Текст книги "Поцелуй Тёмного Огня (ЛП)"

Автор книги: Эми Пеннза

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 12 страниц)

– Тебе нужна кровь, – сказал он.

Моему телу стало жарко, потом холодно. Смогу ли я когда-нибудь привыкнуть к его резкой смене темы?

– Нет, я не знаю.

– Да, знаешь, и ты заболеешь, если у тебя её не будет.

Я напряглась.

– Откуда ты это знаешь?

– Ты только что сказала мне, – на мой быстрый вдох он бросил бикини на ближайший туалетный столик. – Я не так уж много знаю о дампирах, девочка, но очевидно, что тебе нужно питаться. Ты пялилась на мою шею так, словно это кусок говядины, висящий в мясной лавке.

Я открыла рот, но он продолжал говорить.

– Итак, вот что должно произойти. Ты пойдёшь со мной в бассейн, и я дам тебе свою кровь, – выражение его лица стало явно самодовольным. – Я думаю, что она более мощная, чем то, к чему ты привыкла.

– Я не могу питаться от тебя.

– И всё же ты также не можешь голодать, не так ли? – его взгляд снова опустился на мой рот. – Я знаю, что ты хочешь попробовать, девочка, но, боюсь, «шведский стол Фергуса» доступен только у бассейна.

Я уставилась на него, пока его абсурдный ультиматум крутился у меня в голове. Его акцент тоже закружился, что странно привлекательно заставило приподняться тонкие волоски на моих руках. Это не должно было повлиять на меня, но по какой-то причине его трели и урчание заставили тысячу бабочек поселиться у меня в животе.

– То же правило, что и раньше, – тихо добавил он. – Я не прикоснусь к тебе, пока ты меня не попросишь, – он подошёл к двери и взял свои джинсы – и зрелище того, как он влез в них, а затем натянул их на бёдра, заставило бабочек биться крыльями чуть быстрее.

Я не могла пойти с ним… Или могла?

Он обвёл рукой зал в изысканном жесте, который заставил меня задуматься, сколько же ему лет.

На самом деле, я сразу поняла, что меня многое интересовало в Фергусе Девлине.

Его глаза блеснули.

– Согласна?

* * *

Десять минут спустя мне пришлось сжать челюсть, чтобы она не отвисла. В замке был не просто крытый бассейн. Там был крытый бассейн под потолком, полностью сделанным из стекла. Над головой простиралось ночное небо, чернильно-чёрное, усеянное звёздами, отражающимися в воде. Воздушное пространство было залито лунным светом, придавая всему мирный, мечтательный вид.

– Прелестное зрелище, да? – сказал Фергус рядом со мной.

– Это прекрасно, – выдохнула я. – В Кровносте нет ничего подобного.

Он кивнул в сторону ступенек, спускавшихся в воду.

– Заходи. Он нагрет.

Я поджала губы.

– Ещё одно из твоих условий дать мне кровь?

– Нет, девочка. Я только хотел показать тебе кое-что за пределами твоей спальни, – он приложил руку к груди. – Я дал клятву, и не откажусь от неё.

Я была среди достаточно древних, чтобы знать, что они серьёзно относились к клятвам.

– Сколько тебе лет?

Он подошёл к ступенькам.

– Заходи, и я тебе расскажу.

Я резко вздохнула, вспомнив, как использовала похожую фразу в ту ночь, когда он захватил меня в плен.

Он подмигнул и спустился по ступенькам в джинсах. Просто вошёл прямо в бассейн, как будто он делал подобные вещи постоянно. Может быть, он так и делал. Я начинала думать, что это было совершенно нормальным поведением для Фергуса. Вода доходила ему до пояса и плескалась вокруг его впечатляющего пресса.

На который я не пялилась.

– Ты боишься воды, Галина? – боюсь.

– Больше того, кто в ней.

Его тихий смех смешался со звуком плещущейся воды, когда он пробирался дальше.

И, как ни странно, оба звука успокоили меня. Я почувствовала, как мои плечи расслабились, и острое чувство голода исчезло.

Ласковые волны манили меня. Его тело под поверхностью было расплывчатым и рябым, и я не могла не задаться вопросом, на что была похожа ласка всей этой воды.

Фергус раскинул руки и двигал ладонями назад-вперёд, как будто гладил течение. Ещё более мягкие звуки плеска эхом разнеслись по похожему на пещеру пространству. Он посмотрел вверх, и его глаза, казалось, поймали свет.

– Сейчас почти полная луна.

Я проследила за направлением его взгляда, внезапно вспомнив, что он и Брэм были наполовину оборотнями. В вихре последних нескольких дней я задвинула это знание на задворки своего сознания. Но теперь меня одолевало любопытство.

– На тебя она действует?

Чистокровные оборотни не могли контролировать себя, когда была полная луна. Их звери брали верх, заставляя их спариваться и охотиться. Стаи превратили это в ритуал.

– Не так, как ты думаешь, – ответил он. – Мы не можем принять звериную форму, но мы чувствуем притяжение Луны, – выражение его лица стало задумчивым. – Это как зуд, который ты должен почесать. Мы могли бы выдержать тягу, если бы пришлось, но гораздо приятнее поддаться обращению. Я охотился с несколькими другими полукровками волками, когда в детстве тренировался сражаться. Потом я встретил Брэма, и у него никого не было, так что теперь я охочусь с ним в полнолуние, – он улыбнулся. – Думаю, ты можешь назвать нас стаей из двух человек.

Я подошла ближе к ступенькам.

– У него никого не было?

Улыбка Фергуса погасла.

– Ах, нет. Его мать умерла, рожая его, и вскоре за ней последовали его отцы. На самом деле, это единственный способ, которым дракон может умереть. Потеря пары. Мы сильно любим, девочка, и мы можем поддаться горю.

Глядя на него сейчас, в это было легко поверить. Боль застилала его глаза, как будто одна мысль о потере Брэма заставляла Фергуса страдать.

И это совсем не вязалось с тем, что мне рассказывали о его расе.

Я сглотнула.

– Должно быть, Брэму было тяжело расти без родителей.

– Да. Он вырос при дворе, и, если ты знаешь что-нибудь о нашем короле, то понимаешь, что это не место для ребёнка.

Я мало что знала об их короле, кроме…

– Мой брат назвал его сумасшедшим.

Фергус поморщился.

– Мы не используем это прозвище, но я признаю, что оно близко к истине. Кормак – единственный чистокровный дракон, оставшийся в мире. Никто на самом деле не знает, сколько ему лет, за исключением, может быть, его пары. Но Найл проводит большую часть своего времени, пытаясь убедить Кормака не разрушать землю.

Моё сердце пропустило удар.

– А он мог бы?

– Нет, не в наше время. У людей достаточно оружия, чтобы остановить его. Но в процессе он разоблачил бы сверхъестественный мир, – Фергус вздохнул. – Одна из многих причин, по которым другие расы Перворождённых ненавидят нас.

Его голос звучал таким несчастным.

– Что насчёт оборотней? Ты – часть их.

– Я боюсь, что они не понимают этого. Полукровки они или нет, драконы повсеместно не нравятся Перворождённым. У некоторых есть проблемы с нашей деятельностью в спальне, но большинство возмущается тем, что мы спариваемся с их женщинами. Я даже не могу по-настоящему винить их за это. Когда наши женщины вымерли, наши предки думали, что это будет нашим концом. Но судьба приспособилась, подарив нам женщин из других рас. Некоторые Перворождённые считают, что это лишает их женщин шанса сочетаться браком с одним из них.

Я нахмурилась.

– Но если судьба выберет, разве это не конец?

– Может быть, – он слегка загадочно улыбнулся. – Как я уже сказал, судьба приспосабливается. Люди иногда говорят о родственных душах – человеке, с которым им было суждено быть. Но, возможно, у бессмертных всё по-другому. Когда ты живёшь вечно, вполне возможно, что судьба даёт тебе множество возможностей найти свою пару. Может быть, потенциальная пара появляется раз в несколько сотен лет. Никто не знает наверняка, девочка, но моей расе повезло. Судьба пощадила нас. Никто из нас не хочет упускать свой второй шанс.

То, как он описывал поиски драконами своих пар, не имело ничего общего с историями, на которых я выросла. В его устах это звучало почти... романтично.

Он провёл руками по воде.

– Ты должна зайти, пока не остыла.

– Я думала, ты сказал, что бассейн с подогревом.

– Это так. Но у меня заканчиваются идеи.

Мои губы дёрнулись против моей воли.

– Значит, ты прибегаешь ко лжи?

Он держал большой и указательный пальцы на расстоянии дюйма друг от друга.

– Совсем немного. Чего бы это ни стоило, чтобы убедить великолепную рыжеволосую девушку поплавать со мной под звёздами.

Теперь мне пришлось прикусить нижнюю губу, чтобы не улыбнуться. Фергус был неумолим, но он был так очарователен, что перед ним было трудно устоять. Повинуясь импульсу, я подошла к ступенькам и вошла. Тёплая вода поднималась вверх по моему телу, не останавливаясь, пока не закачалась у меня под грудью. Моя одежда прилипла ко мне, но это не имело значения. Вода прижималась к моему телу, препятствуя моим движениям самым мягким из возможных способов.

Это был рай. А со стеклянным потолком над головой звёзды, казалось, плавали в воде. Держась одной рукой за выложенный плиткой край бассейна, я помахала рукой над водой, наблюдая, как звёзды колышутся у меня за спиной.

– Триста шестьдесят, – тихо произнёс Фергус.

Мне потребовалась минута, чтобы понять, что он ответил на мой вопрос о своём возрасте.

– Так же, как и Брэму, – добавил он.

Так что не так уж и стар для бессмертных. Но гораздо более опытный, чем я была.

– Сколько тебе лет? – спросил Фергус. Он улыбнулся, продолжая водить своими руками по воде. – Раз уж мы затронули эту тему.

Смущение затопило меня, и я опустила глаза, чтобы он не увидел этого в моих глазах.

– Я не уверена. Двадцать три или двадцать четыре.

Фергус так долго молчал, что я подумала, может быть, он ушёл. Может быть, превратился в дым и умчался из бассейна. Но когда я подняла взгляд, он всё ещё был там, в лунном свете, его светлые брови были плотно сдвинуты.

– У тебя никогда не было дня рождения? Никакого праздника?

Я покачала головой.

– Моя мать умерла, когда я родилась. И мой отец был... равнодушным, – я постаралась придать своему тону безразличие. – Дампиры непредсказуемы, когда дело доходит до генетики. У меня нет сил, о которых можно говорить.

Фергус издал тихий звук.

– Это просто неправда, девочка. У тебя ужасающая власть надо мной.

О, боги. Пламя снова вспыхнуло в его глазах. И он, должно быть, заметил их отражение в моих собственных, потому что Фергус моргнул, и оно исчезло.

Но желание всё ещё горело, и моё сердце забилось быстрее.

– Ты так говоришь только потому, что тебе нужна женщина, – и теперь я находилась с ним в бассейне. Умно.

– Если бы ты знала что-нибудь о драконах, ты бы знала, насколько это далеко от истины.

– Я знаю, что ваш народ вымирает. И что тебе нужно потомство, но ты предпочитаешь... – я оборвала себя, прежде чем смогла повторить прощальные слова воина, который бросил меня перед замком.

Но Фергус этого не хотел.

– Предпочитаешь, что?

Жар прилил к моим щекам, и я была благодарна темноте, которая позволила мне скрыть хотя бы часть моего дискомфорта.

– Я знаю, что ты предпочитаешь мужчин.

Его хриплый смех заставил меня подпрыгнуть.

– Это то, что тебе сказали? – он наклонился так, что вода окатила его плечи. – Я думаю, кто-то забил тебе голову сказками, прекрасная Галина.

Я отвела взгляд от его груди, которая теперь была влажной и блестящей.

Он медленно двинулся ко мне, и я затаила дыхание, когда он добрался до стены и опёрся рукой о край рядом со мной.

– Мы бисексуалы, девочка. На самом деле это не вопрос предпочтений. Больше похоже на привязку. Мы также полиаморны, и это тоже заложено в нас природой. Ты говоришь, что нам нужна женщина, и ты абсолютно права. Но нам не нужна просто какая-то женщина. Мы хотим ту, кого выбрала для нас судьба.

Мой желудок затрепетал от нервов – и, возможно, от чего-то ещё. Теперь его запах был сильнее, эта аппетитная смесь корицы и вечнозелёных…

Я с трудом сглотнула.

– Ты утверждаешь, что я предназначена тебе судьбой, но я не чувствую того же притяжения, – они с Брэмом были так уверены. Что, если они ошибались? Или просто очень убедительные актёры.

– Неужели? – мягко спросил он, и прежде чем я поняла, что происходит, Фергус обхватил мою челюсть одной большой ладонью. – Ты хочешь меня, девочка. Нет смысла это отрицать.

Его взгляд удерживал мой в плену. Когда я говорила, мой голос, казалось, доносился издалека.

– Я… Это просто голод, – как только я это сказала, мои клыки заболели, а рот наполнился слюной. Сначала я не понимала, почему не слышу его сердцебиения. И тут меня осенило.

Оно билось синхронно с моим.

– Питайся от меня, – сказал Фергус. – Удовлетвори свою жажду. Если ты не захочешь меня после, ты поймёшь, что тебя привлекла не что иное, как жажда крови.

Мой взгляд переместился на его шею, где манила эта соблазнительная жилка.

– Я могу это сделать, – услышал я свой голос. Как только поем, я снова смогу мыслить здраво.

– Да, ты можешь, – его большой палец провёл по моей щеке. – Ты должна.

– Мне нужен нож, – медленно произнесла я, и мне пришлось сильно сосредоточиться, чтобы слова прозвучали правильно. – Мои клыки слишком короткие, чтобы проколоть кожу, – где-то в глубине души я знала, что мне должно быть стыдно признаться в этом. Но я не беспокоилась ни о чём, кроме потребности, скручивающейся внутри меня.

Фергус опустил руку и поплыл назад.

– Я принесу один. Ты оставайся на месте, – затем, самым поразительным движением, которое я когда-либо видела, он выпрыгнул из воды и умчался, как в тумане. Он не перекинулся. Он просто поднялся в воздух.

Я моргнула, и Фергус снова появился у бассейна, его широкие шаги быстро несли его к ступенькам. И когда он спустился, я поняла, что он всегда мог двигаться так быстро. Он мог бы использовать эту скорость в любой момент во время наших многочисленных взаимодействий. Но он сдержал себя.

Теперь Фергус сделал это снова, направляясь ко мне с маленьким, но острым на вид ножом в руке. Когда он подошёл ко мне, он протянул его.

– Как ты меня хочешь?

Мои внутренности задрожали, когда я взяла нож. Был ли он действительно готов отдать себя на мою милость? Был только один способ выяснить это. Я облизнула губы.

– Спиной к стене. И-и дай мне посмотреть на твои руки.

Фергус подчинился, вытянув руки так, что его ладони легли на край.

– Делай, что тебе нравится, девочка. Я не буду двигаться.

Яд капал с моих клыков. Недостаточно, чтобы увлечь его. Химикат должен был попасть непосредственно в кровоток, и я могла сделать это только глубоким укусом.

– Давай, – пробормотал Фергус. Он склонил голову набок, обнажая шею. – Возьми то, что тебе нужно.

Голод ударил, как плеть, подталкивая меня вперёд. Я надрезала его вену и прижалась ртом к его шее. В ту секунду, когда его кровь попала мне на язык, я застонала.

Амброзия. Его вкус не был похож ни на что в этом мире. Грубая сила потекла по моему горлу и в мои вены. Жар пронзил меня – и затем он выстрелил прямо между моих ног, сила его была такой сильной, что я застонала от безудержного удовольствия. Мои бёдра двигались сами по себе, когда инстинкты побуждали меня искать большего. Больше трения. Больше его.

Издалека я слышала, как дыхание Фергуса стало прерывистым. И когда я застонала в третий раз, он повторил это, его горло заурчало под моими губами.

Не в силах остановить себя, я прижалась к нему всем телом, позволяя своим грудям прижаться к его твёрдой груди. Его запах становился всё гуще, наполняя мои лёгкие и заставляя тепло между моих бёдер пульсировать, как сердцебиение. Мои соски были такими твёрдыми, что болели, и это было похоже на невидимые нити, привязывающие мой язык к моей груди и лону. С каждым движением моего рта они тянули сильнее, погружая меня в туман чувственной потребности, такой горячей, что я думала, что могу сгореть. И я не была уверена, что меня это волнует.

Громкий треск вырвал меня из тумана, я отшатнулась и слизнула кровь Фергуса со своих губ. Когда облако желания рассеялось, и я ясно увидела его лицо, я ахнула.

Его глаза были адом, серебро полностью исчезло в оранжевом пламени. Игривый, обаятельный Фергус исчез, сменившись чем-то опасным и могущественным.

Хищник. И он держал меня на прицеле.

Я ждала, что он накренится вперёд. Чтобы продемонстрировать часть этой нечеловеческой скорости.

Но он оставался неподвижным – как и обещал. Его руки оставались вытянутыми, но теперь в одной руке он держал разбитый кусок бетона. Более мелкие кусочки камня плавали в воде вокруг нас. Он сломал его, когда я питалась от него? На самом деле оторвал край бассейна?

– Не... останавливайся, – проговорил Фергус, его грудь тяжело вздымалась. Он казался крупнее, его мускулы более рельефными. Капли воды прилипли к его груди, и на какую-то дикую секунду я представила, как наклоняюсь вперёд и слизываю их.

Я попятилась назад, расплёскивая воду на ходу.

– Я должна идти, – если бы я осталась рядом с ним, никто не знал, что бы я сделала. С его кровью, поющей в моих венах, я поплыла к лестнице и неуклюже выбралась из бассейна. Мои мокрые подошвы шлёпали по гладкому бетону.

– Галина.

Я замерла, ожидая звука погони или крепкого пожатия его руки на моей руке. Если бы Фергус захотел, он мог бы добраться до меня прежде, чем я даже поняла, что он переместился…

– Посмотри на меня, – мягко сказал он.

С колотящимся сердцем я повернулась ровно настолько, чтобы встретиться с ним взглядом.

Фергус остался в бассейне, но взгляд его глаз был таким горячим, что было чудом, что вода вокруг него не закипела.

– Беги, если тебе нужно, но знай: однажды ты будешь умолять меня поймать тебя. Теперь я в твоих венах, и я собираюсь быть везде тоже.

Я затаила дыхание, когда его громыхающее обещание, казалось, отразилось в ноющем месте между моих бёдер.

– Теперь иди, – произнёс Фергус. – И позволь мне оставить тебя наедине с одним словом, девочка. Скоро.

Глава 9

Фергус

Проблема с широкими декларативными заявлениями заключалась в том, что в конечном итоге вы выглядели полным грёбаным идиотом, когда вам доказали, что вы ошибались. Показательный пример: я пообещал Галине, что она скоро придёт умолять о моём прикосновении.

И всё же два дня спустя я был здесь, нянча баночку солёной карамели с арахисом. И ни одного обезумевшего от похоти дампира в поле зрения.

После того, как она покормилась от меня, она удалилась в свои апартаменты. Хуже того, она перестала открывать дверь, когда я стучал. Я мог принимать форму тени и входить в тысячу разных мест, но я не собирался подрывать доверие, которое завоевал, вторгаясь в её пространство. Я дал ей клятву и намеревался сдержать её – как бы неудобно это ни было.

И прямо сейчас это было чертовски неудобно. Воспоминание о её одежде, прилипшей к телу в бассейне, мучило меня. В ту секунду, когда её губы коснулись моей шеи, она преобразилась. Робкая полукровка исчезла, её заменила знойная соблазнительница. Её хриплые стоны наполняли мои уши, и ощущение её маленького язычка, ласкающего мою вену, чуть не погубило меня. Когда она отстранилась, её глаза светились жутковатой синевой.

Потом она вышла из бассейна, и влажные кончики её винно-рыжих волос дразнили изгибы её задницы. Я сохранил свой контроль – с трудом.

Но что-то нужно было дать.

Дверь в мою комнату открылась, и вошёл Брэм.

– Я думаю, она спит. В её комнате тихо, – он сел на диван напротив меня перед камином. – Мороженое в полночь?

– Это называется пожирать твои чувства, – пробормотал я. Я вонзил в него ложку и откусил ещё кусочек.

Брэм скрестил руки на груди.

– У нас на кухне есть чашки. Тебе не обязательно есть прямо из коробки.

– Да, но я планирую съесть всю упаковку, так что это не проблема.

Он сжал губы, но ничего не сказал. Я знал, что для него это было тяжело. Он вырос при дворе короля Кормака и никогда не забывал о своих дворцовых манерах.

Я поискал арахис и нашёл его.

– Как ты думаешь, это нормально, что она сейчас спит? – спросил он. – Сейчас середина ночи.

– Не знаю, – моя ложка наткнулась на ещё один арахис. Джек-пот.

– Может быть, она не получила достаточно крови. Сколько она взяла у тебя?

– Этого я тоже не знаю.

В его голосе появилась резкость.

– Это важно, Фергус. Наша женщина не хочет с нами разговаривать.

Арахис не поддавался, поэтому я ткнул ложкой в мороженое вокруг него.

– У меня не было под рукой лаборатории для кровопускания. Я был слишком занят, пытаясь не кончить как фонтан, – я ещё пару раз потыкал мороженое. – Это принесло мне много пользы.

Брэм на мгновение замолчал.

– Фергус, – тихо сказал он.

– Что? – я оторвал арахис.

– Может, ты перестанешь мучить это мороженое хоть на минуту? – что-то в его голосе заставило меня остановиться и поднять глаза. На его губах заиграла улыбка. – Иди сюда.

Часть меня ощетинилась от этой улыбки, но другая часть услышала мольбу в приказе. Я отложил коробку в сторону и встал. Он поднялся в тот же момент, и как только я оказался в пределах досягаемости, он схватил меня сзади за шею и притянул к себе.

– Это то, что тебя беспокоит? – пробормотал он, его зелёные глаза были нежными. – Ты не кончил, как фонтан?

– Нет.

Его улыбка стала шире.

Я шумно выдохнул.

– Может быть. Но дело не только в сексе.

– Конечно, нет.

– Я серьёзно, Брэм. Что, если... – моя грудь сжалась, как будто моё тело не хотело позволять мне озвучивать мой самый глубокий страх. – Что, если я разрушу наш шанс? Она не желает меня.

– Невозможно, – он сжал мой затылок, притягивая меня ближе. – Она должна быть сделана из камня, чтобы не желать тебя, – Брэм завладел моими губами в поцелуе, который начался нежно и быстро перерос в обжигающий. Его язык исследовал мой, погружаясь и толкаясь. Мой член набух, когда удовольствие горячим и тяжёлым потоком разлилось по моим венам. Стон застрял у меня в горле. Он вырвался на свободу, когда пальцы Брэма нащупали шнурок на моих домашних штанах.

– Сними это, – сказал он мне в губы.

Я попытался подчиниться, и мой член выдвинулся вперёд, кончик уже истекал предсеменем для него.

– И рубашку.

Я едва успел стянуть её через голову, когда он обнял меня и подарил ещё один обжигающий поцелуй. Как и все те столетия назад, сопоставление моей обнажённой кожи с его одетым телом усилило мою похоть в тысячу раз. Я прижался своим членом к его, когда он провёл рукой по моей заднице и скользнул пальцами в мой анус.

– Ты на вкус как карамель, – он подразнил кончиком пальца мой вход, проникая в меня неглубокими толчками, от которых по моей коже побежали мурашки. Его голос понизился до рычания. – Я хочу попробовать тебя везде.

– Да, – простонал я.

Брэм застонал в ответ – и углубил поцелуй, как будто не мог не вернуться за большим. Не то чтобы я возражал. Я не мог насытиться его ароматом кедра и дыма. Прикосновение его щетины к моему подбородку. Его порочные пальцы проникают всё глубже в моё тело. Он добавил второй – или, может быть, третий, это было так приятно, что мне было всё равно, – и жжение от его входа уступило место мощному гудению удовольствия, от которого у меня перехватило дыхание.

– Вот так, – сказал он, покусывая мою губу. – Откройся для меня.

Я прижался бёдрами к его, разрываясь между потребностью в моём члене и восхитительным давлением в моей дырочке. Желание трахаться и желание быть наполненным. Проще говоря, я хотел всего этого. Я бы взял всё, что Брэм дал бы мне. И я бы дал ему всё, что он захочет.

Он отдёрнул голову, прерывая поцелуй и бросая на меня горячий взгляд прищуренных изумрудных глаз.

– Ложись на кровать.

Я пошёл, положив одну руку на свой пульсирующий член. Я неторопливо поглаживал его, лёжа на спине и наблюдая, как он раздевается и крадётся ко мне. Мой бедный член заплакал от картины, которую он создал – шесть с половиной футов грубого, первобытного самца. Я едва ли был маленьким, но Брэм был больше, и это меня вполне устраивало. Он перелез через меня и без предисловий широко раздвинул мои бёдра и перекатил меня на плечи. Затем он опустил голову между моих раздвинутых ног и провёл языком по моей сморщенной дырочке.

– Блядь! – я ахнул, дрожь пробежала по мне. Он снова лизнул меня, и моё следующее проклятие было не более чем хриплым ворчанием. Ощущение было невероятным. Чистое блаженство, которое пронеслось прямо к моему члену. Я обхватил руками тыльную сторону коленей и раздвинул ноги шире, бесстыдно умоляя о большем.

Его мрачный смешок вырвался наружу, когда он продолжил своё плотское исследование. Каждое движение его языка заставляло мою похоть бушевать всё сильнее, пока я не начал бессмысленно толкаться ему навстречу.

Он лениво описал круг вокруг моего входа, его движения были мягкими и нежными, прежде чем провести языком по моей мошонке

– Брэм... – я пытался сказать ему, как это хорошо, но не смог. Не с ним, убивающим меня наилучшим из возможных способов.

Но он, конечно, знал.

Он поднял свой пристальный взгляд, завладев моим, когда он посасывал мои яйца, сомкнув губы вокруг одного, затем другого, лаская языком мою чувствительную плоть, пока я извивался и тяжело дышал. Его щетина царапала мой анус, добавляя удовольствия. Как раз в тот момент, когда я подумал, что лучше уже быть не может, он снова лизнул мою дырочку и проник внутрь, трахая меня своим языком влажными, запретными толчками.

Мой хриплый крик эхом разнёсся по комнате.

Огонь лизнул мою кожу. Шипящий и извивающийся.

Я не собирался долго продержаться. Мой член пульсировал у моего живота, на кончике выступила густая капелька жидкости. Боги, я собирался кончить вот так. Мне даже не нужно было прикасаться к своему стволу.

Он поднял голову и направил мои ноги обратно вниз.

– Ты ублюдок, – простонал я, откидывая голову назад. – Я был так близко.

Он сверкнул нераскаявшейся улыбкой.

– Ты так легко не отделаешься, – он положил большую ладонь мне на бедро и перевернул меня на живот. – Не двигайся.

Как будто я мог. Я лежал растёкшейся лужицей, и моё сердцебиение колотилось в моём члене. Он встал с кровати, затем вернулся через несколько секунд и накрыл моё тело своим.

Я застонал, когда тёплый, тяжёлый мужчина прижал меня глубже к кровати, а его член ткнулся в мою задницу. Однако он не вошёл в меня. Просто усилил мою потребность, скользя своим членом вверх и вниз по моей расщелине, дразня мой сжимающийся вход, когда он проложил дорожку поцелуев вверх по моей шее, прежде чем прошептать мне на ухо.

– Я собираюсь подоить тебя. Затем я трахну тебя.

Его страстное обещание, произнесённое голосом, похожим на гравий, подожгло мои чувства, как паяльная лампа. Я сжал кулаки в постели и выдохнул:

– Сделай это.

– Правильный ответ, – он поцеловал меня в подбородок. – На колени, малыш, – он перемещался быстро, оттягивая мои бёдра назад и подсовывая подушку мне под живот. И когда его твёрдый член прошёлся по моему бедру сзади, я понял, что он был так же на взводе, как и я.

Но Брэм был мастером самоконтроля. Он не позволил бы ни одному из нас кончить, пока не был готов, и это знание заставило меня стиснуть зубы, когда я высоко поднял свою задницу и прижался раскрасневшейся щекой к кровати.

– Великолепный вид, – проговорил он голосом, полным признательности. Затем он втянул мой член назад между моих бёдер и отсосал мне сзади.

Боги. На одно ослепительное мгновение я не мог ни думать, ни реагировать. Не мог дышать. Я испытал наслаждение – всё моё тело сжалось от ощущения его горячего рта, скользящего вверх и вниз по моему члену. Его язык кружил и поглаживал. Его большая рука работала с моим стволом, когда он отсасывал мне. Он продолжал это в течение нескольких напряжённых, восхитительных секунд, сильно посасывая меня от основания до кончика. Мои яйца напряглись, мой оргазм нарастал. Как только я напрягся, чтобы кончить, он отпустил меня, позволив моему члену удариться, ноющему и неудовлетворённому, о подушку.

– Блять, – простонал я, несчастный и дрожащий. Я подался бёдрами вперёд, готовый трахнуть подушку, если понадобится. – Больше не могу терпеть.

Я не мог видеть его, но услышал улыбку в его голосе, когда он сказал:

– Ты всегда так говоришь, – раздался мягкий щелчок колпачка от смазки, а затем его внезапно скользкий палец проник внутрь меня. Брэм глубоко закрутил его и добавил ещё один, умело находя то волшебное место, которое заставляло удовольствие с рёвом возвращаться.

Мой член сочился. Покалывание началось в пальцах ног и распространилось до бёдер. Я вцепился в постельное бельё, моё дыхание участилось, когда ошеломляющий экстаз нахлынул на меня.

– Отпусти, – пробормотал он, массируя мою простату двумя твёрдыми пальцами. Когда жидкость начала вытекать из моего члена, он хрипло зарычал. – Вот оно, малыш. Выпусти всё это наружу.

Я едва слышал его, захваченный тихим, устойчивым освобождением, которое он выдаивал из меня. Это совершенно отличалось от обычного оргазма. Это не был быстрый и неистовый взрыв удовольствия. Скорее, это был медленный, сотрясающий землю поток – и ещё более горячий, потому что Брэм контролировал его, его плотский массаж выжимал меня досуха. Когда мой предэякулят потёк, жужжащий, пронизанный удовольствием поток начался с пальцев ног и пробежал дрожью до самой головы. Я не мог пошевелиться – мог только лежать и стонать, пока его пальцы творили своё волшебство, а мой член пропитывал подушку.

Когда я выдохся и задрожал, он убрал свои пальцы с моего тела и перевернул меня на бок. Я на мгновение задремал, смутно осознавая, что он отбросил подушку, а затем намазал смазкой свой член. Брэм устроился позади меня, прижавшись грудью к моей спине, и плотно прижал мою задницу к своим бёдрам.

– Ты в порядке? – спросил он, его тёплое дыхание касалось моей шеи.

Я повернулся так, чтобы видеть его лицо, и мне захотелось разгладить небольшую морщинку между его бровями. Он всегда опасался зайти со мной слишком далеко. Я никогда не мог до конца убедить его, что это просто невозможно.

– Лучше, блядь, никогда не было.

Он тихо рассмеялся, а затем поцеловал меня – медленное и лёгкое скольжение его языка по моему. Когда моё сердце снова забилось быстрее, он скользнул рукой вниз по моему бедру.

– Кстати, о траханье...

– Да, – прохрипел я. – Дай мне его.

Он приподнял моё бедро и положил его поверх своего. Затем он схватил меня за бедро и одним плавным движением проник внутрь. Освободившись от его пальцев, я легко принял его, и мы оба застонали, когда он отодвинулся на несколько дюймов, а затем резко вошёл обратно.

У меня перехватило дыхание, и новые мурашки побежали по моей коже. Мы уставились друг на друга, наши вздохи смешались, когда он вошёл в меня, скользя по моей простате и зажигая меня снова.

– Блять, – выдохнул я.

От его медленной, сексуальной улыбки у меня перехватило дыхание.

– Нам действительно нужно поработать над твоим словарным запасом.

Я фыркнул.

– Это твоя вина. Я не могу думать, когда ты ощущаешься так хорошо.

Он просунул руку мне под плечи и перекинул предплечье через мою грудь, сильнее прижимая меня к себе.

– Ты ощущаешься лучше, – прошептал он, его дыхание прерывалось от его толчков. – Так туго. Так идеально. Я не могу насытиться. Этого никогда не бывает достаточно.