать меня лишь потому, что думает, я все еще встречаюсь с Такером.

Адам заломил бровь.

– Такер? Я и так считал его придурком, раз он спустя четыре года ушел от тебя к твоей подруге, а теперь еще оказывается, что он придурок с дурацким именем, как у мальчишки из студенческого братства. – Он хохотнул. – Такер. Зачем ты вообще продолжаешь притворяться, что встречаешься с этим болваном?

Я снова вздохнула.

– Не знаю. И на работе я никому не сказала. Наша фотография все еще стоит у меня на столе. Поначалу я не хотела произносить это вслух, потому что было ужасно больно. А сейчас… – Я потупила взгляд на колени. – Понятия не имею, зачем держала это в себе. Наверное, было стыдно.

– Стыдно? Чего тут стыдиться? Ты не сделала ничего плохого. Тебе нужно оставить все в прошлом. Выбросить фотографию этого кретина со стола. Кто знает, может, целая толпа холостяков только и ждет, когда ты порвешь с этим говнюком, чтобы пригласить тебя на свидание.

– Ага, уже выстроились в очередь за дверью, – фыркнула я.

Я ощутила на себе взгляд Адама, но не осмелилась посмотреть ему в глаза. И тогда он вздохнул.

– Где ты работаешь?

– На углу 68-ой и Лексингтон, а что?

Адам взглянул на часы.

– Твой офис сегодня закрыт?

– Нет. Открыт. Но там мало кто остался. Только самые необходимые. Я взяла выходной.

Он наклонился вперед и обратился к таксисту:

– Смена планов. Нужно развернуться и подъехать на угол 68-ой и Лексингтон. Сделаем небольшую остановку. Не глушите мотор и подождите нас, я в долгу не останусь.

Водитель посмотрел в зеркало заднего вида.

– Сотня баксов сверху за остановку.

– Сто баксов? Где ваш рождественский дух? Я рассчитывал хотя бы на полтинник.

Таксист покачал головой.

– Дети выкачали из меня весь рождественский дух вместе с деньгами. Сотня баксов. Ну так что, я разворачиваюсь, и мистер Франклин поднимает мне рождественский дух бутылочкой хорошей двенадцатилетней выпивки, или еду дальше?

Адам повернулся ко мне, и наши взгляды встретились. С секунду он обдумывал варианты, не отрывая от меня глаз, а затем ответил водителю:

– Идет. Сто баксов. Но я опаздываю, поэтому прибавьте-ка газу.

Водитель резко крутанул руль влево, и машину начало заносить. Я схватилась за ручку над головой и затаила дыхание, выдохнув, лишь когда такси выровнялось. Этот сумасшедший только что развернулся в неположенном месте посреди загруженной нью-йоркской дороги в метель. У меня сердце чуть не выпрыгнуло из груди.

– Что за черт? Зачем этот псих везет нас в мой офис?

– Затем что я помогаю тебе сделать первый шаг. Мы избавимся от той фотографии на твоем столе.


Глава 3

– Это что… усы? – Адам приподнял очки, чтобы получше рассмотреть фотографию нас с Такером. На ней мы стоим перед танцующими фонтанами в отеле «Белладжио» в Вегасе. Наш День святого Валентина в этом году. Я думала, там он сделает мне предложение. Когда этого не произошло, я убедила себя, что он просто хотел подождать до Рождества, чтобы осуществить мою детскую мечту об идеальном предложении руки и сердца и романтическом поцелуе под огромной елкой. Как же сильно я ошибалась.

Я вздохнула.

– Такер переживал фазу подражания после просмотра фильма с Ченнингом Татумом, где тот играл копа.

Эту фотографию я видела на столе каждый день, но уже давно по-настоящему в нее не всматривалась. Его усы выглядели ужасно. Жиденькие. Снизу немного сбритые, поэтому были странным образом расположены слишком высоко над верхней губой. Дешево и неаккуратно.

Адам открыл сзади рамку и вытащил фотографию.

– Даже если бы тебе нравились стремные усы, парень, косящий под Ченнинга Татума, – явный признак идиотизма, красавица.

– Наверное, ты прав, – улыбнулась я.

Он поставил пустую рамку обратно на стол и приподнял снимок.

– Конечно, прав. Я всегда прав. А теперь… окажешь честь, или лучше мне?

– Я должна сама это сделать.

Я забрала фотографию у Адама и посмотрела на нее. Такер и вправду выглядел по-идиотски с этими усиками.

– У нас не так много времени. Чую, судья сделает мне выговор за опоздание. Порви ее, милая. Это как сорвать пластырь со старой раны – чем быстрее, тем лучше.

Сделав глубокий вдох, я закрыла глаза и разорвала снимок пополам.

– Вот так. Продолжай.

Я ухмыльнулась и разорвала еще раз. Затем еще и еще. Было так приятно рвать эту чертову бумажку на маленькие кусочки. Закончив, я выбросила клочки в мусорку и с довольной улыбкой посмотрела на Адама.

Он улыбнулся в ответ.

– Тебе стоит делать это чаще.

– Рвать фотографии?

Взгляд Адама упал на мои губы.

– Нет. Улыбаться. У тебя потрясающая улыбка.

Мой желудок сделал сальто.

– О, спасибо.

Он прочистил горло и отвел взгляд.

– Пойдем, нужно торопиться.

Метель на улице усилилась. Адам взял меня за руку, и мы побежали к ожидающему нас такси.

Усевшись на заднее сиденье, я произнесла:

– Спасибо тебе. Мне и правда стало легче. Прям нонсенс какой-то, учитывая, что я мчусь навстречу своему личному неизбежному апокалипсису.

Адам расстегнул верхнюю пуговицу пальто.

– А что там у тебя за проблема с выселением? Ты не похожа на человека, который не платит за жилье.

– Так и есть. Я каждый месяц платила в срок. Но на самом деле я не имею права там жить. Эта квартира принадлежала моей бабушке. Я переехала к ней два года назад, чтобы помогать, когда она заболела. Девять месяцев назад она скончалась. Квартира с регулируемой арендной платой. Мне там очень нравилось, и я осталась. Никогда не могла позволить себе однушку в том районе. Но недавно арендодатель обо всем узнал и теперь выселяет меня. А поскольку я жила там незаконно, в придачу хочет взыскать с меня плату за месяцы со дня смерти бабушки. Тридцать шесть тысяч четыреста двенадцать долларов.

Адам долго смотрел на меня.

– Тридцать шесть тысяч четыреста двенадцать долларов, значит? – Почесал подбородок. – Говоришь, ты переехала два года назад, а бабушка умерла девять месяцев назад?

– Да. Ну, я округлила. Может, я прожила там чуть меньше двух лет. А что?

– Твой адвокат рассказал тебе о правах наследования?

– У меня нет адвоката. Я же на мели. А что за права наследования?

– Если ты приходишься родственником пожилому арендатору и живешь с ним больше года до его кончины, то тебя не могут выселить, при желании квартира остается за тобой.

Я выпучила глаза.

– Ты серьезно?

– Ты прожила с бабушкой целый год до ее смерти?

– Не уверена. Она умерла прошлой зимой, я переехала позапрошлой, но точную дату не помню.

– Тебе нужно доказать это сегодня на слушании.

Я поникла.

– И как мне это сделать, если я не помню точной даты переезда?

– Можешь прикинуть и заявить в суде, что тебе нужно больше времени для сбора необходимых документов, поскольку ты только что узнала о своих правах наследования. Подумай, что бы ты могла использовать в качестве подтверждения – например, квитанцию грузоперевозки… хоть что-нибудь. В зависимости от судьи, тебе могут дать отсрочку на праздники. Назначат слушание на другой день, и тебе потребуется просто предоставить доказательства.

Во мне вспыхнула надежда, хотя я не была уверена, что сумею найти подтверждение своего переезда.

– А если мне не удастся доказать? – спросила я.

– Не беспокойся об этом. Разберешься, если придется.

– Я уже переносила слушание из-за болезни. Не думаю, что мне дадут еще одну отсрочку, что бы я им ни сказала.

– Рождество же, быть может, они хотят поскорее попасть домой, и тебе повезет.

– Повезет, да? – поддразнила я. – Ты же вроде говорил, что удачи не существует.

– Ладно, подловила. Просто неудачный выбор слов. Переформулирую: ты представишь новую информацию, которая может сыграть тебе на руку. Это не противоречит моему убеждению. Мы сами творцы своей судьбы.

– Ну а я по-прежнему считаю, что в последнее время удача не на моей стороне, и не думаю, что сегодня в суде это изменится. Я не жду рождественского чуда.

– Главное – правильно себя подать, Мередит. Если я чему-то и научился, будучи адвокатом, так вот этому. Теперь ты знаешь свои права и можешь переломить ситуацию. Если убедишь всех, что уверена в своих подсчетах, готов поспорить, мяч окажется на твоей стороне.

Заразительная твердость образа мыслей.

Я склонила голову набок.

– Ты и впрямь веришь, что люди управляют собственными судьбами?

– На сто процентов. Мысли материальны.

Я на секунду задумалась, стоит ли задавать следующий вопрос.

– Что я могу для тебя сделать?

Он прищурился.

– В смысле?

– За короткое время ты сделал для меня столько хорошего. Помог наконец-то избавиться от той фотографии и нашел лазейку, которая может спасти мою задницу. Я перед тобой в долгу. Серьезно, как я могу отблагодарить тебя, Адам?

Он пару раз моргнул, но не ответил. Может, вопрос прозвучал двусмысленно? И тут мне в голову пришла одна идея.

Я щелкнула пальцами.

– Погоди-ка! Придумала!

Он вздернул бровь.

– Ты ведь не станешь снова хватать меня за пах, верно?

Видите? Он действительно неправильно понял мой вопрос.

– Нет, умник.

Он подмигнул.

– Тогда что?

– Ты сказал, мама постоянно пилит тебя из-за отсутствия девушки. Почему бы тебе не притвориться, что встречаешься со мной?

– Хочешь поехать со мной домой, что ли? – хохотнул он. – Припоминаю похожий фильм. Одна подружка затащила меня на него.

– Нет, я не полечу в Огайо. Но мы можем сделать несколько фотографий, изобразив счастливую парочку.

Это его развеселило.

– Предлагаешь делать мне то же самое, что сама делала с фотографией Такера? Врать, что я с кем-то встречаюсь?

– Ну, тут все будет безобидно. Тебя не будут тяготить никакие нездоровые воспоминания… всего лишь выдуманная история, чтобы мама ненадолго отстала. Можешь даже сказать, что встречаться мы начали недавно и у нас несерьезно.

– Ты просишь меня врать матери…

– Да, но…

– Вообще-то, это гениально, – потер он затылок.

Я расплылась в улыбке от радости, что ему понравилась моя идея.

– Правда?

– Ага. Может, мне даже не придется это использовать, но какого черта… Придержу фото на крайний случай, если станет совсем уж невыносимо.

– Супер! – воскликнула я с лучезарной улыбкой. – Так, ладно, давай свой телефон.

– Увлекаешься селфи? – спросил он.

– О да. Я королева селфи.

За несколько минут я наделала кучу совместных фоток. Таксист поглядывал на нас в зеркало заднего вида как на двух чудиков.

Я наклонила голову к Адаму и широко улыбнулась. На некоторых снимках мы, дурачась, высунули языки. Мы на самом деле выглядели как счастливая пара, которая вместе уже довольно давно.

От Адама так приятно пахло. Каким-то мужским одеколоном с нотками мускуса, от которого у меня разбушевались гормоны. «Радуйся, мир!1» Вдруг я поняла, что хочу фотографироваться снова и снова, только бы вдыхать его запах, быть с ним рядом.

В какой-то момент он обнял меня, и когда я ощутила его крепкое тело, по спине побежали мурашки.

Боже, Мередит, до чего ты докатилась, заводишься от такой малости.

Кашлянув, я неохотно отстранилась.

– Думаю, хватит.

– Уверена? – Адам поймал мой взгляд. Время словно остановилось – похоже, он наслаждался нашими прикосновениями не меньше меня. Или же мне просто хотелось так думать.

Свет уличных фонарей гипнотически отражался в линзах его очков. Может, влечение все-таки было взаимным. Адам называл меня красавицей, отметил притягательность моей улыбки. Мне казалось, он просто дурачился, но вдруг за этими словами стояла искренняя симпатия?

Во мне начала подниматься тревога. Мы скоро приедем, и тогда наши пути разойдутся.

Увижу ли я его снова?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю